Самое худшее лучшее

Прошло 2 сопливо-бессонных года. — ПАК ЧАН, А НУ-КА ОТКРЫЛ РОТ И ЗАХАВАЛ ЭТУ КАШУ!!! — заорала я на своего сына, потому что этот  засранец (прям как его отец) опрокидывает на меня уже вторую ложку каши; я вся измазалась в этой липкой фигне. Я как и Бэкхен, выполнила свое обещание насчет ребенка и учебы. Я уехала, начала работать, купила квартиру на свои отложенные деньги и вырастила сына сама. Все отлично, я не подвела ни себя, ни Бэкхена, ни даже Чанеля. Его ребенок в целости и сохранности! Но вместо того, чтобы как умный малыш послушаться меня, он начал плакать. Ненавижу, когда Чан плачет. Он такой красивенький, (прям как его отец) но когда начинает плакать, сразу становиться невыносимым чудищем ( прям как его отец!!!) — Ну Чан, — я взяла сына на ручки и расцеловала его ямочки на щечках, которые появляются когда он начинает плакать или смеяться ( прям как у его отца) , — не плачь, солнышко. — я стала раскачивать малыша на ручках и кружить его в воздухе. — Вам так весело, как я вижу, — произнес уже давно знакомый голос и хозяин этого голоса, подойдя к нам с малышом, поцеловал в щечку сначала меня, а потом и Чана. — Привет, Феликс, как дела? — улыбнулась я и потрепала по волосам этого милого парнишку. Он на два года младше меня, но мы с ним отлично поладили с самого моего приезда сюда, поэтому теперь мы с ним лучшие друзья. — Все хорошо, нуна, а у тебя как? Чан опять плакал? — он всмотрелся в лицо моего сына и вытянув свои руки вперед забрал ребенка из моих рук. — Да, этот засранец разлил на меня кашу и я накричала на него, а он стал плакать, — как ребенок пожаловалась я Феликсу. — Хватит кричать на него, нуна! Я обижусь на тебя! Давай мне его кашу, я накормлю его. Я подала ему миску с кашей и отошла в свою комнату за телефоном. Остался год до моего окончания университета и скоро я планирую вернуться в Корею уже с Чаном. «Эй, мамаша, ты там как?» Мы с Бэкхеном все эти два года не переставая переписывались и он знает обо всем и всех в моем окружении, включая Феликса. «Мамаша заколебалась, лол» «От чего?» «Оказывается, кормить ребенка так утомительно» «А ты что думала, ахах? Чан часто плачет? «Да нет, вроде не часто, но мне жутко трудно. Я часто оставляю Чана к своему другу и его маме, Чан с Феликсом хорошо ладят» «Ты планируешь возвращаться в Корею? Все таки здесь и Крис, и Чанель, и я» «Конечно, Бэк, что за вопросы такие? Остался год до окончания универа и я вернусь с Чаном, возможно навсегда, если ребенка полюбит и примет его отец, если уж нет, то останусь в Австралии или уеду в Финляндию учиться в магистратуру» «Не неси пургу, Чанель обязательно полюбит Чана, не сомневайся!» «Откуда такая уверенность?» «Нас вчера отправили в детский садик, чтобы снять видео с детишками и после мероприятия уже в машине, он сказал, что очень хотел бы иметь сына, похожего на него. Он говорил, что нянчился бы с ним и днем, и ночью, лишь бы ребенок не мучал маму и давал ей поспать. Кстати, о похожим на него. Ты за эти 2 года ни разу не отправляла мне фотку своего сына, может соизволишь уже отправить мне фото моего племянничка???» «Одну минутку. Он весь измазан в каше, его помыть потом сфоткать или оставить его измазанным?» «Давай измазанным» «БОЖЕЧКИ КОШЕЧКИ КАКОЙ ОН МИЛЫЙ, АОАОАООА» «Ты заметил, что у него ушки такие же оттопыренные как и у Чанеля? Ахаха, я любила целовать ушки Чанеля, а теперь сижу и целую ушки Чана, правда классно?» «Это офигенно и ребенок похож на отца. Так что Чанель сто процентов полюбит его, не волнуйся, хорошо?» «Ладно, а кстати. Что ты сказал моему брату и Чанелю? Где я есть, где меня нет?» «Да ничего такого, твой брат поссорился с родителями как раз вовремя и я сказал, что ты уехала обратно в Канаду. Он очень сильно себя нагружает, послушай, а он всегда так мучал себя физическими нагрузками?» «Да, он любит мучить себя, как и я. Мы - семья мазохистов, ахаха. А что ты Чанелю сказал?» «Ему ничего, но я увидел в его телефоне, то как он писал тебе на твой корейский номер. Он оказывается такой романтик» Я сейчас сама заплачу, я не хотела его оставлять, но мне пришлось ради него же. Чтобы он мог и дальше продвигать свою карьеру. «Что он писал?» «Он писал, что где бы ты ни была он очень сильно скучает по тебе, твоему запаху и по вашим совместно проведенным ночкам. Еще он винит себя во всем, потому что думает, что сделал что-то не то во время горячей ночи, ахаха» «Так и есть, он допустил ошибку, а теперь эту ошибку расхлебываем мы оба» «Не называй ребенка ошибкой. Он маленькое чудо. Все. Я пошел, нас зовут, пока, удачи» «Пока» — С кем переписываешься, нуна? — спросил меня Феликс. — Да уже ни с кем, — сказала я и отложила телефон на стол. — Нуна, а я покормил Чана, смотри какой довольный, — он повернул ребенка в мою сторону и я увидела действительно довольную моську. — Ути, мой сладкий, иди ко мне, солнышко мамино, — я забрала малыша из рук Феликса. — Нуна, а кто папа Чана? — серьезно спросил этот привлекательный малец. — Ты знаешь группу ЕХО? — спросила я, целуя ушки сына. — Да, нуна, мне очень нравится Бэкхен хён. Он классный и красивый. — засмущался Феликс. — Тогда и Чанеля с Крисом ты знаешь, да? — Да, они классные. — Крис мой родной брат, а Чанель папа Чана. — выпалила я, и положив ребенка на землю придерживая его за ручки, заставила его ходить. Не все же время ему на моих ручках висеть. — Что??? — заорал Феликс, — нуна, ты такая плохая. И ты это скрывала? — Феликс обиженно отвернулся. — Ну не обижайся, Ликс, ты же не спрашивал. — Я прощу тебя, только если ты познакомишь меня с ЕХО, понятно тебе, нуна? — Конечно познакомлю, зуб даю, — засмеялась я и потискала сладкие щечки Феликса. Слишком много детей стало вокруг меня. Прошел год. Чувство ностальгии поглотило меня полностью. Я не могу поверить. Когда-то давно, года 4 назад, я приехала сюда одна, девятнадцатилетним подростком, и теперь спустя 4 года возвращаюсь сюда, уже не одна, а со своим чадом. Сейчас, я уже не подросток, а взрослая и независимая женщина с ребенком под боком! — Мамочка, этот аэропорт такой больсой, — проговорил Чан, дергая меня за рукав толстовки, а я умилилась. — Да, Чан, он очень большой, правда здесь красиво? — Да, мама, очень красиво, а давай мы останемся тут жить? — я захохотала в голос. — Нет, что ты Чан. Это же аэропорт, здесь нельзя жить. Отсюда уезжают и приезжают из других стран, — но вместо того, чтобы кивнуть, малыш заплакал, я незамедлительно взяла этого 3 летнего мужика на свои ручки и принялась обнимать его. — Почему ты плачешь? — спросила я. — Мамочка, а где мы будем жить? — с новой волной слез заплакал мальчик. — Мы будем жить в моем доме, малыш. У мамы здесь есть квартира. — поспешила я успокоить своего сыночка. — Честно-причестно? — мальчик посмотрел на меня своими большими глазами и надувшимися от слез пухленькими щечками. — Честно-причестно! — засмеялась я. — Ну тогда, поехали скорее, — он самостоятельно слез с моих ручек и потянул меня на выход. — Нет, стой. За нами сейчас приедет дядя Бэкхен, — остановила я слишком возбужденного мальчика. — А долго нам его ждать? — Вам не надо его ждать, он уже здесь, — вдруг закричал кто-то за моей спиной и резко обернувшись я увидела лицо человека, который помог мне во всем. — Бэкхен-и-и-и, — в ответ закричала я и кинулась на шею парню. Я все так и осталась выше него. — сколько лет, сколько зим, оппа, — я вдруг начала смеяться и плакать одновременно. — Ну чего ты плачешь, глупая, я так рад вас видеть, боже, — обнял меня Бэкхен, а потом отстранившись от меня, подошел к Чану и взяв его на ручки, подбросил наверх. — Юху, мама смотри, я летаю, — смеялся мальчик. — Какой он маленький, — сказал мне Бэкхен все еще держа ребенка в руках, не подбрасывая его. — А мама говорит, что я уже мужик, и что мне пора слезать с ее ручек! — воскликнул Чан, чему Бэкхен немедленно засмеялся. — Хочешь леденец? — спросил у Чана Бэкхен и когда первый кивнул, второй вытащил из своего кармана леденец и дал ребенку. — Как хорошо, что ты его оставила, Рэй, — сказал Бэкхен, на руках которого заснул мальчик, в машине. — Да, но без твоей помощи, я бы вряд ли сумела что-либо сделать, спасибо тебе огромное за это, — поблагодарила я парня, вставляя карточку с корейским номером в телефон. — Бэкхен, как ваша группа? — Отлично продвигаемся, правда родители Чанеля, почему-то вернулись из Канады и теперь он повсюду с ними, — он как-то сдавленно замолчал, но через минуту продолжил, — эм... слушай, ты знаешь, что Чанеля хотят женить на какой-то канадке? Мне как-будто прошибло током. Я не знаю, что мне ответить. Нет! Откуда я могла знать, что происходит в семье Чанеля? Но я не успела ничего сказать, как мне позвонила моя мама (у нее нюх на меня): —Привет, Рэй, я рада, что ты вернулась из своей Австралии, а теперь послушай и не перебивай. Родители твоего жениха приехали с нами из Канады, так что у нас скоро будет мини пикник в честь объединения наших семей! Завтра в семь, не смей опаздывать, место встречи отправлю в сообщения! Не успела я ничего ответить, как она сбросила звонок, а я так и осталась с раскрытым ртом от удивления и шока. Откуда она знает про Австралию? Что за жених? Прошло четыре года, а она все так же отчаянно старается выдать меня замуж за какого-то придурка? Господи, зачем я только вернулась? — Кто это? — спросил Бэкхен, увидев мое шоковое состояние. — Да так... моя мама просто любит меня доставать, ничего особенного! — сказала я и отвернулась. Пойти завтра или послать все к черту и спрятаться? Хотя, если она меня даже в Австралии нашла, то ей вовсе не составит труда найти меня и в Корее. Но как мне пойти? С ребенком? Без него? По-любому, рано или поздно все узнают, что я залетела и родила, но не позориться же при родителях «жениха». Что если мне действительно понравится этот горе жених и меня все-таки выдадут за него замуж? Что тогда станет с Чанелем? Тем более, Чан не такой тупенький малый, ему будет интересно кто его отец, что я тогда ему отвечу? А если он вырастит и захочет найти своего отца? Тогда он возможно обидится на меня за, то что скрыла от него кто его отец и уйдет от меня к Чанелю. Боже, как все достало! Приехать в Корею четыре года, было самым худшим решением в моей жизни! Не было бы ничего этого, если бы я осталась в Канаде и не высовывалась. Но нет, мне нужна была Корея. ****** Я все же решила пойти сегодня на этот дурацкий пикник с Чаном. Мне все равно, что мне скажут и как на меня посмотрят, это мой ребенок и я не собираюсь его прятать. — Мама, а куда мы едем? — спросил у меня Чан, пока я стояла перед зеркалом и одевала его. — На пикник с твоими бабушкой и дедушкой, — ответила я. — А нам нельзя остаться дома? — спросил мальчик. — Я бы с радостью, но бабушка с дедушкой ведь и обидится могут, поэтому мы совсем ненадолго пойдем, а когда вернемся, купим мороженное и будем смотреть мультики, хочешь? — Какое мороженное? Мама, сейчас же холодно! — воскликнул мальчик, а я засмеялась в голос. Бедняжка рос в стране, где практически не бывает холодов, поэтому маленький ветерок ему кажется дубняком. — Да, ты пожалуй прав. Тогда, может купим чипсы и будем смотреть фильмы? — я решила подыграть малышу, ведь когда еще я смогу так постебаться над своим сыном. — Да, чипсы можно, только чур мне две, нет... три пачки, ладно? — Ладно, тогда мне пять. — Не-е-е-т. Мне пять, в тебе одна, — этот малой показал мне язык и засмеялся. — Ладно-ладно, — в ответ засмеялась я, и подхватив на ручки ребенка, покружила его в воздухе, целуя его щечки. ****** Ну вот. Мы приехали на пикник. Лучше бы не приезжали, ведь как только я подала голос о том, что я здесь, на меня уставились шесть пар глаз, одна пара из которых, готовилась прожечь во мне дыру. Сказать, что я была удивлена его присутствию здесь, ничего не сказать, но мне стоило ожидать, ведь где Крис, там и он. — Рэй, привет, доченька. Как долетела? — накинулась на меня моя мама, с очень приторно-сладким тоном голоса. — Все отлично, — сухо ответила я, и взяла рядом стоящего ребенка на руки, — скажи привет бабушке,Чан. — Привет, — стеснительно произнёс малыш на корейском. Чан разговаривает на двух языках, ведь английский знать хорошо, но и про родной язык забывать нельзя. — Рэй, — уже строже сказала мама, — кто это? — Это? — я демонстративно поцеловала Чана в щечку, — это мой сын, твой внук, и твои племянник. — обратилась я к Крису. — Ты родила? — запинаясь спросил подошедший папа. — Представляешь, да, круто, да? — усмехнулась я. — его зовут Чан, надеюсь, вы не будете смотреть на него как на отморозка или как на выродка, это ребенок вашей дочери и ваш родной внук, в котором частично течет и ваша кровь, так что просим любить и жаловать. — на одном дыхании сказала я. Мне как-то все равно стало, что здесь и Крис, и Чанель, и родители моего жениха, который кажется опаздывает. — Ты сошла с ума, да? — закричала на меня моя мама. Я знала. Я знала, что она закатит истерику. Я не хотела приходить с Чаном, отчасти потому, что не хотела, чтобы он видел все это. Это плохо действует на психику детей, но что поделать, надо разбираться. — ты - маленькая шлюха! Залетела от неизвестно кого в своей Австралии и нагло приперлась сюда со своим отморозком? — Мама, перестань... — взмолилась я, ведь что-то мокрое капало на мои руки и я даже знаю, что это было. — можно не здесь? Не при ребенке хотя бы. Он же не виноват, мам. Тут, мой брат как-будто поняв меня, подошел ко мне и протянув руки хотел взять ребенка с моих рук. — Не хочу, — закапризничал мальчик. — Давай же, иди к дяде, малыш, — мило произнес брат. — Нет, не пойду. Я хочу сидеть у мамы на ручках, — повторил малыш и прижался к моей шее. Тогда, Крис сделал хитрость и закричал: — Оуси, оуси, оуси. —Ои, ои, ои, — незамедлительно закричал мальчик и сам потянувшись к Крису, забрался на его ручки. Посмотрев на них я улыбнулась, потому что Крис сразу же расцеловал малыша и отошел с ним к своему другу, который смотрел на меня ядовитым взглядом. — Ты - стала позором семьи. Ты - опозорила нас перед уважаемыми господином и госпожой Пак. Как ты посмела даже приехать сюда? Осталась бы в своей Австралии, с этим выродком, всем было бы лучше. Маленькая шлюха! — Не шлюха я! — закричала я. — А кто же? Ты хоть знаешь кто отец ребенка? — в ответ закричала мама. — Да, представляешь знаю! Знаю и до сих пор люблю! — уже сквозь пелену слез произнесла я. — Он хоть знает о ребенке? — уже спокойнее спросила мама. — Нет. — Я даже не сомневалась, — ядовито выплюнула мама. — Хочешь, чтобы он прямо тут узнал? — слишком дерзко спросила я. Меня это достало. Мы стоим посреди этой зеленой поляны, с чужими людьми. С моей так называемой будущей семьей, и ругаемся с мамой, пока мой папа просто стоит и смотрит в сторону Чана. — И как же он узнает? — какая она стерва. Зачем меня так испытывать? — А вот так, — я набрала в легкие побольше кислорода и когда хотела обратится к отцу ребенка, ко мне подошел Чанель собственной персоной и взяв меня за руки, потащил к своей машине. — Йа, что ты делаешь? — его рука такая же теплая, как и четыре года назад. Боже. — Мамочка, ты куда? — закричал малыш. — Скоро вернусь, хорошо? — только смогла выкрикнуть я, как Чанель толкнул меня в свою машину. Садясь с другой стороны, он потянулся ко мне и взяв ремень безопасности, застегнул меня им. Затем вернулся на свое место, завел машину и поехал. Сорок минут мы ехали в тишине и доехали до... моей квартиры? Зачем сюда? — Что мы тут делаем? — спросила я Чанеля, когда мы вошли в дом. — Сейчас будем выяснять отношения, — грубо сказал он и потащил в гостиную, прижимая к подоконнику. — Хорошо, — мне уже все равно. Пусть делает все, что хочет. Я слишком сильно устала, чтобы спорить с ним. — Для начала, ответь мне, где ты была все это время? В Канаде? В Японии? Может в Китае? Где, черт побери тебя носило? Я заебался искать тебя все эти четыре года. Этот гребанный придурок Бэкхен, знал где ты, но не говорил, сколько бы я его не просил. Ты так внезапно уехала, почему? Все эти годы, я винил себя, думая, что сделал что-то не то. А ты даже не соизволила предупредить о том, что уедешь! Не могла хоть раз позвонить? Ты ни капли не скучала, да? Я понимаю, что ругать тебя незачем, ведь у тебя есть уже и ребенок, и возможно ты нашла себе парня, но могла бы хоть разочек позвонить и сказать, что с тобой все в порядке? — протараторил Чанель слишком нервно. — Успокойся, Пак, — сказала я, — я была в Австралии. — Почему ты уехала туда? — Так было нужно, — просто ответила я, не смотря в его глаза. — Зачем? Ты убежала отсюда, убежала от Криса, от меня, от всех. Зачем? Что такое стукнуло тебе в голову, что ты так резко растворилась? — Тебе так интересно, что стукнуло мне в голову? — переспросила я. — Да, изволь ответить, — безразлично смотря мне в глаза сказал он. — Ты. Ты, придурок, стукнул мне в голову. Из-за тебя я уехала, понятно? Не нужно ругать меня за то, что я уже совершила, я все сделала правильно и ни капельки не жалею ни о чем, ясно? Если надо будет, я опять уеду отсюда, и опять вернусь. Буду уезжать и приезжать, ровно столько сколько потребуется! — Почему? — закричал Чанель. — Да потому что, ты гребанный идиот, оплодотворил меня! — в ответ закричала я. — не дошло еще? Откуда у меня мог взяться ребенок? Сам подумай. Стала бы я уезжать от тебя? Никогда, но так получилось. Слишком спонтанно. Ты хоть знаешь как тяжело мне было? Я попросила Бэкхена поехать со мной в больницу, а потом он помог мне свалить отсюда, лишь бы не мешать твоей карьере, сечешь о чем я? К твоему сведению, я вообще не хотела оставлять этого ребенка, но Бэкхен настоял! Так что прекращай устраивать здесь драмы, виноват ты и только ты! Придурок! — тяжело дыша закончила я. — В смысле оплодотворил? — как-будто будучи в трансе спросил меня парень. Я не ответила. А что ему ответить? Но я не успела ничего сделать, как его крепкие руки сжали мою талию и подняли, кладя на подоконник. Он всмотрелся в мои глаза, как-будто проверяя, правда ли все, что я сказала? — Чего смотришь? — спросила я. — Ничего. Пытаюсь понять, мелишь ты пургу или действительно залетела от меня. — Я облегчу тебе жизнь. Да, это твой ребенок, если не веришь можешь просто посмотреть на него и понять. Никакой ДНК тест не нужен. Он очень похож на тебя. Такие же ушки, такие же ямочки, такие же большие глаза и такие же родинки на спине. Он опять замер. — И ты это скрывала от меня? Ты скрывала от меня моего ребенка? — нервно засмеялся парень. — А что мне оставалось делать? Ты - айдол. Я не хотела разрушать твою жизнь и карьеру.