Не подписавшие своего имени

Иногда общество навязывает нам разные мысли. То, как мы должны выглядеть. Наша одежда. Юбка с берцами? Джинсы и кружевной топ? Покрасить волосы во все свои любимые цвета? Это было бы замечательно, но здесь одна проблемка. Эти желания влекут за собой внимание, осуждение, сплетни. Разве мне это нужно? Самовыражение. Я хочу разукрасить стены оттенками моего настроения. Моих загонов, депрессий и панических атак. Они будут выглядеть навязчиво и ярко, как будто мои мысли. Стены начнут давить на меня, но кого это волнует? Я не сделаю этого. В моей комнате обычные бежевые обои. Мироощущение. Что я могу сказать о вере в бога? Кажется, ничего. Мне наплевать на религию, молитвы, посещение церкви и прочие ВАЖНЫЕ эдакие ритуалы. Мне. Совершенно. Насрать. Кто-нибудь, помолитесь за меня и потом посмотрите, что со мной станет. Иронично могу предположить, что моя жизнь покроется цветами. Да, конечно, именно так и будет. Чувства. Я уже сама советую засунуть свои эмоции подальше в задницу, чтобы никто не мог их рассмотреть. Слезы на публике — стыдно. Слишком громкий смех — идиотизм. Танцевать на улице под любимую музыку, не обращая внимания на незнакомцев, — признак глупости и невоспитанности. Разве я хочу с кем-то поделиться своими чувствами, чтобы потом наблюдать горы сарказма, осуждения, насмешек и нравоучений? Прямо-таки горю желанием. Все, что нас окружает. Дома, улицы, люди. Звуки, вкусы и запахи. Голоса, мысли, взгляды. Все ЭТО нам навязано, общественная мораль буквально выточена на наших костях, образуя красивые глубокие гравюры. Черт, какая же это мерзость. Вы слышали о том, что первая нашла мысль, оценка происходящего, — это мысль, навязанная обществом? А потом мы сами себя встряхиваем, чтобы прогнать чужое из своей головы. Это же отвратительно. Даже я — не я. И вы — не вы. Иногда мне хочется кричать. Чуть реже — бежать вперед, сталкиваясь с прохожими. Часто — упасть, не дойдя до дома, и не встать, продолжая смотреть в пространство пустым взглядом. В последнее время я пошатываюсь, когда иду по мокрым грязным улицам. Сначала думаю о том, что же думают люди при виде меня: «она заблудилась?», «она наркоманка?», «такая молодая, а уже пьет?». А потом я понимаю, что мне наплевать, и плетусь дальше. Сама не знаю куда. Наверное, я пытаюсь убежать от давящего общества, но от него уже никуда не скрыться, оно давно засело и во мне. Это же омерзительно. Я смотрю на землю под ногами, и меня начинает тошнить. Я бы хотела, чтобы меня вырвало всем, что во мне находится, вывернуло наизнанку. Я бы хотела покрыть собой и своими частицами всю землю, чтобы больше никто уже не увидел наш общий позор. Зачем люди друг друга убивают? Из-за денег, мести, ревности. Или просто хотят повеселиться. Или повеситься. Какая разница, кто убивает: ты или тебя? В итоге умрут оба. Я гуляю сама по себе. Обычно, когда наступают сумерки, чтобы меня никто не видел, и чтобы я никого не видела. Иногда я задираю голову вверх, чтобы увидеть звезды, но не могу на них сфокусироваться — в глаза постоянно бьет свет фар, уличных фонарей и прочего подобного дерьма. После того, как посмотрю на звезды, иду медленнее. Это меня удручает, потому что обычно я подстраиваюсь по ритм музыки, играющей в наушниках. Пытаюсь таким образом себя уберечь, залезть в импровизированный кокон и спрятаться от нашей природы. И делаю музыку как можно громче, чтобы потом болела голова и пришлось принимать обезболивающие. Без них никуда. Кстати о боли. Она помогает привести мысли в порядок и ненадолго выдохнуть и отпустить грязь вместе с кровью. Я никогда не пыталась себя убить, но это не значит, что у меня нет шрамов. Симметрично на бедрах, под грудью и на каждом ребре. Красиво. Эти полоски напоминают о том, что я еще прикладываю усилия к тому, чтобы бороться с собой. Я часто притворяюсь. Одна улыбка, от которой скулы сводит, напрягает меня. Но если все вокруг смеются над смешной шуткой — мне тоже нужно. И улыбаться при встрече с «друзьями». Я же не хочу, чтобы все вокруг считали меня странной, или, что еще хуже, подходили и говорили что-то вроде «почему ты сегодня такая грустная?» и «ты вообще умеешь улыбаться?». Очередная глупая притворная забота. ВАМ так же НАСРАТЬ, как и МНЕ. Отвалите, умоляю. Я хочу, чтобы мое выражение лица было таким, каким я решу его сделать. Остальных это не касается. О. Еще я притворяюсь, что люблю кого-то. В нашем мире каждому Человеку нужен другой Человек, чтобы в итоге создать Семью, завести Детей, дожить до глубокой Старости и Умереть в один день. Это называется «Счастье». Люди придумали такую схему, при которой все обязаны чувствовать себя счастливыми и подавить идеи о том, что их счастье заключается не в любви. Я много раз выслушивала самоуверенные наставления о том, что я обязана выйти замуж и нарожать детей. Я просто НЕ ИМЕЮ ПРАВА этого не хотеть. И эта аксиома ставит меня в тупик. Саму себя я пытаюсь убедить в том, что мне нужна любовь, потому что всем вокруг она нужна, но я… просто ничего не чувствую. Я озадаченно смотрю на человека, признавшегося мне в любви, и на следующий день обхожу его стороной. Я с безразличием отворачиваюсь от парня, который вчера раздевал меня, а сегодня распускает руки с другой. Я лежу рядом с тем, кто вызывает во мне чувство комфорта и обманчиво предполагаю, что это любовь. Это бред. Мы просто ищем для себя удобство. Так эгоистично подбираем одежду нашего размера, чтобы в ней было комфортно. Комфорт — вот, что мы ищем. Мы привыкаем, терпим, улыбаемся и делаем вид, что испытываем это хваленое «Счастье». На самом деле, нам просто привычно видеть рядом того, кто находится рядом давно. Некоторое время назад я думала, что люблю одного человека. Но в груди по-прежнему пусто, несмотря на КОМФОРТ. Вот оно. То, что ищут люди. Чувство комфорта. Привыкание. Обман. Лицемерие. Нормы. Поэтому я продолжаю гулять по грязным, мокрым дорогам ночью, когда никого нет. В эти моменты я никуда не могу спрятаться от себя и своего лицемерия. Остаюсь наедине со своими демонами, и именно в такие моменты все вокруг приобретает смысл. Мой смысл состоит в том, что смысла просто нет.