Обрывки хрустальной ночи

      Вечер пятницы всегда радовал Эмили Блант. Первая и главная причина — конец тяжёлой рабочей недели. Уже который месяц девушка надрывалась над перспективным проектом офисного здания. И если всё получится... Ох, не нужно загадывать, вдруг сглазят. Представляя себе фасады, большие окна, стильно оборудованные помещения, она летела по улице, ничего не замечая. Осталось перейти улицу, пройти мимо магазинчика Сэнди — её соседки, любившей слушать Linkin Park по вечерам — и девушка окажется дома. За бокальчиком вина, закутавшись в плед, будет смотреть Отчаянных домохозяек. Да, это был её идеальный вечер. Эмили рылась в сумке, пытаясь найти ключи, бесстыдно провалившиеся под порвавшуюся подкладку, и ей это практически удалось, когда она подцепила длинным ногтем колечко связки.       — Я открою, дорогая, — прокряхтел старый, скрипящий, как несмазанная дверца, голос.       От неожиданности ключи выскользнули из дрогнувшей руки Эмили. Она резко развернулась и увидела перед собой всего лишь старую соседку, скрюченную, как палка, с кучей старых сумок (наверняка опять притащила кучу хлама, который нашла на улицах города) и в обветшавшей одежде с прицепившейся к ней травинками, веточками и прочим мусором. Все атрибуты в конечном итоге складывали и дополняли образ поехавшей умом старухи, который она активно демонстрировала.       — Добрый вечер, миссис Беннет, — как можно любезнее поздоровалась Эмили. Каждый раз, когда они встречались на лестнице или возле квартиры миссис Беннет, старуха постоянно наводила на неё ужас, пробиравший до пяток. Особенно её глаза. Прямо как у Злой королевы из мультика о Белоснежке. Старуха проковыляла к двери и, пошерудив в замочной скважине ключом, распахнула дверь. — Благодарю, миссис Беннет. Хорошего вечера!       Эмили поспешила к лестнице с огромным желанием спрятаться в своей квартире как можно скорее.        Две ступеньки, три, четыре.       — Подожди, дорогая, — это был тот же скрипучий, противный голос. Эмили застыла на месте, проклиная тот момент. — У меня для тебя кое-что есть. Я настаиваю.       — Ну что вы, не стоит.       В дрожащей руке был зажат полузавядший букетик ирисов.       — Правда, не стоит, — Эмили начала потихоньку отступать к квартире, мило улыбаясь, хотя выходило довольно не правдоподобно, но взгляд старухи, прожигающий в ней дыру, оказался сильнее. Что ж, побыстрее отвяжется. Девушка сбежала вниз по ступеням забрать несчастные цветы.       — Загадай желание, Эмили! — крикнула ей вслед миссис Беннет с несвойственной ей громкостью и оживлённым тембром голоса.       Эмили поспешила скрыться, бросив негромкое «Спасибо». По спине пробежали мурашки, и только после щелчка закрывшейся двери миссис Беннет, девушка с облегчением выдохнула. Бросив на журнальный столик те самые ирисы и сумочку, Эмили проследовала в ванную комнату. Горячий душ однозначно должен ей помочь.       Вечер прошёл как нельзя уютно с какао и вкусным ужином. Несколько серий сериала напрочь стёрли из памяти недавние события. А этот момент, где Габриэль получила компрометирующие снимки в лифте! Просто восхитительно! И как она смеялась, когда главная героиня набросилась на курьера!       И вечер мог бы быть действительно отменным, если бы не одно НО! Пиликающий в сумочке телефон. А это маловероятно хороший знак. Наверняка начальник и наверняка снова заставит работать в выходные. Снова. Без особой радости девушка открыла смс, в которой значилось: «Акты заполнены неверно! Срочно переделать!». Какой ужас, это же как минимум два дня работы! Она же так старалась, всё сверяла несколько раз и всё равно ошиблась.       — Вот бы это был сон, — тихо проговорила Эмили, бросив телефон на диван.       «Дела подождут до утра, а сейчас я заслужила сон», — подумала девушка, отправляясь спать.       Проснувшись утром, первым делом Эмили потянулась к мобильнику: прочитать список необходимых документов для исправления и мысленно подготовиться к крупной работе. Пролистав все сообщения, девушка не нашла ничего, что относилось бы ко вчерашнему дню. Да и вчерашний день она плохо помнила, должно быть, слишком устала и сразу же легла спать. Перезвонив начальнику на всякий пожарный, Эмили услышала, что никаких сообщений не отправлялось, более того: их проект попал в пятёрку лучших, и уж с документами был полный порядок. Хм, наверное, приснилось. Упав на подушку, Эмили ощутила, как у неё перехватило дыхание. Бедняжка не могла не вдохнуть, не пошевелиться. В глазах потемнело, а дальше...

***

       Едва проснувшись и разлепив глаза, Лили захотелось немедленно набрать номер Джона. Спросить совета, рассказать о случившемся и наконец-то раскрыть одну из множества появившихся тайн. Что связывает их с Изабель? Несмотря на то, что часы показывали всего девять утра и, может быть, охотник высыпается после трудной ночи, пропитанной погоней за монстрами, палец всё-таки нажал на кнопку вызова. Длинные гудки тянулись и тянулись. Кажется, никто не ответит. Ничего другого не ожидалось. Может, перезвонит? Хорошо бы, а пока придётся обходиться своими силами. Мобильник с грохотом провалился в кучу своих собратьев, таких же побитых и поцарапанных.       Как и обещали, они вернулись на утро. Су-Фолс ожил, жители спешили на работу, дети — на школьный жёлтенький автобус, пожилые, никуда не спешащие старички выгуливали небольших собачек, тянувших поводок с удивительной силой для столь крошечных созданий. Миновав оживлённое местечко, Импала свернула к одинокому домику Бобби Сингера с высившейся над городком горой автомобилей и всего одним пожухлым, потерявшим листву деревцем, скромно притаившимся около забора. Дворик пуст, никто не думал их встречать, не королевских кровей, а если и так, то невелика честь. Наверное, ждали, когда сбежавшие сами раскроют секрет столь незамедлительного исчезновения.       Прихватив с собой сувениры из поездки, ребята вошли в дом. Из комнаты с подписанными на трубках телефонами звучал суровый голос Бобби, объясняющий, что какие-то Роджерс и Нэльсон именно по его поручению хотят взглянуть на материалы дела и обследовать улики с места происшествия. Когда Лили только-только появилась и приехала погостить к старому знакомому семьи, она буквально не отходила от то и дело звонящих аппаратов, так хотелось тоже поднять трубку и покричать на главу какого-нибудь отдела полиции, раздать указания, немножко поважничать.       Сэма нашли в гостиной, заседающего за книгами. Ничего удивительного, была бы его воля — он закопался бы в них с головой и изучал бы до посинения. Но нет. Среди разложенной литературы расположился старенький ноутбук, на экране светилась свежая статья:       

Падение с Олимпа: загадочная смерть главного архитектора Сиэтла.

      Ужасное известие обрушилось на семью Эмили Блант — победительницы конкурса «Создай свое будущее». Сегодня утром её тело обнаружили в собственном доме. Известно, что погибшая была задушена, но ни следов на теле, ни орудия преступления на месте не обнаружили.       Приносим свои глубочайшие соболезнования семье погибшей.       — Падение с Олимпа? — прочитала Лили, встав за спиной парня. — Остроумно. Ладно, у нас кое-что поинтереснее, тащи попкорн и занимай место в первом ряду.       Сведя брови в недоумении, младший Винчестер взглянул на брата. Судя по всему, это не шутка, и произошла по-настоящему интересная вещь. Хорошая или плохая? Оба невеселы. Прикрыв крышку ноутбука, Сэм приготовился слушать. Хотя без Бобби Сингера рассказывать не было смысла. С его умом и большим опытом он мог посоветовать что-то дельное, до чего ребята могли не додуматься. Вкратце история заняла около десяти минут, посыпались вопросы, непонимающие взгляды, а что ответить?       — Я звонила — глухо, — тихо ответила Маршалл на типичный вопрос о Джоне, скрестив руки на груди. — У нас нет времени ждать, пока дамочка учудит что-нибудь. Мы толком не знаем о ней нишиша, а единственный свидетель сейчас где-то на краю мира. Бобби, может, ты поспрашиваешь у охотников? Наверняка Изабель была знакома с кем-то.       Старик, одобрительно кивнув, с трудом встал с низенькой табуретки и живо зашагал в сторону легендарной стены с телефонами. А им что делать? Лили, как никому, хотелось заняться чем-то, отвлечься от главной проблемы, от нерушимого факта, что Изабель, а может только её оболочка, — её мать.       — Проверим? — ткнув пальцем в ноутбук с погасшей статьёй, девушка уставилась на парней. Дин смотрел с плохо скрытым сожалением, словно она потеряла котёнка и стоит, сдерживая слёзы. — Ну же, парни, а вдруг не просто стечение обстоятельств?       — Неплохая мысль, — неожиданно для самого себя поддержал Сэм, встав с места, и уже хотел отправиться в комнату собирать вещи. Неужели он это сделал? Нет, правда, он поддержал Лили, впервые в жизни. Не верилось.

***

      Импала мчала на всех парах по одинокой дороге, если не считать рыжего пикапа, неохотно тащащегося в Су-Фолс. Обратно, в Пало-Альто, а там и до Стэнфорда недалеко — мечта Сэма номер один. Будь шанс вернуться обратно, он согласится? Бросит их, дело? Лили как сейчас помнила, как одной прекрасной ночью вызвонила Дина, попросив забрать её из-под контроля отца. Только вот незадача — Дин, хоть и не сильно, но не переставал выпускать её из-под братского крыла. Ему двадцать пять, а ей... Конечно, Джон считал её совсем ребёнком и не позволял никуда совать свой аккуратный носик в одиночку. А позже Джон исчез, Лили посчитала это знаком и сбежала к старшему брату, заставив выдернуть Сэма и помчаться на поиски. Хорошие деньки были, весёлые.       — Сэмми, — позвала девушка, вывернув голову на заднее сидение.       — Сэм, — угрюмо поправил парень, если уж кому и позволено называть так, то только брату, наплевавшему, что он давно не малыш.       — Не важно, — отмахнулась та, ещё больше развернувшись. — Представь, у тебя есть выбор: вернуться на юридический, в свою "чудесную" комнатку в общаге со своими ста семи десятью четырьмя баллами LSAT или адреналин, спасённые жизни и грязненькая совесть?       Сэм тяжело вздохнул, отвернувшись к окну с мелькающей посадкой и дорогой. Вернуться назад? Там Джессика, большие перспективы на будущее, нормальная жизнь. Прошло не так много времени, чтобы душевная рана перестала терзать. И возможно ли это? А тут семья, какая-никакая, повышение до старшего охотника, вредная девица. Все. Джессика. Её звонкий смех до сих пор сидел в голове, и мягкие вьющиеся волосы, а глаза... Во внутреннем кармане завалялась совместная фотография с вечеринки, той самой, — Хэллоуин. Иногда, ложась спать он думал, как бы всё было, если бы не та злополучная поездка. Если бы не поиски отца, осталась бы Джессика жива? Смог бы он защитить её, находясь рядом? Или во всём виноват он? И это он убил её тем, что находился рядом?       — Между прочим, — язвительно заметил охотник, оторвавшись от пейзажа, — ты тоже хотела уехать в академию. ILEA , кажется, так она называлась?       — Согласись, нам были нужны свои люди, это намного проще, чем притворяться копами, — подмигнула Лили. — Сколько раз мы чуть не попадались с фальшивыми удостоверениями?       — Нужны, — неохотно согласился Сэм, отвернувшись обратно к окну. Картинка сменилась полем. Ярко-зелёным широким полем с редкими тоненькими деревцами, слегка качающими ветвями. — Но ты ушла не только из-за семь... Нас.       — Замолчи, — от весёлого настроения не осталось и следа. На его месте образовалось не пойми откуда взявшаяся злоба, недобрый огонёк в глазах, приказывающий не затрагивать тему.       Эту нотку ярости несомненно уловил Дин, настороженно приглядывающийся к этим двоим. Главное, не дать им сцепиться, а зная девушку, ей не составит труда наброситься первой. Наступило молчание. Лили, хмурая, как туча, села на место, скрестив на груди руки. А чего ты ожидала от человека, который на дух тебя не переносит? Сама тоже хороша. Спокойно, ради Дина. Чтобы отвлечься, Маршалл вытащила из бардачка старый, потрёпанный справочник. Куча цифра и мелких букв, редкие чёрно-белые картинки, кое-какая реклама с открытием мотеля за девяносто седьмой год.       В дальнем углу завалялась ещё одна немаловажная вещь — фотоснимки. Самый любимый был, где Дин, совсем маленький, сидит с мамой на крыльце. Счастливая семья. Ей тоже так хотелось иметь хотя бы крошечный снимок с мамой, иногда она представляла, будто сама сидит в обнимку с Мэри и... уже не было той бесконечной пустоты и чувства ненужности. На самом деле, ей пришлось познакомиться с оболочкой, так ей хотелось верить, родившей её женщины. Детские мечты не должны быть тронуты злом. Много раз Лили думала: если бы мама не встретилась с Джоном, она бы выжила? Или так должно было случиться, и Изабель было не спасти? Всё потому, что они охотники, и сама Маршалл никак не избежала такой судьбы? Девушка никогда не верила в судьбу и считала, что люди сами вершат свою жизнь, но этого она объяснить была не в силах. В детстве было так обидно смотреть на детей, играющих со своими родителями, смеющихся и счастливых. Они забирают их из школы, дети дарят подарки, сделанные своими руками на восьмое марта. А у неё всего лишь злая тётка, контролирующая каждый шаг. Раньше она не понимала, отчего все опасения, но теперь поняла, когда ничего вернуть уже нельзя.       Показались домики, окутанные утренним туманом, в окна били тоненькие солнечные лучи, стояла невообразимая тишина, будто город вымер, ни одной бродячей кошки или почтальона с бесплатными газетами. Они въехали в город субботним утром, и наткнуться на случайного прохожего можно было только в мечтах. Совпадение или нет, но Джон тоже гостил именно здесь, но справиться с двумя делами, не требующими отлагательства, одновременно вряд ли ему под силу. К тому же, незачем его отвлекать. Может, они всё-таки встретятся? Старший Винчестер снова перестал поднимать трубку, тем самым поселив в девушке дикий страх на протяжении всего путешествия — потерять близкого человека.       Машина притормозила около придорожного мотеля с привычной бедной обстановкой. Не такой убитой, как обычно, и всё равно без друзей наших меньших — тараканов — не обойдётся. За стойкой встречал с виду неприветливый старик с седыми усами, похожими на гусеницу, и запах подгорелой яичницы. Не позавтракав, и, кажется, не поужинав, о чём напомнило чересчур громкое урчание живота, они отправились в путь. Пожалуй, Сэмми не разделял взгляды, потому что успел и на завтрак, и на обед, и на ужин и не так остро чувствовал голод, точнее, не чувствовал.       — Добрый день, — в своей очаровывающей манере произнёс Дин. — Нам номер на троих, — протянув новенькую кредитку, оформленную совсем недавно. Охотой много не заработаешь, приходилось подделывать карты. Сегодня он Эксл Янг.       — Фамилия, — выдавил хозяин заведения, пододвинув тетрадь для гостей, заполненную корявым почерком. Нельзя не подметить его частичное сходство с Бобби, просто нечто, Лили всматривалась и находила всё больше общего, и, в конце концов, ей просто не хотелось видеть в суровом старикашке их Бобби.       — Нильсоны, — всё так же добродушно ответил охотник, рассматривая стены, лишь бы не встречаться с ним взглядом.       — У вас что тут, семейная встреча? — теперь более спокойно спросил мужчина, протягивая ключ, и не упустил случая пожаловаться: — Три недели назад сюда заселился Дэвид Нильсон, не ночует, не платит.       — Где его номер? — от беззаботного Дина почти ничего не осталось, он насторожился, как зверёк, почуявший опасность.       — Девятый.       Троица исчезла так же быстро, как и появилась. Свой номер, конечно, они не намеревались посетить, их больше заинтересовала судьба отца. Естественно, он уезжал от них на долгие недели, но не ночевать, не есть... Вот так просто сорваться и исчезнуть? Настолько безлюдное утро пришлось очень кстати. Взломать дряхлый замок не составило труда, понадобилась одна жалкая скрепка — и все двери открыты.       В номере витал застоявшийся запах тухлятины. Очевидно, что Джона здесь не было так же давно, как сказал владелец. Помимо запаха, присутствовал полный бардак: оставленная еда кусками скромно пристроилась на полках и столе, на стенах висели различные вырезки, постель была похожа на крысиное гнездо. Центр комнаты украшал круг из соли, по углам был раскидан Кошачий глаз, создавалось ощущение, что он усиленно защищался от чего-то, и это что-то могло настигнуть его. При хорошем свете ребята разглядели, над чем работал отец. На фотографиях были изображены женщины и мужчины разного возраста, цвет волос отличался, они все были из разных сфер работы — по сути ничего общего, кроме поникшего вида. Статьи с автомобильными авариями с присвоенным статусом "Розыск" оказались безуспешными, поскольку ещё ни один из пропавших не найден.       — Интересно, — сдёрнув со стены вырезанную из газеты статью, Лили зачитала: — «Мы ехали в гости к знакомым. На трассе я заметил женщину в белом, но останавливаться не стал — места в машине не было, хотя женщина эта и не голосовала вроде, просто стояла и смотрела на машину. Мы уже проехали пару метров, как вдруг моя младшая дочь спросила: «Папочка, почему та тётя бежит за нами?». Я посмотрел в зеркало и закричал от шока. Та женщина действительно бежала за нашей машиной, причём двигалась явно быстрее обычного человека. Я ударил по газам, машина рванула вперёд, но женщина не отставала. Она практически нагнала нас, хотя спидометр показывал около ста шестидесяти километров в час. Думаю, нас спас мост. Как только мы въехали на мост, женщина пропала. Как-будто растаяла в воздухе.»       — А это, похоже, тот самый мост, — Дин сдёрнул со стены приклеенное фото арочного моста. Как раз его они и проезжали по дороге в мотель.       — Думаете, отец попал в передрягу? — неуверенно спросил Сэм, подняв с пола Кошачий глаз. — Если он от кого и защищался, то точно не от призрака.       — Демон? — Дин прошёлся по небольшому номеру, но ничего говорящего, в каком направлении двигался отец, больше не нашёл.       — Возможно.       — Его вещей нет, — констатировала Лили, обследовав последний ящик комода. Ничего. Абсолютно ничего. Ни единого носка или забытой футболки. — Может, он сам собрался и уехал?       — Тогда почему не снял вырезки и фото? Соль, камень, — парировал Сэм, разведя руками. — Зачем так подставляться?       — Придётся разделиться, — решил Дин. — Итак, Сэм, на тебе задача вычислить девушку-призрака за... последние пятьдесят лет. Думаю, по нашим приметам их немного. Если её похоронили, проверь, цела ли могила, а мы навестим наших старых "друзей".       По правде говоря, оба валились с ног. Подремать пару часов в позе креветки не самое лучшее занятие, разогнуть шею Лили не могла ещё добрых десять минут после подъёма. А крутить "баранку" всю ночь, тут и говорить нечего. Останься они в номере вместо Сэма, то непременно провалились бы в сон. Маршалл неохотно брела к выходу, стараясь не врезаться в косяк или впереди идущего Дина.       Ничто так не бодрит, как собравшаяся вокруг Импалы полиция и тот мерзкий старикашка, без раздумий тыкавший пальцем в только что появившихся постояльцев.       — Это за тобой, — в один голос произнесли ребята, сразу же возмущённо переглянувшись.       Стоять на месте нельзя и, решив остаться незамеченными, по крайней мере, надеясь на это, Лили и Дин разделились, не спеша продвигаясь по намеченному пути. Лили скрылась за поворотом, с ней должно быть всё хорошо, не устроили же они облаву в самом деле. Осталось предупредить Сэма. Гудки.. гудки... Возьми трубку, Сэм!       — Слушаю, — не прошло и десяти лет, какая прелесть! И зачем ему телефон?       — Тревога, смывайся, — процедил охотник как можно тише, ибо за спиной приближались сотрудники правопорядка. Не дожидаясь ответа, звонок сбросили. — Могу чем-то помочь? — как ни в чём не бывало поинтересовался Винчестер, разразившись своей фирменной улыбочкой.       — Где напарники? — важно спросил один из полицейских, будто имел неопровержимые доказательства их вины, и всем видом показывал, что вот тут уже не отвертеться. Кажется, они уже встречались раньше, может, два... три... года назад, очевидно, знакомство было не из приятных. — Итак, — начал всё тот же мужчина, пока второй отправился обыскивать снятый номер. — Фальшивые агенты ФБР, фальшивые карточки.       Прежде чем Дина арестовали и самым наигрубейшим образом вжали в капот служебного автомобиля, из-за того самого угла появилась брыкающаяся Лили в сопровождении третьего полицейского. Да, это была настоящая облава, а спецназ и вертолёт будут? Успокаивало только одно — Сэму удалось скрыться.

***

      По приезду охотников развели по разным кабинетам, забрав возможность сговориться и обсудить единую версию. Впрочем, они и так знали, как отмазаться. Лили было даже чуточку смешно от одной мысли о том, какая забавная игра сейчас начнётся. Образцовая, законопослушная во всех смыслах гражданка с лёгкой ноткой иронии и неутомимый коп, который вопьётся в неё клыками закона и будет выгрызать признание. Ведь он так уверен, что прижал их к стенке собранными доказательствами. Даже не откажет себе в удовольствии продемонстрировать своё величие. И, конечно же, даст шанс облегчить наказание чистосердечным признанием.       Ждать пришлось долго: то ли специально не приходили, то ли занялись сначала Дином.       В комнате для допросов было холодно. Лили чувствовала, как замёрзли нос, уши. Колени ломило от однообразного положения. От нечего делать она изучала допросную: плакаты, призывающие к порядку и вопящие, что каждому преступнику найдётся место в камере, коробки с папками, почти завядший в углу цветок. Обстановка не радовала разнообразием, так что развлечение быстро кончилось.       Металлическая дверь распахнулась, впустив чернокожего мужчину с большой коробкой в руках, точно такой же, как стоящие неподалеку. М-м-м, намечается что-то интересное. Маршалл подалась вперёд, с интересом посматривая на картонку, очутившуюся на столе. Напротив присел следователь с самым серьёзным видом, который только мог состроить. Внутреннее чутьё подсказывало, что вцепится он не по-детски, не отстанет, пока не вытрясет всю душу.       — Лили Винчестер, — наугад брякнул тот, не успев раскрыть папку.       — Вайолет Нильсон, вообще-то, — добродушно поправила охотница, поудобнее усевшись на стуле. Как там Дин? И Сэм? И что там было? Хорошо бы детектив поверил всему, что сказали братья. А она поддержит их историю.       — Ну и вляпалась ты, девочка, — продолжил Пирс, именно так звали человека, в чьём обществе Лили проведёт ближайшее время, не обращая внимания на высказанное пожелание арестованной. — В вашем номере вся стена расклеена пропавшими без вести, угон машины, беспредел в Чикаго. Знаешь, сколько на твоё дело бумаги истратили? Но самое интересное я оставил напоследок — сатанинская бутафория, — в голосе нескрываемое наслаждение, смакование собственной победы. — Как же долго я мечтал поймать тебя лично! Больше ты не скроешься, детка. Вы, братцы, попали по полной.       — Всё бы ничего, но... Даже моя женская логика подсказывает, что вам по сути нечего предъявить, — ответила охотница, откинувшись на спинку стула. — Пропавшие без вести? Когда пропал самый первый, я ещё не родилась. Чикаго? Тот парень сам не помнит, где шлялся весь вечер, к тому же вам известно, что он наблюдается у психиатра. А машина...       — У тебя были сообщники, один из них за соседней стеной, второй постарше, — перебил Пирс, раскрывая тайную коробочку. — Лили, я прав? Это твоё настоящее имя.       На стол упал толстый ежедневник. Дневник Джона, его сложно не узнать. Пирс демонстративно пролистывал его перед глазами, призывая признаться. Листочки, покоившиеся между страницами выпорхнули наружу, как бумажные лебеди, потом детектив задержался на развороте, посвящённому Ругару, но ни одно, ни другое не заставило сердце ёкнуть.       — Вы просто больные, — заключил Пирс, вернувшись к концу дневника. На последнем странице крупным почерком выведено "Дин 35-111". — Я хочу знать, что это. Наверняка зашифровано место, где прячется ваш главарь.        А почему не спросить лично у Дина, если ты вычислил наши имена? Я определённо не похожа на Дина!       — Это старый почтовый адрес, — не задумываясь ответила Маршалл, мельком посмотрев на дневник. По правде говоря, она сама не знала, что означают цифры. — Дядюшка Дин жил в Колорадо, очень любил писать письма.       — Спешить мне некуда, готов провести с тобой всю ночь, — не сдавался детектив.       — Что, личной жизни совсем нет?       Когда беседа до шла до разгара, в допросную ворвался совсем "зелёный" пацанёнок и сообщил о новом преступлении. Наручники сковали руки, сделав одним целым девушку и стол, похоже, так и просидит всю ночь. Уткнувшись лбом в холодную поверхность стола, Лили намеревалась подремать жалкий часик. А сидится не так плохо, удобно, пока руки не затекут. Бежать она не решилась. Неизвестно, где Дин и оставлять его одного нельзя. Почти заснув, охотница обнаружила, что её со всей дури тормошат.       Вернулся.       Нет, это не Пирс.       Дин ковырялся в наручниках, постоянно озираясь на дверь.       — Что он у тебя спрашивал? — вот куда делись скрепки из дневника! Ну спасибо, Дин, ради приличия мог бы оставить одну.       — На свиданку звал, — отозвалась Лили, наблюдая за тонкой работой. Наручники как нарочно не открывались, а Лили постоянно мерещилось возвращение Пирса. Как он застанет их за побегом, и прости-прощай. — Давай быстрее!       Винчестер фыркнул, стаскивая с тоненьких запястий ужасные железяки:       — Готово.       Выскочив из кабинета, Дин и Лили свернули к дежурному посту, а там и до выхода рукой подать. К счастью, большинство персонала разошлось по домам, так что особого труда прилагать не требовалось. Только сейчас Лили увидела в окнах наступившую ночь. С ума сойти, как же долго они сидели! Пряча под курткой дневник Джона, ребята выскользнули на улицу. А дальше бежали, пока не поняли, что в безопасности.       Пока старший Винчестер отзванивался брату, Лили разминала мышцы. Разговор длился недолго, наверняка их исчезновение не осталось незамеченным. Нужно рвать когти как можно скорее, залечь на дно. Снова.       — Сэм нашёл могилу нашего призрака, — начал Винчестер, сворачивая в безлюдный переулок. От стен отдавало приятной прохладой и сыростью после мелкого дождя. — Кости сожжены, значит, отец тоже был здесь.       — Странно всё это, — поморщилась Лили, застёгивая молнию куртки, под майку уже пробирался неприятный мороз, щекоча ребра.       — И не говори, — вздохнул Дин.