Мрачно-солнечные будни

— В прошлый раз было высоко, — Хосок поднял голову и приложил к глазам ладонь козырьком. — Что там? — Юнги прищурился и обернулся на Хосока. — Пошли, мы почти на месте. — Я, вот знаешь, — Хосок ускорился, догоняя его, — удивлен твоей активностью. — Сам в шоке, — Юнги усмехнулся и остановился, Хосок врезался в его спину и с шипением потер нос. — Вроде, сюда. Юнги сошел с протоптанной тропинки и ломанулся куда-то в кусты, и Хосок только озадаченно сверлил взглядом его спину. — Сюда! — крикнул Юнги. — Ты уверен, что… — он потер лоб, засунул руки в карманы и лениво пнул камень под ногой. — Хен, куда ты меня ведешь? Юнги зашелестел травой, раздвинул куст руками и высунулся наполовину. — Ты хотел прогуляться, — фыркнул, — мы гуляем. — По дороге тоже можно гулять, — пробубнил Хосок, — по рельсам на самый крайний случай. — Да погоди, — цыкнул на него Юнги. — Сейчас все увидишь. Он положил руку на его плечо и указал пальцем куда-то за дерево, и Хосок сначала честно ничего не разглядел, а потом охнул. Кустистая местность переходила в небольшое поле с холмом, и ровно вдоль холма лежали относительно новые рельсы. От них еще не веяло неповторимым запахом железной дороги, не такие раскатанные и совсем не грязные. — Вот, — с победным видом скрещивая руки на груди, Юнги пожал плечами. — Рельсы. Гуляем. Все, как ты хотел. Хосок усмехнулся, прикрывая рот ладонью, притянул его к себе за плечи. — Ты выбираешь странные места, — он огляделся и потянулся за сигаретами. — Еще скажи, что тебе не нравится. — Нравится, — согласился Хосок. — Вид с крыши просто обалденный был. — Ты еще тут не оценил его. Юнги переступил с ноги на ногу, опустил руки и медленно двинулся к рельсам, обрывая по пути высокие травинки. — Но тут почти лес! — крикнул Хосок ему в спину. — Ага, — Юнги улыбнулся, — разве не красиво? Но я не об этом даже. — А о чем? — Хосок, наступая на его примятые на траве следы, зашагал следом. Юнги развернулся и молча указал пальцем вверх. Перешагнул через железо, сел на шпалу и откинулся на руках, поднимая голову. — Тут тоже красивые облака, — выдохнул себе под нос, но Хосок услышал: сел рядом, пихнул его в бок и отзеркалил позу. — Не знал, что ты любишь. — Я и не люблю, — лениво ответил Юнги. — Я тишину люблю, — он потянулся за торчащей сбоку травинкой, — а тут тихо. — Ради такого стоит идти через весь город. Юнги зажевал травинку, сплюнул и повернулся к Хосоку. — Шутишь так, да? — Немного, — засмеялся Хосок. — Но тут правда красиво. Юнги одернул толстовку, отсел на другую шпалу и лег прямо на нее, с приподнятой шеей свернул объемную ткань на капюшоне на манер подушки и уложил голову. Хосок заколебался, но бурча под нос осторожно лег рядом с ним. — Ох, — он не сдержал восторженного вздоха, когда понял, о чем говорил Юнги. — Это я и имел в виду, — Юнги улыбнулся, повернув голову. Помолчал немного, жуя травинку. — Ты много их рисуешь. Я заметил еще тогда, на той паре. Хосок притих, вслушиваясь в его слова. Он правда часто ловил себя на том, что вырисовывал облака на свободных от лекций полях тетради. Вырисовывал округлые формы, разговаривая по телефону. Даже в заметках на телефоне, когда стоял в пробке, чертил пальцами по экрану и удивлялся, когда получалось что-то похожее на них. И Юнги заметил. Заметил, хотя их дружбу и дружбой-то с натяжкой можно было назвать. Сдал свое любимое место на крыше заброшенного здания только чтобы показать прекрасный вид на так нравящиеся Хосоку пейзажи, а теперь привел его туда, где дух захватывает от того, как близко небо. Улыбаясь, Хосок представил, что если встанет — дотянется до них рукой, и протянул наугад ладонь вверх. Юнги потянулся следом, выхватывая так и не подкуренную сигарету, вытащил из кармана зажигалку и вытянул шею, делая первую затяжку. — Давно ты тут обитаешь? — Хосок наклонил к нему голову. — Я и не обитаю. Вышел сюда случайно и вот тебе показал. — Спасибо, — он дернул его руку. — Тут правда круто. — Спасибо за что? — За то, что делишься. — Хосок не думал, что с Юнги может быть неловко, но сейчас это было так. Он видел, как смущен Юнги, и тут же прикусил язык, чтобы не ляпнуть что-то еще. — Ты забрал мою сигарету! — Стащить незаметно не вышло, да? — засмеялся Юнги и протянул ему ладонь с сигаретой, зажатой между пальцами. Хосок потянулся к ней губами, обхватил, подсовывая руку под шею, и заметил все еще вытянутые к нему пальцы. Он не думал, что делает, когда толкнулся головой, подставляя щеку, и Юнги дернулся ощутимо от неожиданности, но не убрал их и только надавил сильнее, скользя по линии подбородка. — Свет красиво падает, — хрипло пробормотал он, и Хосок расслабился, заерзав на месте и перекладываясь удобнее. Перекладываясь ближе, упираясь плечом в его руку и головой цепляя чуть разметавшиеся пряди Юнги. Закрыл глаза, затягиваясь, и когда он сжал кольцом губы, выдыхая, почувствовал тень на лице, а секунду спустя — сухие губы на своих. Юнги вдохнул горький дым полной грудью и лег обратно, укладывая голову на его плече. Выпустил из легких с шумом горькое и усмехнулся, косясь на Хосока. Хосок прикусил губу. — Так хочешь курить? — Неа, — отмахнулся Юнги. — Тебе не обязательно было так делать, если ты хотел меня поцеловать. Ты мог сделать это просто так. Ну или, — он повернул к нему лицо, — попросить. — Прошу. Поцелуй меня.