Мрачно-солнечные будни

— Это как-то неправильно, — протянул Сокджин, обходя Хосока по кругу и косясь на темный костюм. — Ну вот ты давай еще мне тут за полчаса до всего просто возьми и ляпни что под руку, видишь, и без того нервничает! Чонгук нервно перекатился с пятки на носок, глядя на часы, и Сокджин успокаивающе похлопал его по плечу. — Я так рад, что даже не обращу внимания на твою колкость, — он улыбнулся и прижал к себе Чонгука, и тот выдохнул в его плечо. — Спасибо, — он потер лоб неловко и дернулся от привлекающего внимание кашля Хосока. — Вы такие смешные, — прыснул он. — Я рад, что вы тут со мной, правда. — Айщ, хен, — отмахнулся Чонгук. — Как будто могло быть иначе. Не каждый день у твоего брата такой день. — Ты мог быть с Юнги сейчас, — заметил Хосок и улыбнулся неловко. Чонгук выдохнул. Покачал головой и медленно приблизился к нему, укладывая на плечи руки. — Я люблю хена, ты знаешь, — медленно, словно подбирая слова. Он сжал пальцы, заставляя обратить внимание на себя, и ткнулся в его лоб своим. — Но неужели ты думаешь, что я действительно мог быть с ним сейчас? Сокджин возник словно из ниоткуда рядом с ними и тяжело их обнял, заставляя одного охнуть от неожиданности и выбивая весь воздух из легких Хосока, когда вжал его в себя. — Хосок-а, посмотри на меня. — Я могу посмотреть только на твою грудь. Или на шею — максимум, — просипел полузадушенно Хосок и с трудом приподнял лицо. Сокджин продолжал улыбаться, поглаживая его по спине, и в этом было столько нежности и искренней радости за донсэна, что Хосок с трудом сдержал всхлип и снова ткнулся в его грудь, ставя под угрозу чистоту и белоснежность его рубашки. — Ну эй, эй. Посмотри. На. Меня. Хосок закусил губу и утер предательницу-слезу, и Чонгук, стоящий рядом с ним, рвано вздохнул и отошел к окну. Краем глаза Хосок заметил, как он уткнулся в ладони лицом. — Я счастлив разделить это с тобой, Хосок, — серьезно и почти по слогам отчеканил Сокджин. — Это для всех слишком особенный день, и просто позволь позаботиться о тебе сегодня, хорошо? Все пройдет идеально, ты, — он выделил нажимом, — идеален, и я не позволю тебе даже и мысли допустить, что мы хоть на минуту могли тебя бросить. — Глупый хен, — услышал Хосок через зажатые пальцы голос Чонгука. — Хен не глупый, — поправил Сокджин и в очередной раз с мягкой улыбкой потрепал пиджак Хосока. — Ну, нам пора. А ты, мелкий, — он повысил голос, оборачиваясь через плечо, — поучись манерам. Хен научит тебя уважать старших! — Если хен хочет опоздать, а я клянусь тебе, что Юнги-хен нас прибьет к черту, то можешь начинать прямо сейчас, — Чонгук подмигнул ему, и Сокджин растерянно посмотрел на циферблат на запястье. — Черт! Хосок обхватил ручки на дверях и внезапно замер, когда к горлу подкатил ком. Ноги в секунду стали ватными, по голове прошлось чем-то шумным, отзываясь волной неприятных мурашек, а потом резко затихло, обрубая все звуки. Вот и все? Он так долго ждал этого дня, они ждали. Юнги втайне отмечал крестиками цифры на календаре — он точно знал, наткнулся однажды на него, когда тот спал. Они упорно делали вид, что ничего не происходит, и даже утром встали, сохраняя на лице серьезную мину. Юнги только улыбался украдкой, когда Хосок не видел, совершенно не обращая внимания на то, что сам Хосок подчас ходил «мыть руки» в ванную, и долго, долго стоял перед умывальником, даже не включая воду. Народу собралось не слишком много — лучшие друзья и самые близкие родственники, но даже это давило. Хосок сглотнул, поправил воротник даже не на рубашке — тонком черном свитере, и мимолетно коснулся бусин на подвеске, которую ему подарил Юнги на какую-то годовщину. Двери распахнул одним широким движением, словно боялся передумать в последний момент. Звучный грохот замка в тишине праздничной залы прокатился, оглушая и привлекая внимание всех присутствующих. Юнги крупно вздрогнул всем телом и вывернул шею, бледнея на глазах и закусывая губу — Хосок сморгнул долго, все еще не веря в происходящее. Казалось бы, два взрослых мужчины, получившие наконец желаемое. Почему же тогда ноги отказывались пересекать узкую длинную дорожку через таких радостных гостей? Сокджин подтолкнул со спины, Чонгук поравнялся с ним с плеча. Кашлянул, толкнул его в локоть и одним подбородком указал на другой конец помещения. Юнги ощутимо даже здесь, через весь зал, нервничал, переминаясь с ноги на ногу, но сохраняя внешнее спокойствие. Хосоку потребовалось всего несколько мгновений глаза в глаза, чтобы понять причину переживания: все закончится спустя пару минут, когда он подойдет ближе и перехватит широкую ладонь своей. Коснется губами костяшек и выдохнет в его губы то самое «согласен». И плевать, что впереди заезженное «долго и счастливо», этого мгновенья им уже не вернуть, и терпя подталкивания брата и друга со спины, Хосок отчаянно не хотел, чтобы у него забирали этот волнительный и предвкушающий момент. Он взял себя в руки, почти сразу прижимаясь к плечу Юнги, стоило им оказаться друг с другом. Сокджин закатил глаза, пихая Чонгука и одним плечом привлекая его внимание к Чимину. Чимин округлил глаза, заметив их перешептывания, и, улучив момент, Сокджин улыбнулся ему одними глазами: — Ну хоть кто-то из нас убедил надеть белую рубашку. Чимин выдохнул, закатил глаза и суфлерским шепотом ответил: — Потому что кто-то не идет на поводу у истерички-жениха. — То, что ты еще жив после этого утра, — мило сощурившись, обернулся к ним Юнги, — это только потому что мы опаздывали сюда. — В смысле «опаздывали»? — возмутился Хосок, дергая его за руку. — Расслабься, мы же тут, — Намджун притянул к себе Чимина и шикнул на Хосока, когда тот набрал в грудь воздуха для последующей тирады. — Правда, все в порядке, — продолжил Юнги, едва заметно сжимая его запястье, и Хосок выдохнул, выпуская пар как шарик с воздухом. Все в порядке. Чонгук и Сокджин затихли, когда к пьедесталу подошел сияющий Тэхен — тот очень старался успеть получить лицензию на проведение свадеб именно к их дате, и теперь скромно улыбаясь переводил взгляд с пары перед ним на Чонгука, ища безмолвную поддержку. — Могу я?.. — Да, да, Тэхен, просто, блять, сделай это, — выдохнул Юнги, быстро облизнул губу и крепче обхватил пальцы Хосока своими. Хосок прикрыл глаза, слушая его глубокий низкий голос. Тэхен на эту роль подходил, казалось, идеально, с этим согласились все. Рядом — самые близкие, и впервые за день Хосок полной грудью вдохнул, когда Юнги, хмурясь, натянул ему кольцо на палец. Почему-то в тот момент, когда он сам протягивал руку Хосоку, его лицо наоборот светилось улыбкой, и Хосок, не удержавшись, пальцем ткнул его в нос. Юнги сморщился, смеясь, и Хосок наклонил голову, считывая каждое его движение. Вот и все? Вот и все. Он притянул его к себе и поймал губами растерянный вздох неожиданности. Такой близкий. Такой свой. — Вот и все? — прошептал Юнги, бодая его в нос. Хосок кивнул, повернулся к толпе и вытянул руку с кольцом, демонстрируя блестящий золотой обруч на пальце. Он сел с ходу как влитой, и в тот момент, когда Юнги заключил его в объятия со спины, наконец он полностью расслабился. Его рука легла поверх ладони Хосока, кольца оказались прижатыми друг к другу, и это казалось слишком правильным. И какая разница, что их брак не был действителен на территории страны. Разве это имело какое-то значение, когда единственное, что важно — Юнги приложил пальцы к груди Хосока и прошептал на ухо, чтобы слышал только он: — Тут. Хосок кивнул. Тут. Все, что имело значение, было тут. Рядом.