Мрачно-солнечные будни

Если в двадцать первом и была какая-то соцсеть, которая бесила Юнги больше, чем гребаный тикток, он ее не знал. Помимо того, что это приложение являлось рассадником тупости, глупости и нарциссизма, ему всегда попадались какие-то слишком непонятные видео с якобы самыми популярными трендами, смысла в которых он просто не видел. И уж тем более он никогда не стал бы туда ничего грузить по собственной воле. Так он думал до тех пор, пока на очередной встрече с приятелями не поддался на уговоры неплохо знающего его Чимина. Чимин, на голову Юнги, тикток знал как все свои пять пальцев. Плавал в нем как рыба в воде, знал все популярные фишки и всегда аккуратно лавировал в них, стараясь дарить своей публике только тщательно отобранный контент. Юнги это веселило, но он никак не комментировал увлечение друга, радуясь лишь тому, что сам Чимин с уважением относился к подобной неприязни и личным границам своего хена. Так было до тех пор, пока на той самой встрече с приятелями Юнги не фыркнул в очередной раз на попытки подпитого Чимина что-то снять, а сам Чимин не взвился в ответ. — Ты просто упираешься, потому что тебе не собрать вокруг себя публику. Юнги замер, не успев поднести к губам бокал с вином. Облизнулся, отставил его обратно на стол и откинулся на кресле. — Повтори, — процедил он, скрестив руки, и Чимин с готовностью подался вперед. Поиграл бровями и улыбнулся так обезоруживающе, что аж руки зачесались: Юнги изо всех сил сдерживался, чтобы не смазать эту улыбку пальцами, с силой надавив на щеки. — Я сказал, что тебе не собрать аудиторию, загрузив видео в тикток. Где-то на фоне раздалось протяжное «оу-у-у» Тэхена, в комнате, среди повисшей тишины, не хватало только звука сверчков. Перекати-поля, на худой конец. Юнги пропустил сквозь зубы глоток вина, подержал немного во рту, собираясь с мыслями, и протянул бокал притихшему в ожидании Сокджину. — Подержи мое вино, — бросил Юнги, хватая телефон. Сокджин сглотнул, глядя на то, как в пару шагов он пересекает комнату. Задумался, на автомате отпивая из чужого бокала и напрочь игнорируя зажатое в другой руке пиво. — Я не уверен, — он вскинул бровь и уставился на Чимина, — но, кажется, ты разбудил монстра. Сложнее всего в процессе съемки видео для Юнги было найти подходящий реквизит. Мысль о том, что видео должно быть именно таким, пришла в одну секунду, и он соврет, если скажет, что не думал о том, чтобы снять его и до этого случая. Просто знал, что не налажает, и именно это помогло так спокойно и всего за пару дублей отснять короткую демонстрацию своего умения. Мягкая тонкая веревка нашлась спустя пару минут, Юнги делал подобное, но только на шнурке от толстовки во время скучных лекций, но не вытаскивать же его оттуда? Потыкавшись с обработкой, он наложил относительно приемлемый звук, и уже через пару минут с расслабленным видом скрестил ноги на мягком кресле, отняв у Сокджина почти опустевший бокал. Чимин понятливо не затрагивал тему, но всем видом демонстрировал, что чувствует толику вины, не решаясь сказать об этом вслух. Но спустя еще какое-то время не выдержал, украдкой просмотрел профиль Юнги и с охреневше круглыми глазами убрал телефон обратно. Он так ничего и не сказал, и не то чтобы Юнги это требовалось. Суть всего этого, на его взгляд, заключалась все же не в том, чтобы подписчиков набрать, а доказать упрямому донсэну, что А) Юнги не тот человек, которому слабо, и Б) что этих самых подписчиков, их реакций и прочего, Юнги вовсе не сторонится или опасается, как ляпнул в перепалке Чимин. О том, что его так легко развели на то самое «слабо», Юнги старался не думать. Мысленно он уже отмотал время на пару дней вперед и удалил все, что связывало его с тиктоком: как само приложение, так и выложенное видео. Утро принесло с собой легкое головокружение и смутное воспоминание в стиле «Я что, и правда?..» Правда. Он убедился в этом, как только заглянул в комментарии и с удивлением обнаружил пару сотен подписчиков за эти несколько часов. Юнги обреченно вздохнул, тихо простонал, пересматривая видео, и тут же смахнул приложение, набивая текст в диалог с Чимином. «Чимин! Вот и кто тебя за язык тянул?»

«А что сразу Чимин? Кто кого еще за язык тянул, к слову!» «И, кстати, занятные комментарии»

Не сразу сообразив, о чем именно писал Чимин, Юнги нахмурился и вернулся к просмотру комментариев. Из множества удивленных выделялся один: от парня, который активно снимал танцевальные каверы. «Да не ведитесь, монтаж же» Монтаж, конечно. Юнги покачал головой, по привычке обхватил губами шнурок на толстовке и тут же выплюнул, осознав, что делает. Почему-то именно этот комментарий из всей кучи на самом деле привлек внимание. Он наспех сварил кофе, и вместо привычного пустого завтрака размял пальцы, открывая камеру и включая запись. По языку мягко прошелся все тот же злополучный шнурок, но в этот раз медленнее и без какого-то монтажа. Он демонстративно оставил рот приоткрытым, не выпуская завязанный узел до конца, отследил тайминг и так же медленно провернул узел во рту обратно, развязывая его. И если вчерашнему своему поступку он еще мог найти оправдание, то на кой черт доказывал сейчас что-то какому-то незнакомцу — понятия не имел. И все равно не удержался от подмигивания в самом конце, а видео назвал дерзким «Технология монтажа». Еще раз выматерив мысленно Чимина, он благополучно забыл про телефон на пару часов. Чего он точно не ожидал, вернувшись в онлайн — так это сообщения в личке все от того же танцующего парня.

«Не ожидал, что настолько зацеплю»

Да какого хрена?! Что он вообще о себе возомнил-то? Юнги закатил глаза и занес палец над клавиатурой. «Не люблю, когда мне не верят»

«Так у тебя на самом деле язык без костей?»

 — пришло в ответ почти сразу. А Юнги почему-то расхохотался, мысленно едко отвечая что-то в стиле анатомического разбора челюсти и языка. Не придумав ничего и решив проигнорировать дерзкого комментатора, он и думать про него забыл, пока вечером о себе не напомнил Чимин и не поржал в трубку все с тем же вопросом «неужели зацепил?» И ведь зацепил! Еще во время разговора Юнги чувствовал, как горят пальцы от желания что-то написать. Ему не то чтобы было дело до подобных комментариев, но парня с ником @j_hope94 почему-то хотелось заткнуть. «Тебе наглядно продемонстрировать?» И Юнги даже не успел отложить телефон, когда он коротко завибрировал, уведомляя о новом сообщении. Живет он в телефоне, что ли?

«Не сочти за грубость, но выглядит малость не слишком убедительно»

«А не испугаешься?» Кажется, кто-то снова на грани от того, чтобы быть взятым на слабо. Юнги отмахнулся от этой мысли и с интересом наблюдал, как дергается иконка с аватаром этого странного парня, пока тот набирал сообщение.

«Чувак, я би, меня не испугает язык смазливого парня ;)»

В горле пересохло по щелчку пальцев. Как назло, кроме охлажденного вина, оставшегося после предыдущего — злополучного — вечера, Юнги не нашел ничего подходящего, и не стал особо церемониться, как бы ни любил детали: с размаху плюхнулся на стул, подогнул под себя ногу и отпил прямо из горлышка бутылки. Сообщение Хоупа привлекало внимание, едва ли не мерцая ярко и не требуя какого-то ответа. Юнги плюнул, расслабившись от вина, и ухмыльнулся, принимая правила игры. «А ты дерзкий»

«Ответил парень, который творит на камеру такие вещи»

«Ничего неприличного, между прочим, заметь»

«В твоем «приличном» видео неприличного наберется на отдельную категорию порно-сайта»

«Оу, так ты не просто дерзкий, ты еще и изврат»

«Не прикидывайся настолько правильным, у тебя на лице написано, что это не так»

«И не думал. Просто странно осознавать, что какой-то незнакомец дрочил на видео со мной, где я даже в одежде»

«Было довольно кинково ;)» «А вообще звучит так, словно у тебя и без нее есть видео»

«Может, и есть»

«И зачем мне эта информация?»

«Подрочишь на нее, когда в следующий раз будет не на что»

«А может, я уже?»

«Не хочу сказать, что меня это напрягает» «Но это странно, не находишь?»

«Но ты все еще здесь» «А значит, тебе и самому интересно»

«Допустим» Юнги ничего не мог поделать с тем, что при мысли о привлекательном — нет, он, конечно, не пересмотрел большую часть видео с канала Хоупа — парне, в прямом смысле задрачивающем на видео Юнги, член предательски дернулся и потребовал внимания к себе. В паху сладко потянуло, и он надеялся, что эта реакция была вызвана еще и вином, а не только умением Хоупа завести с пол-оборота. Юнги поморщился недовольно, но послушно уложил ладонь на ширинку, надеясь, что от бездействия возбуждение спадет. Хоуп молчал пару минут, и Юнги почти с облегчением откинул на стол телефон. Но тот почти сразу моргнул индикатором оповещения. За то, как резко Юнги подался вперед, едва не свалившись со стула, он готов был себя ударить, но вместо этого растянул губы в улыбке, глядя на уведомление из тиктока.

«Так все же» «Те видео — не монтаж?»

«А тебе реально нужны доказательства?»

«Я готов поверить, но теперь даже не знаю, как перестать думать об этом»

Открытость Хоупа поражала до глубины души. Было на самом деле странно, что собственное возбуждение уходить совершенно не собиралось. Хоуп не делал легче, и сообщение с одним-единственным словом выбило воздух из легких и заставило щеки заполыхать.

«Докажи»

«А я должен?» — набрал он негнущимися пальцами.

«Нет» «Но ты хочешь этого»

Сообщения приходили с незначительными опечатками, и при мысли о том, почему Хоуп стал мазать мимо кнопок, Юнги сжал ладонь на члене чуть крепче и, психанув, расстегнул ширинку. Он невольно выдохнул от облегчения, когда прохладная рука легла на горячую кожу, и идея доказать уже не казалась такой глупой и нелепой. В конце концов, даже если Хоуп дрочил на его язык, Юнги пошел дальше: он едва ли не дрочил на недо-вирт. Юнги психанул мысленно, даже зная, что пожалеет об этом уже утром. Но интерес перевешивал чашу весов в пользу «написать айди в католке» вместо «заблокировать изврата», и он трижды проверил правильность написания ника, прежде чем отправить, кусая губы. Нервное возбуждение чуть более болезненное. Разрядки хотелось уже в любом случае, и пока он ждал непонятно чего — вполне возможно, что сам Хоуп так и не решится его набрать — руку он так и не убрал. Сжал чуть сильнее у основания и с силой прошелся по еще сухому члену до самой головки. Резкий, хоть и тихий сигнал входящего аудиозвонка немного вернул на землю. Юнги сглотнул, отпивая еще один большой глоток вина, со стуком отставил почти пустую бутылку, едва не уронив ее, и выдохнул на три счета, усаживаясь удобнее. Он принял вызов, но вместо ожидаемого голоса услышал лишь тяжелый выдох. Еще раз мельком взглянул на экран, считывая айди звонящего, и заметив знакомый ник хрипло пробормотал: — Хоуп? — Шуга? Или лучше Агуст? — Плевать. Аудио? — Хотел убедиться, что это ты. Качество звука стало в разы хуже, и Юнги понял, что тот убрал телефон от лица, переключив на видео. Он почти забыл, для чего вообще все это было, но так вовремя запутавшийся шнурок толстовки попался на глаза, и Юнги тихо хмыкнул, тоже переключаясь на видео. У Хоупа было слишком темно, чтобы что-то рассмотреть, но экран несколько раз поменял свое положение, и Юнги заметил, как тот потянулся к бра на стене. Это определенно было хорошим решением. Хоуп — танцор, и тело имел соответствующее: Юнги не мог видеть всего, но его белая борцовка была немного задрана на животе, показывая подтянутый плоский живот с намечающимся прессом. Оголенные руки то и дело напрягались от движения, и сказать, что это привлекало внимание — не сказать ничего. Лица он не показывал, но в кадре была нижняя часть подбородка. Юнги хватило пары секунд, чтобы понять, насколько на самом деле дрочибельным был Хоуп. Ему бы стало неловко за свой внешний вид и нелепую огромную толстовку, если бы он не знал, как исправить это в два счета. Словно играя, он потянул длинными пальцами шнурок и придавил его губами, пока ставил телефон на стол и фиксировал, чтобы освободить обе руки. Перехватил шнурок рукой, сел ближе к камере и прищурился. — Все еще не веришь? Хоуп усмехнулся: — Все еще хочу доказательства. Юнги пожал плечами и вытянул язык, ловя шнурок и выкручивая его, делая петлю. Совсем как в снятом видео, оставил узел болтаться между зубами и оскалился, приподнимая уголок губы. Хоуп откинул голову, обнажая напряженную шею и кадык, сглотнул и громко выдохнул, заерзал на месте. — Пиздец. Юнги не нашелся со словами — уловил момент и опустил руку под стол, снова обхватывая член. Хоуп молчал, Юнги тоже едва ли мог выдавить хоть слово. Он надеялся, что не так сильно палился, находясь в полумраке комнаты, пока жадно рассматривал красивое, подтянутое тело перед собой. Наверное, даже лучше, что изучить его полностью мешала борцовка — тряпка хоть и мешалась, но заставляла думать о том, как удобно было бы ее дотянуть до шеи, захватив подол зубами и едва ощутимо царапать кожу при этом. По бедрам мурашками прошлась волна возбуждения, а на пальцы медленно стекли тягучие капли смазки, Юнги прикусил губу и только сейчас заметил, что рука Хоупа в кадре тоже только одна. — Только не говори, что ты правда с самого начала дрочил на то долбаное видео. — Я не настолько извращенец, — тихо засмеялся Хоуп, — но мне стало интересно, к чему это приведет. — Проверил? — на выдохе выдавил Юнги и перевел взгляд на выпирающий кадык Хоупа. — Да, — серьезно ответил тот. — И мне нравится то, что я вижу. Несколько секунд просидели в тишине, вслушиваясь в тяжелое дыхание и борясь с остатками смущения. Хоуп шумно выдохнул и осторожно начал: — Ты мог бы… Я хочу видеть твои руки. — Мне положить их на стол или… — Или, — прохрипел он в ответ и сам стянул борцовку, пока Юнги жмурился от новой волны смущения и устраивался удобнее. Ему потребовалось немало усилий, чтобы сесть так, чтобы было удобно обоим. Пришлось почти сползти на соседний стул, вытянув ноги, но это стоило того: рваный тихий полустон Хоупа при виде напряженной ладони Юнги, обхватившей головку и большим пальцем поглаживающей ствол, компенсировал все неудобства. Этот стон сработал как катализатор. Хоуп почти отзеркалил его позу, с той разницей, что ладонь его двигалась чуть быстрее, и тем больше было фантазий у Юнги за те доли секунд, когда из сжатого кулака виднелась темная головка. Ладонь его была скользкой от стекающей смазки, в мягком свете она бликовала, притягивала взгляд, и рот Юнги наполнился слюной, стоило ему представить свой язык между пальцами Хоупа. Он громко сглотнул слюну, задышал полной грудью — тяжело и хрипло: самому хотелось ускориться, но вид на то, как дрочит Хоуп, выбивал настолько, что пары быстрых движений хватило бы для долгожданной разрядки. — Я не продержусь долго, — прошипел он, и Хоуп перевел дыхание, прежде чем приподнять уголок губ в полуулыбке и тихо, но твердо почти что приказать: — Кончай. Юнги не смог оторвать взгляда от напрягшихся мышц на животе и того, как стекают по ним капли спермы Хоупа, пока оттягивал кожу и кусал губы во время оргазма. Он не считал себя любителем подобного, но с уверенностью мог сказать, что именно этот оргазм стал самым ярким за последнее время. — Самое смешное, — Хоуп щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся и переставил телефон на стол для удобства, — что я не знаю твоего имени, как и ты моего. Юнги пожал плечами, ощущая сонливость и пытаясь скрыть это: разговор прерывать совершенно не хотелось. — Юнги, если это имеет значение. — А разве нет? — Хоуп вскинул бровь. — После подобного мы как минимум должны встретиться. — Пожениться еще скажи, — огрызнулся Юнги. — Я серьезно. — Недокуренная сигарета отправилась в пепельницу, а лицо Хоупа стало чуть ближе. — Я — Хосок. И я из Сеула. — Неплохо, — Юнги качнул головой. — Я тоже. — Еще вопросы или сомнения по поводу встречи? — Хосок улыбнулся, и Юнги поспешил отвернуться и закусить предательски растянувшиеся в улыбке губы. — Ну вот и все. Спишемся? — Ну, очевидно, — хмыкнул Юнги. Отключившись от разговора, Юнги сначала забил новый контакт в список и только потом заметил кучу сообщений от Чимина. Одним глотком допив остатки вина, уже порядком согревшегося при комнатной температуре, он скорчил телефону агрессивную гримасу, но тут же расхохотался и прижал к лицу обе ладони.