Доберман

Было бы глупо сказать, что Питеру не льстил и не смешил факт того, сколько существует статей про бедного почтальона Дитера Вайзе. Кем только парня в то время не объявляли: и демоном, и духом, и, даже, Богом. Но всё это были глупости. Питер красочно помнил ту свою недо-жизнь в чужом теле. Помнил так, будто это было не столетие, а пару дней назад. Особенно ему понравилось тогда мастурбировать перед мед сестрами, слушая вечные извинения бедного Вайзе. Но никто не знал, что заводили его совсем не хорошенькие девчата, а трое вполне привлекательные санитары. Мощные, высокие — аполлоны, одним словом. Но если вдаваться особенно хорошо в биографию «Демона», то можно узнать, что Питер Паркер умер за три года до того, как с бедным почтальоном случилась такая вот беда. Парень бродил по миру бестелесным призраком. В отчаянье. В печали. В боли ошибок прошлой жизни. Он винил-винил-винил себя. Всё, что он хотел всё это время — перерождение. Но его так и не было. И не было. Его даже не встретил Жнец. Никто не встретил и не помог. В начале, Питер без конца сетовал на себя, что он слишком грешен для новой жизни. Что слишком он грязный для чего-то такого чистого. Но потом его разумом стали овладевать гнев и ненависть. Питеру хотелось доказать ангелам, демонам, Богу, Люциферу, всему миру, что они чертовски сильно ошибаются. В порыве этих грязных эмоций он вселился в первого встречного. А этим встречным оказался жалкий почтальон Дитер Вайзе, в заточении тела которого он провёл восемь лет. А потом заткнутый сток. Вода. Попытки вдохнуть. И вторая смерть. Но не думал, не думал Питер, что перерождение займёт так долго времени. Но он ждал, как преданный пёс. И дождался. 195 До совершеннолетия Питер был примерным мальчиком: слушался тётю, делал уроки, не пропускал школу, не пил, не ввязывался в драки. Это, разумеется, получалось с трудом, ведь за почти столетие устройство жизни сильно поменялось. Но получив свой прекрасный статут совершеннолетия, он поменялся до неузнаваемости. Не для любимой тёти разумеется, не для общества. В душе. Он сразу съехал от прекрасной Мэй в дом, который ему подарил её новый муж на двадцать один год. И начал заниматься тем, к чему душа лежала. Но не всё так просто, конечно. Промышлял он тем, что похищал никому не нужных людей. Одиноких. Которые сами были бы не прочь начать всё заново. Он мстит за столько лет ожидания. Его мало волнуют грехи, законы и общество. Ведь месть — то блюдо, что подаётся холодным. Первой жертвой стал приятный молодой человек. Чуть старше самого Паркера. Они встретились на крыше. И Питер уговаривал его не совершать эту ошибку. Он предложил пойти к нему, обещая, что поможет. Питер нагло лгал. Парень начал подозревать что-то не то, когда они выехали за приделы города, но вида старался не подавать, списывая всё на недавно пережитый стресс и искренне веря в то, что его жизнь, наконец, станет счастливой. Лучше бы доверился предчувствию. Уже рядом с домом Питер резко остановил машину и вытащил парня наружу. Слушая вопли первой жертвы, он крепко мотал его запястья веревкой, прижав наивного к земле. «Никто тебя не слышит», — шептал Паркер. «Мститель» достал из бардачка скотч и заставил парня, наконец, замолчать. Не без труда закинул на заднее сиденье и рванул в сторону дома. Первое, что пострадало на теле жертвы, была кожа. Мягкая, гладкая. Питер потушил сигарету прямо о нежную щёку парня. После первого крика, в ушах маньяка ещё долгое время стоял этот сладкий звон. На самом деле, не было запаха горелой кожи, как часто пишут в книгах. Только аромат дорого табака витал в воздухе. Стоит сказать, что из черепа бедняги вышла прекрасная пепельница. Питер, правда, долго пытался отмыть его от остатков мозгов и плоти, но вышло очень даже эстетично. Следующие жертвы превратились в его голове и памяти в какофонию звуков, отдельных частей тела и лиц. Но особенно чётко запомнилась ему одна девушка. Имя потерялось в лабиринтах воспоминаний. Но её яркие спокойные серые глаза он никогда не сможет забыть. Интересной была она личностью, да и продержалась особенно долго. С её похищением проблем особенно не было, и, вероятно, Питер сейчас даже не вспомнит, как оно происходило. Будил он её у себя в пыточной, сломав ей несколько пальцев. На его удивление, девушка не кричала, а лишь промычала какие-то ругательства и открыла глаза. Она раздражённым взглядом обвила фигуру мучителя и помещение. Пробурчала что-то типа «Привет, ты меня убьёшь?», и, получив положительный ответ, кивнула. С ней интересно было разговаривать. А кричать она никогда особенно не кричала. Могла смачно выругаться. Как-то Питеру всё же стало интересно, почему же девушка не особенно отзывается на боль. Она лишь попросила снять её футболку. На открывшемся участке тела было столько шрамов, что было сложно сосчитать. -Так выглядит почти всё моё тело. Со временем, теряется ощущение боли, как стираются воспоминания из детства, — спокойно пояснила она. Питер скинул её труп в глубины озера спустя целых три месяца. Дальше всё снова смазалось в долгую-долгую какофонию. На некоторое время Паркер даже забросил это дело, начал ходить в спортивный зал, проходить курсы парикмахера. А каждую субботу приезжал к любимой тёте и проводил у неё выходные. 195 Питер надел куртку, натянул ботинки и с мягкой улыбкой обернулся к тёте. -Ну пойду я, — сказал Питер, мягко обняв Мэй, — До следующей недели? -Питер, забыла сказать, мы с Хэппи уезжаем в отпуск, — прощебетала она, — На месяц. Справишься без меня? -Конечно, — рассмеялся Паркер, — Мне не пять, Мэй, скоро уж двадцать два будет. -Я знаю, дорогой, — она снова обняла племянника, — Давай, веди себя хорошо, много не пей. Мальчик, рассмеявшись, вышел из квартиры. Уже почти подходя к машине, его взгляд привлёк мужчина с грязной бородой и волосами, весь в пыли, потрёпанных шмотках и разбитым лицом. Но было заметно, что мужчина достаточно молод. Никого рядом — это шанс. Питер выхватил из машины шприц со снотворным. Парень сам не заметил, как оказался за спиной мужчины, но «лекарство» он ввёл точно. Не прошло и тридцати секунд, как незнакомец повалился. Затащить в машину было несколько сложно, ведь мужчина превосходил Паркера по габаритам, был на голову, а то и две, выше, шире в плечах. Но, почему-то, парень был уверен, что его старания окупятся. 195 Поездка до дома заняла рекордно мало времени. Думая, как вытащить незнакомца из машины и дотащить его аж до подвала, Питер бродил по дому и наткнулся взглядом на стул на колёсиках. Кое-как дотащив мужчину, мальчик устало выдохнул. Сейчас ему необходимо оттереть это безобразие, сбрить бороду, подстричь волосы и затолкать в ванну. А ещё смотаться за нужным размером одежды… нужно будет измерить габариты мужчины, чтобы не ошибиться. Паркер выдыхает и идёт в ванну: набрать воды и взять полотенце, бритву и ножницы. Питер мягко окунает сухую ткань в тёплую воду и дожидается, пока она намокнет. Проводит по лицу незнакомца, убирая особенно сильные скопления грязи и стараясь не задеть раны. Кожа под слоем пыли загоревшая и ровная. С бритьём всё обстояло гораздо сложнее, но спустя сорок минут глазам парня открываются выразительный подбородок, чуть впалые щёки, прекрасные скулы, пухловатые розовые губы и идеальная челюсть. Когда Питер оглядывает поле своих трудов, замечает, что глаза мужчины открыты и хмуро смотрят на него. Паркер не может сказать, когда проснулся прекрасный незнакомец. Но его серо-голубые глаза добавляют пару очков к привлекательности. Паркеру даже стало интересно, почему мужчина, будто сошедший с глянцевой обложки модного журнала, выглядит, как бомж. Неплохо же жизнь его покидала. -Приветик, — дружелюбно здоровается мальчик, чуть склоняя голову к плечу и мягко улыбаясь, — Я — Питер. Я тебя похитил. -Я понял, — о, Господи, голос мужчины невероятный. Чуть хриплый, глубокий и низкий. Внутренний эстет в Питере дрожит в неоднократном оргазме, — Мне тоже нужно представиться? -Если пожелаешь, — говорит Паркер, взмахивая рукой. -Я Джеймс. Барнс, — отвечает Джеймс. Питер кивает и подхватывает со стола ножницы. Барнс даже не дёргается от резких движений. Не треплется, когда его волосы неаккуратными прядями падают на пол. Питер надеется, что курсы парикмахера, которые он проходил эти два месяца перерыва оправдают свою стоимость. Спустя пятнадцать минут Питер закрепляет запястья Джеймса наручниками и ведёт в ванну, чтоб снять мерки и заставить мужчину принять душ. Но четкий план резко бежит под откос, когда мужчина сбрасывает тряпки. Поджарая кожа, литые мышцы, мускул к мускулу.

Внизу живота мальчика начинает плестись горячий клубок, давая Питеру знать

 — он пропал.