FAITHFUL DOG

Озвученая ранее новая миссия должна была состояться через неделю. И день за днём уплывали слишком быстро для них всех. Чонгук вылетает уже завтра, а Тэхён всё никак не мог смириться. Он тихо плакал в подушку, когда Чон засыпал (блондин думал, что он засыпал). Плохое предчувствие выедало изнутри, пусть Ким и держался, верил в самое хорошее и светлое, улыбался как-то натянуто, не вылазил из любимых рук, а этого всё равно казалось так мало. Вечер последнего дня. Чон сейчас в спальне, сидит на кровати и прожигает дыру в сумке, с которой завтра поедет. Тэхён закрылся в ванной — Чонгук уверен — он плачет. Через какое-то время дверь в спальню тихо скрипнула, впуская хрупкое бледное тело. Тэхён закутался в халат и медленным шажками достигает кровати, где сидел Чон. Глаза у Кима на мокром месте, покраснели и опухли. Чонгук тянет руки к его лицу, касаясь щёк, оставляет на лбу поцелуй. — Не плачь, медвежонок, это всего на пару недель. Мы вернёмся и я отвезу тебя в Париж, хорошо? Ты же так хотел туда попасть, мой милый, я покажу тебе Эйфелеву башню, у нас будет жильё с видом на неё, ладно? Только не плачь, моя радость, мне больно видеть твои слёзы. Тэхён слегка кивает и резко вздымает голову вверх, глядя на белый потолок и сдерживая вновь выступающие соленые кристаллики. Чонгук крепко обнял его, утыкаясь в грудь, легонько целует шею, острые ключицы, чуть оттягивая халат. Ким обнимает в ответ, утыкается носом в сильное плечо и тихо, почти что шепотом, произносит: — Возвращайся, целым и невредимым, я буду ждать тебя, Гук-и. — Вернусь, солнышко, — также тихо отвечает парень, поглаживая пшеничные пряди, — обещаю.

***

Чонгук уехал. За ним заехали ранним утром на машине. Они долго стояли на пороге, не в силах разжать объятия. Тэхён в этот раз держался, даже не плакал. На его лице сияла улыбка, он положил Чону завтрак с собой, чтобы его парень не упал в голодный обморок, не успев даже миссии начаться. Голову блондина теперь посещали только светлые мысли, он не то что верил — знал, что Чонгук вернётся. Он же ему пообещал. Заботы ветклиники никто не отменял. Ближайшую неделю Тэхёна разрывали хозяева своих любимцев, которые обращались со своими проблемами и недугами. Чонгук несколько раз связывался с ним, описывал обстановку (разумеется, смягчая детали), болтал о всяком, шутил, заставляя Тэхёна звонко смеяться и улыбаться. Чимин звонил почти каждый день, а когда не звонил — захаживал в клинику или домой. Да, парень тоже мотивировал себя только лучшими мыслями, Юнги звонил ему не так частно — на что Пак вечно жаловался Тэ — ну, а впрочем, он всегда таким был, ничего удивительного. В следующую субботу Чимин тащит Тэхёна в торговый центр, чтобы прикупить одежды. Ким точно не знает, кому они собрались покупать одежду: ему или Паку, но был безумно благодарен другу за такую поддержку. Наверное, знакомство с Юнги и Чимином было одним из тех самых лучших событий, которое принесло с собой появление Чонгука в его жизни. Какое счастье, что он повстречал их, какая радость, что они все вместе. Поход по магазинам был всё-таки удачным. Пак накупил себе новой одежды, а Ким не тратил деньги — всех всё устраивало. Домой они возвращаться не спешили, заскочив по дороге в любимое кафе в котором познакомились. Розововолосый берёт десерт и латте, а блондин ограничился простым какао. За воодушевленной беседой Пак тянется к своим пакетам, выуживая из них один, спрятанный в другом, и протягивает его Тэхёну. — Это тебе, Тэхён-а, — улыбчиво тянет он, подвигает пакет ближе, — в честь нашей дружбы. — Не стоило, Минни, — замямлил Тэ, глядя на вручённый пакет и тепло улыбаясь. Чимин всё же настаивает и он берёт подарок. — Откроешь дома, ладно? — широкая ясная улыбка грела словно солнышко, Ким и сам счастливо заулыбался. Они разошлись по домам спустя полтора, а то и два часа после своей прогулки. Тэхён попадает в квартиру, кладёт пакет у шкафа и гладит встретившую его собачку. Они с Чонгуком всё-таки взяли того спаниеля, который помог им встретиться в тот самый день. Долгие споры насчёт имени выиграл Тэхён, потому что назвать светлого спаниеля Шашлыком, как предлагал Гук, они никак не могли. Зефирка ютилась к ногам хозяина, прося погладить за ушком — её любимое место, что Ким и сделал, взяв малышку на руки. — Уже скоро, — смеётся он, глядя в преданные глаза напротив, — осталось недельку подождать. Он снимает своё кремовое пальто и вешает его на вешалку. На верхнюю полку, до которой парень едва достаёт на носочках, закидывает берет. Чонгук нежно звал его француженкой, из-за того что Тэхён носит этот головной убор, и обещал доставить эту француженку на родину, на что тот только заливисто смеялся. В доме слишком тихо без Чонгука. Ким проходит на кухню и громоздит пакет купленных продуктов на стул. Пока они с Чоном жили вместе, сам блондин и не замечал, как, оказывается, мало он есть. Главным едоком был всё-таки Чонгук и готовил Тэ больше для него, чем для них. Сам же просто составлял ему компанию в приёме пищи, довольствуясь обыкновенным салатом или йогуртом. Звонок разрезал обволакивающую тишину резким рингтоном, и Тэхён поспешил к своему пальто, доставая мобильный. — Чимин? — парень удивлён, что друг уже соскучился и начал звонить, хотя они расстались всего полчаса назад. — Тэ… там… Тэхён… я… — рыдания и всхлипы прерывали его слова, он говорил отрывисто, кусками, не в силах собраться и нормально обьяснить происходящее. — Что такое? — сердце блондина замерло, он даже дышать перестал, ожидая слов и страшась их одновременно. — Новости… вклю… чи телевизор… Ким ринулся к телевизору, трясущимися руками нащупывая пульт. Находит он его в покрывале на диване, судорожно тыкает на кнопки, переключая каналы на нужный и роняет телефон на ламинат с характерным треском. Только треснул тогда не телефон… …волна взрывов сотрясла Даукок…пострадали отряды специального назначения Южной Кореи и КНР, которых направили…выживших нет…подробности в следующем выпуске новостей…