FAITHFUL DOG

Хотелось, чтобы это было страшным сном. Чтобы Тэхён разлепил глаза и в холодном поту очнулся около Чонгука. Чтобы тот обнял его, прижал к себе, оставил успокаивающий поцелуй на макушке. Чтобы утром они, как обычно, зависали на кухне: Ким жарил блинчики или оладьи, а Чон заваривал вкуснейший в мире кофе, как только он умеет, больше никто. Чтобы блондин устроился на его коленях, скармливая ему завтрак, потому что занятые руки удерживали Тэхёна от падения. Чтобы потом они пошли в кафе с Юнги и Чимином, взяли два американо, один латте и один какао, как обычно, и сидели пока сумерки не загустеют за панорамными окнами. Так… уже… не… будет. Тэхён упал на пол вслед за телефоном. Истерика охватила его, осознание проступать не желало, паника затуманила рассудок. Чонгук, этого не может быть. Из трубки доносились истеричные рыдания Чимина. Ему больно, также, как и Тэхёну. Он потерял Юнги, как Ким потерял Чона. Нет, это всё же невозможно. Он позвонит и скажет что с ними всё хорошо. Но он не звонил… Даже спустя три дня… Значит, он неожиданно приедет. Осталось четыре дня до возвращения! Они оба вернутся целыми и невредимыми. Но они не вернулись… Даже спустя две недели… Тэхён не мог дальше жить. Он не знал, как дальше жить. Его жизнь закончилась тогда, у новостного канала. Тогда треснула его душа, сердце разбилось вдребезги, и его уже не собрать. С Чонгуком была его жизнь, Чонгук был его жизнью, а теперь она утратила смысл. Ким раздал всех животных и закрыл клинику. На время или навсегда ещё неизвестно, но и Пак тоже прикрыл студию. Тэхён утратил силы жить дальше, мог только волочить жалкое существование. Обняться дома с Зефиркой и рыдать — громко, надрывисто, до потери голоса и помутнения в глазах. Когда небо стало таким серым? Когда птицы перестали петь свои утренние песни? Когда запахи перестали бить в ноздри, описывая аромат? Когда еда стала безвкусной и сырой? Когда не стало Чон Чонгука. Тэхён подходит к квартире Чимина. Поднимает глаза на нужные окна, смотрит бездумно некоторое время, и всё же заходит в подъезд. Лестничные пролёты, нужная дверь, дверной звонок, но ответа не последовало. В окнах горел свет, Чимин дома, но не открывает. Он вообще перестал отвечать. — Чимин, открой дверь, это Тэхён, — никакой реакции. Он тарабанит вновь — безрезультатно. Страх подкатывал к горлу, мертвой хваткой сжимая пальцы на шее. Что если что-то случилось? С Чимином… Тэхён пинает дверь ногой, но та не поддаётся. Ещё раз, третий, но ничего. В голову ударяет осознание — Пак когда-то давал ему ключ от квартиры. Уже после отъезда парней, чтобы Ким мог приходить к нему когда захочет. Блондин роется в своей сумке, психовало вышвыривая всё содержимое на пол. Ключи находятся не сразу, он почти не пользовался ими, те лежали в давно позабытом кармане. Трясущимися руками он вставляет ключ, проворачивает, попадает в помещение. Первым делом парень оббегает комнаты. Одна за другой, везде горел свет, но Чимина там не было. Он находит его в ванной, на полу, в окружении их с Юнги совместных фото и пачек различных таблеток, пара пластин уже были пусты. — Боже, Чимин! — вопит Тэ, бросаясь к другу, вырывая из его руки очередную пачку и помогая подняться. — Что ты творишь? Вырви немедленно! Он оттащил его к унитазу, заставляя вывести таблетки обратно, но Пак не хотел, он почти не реагировал. Тэхён быстро вымыл руки и использовал метод двух пальцев, принудительно прочищая желудок от принятых лекарств. — Ты совсем уже дурак? — кричит он, падая рядом на плитку и ногами отпихивая окружающие их упаковки препаратов. — Умереть захотелось? Решил оставить меня совсем одного? — Я… — Чимин всхлипывает, падая в объятия блондина. Он сжимает его пальто на спине в свои маленькие кулачки и не сдерживает рыданий, говоря сипло, шепотом. — Я не могу без него… Я пытался, но не могу, ТэТэ… — Я знаю, — Ким сжал друга в объятьях, сам не сдерживая слёз, — я тоже не могу без него. Всё напоминает мне о нём. Любая вещь, привычка, повадка, запах, да что угодно. Он везде, но не со мной… Они провели так несколько часов, рыдая без остановки и заливаясь слезами. Никто не поймёт их горе лучше, чем они сами.