THE BADDEST

      С того самого дня, как я переступила порог геройского агентства, меня не покидает гнетущее ощущение, будто я собственноручно подписала смертный приговор своим нервным клеткам.       Какие надежды я возлагала на эту работу? Я мечтала быть надёжным щитом и верным мечом для своего героя, гордиться каждой минутой, проведённой рядом с ним! А что в итоге? Я бесполезная и жалкая, а мой «герой» всё больше напоминает настоящего злодея.       Я почти кидаю тяжёлую папку с документами на полку, создавая в архивной грохот. Где-то на другом конце помещения вздрагивает сидящий на кресле Бакуго, слегка откинув голову в сторону, чтобы узнать, что у меня там происходит. Поймав на себе его взгляд через полупустые стеллажи, ставлю другую папку на полку прямо на уровне своих глаз, чтобы парень не смог увидеть моего озлобленного лица.       «Чёртов Кацуки Бакуго!» — мысленно ругаюсь я, в очередной раз стиснув зубы. «Мало того, что из-за него мы находимся здесь, так он ещё и прохлаждается, решив, что не обязан исправлять свой косяк!»       С момента, как мы пришли в это место, Кацуки словно прирос к креслу, устремив взгляд в мерцающий экран своего смартфона. На мой робкий вопрос, не соизволит ли он оказать помощь в разборе целой горы папок, последовал отрицательный ответ, будто вся эта работа — пыль под его ногами, а у него, видите ли, есть дела поважнее.       «Не спорю с вами, мистер Бакуго! Пялиться в телефон куда важнее и интереснее!» — я выглядываю из-за стеллажа и осуждающе смотрю на «Динамита». «Знал бы ты, как я киплю от злости…»       Кацуки по-прежнему вальяжно восседает в кресле, лениво подперев подбородок рукой. Кажется, его мысли блуждают где-то далеко, поэтому до моих ему нет никакого дела.       Внезапно в кармане моего пиджака раздаётся уже заряженный сотовый телефон. Я поспешно извлекаю его и, взглянув на экран, не в состоянии сдержать широкую улыбку.       Не раздумывая, прожимаю кнопку «ответить».       — Слушаю, Дэн!.. — моему счастью нет предела. Мгновенно позабыв о противном Бакуго, я облокачиваюсь спиной к стеллажу, облегчённо выдохнув.       — Привет, красотка, — слышится его голос на другом конце линии. — Надеюсь, не сильно отвлекаю?       — Ох, нет. Конечно нет! — снова мельком выглядываю из-за стеллажа, чтобы убедиться в том, что мистер Бакуго всё ещё занят своими «важными делами». — Я как раз закончила делать свою работу и теперь иду на обед, — вру я. — Как твои дела? Как командировка?       — Всё идёт как надо.       Он делится небольшими подробностями работы в Торонто: подготовка к презентации по новым маркам идёт полным ходом. Сердце ликует оттого, что у него всё складывается как нельзя лучше! Дэн даже не поднимает тему нашей недавней размолвки!       Однако сейчас меня грызёт другая тревога: поведала ли миссис Ким своему сыну о том нелепом происшествии, свидетельницей которого она стала сегодня днём?.. Дэн ведь пока не упомянул об этом, значит, ничего не знает?..       Утопая в бархатном тембре голоса любимого человека, я отрываюсь от стеллажа и, поместив мобильник между плечом и ухом, освобождаю руки для дальнейшей работы.       — Моммо… — робко произносит моё имя Дэн. В голосе слышится явное волнение.       — Что такое? — интересуюсь я, ухватившись за очередную папку.       — Когда я вернусь, давай поженимся?..       В этот самый миг, когда из уст моего молодого человека раздаётся неожиданный вопрос, а я вытаскиваю из стопки очередную папку с документами, — я громко взвизгиваю, потому что по другую сторону стеллажа маячит грозное лицо Бакуго. Он прожигает меня взглядом сквозь узкую щель, сощурившись.       Папка с грохотом падает на пол, а следом за ней — телефон.       Ухватившись за грудь, я судорожно глотаю воздух. Сложно понять, от чего моё сердце так колотится: то ли от того, что испугалась неожиданного появления героя, то ли от вопроса, который задал мне Дэн.       Собравшись с духом, я поднимаю взгляд, чтобы посмотреть на наглеца. «Динамит» неспешно выходит из-за стеллажа, пряча руки в карманы своих брюк. На его губах играет едва заметная усмешка; очевидно, моя реакция доставляет немалое удовольствие…       — Напугали!.. — заявляю я. — Вы хоть понимаете, что если бы сердце не выдержало, вы бы стали первым подозреваемым в моей гибели?..       Присаживаюсь на корточки, чтобы поднять свой телефон с пола. Вот только, когда я поднимаю его, понимаю, что экран треснут, а сам гаджет не включается.       Я начинаю паниковать из-за того, что Дэн затаит на меня обиду за сброс трубки в такой значимый момент. Что ещё хуже — сочтёт это действие за отрицательный ответ.       — Ты сама виновата, — сухо отвечает Бакуго, смотря на мой разбитый сотовый. — Нечего трепаться по телефону на рабочем месте.       «Ты! Чёрт бы тебя подрал, чёртов Бакуго!» — мысленно выплёвываю я проклятие, стараясь сохранить последние остатки хладнокровия. В моих же фантазиях этот придурок уже задыхается: душа ликует от того, как гаснет его самодовольный взгляд от моих рук, вцепившихся в его крепкую шею.       Тяжёлый вздох срывается с губ. Всем своим жалобным видом желаю, чтобы в герое зародилась хоть капля вины, но ничего не выходит. Бакуго, как ни в чём не бывало, скрещивает руки на груди, прислонившись плечом к стеллажу с документами. Кажется, маска непробиваемого пофигизма намертво приросла к его лицу.       — Я так и не ответила на…его предложение руки и сердца, — шепчу я, поникнув.       Мысль о Дэне, услышавшем лишь холодные гудки в ответ на столь важные слова, теперь терзает меня.       — Сердца и руки? — Бакуго вскидывает бровь. — Тебе? — в голосе сквозит недоумение, смешанное с чем-то похожим на… жалость? Будто бы я, такая жалкая и недостойная, вдруг выудила из колоды судьбы выигрышный билет.       Кажется, парень решает всё-таки добить меня. Зря я вообще сказала об этом вслух. Неудивительно, что Бакуго отреагировал именно так, он ведь ходячий раздражитель!       Я поднимаюсь с колен, не отрывая взгляда от разбитого телефона. Заметив краем глаза, как «Динамит» отходит от стеллажа, я одариваю его озлобленной гримасой. В полумраке сложно разобрать, куда направлен его взор: на безжизненный экран моего сотового или на моё пылающее лицо.       — Ты закончила с документами? — его голос режет тишину. Кажется, в нём слышится натянутая неловкость. — Мне нужно, чтобы ты вышла отсюда.       «Неужели решил сделать одолжение и самостоятельно разобраться с оставшимися документами?» — я вскидываю бровь.       — Д-да, конечно, — отвечаю я, застигнутая врасплох его внезапным предложением. — Осталось разобрать всего два стеллажа, поэтому-у…       — Прекрасно, — обрывает он, направляясь к выходу из архивной. Бакуго распахивает дверь и резким жестом приказывает мне покинуть помещение. — Как освобожусь, займёшься оставшимся. А сейчас — выйди.       В смятении я плетусь к двери, повинуясь его воле, несмотря на бурю невысказанных упрёков, клокочущих в груди. Но, поравнявшись с Бакуго, я неожиданно замираю, пронзая его взглядом, полным осуждения.       — Мистер Бакуго, — серьёзно начинаю я, — знаете, вы-ы…       — Что-то случилось, Кацуки? — перебивает знакомый голос, рассеивая напряжение между мной и «Динамитом». — Судя по твоему сообщению, дела не очень.       В дверном проёме возник Киришима. Кажется, «Динамит» игнорирует приход друга только потому, что ожидает, когда я закончу начатую фразу. Или ждёт, пока исчезну?..       — А знаете что?.. — вдруг спохватилась я, натянув самую нелепую из возможных улыбок. Ещё секунда, и взгляд Бакуго испепелит меня дотла. — Я, пожалуй, пойду…       Я пулей пытаюсь вылететь из архивной, лишь бы не чувствовать на себе взгляд «Динамита», но умудряюсь зацепиться пиджаком за дверную ручку, поэтому поспешно выйти не удаётся.       Широко улыбаюсь, отчаянно изображая, что всё идёт по плану, но лёгкая паника, должно быть, предательски отражается на моём лице.       После короткого обмена взглядами с парнями, я снимаю свой пиджак и только так освобождаю его от ручки.       Эйджиро пребывает в лёгком замешательстве, но через пару секунд на его лице проскальзывает тёплая улыбка, после чего парень заходит в комнату. Хочу напоследок посмотреть в спину «Красному бунтарю», но вместо этого снова сталкиваюсь взглядом с мистером Бакуго.       Парень продолжает холодно смотреть на меня, нахмурив брови, и буквально через пару секунд закрывает дверь.       В коридоре я остаюсь наедине с собой и своими мыслями о том, по какой причине эти двое остались с глазу на глаз. Видимо, пока я переставляла документы, «Динамит» тем временем написывал сообщения Киришиме о том, чтобы тот подошёл в архивную.       Я снова смотрю на свой разбитый телефон и хмурюсь.       «Я ведь должна потребовать компенсацию за него?» — пытаюсь включить гаджет, но ничего так и не выходит. «Или нет?..»       Едва до меня доносятся приглушённые голоса, я кладу телефон в карман и, затаив дыхание, прилипаю ухом к двери.       Не слышно. Приходится опуститься на колени, чтобы выудить хоть обрывок их разговора сквозь узкую щель под дверью.       Эйджиро располагается на диване, а Кацуки, словно грозовая туча, нависает над другом. Я же замираю, боясь сделать даже вдох — не желаю упустить ни единого слова.       Должно быть, всё это время Бакуго думает о чём-то своём, потому что, когда Киришима задаёт ему вопрос о том, что произошло, тот недовольно отвечает — «надоедливая девчонка».       «Это он обо мне?..» — я выгибаю бровь, пребывая в замешательстве.       После тяжёлого вздоха, Кацуки произносит:       — Сегодня я встретил «Древесного Камуи».       Сложно понять причину холода, который пробирает до костей: всему виной леденящий тон Бакуго или ледяной кафельный пол, с которым соприкасаются мои колени?       — Эй, погоди, — Эйджиро заметно нервничает, отбивая беспокойный ритм ногой. — Разве он не считается пропавшим без вести?       — Я не мог ошибиться, — в голосе Кацуки звучит стальная уверенность. — Информацию уже передали вышкам, поэтому скоро они поднимут все записи с камер наблюдения в Синдзюку. — Недолгая пауза, затем Бакуго продолжает: — Самое странное… он не позволил мне задержать злоумышленников. «Камуи» как будто был заодно с этими ублюдками!..       Слова «Динамита» свинцовой тяжестью оседают в моей голове.       Уже несколько месяцев профессиональные герои пропадают, и об этом замалчивают?.. Хорошо, быть может, оно и к лучшему — не стоит разводить панику среди простых граждан. Но почему за всё это время никто не смог разобраться в причине массовых исчезновений? О чём вообще думают геройские агентства, правительство и полиция?       Вопросов становится мучительно много...       — Во-о-у, — выдыхает Киришима. На мгновение в его глазах мелькает недоверие, граничащее с шоком. — Ты хочешь сказать, Шинджи Нишия намеренно сорвал твою попытку остановить злодеев? После стольких месяцев пропажи он вот так просто возник из ниоткуда и помог им скрыться? Серьёзно? — в голосе «Красного бунтаря» змеится ирония.       — Эйджиро, ты оглох? — возмущается Бакуго, с трудом сдерживая гнев. — Я же сказал, что не мог ошибиться. Это был он!       — Ладно-ладно, полегче, я понял, — усмешка мгновенно слетает с лица Киришимы. — Но зачем ты меня сюда притащил? Об этом и так скоро узнает всё агентство.       «Динамит» медлит, вполне возможно пытаясь подобрать нужные слова.       — Я хочу разобраться с этим лично, — отвечает он, — и мне нужна твоя помощь.       — Может, просто дождёмся приказа? Уверен, по данному делу соберут совещание, и тогда, возможно, мы сможем принять в этом участие.       Даже сквозь узкую щель, даже в полумраке архива я вижу, как Бакуго нервно закатывает глаза.       — Мне не нравится этот наш директор, — к удивлению, спокойно отвечает парень. — Тебе не кажется странным, что пропажи героев начались именно с его прихода в агентство?       Киришима тяжело вздыхает, всем своим видом демонстрируя усталость от этого разговора.       — И с каких пор ты начал так думать? — интересуется красноволосый, скрестив руки на груди.       — С недавних.       — Господи, Кацуки!.. — Эйджиро поднимается с кресла и вплотную подходит к коллеге. — По-моему, в последнее время ты слишком много думаешь. Мистер Янаи — уважаемый человек, и я на сто процентов уверен, что он здесь ни при чем! Тебе не кажется, что подозревать человека, который ввёл новые протоколы безопасности для героев, как минимум нелогично? Да и вообще, как ты собрался проводить собственное расследование? У тебя контракт с агентством! Ты не имеешь права геройствовать по своей прихоти, и если об этом узнают, тебя лишат статуса, к которому ты всегда так стремился.       Кажется, Кацуки хочет ответить, но его прерывает телефонный звонок, который раздаётся в моём кармане.       «Какого дьявола?!» — мысленно взвываю я. Лихорадочно нашаривая в кармане телефон, я, между делом, отчаянно пытаюсь заглушить весёлый рингтон. «Ты же точно был сломан, эй!..» — Но предательский кусок пластика вздумал ожить в самый неподходящий момент, доводя меня до грани нервного срыва.       Звук приближающихся шагов за дверью отрезвляет мой разум — только сейчас я понимаю, что сперва нужно было встать с колен, а потом выискивать телефон! Но теперь, попытка подняться с пола оказывается тщетной — я физически не успеваю осуществить задуманное, потому что дверь быстро распахивают настежь, и моему взору представляются ноги Кацуки Бакуго.       В отчаянии я медленно закрываю глаза, отказываясь верить в то, в какой нелепой и унизительной ситуации оказалась перед «Динамитом». Побей меня гром, я готова раствориться в небытие, лишь бы не испытывать этот всепоглощающий стыд!       Телефон продолжает надрываться, словно издеваясь. Медленно, с трудом поднявшись на ноги, я избегаю взгляда Бакуго, но всё равно ощущая на себе его испепеляющий взор. Кажется, прямо сейчас он готов вышвырнуть меня из агентства пинками под зад за подслушивание его разговора с Киришимой.       Нервно глядя на треснувший экран, я вижу имя звонившего.       «Дэн...»       Герой всё ещё стоит рядом, прожигая меня взглядом, а я, собрав остатки смелости, прожимаю кнопку «ответить», понимая, что если не объяснюсь сейчас, очень сильно пожалею об этом.       — Ал-ло? — голос предательски дрожит, когда мой взгляд встречается с пронзительным взглядом Бакуго. Парень скрещивает руки на груди, продолжая буравить меня гневным взором.       — Ты отключилась, — недовольно звучит голос Дэна в трубке. — Я так понимаю, ты отказываешься от предложения?       — Я-я…       Хочу ответить, но не успеваю: Бакуго без малейших колебаний выхватывает телефон из моей руки и отключает звонок.       Не знаю, как реагировать. С одной стороны, он не имеет права так бесцеремонно отбирать мою вещь. С другой — я сама не лучше, раз позволила себе подслушивать чужие разговоры.       Молчание становится невыносимым. Кажется, пауза длится целую вечность! Но к счастью, или, скорее, к несчастью, тишину разрывает голос Кацуки.       — Какого чёрта, Мацумото?! — Герой, как обычно, произносит мою фамилию с нескрываемым раздражением.       Я осознаю всю глубину своей провинности, поэтому опускаю голову.       Киришима с тяжким вздохом покидает архивную комнату. Лёгкий отрицательный жест головой, брошенный в сторону Бакуго, показывает позицию «Красного бунтаря» к недавнему предложению друга.       — Забудь о своём плане. Если это вообще можно назвать планом... — «Красный бунтарь» пожимает плечами, проходя мимо нас с Кацуки. Он оборачивается, чтобы в последний раз обратиться к Бакуго. — Теперь, когда в это посвятили постороннего, не думаю, что ты пойдешь на глупости, верно? — Вопрос кажется риторическим. — Хорошего вам дня, ребят!       «Динамит» окидывает уходящего Киришиму испепеляющим взглядом, раздражённо шипя. Видимо, отказ Эйджиро рушит все планы, и он почти незаметно вздыхает, задумчиво коснувшись подбородка. Мой взгляд же прикован к телефону в руках Бакуго, и в голову лезут безумные мысли. Например, вырвать гаджет и со всех ног броситься прочь.       Отбросив абсурдную идею, я сжимаю кулаки и смотрю на «Динамита».       — Мистер Бакуго, — мой голос дрогнул, нарушая тишину, — позвольте забрать мой телефон... — Тревога за Дэна и за наши отношения, кажется, достигла критической точки.       Он вскидывает бровь, испепеляя меня взглядом.       — Эй, Мацумото, — тон парня не предвещает ничего хорошего, — ты ж моя личная помощница, так?       Я растерянно хлопаю глазами, пытаясь угадать, к чему он клонит. Наверное, очередная порция бессмысленной работы уже в другой архивной комнате! По крайней мере, завязка была именно такой.       — Я верну тебе твой телефон, — продолжает герой, — если ты будешь молчать в тряпочку, пока меня не будет в агентстве.       Вспомнив о нововведении, переминаюсь с ноги на ногу. Я ведь теперь не только координатор, но и что-то вроде «телохранителя», который обязан неотступно следовать за своим героем. Если кто-то узнает, что Бакуго отсутствует, а я не рядом, Несуруши уже будет стучать кулаком не по столу, а по моему лицу, поэтому следует проявить благоразумие.       — Прошу прощения, — отвечаю я, — но вынуждена отказаться. — Заметив недовольство, отразившееся на лице Кацуки, я продолжаю: — Вы же понимаете, чем это чревато? Меня и так оштрафовали, а вы, по сути, предлагаете лишить меня зарплаты!       Наступает тягостная тишина. Невозможно угадать, что творится в голове у Бакуго, но его напряжённое выражение лица вызывает беспокойство. Уже жалею о сказанных словах, потому что едва ли этого человека будет волновать моё финансовое положение.       Тем не менее...       — Так что я иду с вами! — не придумав ничего лучше, тараторю я.       Если кто-то заметит наше отсутствие, я свалю всё на Бакуго, объяснив, что он приказал молчать о нашем уходе из агентства, а я, как преданный помощник, не смогла ослушаться.       «Так я не нарушу свои обязанности и избегу ответственности за его разгильдяйство!» — ликование нарастает, и я чувствую неожиданный прилив уверенности. «Да ты не промах, Моммо!»       — Нет, — обрывает мой триумф Бакуго одним словом.       «Неужели раскусил мой план?»       В очередной раз убедившись в его отчуждённости и хладнокровии, я понимаю, что просто уговорить Кацуки будет очень сложно. Придётся идти на крайние меры.       — Если вы не возьмёте меня с собой, я буду вынуждена доложить о вашем отсутствии Несуруши.       Бакуго стискивает зубы. Во взгляде героя читается смесь замешательства и ярости, вызванная моими угрозами. А я снова ликую, осознавая, как точно мне удалось надавить на слабое место. Однако, признаться честно, находиться рядом с ним, а тем более куда-то идти, совершенно не хочется. Я делаю это только ради себя, ради собственной безопасности!       — Жду тебя собранной у выхода, — цедит он сквозь зубы, возвращая мне телефон.       Бакуго уходит, разумеется, задев меня плечом напоследок. На этот раз очередной грубый жест не кажется мне таким важным, более того — хоть сколько-нибудь заслуживающим моего внимания. Я просто наслаждаюсь мимолётным ощущением триумфа, ведь смогла уделать самогó Кацуки Бакуго.

***

      «Динамит» незаметно смог выскользнуть из агентства, укрывшись под кепкой и чёрной медицинской маской. Меня же, как назло, перехватывает бдительный служащий в холле, с подозрением поинтересовавшись, куда это я собралась. В голову не приходит ничего более убедительного, чем сказать, что мистер Бакуго снова потребовал купить ему яблочный сок. На мой взгляд, это самое весомое из возможных объяснений.       Наивный сотрудник холла без лишних вопросов отпускает меня, видимо, понимая, что идти против прихоти «Динамита» себе дороже.       Дальше я не решаюсь докучать герою вопросами о его цели — знаю наверняка, что в ответ услышу лишь ругань в свою сторону. Приходится плестись за Бакуго, соблюдая дистанцию в пятнадцать шагов, чтобы не мозолить ему глаза. Однако, учитывая, что около получаса назад я применила к нему манипуляцию, уверена, что парень находится в крайне раздражённом состоянии и без моей видимости в его поле зрения.       Когда мы приближаемся к ещё одному из самых известных геройских агентств, на душе становится чуть спокойнее.       — Жди здесь, — бросает Бакуго, как только мы останавливаемся у входа. После — парень покидает меня, зайдя внутрь здания.       В голове моментально возникает мысль о том, что Кацуки решил навестить знакомого героя. Но к чему такая внезапность? Это всё из-за отказа Киришимы в помощи? Неужели «Динамит» всё-таки твёрдо намерен разобраться с делом пропавших героев самостоятельно, даже если на кону будет его рабочее место в агентстве?       Инициатива, конечно, похвальная, но радости она мне не приносит. Эйджиро ведь точно обмолвился, что из-за этой самодеятельности у Бакуго могут возникнуть серьёзные проблемы. А если проблемы будут у него, то, разумеется, и у меня тоже, верно?       «Не нравится мне всё это…»       Тяжело вздохнув, понимаю, что сейчас самое время позвонить Дэну и объясниться перед ним за сброс трубки. Даже не удивлюсь, если он будет взбешён и разочарован, потому что на его месте я бы чувствовала себя точно так же.       — Ого, мы знакомы? — раздаётся незнакомый голос где-то позади.       От неожиданности я вздрагиваю, а затем оборачиваюсь, даже не успев открыть вкладку «контакты» в телефоне. Передо мной стоит парень невысокого роста с вызывающей фиолетовой причёской, напоминающей ирокез.       Я хмурюсь.       — Думаю, нет, — холодно отвечаю я, — извините. — И снова перевожу свой взгляд в экран телефона, краем глаза замечая, что незнакомец, по всей видимости, не собирается уходить.       — Как же так? — наигранно удивляется он. — Мы не могли быть не знакомы, ведь ты такая красотка…       Я с неприязнью смотрю на парня, осознавая, что, видимо, прямо сейчас связаться с Дэном не получится.       — Кстати, люблю брюнеток, — констатирует он, возможно, выдуманный факт о себе.       — Спасибо, но я занята, — говорю я, чувствуя, как нарастает раздражение. Какое мне дело до его предпочтений? Неужели непонятно, что я не хочу знакомиться? Какая мерзкая, хоть и ослабленная форма агрессии! Привязался, как банный лист.       Не хочу это признавать, но меня вдруг пронзает острая потребность в Кацуки, который одним только испепеляющим взглядом смог бы отвадить этого назойливого типа.       — Эй, Мацумото, — раздаётся спасительный голос Бакуго. Он подходит не один, а в сопровождении незнакомых мне парня и девушки. Стоит герою увидеть незваного гостя рядом со мной, как губы искривляются в гримасе отвращения.       — Фу, Бакуго, ты всё такой же угрюмый, — заявляет фиолетововолосый «банный лист», бросив в сторону Кацуки приторно-сладкую ухмылку. — У меня аж появилось чувство сдувшегося шарика.       — А ты всё такой же мерзкий извращенец, — отвечает «Динамит» недовольным шипением, понимая, что паренёк пытается обратить на себя моё внимание. — Только не говори, что ты здесь работаешь, Минору Минета. — Имя и фамилия звучат с таким презрением, будто он принял горькую пилюлю.       Осознание того, что эти двое знакомы, заставляет меня нахмуриться. В глубине души я начинаю понимать, что этот навязчивый Минору тоже является героем, и эта мысль вдруг наполняет меня ощущением удушающей жары. Трудно поверить, что среди про-героев есть такие, как «Динамит», которому самое место среди злодеев, и этот коротышка, не понимающий, что его общество никому не нужно.       Вопрос о том, как такие типы просачиваются в ряды героев, по-прежнему остаётся для меня без ответа.       Незнакомый парень, пришедший с Бакуго, шагает вперёд и протягивает мне руку.       — Денки, — представился он, одаривая меня ослепительной улыбкой. — Денки Каминари. А ты, я так понимаю, Моммо Мацумото? — парень подмигивает и переводит взгляд на Кацуки. — Эй, Бакуго, признай, девушки-координаторы — это лучшее, что с нами могло случиться!       «Динамит» лишь недовольно цокает, а я, смутившись, протягиваю руку в ответ. Хватка Денки кажется неожиданно крепкой, поэтому, отпустив меня, я спешу спрятать руку в карман пиджака: то ли от внезапности, то ли от лёгкой, но ощутимой боли.       Кажется, Каминари тоже является героем. Когда я приглядываюсь к парню, его лицо кажется мне смутно знакомым, но я никак не могу вспомнить его геройское прозвище.       — Стоп! — Минета смотрит на Бакуго с таким выражением лица, будто его предали. Кажется, из его глаз вот-вот хлынут слёзы. — Она — твой координатор?! — в голосе звучит неподдельное изумление. — Да почему-у-у? Почему даже у тебя координатор — девушка?!       Мой взгляд скользит к тощей блондинке, пришедшей сюда вместе с Кацуки и Денки. На вид девушка чуть старше меня. Её выцветшие, пережжённые волосы напоминают старую мочалку, а приторный запах духов заставляет дышать меня не носом, а ртом, чтобы избежать этой удушающей сладости. Она стоит чуть поодаль от Каминари, украдкой бросая взгляды на «Динамита» и нервно теребя крашеные золотые пряди.       «Наверное, координатор Денки.» — мелькает в голове, когда я обращаю внимание на её строгий офисный костюм.       А ещё, что-то в ней кажется смутно знакомым, будто совсем недавно мы где-то встречались...       — Да это просто возмутительно и нечестно! — Минета скрещивает руки на груди, словно обиженный ребёнок. — Почему мне достался мерзкий мужик, который только и делает, что помыкает мной? Все думают, будто это я на него работаю, а не наоборот!       — Ты ж извращенец, — хмыкает Денки, — вот руководство и решило, что тебе не стоит самому выбирать себе помощника.       — Извращенец?.. Пф-ф, скорее, ценитель прекрасного. Да и кто бы говорил! Ты сам за каждой юбкой волочишься.       — Эй, это совсем другое! — краснеет Денки. — Я просто... быть может, просто пытаюсь найти себе девушку, ясно?.. А ты лишь смотришь на них, как на объекты для своих извращений.       — У-ух, какой благородный. Ну просто настоящий герой!       Я бросаю взгляд на мистера Бакуго и замечаю, как белеют его костяшки от сжатия руки в кулак. Понимаю, что он пытается сдержать свои эмоции, но, кажется, это только усиливает его внутреннюю борьбу.       — Может, хватит хернёй страдать, а? — перебивает он диалог двух героев. — Нам пора выдвигаться.       Каминари понимающе кивает, проигнорировав выпад Минеты. Но сам Минета же, кажется, отступать не собирается.       — Постойте-ка… — он вдруг меняется в лице. Глаза сужаются, потеряв свою обычную наивную округлость. — А куда это вы все собрались?..       — Не твоё дело, — отвечает Бакуго, проходя мимо него.       Я следую за остальными, оставив Минору позади. Когда мы подходим к машине, припаркованной у здания геройского агентства, назойливый коротышка преграждает путь «Динамиту», не позволяя ему открыть переднюю дверь транспорта. Кацуки кривится в лице.       — Возьмите меня с собой! — взмаливает Минета, хватая Бакуго за рукав.       «Динамит» закатывает глаза, а затем резко дёргает дверь на себя, чуть не сбив Минору с ног. Тот опускается на колени и, подняв на Кацуки и Денки умоляющие глаза, начинает упрашивать:       — Пожалуйста, ребята!.. Я больше не могу терпеть этого кретина-координатора! — Слёзы брызгают из его глаз, и я невольно прикусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться. Этот человек ещё недавно строил из себя мачо, пытаясь ко мне подкатить, а теперь ведёт себя как ребёнок, которого не берут на праздник. — Ну пожалуйста! Прошу! Пока этот кретин не нашёл меня!..       Кажется, Минору Минета сбежал от своего помощника и теперь отчаянно пытается избежать встречи с ним.       — Нет, — бросает Кацуки и закрывает дверь прямо перед лицом Минеты.       Я и координатор Каминари устраиваемся на заднем сиденье, пристегнувшись.       Признаться, меня начинает терзать беспокойство из-за этой неизвестности: мистер Бакуго так и не сказал, куда мы направляемся, и, похоже, не собирается вообще что-либо говорить мне. Возможно, о планах «Динамита» знает Денки, но я не решаюсь спрашивать, потому что не уверена в уместности вопроса при нашем-то поверхностном знакомстве. Да и, в конце концов, если я спрошу, есть вероятность, что Кацуки заткнёт меня.       Как только Каминари располагается на водительском месте, он пристёгивается, а затем опускает переднее стекло. Минору, увидев это, подбегает к нему и почти ввалился в салон.       — Вообще-то героям запрещено покидать агентство без ведома руководства, — информирует Минета, злобно сверля взглядом сидящих впереди Денки и Кацуки.       — Верно, — огрызается Бакуго, потянувшись к кнопке стеклоподъёмника, — поэтому ты остаёшься здесь.       Стекло снова ползёт вверх, и Минору приходится высунуть голову из машины, чтобы не остаться без неё. Но даже закрытое окно не останавливает надоеду: он начинает неистово барабанить по стеклу.       — Если вы меня не возьмёте, я всё расскажу руководству!       «Динамит» скалится, явно кипя от гнева. А мне становится неловко от того, что этот парнишка прибег к тому же шантажу, что и я. По крайней мере, моя манипуляция была оправданна: не сделай я этого, я бы нарушила свои обязанности и лишилась зарплаты! А этот же… Кажется, Минета просто хочет сбежать…       «Герои... Что с них взять?..» — я едва сдерживаю усмешку, но, заметив, что Кацуки шипит что-то вроде «мелкий придурок», а Каминари уже тянется к кнопке блокировки дверей, напрягаюсь.       Минору победно ухмыляется, открывая дверь со стороны координатора Денки.       — Девочки, — вальяжно обращается он к нам, — могу я сесть между вами?       — Дерьма ты кусок, забирайся в машину быстрее! — кажется, ещё немного, и «Динамит» всех взорвёт.       Я вздрагиваю от резкости в голосе героя, но Минету, кажется, это ничуть не смущает — он как будто привык к подобным вспышкам. На его лице по-прежнему натянута хитрая ухмылка, несмотря на сорванную попытку занять место посередине.       Блондинка двигается ко мне, уступая своё насиженное место этому назойливому типу. И как только дверь автомобиля с глухим щелчком закрывается, мы срываемся с места, устремившись в неизвестность.       Минут десять салон погружён в тишину, нарушаемой лишь гулом мотора. Затем Денки решает, что молчание утомительно, и включает радио. Но стоит зазвучать невнятному подобию мамбл-рэпа, я начинаю думать, что тишина была куда милосерднее. Что хуже, не знаю: этот кошмар, способный резать уши без ножа, или приторный запах духов, исходящий от сидящей рядом девушки.       Дышать ртом долго не получается, и я поспешно опускаю стекло, жадно глотая свежий воздух; упираюсь лбом на сложенные руки и устремляю взгляд на бешено вращающиеся колёса.       Но лучше не становится, поэтому через мгновение, подняв голову, хочу оглядеть дорогу впереди, чтобы хоть как-то отвлечься, но мой взгляд невольно скользит к боковому зеркалу, и я встречаюсь глазами с Бакуго. Поймав его пристальный взгляд, он тут же переводит глаза на Денки.       — Долго нам ещё? — спрашивает он.       Сначала мне кажется, что «Динамит» желает подогнать своего коллегу, чтобы тот поскорее добрался до места назначения. Потом, на долю секунды, мелькает мысль, что Кацуки задаёт этот вопрос, заметив моё болезненное состояние. Но я тут же отбрасываю эту нелепицу в сторону, потому что его забота обо мне — это что-то из области фантастики.       — Скоро будем, — отзывается Каминари.       И герой не обманывает. Минут через пятнадцать мы останавливаемся на самой окраине города, в совершенно незнакомом мне квартале. Кажется, что именно здесь, в этих мрачных закоулках, обитают все злодеи Токио. Несмотря на разгар дня, тут царит полумрак; большинство зданий и заведений выглядят заброшенными, а прохожих не видно и в помине.       Мы почти синхронно отстёгиваем ремни безопасности, и когда я уже тянусь к ручке, чтобы открыть дверь, Кацуки оборачивается и смотрит на меня.       — Вы остаётесь здесь, — наказывает он.       — Что?.. — я с недоумением наблюдаю, как «Динамит» выбирается из машины, и тут же следую за ним, не желая больше оставаться в удушающем пространстве. — Почему?       — Это приказ.       — А вот я с Кацуки согласен, — довольно поддакивает Минета, тоже выбравшись наружу. — Для вас здесь может быть опасно, поэтому я останусь с вами и буду вас защищать. Таких прекрасных дам нужно беречь!       Каминари заливается громким смехом. Как только герой возвышается над коллегой с фиолетовыми волосами, парень резко натягивает на себя серьёзную мину.       — Идиот, — почти рычит он сквозь зубы, — ты идёшь с нами. Для них обеих будет безопаснее, если ты будешь как можно дальше от них.       Минета недовольно фыркает, но не спорит.       Перед тем, как герои покидают это тихое место, Денки наказывает нам присматривать за его новой «ласточкой», пока они не вернутся.       Я долго смотрю вслед удаляющимся спинам, и как только они сворачивают за угол, меня охватывает необъяснимое беспокойство. Никто так и не сказал, зачем и куда мы приехали, и меня начинает тревожить, что скажет Несуруши, когда узнает, что мистер Бакуго снова пустился во все тяжкие.       Мой план свалить всю вину на «Динамита» уже не кажется таким уж гениальным.       Я вижу, как координатор Каминари вылазит из машины, доставая свой мобильный телефон. Девушка подходит к переднему бамперу и принимается увлечённо фотографироваться на фоне автомобиля своего героя.       Я наблюдала за ней около двух минут. Заметив мой пристальный взгляд, блондинка прекращает фотосессию и надменно смотрит на меня.       — Чего пялишься? — недовольно цедит она. В её голосе сквозит наигранная дерзость. — Впервые видишь, как люди делают фотографии?       Я хмурюсь, но держу себя в руках.       — Нет, — спокойно отвечаю я. — Надеюсь, вы не собираетесь выкладывать эти фотографии в социальные сети. Если их увидят ваши коллеги, они поймут, что вы и Каминари не на своём рабочем месте.       Поначалу мысль о том, что начальство Денки может быть не в курсе его самовольной отлучки, даже не мелькнула в моей голове. Но когда Минору, брызжа слюной, пригрозил доложить об их отсутствии руководству, стало ясно — агентство понятия не имеет о своенравности своего героя.       — И что с того? — блондинка скрещивает руки на груди, словно не понимая всей серьёзности ситуации.       — Из-за вас у Денки могут быть неприятности.       Девушка вдруг медленно надвигается на меня, и я снова чувствую этот удушающий аромат. Приторный запах духов вновь заставляют меня открыть свой рот для возможности нормально дышать.       Взгляд девушки полон презрения, как будто она готова произнести что-то язвительное, но пока сдерживается. А я лихорадочно пытаюсь вспомнить, где видела это надменное лицо.       — Мы знакомы?.. — выпаливаю я, то ли от невозможности выудить воспоминание из своей короткой памяти, то ли просто чтобы прервать давящую тишину.       — И как «Динамиту» вообще пришло в голову взять к себе такую замухрышку? — цедит блондинка.       Неловкость мгновенно сменяется обжигающей злобой. Я стискиваю челюсть.       «Замухрышка?!» — возмущению нет предела. «Да от меня хотя бы не разит этой дешёвкой!»       Меня вдруг затошнило от её несправедливой наглости. Хочу выпалить, что попала в агентство лишь потому, что мистер Бакуго, по сути, выбрал меня наугад, но вовремя прикусываю язык. Не думаю, что мне вообще стоит рассказывать ей об этом.       — Я должна была стать его координатором, а не ты! — шипит она.       «Вспомнила! Я же видела её в тот день, когда проходила собеседование в Hero-1. Она тоже метилась на место координатора.»       Несмотря на всю мою неприязнь к мистеру Бакуго и мечты о переводе к другому герою, в душе всё равно вспыхивает искорка ликования. Я, сама того не осознавая, уделала эту выскочку, попав в элитное агентство, о котором она, скорее всего, мечтала.       И всё же, к чему все эти нападки? Она ведь всё равно стала координатором, пусть и в другом, но не менее известном агентстве.       «Фанатка Кацуки Бакуго, что ли?» — мелькает мысль.       — Просто в голове не укладывается! — продолжает вонять девушка. — Да что в тебе такого особенного? Почему именно ты?       — Прошу прощения?.. — я растягиваю губы в фальшивой улыбке, изо всех сил пытаясь сдержаться и не нагрубить в ответ.       По правде говоря, сначала она показалась мне даже милой. Но стоило ей только открыть свой рот, как всё очарование куда-то улетучилось.       — Как же бесит, — выплёвывает девушка свой яд. — Охомутала его, что ли?       — Эй, послушай, — я хмурюсь, глядя ей прямо в глаза. Надоело любезничать. — Вообще-то, я замуж выхожу, понятно? — Я замолкаю, но, чтобы избежать недоразумений, спешу добавить: — Нет, не за мистера Бакуго!..       На лице блондинки искажается недовольная гримаса, а в моей голове не укладывается, как таким стервам может нравиться такой злыдень, как Кацуки Бакуго.       — И что с того? — она выгибает бровь.       — З-знаешь, — я медленно отступаю назад, указывая в ту сторону, куда ушли герои, — я проверю, где они там, а ты пока последите за машиной Каминари, хорошо?       Блондинка окидывает меня недоверчивым взглядом, а я спешу уйти подальше, опасаясь, что она в приступе ревности выцарапает мне глаза.       Оставив девушку позади, я быстро сворачиваю за угол, чувствуя на себе её прожигающий взгляд. Боюсь безлюдных мест, но таких помешанных девиц боюсь ещё больше.       — Странная какая-то... — бормочу я под нос.       Выбирать между взбучкой от Кацуки за ослушание и вонючей фурией не приходится, потому что привыкла выбирать меньшее зло.       Вынырнув к развилке двух узких переулков, я останавливаюсь в замешательстве, потому что не понимаю, куда идти. Решив, что в левом переулке светлее, я двигаюсь туда, но, сделав пару шагов, резко оборачиваюсь из-за пугающего шороха.       «Никого нет… Показалось?.. Точно показалось!..»       Не успеваю я сделать ещё один осторожный шаг, как меня хватают за плечи и спиной прижимают к себе. Одна рука зажимает рот, другая — крепко обхватывает плечевой пояс. Я отчаянно пытаюсь вырваться, но хватка слишком сильная. Хочу закричать, но тоже не выходит. Остаётся только понять, что меня тащат вглубь тёмного переулка, и молиться о скорейшей помощи.