THE BADDEST

      Я медленно иду по коридору, чувствуя опустошение. Как только собрание подошло к концу, сотрудники разошлись по агентству; многие вернулись в буфет, однако мне, признаться, совсем перехотелось есть.       Перед тем как устроиться сюда, я постоянно размышляла о том, насколько круто изменится моя жизнь: всё гадала о том, куда переехать, как только заработаю достаточно денег — в Гинзу или Синдзюку; на что потратиться первоначально — новый телефон или компьютер. Моя голова постоянно была забита этим, а сейчас… Сейчас же я задаюсь весьма странным вопросом: купить в аптеке биодобавку на основе зверобоя или с экстрактом эхинацеи?       Я резко останавливаюсь, так как кто-то преграждает путь рукой.       «Думаю, следует купить и то и другое…» — думаю я, завидев перед собой Кацуки Бакуго. «Да, таблетки от стресса действительно не помешают.»       — Э-эй, Мацумото-о-о, — снова эта угроза в голосе. На этот раз с примесью отвращения. — Разве ещё не поняла, что я не хочу видеть тебя здесь? Почему не уволишься?       — А почему вы сами не уволите меня отсюда? — негодую я. Боль в стопе, усталость и чувство вины перед Дэном сплетаются в клубок, и я, в конечном счёте, уже не в силах совладать с эмоциями.       Парень опускает руку и суёт её в карман.       Чувствую, что герой не ожидал от меня ответного вопроса, поэтому находится в смятении, изо всех сил стараясь не показывать мне его.       — Ты же понимаешь, что если уволю я, то на новую работу ты не попадёшь так просто из-за плохой рекомендации? — В его суждениях чувствуется гибкий ум. Вот только скверный характер показывает отсутствие манер, так что одно наличие ума не делает его человеком, который скажет подобное из-за своих переживаний по отношению ко мне.       Только Богу известно, как я закипаю от злости. Этот мерзавец угрожает мне плохой рекомендацией?.. Ещё и этот надменный взгляд, в котором появляется почти откровенная насмешка… Ловлю себя на мысли, что хочу влепить ему пощёчину, однако присутствие людей в коридоре и факт того, что я всё ещё являюсь его подчиненной, останавливает меня.       — Знаете что, мистер Бакуго?.. — я хмурюсь, и, клянусь, готова сказать о том, что собираюсь пожаловаться на него вышестоящим, но слева от нас слышится кашель, который привлекает наше с «Динамитом» внимание.       Мистер Несуруши смущается, поймав на себе два озлобленных взгляда. Поняв, что я и Бакуго смотрим на него, мужчина делает серьёзный вид, нахмурив брови.       — Простите, что отвлекаю вас, — начинает он, — но нам следует поговорить. Пройдёмте в кабинет.       Несуруши разворачивается в противоположную от нас сторону. Я тут же следую за ним, не желая находиться наедине с грубым придурком.       «А ведь мистер Несуруши всё это время находился в агентстве… Этот говнюк пытался выпроводить меня с работы, сказав о том, что у его агента сегодня выходной. Он наврал мне!» — я слегка оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Кацуки. Заметив его прожигающий меня взгляд, я сглатываю и больше не смотрю в его сторону.       Мне искренне хочется держать себя в руках, но это чёртово нововведение немного меняет приоритеты. Если этот человек ещё хоть слово скажет обо мне в негативном ключе, то я, не раздумывая, подам жалобу. Не понимаю, почему Бакуго не могут унять, приструнить или ещё что-нибудь, что способно заставить его вести себя подобающе герою. Почему его до сих пор не уволят за такое надменное поведение? Разве ранее не было никаких претензий?       «Значит, будет!» — думаю я, уверенно сжав кулаки.       Как только мы входим в кабинет, я и Бакуго усаживаемся на противоположные стороны дивана, отворотив друг от друга носы. Мистер Несуруши же располагается за своим рабочим столом. В кои-то веки.       — Итак, думаю, вы уже слышали о дополнительной работе, которая теперь будет обязательной. — На последнем слове мужчина делает акцент. Видимо, желает сказать, что от этого никак не отвертеться. — Надеюсь, вы понимаете, что за невыполнение своих обязанностей возможен огромный штраф?       Я сглатываю.       Желание работать с героями очень велико, но мой герой — Кацуки Бакуго, который плевать хотел на меня как на коллегу, да и, в общем-то, на мою личность тоже. По-хорошему, следует задуматься о переводе в другое агентство, однако эти мысли приходится отбросить куда-то в сторону из-за штрафа при увольнении, который я не смогу выплатить.       Отработал менее года в агентстве — и да здравствует взыскание в восемь заработных плат!..       — Какого чёрта, Несуруши?! — орёт «Динамит». — Ты хочешь сказать, что мне придётся терпеть её ещё больше?!       «Терпеть?!» — я смотрю на парня почти невозмутимым взглядом, однако внутри бушует куча эмоций. «Говнюк! Это я тебя терплю, а не наоборот.»       Несуруши устало вздыхает. По его взгляду понятно, что он сам не очень рад сложившимся обстоятельствам. Возможно, причина в том, что он не хочет возиться и как-то разбираться в наших с Бакуго натянутых отношениях. Но это не точно.       — Мистер Бакуго, — начинает Несуруши, — таков распорядок вышестоящих. Я тут ни при чём.       Скорее всего, прямо сейчас герой мысленно проклинает этих самых «вышестоящих», которые, по его мнению, так нагло втискивают меня в его личное пространство. «Динамиту» ведь и без этого не нравится тот факт, что у героя должен быть свой помощник! Теперь Кацуки полностью на взводе, потому что координатор в прямом смысле превращается в надзирателя.       До этого момента парень всем своим видом показывал, что он не рад мне, но что будет теперь?       Честно сказать, я сама не в восторге от новых обязанностей, так как понимаю, что работа окончательно превратится в поле, заложенное бомбами: один неверный шаг, одно неверное слово — и ты труп…       В переносном смысле, конечно!..       Наверное.       Я надеюсь…       Что-то подсказывает мне, что я уже сделала сто — нет — двести неверных шагов! Я вдруг кривлюсь от мысли, что он станет относиться ко мне ещё хуже, чем было прежде.       — Не переживайте сильно, — продолжает Несуруши, — вы же не будете находиться рядом целые сутки. Речь лишь о рабочем дне.       В мои намерения входит узнать у мужчины, можно ли как-нибудь поменять себе героя, однако Бакуго продолжает терроризировать своего агента, поэтому я не осмеливаюсь влезать.       — Дерьмо!.. — шипит «Динамит», сжав кулаки. — Мало того, что героям подсовывают совершенно ненужных помощников, так ещё большинство — беспричудные. Чушь собачья!       — Вы ведь сами прекрасно понимаете для чего все эти изменения, мистер Бакуго: пока мы не выясним, как, куда и зачем похищают героев, вы должны смириться с этим.       — Какого чёрта в этом должны участвовать люди без причуды? — Кацуки опирается двумя руками о рабочий стол Несуруши, возвышаясь над ним. — Как эти отбросы смогут защитить героя?       У Несуруши округляются глаза от услышанного. Мужчина мельком смотрит в мою сторону, пытаясь понять, как я отреагировала, однако я всё ещё проявляю самообладание.       Честно сказать, я была готова к этим словам из уст Бакуго. Удивляюсь только тому, что он произнёс подобное так поздно, а не в первый же день нашего с ним знакомства. Видимо, до этого момента парень действительно сдерживался.       — Помощники нужны лишь для того, чтобы сразу связаться с агентством в случае опасности, — информирует агент.       Бакуго хмурится, а его тело охвачено напряжением, словно струна, готовая лопнуть. Герой едва заметно вздыхает и покидает кабинет, громко хлопнув дверью.       Я и Несуруши остаёмся наедине.       — Как мило, — прерываю я неловкую тишину. — Вообще-то, я должна жаловаться.       — Мисс Мацумото, пожалуйста, не начинайте хотя бы вы, — мужчина закрывает лицо руками, устало вздохнув. — Я понимаю, что вам тяжело. Но вы даже не полностью адаптировались здесь, поэтому попрошу пока что не писать заявление об уходе.       Я сглатываю. В моих намерениях и так нет желания собственноручно писать заявление из-за устрашающего штрафа.       — Как мне выполнять свои обязанности? — перевожу я тему. — Бакуго ведь не подпустит меня к себе.       И снова тяжёлый вздох.       — Возможно, он кажется вам эгоистичным человеком, но… — мужчина запинается. — Вернее, я хотел сказать, что Бакуго очень экстравагантная личность, он довольно-таки… — и снова тишина. Видимо, даже агенту даётся очень непросто описать мотивы своего героя. — В общем, у мистера Бакуго оригинальное восприятие окружающих его людей, пожалуйста, поймите. С ним сложно, не спорю, но он всё-таки герой, поэтому осознаёт всю сложившеюся ситуацию, хоть и отрицает это словами.       Я нервно улыбаюсь и пыталась понять, что творится на уме мужчины. По нему ведь видно, что он не считает так, как сказал, но почему-то всё равно пытается убедить меня в обратном. Конечно, я прекрасно понимаю, что на свете есть люди, озлобленные на всё и всех просто потому что они такие. Это, как раз-таки, о Бакуго. Но я не считаю, что подобные товарищи станут словесно отрицать что-либо, мысленно понимая, что они неправы. Они ведь самые настоящие прямолинейные эгоисты!       — Просто не воспринимайте его слова всерьёз, мисс Мацумото. Поверьте, ваша жизнь сразу станет легче, — Несуруши устало улыбается. — Ну, а теперь, думаю, вам стоит идти в столовую. Извините, что оторвали от обеда.       Встав с дивана, я направляюсь к выходу, но как только хватаюсь за дверную ручку, обращаюсь к мужчине:       — Мистер Несуруши, а у вас есть причуда?       Он нервно смотрит на меня, не ожидая подобного вопроса. В его глазах читается то ли раздражённость, то ли испуг.       — Это профессиональная тайна.

***

      Я возвращаюсь в буфет, положив на поднос половину того, что набирала ранее. Сейчас есть не особо хочется, но подкрепиться всё равно следует в обязательном порядке. Народу стало намного больше, чем было в прошлый раз, поэтому я начинаю суетливо бегать глазами, чтобы найти свободное место. Заметив знакомую красную шевелюру, я трогаюсь к столу Киришимы.       — Могу я снова подсесть к вам? — интересуюсь я.       За столом располагаются Эйджиро, Акио и Кацуки. Третий сидит ко мне спиной, однако, даже не видев его лица, я понимаю, что парень стискивает зубы, стоит ему только услышать мой голос.       — Конечно, — радостно отвечает Киришима. — Почему ты спрашиваешь?       Я улыбаюсь, поставив поднос на стол. Едва только собираюсь сесть, Бакуго вдруг передвигается на нацеленное мной место.       Задумчиво хмурюсь и скидываю подобное действие на то, что герою стало неудобно сидеть. Но стоит мне перевести взгляд на освободившееся место, где парень сидел секунду назад, как Бакуго, с нескрываемым вызовом, возвращается обратно, не желая и близко подпускать меня к своему личному пространству.       Кажется, сама мысль о том, что мы могли бы разделить с ним обеденной стол, вызывает в нём неконтролируемую ярость.       «Детский сад…» — думаю я, взглянув на Киришиму и Акио, которые непонимающе переглядываются между собой.       — В столовой мест мало, что-ли? — спокойно интересуется Кацуки, даже не посмотрев в мою сторону.       Кажется, Эйджиро рвётся вмешаться в перепалку, но не успевает: Бакуго резко вскидывает голову, чтобы опрокинуто взглянуть на меня.       — Столик только для обладателей причуды, — информирует он, по всей видимости, о собственноручно введённых правилах.       — Э-эй!.. — в разговор влезает недовольный Акио. — Мне, может, тоже уйти отсюда?       — Нет, — отвечает ему Кацуки, вернувшись в нормальное положение. — Я к ней обращаюсь.       Да что с ним не так? Этот придурок всеми способами пытается вывести меня из себя, чтобы я собственными руками написала заявление об уходе?!       Честно говоря, очень хочется сейчас взять поднос, скинуть оттуда еду и хорошенько треснуть Бакуго по лицу, чтобы сбить с него всю эту самоуверенность, плещущую через край. Сидит тут, ухмыляется, словно весь мир ему должен! Кажется, теперь я начинаю понимать, откуда всё это берётся: ещё в далёком детстве ему порочили великое геройское будущее, и, наверное, трудно оставаться скромным, когда ты вынужден находиться бок о бок с такими, как я. Это, конечно, не оправдывает его грубость и высокомерие, но и воплотить свои мечты в виде избиения его лица подносом я не могу, поэтому молча поднимаю свои тарелки и направляюсь к соседнему столику.       Напоследок хочу сказать, чтобы Бакуго не подавился едой, но вовремя сдерживаю себя.       — Прошу прощения, — начинаю я, обратившись к героям и их координаторам за соседним столом, — мест в буфете почти не осталось, могу ли я отобедать с вами?       — Конечно! — отвечают коллеги почти хором.       Я усаживаюсь с краю, наивно полагая, что смогу спокойно перекусить, но после случившегося ложка в рот не лезет. Завороженные новым распоряжением, мои соседи по столу щебечут без умолку, а я то и делаю, что украдкой бросаю недовольные взгляды на Бакуго.       Наши с ним взгляды случайно встречаются, и я, словно ошпаренная, резко отворачиваюсь, надеясь, что парень не успел заметить этого дёрганного движения, иначе это выглядело бы так, будто я нарочно прячу от него взгляд…       Впрочем, кого я обманываю?.. Оно ведь так и есть.

***

      Ночь быстро ускользает, не подарив мне ни единого мгновения сна. И даже теперь, лежа неподвижно с сомкнувшимися веками, сознание остаётся мучительно ясным.       Звон будильника вырывает меня из зыбкого полузабытья. Голова пульсирует нестерпимой болью, а щёки пылают, словно у меня лихорадка. Решение приходит мгновенно — нужно выпить обезболивающее. Но прежде чем угомонить свою муку, я тянусь к телефону.       «Позвонить Дэну?.. Нет, пока воздержусь. Не уверена, что он ответит — слишком большая разница в поясовых часах.»       Поэтому принимаю решение написать текстовое сообщение.       [me]: «Привет, Дэн. Надеюсь, у тебя всё хорошо. Прости, что не набрала вчера, плохо себя чувствовала. Позвони мне в удобное для тебя время, ладно?»       Тяжело вздыхаю и отправляю сообщение.       Никогда бы не подумала, что Дэн способен на такую мелочную злость. Да, он не ангел, но чтобы выносить наши размолвки на публику, тем более перед его родителями… Это уже слишком. Теперь меня терзает мысль, что мистер и миссис Ким стали невольными свидетелями нашей ссоры, и боюсь, это бросит очередную тень на наши отношения в их глазах.       Я направляюсь в ванную комнату, но не успев зайти в душевую кабину, вздрагиваю, так как слышу пиликанье мобильника. На душе становится радостно от факта, что Дэн так оперативно ответил на моё сообщение, но улыбка с моего лица тут же слетает, как только я вижу сообщение от Несуруши.       [Мистер Несуруши]: «Напоминаю, что сегодня вам нужно будет зайти за мистером Бакуго! Адрес — Синдзюку２丁目5 8−1 6.»       Увидев местожительство, рычу от раздражения.       — Какого чёрта?.. — Ярость бушует во мне, требуя выхода. Хочется разломать гаджет пополам, выпустить пар этой всепоглощающей досады. Но даже на такой акт отчаяния, увы, нет сил. — Это же почти на другом конце города!       Бессмысленное нововведение… Нет, не нововведение. Настоящей удавкой является штраф, который не позволяет мне так просто сбежать. Подписав проклятый трудовой договор, я и представить не могла, что столкнусь с таким непробиваемым непониманием со стороны героя, на которого буду вынуждена работать. Теперь каждый день — пытка. И почему, чёрт возьми, Бакуго сам не может меня уволить? Акио твердил, что «Динамит» не вправе это сделать, иначе Несуруши лишится работы. Но верится в такое благородство антигероя с трудом. Слишком уж натянуты их отношения, это видно невооруженным глазом.       Быстро умывшись, я складываю свои антистрессовые биодобавки в сумку и поспешно вылетаю из квартиры.       На улице солнечно, но прохладно. Семь утра в метро — обычно час пик, но сегодня на удивление пустынно. Эта странная тишина, словно оазис спокойствия, позволяет мне вдохнуть полной грудью, наслаждаясь кратким моментом уединения.       Дорога занимает около часа, и всё это время мысли роятся в голове, как встревоженные пчёлы. Я терзаюсь, придумывая извинения для Дэна и гадаю, каким тоном он обрушится на меня, когда позвонит. А ещё, словно предчувствуя бурю, пытаюсь предугадать, как поведёт себя Бакуго, когда я постучусь в его дверь. Перебирая в уме самые мрачные варианты, я не замечаю, как серый пейзаж за окном сменяется видом нужного мне дома.       Синдзюку замечательный район, но всё же не без недостатков. Как в самой изысканной ткани порой обнаруживается небрежный узелок, так и здесь, в лабиринте улиц, есть переулки, в которые лучше не заглядывать для собственной безопасности. Именно в одном из таких обитает мистер Бакуго.       «Профессиональный герой проживает в одном из самых небезопасных кварталов… Какая ирония.» — мысленно усмехаюсь я, поднявшись на крыльцо и встав напротив тёмной деревянной двери.       Кажется, его пристанище является общежитием, непригодным для нормальной человеческой жизни. По крайней мере, выглядит именно так.       Собираюсь постучаться, но рука останавливается в сантиметре от двери. Я напрягаюсь, даже не понимая из-за чего. Нервно сглотнув, хочу сделать вторую попытку, но как только мой кулак снова оказывается у поверхности двери, она открывается.       На пороге стоит Кацуки, удивлённо уставившись на меня. Его чёрная кепка натянута так сильно, что почти перекрывает красные глаза, а воротник от лёгкой тёмно-зелёной парки поднят вверх, пряча шею. И эта чёрная медицинская маска, которая свисает с его правого уха…       «Вырядился так, будто бы на улице поджидают фотожурналисты.» — я приподнимаю бровь и делаю маленький шаг назад.       Хочу поздороваться, но Бакуго недовольно цокает языком. Парень выходит из дома и закрывает за собой дверь, а мне приходится отступить в сторону, чтобы дать ему пройти. Вот только, несмотря на то, что я уже уступила ему дорогу, он всё равно задевает меня плечом, давая понять, что не рад мне.       Бакуго спускается по ступенькам и направляется в сторону метро, я же смотрю ему в спину, мысленно представляя, как моя нога врезается в его точёный нос, на который парень натягивает чёрную медицинскую маску. Тяжело вздохнув, я направляюсь следом за ним, стараясь держать дистанцию в пятнадцать шагов.       Я знакома с Бакуго всего пару дней, а меня уже всю трясёт от него. Он как энергетический вампир, способный высосать из тебя все соки. Сейчас он молчит да и вообще не смотрит в мою сторону, а я всё равно почему-то сильно напряжена.       Как только мы сворачиваем на главный переулок, в моей сумке неожиданно раздаётся телефон, и я поспешно достаю его.       [Любимый]: «Привет. И ты меня прости. Перезвоню, как освобожусь.»       На моих глазах чуть не выступают слёзы от счастья. На душе сразу становится так спокойно и тепло! Кажется, что теперь ничто не сможет больше разрушить крепкую стену упоения, которую выстроил Дэн между мной и этим несправедливым миром всего лишь одним сообщением.       Быть может, и так, но кое-кто безжалостно разрушает её в том самый миг, как только я понимаю, что потеряла из виду того, за кем должна присматривать.       Закинув мобильный обратно в сумку, я нервно бегаю глазами по толпе прохожих, чтобы найти мистера Бакуго. Я почти перехожу на бег и лихорадочно начинаю прокручивать в голове гневную тираду Несуруши сразу после того, как он поймёт, что «Динамит» заявился на работу без меня. Но беспокойные мысли обрываются, когда я наталкиваюсь на человека. Сумев удержать равновесие, я резко кланяюсь перед ним.       — Прошу прощения! Я-я не хотела… — после сказанного поднимаю голову и вижу перед собой… Бакуго.       — Какая же ты доставучая. Зачем вообще сюда припёрлась? — выпаливает он первые за сегодня слова в мою сторону.       Парень стоит ко мне боком, по всей видимости, до столкновения рассматривая витрину магазина с ретро-мотоциклами. Поняв, что я до сих пор стою перед ним наклонившись, резко выпрямляюсь и нервно заправляю прядь своих волос за ухо.       — Вы забыли о моих новых обязанностях? — спрашиваю я. — Теперь, как минимум, каждое утро я должна сопровождать вас от дома до работы.       — Тогда делай это так, чтобы я тебя не видел. Раздражаешь.       Видимо внимательность к чувствам других вообще не его тема. Этот человек настолько прямолинеен, что даже не в состоянии деликатно умолчать о том, что я его раздражаю. Кацуки Бакуго — прекрасный пример того, каким быть нельзя. Как он умудрился попасть в ряды героев, до сих пор остаётся для меня загадкой.       Так и не найдя слов в ответ на колкость, я лишь киваю, пряча взгляд в собственных туфлях. Нелепая мысль о том, что мы оба — пленники дурацких обстоятельств, вызывают кривую усмешку: я не могу уйти из-за неподъёмного штрафа, а он не может уволить меня из-за мистера Несуруши... Хотя, положа руку на сердце, я и не хочу, чтобы меня сокращали, ведь в дальнейшем увольнение обязательно скажется на моей трудовой репутации.       Придётся потерпеть до лучших времён.       Судя по всему, Бакуго собирается что-то добавить, но не успевает открыть рот — его внимание привлекают полицейские сирены. Люди с воплями разбегаются в стороны, а некоторые даже успевают достать свои мобильные телефоны, чтобы снять происходящее.       По центральной дороге Синдзюку несётся обезумевшая фура, из чьих окон раздаются выстрелы по преследующим их полицейским машинам. Инстинктивно пригнувшись, я застываю в оцепенении — никогда прежде не приходилось быть свидетелем подобного безумия. На миг ледяной ужас сжимает моё сердце, и я впервые ощущаю дыхание смерти так близко.       Как только я растерянно перевожу взгляд на Бакуго, он молниеносно сдвигается с места, пытаясь догнать преступников. Я, чуть помедлив, кидаюсь следом за ним.       Мои офисные туфли превращают погоню в настоящую пытку, поэтому я спотыкаюсь на ровном месте, но продолжаю бежать. «Динамит», заметив мои отчаянные попытки настичь его, снимает с себя рюкзак и бесцеремонно бросает его, попав прямо по моему лицу.       Я останавливаюсь из-за нахлынувшей боли в носу.       «Он что, кирпичи в нём носит?!» — я опускаю рюкзак на землю и наблюдая за тем, как герой удаляется от меня.       — Зачем я вообще побежала?.. Мне ведь нужно срочно сообщить агентству об инциденте... — я достаю телефон из сумки и вздрагиваю от того, что гаджет не реагирует на нажатие главной кнопки. — Что не так?.. — Поняв, что села зарядка, я громко взвываю: — Да ладно!.. В самый неподходящий момент!       Я осматриваюсь по сторонам и вижу рядом мужчину, который снимает всё происходящее на камеру.       — Прошу прощения, — подлетаю я к нему, — не могли бы вы мне одолжить свой телефон? Мне нужно сделать экстренный звонок.       — Ещё чего! — мужчина осуждающе смотрит на меня. — Отойди, ты мешаешь делать контент.       Я закатываю глаза и лезу в сумку, чтобы достать своё рабочее удостоверение. Когда я сую ему под нос документ, подтверждающий мою профессию координатора героя, мужчина тут же отдаёт мне мобильный в руки.       — Благодарю, — проговариваю я, заходя в раздел «набор номера». — Чёрт, я ведь не знаю номер агентства наизусть…       «Что мне делать? Как связаться?» — я возвращаю мужчине телефон и продолжаю бегать глазами по всему, что меня окружает, словно смогу найти подсказку, как действовать дальше. Увидев среди зевак подростка с велосипедом, я подлетаю к нему.       — Привет! — сразу показываю ему своё удостоверение. — Извини, пожалуйста, но мне срочно нужен твой велосипед. Я верну его в целости и сохранности, обещаю!       Мальчик не успевает ответить, а я уже свободно присваиваю себе его транспорт.       Повесив рюкзак Бакуго себе на спину, собственную сумку — через плечо, я снимаю с себя туфли и вешаю их на рукоятки велосипеда: одну туфлю на правый грипс, вторую — на левый. Ехать в офисном костюме будет нелегко, особенно учитывая, что я ещё и в юбке. Выгляжу по-клоунски, зато не упущу Бакуго.       Выехав на проезжую часть, я со всей дури начинаю крутить педали, чтобы догнать «Динамита». Точно не знаю, какова цель моего преследования, но мне кажется, что лучше держать героя у себя на виду, нежели стоять и ничего не делать. Думаю, за разряженный телефон мне ещё и по шее надают... День не успел начаться, а меня уже всё бесит!       Впереди себя я вижу Бакуго: он отводит руки назад и пользуется своей взрывной мощью, чтобы быстрее добраться до грузовика с преступниками. Мне же приходится сбросить скорость, уберегаясь от испепеляющего жара, вырывающегося из его ладоней огненным смерчём.       «Динамит» мгновенно оказывается на крыше автомобиля, намереваясь остановить погоню, однако неведомая сила тут же отшвыривает его прочь, словно тряпичную куклу.       На тротуарах, словно завороженные зрители, стоит толпа людей, и мой взгляд случайно цепляется за них. И вот она — мать Дэна, возникшая из толпы, словно злой рок. Мир вокруг замедляется, превратившись в тягучую нелепость. Я смотрю прямо на неё, она — на меня. В каждом изгибе лица миссис Ким читается неприкрытое отвращение, а рядом стоящая её старая подруга, словно змея-искусительница, шепчет что-то на ухо, наверняка поинтересовавшись, не я ли та самая нежеланная невестка.       Но от толпы зевак приходится оторваться, потому что прямо передо мной появляется причудливое ограждение, напоминающее… дерево?       Я прожимаю тормоза, но слишком поздно: в поле моего зрения внезапно появляется Бакуго. Парень падает прямо под мои колёса, и я, потеряв контроль над велосипедом, резко выворачиваю руль вправо, в отчаянной попытке не раздавить героя.       Я падаю, с глухим ударом приложившись боком об асфальт.       Голова идёт кругом, сосредоточиться мучительно трудно. Но осознание, что в мои полномочия входит опекание героя, возвращает ясность мыслям, словно ледяной душ. Собрав остатки воли в кулак, я приподнимаюсь и с тревогой смотрю в сторону «Динамита», бездыханно раскинувшегося на земле.       Кацуки вдруг откашливается, и я облегчённо вздыхаю.       «Живой…» — Я поднимаюсь с земли и направляюсь к герою, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке.       — Как вы? — интересуюсь я, присев рядом. Парень медленно приподнимается. — Ч-что это вообще было?.. — перевожу свой взгляд с героя на деревянную конструкцию, из-за которой мне пришлось притормозить, а полицейским машинам остановиться.       — «Древесный Камуи», — тихо проговаривает Бакуго, смотря на удаляющийся грузовик за изгородью. — Один из пропавших героев…

***

      — Вы в своём уме, мисс Мацумото?! — голос Несуруши почти превращается в визг, словно натянутая струна, готовая лопнуть. Его кулак в очередной раз ударяет по столу, поэтому все канцелярские принадлежности валятся на пол. — Вы хоть понимаете, что могли пострадать? Почему не связались с нами? Сколько раз я должен повторить, что в ваши обязанности входит мгновенное соединение с агентством? — ещё секунда, и его побагревшее от гнева лицо треснет, словно переспелый томат.       Я не поднимаю глаз, приходится любоваться своими порванными капроновыми колготками. Зато Бакуго, который стоит слева от меня, излучает невозмутимость и, кажется, наслаждается яростью, бушующей в мистере Несуруши. Губы Кацуки искривляются в лёгкой ухмылке, когда в мою сторону летит осуждение.       — Я же говорила, что у меня разрядился телефон… — виновато бурчу я под нос, ещё крепче сжимая край своего пиджака.       — Да что вы говорите! — очередной удар по столу. — Вы устроились на такую важную должность, но используете настолько детские отговорки? Это непрофессионально, мисс Мацумото! Это штраф в половину зарплаты!       «Ох, нет, пожалуйста!.. Только не это!..» — я прикусываю губу от обиды.       — А что касается вас, мистер Бакуго!.. — стоит Несуруши бросить взгляд в сторону героя, как его тон тут же смягчается, словно от испуга. — Нужно было дождаться подкрепления. Вы же прекрасно знаете, что имеете право геройствовать лишь в отведённые вам часы.       — Я видел «Камуи», — перебивает «Динамит», игнорируя все слова агента. — Он числится в списке пропавших героев уже несколько месяцев, поэтому я... — Какое-то мгновение Кацуки молчит, словно не желает признавать поражение, но потом произносит: — ...потерял бдительность из-за неожиданной встречи с ним. «Камуи», воспользовавшись моментом, скинул меня с грузовика, сорвав захват фуры… Кажется, он был с ними заодно.       В кабинете наступает звенящая тишина. Мистер Несуруши плотно сжимает губы и впивается взглядом в мужчину на диване, который ещё вчера декларировал свод новых обязанностей координаторов. Директор агентства невозмутимо поправляет складки на рукавах своего пиджака, будто совершенно не слышит громоподобного заявления Бакуго.       — Ты уверен, что видел Шинджи Нишию? — интересуется он. — Это серьёзное заявление.       — Более чем, — отвечает Кацуки.       — Хм-м, интересно... — Мужчина поднимается, направляясь к выходу, но как только хватается за дверную ручку, обращается к Несуруши: — Скажи этим двоим, чтобы шли в архивную. Потом направляйся на совещание в главный штаб, — после сказанного директор покидает кабинет.       Мистер Несуруши неловко хлопает себя по груди, словно выбивая из себя застрявшие слова. Аккуратно сложив бумаги в ровную стопку, он робко смотрит на нас с Бакуго.       — Э-э, ну… — бормочет он, — вчера в архивной какой-то хулиган переставил все документы в неправильный порядок. Вам придётся всё разобрать, — мужчина виновато пожимает плечами.       Я возмущённо смотрю на «Динамита», потому что именно он вчера надоумил меня поменять местами злосчастные бумаги. Так и знала, что это была его подлая уловка! Но сейчас триумфа на лице Бакуго нет, потому что парень прекрасно понимает: его тоже отправляют расхлёбывать последствия «хулиганской» выходки. Вены на его шее вздуваются, а кулаки сжимаются до побелевших костяшек.       — Какого хрена я должен этим заниматься?! — рычит он, обращаясь к съёжившемуся Несуруши. — У меня что, других дел нет?!       — Это не моя прихоть, мистер Бакуго, — издаёт нервный писк мужчина, поднимая документы перед своим лицом, чтобы хоть как-то отгородиться от разъярённого героя. — Таков приказ директора за… несоблюдение служебных обязанностей.       — Дерьмо!.. — шипит Бакуго сквозь зубы, бросив на меня испепеляющий взгляд, в котором читается невысказанный вопрос: «Нафига ты это сделала, дура?!».       У меня не находится слов, чтобы описать всю палитру чувств, бушующих во мне. Признаться Несуруши, что всё это моих рук дело, потому что следовала указаниям Кацуки Бакуго? Он, скорее всего, покрутит пальцем у виска... Какому вразумительному человек придёт в голову повестись на подобный приказ? Чувствовать себя полной дурой не хочется, поэтому я предпочитаю прикусить язык.       Бакуго же и так будет молчать, ведь признание в том, что идея принадлежала ему, выставит его ещё более идиотом.       «Да уж. Два сапога пара, даже если один из нас Кацуки Бакуго.» — проносится в моих мыслях.