Sending a sign

      Рей думала, что ещё лучше и быть уже не может. Но потом По переключился на её шею чуть ниже уха, и его щетина оцарапала безумно восприимчивую кожу, а сам он был так чрезвычайно близко, но всё ещё недостаточно, и Рей пришлось повернуть голову, чтобы дать ему больше доступа, и он её понял, и тогда…       И тогда дверь распахнулась, и бодро зашедший в помещение Финн мигом стушевался и попятился, мямля что-то извинительное. Рей захотелось провалиться сквозь землю. Однако По держал её слишком крепко и близко, и это даже физически было невозможно, так что она просто превратилась в огромный комок неловкости, но руки от мягких чёрных волос на затылке не убрала. — Я тут это... — закашлял Финн. — Я, наверное, вам мешаю?.. Или… я просто не думал…       Он замолчал и остекленевшими глазами уставился на них. — Дружище, — обманчиво-мягким голосом произнёс По. Как и Рей, он не спешил менять позу, в которой их застали. — Ты либо говори, что хотел, либо закрой дверь с той стороны, хорошо? — Ой, я… конечно, — снова замялся Финн. — Вы меня извините, ладно?.. просто не знал… Но я за вас рад! Ух, как рад!.. Но там просто генерал собирает срочную встречу с лагерем, велела всех позвать!.. Через десять минут на главной поляне! — Спасибо за сообщение, дружище. Мы будем ровно через десять минут. Итак, — По снова повернулся к Рей, и в его карих глазах мелькнула чертовщинка, — на чём мы там остановились?..       Он наклонился было в попытке снова поцеловать Рей, но бывший штурмовик снова смущённо откашлялся. — Звёзды, Финн! — выдохнул По раздосадованно.       Рей воспользовалась паузой, чтобы взять себя в руки и толкнуть Дэмерона в грудь, заставив того нехотя выпустить её из объятий. Нижняя губа ощутимо припухла, и она осторожно потрогала её пальцем. — Я правда не хочу вам мешать, — чуть не плача, сказал Финн. — Но генерал отдала приказ доставить тебя к ней в штаб сразу, как только найду. — Всё в порядке, По, — наконец обрела Рей голос. — Мы же увидимся через десять минут.       Целая маленькая вечность, подумалось ей. Но по крайней мере лицо По снова посветлело, а челюсть перестала так напрягаться. — Верно. Тогда… тогда встретимся там, Рей? — Ага. Точно. Прямо там.       Ей очень хотелось снова поцеловать По, но Финн всё ещё стоял в дверях, и при нём выражать свои эмоции было как-то не очень уместно. Происходящее между ними было новым, чем-то таинственным и интимным, и если бы она могла, она бы спрятала это неосязаемое нечто под своей истрёпанной одеждой, тесно-тесно прижала бы к телу, чтобы сохранить и спрятать от всего мира и даже от тех, кто так хорошо к ней относится.       Потому что, что бы это ни было, оно было самым ценным, что принадлежало Рей за всю её недолгую жизнь.

***

      Эти десять минут пошли на пользу.       Она смогла вернуть дыханию нормальный темп, уняла бешеное сердцебиение и вернулась к более-менее мирному состоянию, хотя на губах нет-нет, да и норовила появиться совершенно необъяснимая улыбка, и движения были какие-то ленивые, то ли от общей усталости, то ли от того, что она всё ещё помнила прикосновения тёплых рук.       Ужасы прошедшего дня, отступили, но никуда не делись: стоит Рей выйти из здания и пройти по узкой свежепротоптанной тропке к месту сбора, как десятки глаз обращаются в её сторону и взгляды, взгляды провожают её в спину, заставляя невольно сутулить плечи. То ли ей кажется, то ли разговоры и впрямь замолкают, стоит Рей подойти поближе.       Она беспомощно ищет в толпе Финна или Роуз, но не видит их. Дроиды деловито снуют туда-сюда, и их холодная отстранённость для Рей сейчас милее, чем подчёркнутое безразличие повстанцев.       Их можно понять. Достаточно только вспомнить, что она сделала с Доггетом.       На месте собрались уже почти все; за неимением настоящей трибуны для генерала Органы соорудили нечто похожее из ящиков и палетов. Невысокая фигура возвышалась над повстанцами, дроиды позаботились, чтобы освещения было достаточно, и генерала Органу можно было разглядеть и с последних рядов.       Насекомые-монетки кружились вокруг поляны, создавая своего рода золотой нимб, и Рей против воли залюбовалась ими. Должно быть, когда планета не потревожена кораблями и дроидами, бархатная ночь здесь похожа на сказку. Ей повезло — что уж, им всем повезло — что По рассказал ей об этом чудесном месте.       Она заметила его ближе к левому краю полукруга, образованного толпой. По тоже увидел её и помахал высоко поднятой в воздух рукой, подзывая Рей ближе. Она согласно кивнула, снова поймав себя на неконтролируемой попытке расплыться в улыбке и направилась прямо туда, осторожно огибая членов Сопротивления и стараясь ни с кем не столкнуться.       Он беседовал с кем-то, кого Рей не могла сначала разглядеть, но как только ей удалось подойти и окружающие перестали загораживать фигуру пилота, она смогла узнать собеседника.       Гера не подала виду, что присутствие Рей её смущает, но её лекку отчётливо дёрнулись. — Привет, — сказал По, когда Рей оказалась рядом. — Привет, — отозвалась она.       Было неловко. Рей посмотрела в сторону трибуны, но никто ещё не собирался выступать. — Доггет в порядке, если хочешь знать, — от слов Геры Рей едва уловимо вздрогнула. — Он гораздо больше пострадал от удара об стену, нежели от твоих… действий. — О чём ты? — непонимающе посмотрел на Геру По. — Что произошло с Доггетом? — О, — выразительно Гера посмотрела на молчащую Рей. — Тебе ещё не рассказали?       Рей не осмеливалась прямо взглянуть на По. Он ведь не знал. Стал бы он так радоваться встрече, если бы узнал, что Рей натворила? — Рей? — Я не хотела… просто в какой-то момент потеряла над собой контроль, и немного… — Рей, — повторил По серьёзно, — что случилось?       Рей показалось, что все вокруг вдруг замолкли и ждут её ответа. Она почувствовала, что сейчас снова заплачет. — Я его допросила, — выдавила она из себя.       По продолжал на неё смотреть, явно ожидая дальнейших объяснений. — Я думала, что он ведёт двойную игру, — виновато произнесла Рей. — Я вовсе не хотела… — Она впечатала его в стену и едва не задушила, — холодно сказала Гера, скрестив руки на груди, — а потом применяла на нём свои джедайские способности, пока кровь из носа не хлынула. — На то была причина, — резко возразила Рей. — Я бы никогда этого не сделала просто так! — И какая же? Ваша ссора в ангаре? Это мелочно, Рей, мелочно и низко! Ты могла бы проявить больше понимания и не мстить им вот так. — Я и не думала им мстить, — начала злиться Рей. — Рауль саботировал работу Сопротивления, и… — Позже поговорим об этом, — холодно сказал По. — Генерал берёт слово.       Рей с отчаянием хотела объяснить, что всё не так, как ему для чего-то представляет Гера, но он уже отвернулся, вглядываясь в уверенную фигуру на возвышении. Его челюсть снова напряглась, а глаза посуровели; нетрудно было догадаться, о чём, вернее, о ком, он думает.       Гера тоже посчитала, что больше ничего говорить не стоит. Рей смотрела на нашивку с чёрной молнией и не понимала, почему она так с ней поступила, почему рассказала всё По именно сейчас и именно в таких выражениях.       И самое гадкое, что Рей даже не могла обвинить её во лжи, ведь лжи не было. Она действительно сделала нечто ужасное, что Кайло Рен делал с ней. Что Кайло Рен делал с Дэмероном.       Теперь её сходство с Кайло Реном стала ещё очевиднее и осязаемее. Она не собиралась ничего скрывать от По и про Доггета бы ему обязательно рассказала, но попросту не успела, а теперь он будет считать её кем-то вроде тёмного ситха, а всё потому, что Рей забыла об осторожности.       Она невольно отступила назад, никем не замеченная; впереди генерал Органа говорила что-то про единство перед угрозой, про силу духа, про тёмные времена, но впервые в жизни Рей не могла её слушать. — Эй, ты в порядке? — шепнули ей на ухо.       Рей не сразу поняла, что Роуз нашла её в толпе и тихо подобралась поближе. — Да. Да, я просто смертельно устала, — вымученно улыбнулась она. — Столько всего произошло сегодня. — Думаю, генерал не будет тянуть с речью, — Роуз приподнялась на цыпочки, чтобы лучше видеть. — Всем нам нужен сейчас хороший отдых. Не видела Финна? — Нет, — Рей несмело посмотрела на По. Его внимание целиком приковало к себе выступление. — То есть, видела, когда он позвал сюда. Потом нет.       Краем глаза Рей заметила свечение снизу. Одно из насекомых-монеток преодолело робость и теперь плавными зигзагами парило среди множества ног в погоне за собственным любопытством.       “Они очень любопытные и всегда летят за тем, что им интересно, как будто у них нет инстинкта самосохранения и они не ведают страха…”       Она с нежностью следила за живым огоньком, пока он не скрылся за чьей-то голенью, затем снова подняла голову, как раз чтобы увидеть, как Гера положила руку По на спину — почему Рей никогда не думала о ширине его спины? — и потянулась губами к уху, намереваясь что-то сказать.       Эта проклятая рука между лопатками прямо-таки служила красной тряпкой. Почему По позволял ей… ах да, он ведь делился этим с Рей. И она постаралась его понять, однако это не значило, что настойчивый шёпот на рилотском не пробуждал в ней желание схватить что-нибудь тяжёлое и… — Рей? — Роуз подёргала её за рукав, но Рей не отводила ошеломлённый взгляд от тонких женских пальцев. — Рей, да что с тобой?       Она задала свой вопрос чуть громче, чем следовало, и кое-кто вокруг зашикал в возмущении. Гера косо на неё посмотрела. — Это она, — деревянным языком вымолвила Рей, не веря в происходящее. — Роуз, это она была вторым тви’леком в ангаре!

***

— Если ты не сделаешь этого, твои слова так и останутся пустым обвинением, — твёрдо сказала Органа. — Решать тебе, конечно, Рей. — Вы хотите, чтобы я... Генерал покачала головой. — Я этого не хочу. Однако если у тебя действительно есть серьёзные основания предполагать, что Гера и Рауль действовали вместе, нужно их проверить. В данной ситуации мы не можем пренебрегать ничем и бросаться словами понапрасну. Ты понимаешь меня?       Рей понимала. Она с болью посмотрела на тви’лечку — ту надёжно связали и оставили в комнате для переговоров, единственном помещении, которое хоть как-то могло претендовать на роль камеры. От Геры их отделяло звуконепроницаемое стекло, прозрачное лишь с одной стороны. — Это точно была она, — Рей положила ладонь на стекло. — Голос я хорошо запомнила. — В таком случае, в чём проблема?       По стоял в углу их небольшой комнатки, молча облокотившись на стену. Он не произнёс ни слова с тех пор, как Гера бросилась на Рей, выхватив из-за пазухи вибро-нож. — В чём проблема? — снова спросил он грубым голосом. — Если ты так уверена, что Гера и Рауль действовали заодно — действуй. Почему не приступаешь?       Потому что всегда существует шанс на ошибку. Потому что Рей не хочет воскрешать в памяти По воспоминания о пытках. Потому Гера ему больше, чем просто друг. — Капитан, мне кажется, вы снова позволяете своим эмоциям брать вверх над разумом, — обратилась к нему Лея. По презрительно хмыкнул. — Вы же не думаете, что Рей стала бы обвинять кого-то на пустом месте? — Не думаю. — Вот и прекрасно, — Лея Органа сложила руки за спиной и подошла к стеклу. Некоторое время она молча смотрела на пленницу. — Я понимаю, что ситуация сложилась неприятная. Но если существует шанс, что в рядах движения существуют такие же ненадёжные личности, как Рауль — мы должны узнать об этом как можно скорее. Иначе все усилия, которые вы приложили к эвакуации, будут потрачены впустую, и смерти тех, кто не смог спастись, будут напрасны.       Гера подняла голову и посмотрела вперёд. Она не могла видеть их или слышать, но тем не менее у Рей возникло ощущение, что стекло не помеха и что Гера смотрит прямо на неё. В её глазах не было страха, только бесконечная решимость. — Рей? — Я сделаю это, генерал, - сказала Рей, не поворачивая головы. — Я не хочу, чтобы из-за моей нерешительности погиб ещё кто-то.       Она боялась посмотреть в сторону По.       Гера вжалась в угол, в котором сидела - в комнате не было мебели — и упрямо стиснула губы, когда Рей сделала первую пробную попытку. Но сопротивляться Силе она не умела.       Рей очень старалась быть аккуратнее, но всё было бесполезно в таком случае. Нет ничего хорошего в том, что твои страхи и воспоминания препарируют и бесцеремонно ворошат, и приятными действия Рей быть априори не могли.       Она держала руку вытянутой вперёд, как и прежде. Но в случае с Доггетом её заряжала нехорошая злость, а сейчас всё давалось как будто в два раза тяжелее.

***

      В какой-то момент Дэмерон попросту вышел прочь, хлопнув дверью с такой силой, что потоки Силы, омывающие дрожащие пальцы Рей, дрогнули от ослабления концентрации.       Рей пришлось довести дело до конца, и когда она наконец, пошатываясь от слабости, вышла в пустой коридор, чуть не завопила во весь голос от рвущихся изнутри эмоций и напряжения.       Ей срочно нужен был отдых.       Но прежде ей нужен был По. Она должна была убедиться, что он не станет ненавидеть её за всё это.       Она увидела его сразу, как только вышла на улицу — там в основном остались только дроиды, занимающиеся строительством и обустройством территории лагеря. По остался одним из немногих немеханических существ; его рубашка белела в темноте, от чего Рей нетрудно было его заметить в высокой траве.       Золотистые насекомые веером вылетали из-под её шагов, но тут же с любопытством начинали следовать за Рей по пятам, точно живой трепещущий шлейф.       Такой же шлейф кружился и вокруг сидящего на земле По. Рей робко опустилась рядом с ним в мягкую душистую зелень, опасаясь, что он её прогонит или накричит на неё, но ничего подобного не произошло.       Они молча смотрели в беззвёздное чёрное небо, пока По первый не прервал тишину. — Почему она это сделала? — спросил он с тоской. — Она ведь так давно с нами. Почему, Рей? Это Рауль, да? Это он виноват? — Я… не могу сказать, кто из них был зачинщиком. Они всё делали вместе, все планы строили вместе, — она помедлила, прежде, чем рассказать По об увиденном. — Они считали, что Сопротивление - фикция. Они хотели только мира на Рилоте, но он не наступал, и они полагали, что никому на самом деле нет дела до их вымирающего народа и до них самих, и идеи, которые пропагандировала Новая Республика, только затмили рилотцам глаза ложными надеждами. И у них почти получилось преподнести обесточенную базу Ордену на тарелочке. Рауль однажды сказал Гере, что дискредитация Сопротивления в глазах общества Галактики стала бы отличной ценой за обман. — Это не так. Она ведь… Гера же знала, что это не так.       Маленький светящийся жучок закачался перед ними в воздухе. Рей с опаской протянула ладонь, и он тут же снизился на неё, защекотав лапками тонкую кожу. — До определённого момента она в это верила, — тихо сказала она. — Но обстановка на Рилоте становилась всё хуже. После Крейта она всё для себя решила. Я не знаю, когда к этому решению пришёл Рауль, он умер прежде, чем мы успели что-либо предпринять. Он не хотел её выдавать, поэтому покончил с собой. — Их было только двое? — Я не увидела больше никого.       Они снова замолчали. Рей рассматривала тонкие жучиные лапки и мохнатое золотое брюшко. — Я не стану такой, как он, По, — заговорила она чуть погодя. — Я знаю, что тёмная сторона привлекательна и заманчива, но я не хочу быть таким, как он. И тогда с Доггетом — так не должно было случиться, и это целиком моя вина, так что ты имеешь полное право на меня злиться, как и все остальные. — Ничего этого не должно было случиться, — едва слышно сказал По.       Рей отпустила насекомое на широкую травинку. Оно помедлило, но всё же поползло вдоль волокон листа. — Я злюсь не на тебя. Мне очень жаль, что ты так подумала, потому что я знаю, что ты делаешь всё, что можешь, и что тебе тяжело, много тяжелее, чем любому из нас. Я злюсь на себя. В какой-то момент я упустил что-то очень важное.       Он наконец прекратил рассматривать пустое небо и посмотрел на Рей большими печальными глазами. — Ты ведь не знал ни о чём, По. Не стоит винить себя сейчас. — Да, но кого-то же надо винить? Верно, Рей? Кто-то же виноват?       В его словах было столько беспомощности, что, забыв об опасениях, Рей обхватила его за шею слабыми руками и обняла так крепко, как только могла сейчас. — Она была моим другом, Рей, — прошептал По ей в шею, обняв её в ответ. Рей закрыла глаза, — Она так многому меня научила… — Она не держит на тебя обиды, — Рей осторожно погладила растрёпанные чёрные кудри. — На кого угодно, но только не на тебя.       Висок Дэмерона оказался под её пересохшими губами, и Рей по наитию оставила маленький поцелуй, совсем небольшой, просто чтобы показать, что ей не всё равно. Ничего другого она больше не могла сейчас сделать. — Рей. — Да? — Ничего. Просто хотел произнести твоё имя. — Мне нравится, когда ты его произносишь.