Тень от тени

В спортивном павильоне, принадлежащем баскетбольному клубу, шумно и оживлённо. В поделённом на части зале тренируются игроки первого, второго и третьего состава. Скрип кроссовок. Звуки ударов мячей о пол, щитки и кольца при непопадании. Акаши внимательно следит за тренировкой со своего находящегося в отдалении угла и думает о том, что некоторых игроков второго состава нужно бы перевести в запас для первого, а кое-кто из третьего состава вполне дорос до второго. Разумеется, это не только ему решать, но Акаши уверен, что к его мнению прислушаются. Ещё в «Тейко» он умело распознавал чужие способности. Уже в «Тейко» он чувствовал чужие сущности, которые пригодились бы в наличии под рукой. Акаши использовал людей и никогда не стеснялся этого. Все в этом мире используют друг друга, манипулируют и подчиняют. Таковая природа. Слабый всегда будет в подчинении у сильного. Или умрёт. «Тецуя», - проскальзывает в голове. На губах появляется едва ли заметная кому-то улыбка. Сейджуро с детства учили не привязываться к людям. Его отец всегда был суровым, строгим и даже пугающим. Его аура давила так сильно, что порой дышать было сложно. Впрочем, Акаши благодарен отцу. Если бы не его давление «авторитетом» даже на собственного сына, Сейджуро не научился бы ещё в семь лет противостоять любому давлению любой ауры любого существа. Более того, именно наблюдая за отцом, он осознал, что на самом деле такое это «давление». Осознал и смог создать некий аналог этой эфемерной материи, воздействующий на простых людей. Охотники бы не потерпели, если бы один из представителей древнего рода использовал свои способности направо и налево. Сейджуро научился ставить на колени одним лишь взглядом без всякого применения наследия крови предков. «Тецуя», - вновь шепчет голос в голове. Отвлёкшись от наблюдения за тренировкой, Акаши переводит взгляд на распахнутое окно. Тецуя - человек. Слабый внушаемый человек, которым можно вертеть, как послушной куклой. Так сказал бы любой носитель второй сущности, но вампир за прошедшее время удостоверился, что это вовсе не так. Тецуя слабый, но никогда не подчинялся. Тецуя человек, но никогда не прогибался. Может, именно поэтому Акаши никогда не обманывал Куроко. Возможно, порой недоговаривал, но это лишь часть его плана. Часть огромного масштабного плана, который он начал воплощать в действие ещё в средней «Тейко». Куроко Тецуя - особенный человек. У него есть определённые интересные способности, несмотря на отсутствие в роду «потусторонних». У него есть способности противостоять чужому давлению, хотя обычно люди просто ломаются под напором сверхъестественной ауры. А ещё у Куроко есть воля. Несгибаемая, крепкая, твёрдая воля. Она всегда была. Куроко не пал духом даже тогда, когда ему, находящемуся на тот момент в третьем составе, предложили попробовать себя в чём-то другом. Акаши всё знает об этом парне. Знает и не может не восхищаться. Не может не желать заполучить его себе.

-flashback-

- Ноги. У тебя очень слабые ноги. Если ты хочешь и дальше поспевать за Дайки и Рётой, тебе нужно ещё больше тренироваться. Они быстрые. Тебе нужно развить скорость и укрепить мышцы, чтобы поспевать за ними. Знаю, у тебя ещё недостаточно хорошо развито тело, но ради этого мы и пробуем разные варианты тренировок. Иногда ты выдыхаешься в самом начале игры. Это не дело. - Я понимаю, Акаши-кун. Тецуя выглядит вымотанным. Бледновато-серый, весь мокрый от пота и с трясущимися коленями. Акаши намётанным взглядом проходится по чужому телу и качает головой, опуская на растрёпанные голубые волосы, немного потемневшие из-за пропитавшего их пота, мягкое белое полотенце. Куроко вскидывает на него удивлённый взгляд, а после едва заметно улыбается. Его щёки наливаются слабым румянцем. Акаши ловит себя на мысли, что мог бы любоваться лицом Тени вечность. Иногда Тецуя напоминает ему фарфоровую куклу. Руки и ноги тоненькие, только начинают обрастать рельефом мышц. Лицо аккуратное. Кожа белоснежная. Глаза ярко-голубые, как январское небо. Куроко выглядит слабым, но вампир знает - внутри этого тела скрыта сила, которую просто нужно пробудить. Чем капитан команды и занимается. - Ака-чин, я есть хочу. Тецуя на этих словах вздрагивает и садится на скамью, пряча лицо под свисающим полотенцем. Акаши переводит взгляд на Мурасакибару. Парень лежит на полу в квадрате солнечного света и сонно моргает, щуря фиолетовые глаза, сверкающие где-то глубоко внутри золотыми искрами. День выдался солнечным и жарким. Шинтаро лучше не трогать. Он одаривает всех вокруг таким взглядом, будто в глотку готов вцепиться. Аомине с ленцой передвигается по площадке между двумя кольцами, тренируя броски из разного положения, но выглядит при этом так, будто вот-вот уснёт в полёте. Кисе и вовсе нет. У него какая-то срочная съёмка для модного журнала, и парень поклялся отработать свою норму позже. Единственный, кто выкладывался на этой тренировке, Тецуя. Слегка дрожащий тихий Тецуя, сжимающий пальцами свои колени до красных отпечатков на коже. - В моём шкафчике можешь найти пару шоколадных батончиков, пачку чипсов и упаковку с фруктовыми леденцами. - Крови хочу, Ака-чин. - Потерпишь до дома. - А Куро-чин? - Ещё не восстановился. Мурасакибара поджимает губы и переворачивается на бок. Потягивается, зевает и прикрывает глаза. Видимо, настолько разморило, что лень идти даже до раздевалки. Акаши усмехается и поворачивается к Куроко. Легко треплет его по голове поверх полотенца и слегка кивает, когда Тецуя поднимает на него взволнованно-благодарный взгляд. - Всё хорошо. Я вижу твоё состояние. Ты пьёшь таблетки, о которых я тебе рассказывал? - Пьёт, - ворчит проходящий мимо Мидорима. - Его кровь из-за этого с мерзким кислым привкусом. - Потерпишь, - припечатывает Акаши. - Состояние его здоровья важнее вашего недовольства. Мидорима резко останавливается и оборачивается. Приподнимает голову Мурасакибара, одаривая вопросительным взглядом. Не ловит отскочивший от пола мяч Аомине, обернувшийся и сверлящий Акаши удивлённым взглядом. Сейджуро всех их игнорирует, но после продолжительного молчания не выдерживает и одаривает недовольным взглядом. - Видимо, заняться вам нечем? Десять кругов вокруг территории школы. С ним никто не спорит, потому что слово капитана - закон. И потому что взгляд даёт понять, что всем лучше убраться вон. Зал быстро пустеет, и воцаряется тишина. Где-то снаружи смеются и переговариваются школьники, поют птицы и ездят, громко урча моторами, машины. В баскетбольном зале лишь едва слышно дыхание двух человек, сидящих на скамье рядом друг с другом и смотрящих в разные стороны. Акаши осматривает разбросанные по залу мячи и делает пометку заставить Аомине прибирать бардак. Тем более, парочка мячей явно доведена им до состояния «выкинуть». О чём думает Тецуя, он не знает. Знает лишь, что нужно что-то придумать касательно остальных. Удивление товарищей вполне оправдано. Да, Куроко их друг и приятель, но все они знают - не ровня. Они - вампиры. Высшие существа. Куроко - человек. Таких графы древности толпами держали с единственной целью - утолять свой голод. Подобное отношение к людям давно стало пережитком прошлого, однако Сейджуро - сын «древнего». Неудивительно, что сокомандники так резко отреагировали на его слова. Мурасакибара относится к Куроко в целом с безразличием. Мидорима тоже с парнем не сближается, считая его мечты наивными и «розовыми». С Аомине и Кисе сложнее. Куроко явно нравится обоим. И это проблема. Акаши никогда бы не подумал, что будет наблюдать банальный любовный треугольник с близкого расстояния. Или четырёхугольник? Фантом в восторге от Аомине: своего друга, его любви к баскетболу, его открытости, лёгкости в общении и дружелюбия. Они на самом деле друзья. Аомине был тем, кто больше всех переживал из-за судьбы Куроко и места себе не находил, пока они ожидали Тень в тренировочном зале, чтобы узнать его решение по поводу становления донором для них. Потом всё изменилось. Буквально после первой же пробы чужой крови. Дело в том, что вампир может чувствовать отголоски чужих эмоций, когда пьёт кровь человека или другого существа. Сильный вампир может во время принятия крови видеть чужие воспоминания и даже слышать мысли. Вот только установление связи между донором и вампиром не зависит от силы. Это просто происходит. Такая связь у Аомине установилась с Куроко. Связь, подкреплённая дружбой, хорошим отношением и искренним желанием быть рядом. Аомине всегда выделял Куроко для себя. Его и Кисе. Однако если из-за связи своё отношение к Куроко Аомине постепенно начал принимать за влюблённость, с Кисе всё было намного сложнее. Акаши помнит, как Кисе появился среди них. Аомине тогда буквально застыл, выронив мяч из рук, и Сейджуро его прекрасно понимает. Кисе красивый. Очень красивый. Высокий, худощавый, гибкий и имеющий завораживающую внешность. Его кожа светлая и мягкая. Его волосы напоминают жидкое золото. Его глаза, обычно медово-карие, с янтарными прожилками, в свете солнца искрятся изнутри. У Кисе выразительный немного лукавый взгляд, который может загипнотизировать без всяких сверхспособностей, если то нужно вампиру. Про бешеную энергетику и ауру и говорить нечего. Помимо этого Кисе отлично играет в баскетбол и имеет потрясающие аналитические способности. Если позволяют способности тела, он может повторить любой чужой финт, увидев его один только раз. Этот факт сразу же заинтересовал Аомине. Чуть позже его заинтересовал сам Кисе. - Акаши-чи, я вернулся! Влетевший в зал блондин осматривается, широко улыбается и подбегает к скамье, спуская сумку с плеча. Акаши отмечает сжавшиеся кулаки Куроко и слабо улыбается, по привычке треплет Рёту по волосам. От Кисе едва уловимо пахнет пудрой, персиками и мороженым. Видимо, лопал сладкое по пути до школы. Жестом Акаши указывает на широкую скамью, и Кисе тут же укладывается на неё, пристраивая голову на его коленях. Пальцы зарываются в золото волос. Тецуя резко поднимается, кланяется и удаляется в сторону раздевалок, чтобы принять душ, переодеться и сбежать. Акаши знал, что так будет. Знал ещё тогда, когда только решил использовать Кисе в своих целях. - Жестокий ты, Акаши-чи, - усмехается Кисе и сверкает на него глазами. - Я просто чётко знаю, чего хочу и как это получится, - зеркалит усмешку Акаши. Да, Кисе появился в их команде вовремя. Он пришёл позже Куроко, но сумел заинтересовать и, так или иначе, привязать к себе Аомине. Одновременно с тем он успел прижиться и сдружиться с парнями до того, как образовалась связь между Куроко и остальными вампирами, пьющими его кровь. Поэтому Акаши может манипулировать Аомине и Куроко с помощью Кисе в настоящем. Аомине думает, что влюблён в Куроко, но истинные чувства пробиваются сквозь дурман связи на крови в моменты острой ревности. Аомине считает Кисе своим едва ли не с первого дня появление блондина в основном составе и дико бесится, прекрасно зная о том, что Кисе даёт свою кровь Акаши. Вместе с тем Тецуя тоже раздражён этим фактом. Акаши знает, что в голове фантома ещё не зародились мысли об истинной природе испытываемых голубоглазым чувств к капитану, однако это дело поправимое. Нужно лишь время и определённые обстоятельства. При этом Кисе является третьей стороной. Он считает Аомине своим и бесится из-за того, что тот тянется к Куроко. Однако блондин прекрасно понимает, что это лишь связь на крови. Возможно, именно это спасает Куроко от «случайной» смерти. Помимо этого он прекрасно знает, что Акаши считает Куроко своим и никому не позволит его забрать. Именно поэтому Кисе играет на его стороне. Ему это выгодно. Выгодно, чтобы Тецуя был занят, а Аомине вновь обращал всё своё внимание лишь на него. Не один Аомине является собственником. Кисе за своё тоже глотку кому угодно перегрызёт. Буквально. - Ты вчера перестарался. Куроко сегодня как привидение, - замечает Акаши, вглядываясь в голубое небо за окном, устланное огромными кучерявыми облаками. - Знаю, - хмыкает Кисе и притирается щекой к колену. Акаши едва заметно улыбается. Чисто кот. - Просто не смог себя контролировать. Меня бесит, когда Аомине-чи начинает смотреть на Куроко-чи таким взглядом. Так и хочется ему врезать. Тем более, я был голоден. Ты же знаешь, Акаши-чи, что кровь Куроко-чи я пью только в самых крайних случаях. Я и так на постоянном диссонансе. Куроко-чи милый. Мне нравится с ним общаться. Связь на крови тоже делает своё дело. Я привязался к Куроко-чи и не хочу, чтобы он считал себя только кормушкой. Однако бывают момент, когда мне хочется порвать его на куски. Останавливает только мысль о том, что Аомине-чи отдалится от меня в таком случае. И что ты тоже явно не обрадуешься его смерти. - Тецуя мой, - согласно кивает Акаши. - Я не отдам его никому. Если я не одёргиваю Дайки, это ещё ничего не значит. Всё будет так, как решил я. План уже готов и запущен в действие. На контрасте все методы хороши, однако... - хватка в волосах крепнет, и Кисе запрокидывает голову, вглядываясь в лицо нависшего над ним Сейджуро. - Если ты ещё раз доведёшь Тецую до слёз, то пожалеешь об этом. Вероятно, со стороны они выглядят так, будто готовы поцеловаться. Поэтому Акаши нисколько не удивляется, когда слышит свист летящего мяча, и резко выпрямляется, подаваясь назад. Мяч пролетает мимо, с силой врезаясь в стену и отскакивая. Сверкнув глазами, Сейджуро переводит взгляд на вход и едва слышно хмыкает. У запыхавшегося после бега Аомине глаза светятся диким потусторонним синим огнём. Вампир выглядит так, будто в любой момент бросится на него. Добавляет градус ситуации резко севший прямо Кисе, тут же начавший суетиться вокруг Акаши, причитая о том, что «ещё бы чуть-чуть». - Ну и что это было, Дайки? - холодно интересуется капитан. - Упс. Рука соскользнула, - скалит клыки Аомине. В этот момент в зал возвращается Куроко. Отметив накалившуюся атмосферу, парень неловко топчется на одном месте. Акаши перехватывает его взволнованный взгляд и слабо улыбается. Этот момент Мидорима использует, чтобы спросить о том, не пора ли им расходиться. Акаши благосклонно кивает, и Шинтаро вместе с Мурасакибарой удаляются в раздевалку. Аомине какое-то время сверлит взглядом принципиально смотрящего только на Акаши Кисе, раздражённо цокает и тоже уходит, предварительно потрепав Куроко по макушке. Рёта испаряется следом, как не бывало. Проводив каждого пристальным взглядом, Акаши подходит к Куроко и мягко ему улыбается. - По молочному коктейлю? - Я с радостью. Щёки Куроко вновь едва заметно алеют. Акаши рассматривает паренька и даже жалеет, что они встретились при таком раскладе. Если бы не надуманная влюблённость Аомине, всё ещё можно было бы переиграть. Менее сложно и менее болезненно. Акаши знает, что происходящее ему никогда не аукнется. Знает, что истинное положение дел навсегда останется только у него в голове, ведь даже Кисе не знает всего плана. Знает, что подталкивает Куроко к себе весьма жестокими способами. И его не мучает совесть. В своём плане Сейджуро уверен и верит, что в данном конкретном случае цель оправдывает средства. А раны Куроко, душевные и телесные, он залечит. С этим у него никогда не было проблем и не будет. Куроко ему доверяет. - Я хочу извиниться за Рёту. Он перестарался вчера. - Ничего страшного, Акаши-кун. Я знал, на что шёл. Акаши знает, что Куроко его обманывает. Едва подавленная дрожь в голосе. Сжатые в кулаки пальцы. Опустившийся, отведённый в сторону взгляд. Всё дело в отношении, и Акаши знал, что так будет. Тут даже планировать ничего не надо было. И нет ничего удивительного в том, что Куроко боится. Это даже правильно. Это заложено в его природе, а инстинкт самосохранения - вещь весьма полезная. Вечно голодный Атсуши пьёт кровь Куроко жадно и неаккуратно, часто не размеривая силу и забывая о том, что должен сделать не больше пяти полных глотков. Мидорима от крови Куроко не отказывается, но пьёт её каждый раз с таким видом, будто ему чуть ли не из лужи хлебнуть предлагают. Тут ничего не поделать. Мидорима в принципе относится к фантому прохладно и из-за этого никак не может принять тот факт, что вынужден принимать от Куроко своеобразную «помощь». Аомине старается пить кровь Куроко аккуратно, но ему каждый раз срывает крышу. Связь на крови дурманит его сознание, и Акаши знает, что Куроко дико боится того, что вечно лапающий его во время утоления жажды Дайки может сорваться и натворить дел. Кисе добивает Куроко контрастами и вспышками злости, которые совершенно не получается контролировать. Иногда блондин отказывается пить чужую кровь. Иногда пьёт, но делает это весьма мягко, осторожно и всегда заботливо интересуется о состоянии Куроко. А иногда случаются такие срывы, как накануне. Когда Кисе вгрызается в чужую плоть, забывая о том, что перед ним человек, который способен чувствовать боль, страх и отчаяние. Забывая о том, что это его любимый «милашка Куроко-чи». Хотя до слёз Кисе довёл Куроко впервые. Вероятно, не один Акаши видел, как накануне после прощания с Куроко Аомине поцеловал удивлённого и даже ошарашенного его поступком фантома в щёку. Но если Акаши заметил отрицание, проскользнувшее в глазах Куроко, то Кисе - нет. Если Акаши знает, что Куроко не питает никаких чувств к Аомине, то Кисе в порыве эмоций об этом забывает. В такие моменты инстинкты требуют убрать соперника. Проблема в том, что Куроко нельзя «убрать», иначе Кисе после своего поступка просто перестанет существовать для Аомине и напросится на неприятности от Акаши. Также проблема в том, что дело вовсе не в Куроко. Если не он, то, возможно, кто-то другой. Нужно заставить Дайки задуматься о своих чувствах к Кисе, а не убивать каждого, на кого он посмотрит. Акаши это знает, понимает и работает над этим. Кисе тоже это знает, но эмоции слишком часто берут над ним верх, и это доставляет проблемы. - Я всё прекрасно понимаю. Кисе-кун ревнует Аомине-куна ко мне. Но я... Я уже поговорил с Аомине-куном. Я сказал ему, что не могу принять его чувства. Аомине-кун выглядел расстроенным, но сказал, что нашей дружбе его чувства никак не помешают, - признаётся Куроко, когда они покидают территорию школы и идут по направлению к кафе. - Это не повод обращаться с тобой, как с куском мяса, - отрезает Акаши. Он чувствует смущённый взгляд с затаённой благодарностью, но делает вид, что с увлечением рассматривает людей вокруг. Они никогда не говорили на эту тему серьёзно. Куроко избегал разговоров и как будто даже смущался их. Акаши не хотел на него давить и лишь одёргивал других, когда они зарывались. Сам он тоже пил кровь Куроко довольно редко, однако прекрасно знал, что только в его руках Куроко чувствует себя в безопасности. Всё потому, что Акаши себя прекрасно контролирует и знает свою норму и норму Куроко. Помимо этого, он никогда не руководствуется эмоциями и делает всё для того, чтобы минимизировать чужую боль. Ну и позволяет себе немного лишнего, конечно. Во время утоления жажды вовсе не обязательно бережно прижимать к себе чужое тело и шептать на ухо успокаивающие слова. Акаши просто не может удержаться. Реакция Куроко с каждым разом всё ярче, уши и щёки его розовеют всё быстрее, а сердце так бьётся в груди, будто хочет выпрыгнуть. Акаши знает, что только он один вызывает подобную реакцию. Знает и наслаждается этим в полной мере. Почему нет? - Ты не жалеешь, что согласился на всё это? - в очередной раз интересуется он, когда они уже сидят за столиком. - Даже сейчас я сдержу своё слово. Если ты откажешься давать свою кровь, особенно после выходки Рёты, я пойму. Он же тебе чуть горло не разорвал, пока пил. - Не жалею. И не передумаю. Голос Куроко больше не дрожит. Взгляд прямой и твёрдый. Акаши верит ему. Верит и в глубине души восхищается чужой стойкостью.

-end flashback-

- Сей-чан, ау! Медленно моргнув, Акаши поднимает свой взгляд на Мибучи. Тот под пристальным вниманием слегка тушуется, но после приподнимает выше мяч, лежащий на ладони, и кивает в сторону площадки. - Все уже закончили тренировку. Остался только основной состав. - Хорошо. Поднявшись со своего места, Акаши забирает мяч и выходит на опустевшую площадку. Ударяет пару раз по покрытию и прикрывает глаза, вслушиваясь в звуки вокруг. Хаяма от нетерпения припрыгивает на месте. Шумно вздыхает Небуя. Мибучи неторопливо передвигается за спиной. Маюзуми тенью застыл с левой стороны. Акаши видит тренировочный зал баскетбольного клуба новой доской для сёги, а своих товарищей по команде - фигурками на ней. Он самый младший, но уже доказал свою силу, свой авторитет и своё подавляющее главенство. Сдерживаться не было нужды. Все в его новой команде имеют вторую сущность, и никто не гнушается её использовать. Акаши знает, что остальные пойдут за ним. Знает, что все они будут стоять на вершине. «Пора исправлять свои ошибки», - думает Сейджуро, ещё раз ударяет мячом о пол и срывается вперёд. Когда-то он поторопился. Когда-то не заметил, как немного ослабил контроль над ситуацией, за что и поплатился. Стоило лучше контролировать Аомине, который после отказа Куроко посвятил всего себя игре и отгородился от остальных. Стоило лучше присматривать за Кисе, который сорвался из-за игнорирования Аомине на фантоме и наговорил ему много лишнего. Стоило заранее разузнать всё о человеке по имени Шигехиро Огивара. Куроко ведь упоминал своего друга мельком в разговорах, но Акаши никогда не интересовал этот человек. Как оказалось, зря. Помимо этого Шинтаро не вовремя решил поговорить об отношении Акаши к Куроко и напомнить о том, что Тецуя всего лишь человек, который не стоит его внимания. В выражениях «снайпер» не стеснялся, а случайно услышавший по закону подлости их разговор Куроко после начал терять веру в себя и в свою необходимость для Акаши, чего тот добился с таким трудом. Сейджуро тогда едва сдержал свою ярость. Мало того, что Шинтаро полез не в своё дело и посмел ему указывать, так ещё и Куроко обзавёлся ненужными тараканами в голове. - Он абсолютно бесполезен. Мы все играем сами, и его пасы нам не нужны. К тому же, он хрупкий. Постоянно устаёт, ранится и зарабатывает растяжения и травмы. Какой от него прок? Он даже забивать не умеет. Человеку не место в одной команде с нами, - холодно и сдержанно перечислил тогда Шинтаро. И да, он был прав. Однако Акаши смотрел на ситуацию под другим углом и прекрасно понимал, что вины Куроко в происходящем нет. Вампиры развиваются быстрее остальных и отличаются повышенной выносливостью. Тем более, Тецуя всем им давал свою кровь, из-за чего все они в настоящем выглядят старше своего возраста из-за подпитки и более быстрого развития организма. Помимо этого, Мидорима не был прав на сто процентов, и пасы Куроко были нужны их команде. Когда всех блокировали, только Куроко исправлял ситуацию. Это случалось нечасто, но фантом не раз и не два выручал их на поле игры. Его способности были и оставались уникальными для человека. Обо всём этом Акаши сообщил Мидориме. Но, разумеется, Куроко ушёл намного раньше, не услышав слов поддержки со стороны капитана. «Но он вернётся», - думает Акаши и забивает мяч в корзину, обойдя всех своих сокомандников. Сейджуро уверен в этом. Он успел хорошо изучить Куроко и знает, что тот не сдастся просто так. Поступив в старшую «Сейрин», не блещущую славой и известностью, Тецуя обязательно вновь вступит в баскетбольный клуб. Он сделает всё, чтобы доказать Мидориме и остальным, что даже будучи человеком может быть лучше и полезнее их. Может, и не один, а вместе со всей командой, но всё-таки. Докажет победами, что его способности полезны и необходимы другим. «Поколение Чудес» на то так и прозвали, что они уникальны в своём роде. Остальные парни могут этого и не понимать, но Акаши прекрасно знает, что все обычные команды рассчитывают на командную слаженную игру. Даже его нынешняя команда в «Ракузан». Это только у них в «Тейко» Аомине и Кисе могли во время матча с другой школой устроить спор между собой, отнимая друг у друга мяч. Другим такое поведение покажется диким и неуважительным по отношению к товарищам по команде. - Сей-чан такой быстрый. Нечестно, - наигранно горестно вздыхает Мибучи, откидывая чёлку со лба. Акаши лишь хмыкает и кидает ему мяч, вставая в защиту. В «Тейко» он вместе с остальными учился контролировать свои способности. Сейчас «игра» вышла на новый уровень. Теперь им всем нужно приучиться быть поодиночке в социуме среди новых незнакомых людей и существ без привычной поддержки и прикрытия своего капитана в его лице. Кисе в «Кайджо». Аомине в «Тоо». Мурасакибара в «Йосен». Мидорима в «Шутоку». Куроко в «Сейрин» и сам Акаши в «Ракузан». Все они рано или поздно встретятся, и тогда станет понятно, кто из них насколько смог приспособиться и продвинуться вперёд. Тогда станет ясно, важная командная работа или нет, и ценятся больше броски Мидоримы или пасы Куроко. «Это будет интересно», - думает Акаши. - «Поскорее бы». И ловко выбивает мяч из рук рванувшего мимо него Котаро, принявшего пас от Мибучи.

|...|