Сломать Маринетт. Пошаговая инструкция

Натали цокала каблуками. Сейчас их громкий стук выдавал ее возбуждение, а прямая спина нетерпение. Никогда в жизни Габриэль Агрест не вызывал ее в свою спальню. Ни-ко-гда. Не то что бы Натали на что-то надеялась, но спальня всегда была неприступной крепостью Габриэля – сюда он никого не пускал, включая Адриана, и даже прислуга не имела отдельного ключа от его спальной комнаты. Она постучала, но Габриэль не ответил. Дернула ручку, дверь была открыта. Ожидая увидеть все что угодно, Натали распахнула дверь и увидела светлую комнату, затемненную плотными темно-фиолетовыми шторами. Незакрытое окно хлопало от ветра. На огромной кровати с самого краешка лежал Габриэль собственной персоной. Одетый. Безупречный, как всегда. Он смотрел на потолок, покорно сложив ладони на груди. Натали, скрыв неловкость, уверенно закрыла дверь, прошла по мягкому ковру и прикрыла окно. На улице стояла до тошноты хорошая погода. — Вы в порядке, месье? — Ага, — эхом отозвался Габриэль, продолжая глядеть в потолок. Натали на секунду решила, что он репетирует собственные похороны и прикидывает, удобно ли ему будет спать в гробу в такой позе вечность. — Талисманы с вами? — Ага, — ответил тот. Нууру плавно вылетел из укрытия и тихо повис рядом с хозяином. Эмоциональная Дуусу пулей устремилась к Натали и пощекотала ее шею и лицо хвостом, наворачивая вокруг бывшей хозяйки круги. Натали подошла к Габриэлю и аккуратно присела сбоку. Скрывая волнение, чувствуя, что краснеет (господи, она сидит с ним на одной кровати!), она продолжила: — Что-то случилось? — Я видел то, чего не должен был видеть. Натали нахмурилась. Что во всем чертовом мире могло так сильно потрясти ее босса, что он бесформенной (но безусловно стильной) тряпочкой валялся тут. — Я следил за этим китайцем... Как там его... Джун Фу... Он выполнял свои акробатические пируэты с классом женской гимнастики... И увидел Кота Нуара, который пытался следить за мной. Тогда я решил, что это отличный шанс схватить его. Он умудрился скрыться, но когда я пытался его найти... — Габриэль переместил ладони на лицо, поправил очки и откинул их на лоб. Натали отметила, какое интересное у него лицо без них. — Вы попытались его найти и... — Я увидел Адриана с друзьями. — Этого быть не может! Он должен быть в своей комнате! — Да, но вместо этого он тусил в каком-то облезлом трейлере и целовался. — У него нет девушки, насколько я знаю, — взволнованно отчеканила Натали, — Он не отвечает взаимностью ни одной из тех, кто за ним увивается. — Похоже, я знаю, почему. Габриэль похоронно повернул свою голову на помощницу. Его светлые глаза были распахнуты, а все лицо сюрреалистично бледно. Натали наклонилась над Габриэлем, прислушиваясь. Квами подлетели еще ближе к лицу несчастного отца. — Он целовался с каким-то юношей. Натали так и зависла в изумлении над ним. Неловко хлопая глазами, она смотрела на босса, а тот со скрытой мольбой смотрел на нее. Дуусу воскликнула: — Это так здорово, что вы узнали это сейчас, месье! Бедному мальчику не придется никогда больше скрываться от вас! Вы должны поддержать его, это так сложно найти настоящую любовь и... — Папа, ты тут? Ты мне очень нужен!..— услышали они голос Адриана, заходящего в спальню. Видимо, из-за звонкого голоска Дуусу, они не услышали стук. Габриэль понимал, что еще доля секунды, и его сын увидит двух квами, которые не успеют спрятаться, и сделал первое, что пришло ему в голову. Он немного приподнялся, распахнул руки, крепко прижал к себе Натали, пряча квами между их одеждой, и замер, вдыхая тонкий унисексуальный аромат ее туалетной воды. Красная, как рак, Натали повернула голову в сторону замершего Адриана. Тот закрыл ладонью глаза, отвернулся и, закрывая дверь, крикнул: — Извините! Забудьте, что я тут был! Габриэль продолжал обнимать Натали, даже когда дверь была закрыта. Убедившись, что он ушел, они моментально отпрянули друг от друга. Многозначительно посмотрев в глаза, они еще немного покраснели и помолчали. Дуусу, кажется, была в восторге. — Я поговорю с ним, — решительно сказал Габриэль. — И что вы ему скажете? — спросила Натали. — Что я знаю, что ему нравятся парни. — Это подозрительно. Кроме того, он спросит вас раньше: о том, что мы тут с вами делали, — еще больше краснея ответила Натали. — Не спросит. Он воспитанный мальчик. Ну или я не отвечу. Не важно. Это не важно. «‎Ах значит не важно», — зло подумала Натали, но ни один мускул на ее лице не дрогнул. Габриэль вошел в комнату к Адриану и застал его сидящим на диване с телефоном в руках. Все бы ничего, но сын удрученно смотрел в черный экран. Отец подошел и присел рядом. — Ты сказал, что я нужен тебе, — спокойно сказал Габриэль, — У тебя все хорошо? — Пап, мне нужен твой совет. Габриэль сглотнул. Он ничего не имел против гомосексуальных отношений, ведь, черт возьми, он крутился в индустрии моды, но совсем не ожидал такого от Адриана. В его голове крутились мысли о том, что у него никогда не будет родных внуков, что Адриан будет посещать прайды, подвергая себя еще большей опасности, чем обычно. Что симпатичная его мордашка совершенно точно привлечет богатых спонсоров, и они будут пялиться на его упругий зад и предлагать непристойности. Габриэль молился, что все это еще можно как-то откатить, стереть, забыть, и все пройдет само собой, и Адриану начнут нравится девушки. — Пап, у меня есть друг... Мы общались буквально сутки напролет, — горевал Адриан о Плагге, — я делился с ним самым сокровенным и несмотря на то, что у него скверный характер, я очень привязался к нему... Адриан сидел понурый. Габриэль подсел поближе. Сейчас, видимо, будет каминг-аут. Отец года внял словам Натали о том, что начинать разговор о поцелуе будет слишком подозрительно, поэтому ждал, что сын признается сам. — Но больше мы не можем общаться, кажется, никогда. Он уезжает очень далеко, там нет интернета и чего-то такого. Разве что письма писать, но с почтой там беда... Габриэль просиял. ОН УЕЗЖАЕТ. КОВАРНЫЙ СОБЛАЗНИТЕЛЬ УЕЗЖАЕТ. Значит, еще не все потеряно. — Кроме того, с ним уезжает девушка моей мечты, и, кажется, я больше никогда ее не увижу... Пап, ты что, улыбаешься?.. Это совсем не весело! Габриэль понял, что выглядел совсем уж счастливым в этот момент. Просто мысли о красивой свадьбе, внуках и всем-всем вот этом так захватили его, что он просто не мог сдержаться. Один поцелуй явно проигрывал против наличия девушки мечты. — Прости, я...просто рад, что у тебя есть люди, к которым ты испытываешь подобные чувства. Это очень ценно. Глаза у Адриана снова увлажнились и он со злостью отвернулся от отца. Он страдает, а папа улыбается, ну что за отстой! Неужели он и правда рад тому, что Адриан снова стал одиноким?! Кажется, он остался один во всем этом чертовом мире. Греет только мысль о том, что завтра не придется объяснять плохое настроение друзьям — теперь они знают, кто он. Точнее, кем он был. — Кто это? Может, я смогу тебе помочь наладить с ними связь? — поинтересовался Габриэль. — Нет, у тебя не выйдет. — Ты даже не даешь мне попробовать. — Я не могу объяснять. — Ты что-то скрываешь! — Я не хочу разговаривать. — На этой планете нет мест, где нет интернета, Адриан. — Я не хочу больше говорить об этом! — Адриан встал с дивана и подошел к окну. Его прямая спина выдавала его настроение, и Габриэль понял, что не готов позволить мальчику так себя вести. Он встал, разгладил одежду и произнес: — Ты не будешь так со мной разговаривать! Никакого колледжа три дня! Адриан ошалело повернулся и посмотрел на него непонимающе, даже беспомощно: — Что?! Ты не можешь так со мной поступить! — Могу и поступлю, — парировал Габриэль, — посидишь и подумаешь над своим поведением. Отчеканив эти слова, отец года вышел из комнаты, выразительно захлопнув дверь. Адриан так и остался стоять около окна, будто пораженный громом. Габриэль угрюмо проследовал в свой кабинет, где в ожидании сидела Натали. — Как прошло? — очень нервно спросила она. — Я посадил его под домашний арест на три дня. Натали всплеснула руками. Как этот мужчина умудрялся управлять целой империей по производству одежды и не мог управиться с собственным эго рядом с единственным сыном? — Но есть и хорошие новости, — сказал Габриэль, — он не гей. — Я знаю. Потому что ваши подставные объятия в спальне натолкнули меня на одну мысль: Адриан не целовал того парня, потому что он ему нравится. Он пытался скрыться. Сердце Габриэля пропустило пару ударов. — Адриан — Кот Нуар.