Сломать Маринетт. Пошаговая инструкция

Адриан лежал на полу и делал вид, что он приличный мальчик и делает все, что ему скажут. Скажут помыться — помоется, не скажут — ну извините, будет ходить грязным. Одежду он не менял уже давно, ощущение на теле было отвратительное, но душа ликовала. Уже пошли третьи сутки его бунта, и он понимал, как сильно этот план выбешивает домашних, но отступать не собирался. — Адриан, это неприемлемо, встань, — сказала Натали, глядя прямо перед собой, — Ты планируешь сменить белье? — Как скажешь, Натали. Буду делать все, что вы с отцом скажете, — медленно встал, как солдатик, перед ней Адриан. — Сними это. Оно пахнет, — железным голосом отчеканила она. — Как скажешь, — скучающе сказал Адриан, откинул рубашку на диван, снял футболку, затем стянул джинсы и носки. Натали немного напряглась, пытаясь понять, как далеко сын самого упрямого человека на свете готов зайти. Адриан вызывающе посмотрел на нее, снял трусы и встал перед ней во всей красе в чем мать родила. Модельная муштра давно сняла с него предрассудки. Натали холодно смотрела ему прямо в глаза и ничего в ее лице не изменилось. "Ей вообще по-барабану! С ума сойти!" — думал Адриан, все еще нахально, по-Нуаровски улыбаясь. "Не смотри вниз, просто не смотри вниз, Натали", — думала домомучительница, понимая, что боковым зрением она все уже приметила и сравнила, — "Его отец, конечно, душка, но мамочкой я быть не записывалась. Надо с этим что-то делать". — Прикройся, — все так же неэмоционально сказала Натали. Адриан пожал плечами, взял с соседнего стола фотографию отца и прислонил к причинному месту. Натали отметила про себя его чувство юмора, едва не прыснула, но сдержалась. — Так подойдет? — нахально спросил мальчишка. — Подойдет, займемся историей, — сказала она и прошла к книжной полке, и когда отвернулась, скрючила лицо от сдерживаемого смеха. Они сидели за уроками где-то около двух часов, и Адриан не оделся даже когда из открытого окна подул холодный ветер. Если Натали говорила упрямцу записывать, он спрашивал разрешения открыть колпачок на ручке. Адриан выбрал хорошую тактику против отца, зная, как сильно его бы выбесило такое поведение. Но против ассистентки такое не работало — она с удовольствием приняла игру, надеясь, что мальчику вскоре это попросту надоест. Кроме того, она успела разглядеть кое-что и думала о наследственных признаках, и как там оно все у прямого родителя и немного витала в облаках все занятие. — Как прошло? — спросил Агрест старший у нее, когда спустя время она вернулась в холодный кабинет босса. — Он злится, — ответила Натали, — и сидит один слишком долго. А как прошло у вас? — Безрезультатно, — вяло ответил Габриэль. — Герои появились, Супер-шанс и все. — Герои? — Классический набор: Ледибаг и Кот Нуар, — меланхолично ответил Габриэль, — Ты ошиблась. — Мы сопоставили все факты. Ни одного общего кадра или известного появления Кота и Адриана на публике. Исчезновение Кота во время появления Королевы Стиля, — настаивала Натали. — Но сегодня ты сама была с Адрианом в комнате, а Кот Нуар на поле битвы. Посмотри новости. Габриэль устало молчал: с какой все-таки целью его сын целовал этого мальчишку? Что за девушка его мечты уезжает? Чертовы подростки! В их поступках могут разобраться только их ровесники. Иногда ему просто хотелось отдать Адриану Нууру, и пусть его сын разбирается с Ледибаг и Нуаром сам... — Они могли инсценировать появление Кота, — настаивала помощница. — Зачем? — Зная, что он на домашнем аресте... И не сможет выйти. — Как они использовали его силы тогда? И как узнали, что именно в этот раз им нужен подставной Кот? Мы не первый раз запирали его дома. Надо сделать ему поблажку. Я был излишне строг с ним, думая, что он Кот. У Натали не осталось аргументов. Вероятность все еще была, но она была такой крошечной, что внимательная ассистентка начала подсчитывать шансы, и статистика явно была на стороне невиновности Адриана. Она посмотрела на Габриэля, грустного и подавленного, как всегда после битвы, и вспомнила выражение его же лица на фотографии, которой утром прикрывался Адриан. У него на руках не было кольца, он ни при чем. Поверив в статистику, Натали отбросила эмоции и села за работу. Бытие Маюрой отнимало много сил и времени: на дела модного дома АГРЕСТ оставались лишь крохи. Адриан все еще немыслимо тосковал по Плаггу и не мог придумать себе занятий. Внезапно он подумал, что помыться не помешало бы. Запах собственного пота и ощущение нечищенных зубов еще больше расстраивали его. Поняв, что о его комфорте заботиться некому, кроме него самого, он побрел в душ. Отмывшись дочиста, Адриан гордо, без одежды вышел обратно в комнату. Прошлепав босыми ступнями к гардеробу, он распахнул его. На глаза парню попался голубой шарф, подарок отца (нет). В голове Адриана появилась еще одна идея, как взбесить родителя (не делай этого). Он накинул шарф на шею, проследовал к роялю, залез на него и замер в эстетичной позе. С радостью он услышал стук в дверь. По характеру звука он понял, что стучала Натали. Эх, жаль, что не отец. — Входи, Натали, я как раз не знаю, чем мне заняться! — легкомысленно крикнул он. — Адриан, к тебе пришли, месье одобрил, — привычно строго ответила Натали, но до Адриана не сразу дошел смысл ее слов. Как в замедленной съемке, он смотрел на открывающуюся дверь, понял, что Натали не одна, а с САМОЙ СМУЩАЮЩЕЙСЯ ДЕВУШКОЙ НА ВСЕЙ ЗЕМЛЕ, в секунду сорвал с шеи голубой шарф и прикрыл им то, что следовало прикрыть, и с чувством крикнул: — НАТАЛИ! — АДРИАН! — Святые макарунс, — прошептала Маринетт. Парень ее мечты абсолютно голый сидел на черном лакированном рояле и прикрывался ее подарком. Она смотрела на шарф и не могла отвести взгляд. Собравшись с силами, она закрыла глаза и сразу же пожалела об этом, ведь картина все равно осталась перед глазами, но богатая фантазия сделала ее еще ярче. Натали победоносно улыбалась. Адриан возмущенно смотрел на нее. — Ладно, оденься, — добродушно ответила строгая домомучительница. — Что у вас за странные игры? — пугливо покраснела Маринетт, услышав, как скрипнул рояль и Адриан побежал к гардеробу. — Оставляю вас наедине, — смакуя каждое слово, мстила Натали за утренний перфоманс. Она убедилась, что Маринетт и Адриан были краснее костюма Ледибаг, и вышла, закрыв за собой дверь. Маринетт молчала. Адриан распахнул гардеробную и вытащил первое, что попалось ему на глаза. — Ты проходи, не стесняйся, я сейчас! — торопливо крикнул он. — А ты уже оделся? — опасливо спросила Маринетт, — Давай я еще подожду?.. Адриан втиснулся в свободный черный комбинезон и пригладил волосы. Маринетт была человеком, перед которым не хотелось выглядеть идиотом. Поскольку по этому пункту он уже проиграл, рассчитывал остаться хотя бы симпатичным и харизматичным идиотом. Он подошел к ней и взял за руку: — Можешь не открывать глаза, только не уходи, пожалуйста. Я тут за три дня совсем с ума сошел. — Мы вообще-то тоже! Думали, что с тобой что-то случилось, когда ты не пришел на занятия, — Маринетт все так же не открывала глаз. Она просто не знала, куда ей деться от его чарующего взгляда. С закрытыми глазами она могла хотя бы думать, что говорит с Котом. Адриан провел ее к дивану и посадил. Налил для нее сока и сунул стакан в руку. Она нервно отпила и открыла глаза. Он сидел в черном свободном комбинезоне на голое тело. Мозг Маринетт сразу достроил, с чем это нужно сочетать, какую рубашку поддеть. — Ого! Йоджи Ямамото, — воскликнула она, протягивая руку к ткани, стараясь не думать, успел он надеть трусы или нет. — Угу, осень-зима, 17-18, — ответил он, радуясь, что она так быстро нашла комфортную тему. — Фантастика. Черный все-таки твой цвет! — сказала она и улыбнулась ему. Адриан поник. Был его цвет. — Я не буду тянуть и сразу перейду к делу, — сказала Маринетт, сняла с пальца серебряное кольцо-печать и протянула ему. Адриан тупо вылупился на подарок. — Это что, мне? Ого, Маринетт, когда ты успела сделать кольцо, так похожее на мое? Ты довольно хорошо его запомнила!.. Он не успел протянуть руку к подарку, как услышал знакомый громкий крик: — НЕЕЕТ! НЕ ОТДАВАЙ МЕНЯ ЭТОМУ ПРИДУРКУ!! ОН — ПОЛНЫЙ ИДИОТ, МАРИ, ЗАБЕРИ МЕНЯ ОБРАТНО!!! — требовал Плагг. Адриан выпал в осадок, посмотрел в знакомые голубые глаза, сглотнул и кинулся обнимать Маринетт, планируя больше никогда в этой жизни ее не отпускать. Маринетт стиснула его изо всех сил, чувствуя как вся она наполняется счастьем.