Мастер-класс от Найтмера: Как узнать всё и вся и при этом не ахринеть

Не потерпев отлагательств, Дрим потребовал сиюминутно осмотреть ту самую спальню, полностью игнорируя существование временного цикла и режима жизни как такового. Не понятно, на что надеялись эти недо-детективы, ведь с момента событий прошло чуть больше месяца. Уже не один раз проводилась уборка. Принебрегая и здравым смыслом, коим выступал на данный момент Кросс, Принц всё же стал осматривать комнату, предварительно вооружившись фонариком. Конечно же, насмотревшись на эту игру в шахтёра, монохромный включил свет и всё-таки присоединился к поиску улик. Казалось бы, эту парочку ждала тихая ночь, полная молчаливых размышлений и коротких лаконичных диалогов. Однако у Дрима были свои планы. Через минут 20 совместных поисков, Хранитель Позитива порядком осмелел и на Мечника, как из рога изобилия, тоннами непроглядной толщи воды полились вопросы, пугающие своей странностью. — Кросс, как ты относишься к детям? — внезапно поинтересовался Принц, ползая в очередном углу. Не ожидавший такого вопроса Мечник, ударился о столешницу, под которой в этот момент находился. — Ты это сейчас к чему? — потирая ушибленный затылок вопросом на вопрос, ответил монохромный. — Мне просто интересно. — поднимаясь, объяснил Дрим. — Ну, на самом деле… — скулы Кросса окрасились в лиловый цвет от воспоминаний о младшем брате, в котором он души не чаял. — мне очень нравится общаться с детьми… правда, мне кажется, им не очень нравится моя компания… — Почему ты так решил? — озадачился Хранитель Позитива. — Ну ты сам на меня посмотри! Молчаливый, чёрно-белый, мрачный, так ещё и хожу с огромным ножом! Разве это не жутко? — всплеснул руками Кросс. — Ты себя недооцениваешь! — возмутился Дрим. — Ты такой заботливый, терпеливый и отзывчивый! (прим. Руслана: и вообще он пиздатый!)Я уверен, моему ребёнку ты понравишься! — Принц замялся, покрываясь жёлтым румянцем. — хочешь… на него посмотреть? Сказать что Мечник был удивлён — не сказать ничего. По выражению лица монохромного, можно было предположить, что ещё немного таких вопросов и понадобятся валидол, корвалол, нашатырный спирт и, в худшем случае, гроб с лопатой. (прим. Руслана: ЛОПААТААААА*) — Прости, что? — решив, что ослышался, Мечник удивлённо уточнил. — Я спросил, хочешь ли ты посмотреть на ребёнка? — ещё больше смущаясь, повторил вопрос Хранитель Позитива. — А ты не против? — опасливо уточнил собеседник. — Кросс, я сам это предложил. Как ты думаешь, против ли я? — по-доброму усмехнулся Принц. И Кросс, выражая согласие, просто кивнул. Он наконец-то вылез из-под стола, медленно подходя к Дриму, параллельно пытаясь подавить растущее волнение. Принц задрал рубашку, оголяя белоснежную грудную клетку, внутри которой билась золотая душа в форме яблока, за которую держалась ещё одна, пока что совсем крохотная. Дрим приложил все усилия, чтобы сосредоточиться на том, что чувствует к ребёнку Мечник на самом деле… Монохромный же созерцал представшую взору картину как нечто удивительное и прекрасное. — Привет, кроха… — прошептал Крест, не отдавая себе отчёта, он уже было хотел прикоснуться, как быстро взял себя в руки и продолжил с восхищением разглядывать маленькую оранжево-фиолетовую душу. — Кросс, ты знаешь… ты безгранично дорог мне, я доверяю тебе и … хочу поговорить с тобой. Выслушай меня, пожалуйста и, если сможешь, прости… — грустно начал Принц, наблюдая за резко мрачнеющим Мечником.

***

С первыми лучами восходящего солнца, кошмары оставили Найта наедине с усталостью. Не найдя в себе сил и желания подняться, Принц уснул прямо на полу посреди комнаты, окружённый осколками. Надолго обрести покой у Повелителя Негатива не вышло, он проснулся через пару часов. Каждая косточка в уставшем теле отзывалась ноющей болью при малейшем движении. По ощущениям, в его череп, будто бы настойчиво тыкали маленькими, но от этого не менее острыми кинжалами. Идею подняться с пола Найт отверг сразу же, однако немного изменил положение, подтянув колени к груди, принимая позу эмбриона. Его голову тут же начали заполнять тонны разных дум, терзавших разум, от обилия которых черепная коробка ещё сильнее запульсировала болью. Найтмеру потребовалось пару минут, чтобы привести мысли в относительный порядок. Для себя он разложил их ‘по полочкам’. Первое, что он выделил было то, что в вину Киллера он верил очень с большой натяжкой. Сказать, что он в принципе в это верил — значит соврать. Убийца, хоть и был странным, может даже сумасшедшим, но был проверен временем на верность. Так просто уничтожить доверие к себе Киллер бы не смог. Второе, после ночи, проведённой вместе, Принц подсознательно хотел защитить любовника. Хотел хоть как-то его оправдать. Осознав иррациональность своих идей, Найтмер стал усиленно анализировать поведение всех знакомых. В том числе, Киллера. Когда Убийца находился рядом с Найтом, от него можно было уловить такие невероятно тёплые порывы нежности, желание помогать и оберегать, собственническую жажду обладания и жгучую любовь… Призадумавшись, Принц не без усилия вспомнил, что уже от кого-то ощущал нечто схожее. Кто-то чувствовал подобное по отношению к Дриму, но тогда Повелитель Негатива, то ли не понял, то ли не придал этому значения. В этот же самый момент пазл в его голове сложился, всё встало на свои места и внезапная догадка поразила его своей простотой. Найт понял, что всё это время разгадка была прямо перед его несуществующим носом. — Твою мать… — многозначительно сквозь зубы выругался Кошмар, наконец поднимаясь с пола.

***

Киллер всю ночь собирал волю в кулак, не в силах сомкнуть глаз. (прим. авт: а у скелетов нет глаз) Под утро, набравшись смелости, Убийца наконец решил последовать совету Дрима и рассказать Найтмеру правду, будь она хоть тысячу раз омерзительна и ужасна. Внутри Киллера теплилась надежда на счастливое будущее, и он держался за неё из последних сил. Не став больше ждать удачного момента, Убийца выскочил из своей комнаты, направляясь прямиком к Найту. Нарастающая тревога давила на преисполненную верой душу, мешая Киллеру упрямо двигаться к своей цели. Убийца всегда думал, что он отвратителен и мерзок; и не понимал, как Принц терпит его присутствие. Сейчас же, все мысли в разы обострились. Почему Киллеру так повезло и его любовь ответила взаимностью? Или же это всё было пьяным бредом? Ошибкой, которую Найтмер просто не хотел признавать? Может, всё произошедшее казалось ужасно мерзким и Повелителю Кошмаров? А если Найт просто не хотел обидеть своего подчинённого жестокой истиной? Тогда за что Убийце такое наказание? Он не должен был полюбить его… он не имел права портить жизнь такому прекрасному… Он не мог осквернять его своей развратностью… Убийца так увлёкся своими мыслями, что не заметил того, кто шёл навстречу и врезался в него, едва не сбивая с ног. Тем, кого Килл чуть не свалил, оказался Найтмер. Принц, в считающую секунду набросился на Любовника с объятиями, рискуя его задушить. — Господин, я… — хотел было начать оправдываться ошалевший Убийца. — Заткнись… — прошептал Повелитель Негатива, притягивая свою непутёвую любовь за подбородок и страстно целуя. — Найтмер, я должен сказать… — тяжело дыша, отстраняется Киллер. — Я верю тебе… — так же тихо говорит Принц, продолжая прерванный поцелуй.

***

— Кросс… я должен попросить у тебя прощения… Ты слишком добр ко мне… я… мне правда очень жаль, я не должен был… — пытался безуспешно начать разговор золотоглазый. — О чём ты? Дрим, тебе не за что извиняться! — удивлённо заявил Кросс. — Нет есть за что! И я извинюсь! — настоял Хранитель Позитива. — Я вспомнил, кто отец! — Дрим, если ты хочешь, чтобы я ушёл из вашей жизни из-за моих чувств к тебе, я пойму…но ты не виноват! — Крест уже предположил худший для себя исход. — О звёзды! Нет… нет-нет-нет, я не это имел ввиду… — попытка объясниться проваливалась прямо на глазах. Дрим выдохнул и виновато улыбнулся, продолжая. — Как я могу прогнать тебя из жизни нашего ребёнка? Монохромный, округлив глаза, застыл на месте, эмоции в его душе вертелись со скоростью света, как адова карусель. Воспоминания заполнили сознание, услужливо подкидывая жаркие сцены той самой ночи. Непонимание, шок, радость, злость на самого себя, испуг, волнение, снова радость — всё это смешалось в такой специфичный коктейль, что будь Фрэш где-то поблизости, то он непременно бы заскочил на обед. — Ты хочешь сказать, что…? — голос Мечника не выдавал бурю, бушующую внутри, однако договорить было слишком сложно. Принц просто кивнул, зажимаясь и бледнея. Его терзали сомнения, а стоило ли рассказывать? Может, если бы он не сказал, было бы лучше…? Вместо ответа Хранитель Позитива получил бережные аккуратные объятия Кросса. — Я хочу быть с тобой… но будешь ли ты счастлив со мной? — украдкой уточнил монохромный. — Кросс, если б я в этом сомневался, то не рассказал бы тебе. — тихо радуясь, ответил Хранитель Позитива. — Погоди…а за что ты тогда извиниться хотел? — озадачился Мечник. — Ну, я тебя совратил и, вроде как, формально, ну…чисто теоретически, даже изнасиловал. — беззаботно светился радостью Дрим. — Нууу… вроде как, формально, чисто теоретически, я даже не против… — прошептал монохромный, увлекая Принца в нежный поцелуй.

***

Дрим сидел в кресле, наслаждаясь отменным зелёным чаем, заканчивая подводить конец этой истории. — Так вот значит как… Отец ребёнка — Кросс… Интересно… — задумчиво протянул Инк, наблюдая как его Любовник гоняется за вышеупомянутым скелетом, не оставляя попыток отомстить за испорченные выходные. — Когда свадьба? Меня пригласишь? А подружка… или скорее друг невесты? Поток нескончаемых вопросов прервал Хранитель Позитива, отвесив другу щелбан деревянной** чайной ложкой. Присутствующие в главном зале тихо посмеивались. Сидящий на кресле, Фрэш, закинув ноги на подлокотник, увлечённо записывал погоню и предстоящее мини-сражение. Эпик заинтересованно следил за происходящим через дисплей смартфона друга. Киллера и Найтмера в зале не было, правда им была уже не нужна, хоть и известна, ведь истинна у каждого своя. Даст и Блуберри тоже отсутствовали на собрании. Видимо, у Свапа были дела в своей вселенной. Хоррор же, до этого являвший собой внимающую информацию статую мыслителя, вдруг резко заговорил. — То есть вы все хотите сказать, что разгадали эту загадку только сегодня?! — Людоед, демонстрируя абсолютно нечитаемое выражение лица, задал этот вопрос на полном серьёзе. — А ты как будто нет! — фыркнул, притормозивший от такой ‘наглости’, Разрушитель. — Я почти с самого начала всё понял, вообще-то… — немного обиженно пожал плечами Дырявоголовый. — Я не настолько тупой, насколько вы думаете. Между прочим, мой IQ выше, чем у каждого из вас. — А чего ж ты сразу не сказал?! — почти в унисон возмутились собравшиеся. — Раз такой умный! — добавил Глюк. — Я пытался и сказать, и папку с уликами передать, но вам некогда было. — в очередной раз вскинув плечами, ответил Хоррор и, поднявшись со своего места, удалился.

***

В коридоре раздались тихие шаги, приближающиеся к двери, которая вскоре распахнулась. На пороге стоял Хоррор. Он плотно прикрыл за собой путь к отступлению и, ухмыльнувшись, заговорил с присутствующим. — Что ж, твой план сработал, Господин-Интеллект. Где моя доля?