Лудунь

       Сон не шел — Лю Нинг лежала на спальнике, сложив руки на животе, и смотрела в потолок пещеры, мягко освещенный фиолетовыми камнями. Стоило опустить веки, перед глазами вставал сад на дне озера, и это заставляло какую-то детскую обиду бурлить в сердце: она не Сиванму, она освободилась от Светозара (почти), но все равно в клетке. Еще и то могущественное существо, уже угрожавшее Не Ли ранее и не переставшее быть угрозой сейчас… А для нее — угроза? Не как для ученицы Не Ли, а как для Богини Смерти, скорее даже — для личинки настоящей Богини?.. Не от него ли бежала Сиванму когда-то давно, бросив и лудуня, и Бай Луна? — Лю Нинг… — Сяо Нин перевернулась на бок, посмотрев на подругу; она тоже не спешила отдохнуть. Ее глаза в полумраке пещеры казались темно-карими. — Мы ведь справимся со всем вместе, да? — она нащупала ее руку. Лю Нинг мягко улыбнулась уголками губ, переплетя их пальцы, отгоняя прочь несвоевременную тревогу, сосредотачиваясь на тепле чужой руки. — Мы уже сбежали от женихов. Судьба Сиванму… она не определяет твою собственную, — уверенно произнесла Сяо Нин, стремясь поселить пламя и в сердце подруги.        Очень трогательная забота. Какой же потрясающей росла Сяо Нин — и как Лю Нинг повезло, что они подружились! И каким пугающе жутким оказалось, что Сяо Нин в кошмарах видела свою судьбу из временной линии, уже прожитой Не лаоши…        Чужая судьба не определяла твою, но что насчёт твоей собственной из другой временной ветки?..        Нет: у Сяо Нин были друзья, ее тело излечено от болезни, она сама многократно сильнее себя прошлой.        А Лю Нинг?.. — Конечно. Одной твоей воли достаточно, чтобы переломить судьбы нас обеих, — мягко поддразнила Лю Нинг, гоня все упаднические мысли, не допуская ни тени переживаний. — Дать снотворное? Я думаю принять, раз не получается уснуть.        Сяо Нин лучезарно улыбнулась, соглашаясь: отдых был необходим, а лекарства у Лю Нинг всегда выходили хорошими. За столько-то лет практики! Высокий уровень личной культивации, урезающий потребности во сне и еде, не значил полного отказа. Они по-прежнему подростки, их тела росли и нуждались во всей доступной энергии, тем более сейчас, когда плескались в столь болезненном утомительном источнике и постигали Законы.        Утром Лю Нинг проснулась не первой: у костра уже сидел, что-то тихо готовя в котелке, Не лаоши — не то суп, не то эликсир. Она села рядом, принявшись переплетать волосы. Вчерашние страсти и волнения улеглись, осталось только спокойствие, едва напоминавшее таковое от чокера. — Я знаю, почему они выбрали для воскрешения Юй Янь озеро, а не вулкан, и почему обратились ко мне как к Сиванму, — сказала она едва хриплым после сна голосом, пока расчесывала простым гребнем фиолетовые с проседью волосы.        Даже выпив снотворное, вчера она еще какое-то время сталкивалась с мыслями в гудящей голове. — Почему? — спросил Не лаоши, подняв на нее взгляд, а после застыв, рассматривая её в свете костра.        Лю Нинг не чувствовала ни смущения, ни удивления под его пристальным взором, отвлеченно отгоняя мысль, кого могла бы ему напоминать, — или, может, он просто искал ведомые лишь ему признаки? Вроде изменений после прикосновения к наследию Сиванму… — Юй Янь — Закон Огня, она не просто богиня, она его персонификация, но что после развоплощения физического тела делает ее — ею, а не любым другим огнем в мире? — Лю Нинг начала вплетать ленту, которой и закрепила косу, заплетя вокруг головы что-то вроде короны из волос. Насколько аккуратную — другой вопрос: она прежде никогда не мучилась с длинными волосами, пока учитель не наказал ходить с такими. — Как богиня Смерти, я бы сказала «душа», но известные мне способы создают марионеток, кукол, слепки и имитации: одержимость, не истинную жизнь. Как Сыкун Бию, больше неспособная породить жизнь и поглощать в сосуд Души демонов, подобно иным Заклинателям. Ответ противоположен и парадоксален: жизнь создает Жизнь, и этот закон в основе Черного родника — косточки персиковых деревьев Сиванму на дне, и они не приковывают душу Юй Янь, подобно Смерти, они способствуют ее сохранению и восстановлению. Она не забыла себя из-за них; не стала безмолвным осколком, как дух Вьюги Фенсюэ. Духи Воинов не забыли цель не только из-за невероятной выдержки, но и из-за отголосков Закона Жизни в косточках персиковых плодов на дне, — Лю Нинг с благодарностью кивнула, когда Не Ли протянул ей глиняную чашку с варевом из котелка — эликсир на травах, способствовавший культивации и развитию. — Бай Лун прав: для его восстановления нужен закон Жизни… — она отпила горячей, чуть горькой жидкости; ее черные глаза посмотрели в потолок, на фиолетовые кристаллы. — Я тоже понял, что Юй Янь защищает Закон. Материальное тело Воинов вторично по отношению к Божественной Природе — очевидно, что Системе Символов. Они не погибнут окончательно, пока существует Закон, — Не Ли тоже отпил, а после поставил чашку на каменистую землю и стал чертить остывшим угольком от костра по камню.        Он начертил символ, расшифровывавшийся как «Закон», и подписал к нему мельче: «Энергия». Затем на одной линии с «Законом» — «Божественная природа» (и снова мельче — «Система Символов»). Последним иероглифом стала «Физическая форма». — Пока есть Закон, существует и Юй Янь, а ее личность, не вписывающаяся в эту триединую систему после частичного разрушения Системы Символов на духовном теле, берег Закон Жизни, — постановил Не Ли. — Так на дне осталась частичка сил Сиванму? Я не знала об этом, когда шестеро воинов принесли осколок моей души сюда, — вмешалась Юй Янь, которая с самого начала крутилась поблизости, но лишь молчаливо наблюдала за интереснейшим диалогом за пределами света костра: шутка ли, парочка подростков знала о Божественности чуть ли не большее нее самой! — Да, но эта сила тебе больше никак не поможет. Она восстановила твои душу, сознание и идентичность, но твое физическое тело зависит уже от Огня, так что тебе необходимо больше Закона Огня, чем ты можешь поглотить отсюда, — бросила Лю Нинг отстраненно, не слишком расположенная, однако и не враждебная.        Не Ли задумался над силой богов, которых Юй Янь признала сильнейшими, один из которых был Светом. Он представил себе Свет — как он ощущается, как он выглядит, в каком порядке стоило бы расположить Символы, чтобы отобразить его и воссоздать, пропустил это через духовную энергию… и с криком вскочил на ноги: его руку ошпарило, и все тело стало таким горячим, будто вот-вот взорвется!        Он прыгнул в воды Черного родника, и те закипели, поднимая клубы пара. Криком он определенно разбудил Сяо Нин и Чэнь Линьцзяня — они выскочили из спальных мешков, сжимая оружие, а вокруг Сяо Нин уже клубились молнии ее Громового Жаворонка. — Вы не отличаетесь терпением, Не лаоши, но не это ли свойственно гениям? — несколько саркастично прокомментировала Лю Нинг.        Вынырнувший Не Ли поймал ее взгляд. Он расплылся в довольной, пусть и немного сконфуженной улыбке, признавая хлесткую характеристику. На его ладони, слегка обжигая, светился золотом символ Света. У Юй Янь чуть глаза на лоб не полезли; она подлетела к нему, разглядывая ладонь, и — он мог поклясться, — вот-вот собиралась спросить, когда он успел нарисовать это. — Невозможно! Даже богу Света пришлось затратить столетие, чтобы освоить закон! А ты сделал это меньше, чем за двое суток?! — она смотрела на него с такими недоумением, толикой обиды и при этом — восхищением, что Не Ли рассмеялся.        Вода озера не обжигала его, когда он лучше начал разбираться в Законах. Он немного сосредоточился: со второго раза, с опытом и пониманием, овладеть противоположным Законом будет проще… Над второй ладонью вспыхнуло черное пламя, окончательно добившее Юй Янь.        Лю Нинг фыркнула, усаживая друзей к костру и разливая им эликсир. Что для Богини Огня — невероятное событие, то для друзей Не лаоши — обычный вторник. Какой всё же читер…        …Утро в пещере имело условное значение: кристаллы в любой час светили одинаково, а лучи сюда не проникали, однако Юй Янь даже в призрачной форме ощущала движение солнца. Она за последние дни и стала будильником — только очень тихим; огненная богиня явно оказалась пришиблена их чудовищно быстрым прогрессом. Даже исключая Лю Нинг, рожденную с силой и искрой, они развивались аномально скоро!        Лю Нинг мысленно посмеивалась над Юй Янь, от надменности которой и тени не осталось: так тяжело считать себя мудрой и во всем правой, когда Не Ли играючи, фонтанируя восторгом и энтузиазмом, ускорял тренировки в разы. Прежде всего он пробудил на ладонях Символы Света и Тьмы. После — нарисовал каждому на ладони подходящий Символ, облегчавший связь с Законом. Даже Лю Нинг не избежала — красовалась Символами Жизни. Почему? Потому что управлялась с ней стократ слабее, чем с такой родной, ластившейся Смертью.        В итоге подхода Не Ли, как ни странно, Символы, постигаемые Чэнь Линьцзянем и Сяо Нин, привлекли Осколки павших божеств. Одержимости не случилось — те не несли в себе ни души, ни разума, вероятно, очищенные временем и отсутствием подпитки (и не оберегаемые Жизнью, как Юй Янь), но все еще хранимые Законами. Лю Нинг пришлось отчаянно потеть, законом Жизни вплавляя Осколки в товарищей — по их же просьбе. Они не дали развеять их; Юй Янь поддержала, хотя как раз ее мнение интересовало Лю Нинг мало.        Закон Жизни она по-прежнему не постигла достаточно, однако и текущего уровня хватало на грубые манипуляции. Лю Нинг искала к нему ключ, подсказки, но пока будто билась в закрытую дверь. Возможно, ее понимание Символов столь ничтожно? Чэнь Линьцзяну и Сяо Нин начертанные и объясненные Символы помогли в постижении…        Первоначальных целей они достигли и даже больше, но оставаться в Роднике не намеревались: не было смысла задерживаться. Двух недель вполне хватило, чтобы стабилизировать развитие и потерять нужду в Роднике (он все еще способствовал их развитию, но уже не с той же интенсивностью), а также все подготовить к отбытию Юй Янь. Помимо физического тела, воссозданного с помощью Символов и малого кусочка Закона Жизни, Не Ли пришлось попотеть, чтобы скопировать её ауру. Богиня переживала, что за ней придут Легендарные Демонические Звери, от которых защищали ее осколки павшие товарищи. За прошедшие-то столетия? Хотя… культиваторы уровня Юй Янь и ее противников могли жить долго — и терпением отличаться таким же. Лишней предосторожность не будет.        Забавным было лишь, что, исчерпав Закон Огня в пещере, Юй Янь не преодолела намного размеры тела, что Лю Нинг видела внутри озера. Несчастная богиня летала феей чуть короче длины руки Лю Нинг, и сочувствующая Сяо Нин сшила для Юй Янь несколько нарядов. Если богиня вставала ногами на землю, то едва доставала им до колен. — Я видел в ее душе пять искр, сияющих ярче звезд. Они сильнее Символов… — пока Сяо Нин и Чэнь Линьцзянь слушали лекцию Юй Янь, Не Ли подсел к незаинтересованной рассказом о старых временах Лю Нинг. Она посмотрела на учителя, легко поняв, о ком речь. — Пока они горят в ее душе, она бы не погибла, даже если бы ее Закон исчерпал себя в нашем мире. Как думаешь, связано ли это с «Пятью путями, пятью мирами, пятью перерождениями»? — Я не знаю, насколько концепция применима в этом мире. — Лю Нинг слегка пожала плечами, рассматривая друзей и Огненную Богиню. Задумываться о буддийской философии не хотелось, однако местные практики так или иначе пересекались с ней… — Но если ей помогала Сиванму, то всё может быть.        На этом обсуждение загадки Юй Янь и закончилось: ни Лю Нинг не знала ничего сверх уже известного Не Ли, ни он, почерпнувший расплывчатое описание из старых свитков в Академии. Богиня скрывала в себе нечто более могущественное, чем мог предложить их крохотный мир, но загадка пока не имела ключей к расшифровке и не требовала срочного раскрытия.        Когда Не Ли возвел барьер-обманку, имитировавший ауру Юй Янь, и добавил её изображение в полный рост, что, как живое, витало над черными водами Родника — не отличить от настоящей… Но, чтобы вывести её из пещеры, Не Ли требовалось сокрыть ее ауру Письменами Тьмы, которые он освоил неделей раньше. Он планировал Юй Янь уменьшиться и прятаться в рукаве его левой руки, которой он бы поддерживал Тьму… — А об удобстве Юй Янь ты подумал?! — Сяо Нин оказалась крайне недовольна. — Нельзя ли иначе скрыть ее ауру? Я могу приодеть ее так, чтобы она выглядела больше как ребенок… — Я могу сделать браслет с моей энергией Смерти, он нейтрализует ауру Юй Янь, — предложила Лю Нинг, вытаскивая из пространственного кольца кости, кажется, овцерогов, завалявшихся там еще с первой охоты в Светозаре.        Казалось, уже почти в прошлой жизни…        Не Ли повздыхал, но спорить не стал и тоже взялся за кости, делая из них бусы, на которые наносил Символы. Лю Нинг же инструментов не требовалось вовсе: немного энергии Смерти — и материал песком плыл в ее пальцах, складываясь как нужно. Белый костяной песок оплел запястье Юй Янь и слился в монолитный браслет, едва разливавший энергию Лю Нинг. За ним яркое пламя едва ощущалось, а когда на шее богини оказались бусы от Не Ли — исчезло.        Сяо Нин, как и обещала, закутала в несколько слоев одежды богиню, чтобы взрослая фигура перестала угадываться… Только и сама богиня в какой-то момент тихо призналась, что может менять размеры и облик. Сяо Нин не обиделась, когда её лицо стало по-детски округлым, а глаза как будто больше, а тело избавилось от всяческого намека на взрослые изгибы. Конечно, идея путешествия с девочкой лет семи, когда и сами они подростки, звучала странно, но всяко лучше, чем богине прятаться в рукаве Не Ли: ей наверняка хотелось бы самостоятельно изучить мир.

***

       В деревне на Роковом Плато их уже успели похоронить, как узнали, куда они направились, поэтому возвращение встречали удивлением и восторгом. Даже вопросом не задались, что за девчонку они притащили. Глава деревни и его лысый сынок встречали их, как героев, а после сообщили, что отправляются в Светозар, собрались действительно быстро и спускались с Плато в компании Не Ли и остальных. Лю Нинг не спешила доставать из Сосуда Души Юмина, чтобы не пугать людей.        Расстались по пути: люди двигались ровно по оставленной карте в сторону Светозара, а они отдалились достаточно, чтобы Лю Нинг могла, не опасаясь, вытащить на свет дракона. Зомби-дракон всей сущностью ластился к хозяйке, не возражая, когда на нем верхом устраивались ее друзья. Юй Янь разве что рот не открыла, наблюдая за «транспортным средством». Чешуя Юмина всё так же мрачно чернела, поглощая свет, его костяные рога выглядели до прекрасного внушительно, а как от него веяло Смертью! Лю Нинг даже испытала мимолетную гордость, наблюдая за реакцией Юй Янь. — Судя по карте старика Е Яня, логово темных где-то выше по этой реке, — сообщил Не Ли, держа трепетавшую от ветра карту в руках.        Когда Юй Янь спросила, о ком речь, Чэнь Линьцзянь правильно понял вопрос — объяснил, что за «темные». Выражение кровожадной ярости на лице девочки вызвало мороз по коже, а детский голос стал неожиданно жестким и взрослым, обещая им истребление, — у богини в голове не укладывалось, как при угрозе со стороны демонических зверей могут существовать люди, угрожавшие другим людям.        Лю Нинг горько подумала, как было бы проще жить, объединяй внешняя угроза людей по-настоящему.        Исток реки уходил в пещеру в окружении леса; Юмин туда протиснулся бы едва ли, а, судя по карте, именно в пещеру предстояло зайти. Вернув зомби-дракона в Сосуд Души, Лю Нинг последней вошла под своды… пожалуй, туннеля: стены, вопреки заросшим мхом трещинам и неровностям, выглядели слишком рукотворными для чего-то природного. Кроме того, стоило отойти от входа, как обнаружилось множество костей демонических зверей и людей — старые, свежие… Никто их не убирал. Некоторые хрустели под подошвами. Юй Янь создала маленький шар огня, освещавший им путь и печальное зрелище. Лю Нинг ощущала ничтожные эманации Смерти, а духов и вовсе не наблюдала: хозяева костей не задержались в мире, чтобы поговорить.        Они шли. Шли. Шли. По-прежнему шли. Туннель не расширялся и не сужался, только редкие повреждения, вроде, мелких нор или обрушений, добавляли разнообразия в путь. Они уже преодолели несколько километров, а конца не виделось, как и развилок… Вдруг Не Ли врезался в невидимую преграду. Следовавшая за ним Юй Янь положила ладонь на воздух, и барьер слегка засиял. — Такой низкоуровневый, разве что Стального Заклинателя удержит… Ему передо мной не устоять, — она сжала ладонь, и барьер лопнул в полной тишине мыльным пузырем. — Когда у тебя в покровителях сама Богиня Огня, то всё по плечу, — с улыбкой отблагодарил Не Ли, а после с новым приливом сил и энтузиазма пошел вперед, рассудив, что за барьером должны прятать что-то интересное.        Не просто же так тут стояла преграда!        Энтузиазм его утих быстро — всего через несколько километров. Ничего интересного не наблюдалось, разве что костей стало меньше. Лю Нинг поддерживала беседу с Сяо Нин, обсуждая ничего не значившие мелочи, а вот Чэнь Линьцзянь отвечал на многочисленные вопросы Юй Янь. Ее интересовали и «темные», и Светозар… когда он упомянул Темное Узилище, эстафета рассказчицы перешла лично там побывавшей Сяо Нин. В Черном Роднике было не до того — они тренировались и впитывали мудрость богини, коей та соизволила делиться, но в пути особо не потренируешься, вот и перешли на более приземленные темы. Лю Нинг плавно переместилась в начало группы, поравнявшись с Не лаоши. — Какие твари ставят барьер в самом начале? Если твари — точно темные, — он пробурчал себе под нос, куксясь из-за скучности путешествия.        Кажется, Е Янь из природной вредности или не сумевший преодолеть барьер, дал Не Ли неполную карту.        Лю Нинг ничего не успела ответить — заметила, что оранжевые отсветы теперь отбрасывал не только огонек, созданный Юй Янь, но и прямоугольник туннеля впереди. Повеяло горячим сухим воздухом и слабым запахом серы… Они ускорились, и туннель резко оборвался зрелищем широких равнин с низкими вулканами, между которых текли яркие лавовые реки, освещавшие гигантскую пещеру теплым маревом. Свод скрывал туман, похожий на облака. Вдали виднелись очертания города, обнесенного монолитной стеной… едва ли местная скальная порода могла создать такой «рисунок». Вопреки обилию магмы, жар не ощущался запредельным, наоборот, откуда-то веяло леденящей прохладой очевидно энергетического происхождения. — Это… это территория… Подземелье, — растерявшаяся в первое мгновение Юй Янь собралась. Она говорила почти ровно, ее аура под скрывающими артефактами не трепетала, а главное — не тянула пламя, хотя казалось, что здесь его разлито более чем. — Хозяин этого места — не демонический зверь, но и не человек: он постиг закон Глубины, и раса его неизвестна. Но силен настолько, что даже бог Хаоса не смог противостоять ему. К счастью, он занял нейтральную позицию… Но в его владениях мы должны соблюдать осторожность.        Как проведшая столетия в вынужденном заточении в Черном Руднике, Богиня Огня могла стать источником ценной информации. Не лаоши очевидно не бывал в этой части мира… Из объяснений Лю Нинг поняла, почему Юй Янь не спешила напитываться пламенем лавы. Раз это чужая территория, очевидно, воздвигнутая с помощью Закона Глубины (источавшего холод, перебивавший жар лавы) — она и не сможет… Либо просто выдаст свое местоположение хозяину.        Нейтралитет Мастера Глубины звучал хорошо, если только он не покровительствует Темным.        Между лавовых рек и ручейков угадывалось несколько тропинок. На одну из таких они и ступили. Игнорировать жар от лавы оказалось легко, чего не скажешь об усилившемся запахе серы; общая сухость воздуха пощипывала глаза и нос. Впрочем, ничего сложного для их уровня. У Лю Нинг немного тревожно забилось сердце: она ощущала, что где-то глубоко спрятан осколок Бай Луна, который так давно не посещал её снов. Даже в собственной душе она не могла его отыскать, очевидно, потому что он научился скрываться от ее внимания.        Помимо бурления и бульканья пузырьков газа, поднимавшихся от вязкой массы магмы, негромкое шипение лавы прервал щебет крупных птиц… Вернее, то, что звучало как их щебет, но очевидно, что обычные животные едва ли смогли бы тут жить. Не Ли рукой показал остановиться, но их компания уже замерла.        От тени скалы вперед отделились черные силуэты… Нет, мужские фигуры в темных одеяниях, чья кожа оказалась чернее угля; их длинные заостренные уши слегка шевелились, а на головах имелись костяные наросты, немного напоминавшие рога. — Темные эльфы, — сообщил Не Ли.        Мужчины сорвались в атаку, только заслышав его голос. По первому впечатлению, имели они уровень около Золотого и ошибочно поверили в свое превосходство. Не Ли даже не дал товарищам вступить в битву, просто сразу же перетек в трансформацию Клыкастого Панды и изрыгнул два шара — черный и белый. Те кометами по спиральной траектории устремились в троицу эльфов, которые, радостно гогоча, от лобовой атаки… уклониться-то, может, и уклонились бы — но шары столкнулись. Прогремел взрыв. Одного из эльфов впечатало в ближайшую скалу, а двоих других смело прямо в поток лавы, который быстро поглотил их полные боли крики. За скалой, откуда вышли эльфы, раздались птичьи писки и визги, которые быстро удалялись, а вскоре стихли — эльфы или нет, но спутники троицы предпочли с ними не связываться. — Что, если ты только что положил местных жителей? — без особой жалости к поверженным, но внутренне напрягшись из-за возможных проблем с обитателями Подземелья, поинтересовался Чэнь Линьцзянь.        Вернувшийся к человеческом облику Не Ли беззаботно закинул руки за голову. — Они первые напали. Да и думаю, с местными мы договоримся, — легкомысленно отозвался он.        Лю Нинг лишь тяжело вздохнула: иногда ее раздражала самоуверенность учителя, — но убийство темных эльфов она не порицала, пусть и предпочла бы оставить их в живых. Чисто чтобы не заиметь возможных врагов, пока не разберутся в местной системе. Однако она понимала, что учителю не терпелось проверить силы после освоения Законов. Да, мощь его возросла; Законы Света и Тьмы идеально легли на Клыкастую Панду в Сосуде Души учителя, совсем как Закон Смерти идеально подходил Зомби-Дракону в ее собственном.        Путь занял куда меньше времени, чем по туннелю. Массивные блоки черного камня опоясывали многоуровневый город: стена казалась раза в три выше таковой у Светозара — около пятисот метров, — и ворота были под стать, а сам город — темным, неприветливым, гнетущей махиной нависая над путешественниками. — Твердыня Чёрного камня, — озвучила Юй Янь, хмурясь.        Не Ли мягко взял ее под руку, как берут детей взрослые; богиня не возражала против такого уровня фамильярства. Возможно, за столетия изголодалась по тактильному контакту? А может — понимала, что левой рукой Не Ли усиливал Законом Тьмы амулет на ее шее, надежнее укрывая от раскрытия ее ауру.        В город они вошли беспрепятственно: стража у ворот, похожая на ожившие каменные скульптуры, даже не обратила внимание. Компания бы и посчитала их просто скульптурами, не шевелись они — Не Ли сказал, что это каменные гиганты. Улицы полнились шумом торговцев, зазывавших к прилавкам, и разномастными личностями: и темные эльфы, и ожившие глыбы (гиганты, да), и диковинные существа, коих никто из них раньше не видел… Ну, разве что, возможно, Не Ли? Лю Нинг отметила преобладание людей среди прохожих и немного расслабилась — ровно до момента, когда почувствовала следы Клятвы Души. — Гуйша и Лунша в этом городе, — тихо прошептала учителю она; тот нахмурился, медленно кивая: все-таки они пришли сюда на разведку логова темных.        Наличие напавших на Светозар оказалось и тревожным, и удовлетворяющим фактом. Возможно даже, именно в Твердыне Черного камня окопалась их шайка?        Не Ли завел их в выглядевший вполне чистым трактир, и они заняли стол у окна, наблюдая за потоком жителей на улице. Недалеко стол занимали каменные гиганты; их голоса скрежетали, как трущиеся друг о друга камни, пока они грызли, как орешки, какие-то кристаллы, крошками летевшие в стороны. Одежды ни на гигантах у ворот, ни у сидевших в таверне не имелось, зато по их каменным телам змеились яркие узоры. Удивительное дело, что они вообще могли говорить — и даже на человеческом языке, который понимала Лю Нинг. Строение их организма изнутри стало очень интересным…        Обсуждали гиганты местные стычки кланов, каких-то Сеяо и Хэюйинь: последние получили приличную трепку, а все из-за карты сокровищ. Прозвучала и локация «Первый уровень Девяти Кругов ада». Не Ли явно прислушивался к разговору, да и Чэнь Линьцзянь обратился в слух, когда выцепил, что Хэюйинь — люди. Впрочем, ничего более интересного гиганты не обсуждали, лишь гоготали, что они в Подземелье хозяева, так как и тысячелетия назад жили здесь. Кроме того, к их столику наконец подошла официантка — темная эльфийка.        Чэнь Линьцзянь тут же взял ее в оборот, интересуясь меню и валютой, которая в ходу имелась своя — Камни Волшебного Хрусталя, подходившая для оплаты во всех двенадцати городах Подземелья (так они узнали, что городов двенадцать), но продемонстрированные золотые монетки тоже примут. Заказали выпивку и закуски…        Принесли всё быстро. Напиток отдавал серой, зато кусочки мяса на шпажках выглядели аппетитно. Юй Янь уплетала за обе щеки, соскучившись по простым смертным радостям, даже если давно не нуждалась в удовлетворении потребностей, Не Ли же вылил кружку в окно и незаметно достал бутылочку припасенного вина. Сяо Нин хотела возмутиться, но махнула рукой на ранний алкоголизм, когда Чэнь Линьцзянь протянул свою пустую кружку. Лю Нинг задумчиво цедила бражку, отдававшую серой, — вином назвать это не получалось, да и градус невысок. Скорее что-то вроде кислого и горьковатого сидра? Сяо Нин и пробовать не стала, а вот Не Ли угостил Юй Янь: тело-то только выглядело как детское, и, опять же, легкие вина культиваторам ни по чем. Им нужно что-то позабористее. — Не пей! Такое даже светозарские свиньи пить бы не стали! — Не Ли тихо зашипел на Лю Нинг, отбирая у нее кружку.        Она и не сопротивлялась — ей просто было интересно распробовать вкус.        Каменные гиганты снова заговорили о чем-то интересном, судя по тому, как застыл Не Ли. Лю Нинг прислушалась, уловила, что какой-то клан Угуй урвал Мастера Начертаний начального уровня и это многократно усиливает мощность, а вообще Мастеров Начертаний мало, но Высшего — его Светлость мастер Ю Е, за чьи услуги и город продать можно… — Кажется, начертание тут очень ценится. Может, это знак Небес, что стоит подтянуть знание Символов? — поддразнил ученицу Не Ли.        Лю Нинг изобразила заинтересованность в виде за окном. Вопреки любви к изучению древних языков и поиску отличий старой письменности от привычной ей, Символы ее по-прежнему не вдохновляли… Чем ее не уставал дразнить Не лаоши. Впрочем, именно через окно она заметила, что эльфийка-официантка разговаривает с троицей хорошо одетых людей в плащах… которые зашли в трактир и почти сразу направились к их столику. Лю Нинг перестала крутить в руках пустую кружку. — Вы, похоже, не из местных. Позволите? — поинтересовался дружелюбно улыбающийся шатен.        Его спутники встали позади по обе стороны; охранники, значит. — С чего решили? — Не Ли невинно улыбнулся, оценивая неожиданного собеседника, и кивнул.        Шатен взял свободный стул у другого стола и сел во главе их собственного. Его спутники остались стоять. Лю Нинг мельком оценила уровни и возраст — довольно молодые, лет за двадцать, и, вроде, Стальные. Про «неместность», похоже, им напела прикормленная эльфийка. — Я в этом городе всех более-менее сильных людей в лицо знаю. А вы, молодые, спокойно с ребенком разгуливаете без сопровождения старших и что-то из себя представляете. Не меньше, чем Золото, иначе бы лежали дохлые в канаве, — прямо, не юля, оповестил собеседник; его взгляд, вопреки улыбке, оказался цепким, оценивающим. — Я из семьи Хэюйинь. Мое имя Ло Цзянь.        Не Ли слегка прищурился. О Хэюйинь они как раз уже слышали… Гиганты, к слову, заметно притихли после появления Ло Цзяня. Чэнь Линьцзянь посмотрел на Не Ли, и тот улыбнулся, чуть заметным кивком давая разрешение на переговоры. — Не Ли — наш Мастер Начертаний, меня зовут Чэнь Линьцзянь — торговец, моя невеста Сяо Нин, и ученицы Не Ли — Лю Нинг и Лю Янь, — приписав богиню в родственницы к Лю Нинг, представил всех он, достав из кольца изящные чашки и бутылочку вина.        Стоило достать пробку, как стол окутал ненавязчивый мягкий аромат слив, и глаза Ло Цзяня почти полезли на лоб от удивления. Разлив полупрозрачное вино, Чэнь Линьцзянь предложил выпить за знакомство. — О, божественный нектар, сладкая белая роса! Отродясь ничего вкуснее не пил! — похвалил Ло Цзянь, пока его охранники явно давились слюной.        Лю Нинг отметила, как окружающие бросают заинтересованные взгляды, но не приближаются. Вероятно, фамилия Хэюйинь что-то значила в Твердыне Черного камня… что-то больше простого повода для сплетен. — Неудивительно: я так понимаю, с земледелием в этих краях туго, — тонко улыбнулся Чэнь Линьцзянь и принялся вытягивать из собеседника информацию, на расспросы о них самих отговариваясь расплывчатыми намеками.        Выходило следующее: у Хэюйинь два мастера Божественного уровня, они третья по силе семья в городе, но недавно сцепились с Сеяо и теперь присоединяться к ним небезопасно (хотя Начертателю и его спутникам они были бы очень рады). Сеяо занимали первенство по силе, имея в распоряжении пятерых Божественных, а вторыми были Угуй (недавно напавшие на Мастера Начертаний, но Не Ли открестился, сказав, что на него нападений не было). Сеяо начали нападки на Хэюйинь (клан исключительно человеческий) из-за половины карты, раздобытой в Девяти Кругах Ада, воспользоваться которой можно было, лишь объединив фрагменты. — …карту нашли на древнем поле боя, где люди сражались с монстрами и битва длилась тысячелетия. Всё вокруг усеяно костями, пропитано аурой смерти, но сокровищ разбросано видимо-невидимо, — как на духу выдавал информацию Ло Цзянь.        Лю Нинг переглянулась с Не лаоши, а после посмотрела на ведшего беседу Чэнь Линьцзяня. Кажется, именно на поле битвы она сможет отыскать Бай Луна… лишь теория, но места лучше для павшего Бога Смерти не представлялось. Кроме того, именно там, учитывая помрачневший взгляд в никуда, билась Юй Янь…        Итогом переговоров стало приглашение переночевать в клане Хэюйинь. Ло Цзянь даже попытался подарить меч за отличное вино, за которое много денег можно было получить на аукционе, но его ошарашил Не Ли, сказавший, что и сам может начертать Символы лучше тех, что выгравированы на мече.        Угрозы не ощущалось, да и, если что, отобьются и вырвутся с боем, Лю Нинг достаточно будет выпустить Юмина, чтобы припугнуть… Так что из трактира они последовали за Ло Цзянем и его охранниками и очень скоро достигли огромной крепости, не такой монументальной, как сам город, но внушительной — и, главное, в европейском стиле, напоминавшем больше замок. У резных деревянных ворот суровая стража пропустила их без вопросов, как только признала Ло Цзяня. Внутри имелось несколько домов и аккуратных дорожек из черных камней, но их повели напрямик в главную резиденцию. На почетном месте в зале за столом с бумагами восседал мужчина лет пятидесяти в сером чанпао; черты лица его были тяжелыми, грубыми, а подбородок — квадратным, словно вырубленным из гранита.        Ло Цзянь представил отряд. Все проявили вежливость, слегка поклонившись главе клана Хэюйинь, на что тот — Ло Сяо, — слегка улыбнулся. Взгляд его, острый, как у притаившегося тигра, скользил по ним, но улыбка, слегка углубившая морщины вокруг рта, светилась таким же дружелюбием. Он не поспешил рубить с горяча и обвинять Начертателя в юности и возможном обмане, а вежливо уточнил, откуда они. Чэнь Линьцзянь снова расплывчато сообщил, что они путешествуют, но более пока раскрыть он не готов. Давить Ло Сяо не стал, лишь попросил продемонстрировать способности Мастера Начертаний. Пока стража ушла за необходимыми инструментами, в зал стекались люди, привлеченные любопытством, — тут-то и начались шепотки, что какой-то молокосос смеет обманывать их клан и выдавать себя за того, кем не является. Некоторые проявляли благоразумие, возражая, что внешность обманчива. Сяо Нин, пока шли приготовления, попросила Ло Цзяня о чайных принадлежностях, и теперь они сидели за маленьким столиком недалеко от главы клана. Сяо Нин заваривала обычный чай, который достала из пространственного кольца, и нежный аромат молочного улуна тянулся по помещению, намного более привлекая болтливых людей, чем ожидавший инструменты Не Ли. Ло Цзяню и Ло Сяо преподнесли чашки чая с кусочками мандаринов в сахарном стекле, но большую часть вкусностей Сяо Нин вручила Юй Янь.        Наконец, в центр зала внесли стол, на котором разложили инструменты и алый меч с золотой рукоятью в качестве объекта. Не Ли оценил кисть и демоническую кровь и принялся за работу. То, что он снова экспериментировал, как при атаке темных эльфов, Лю Нинг поняла мгновенно… И не она одна — Юй Янь тоже заметила, что Не Ли вкладывает в Символы силу Законов. Чэнь Линьцзянь и Сяо Нин, только начавшие постижение, не обладали столь тонким чутьем: их хватало только на ощущение Закона Глубины, излишне разлитого в воздухе.        Не Ли закончил быстро: они успели лишь выпить по чашечке чая. Ло Сяо этим чаем чуть не подавился, когда он бесстрастно известил, что готово. Любил же учитель заявлять о себе…        Ло Цзянь вызвался опробовать меч… от удара которого взвилось пламя и осталась глубокая борозда в каменном полу. — Рад приветствовать Мастера Начертаний Высшего уровня! — объявил в повисшей тишине Ло Сяо. — Вероятно, твой учитель весьма искушен в этом искусстве… да и сам ты уже берешь учеников.        Он задумчиво посмотрел на Лю Нинг и Юй Янь. — Мы рады сотрудничеству. Ло Цзянь сказал, что вы стремитесь расширить жизненное пространство для людей в Подземелье, — выступил вперед Чэнь Линьцзянь, привычно взяв на себя переговоры; легко и ненавязчиво он вплетал в голос отголоски силы Закона, располагая к себе собеседников. — Восемьдесят процентов прибыли наши, двадцать — ваши. И, разумеется, вы нам поможете уладить возможные проблемы, например, если на нас нападет Темная гильдия.        Надолго глава Хэюйинь не задумывался: его глаза горели, когда он смотрел на Не Ли, очевидно, высоко оценив Мастера Начертаний. После разговора в трактире понятно становилось: непревзойденного мастера Ю Е только что превзошел Не Ли. — Чтобы не накликать беду, мы не будем раскрывать окружающим ваши личности. Мы еще не можем открыто выступить против Темной гильдии, но последим за ними, пока будем укреплять свои позиции в городе… Сколько оружия и доспехов вы сможете зачаровать?        Ответная улыбка Не Ли Лю Нинг совсем не понравилась…

***

       Их комнаты в замке Хэюйинь располагались через стену. Сначала каждому хотели выдать по отдельной, но им хватило двух — женской и мужской — рядом; большую часть времени все равно они проводили вместе, гравируя Символы на доспехах и оружие, приносимых в огромных количествах. Да, Не Ли мог минут за пятнадцать выгравировать почти что шедевр, но вот Лю Нинг тратила в три раза больше, а сам процесс терпеть не могла. Сяо Нин справлялась лучше, помня уроки Шэнь Сю, да и у Чэнь Линьцзяня отлично получалось — он занимался каллиграфией в клане. Юй Янь не участвовала лично: ее сила могла раскрыть ауру даже сквозь маскировку, — но наставляла юное поколение.        В первый день, кажется, они зачаровали все доспехи в замке Хэюйинь…        Но второй и третий день их продолжали приносить — хотя преимущественно, конечно, доставляли оружие. К великому счастью и облегчению Лю Нинг, Не лаоши вспомнил о тренировках; пока Сяо Нин и Чэнь Линьцзянь под присмотром Юй Янь гравировали Символы, они медитировали спина к спине, уже даже привычно. Сила учителя выросла: поверхностным считыванием она слабо ощущала полярные силы в сосуде его Души, но не лезла глубже. Вдруг навредит вниманием — ее аура несла отпечаток Смерти даже пассивно… Впрочем, Не Ли легко приспосабливался к ее энергии даже после инициации. Может, сомнительная реинкарнация сказывалась? Или книга, страницу которой выковыряли с лопатки Сяо Нин?        Сама Лю Нинг пыталась нащупать в душе следы Бай Луна. Вредный дракон не показывался, не выходил на связь, но его отпечатки ощутимо проглядывали в Подземелье сквозь Закон Глубины, и она не сомневалась, что отыщет Осколок где-то здесь — и, скорее всего, на том самом поле битвы…        Фырканье Не лаоши отвлекло ее; с него градом катился пот, и он откинулся на ее спину влажным затылком. — У меня ощущение, что Сосуд Души сейчас взорвется. Как ты подружила конфликтующие потоки Жизни и Смерти внутри себя? — ворчливо спросил он, кажется, борясь со Светом и Тьмой, которые так мимолетно и быстро постиг, а теперь пытался обуздать растущую конфликтующую мощь. — Не знаю, — Лю Нинг задумчиво посмотрела на ладони, на которых все еще темнели Символы. Она не задумывалась о возможности конфликта, да и Закон Жизни лишь едва тек в ее сосуде души, как полупрозрачные облака над тьмой и белесым костяным крошевом. — Законы Жизни и Смерти не конфликтуют: они проистекают один из другого и дополняют друг друга… Однако внутри меня они как небо и земля, не совсем смешиваются, — как могла, объяснила она, и Не Ли слегка отстранился, снова садясь в позу медитации.        Вокруг него бушевала духовная энергия, и Лю Нинг постаралась мягко направить силу Закона Жизни, чтобы помочь учителю. Удивительно, но желания защитить и помочь сила Жизни слушалась намного лучше, чем на тренировках у Черного Родника…        Не прошло и недели, как Не Ли нашел способ: он тихо признался ученице, что внутри его сосуда души Лоза поглотила противоборствующие Законы и передала силу Клыкастому Панде и Демону-Тени. Кто бы сомневался, что у него получится? Юй Янь, иногда приглядывающаяся к их тренировкам, робко спросила, что это за третья сила в сосуде души Не Ли. Тот отшутился, не став отвечать: пусть и назвал Огненную Богиню покровительницей, но скорее из желания уважить, чем полностью доверившись.        Не забрасывали тренировки с Законами и Чэнь Линьцзянь с Сяо Нин. Удовлетворив первичную потребность в обмундировании и оружии, Ло Сяо занялся продвижением излишков в местном аукционном доме. Лю Нинг получала информацию от прибившегося к ней духа темной эльфийки — бабушки официантки, убитой за связь с человеком своими же, но отомщенной семьей Хэюйинь. Бабушка Лу охотно пересказывала сплетни, даже те, которыми обменивались за закрытыми дверями. Чэнь Линьцзянь же получал информацию напрямую от Ло Цзяня и тех из местных охранников, с кем завел приятельские отношения: харизма у него была на высоте.        По всему выходило, что мастерство Не Ли превышало таковое у местного Ю Е, и им заинтересовался даже Владыка Подземелья. Юй Янь подобная новость нервировала, а вот Не Ли скорее испытывал любопытство. Деньги — чуть больше шестисот миллионов Камней Волшебного хрусталя, — Ло Сяо передал в кольце. По примерным подсчетам Чэнь Линьцзяня, посещавшего аукцион с Ло Цзянем — все верно. Бабушка Лу, заглядывавшая через плечо казначеям семьи Хэюйинь и аукционистам, подтвердила, что обмана нет.        Новостей о Темной гильдии не было, и это вселяло надежду, что те сдержат свое слово. Оставалось чуть меньше двух недель до срока, когда они могут напасть…        В принципе, они уже достигли Первой Звезды Стального уровня благодаря Законам и тренировкам. Лю Нинг с каждым днем всё больше хотела сорваться в сторону Девяти Кругов Ада, но еще больше ей не хотелось возвращаться… когда призрак бабушки Лу принес весть: клан Угуй собирает знамена. Трое Божественных остаются в городе для защиты резиденции, однако у них достаточно (двадцать пять) Легендарных для разведки и нашелся очень пронырливый шпион в стане Темной гильдии, разнюхавший про Светозар…        О странных шевелениях клана Угуй сообщил и Чэнь Линьцзянь, который услышал это на очередном аукционе. Следовало вернуться в Светозар: вчетвером они целый клан не положат, да и Хэюйинь только вставали на ноги… Битва их ослабит, а там и клан Сеяо, с которым заключено перемирие, может напасть исподтишка. — Я хотел сделать это позже, когда влияние Хэюйинь выйдет за пределы Твердыни Черного камня, но нам не оставили выбора. Договоришься с Ло Сяо о делегации от их клана к Светозару? — Конечно, можешь на меня положиться.        Чэнь Линьцзянь лучезарно улыбнулся, вероятно, уже набросав черновики сотрудничества с человеческим кланом Подземелья. Здесь водилось множество любопытных ископаемых, да и многие вещицы на аукционе он оценил как любопытные. Сотрудничеству быть, условия обговорят…        Лю Нинг слегка хмурилась. Как сообщить, что она хочет остаться? Отговориться необходимостью создавать на продажу вещицы с Символами не получится — Не лаоши знает о ее «любви» к начертанию, да и такого у Хэюйинь уже полон склад, хватит до следующего визита, пусть тот даже состоится через месяц или два. Просто так Не лаоши ее не оставит, он от себя ее вообще не отпускает…        Увы, реальных доводов за Подземелье у Лю Нинг не имелось — только и исключительно каприз в виде нежелания лицезреть Светозар вновь. Если она заикнется о Бай Луне и его возможном нахождении в Девяти Кругах Ада, Не лаоши тем более ее одну не оставит. Даже бабушку Лу не получалось отправить на разведку: стены вокруг города просто не пропускали ее наружу — что многое говорило о Владыке Подземелья. По крайней мере, с Богом Смерти ему воевать доводилось…

***

       Назад они направлялись в компании выступившего послом клана Ло Цзяня и трех Легендарных — отряда кузена Ло Сяо, Ло Мина. Предполагалось, что таким составом они легко смогут отбиться и скрыться, случись им наткнуться на врага, а члены клана Хэюйинь казались переполнены оптимизмом и энтузиазмом от перспективы посетить человеческий город, выживший снаружи. В Подземелье считали, что никто снаружи не пережил атак демонических зверей, — и даже не пытались искать. Странное мнение, на взгляд Лю Нинг: люди очень живучие. Выжил не только Светозар, но и Роковое Плато, и Ядовитая Чаща, и мало ли где еще можно повстречать людей…        По пути довелось и увидеть лагерь готовившихся к экспедиции Угуй. Количество их не внушало по сравнению с демонической волной, недавно нахлынувшей на Светозар, однако угрозу несла не численность, а качество тварей… А кланом Угуй заправляли именно они — лысые, с темно-серой кожей и острыми ушами, с кожистыми крыльями, эти твари, в отличие от обитателей Темного Узилища, изначально и не имели в предках рода людского. Такие не станут торговать, по горло сытые необходимостью уживаться с людьми в Твердыне Черного камня. — Столь большая армия не сможет быстро передвигаться — они доберутся до Светозара где-то за месяц, — оценил Не Ли, приложив ладонь ко лбу козырьком, хотя едва ли это требовалось с его зрением. — Мы — за день-два.        Он улыбнулся, посмотрев на ученицу. Конечно, скорость Юмина не сравнится с пешими отрядами Угуй! Вряд ли те полетят, таща на себе весь скарб, как мулы. — Все еще не могу поверить, что снаружи есть город… — мечтательно пробормотал Ло Цзянь; он не сомневался, просто пребывал в предвкушении.        Вина и чаи, которыми Сяо Нин и Чэнь Линьцзянь угощали новых друзей, стали доказательствами весьма убедительными: такое в Подземелье не вырастишь… Первой споткнулась Лю Нинг — застыла, пока остальные шли, и энергия Смерти всколыхнулась, почти затопив ее всю. Следом остановился Не Ли, тоже ощутивший прохладную волну, что надвигалась на них тайфуном. — Кто здесь? — крикнул он.        Не Ли напряженно вглядывался в темноту, которую создавали несколько наклонившихся друг к другу скал. Из неё выступил мужчина с длинной бородой и зачесанными назад волосами. Его одежда была слегка запыленной, но из лучших материалов. От всей его фигуры расходилась леденящая сила, но больше прочего напрягал цвет его волос и глаз.        Пурпурный.        Ло Мин выругался, закрывая собой подопечных. Двое из его отряда встали по обе стороны, готовясь к битве без шансов: стоявший перед ними слишком силен — Божественного уровня или в шаге от него… — Дедуля Е Мо, какими судьбами?! — Не Ли разулыбался, его голос наполнился весельем и дружелюбием, словно от встречи горячо любимого родственника.        Он легко проскользнул между членами семьи Хэюйинь, чтобы пойти навстречу. Е Мо явно растерялся, сбавив напор ауры. — Кто ты? Откуда знаешь мое имя? — спросил он, внимательно рассматривая Не Ли.        Лю Нинг хотелось куда-нибудь исчезнуть, лишь бы не встречаться с… с этим. Только взгляд она отвести не могла, рассматривая пурпурные волосы — не такие яркие как у Е Цзыюнь, скорее, слегка темнее оттенком, почти… как у нее самой. И вовсе не казался он стариком, а четырнадцать лет назад, наверняка, выглядел еще лучше, и теперь становилось понятно, на что могла повестись Лю Мэй. Высокий, широкоплечий, мощный, с правильными чертами лица и сильным взглядом аметистовых глаз — красивый. Честно.        Только в груди вскипала не ярость, но клубящаяся тьма Смерти. — Я Не Ли из клана Тяньхэнь, учитель вашего внука Е Ханя, ну и по мелочи оказал услуги Е Цзуну, — представился в своей неподражаемой манере Не Ли и обернулся. Лю Нинг знала, кого он пытался высмотреть. Она глубоко вздохнула. Что уж теперь? Бегать от встречи глупо, но надо же было случиться, что встретились они даже не в Светозаре!        Глаза Е Мо расширились, когда она поравнялась с Не Ли. — Лю Мэй… — пробормотал он, внимательно ее рассматривая.        Едва ли ее волосы, того же оттенка, что у него самого, могли сейчас отливать чернотой, но Е Мо явно провалился в воспоминания. И пусть бы в них захлебнулся! — Лю Мэй мертва восемь лет, — голос Лю Нинг преисполнился холода. Она сжала кулаки, пусть это и не было видно под длинными рукавами рубашки; хоть чему-то она не изменила. — Я Лю Нинг, ее дочь.        Е Мо сжал губы, наклонив голову. Его взор все еще жадно скользил по ней. Видел ли он в ней отражение, как она находила свои черты? — Я не часть вашей семьи, Е Мо. Никогда не была и никогда не буду, — поставила точку Лю Нинг, преисполнившись какой-то черной ненависти.        Она могла питать легкую неприязнь к Е Цзуну и Е Цзыюнь, но они никогда не были виновны в ее глазах. Е Мо? Забравший Лю Мэй в Светозар? Посмевший породить ребенка собственной ученице, а после сбежавший?! Может быть, даже не знавший, как опорочил собственную ученицу?! Но с его слепого попущения, из-за его отдаления от Лю Мэй, всё произошло так, как… как произошло. Лю Нинг могла винить Лю Мэй в слепой любви к учителю, в том, что она по-прежнему искала его в каждой вылазке из Светозара. Но Е Мо? Тут она не просто винила. Даже если сама она являлась следствием нарушения табу, благодарить за жизнь его даже не мелькало в мыслях.        Энергия Смерти пока не вырывалась из-под контроля, но закружила белыми пылинками вокруг головы, еще не формируя костяную корону… — Лю Нинг — тоже моя ученица, уважаемый Е Мо, — твердо сказал Не Ли, положив ладонь на ее плечо.        Близость Не лаоши как-то успокоила, и энергия Смерти свернулась, а костяная пыль осела на плечах, лишившись поддержки. Выступил вперед и Чэнь Линьцзянь — и вскоре они с Не лаоши отвлекли Е Мо на разговор о последних делах Светозара и о том, что сейчас творится в Подземелье, пока Сяо Нин мягко оттащила Лю Нинг за спины Хэюйинь. Даже Юй Янь мягко взяла ее за руку, с сочувствием заглядывая в глаза.        Хоть путь они продолжили вместе, Е Мо не давали ни мгновения обернуться: то Чэнь Линьцзянь с новостями, то Не Ли подсказывает о Законе Вьюги… Лю Нинг была благодарна учителю и Олененку за заботу; вовсе не хотелось слышать, что скажет Е Мо на ее категоричное отречение. Кроме того, он и духовно отталкивал: в нем смешались две странные ауры, помимо того, что явно засел осколок Бога Вьюги. Вот он удивится, когда столкнется с Е Цзуном, превзошедшим отца на поприще освоения Закона! Даже то, что Не Ли сейчас раскрыл секрет Законов — их связь с Символами, — и показал отвечавший за Вьюгу, станет малой помощью для Е Мо. Носитель Божественной Силы всегда будет выигрывать. Закон тек к тому, кто глубже его познал, однако рождение с силой Закона давало преимущество — это еще Бай Лун ей объяснил, жалуясь, как легко она распоряжается силой и видит фантомные лотосы…        Она так и не добралась до поля.        Солнце слепило, когда они выбрались из длинного туннеля наружу. Тихо шумела река, бравшая начало откуда-то из-под земли в конце туннеля… Члены клана Хэюйинь щурились, но, когда привыкли к свету, преисполнились восторгом и долго щупали кору деревьев и траву. А как они наслаждались водой из родника! Ни малейшего запаха серы!        У них вдоволь было времени повосхищаться природой внешнего мира, пока обсуждали путь к Светозару. — Добираться около семи дней. Все равно с запасом обгоним клан Угуй, — весомо постановил Е Мо, бросив взгляд на Лю Нинг.        Не он один: Не Ли посмотрел на ученицу, но не собирался давить или раскрывать ее способности, позволяя ей самой решать. — Чем быстрее доберемся, тем лучше, — мрачно решила Лю Нинг, не желая целую неделю путешествовать в компании Е Мо.        Чем быстрее они достигнут Светозара, тем быстрее она отделается от его компании, и Олененку с Не лаоши не придется отвлекать достопочтенного от попыток поговорить с ней. Лю Нинг вытащила из Сосуда Души Юмина. Тот не рокотал радостно и не ластился — переняв мрачное настроение хозяйки, скалил клыки. Его взгляд безошибочно прожигал Е Мо, который дернулся и приготовился защищаться.        Лю Нинг легко запрыгнула на шею Юмина, успокаивающе поглаживая между рогов, и тот угомонился, склонив голову к земле. Следом за ней взобрались Сяо Нин и Юй Янь, а там и Чэнь Линьцзянь с Не Ли. Оставшихся на земле Заклинателей пришлось уговаривать, убеждая, что дракон полностью послушен воле Лю Нинг. Ей разве что хотелось добавить, что это пока Е Мо не подойдет слишком близко к пасти Юмина. Тогда она и сама не поклянется, что не прикажет кое-кого проглотить… Даже с риском для Юмина подавиться. — Ручной зомби-дракон, подумать только… — бормотал Ло Мин, сидевший как на иголках, пока ветер бил им в лица.        Юмин летел в сторону Светозара почти со всей доступной ему скоростью, подгоняемый подсознательным желанием хозяйки. Смешно, как сильно Лю Нинг не хотела возвращаться в город до встречи с Е Мо! — Я слышал в Девяти Кругах Ада обитает один, — в тон ему отозвался Ло Цзянь.        Это было интересно. Лю Нинг сомневалась, что сможет в сосуд души поместить еще одного… но посмотреть хотелось. — Так… Е Цзун теперь Бог Вьюги, а Лю Нинг — Богиня Смерти? Именно так, не просто познавшие Закон? — тихо бормотал, общаясь с Не Ли, Е Мо.        Такие концепции поражали его — он наверняка запомнил Е Цзуна сопляком даже не Легендарного ранга, а о существовании Лю Нинг мог и не подозревать… Лю Нинг надеялась, что Е Цзун сможет завладеть полным вниманием отца, а там еще и Хуянь Джиан, с женихом внучки тоже потребуется знакомство…        Пугать жителей не хотелось, так что Юмин медленно снижался, чтобы его скрыли кроны деревьев, а у полянки в километре от Светозара и вовсе приземлился. Когда все спустились, Лю Нинг вернула его в себя, ощущая поддерживающее урчание даже из Сосуда Души.        У ворот их уже встречали Сыкун Бию и Дуань Цзянь. Первая очевидно почувствовала энергию госпожи, а второй… возможно, тоже, а может — просто увязался за тетушкой. Кажется, их отношения потеплели за прошедшее время. — Госпожа, эта ничтожная приветствует вас! — Сыкун Бию опустилась на колено, сложив крылья за спиной, а руки — в уважительном жесте перед собой.        Е Мо и гости из Твердыни Черного Камня заинтересованно посмотрели на нее. — Учитель, Дуань Цзянь приветствует вас! — уважительно сказал Дуань Цзянь, повторив позу тетушки.        Не Ли хохотнул, похлопав его по плечу, оценивая его стремительный прогресс в культивировании. Лю Нинг легко прошла мимо Сыкун Бию, остановилась в шаге от нее. — Я в гильдию алхимиков, — предупредила она, прежде чем поспешно ретироваться так, что даже Не лаоши не успел ее остановить: Сыкун Бию понятливо подхватила ее, расправила крылья — и была такова.        До гильдии алхимиков Светозара они добрались с ветерком.        С одной стороны, Лю Нинг хотелось побыть в одиночестве, тем более в гильдии за ней так и числился крошечный домик, о чистоте которого заботилась Ян Синь, регулярно отправляя туда слуг. С другой стороны, именно с Ян Синь бы поговорить. Пришедшая относительно недавно в жизнь Лю Нинг, та стала ей близким человеком, не такой, как Сяо Нин или дядюшка Чэнь, но именно связь с последним определила место в ближнем кругу. Ян Синь стала тетушкой, с которой можно поговорить на взрослые темы.        К счастью, она нашлась в главном здании. Лю Нинг своим появлением прервала совет старейшин и сочла это подходящим моментом, чтобы передать Ян Синь кольцо. Как загорелись глаза достопочтенных алхимиков! Но с их алчным любопытством Ян Синь блестяще справится… позже. — Спасибо, Лю Нинг. Как ты? Пойдем, с дороги следует отдохнуть, — надев кольцо на палец, но даже не попытавшись в него заглянуть, Ян Синь сосредоточилась на Лю Нинг.        Ее искренняя забота растопила сердце девушки, и она послушно в сопровождении Ян Синь и не оставившей их Сыкун Бию дошла до домика… чтобы там, под чай и сладости, рассказать вкратце о пережитых за пределами Светозара приключениях. Жители плато уже разместились в Светозаре, в Академии даже открыли курсы переподготовки — пользовались они очень устаревшими техниками, но силы их это не умаляло. Тем более после исхода Шэньшэн в Темное Узилище, не говоря уже о казни половины клана, каждый Заклинатель и Воин был на счету. Новости о Подземелье заставили Ян Синь только покачать головой и скукситься, когда Лю Нинг сообщила о вопиющем отсутствии растений. Нет, кое-что выращивали, но больше для пропитания, чем для алхимии. Минералы, конечно, Лю Нинг тоже принесла, но ими в алхимии пользовались реже…        Не стала Лю Нинг обходить в своем рассказе и встречу с Е Мо. Ян Синь просто обняла ее, прижимая к себе. Было тепло и очень мягко. — Я не знаю, что правильно или не правильно говорить в твоей ситуации, но считаю, что ты в своем праве, — заверила Ян Синь, убеждая, что полностью на стороне Лю Нинг.        Та обняла ее в ответ, тяжело вздыхая. На душе стало даже легче: не то чтобы Лю Нинг считала себя неправой, однако поддержка ей была необходима. В присутствии Е Мо об их взаимоотношениях ни с кем не поговоришь, да и просто… с кем? С Не лаоши? С Сяо Нин? С Олененком? Нет, это не тема, которую она хотела бы разделить с ними в диалоге. — Я едва вникала в слухи, гулявшие до твоего рождения. Е Мо сбежал из спальни ученицы с рассветом. Мало кто знал личность ученицы. Он вернулся лишь пять лет назад, задержался на неделю — и снова умчался прочь. — Я тоже слышала… слухи. Подозреваю, что он не знал, что одной ночи хватило для зарождения жизни… Однако все равно, он был Учителем. Как он мог так поступить с ученицей, даже если она влюбилась в него? Матушка Лю Мэй не смогла бы его опоить, у него ведь Легендарный уровень культивации! — Лю Нинг скривилась и сильнее обняла Ян Синь.        Та угукнула, гладя девушку по волосам. Сыкун Бию молча сидела у столика. — Ты уже высказала свою позицию. Даже Е Мо не сможет принудить тебя к вступлению в клан, пусть и признает тебя дочерью, тебя это к его клану не привяжет, — решительно сказала Ян Синь, мягко сжала плечи Лю Нинг и чуть отстранила ее, чтобы поймать контакт глаза в глаза. — Если потребуется, вся гильдия Алхимиков за тебя встанет. Чэнь Лей тоже клан взбаламутит, и это уж не говоря про Не Ли и остальных.        Лю Нинг слабо улыбнулась, кивнув. Действительно, никто ее насильно с кланом Фэнсюэ не свяжет, а и попробуют — обломаются. Кроме того, она уже почувствовала иллюзорный вкус свободы, и есть места, куда она теперь может сбежать из Светозара. Всё будет по ее воле, и у нее есть силы, чтобы отстоять свободу.        Теперь — есть. — Так… когда свадьба с Чэнь Леем? — поинтересовалась Лю Нинг, вдруг подумав, что обязана побывать на ней.        И… интуиция настойчиво шептала, что третий раз в Светозар она уже не вернется. Или четвертый, если считать раскопки, которые курировал Чэнь Линьцзянь?.. Ян Синь рассмеялась, лишь чуть покраснев, и сказала, что они ждали возвращения Лю Нинг и Чэнь Линьцзяня.        …Не лаоши прибыл в ее домик вечером, когда они уже разобрали травы из кольца, и Ян Синь ушла к себе, оставив Лю Нинг на Сыкун Бию. Впрочем, и ту Лю Нинг отослала на рынок пополнить запасы: много ушло что как гуманитарная помощь на Роковом Плато, что уже в Подземелье, когда Чэнь Линьцзянь начал переговоры от лица Светозара. — Е Мо сказал, что не знал о твоем рождении. Что забрал бы тебя и Лю Мэй в главное поместье, если бы узнал, — без особых эмоций сказал Не Ли, будто о погоде, о чём-то, что совсем-совсем не касалось Лю Нинг.        Она тихо фыркнула, разливая горячий чай по чашкам. Не так она думала, что начнет диалог учитель, но… — Без разницы, что он бы сделал. История не любит сослагательного наклонения, и, кроме того, это не отменяет главного — что он сделал со своей ученицей, — бесстрастно отмахнулась она, держа в руках чашку.        Да. Она выделила для себя главное. Возможно, немного зациклившись на этом, но, честное слово, печать табу лежала на Сиванму как на дочери ученицы от учителя. Такая же — на Лю Нинг. Карма этого мира или карма богини Смерти, какое дело?        Учитель поступил так с ученицей. — Ты злишься на него за это? — голубые глаза Не лаоши посмотрели на нее с какой-то затаенной печалью, почти болью.        Может быть, он примерял ситуацию на себя? В каком-то смысле здесь он стал для Е Цзыюнь учителем, даже если та этого и не признала. Лю Нинг могла лишь гадать, что творится в его голове. — На самом деле, как будто нет… но немного — да, — откровенно сказала Лю Нинг, сама затрудняясь ответить.        Эмоции сложные. С чокером всё было бы куда проще, но… увы. Злилась ли она? Немного. Считала ли его виноватым? Да. Виновным? Однозначно. Виноватой она и матушку Лю Мэй считала, но будто не так сильно: та за свои решения расплатилась сверх меры.        Разговор немного затих, а после Не лаоши рассказал, что происходило в особняке городского лорда. Е Мо явно разрывался от гордости за «непутевого сына» (цитата, между прочим), что не помешало ему отчитать Е Цзуна за организацию помолвки Е Цзыюнь без благословения старшего в семье. Не Ли со знаниями Символа и тут влез, хотя и без Символа Вьюги Е Цзун далеко продвинулся в понимании божественных сил — ему все-таки информационный пакет достопочтенный предок в мозг ввинтил. Вышло так, что Легендарный Е Мо на пороге Божественного ранга чуть не оказался заткнут за пояс уже божественным (в прямом смысле), но еще не Божественного ранга сыном. Наверное, в живую было уморительно наблюдать, как Е Мо оставалось только давить опытом и авторитетом, ведь силой они сравнялись.        Затем Не Ли переключился на подготовку к нападению Угуй и Темных, рассказывая, что собирается сделать…        И Лю Нинг совершенно не знала, о чем умолчал ее наставник. О том, как Е Мо выпрашивал о ней все подробности и сокрушался, что ни она, ни Е Цзыюнь не заполучили в женихи Не Ли. Возможно, когда-то подобные сокрушения самого Е Мо показались бы Не Ли лестными, но в нынешних условиях? Звучало болезненной насмешкой над прошлым — и настоящим тоже.        В кузницу с учителем Лю Нинг идти не собиралась, как и участвовать в затее с поглощением Демонических Духов. Она удовлетворилась тем, что в число Избранных вошли Чэнь Линьцзянь и Хуянь Джиан, которым светило быстрое увеличение духовных сил, а сама она могла формации и навредить. И вообще — дел было много. Например, помочь Ян Синь и как можно больше времени провести с ней и Чэнь Леем. Не лаоши не возражал: паранойя его отпустила или он смилостивился над ученицей, но в пределах Светозара он согласился отпустить ее от себя.        Время побежало вперед с неумолимой скоростью. Среди напряженных приготовлений к защите Светозара находилось время и на что-то веселое и приятное, как, например, свадебные хлопоты — и сама свадьба.        Ян Синь была прекрасна в алом платье, вышитом золотом, да и Чэнь Лей в парадном выглядел прекрасно.        Лю Нинг пришлось немного замаскироваться, чтобы не смущать людей на общем праздновании и особенно — на шествии по улице, но за закрытыми дверями, где остались лишь члены клана и избранные гости? Там она не скрывалась.        Ее немного сторонились, но никто не тыкал пальцем, да и рядом оставались Олененок и Сяо Нин, и Не Ли, и братцы… Приятно было пообщаться с Ду Цзэ, который немного мялся на подобном мероприятии, с Лу Пяо, когда его не хватала за ухо невеста-красный-перчик. Чжан Мин, привычно немногословный, Чжу Сянцзюнь, недовольный невозможностью поспорить с Лу Пяо, пока того контролирует невеста, Вэй Нань, робко признающийся, что опубликовал сборник стихов… Успел ведь, хотя тренировался ничуть не меньше остальных, и это было заметно!        Жаль, что со всей честной компанией Лю Нинг не смогла провести больше времени: составленная Не лаоши формация и количество закупленных демонических духов предрекала около двух месяцев интенсивной медитации для участников. Пусть, зато они все станут сильнее за короткий срок. А она?        Она не будет от них отставать, но в формации ей делать нечего.        Через пару дней после свадьбы, сидя в такой знакомой беседке с Чэнь Леем и играя в карты, она так и не ответила ему, куда так спешит. Эта спешка, эта уверенность, что в Светозар она не вернется, выросла и укрепилась крепким деревом, корнями уходившим куда-то в подсознание. Она просто знала. Но никому не рассказала, ни с кем не поделилась, потому что логики в нем не имелось.        Чэнь Лей не настаивал, оставив это знание, выцепленное его проницательностью, при себе.

***

       Угуй ждали.        Внезапного нападения не вышло: предупрежденная стража на стенах заметила приближение. Когда бойцы Угуй взмыли в небеса на кожистых крыльях, направляясь тенью на Светозар, мирные жители уже эвакуировались, а на улицы высыпали Воины и Заклинатели. Е Мо, Е Цзун и еще несколько взлетели навстречу. Лю Нинг не хотела присутствовать в их рядах и наблюдала с земли… Впрочем, прекрасно слыша каждое слово. — Друзья из клана Угуй, если прибыли вы в Светозар в качестве гостей, мы окажем вам сердечный приём. Если же собрались вы здесь, чтобы устроить беспорядки, не вините меня за то, что не вернетесь в Подземелье, — громко объявил Е Мо, не забыв о правилах гостеприимства.        Главный среди Угуй — учитывая его расположение и снаряжение более высокого качества, — заметно нахмурился. Кажется, не ожидал встречи с такой силой. Еще бы: от Е Мо и Е Цзуна явственно распространялся холодок Закона Вьюги, к тому же, их окутывала аура Божественного ранга. У прибывших к стенам Светозара Угуй — никого выше Легендарного. Они еще не понимали даже, насколько расклад сил не в их пользу. — Посмотрим, насколько вы достойны того, чтобы мы стали вашими гостями! — с отчетливым презрением ответил Угуй.        Его глаза сощурились в черные щелочки. Крылатая тварь явственно облизнулась, возможно, желая вкусить человечины. Кто знает? Лю Нинг даже названия их расы не знала, но не сомневалась, что те могут оказаться людоедами.        Е Мо столкнулся с воином клана Угуй, их силы показались равными… Е Сю явственно отступил назад, к «Боевому порядку», готовый активировать его в любой момент. Е Цзун остался на месте, не влезая пока в битву отца.        Обменявшись первыми ударами, Угуй явственно рассвирепел и закричал — и на его зов откликнулись твари, сорвавшиеся из леса вокруг и с ближайшей горы. Может, Легендарных у клана и было двадцать пять, но рангом помельче — многим-многим больше. Они казались черным роем саранчи, готовой разграбить Светозар… И тут взревел Е Цзун. На его плечах сформировались изо льда наплечники, из которых истекал белесый туман-плащ, над его головой воспарила ледяная корона. Небо почти побелело от холода, снежники затанцевали, когда над Е Цзуном сформировалась белесая взвесь тысячи копий, остриями жадно направленных на врагов. Выглядело почти как костяные копья Лю Нинг — только намного холоднее. — Не может быть! Откуда у вас такая сила?!        Угуй, харкавший кровью после пары атак Е Мо, в ужасе отпрянул. Его явно не предупреждали о Заклинателях такого уровня… Но пару месяцев назад таковых в Светозаре и не было, а шпион из Темных, сливших информацию Угуй, и того дольше в городе не бывал!        Туча копий со свистом полетела вперед, и лишь самые удачливые уклонились от ледяного облака, быстро окрасившего сначала воздух, а потом и землю алым. Множество трупов, пронзенных ледяными снарядами, устремились вниз, где плыл морозный туман…        Враг Е Мо пал бездыханным. Противники замерли, а после… оставшиеся Легендарные рванули на Е Мо и Е Цзуна, не собираясь отступать даже с такими потерями. Все равно считали, что качественное и количественное превосходство на их стороне. Е Мо и Е Цзун же начали отступать… к Боевому Порядку. Очевидно, хотели опробовать в деле? Угуй и опомниться не успели, как увязли меж светившихся столбов, и демонические твари вцепились в них.        С мошками поменьше уже сражались светозарцы, но загнавшие Легендарных в ловушку Е Мо и Е Цзун выкашивали Стальных и ниже связками, не запыхавшись. В эту битву ни один светозарец не падет. Лю Нинг лишь наблюдала, одним глазом посматривая на боевую формацию Не Ли. Их охраняли и Сыкун Бию, и Хэюйинь, и несколько бойцов Серебряных Крыльев, а еще парочка людей Фэнсюэ… Много охранников набежало, на самом деле. Но Лю Нинг все равно приглядывала…        Угуй вырвались из Боевого порядка. Один из них аж весь покраснел и будто озверел; от него разило мощью. Выбился в Божественные?.. Однако, покинув Боевой Порядок, он быстро сдулся, и его подхватил другой Легендарный. Значит, временный эффект, вероятно, еще и очень пагубный для культивации. Оценив, что Угуй вознамерились отступить от Светозара, Лю Нинг переместилась к усеянному трупами и даже не начавшими таять ледяными копьями полю у стен.        Энергия Смерти разлилась здесь; оставались отголоски и смертей демонических зверей. Лю Нинг глубоко вдохнула морозный воздух, кончики пальцев покалывало… от энергии. Тьма окрасила ногти и совсем немного — кожу, половина костяной короны начала формироваться над головой. Крылья нанизанных на лед Угуй затрепетали, кожа начала сходить с них, пока скелеты не сорвались с копий и не взвились белым войском ввысь. Угуй не ожидали такого от павших товарищей, началась паника…        В войске Лю Нинг прибывало.        Е Цзун мимолетно кивнул ей и прорвался сквозь мелочь к Легендарным. Позволить Угуй уйти и донести вести о настоящей мощи Светозара не было в планах городского лорда. Е Мо, на мгновение замерший, удивленно и мрачно разглядывавший не-живое войско, тоже наконец влетел в Легендарных клана Угуй. Семерке с полуживым восьмым не оставили и шансов спастись.        Уже брезжил рассвет нового дня, когда Лю Нинг с полностью сформировавшейся короной отправила часть скелетных марионеток догонять спасавшихся бегством. Уйти не должен был ни один — и она совершенно не испытывала жалости. Они пришли сюда завоевателями, расхитителями, линчевателями; они не собирались оставлять людей в живых, а она — дарить им шанс спастись. — Ты как? — Е Цзун приземлился рядом.        Его ледяная корона блестела в рассветных лучах, искрилось белое крошево плаща. Лю Нинг слегка пожала плечом; часть ее армии упокоилась, но другая всё еще рыскала по окрестностям и горам, собирая кровавую жатву. Пальцы едва почернели. Не ощущалось больше чудовищного влияния Смерти на ее тело, как в прошлый раз, когда Бай Лун вмешался. Возможно, ее контроль стал сильнее — или это кроха энергии Жизни не давала Смерти полноправно захватить тело. — Лечить меня после не придется, — все же расщедрилась на ответ она.        Е Цзун, что смешно, пожалуй, не раздражал… так сильно, и пусть родственником и тем более — братом она бы его не назвала, однако избегать его общества больше не хотелось. Пожалуй, так успокаивающе действовало абсолютно ничем не обоснованное понимание, что в Светозар она больше не вернется.        Внезапный столб света со стороны поместья городского лорда привлек ее внимание. Она сорвалась туда на тут же созданной костяной платформе, с помощью которой могла парить в воздухе. Разумеется, дело было в формации Символов Не лаоши! «Это безопасно», — уверял он, «риск минимален», — говорил он! — Что происходит? — строго спросила Лю Нинг, беспомощно смотря на Символы.        Те менялись на глазах, а она, естественно, ничего не понимала. Может, Не лаоши и прав был, говоря, что ей стоило бы их изучить… — Этот меч… обрушивающий небеса Меч Бога Грома, даже сам Бог Грома не мог его контролировать и меч исчез сам собой без следа… на время… Этот артефакт сейчас меняет рисунок Символов на поле, — ответила Юй Янь, наблюдавшая за формацией извне.        Впрочем, судя по тому, как она выросла до размеров десятилетки, нахождение вне круга не мешало подпитываться выделяемой энергией.        Лю Нинг нахмурилась, видя, как сидевшие внутри формации фигурки окутали их демонические звери. Чэнь Линьцзянь, Сяо Нин, Ду Цзэ, Лу Пяо, Сяо Сюэ, Чжан Мин, Чжу Сянцзюнь, Вэй Нань, Не Юй (надо же… но Не лаоши действительно едва ли бы оставил собственную сестру без подобного подарка), Е Цзыюнь, Хуянь Джиан, Е Хань… — Сможешь вытащить их? — спросила Лю Нинг, спускаясь с платформы на землю.        Юй Янь усомнилась, что это стоит делать вообще; на деле Лю Нинг разделяла ее сомнение — как бы не сделать хуже, чтоб эти Символы огнем горели…        Через пару часов, когда окончательно рассвело, а Лю Нинг упокоила остатки выполнивших задачу скелетов (костяная корона и черные ногти тоже исчезли; ничего не намекало на ее участие в прошедшей бойне), сияние меча утихло. Не Ли вернул его в ножны, а все в формации открыли глаза. — Похоже, наши Сосуды Души объединились… — выдал догадку Ду Цзэ, выглядя таким же озадаченным, как и остальные.        Что же, сама судьба спасла их и Лю Нинг от подобного: ее в формации не было. Да и Бай Лун бы не оценил, соединись ее Сосуд Души с чужими… — Кажется, Не лаоши изначально не закладывал это в формацию? — иронично уточнила Лю Нинг. — Да нормально всё! — Не Ли улыбнулся, беззаботно подмигнув ученице. — Теперь наши Сосуды соединены, мы можем обмениваться духовной силой друг с другом, а еще черпать в десятки раз больше силы из общего источника. Думаю, есть и другие полезные свойства, например, способность чувствовать друг друга даже на значительном расстоянии, — перечислял он все положительные — и абсолютно внезапные, незапланированные эффекты. — Я стал ядром системы, всё перераспределение духовной силы происходит через меня. Я могу по своей воле разорвать связь с каждым из вас, но если меня не станет — система распадется. Еще мы будем подтягивать остальных, как только один из нас встанет на новую ступень… Сейчас вы Стальные Пяти Звезд.        Лу Пяо для себя вычленил, что может теперь вообще не тренироваться и пожинать плоды чужих тренировок, но угроза Не лаоши отсоединить тут же заставила его разныться. Да-да, никакого братства, никакой поддержки для бедного Лу Пяо…        Лю Нинг всё еще радовалась, что исключена из этой Духовной Системы. Может быть, Не лаоши в качестве фильтра и центра системы спас бы других от ее энергии Смерти, однако гарантии слишком зыбкие. Кроме того, он бы еще и мог ее чувствовать на любом расстоянии! Вот уж не надо такого счастья…

***

       Лю Нинг ощущала свободу. Даже воздух казался свежее и слаще, когда Юмин рассекал между деревьями. После победы над Угуй они задержались лишь на пару дней — собрать припасы и попрощаться с родными. Не лаоши получил от клана Тяньхэнь по-настоящему королевский подарок — страницу «Демонических сущностей времени и пространства». Как-то многовато секретов оставалось у Светозара и вокруг него… но они спешили обратно в Подземелье, к таким привлекательным для Лю Нинг Кругам Ада, потому что старейшина Е Янь принес весть: Владыка Подземелья объявил, что выберет себе ученика. С условием, что тот преодолеет все Девять Кругов и явится к нему.        В любом случае, сейчас бедный Юмин тащил всю компанию — но на деле даже веса не чувствовал. Из всех, участвовавших в формации Не Ли, с ними не отправилась только малышка Не Юй, даже Хуянь Джиан и Е Цзыюнь присоединились…        В какой-то момент путь им преградил громила с кроваво-красной чешуйчатой кожей, покрытой странными татуировками; его мощные руки, подобно горилльим, достигали земли, а из одежды на нем были лишь штаны. Его сопровождал другой нелюдь, тощий, с синеватой кожей и острыми ушами, его тоже покрывали татуировки, но белого цвета, а глаза злобно сверкали. Юмин зарычал на них, но те даже не сдвинулись; красный гоготал — да только резко заткнулся, наткнувшись взглядом на Лю Нинг. — Богиня Смерти?.. — пробормотал он удивленно.        Сидевшая прямо за спиной Лю Нинг Юй Янь зашипела, что это Люйцянь Ша и Люйцянь Мо, те самые, что гнались за ней до самого Черного Родника, а после сторожили вход в пещеру. Конечно, именно для них Не лаоши оставлял обманку. Видимо, та исчерпала себя — и демоны ринулись искать пропажу… — Ой-ой, надо же какая у нас миниатюрная фигура! Не успела полностью восстановиться? Но мне и так сойдет: наиграюсь вдоволь! — выдал тощий, проигнорировав замешательство товарища, и похабно улыбнулся.        Лю Нинг плохо понимала свой характер после снятия чокера и тем более не могла сказать, что вспыльчивый ли он у неё. Но этот демон говорил в таком тоне о Юй Янь.        О Юй Янь, выглядевшей сейчас, как десятилетняя девочка.        Множество белых шипов пронзили тощую шею, остались на ней воротником, лишь едва брызнула кровь. Глаза демона расширились, а Лю Нинг уже парила перед ним; ее пальцы почернели почти до ладони. Красный здоровяк рядом, явно обладавший драконьим наследием, рухнул на колени, хотя ему-то как раз она еще ничего не сделала. — Сейчас ты оправдываешь свое имя.        Она бесстрастно глядела, как кости демона медленно пропарывали кожу мелкими иглами, не считая возникшего воротника. Его глаза медленно закатывались, жизнь утекала из его тела. Повреждения, несовместимые с жизнью, — даже странные татуировки, пульсировавшие энергией, ничем не могли помочь.        «Люйцянь» означало «тысяча костей», пусть и означало скорее использовавшиеся в гаданиях позвонки, если Лю Нинг правильно услышала Юй Янь; детали не имели значения. Кожи на теле демона оставалось все меньше: ее пропарывали иголки, росшие из его собственных костей. Не прошло и пары минут, как он остался костяным кактусом с жалкими клочками кожи и одежды; куски его плоти и внутренних органов гирляндами украшали вывернутое тело. — Богиня… не может быть… отдала силу Белому… — бормотал второй демон, смотря на нее во все глаза.        Странно было видеть мускулистую тушу, дрожавшую то ли от религиозного трепета, то ли от страха. Почерневшие пальцы Лю Нинг коснулись его головы; она неотрывно смотрела в его глаза. Этот просто хотел разорвать людишек, ни тени похоти, но сейчас он отчаянно желал лишь выжить — и, кажется, говорил о Бай Луне? «Белый» в устах дракона, узнавшего в ней Богиню Смерти, мог быть только он… — Для тебя это будет быстро, — без эмоций сказала Лю Нинг, не испытывая к существу ни ненависти, ни жалости.        Его череп за секунду смялся сам в себя, а кожа лица опала кровавой маской; из глаз, ноздрей, ушей и рта хлынула кровь с кусочками мозга. Мгновенно, как она и обещала, — и вновь странные татуировки засветились, но тело носителя не уберегли. — Они… находились на пике Легендарного… на их телах заклятия, их нельзя было просто так уничтожить… — растерянно пробормотала Юй Янь, пока кто-то из компании давил в себе рвотные позывы.        Лю Нинг не оборачивалась посмотреть, не желая сталкиваться… со взглядами. Она отряхнула руки, как от воды, хотя ничуть не запачкалась, и уняла энергию Смерти внутри. Уже ее рот наполнился кровью: слишком быстро она пустила энергию Смерти по телу, слишком много, — но ничего фатального. Она легко проглотила кровь, наблюдая, как неохотно бледнеют кончики пальцев.        Символы «Жизнь» на ладонях казались неуместными. — Сестрица стала крута, мы даже после объединения сосудов ее не обгоняем, — вздохнул Лу Пяо, разряжая обстановку.        Лю Нинг хмыкнула, как никогда благодарная балагуру, и вернулась на загривок Юмина. — Лю Нинг всё верно сделала, нас бы жалеть не стали, — высказал отмерший Е Хань, вставая на защиту сестры по учителю… или, что вероятнее, пытаясь заработать очков в глазах Не лаоши.        У входа в туннель Юмин исчез; далее предстоял утомительный из-за однообразия путь по туннелю, но хоть проходил он не в молчании: Лу Пяо и Чжу Сянцзюнь сперва сцепились языками, а потом переключились на Ло Цзяня, выпытывая у него подробности о быте Подземелья. Лу Пяо, когда посмел поинтересоваться местными красотками, отхватил смачного подзатыльника от Сяо Сюэ, и тема благополучно выветрилась из его головы в надежде сохранить хоть какие-то остатки мозга. Что-то не менялось… Лю Нинг это самую малость веселило. Пусть члены семьи Хэюйинь посматривали на нее с опаской, пусть их мнение разделяли Хуянь Джиан, Е Цзыюнь, Сяо Сюэ… но остальные относились к ней как обычно, будто ничего и не было. Сяо Нин вовсе шла под руку с ней, будто на прогулке.        И это… грело сердце.        Запах серы никому не понравился — громче всех, конечно, высказался Лу Пяо, — зато виды впечатлили. Так много лавы, но температура вполне терпимая — закон Глубины Владыки Подземелий вызывал уважение. До города добрались без встреч с аборигенами, а уже в замке Хэюйинь сообщили, что большая часть семьи ушла лагерем в поле, где через неделю должен открыться портал сразу на седьмой уровень Ада. Не отдохнув толком, двинулись к огромному палаточному лагерю: добрались часа за четыре, он был разбит за громадой города, с другой стороны от туннеля наружу.        Их провели прямо к палаткам Хэюйинь. Ло Сяо встречал их как родных детей, даже если не знал большинство новоприбывших. Обмен новостями затянулся, а Лю Нинг неспешно прогуливалась по лагерю. Ее сопровождали призрачные взгляды, но души эти были настолько прозрачными, что день-другой — и истают в Забвении. Свежих среди них не нашлось, их не хватало даже на движение…        А Лю Нинг хотелось двигаться: теперь, еще ближе к Первому Кругу Ада, она кожей, пятым и шестым чувствами «ловила» это свербящее на периферии ощущение… Смерти. До открытия портала на Седьмой Круг время было, возможно, удастся уговорить Не лаоши прогуляться…        В лагере Ло Цзянь командовал слугами, которые помогали разместиться их честной компании в почетных палатках. Среди возни ей удалось выхватить учителя, тот пофыркал, что Лю Нинг в одиночестве гуляла так далеко от него, но над просьбой задумался. Бай Лун до очевидности мало интересовал Не лаоши, однако он признавал, что дракону помочь стоит. Тем более — когда его ученица связала душу с ним, и, если ему навредят…        На руку оказалось, что большая часть молодежи рванула на поиски Духовных Плодов по Первому Кругу. Им и самим такие не помешали бы, ведь могли помочь сразу дорваться до Легендарного ранга, чем Не лаоши мотивировал их поход — но лично на ухо ученице шепнул, чтобы она от него не отходила ни на шаг…        Планы смешал набежавший густой туман: в нем слабо ощущалась неприродная энергетика. Не Ли только и крикнул всем держаться вместе — он едва ощущал их по Духовной Связи, а Лю Нинг?..        Лю Нинг, как обычно, ускользнула дымом сквозь пальцы. Не Ли был уверен, что схватил ученицу за запястье, но, когда туман развеялся, обнаружил, что держит Е Цзыюнь, очень недовольную и слегка смущенную. Он тут же отпустил, извинившись, и заозирался: скалы, впереди — озеро, на берегу которого собралась толпа… Вроде, собирались нырять, а вроде и не отваживались, и что-то подсвечивало алым воду с самого дна. Может, Лю Нинг уже в этой толпе? Временами она становилась невыносимо и опасно любопытной!

***

       Налетевший из ниоткуда туман разделил их. Лю Нинг уже представляла, что с ней сделает Не лаоши; разумно было бы остаться на месте, дождаться, когда он ее найдет, но туман нес отпечаток знакомой силы, как приглашение. Оставшись совершенно одна, она потянулась за этим приглашением, за следом такой уже родной силы…        Она шла по каменистому ущелью, и костей вокруг становилось всё больше, некоторые даже слабо светились и шевелились, но не собирались в марионетки — просто остаточные эманации, заставлявшие щелкать и трещать, но не полноценно двигаться.        Ущелье вывело ее на неровное плато, над которым парили культиваторы. В центре висел замок из костей, пафосный, с пагодами — и обилием черепов в отделке. От него веяло Смертью сильнее, чем от любого кладбища или поля кровавой битвы. На центральной площадке с главной лестницей к запертым воротам парил гигантский скелет, в глазницах которого пылал алый свет. Он орудовал топором, отмахиваясь от культиваторов, как от букашек. Такая мощная марионетка! Еще, похоже, и с разумом? Одержимость духом? Лю Нинг чуть восхищалась издалека, гадала, может ли подойти ближе… а потом почувствовала это. Осколок божественной природы, крохотный, но он был. Бай Лун засунул в этого скелета частичку себя?!        Лю Нинг встала на костяную платформу и понеслась вперед, сквозь других Заклинателей, которые даже внимание на нее не обратили… Скелет же явно почуял ее силу. Отмахнувшись топором от атак, он выбросил свободную руку вперед; фаланги его пальцев сложились в клетку вокруг Лю Нинг. — Добро пожаловать… — издевательски пророкотал он, а после швырнул ее в ворота… испещренные Символами, но главное — закрытые!        Она попыталась затормозить себя костяной пылью, но ворота распахнулись и проглотили ее. Буквально — проглотили, она ощущала себя как в желудке, окруженная энергией Смерти… Приземлилась, слегка отбив копчик, но не успела даже моргнуть, как пол зашевелился, утек под наклоном, превратившись в горку, — и она покатилась в самый низ.        Если это месть Бай Луна, он определенно заслужил агномен «Вредный»!        Всего через пару минут горок ее выбросило на что-то мягкое. Вокруг царил сладковато-тошнотворный смрад, а над головой что-то ритмично грохотало… Огромное черное сердце, к которому тянулись чернильные ленты осязаемой энергии Смерти — и в них запутались бессознательные Заклинатели. Из них вытягивало энергию, тут же переправляя сердцу — главному скоплению Смерти, питавшему весь замок и Скелета снаружи. Хитрая ловушка, самоподпитывающаяся… — Значит так ты развлекался последние столетия? — иронично спросила Лю Нинг, поднимаясь на ноги и рассматривая жертв.        Она их не знала, ей не было их жаль: они сами выбрали рискнуть жизнью, проникая в фонивший Смертью даже для не чувствовавших силу Законов дворец. Однако, могла ли она понять их? В этом мире все стремились к силе — без нее не выжить. Она прекрасно знала, что значит быть слабой, спасибо тетушке Юнхуа… — А как еще выживать, когда Мин Фэй разлил вокруг Закон Глубины? — раздался спокойный голос, когда сердце на пару секунд замерло. Лю Нинг создала костяную платформу, поднимаясь в воздух, чтобы приблизиться к пульсировавшей плоти: голос шел откуда-то из нее. — Я не ждал тебя так скоро. — Так получилось, — Лю Нинг бледно улыбнулась, положив ладони на поверхность. Холодная и… не такая осязаемая, как казалось со стороны. Она провалилась в привычную, спокойную, уютную тьму, внутри которой — справедливости ради, не внутри ее души — сидел на коленях Бай Лун. Он смотрел на нее острым взглядом белых глаз, выделявшихся на фоне черной склеры. — Отпустишь их? Они больше тебе не нужны.        Бай Лун не отреагировал — или так только казалось. Лю Нинг могла покляться, что дракон раздражен. Раздались странные звуки лопающейся ткани, она обернулась на стон — и вновь оказалась снаружи. Заклинатели, пришедшие за наживой, медленно вставали и оглядывались, а после замечали ее, положившую ладони на гигантское сердце. — Девушка, что ты?.. — Кто такая…        Они задавали вопросы вразнобой, но Лю Нинг чуть улыбнулась, ощущая движение Смерти внутри крепости-тела-бога. — Вам повезло, вы теперь свободны, — обрадовала она их, когда воронка, образовавшаяся в полу, просто выплюнула пленников наружу.        Черное сердце вновь втянуло ее в себя — и глаза сориентировались в кромешной тьме, находя белую фигуру дракона. — Что я должна сделать, чтобы помочь тебе? — спросила она, сев и повторив его позу, а потом, немного подумав, вежливо добавила: — Наставник.        Дракон смотрел на нее всё тем же взглядом, не шевелясь. Потом фыркнул. — Я чувствую в тебе Жизнь… Неприятно признавать, но ты всё больше напоминаешь Сиванму, — раздраженно признал он, а после требовательно протянул к ней руку. — Мне нужны твоя кровь и закон Жизни. Ты должна пожелать мне возрождения.        Звучало просто и ни разу не опасно. Нет, Лю Нинг допустила бы мысль, что Бай Лун может обмануть или попытаться поглотить ее, но их души были связаны, да и… Сиванму. Если он видел в ней хоть что-то от нее, вреда не причинит. Он мечтал забыть ее, но все равно помнил, даже стирая себе нарочно память.        И чувства Бай Луна назывались вовсе не «ненавистью».        Она вложила ладонь в руку Бай Луна. Спокойно наблюдала, как пальцы с острыми когтями сомкнулись на коже, как он притянул ее руку к острым зубам. Бай Лун вонзился клыками в запястье, сглотнул, а она призвала все свои знания и умения, чтобы по руке вместе с кровью заструилась энергия Жизни.        Лю Нинг искренне желала возрождения Бай Луна.

***

       После того, как множество пленных Заклинателей высыпались из фундамента… Замок Бога Смерти рассыпался скелетной крошкой, истаял, будто мираж.        Скелет резким ударом отбросил от себя очередных смельчаков — и бросился назад, его ладони подхватили фигурку… Божественная частица засветилась в черепе, покинула его и устремилась к девушке. Скелет обвалился сам в себя и распался, повторяя судьбу замка; лишь руки остались в воздухе, будто что-то иное держало их, осыпаясь медленнее, косточка за косточкой: от плечевого пояса до локтей, от локтей к кистям…        Заклинатели затаили дыхание, наблюдая, как на парящих скелетных ладонях сидит слишком юная — подросток даже — девица с распущенными фиолетовыми волосами и в руках сжимает белого дракончика, как бы не в половину ее тела. От них разило мощной энергией Смерти, но… Многие из Заклинателей узнали ее. — Она похитила нашу добычу! — крикнул культиватор, направив в сторону девицы по-прежнему обнаженный меч. — Божественная Частица Бога Смерти должна была стать моей! — взревел другой.        Атаковавшие ранее скелет теперь обрушили негодование на девицу и ринулись в атаку, другие — считавшие ее спасительницей, случайной или нет, — наперерез им. Битва почти случилась, когда… и эта добыча исчезла.        Ни девицы, ни дракона — только ладони, мгновенно рассыпавшиеся в пыль, словно потеряв былой якорь и источник энергии.

***

       Запах серы исчез. Вместо него пришел мягкий ветер и запах глициний.        Лю Нинг сильнее прижала Бай Луна к груди — его крошечная форма очень мотивировала обращаться с ним как с мягкой игрушкой. Даже если чешуя у него жесткая, а гребень и рожки кололись. Открывать глаза Лю Нинг в любом случае не хотела: чувства сигнализировали, что вокруг всё… не так. — Нинг-эр, ну что ты? Тебе же всегда нравились глицинии, — раздался почти позабытый, но до боли знакомый голос.        Лю Нинг стиснула Бай Луна так, что тот заскреб по ее ключицам и плечам когтями. — Я умерла? — ее голос дрогнул; вопрос был глуп, но какие еще объяснения?..        Знакомый смех, тепло ладони на волосах… сами собой покатились слезы. Ее хватка ослабла, и Бай Лун тут же вырвался, но отпрыгнул недалеко; его гибкий хвост хлестал из стороны в сторону, судя по тому, как он бился о ее бедро.        Бай Лун почти рычал на того, кто сейчас ласково гладил волосы Лю Нинг.        Она нашла смелость открыть глаза, увидеть того, кого и думала увидеть. Как и во сне, он ничуть не изменился — всё такой же юный, только более мужественный. Длинные черные волосы лишь частично убраны в пучок на затылке, остальной массой ниспадая на плечи. Глаза дракона, всегда казавшиеся полузакрытыми из-за формы века, полные сияния аквамарина. Даже рубашка — темно-синяя с белым узором карпов, совсем как в…        Он перебирал ее волосы. — Седина тебе не идет, — мягко заметил он, его рука замерла.        Лю Нинг всхлипнула; от слез его облик расплывался. — Ян… отец… — никакого больше «Ян-гэгэ»: она давно знала, как хотела бы по-настоящему его называть.        Только лишившись его, поняла, что для нее он намного больше, чем старший брат. Она вскочила с колен, чтобы обнять его, и его тело оказалось крайне осязаемым и теплым для призрака, и пахло глициниями, и… — Да, Нинг-эр, я здесь. Я с тобой, дочь, — он тепло говорил ей в макушку, его ставшие такими сильными руки прижимали ее к себе, и она застыла просто от того, что услышала звук.        Какой услышала звук.        Биение сердца в его груди.        Ван Ян — не призрак.        Ван Ян — живой человек.

***

       Не Ли места себе не находил. Они собрались вместе, найдя друг друга по Духовной Связи, Дуань Цзянь даже достал Духовный Плод (пусть Лу Пяо с подбитым глазом разорялся, что это его добыча), но Лю Нинг нигде не было! Даже упавший на хвост Сяо Нин мутный… Сяо Юй, вроде? Даже Сяо Юй, чья культивация превосходила местных на голову, Не Ли не раздражал: пусть Чэнь Линьцзянь разбирается с непонятным парнем, который активно настроился дружить с его невестой. Они всей компанией вернулись в лагерь, но и туда Лю Нинг не возвращалась. Куда могла пропасть ученица?! Стоит ему лишь на мгновение расслабиться, как она обязательно во что-то вляпается!        Ло Сяо, видя состояние драгоценного Мастера Начертания, распорядился отправить людей на поиски.        Принесенные новости не радовали: похожую по описанию девушку видели у гробницы Бога Смерти, но гробница исчезла, а после исчезла и девушка. Несколько спасенных обещали награду любому, кто знает хоть что-то, но Не Ли было не до наград.        Это точно Лю Нинг! Нашла, вероятно, Бай Луна, а уж что там с ней сделал мутный дракон… Не Ли не сомневался, что тот мог натворить что-то мутное, а Лю Нинг спас чисто ради собственной шкуры…        За несколько часов Не Ли под охраной Хэюйинь посетил место, где был дворец Бога Смерти. Никаких следов, только белая костяная крошка, усеивавшая всё кругом. Он побродил, сам не зная, что ищет, и закономерно ничего не обнаружил. Может быть, он ожидал записки?        С неспокойным сердцем Не Ли вернулся в лагерь, пытался культивировать и напитать энергией яйцо, вытащенное из сокровищницы Фэнсюэ, но возвращался мыслями к бедовой ученице.        До открытия Седьмого Круга Ада оставалось меньше недели. Лю Нинг стоило успеть вернуться, иначе… Не Ли точно не знал, что сделает. В этой жизни он совершенно не собирался терять кого-либо из близких — и совершенно точно не Нинг-эр! Только не ее…        Ему оставалось надеяться, что если она не вернется сама, то хотя бы пошлет гонца, как было в Темном Узилище. А когда Нинг-эр вернется, он все-таки прикует ее к себе крепчайшими цепями.        Чтобы не терялась больше!

***

       Ван Яна не убили Темные, не задрали демонические звери за пределами Светозара, он был живее всех живых. Они сидели у глицинии в саду, как он сказал, его личного дома на парившем в небесах острове, и он рассказывал все. Отправившись за пределы Светозара по указу главы клана, он забрался слишком глубоко в лес, а там встретил красивейшего демонического зверя — Оленя Пространства и Времени. Когда он попытался его поймать, то схватил за рог и… перенесся куда-то, в место, о котором ничего не знал, но где нашел особые сокровища.        Остров посреди океана оказался обнесен мощным барьером, что ему не под силу было преодолеть. На острове имелись все условия для жизни — и рыба, и дичь, и целые табуны абсолютно несъедобных Оленей. А еще… впрочем, на одну часть территории он попал не сразу: уровня культивации не хватало.        В уединении снедаемому беспокойством за нее и Лю Мэй Ван Яну приходилось каждую минуту тратить на культивацию, он даже смог поместить в Сосуд Души Дух Оленя, однако способности Пространства и Времени требовали освоения. После нескольких лет он добрался до того, что посчитал сокровищницей…        Лю Нинг слушала, не перебивая, просто наслаждаясь сердцебиением под ухом и голосом отца. Так комфортно было в его объятиях, что весь ее мир сузился до Ван Яна. — Там действительно было много сокровищ, но главным из всех оказалась книга Демонических Зверей Пространства и Времени. Внутри нее содержалось свое пространство, где время действовало иначе и были тысячи книг всех когда-либо существовавших техник и иных знаний… некоторые даже еще не изобретены. Я провел там достаточно времени, а потом нашел исторические записи. Сухие строчки сообщили мне, что Лю Мэй умерла. Что еще раньше, в возрасте трех лет, умерла Лю Нинг, — сказал он, и вся комфортность исчезла.        Она напряглась в его руках, вскинула лицо, беспомощно смотря на него. Он знает? Знает, что она…        Ван Ян тепло улыбался, нежно щурился аквамариновыми глазами. — Тсс, Нинг-эр, не бойся. Я знаю, что ты моя маленькая богиня Смерти, — он ласково поцеловал ее в лоб; горячие руки успокаивающе погладили ее по спине, перебирая распущенные волосы. — Кроме того, исторических книг там оказалось великое множество — и они с каждой минутой прибавлялись, записывая все варианты потоков времени. Даже в книге, которую я держал, строчки сменялись каждые пару минут.        Лю Нинг расслабилась. Любовь в словах и взгляд отца казалась неподдельной, и он ни в чем ее не обвинял. Да и в чем она виновата? В том, что перерождение Сиванму? — С помощью узнанных техник я смог несколько раз проникать в твои сны, но это не было полноценным общением. Прости, что оставил тебя так надолго.        Он зарылся носом в ее макушку, и она почти всхлипнула. — Неважно. Отец, неважно, я… я бы прожила всё это заново еще и еще, только ради того, чтобы увидеть тебя живым, — сказала она дрожащим голосом, впервые за долгое время ощущая себя по-настоящему маленькой девочкой. Как в детстве, когда игриво манипулировала отцом или матушкой Лю Мэй, чтобы получить лишний десерт или поиграть с ними. Какой-то груз, теснота в груди, мешающая полноценно дышать, исчезли. — Я так рада, что ты жив! Что я могу назвать тебя отцом! — она сильнее прижалась к Ван Яну, боясь, что он исчезнет, что всё — снова — сон.        Но ощущения говорили: всё реально. Даже духовные — от Ван Яна распространялась мощная и уверенная Духовная Сила, и… Закон Времени и Пространства.        Книга Демонических Зверей Пространства и Времени.        Не лаоши.        Наследники Кунмина.        Она всё же всхлипнула, поднимая взгляд. — Ты… наследник Кунмина? — тихо спросила она, не зная, что и думать.        Это же Ван Ян! Но Не лаоши… — Да, милая. Но это не важно, я не собираюсь убивать других наследников, если они не придут за мной сами. — Он уверенно улыбнулся, заправляя ее волосы ей за ухо. — Твой учитель, Не Ли, он тоже наследник? Ничего, он найдет книгу. Я ничего не забирал из сокровищницы, получив всё, что мне нужно.        Лю Нинг мгновенно расслабилась. Не лаоши ничего не угрожало, отец был с ней… и рычавший Бай Лун тоже; отойдя от первых потрясений, Лю Нинг представила его Ван Яну. Дракон не был в восторге, но он в принципе людей не любил. Лю Нинг же, захлебываясь от так фонтанировавших из нее, переполнявших её, но не доводивших до паники, а… счастливых эмоций, пересказывала отцу всё, что пережила. Даже если он читал это в книге в библиотеке вне Пространства и Времени — что есть сухие строчки против ее полных эмоций слов?        Ван Ян не отмахивался и не перебивал, слушал внимательно, смеялся с ней, грустил с ней, злился — за нее и с ней.        Лю Нинг начала с похорон Лю Мэй…        …голодные дни… поступление в Академию… проблеск любопытства от пари Не Ли — тогда еще не учителя, — с Шэнь Сю… охота на овцерогов… библиотека Академии… культивация… раскопки Гуланя с Чэнь Линьцзянем, все это время писавшим ей письма, ни одного из которых она не увидела… сейчас уже казавшиеся глупыми попытками сбежать через брак от Ванов… становление алхимицей — как бы плевалась матушка Лю Мэй!        …раскрытие ее сил как богини Смерти… общение с духом матери, Лю Мэй отправилась на перерождение… интриги в Светозаре… интриги в Темном Узилище… парад мертвых в ее исполнении, спасение для клана Серебряных Крыльев… битва с демоническими зверьми при Светозаре… то, как Бай Лун спас ее… спасение клана Шэньшэн… первое крупное путешествие за пределы Светозара… свадьба Чэнь Лея и Ян Синь… — Давай вернемся в Светозар, — мягко перебирая волосы абсолютно выдохшейся Лю Нинг, предложил вдруг Ван Ян.        У нее не нашлось сил даже на то, чтобы нахмуриться, но на опустевшей душе заскреблись нехорошие чувства. Лю Нинг, покидая город, преисполнилась уверенности, что больше в него не вернется. Почему? Не было же никаких реальных причин… Тем более спорить с отцом не хотелось: Светозар — его родина, с ней связано много воспоминаний, да и он мог соскучиться по тому же Чэнь Лею… — Но… я не хочу… — она едва шевелила языком, чтобы сказать это.        Она так устала, выплакивая всё, что накопилось, что наболело. Сама мысль о возвращении вынуждала выскребать из тела остатки сил, чтобы выдавить этот… капризный детский протест!        Лю Нинг не хотела в Светозар.        Но что за причины были у нее — не хотеть? — Мы ненадолго. Я хочу повидать родные места: меня не было там десять лет.        Ван Ян тепло улыбнулся, поцеловал ее в макушку и легко поднял на руки.        Она не сопротивлялась, согреваясь от ощущения, что снова маленькая девочка, которую отец укладывает в постель. Он невесомо шел по траве, неся ее бережно и заботливо, а за его спиной покачивалась на ветру глициния. Дом пах свежим деревом и чернилами, а постель — цветами. Ван Ян уложил ее на мягкую кровать и укрыл одеялом, пожелав сладких снов.        Да, Заклинатели ее уровня могли не нуждаться во сне долгие дни, но она эмоционально и физически опустошила себя общением с отцом, долгожданным и таким невероятным воссоединением… но утром — не окажется ли всё ещё одним видением… нет, ещё одним сном? Никакого Ван Яна рядом не будет?        Тяжесть запрыгнувшего на кровать Бай Луна успокоила. Она все-таки сомкнула веки, даже не подумав, что Не лаоши будет волноваться из-за долгого отсутствия.        …Проснулась Лю Нинг с ощущением спокойствия и комфорта. Ей ничего не снилось, но она ощущала, как спокойно стала течь ее духовная энергия, как ее тело наполнилось силой и бодростью. Она улыбнулась, зарываясь носом в подушку.       Глициния. — Твой отец мне не нравится. От него пахнет кровью. И ты забыла о своем учителе, — вместо «доброго утра» ее встретил ворчливый Бай Лун.        Его новое тело, юное и неуклюжее, было тем самым заветным перерождением, которое смогла ему выдать Лю Нинг. Еще больше разбрасывался бы осколками божественности — она бы вовсе его только в змею смогла бы переродить! Слова Бай Луна хлестнули по сердцу, как не хлестал даже кнут тетушки Юнхуа.        Лю Нинг села, нахмурившись, рассматривая его абсолютно бесстыжие глаза. — Отец спас нас — ты не видел, что те Заклинатели атаковали нас? Я бы не отбилась от них, тем более с тобой на руках, — она попыталась вдохнуть и выдохнуть, вернуть утраченные равновесие и рациональность. Слова неприятно царапали, засев в голове. — Мало ли, почему от отца пахнет кровью… и… я не забыла о Не лаоши, просто…        Оправдания крутились на языке, но были именно что оправданиями. Вчера Лю Нинг успокоилась тем, что отец не собирается убивать Не лаоши из-за соперничества наследников Кунмина… — Ты третий день спишь. Тот рыжий человечишка, наверное, уже всё Подземелье перевернул, — выдохнул дым из ноздрей Бай Лун.        Он мог бы казаться смехотворным в своей крошечной форме, однако почему-то смеяться не тянуло.        Три дня…        Лю Нинг встала с постели, она осмотрелась — обычный деревянный дом. Новый. С дверью… в коридор с лестницей на первый этаж. Она ступала босыми ногами по деревянным доскам, прислушиваясь к звукам. Ничего. Но на первом этаже за столом читал Ван Ян. Заметив Лю Нинг, он улыбнулся…        Все мысли вылетели из головы. Топая по полу, она бросилась на него, крепко обнимая отца. — Доброе утро, Нинг-эр, — он ласково потрепал ее по волосам, усадил на стул рядом и налил чай. Она боялась отвести от него взгляд, разрываясь от любви и счастья. Отец рядом, живой, здоровый, сильный! Сейчас-то она в полной мере ощущала, что он перешагнул Божественный ранг, а может и шагнул дальше, Не лаоши иногда мог обмолвиться о ступенях выше. — Готова вернуться в Светозар? — ласково спросил Ван Ян, и она застыла с чашкой в руках.        Светозар?.. — Я… — она все еще не хотела. Иррациональная вера, что она туда не вернется, и какое-то внутреннее сопротивления заставляли ее хмуриться и не соглашаться. Могла ли она сказать отцу, чтобы он возвращался без нее, а она побудет с Не лаоши? Нет. Она не хотела расставаться с отцом… и в Светозар не хотела. — Мне нужно передать Не лаоши, что со мной. Я спала три дня? — неловко перевела тему она, вспомнив о словах Бай Луна.        Ван Ян снова тепло улыбнулся, погладил по голове. — Я уже отправил ему письмо, что забрал тебя. Не переживай, — мягко успокоил он, и Лю Нинг без сомнения перевела дух. Возможно, Не лаоши будет ворчать и ругаться, однако его хотя бы уведомили, что она не нашла очередные приключения на голову. — И да, ты долго спала… Давай навестим Чэнь Лея? — так же резко перевел тему отец.        Лю Нинг понимала, что он рад бы увидеться со старым другом…        Она через силу кивнула, не найдя в себе сил согласиться вслух. Она любила дядюшку Ченя, правда, но Светозар…

***

       Поиски ни к чему не привели, а ближе к ночи посреди лагеря Хэюйинь возник величественный олень с сияющими голубыми рогами. Олень Времени и Пространства, для которого не существовало закрытых дверей. Он нес во рту плотный бумажный конверт, который отдал в руки только Не Ли — когда приближались другие, он просто телепортировался прочь, чтобы через секунду вновь возникнуть на прежнем месте.

«Благодарю за заботу о моей дочери, наследник Кунмин. Меня не интересует борьба за наследие и против Императора, тем более когда ты важный человек для моей дочери. Лю Нинг со мной в безопасности. Увидимся в Светозаре, если так распорядится судьба.

Ван Ян».

       Тот, кого так трепетно любила его ученица, тот, кого считала отцом. Тот, кто — по идее — был много лет мертв. Спокойствия письмо не принесло. Еще наследник Кунмина! И вновь не посягавший на Не Ли, потому что Лю Нинг… ладно, старик из Темного Узилища просто задолжал ей ответную услугу за брата, а еще считал Не Ли неоперившимся птенцом, с убийства которого не получит выгоды. Но этот Ван Ян?        Не Ли ничего о нем не знал! — Это же хорошо! У Лю Нинг наконец-то вернулся отец! — Сяо Нин искренне радовалась за подругу, когда Не Ли рассказал, что поиски можно сворачивать. — Интересно, насколько мощный? Как думаете, будет драться с легендарным Е Мо? — Лу Пяо не меньше был взбудоражен новостью, но, разнообразия ради, получил подзатыльник от нее, а не от Сяо Сюэ. — Зачем им драться? Лю Нинг уже сказала, что Фэнсюэ ей не семья, — почти прошипела резко сменившая настроение Сяо Нин, не замечая, как вздрагивает Е Цзыюнь. — В любом случае, у Лю Нинг всё хорошо, и вести о ней мы получим в Светозаре. Сейчас стоит сосредоточиться на прохождении испытаний Владыки Подземелья, — постановил рассудительно Хуянь Джиан.        Не Ли и хотел бы огрызнуться, но… мальчишка прав. Они здесь, чтобы войти на Седьмой Круг Ада и пройти испытания Владыки; Не Ли должен найти для друзей достойных учителей. В одиночку, как в прошлой жизни, он не выстоит — ему нужные мощные союзники и товарищи. Только сердце все не на месте, продолжая ныть по безрассудной ученице…

***

       Для отца теперь не существовало понятие долгого путешествия: ему подчинялись Законы Времени и Пространства. Почему же он не пришел раньше?.. Нет, это же отец, он прикладывал все силы, чтобы вернуться! Мысль мелькнула глубоко внутри, но ушла. Лю Нинг ни в чем его не винила — он ведь действительно вернулся!        Вознамерившись пойти в гости к Чэнь Лею, он просто взял Лю Нинг за руку… Бай Лун в последнюю секунду успел прыгнуть на ее плечо, прежде чем они вышли из голубого сияния прямо в огромное помещение главного зала. Украшенного гербами с глициниями.        Она была здесь за всю жизнь ровно один раз — когда Хуянь Ланьжо выкупила ее у клана Ван. Глава клана в окружении советников изменился в лице. Такого напряженного и неверящего взгляда она никогда не видела у него, даже когда сама вешала ему лапшу на уши, подыгрывая версии тетушки Юнхуа, что скорбна умом… — Ван Ян?.. — и голос охрип.        Отец улыбнулся — только не осталось и искры тепла, которое он дарил Лю Нинг. Когти Бай Луна впились в ее плечо, почти пропарывая рубашку, а она боялась дышать. Энергия Смерти закручивалась внутри, чуя что-то куда быстрее юной хозяйки.        Ван Ян даже не пошевелился — а глава клана растворился в воздухе, чтобы возникнуть прямо под высоким потолком, едва задев его седой макушкой… и мешком рухнул вниз, пусть успел перегруппироваться и не пострадать от падения. — Рад приветствовать свой дорогой клан, который так заботился о моих жене и дочери, — с той же улыбкой сообщил Ван Ян, все еще мягко сжимая руку Лю Нинг.        Только энергия Смерти спасала Лю Нинг от того, чтобы рухнуть на колени, подобно старейшинам, от давления его ауры. Любой намек на радость угас в стальных глазах главы клана. — Ты пришел не воссоединиться с нами, — хрипло, но твердо озвучил свое озарение он.        Это почти кнутом хлестнуло по натянутым нервам Лю Нинг. — Отец? — она посмотрела на него, сжимая его пальцы.        Застывшая улыбка на его лице казалась неестественной, как маска. Ван Ян отпустил ее руку, но тут же ласково погладил по голове. — Смотри, моя драгоценная. Клан Ван, причинивший нашей семье столько боли, сегодня окажет нам величайшую помощь, — его голос лился нежным и ласковым журчанием, как когда-то в детстве, когда он читал ей сказки. Сердце Лю Нинг затрепетало закованной в клетку птицей. — Их кровь и смерть вернут нам Лю Мэй. Думаю, такого количества жертв достаточно, чтобы ты ее вернула? — аквамариновые глаза обратились на нее.        Смерть? Смерть всех в клане Ван? Чтобы вернуть Лю Мэй?! — Отец, матушка отправилась на перерождение! Она уже живет другую жизнь! — Она же уже говорила об этом отцу, как он мог забыть?! Это недоразумение?!        Отец не изменился в лице. Его полуприкрытые глаза нежно смотрели на него. — Разве это важно? Лю Мэй должна жить с нами, — отмахнулся от ее доводов Ван Ян.        Лю Нинг ощутила, как сдавило ее горло. Сердце, быстро бившееся в груди, будто оборвалось и растворилось во тьме, съевшей все мысли и вылизавшей череп изнутри.        Должна? Вырвать душу из ее следующего перерождения, насильно оборвав жизнь, — и вернуть в эту?.. Она даже не вздрогнула, когда похожие на аквамарин тончайшие кинжалы пронзили горло и грудь главы клана, расплескивая кровь на богатые ковры пола. Старейшины зарычали; они что-то кричали, сыпали проклятиями. Кто-то ринулся в атаку, а кто-то — к дверям. Вторым перерубило руки то же самое сиявшее аквамариновым полотно. Подобные, как листы стекла, изрубили на куски и нападавших.        Ни они сами, ни даже брызги не достигли Лю Нинг и Ван Яна.        Смерть клубилась с теплом, исходившим от свежей крови. Лю Нинг стояла, почти не дыша, смотрела на окровавленные, изрубленные человеческие куски, но не видела. Улавливала покидавшие легкие последние вздохи, тревожившие голосовые связки, — но не слышала. Ее мысли метались в панике, перебирая картины произошедшего, как разрозненные фрагменты, но не наполнялись осознанием.        Вспышка холодного аквамаринового света — и на пропитавшийся алой, яркой, тёплой кровью ковер упала Ван Юнхуа. Ее покрытое косметикой лицо скривилось, медленно наполняясь паникой и страхом при взгляде на мягко улыбавшегося Ван Яна. Она рискнула оглядеться и… подняла окровавленную ладонь к глазам. Увидела тело главы. Ее рот распахнулся — и в таком же виде ее голова плавно соскользнула с плеч, рассыпав черные волосы вокруг.        Крик потонул в робко булькнувшей из ровного среза на шеи крови.        Вдох не проник в легкие Лю Нинг.        В холодном сиянии возникли две девушки, неотличимые друг от друга, как две капли воды, их серые глаза одинаково наполнились недоумением. Но Ван Сюин заметила отрубленную голову матери и преисполнилась ужасом, а Ван Сюли зло и недоуменно уставилась на Лю Нинг…        Внутри они вовсе не сгнили, как считала она, не хранилось внутри их тел и желчи, которой они плевались по примеру Ван Юнхуа. Вполне обычная красная кровь. Теплая.        С запахом железа.        Следом появились еще женщины — она знала, кто это, угадывая лишь по их одеждам — жены старейшин. Молодые и старые… — НЕТ!        Раздирая горло и легкие, крик прорвался наружу, но будто не был услышан. Безжалостные полупрозрачные лезвия, как гильотина, разделили каждую пополам. — Отец, нет! — энергия Смерти закручивалась вокруг, стекалась к Лю Нинг, но не ластилась, нет.        Колола не холодом, а теплом остывающих тел, горечью чужой и совершенно не ее свершившейся местью. Бойней.        Не было в этом настоящей справедливости, не было благородства. Лю Нинг сорвалась из-под прикосновения Ван Яна, вставая перед ним и перегораживая собой очередную партию появившихся людей — подростков!        Аквамариновые лезвия пролетели сквозь нее, не разорвав ее плоть, — но она слышала падавшие позади тела. — Нинг-эр, моя драгоценная, не переживай так. Они лишь расходный материал, который поможет нам вернуть Лю Мэй. Представь: мы снова все вместе, как семья. — Ван Ян впервые двинулся с места.        На его губах все еще была улыбка — но наполнившаяся нежностью и любовью. Его горячие ладони легли на щеки Лю Нинг, согревая заледеневшее лицо, и она только сейчас ощутила влажные соленые дорожки на щеках.        Нет.        Нет. Нет. Нет.        Это ночной кошмар.        Этого не может быть.        Мечтала ли она о мести клану Ван? Желала ли им забвения? Представляла ли их мучительную скоропостижную смерть?        Нет. Не так. Не…        Это не суд.        Не месть.        Бойня, как скота. — Нет, — Лю Нинг захрипела, всхлипывая, по дорожкам ее слез потекла энергия Смерти, затапливая ее глаза клубящейся тьмой. Медленно, по крупице собиралась над головой ее костяная корона, когти покрывали почерневшие ногти, прятали черневшие до ладоней пальцы, впивались в запястья Ван Яна — но еще не пытались оторвать его руки от нее. — Бесконечного Дао никому не избежать. Даже богов ждут перерождение или забвение…        Слова Лю Мэй, истина, которая открылась Лю Нинг, которую она неоднократно видела: судьба причудлива, но отпустивший жизнь идет на перерождение, а задержавшийся даже духом рано или поздно получает то, что заслужил… — Моя маленькая богиня, ты властвуешь над Дао и перерождением. Ты вернешь нам Лю Мэй с маленькой помощью клана Ван — и у нас всё будет как прежде, но лучше, — ласково увещевал Ван Ян, перебирая ее волосы, пока пыль окутывала фигуру Лю Нинг, заковывая в доспехи.        Отгораживая.        Аура Ван Яна давила, подавляла, пыталась покорить и подчинить. Его слова лились нежно, ластясь, уговаривая, вплетаясь в беззаботное сладкое время, когда всё действительно было хорошо… Лю Нинг задыхалась и от эмоций, как если бы вновь сняла чокер после многих лет ношения, — и от чужой силы.        Чужой силы.        Бай Лун в его маленьком драконьем теле, такой живой, но такой уязвимый, хлестал яростно белым хвостом и весь напружинился, как перед броском.        Нет.        Ван Ян и его может убить.        И не только…        Лю Нинг сглотнула, кутаясь в энергию Смерти, как в единственную защиту и успокоительное, и только разгоравшийся внутри закон Жизни берег ее тело от того, чтобы Смерть просто слизала плоть и кровь с ее костей. — Персиковый сад Сиванму. Чтобы вернуть… маму… мне нужно туда, — сказала Лю Нинг, смотря в глаза… да, отца.        Ее ли — или кривое отражение отца самой Сиванму?        Почему всё должно было быть так?.. — Конечно. Раз Лю Мэй ушла на перерождение, жертв недостаточно, — покладисто согласился Ван Ян и вновь провел по ее макушке, ничуть не смущенный царапавшей его костяной пылью. — Ты всегда была у меня самой умной девочкой, Нинг-эр, — ласково похвалил он, как тот самый Ван Ян из детства…        И они ушли. Оставили залитый кровью главный зал клана Ван — и разве что слуг и младенцев.        Бай Лун вновь в последний момент взлетел на ее плечо, исчезая с ней и Ван Яном.        Лю Нинг не хотела возвращаться в Светозар.        Не таким образом.

***

       Испытания Кругов Ада не казались такими уж сложными: связь Душ определенно помогала им, пока один прорывался вперед, другие подтягивались, и вся мощь от прорыва на новый ранг разделялась через Сосуд Души Не Ли. Чрезвычайно удобная система, но… Не Ли нервничал. Раздражался. Лю Нинг не было рядом. Следовало не слушать ее опасений и возражений, что ее энергия Смерти может кому-то навредить, и втянуть ее в формацию! Тогда бы он хотя чувствовал ее!        Отсутствие вестей выбивало из равновесия. Он обещал себе, что позаботится о ее безопасности…        Стычка с Повелителем Демонов, тоже оказавшимся среди проходивших испытания, взбодрила, только ненадолго. В Светозар они возвращались радостные от перспектив и возможности отправиться в целый другой мир — Край Драконьих Руин, — все, кроме Не Ли. Что он в Краю не видел? Лю Нинг с ними не было! Как она сможет поступить в одну из сект Края Драконьих Руин, если никакой наставник не то что не присмотрел ее в ученицы, а даже в глаза не видел?..        Светозар тоже встречал их радостно — только мрачные Ян Синь и Чэнь Лей спросили Не Ли о Лю Нинг… и рассказали, что случилось с кланом Ван. Это не могла сделать его ученица! Имела право за всё, что клан Ван делал и не сделал для нее, но не стала бы. Не та, кто спасла клан Серебряных Крыльев и Шэньшэн, не та, кто спасла пленников Бай Луна… Те Заклинатели Подземелья, желавшие отблагодарить ее, рассказали, что были лишь сосудами духовной силы для бога смерти. Кто, как не Лю Нинг, уговорила Бай Луна отпустить их? И она убила бы клан Ван?..        Даже детей?        Сыкун Бию понятия не имела, где ее госпожа; ощущала энергию Смерти, но не на огромных дистанциях. Всё, что могла сказать она — Лю Нинг жива.        Не Ли мрачнел. Его ученица жива… и в руках Ван Яна, наиболее вероятно замешанного в убийствах: кому еще? В Светозаре никому не было выгодно падение клана, не такие они крупные игроки и не отдавили ноги всем соседям.        …Дни тянулись в мрачном ожидании, Не Ли упрятал раздражение глубоко внутри, только оно не исчезло, а росло как снежный ком. Ему не хватало Лю Нинг. Язвительности ученицы, ее редкой мудрости, ее почти по-детски искреннего любопытства. Просто — ее.        В Подземелье он еще мог утешать себя, что ей наконец хорошо вновь встретить Ван Яна, только после новостей в Светозаре и эта иллюзия истаяла, отняв единственное успокоение. Как Не Ли теперь мог верить, что с ученицей хорошо обращаются?!        Старик Е Янь в теле куклы-птицы спикировал к медитировавшему в саду Не Ли. Непривычно молчаливый, он протянул лапку, к которой была привязана короткая записка. И что за секретность? Кто вообще смог поговорить со стариком?..        Не Ли мгновенно узнал почерк и сорвался с места, перетекая в форму Демона-Тени, — и понесся по заборам и крышам. Поместье Ван. Озеро.        Лю Нинг ждала его там!        Призрак. Не Ли, увидев хрупкую фигурку на берегу заросшего озера опустевшего поместья, в первую секунду подумал, что видит призрак. Но нет, это была она! С распущенными фиолетовыми волосами, в которых серебрилась седина, в белом ханьфу и белых брюках. — Лю Нинг! — он сам не понял, как налетел, как сгреб в объятия и уткнулся в теплую шею…        От нее сладко пахло глициниями — не совсем ее аромат, не хватало горечи трав, но это была она. Не видение, не призрак, не… какая-нибудь самозванка! Он ощущал ее знакомую энергию Души, выученную за многие совместные медитации, и пусть энергия Смерти спряталась где-то глубоко, это точно была его ученица! — Прости, учитель.        Лю Нинг мягко коснулась ладонями его спины, слабо отвечая на объятия. Не Ли готов был простить ей всё сию же секунду, слишком преисполненный радости от ее возвращения. Только тон голоса смущал, и… Не Ли отстранился, заглядывая в такие родные ониксовые глаза.        Она извинялась не за то, что случилось, а за то, что грядет, — это он понял сразу. — Что… что ты задумала?        Резко пересохли губы; сердце, прежде радостно стучавшее, замерло в ожидании удара.        Лю Нинг призрачно улыбнулась. Ее мягкие ладони опустились, лишая его ее прикосновения. — Если я не потороплюсь, Ван Ян найдет меня. Я уже спрятала Бай Луна, чтобы он восстановил силы… он придет тебе на помощь, когда ты позовешь, — она сняла с пальца темное колечко — то самое, которое ей досталось в наследство от матери, со всеми ее сокровищами. И надела на палец Не Ли. От украшения едва ощущалась энергия Смерти. — Ван Ян не будет преследовать тебя или Светозар — он будет слишком занят моими поисками. Инь Юэру… прости, Не лаоши, она не называла тебе имени… Прорицательница из Края Драконьих Руин подтвердила мои мысли, что мое время не пришло. Сейчас я обречена, подобно Сиванму, бежать…        Лю Нинг тяжело вздохнула, выпуская вместе с воздухом все ошеломляющие новости.        Прорицательница из Края Драконьих Руин, не называвшая Не Ли своего имени?.. Его… его наставница?.. И Лю Нинг получила от нее предсказание? И что значит «подобно Сиванму, бежать»?! — Мы же справимся вместе! Можем что-то придумать… — Не Ли сильно сжал плечи ученицы, смотря на нее с отчаянием.        Она уходит. Уходит так далеко, чтобы Ван Ян не нашел и был полностью занят поисками, возможно, обратно в мир, в котором жила ее душа до перерождения! Туда, куда ему и в ближайшие сто лет не добраться!        Лю Нинг все еще призрачно улыбалась — и Не Ли не знал, хочет он стереть ее улыбку или с темной жадностью запомнить до мельчайшей черточки. — Я собираюсь вернуться, когда стану достаточно сильна… — Или я найду тебя, когда стану достаточно силен, — подхватил Не Ли, опустошенно опуская лоб на плечо ученицы.        Ее холодные пальцы приятно легли на его загривок, перебирая его волосы. Она уже все решила — а у него не было иного решения. Если Ван Ян настолько силен, если его наставница… Инь Юэру?.. Узнал же наконец ее имя… Если она уже дала ответ Лю Нинг, что он может? Он слишком слаб.        Как и всегда, когда это критически важно. — Когда ты будешь в Краю Драконьих Руин, достань из кольца мою энергию. Пока меня и Бай Луна нет в пространствах миров, связанных Законами, кто-то может попробовать достигнуть божественности. Скорее всего, Демоны. Поэтому тебе, учитель, придется стать центром силы своей глупой ученицы.        Она тихо хмыкнула. Он вторил, сильнее зарываясь носом в воротник ее ханьфу. Очередная сила Закона? Запросто, Лоза в Сосуде его Души поглотит! И… сентиментально, но это частица Нинг-эр. — Пообещаешь мне, что, когда мы снова встретимся, дашь мне шанс поприветствовать тебя не как ученицу? — глухо спросил Не Ли, слабо сжимая руки вокруг талии Лю Нинг. — Не лаоши? — явно рефлекторно выпалила она, и он скривился.        Раньше его сердце наполнялось гордостью, а сейчас? Горечь прощания и понимание стены, которую многим труднее преодолеть, чем расстояние в ее предстоящем путешествии… — Я не смогу свататься к ученице, поэтому… поэтому я надеюсь, что после долгой разлуки… — он растерял всё красноречие и все еще зарывался лицом в ее ханьфу, не желая видеть ее глаза.        Как она на него посмотрит? Как на Е Мо?.. — После долгой разлуки вернемся к этому разговору, учитель, — Лю Нинг согласилась, но в своем стиле.        Не Ли разочарованно выдохнул. Даже перед столь длительной разлукой она на прощание не потешила его призрачным шансом — обезоруживающе честна, как и всегда…        Слова были сказаны, а те, что крутились на языке, уже не имели смысла и не стоили того, чтобы быть озвученными. Лю Нинг точно и рада бы встретиться еще с кем, но спешила, даже писем написать не успела. Не Ли тоже не был готов, нечего даже дать ей в дорогу, нечего добавить к сказанному…        Он едва заставил себя отпустить Лю Нинг, и она пошла к озеру.        Энергия Смерти перед его глазами едва колебалась; по берегу распускались полупрозрачные белые лотосы, сияющие в лунном свете.        Лю Нинг нырнула в холодную воду, отправляясь на самое дно. Как когда-то маленькая Лю Нинг утонула здесь, как когда-то Сиванму растворилась в Черном Роднике, — так и Лю Нинг сбегала через уже существовавший узелок двух разных пространств, чтобы по великому пути Дао ускользнуть прочь от измерения культиваторов. Ни переродившийся Не Ли, ни дорвавшийся до знаний и одержимый Лю Мэй Ван Ян, ни сам Император, главенствовавший в высших сферах мирского мироздания, не могли пройти по пути, проложенному Жизнью и Смертью.        Лю Нинг отправилась дальше, чтобы получить силу, которая поможет ей отвоевать свою свободу. Фантомный лотос покачивался рядом с её плечом, роняя изредка на пути и сразу наращивая новый на его место по лепестку, похожему на белое перо.        Или даже на пух.