Портрет принцессы и другие коротульки по картинкам

~10 апреля 1912 года, день отправления «Титаника» ~ Парня Сэм заприметил сразу, еще на подходе к пирсу. Наметанному взгляду такие за версту маячат: потертая шляпа, скромная, но приличная одежда, в руках — видавший виды чемодан. А главное, в глазах — полнейшая дошел-до-ручная бездомно-песья безысходность.  Что ж, пора начинать охоту. Под весёлое чириканье разодетых пассажиров, торжественное громыхание ледяных глыб багажа и призывное гудение черно-белого трансатлантического великана, Сэм ходил за парнем в течение часа, чтобы довести до нужной кондиции, а там двинул наперерез, с силой вбиваясь в плечо. — Ох, прошу прощения, сэр, я так неуклюж, — запричитал он, собирая вылетевшие из сумки документы. — Что вы, это я вас не заметил, мои извинения, — пробормотал парень вполне искренне, нагибаясь за последней бумажкой, которую Сэм почему-то забыл поднять. Отдал не сразу — неотрывно смотрел на заветный билет: бездомный пес заметил на витрине говяжью вырезку. — Вы… Поздравляю, вы счастливчик, — сказал, протягивая драгоценность. — Новая жизнь в новом месте, что может быть прекраснее? Сэм взялся за билет с другого конца, но отбирать не спешил. Они так и стояли, словно в рукопожатии, разделенном листом бумаги. — О, к сожалению, не далее чем вчера моя удача повернулась ко мне полным шлюзом, — вздохнул Сэм. — Маменька слегла с пневмонией; кто же еще останется сиделкой, кроме как ее любимый — и единственный — сын: опора, надежда и гордый наследник сундука с атласными лентами и глухого попугая? — Пальцы, держащие билет с другого конца, побелели, но их обладатель угрюмо молчал, так что Сэм продолжил: — Вот я и ищу, кому бы продать билет — даром бы отдал, да лечение маменьки, сами знаете, влетит в копеечку. Да пустое это: отъезд через час, где же мне найти спасителя, что будет готов… — Считайте, что вы его нашли, — резко сказал парень. Глаза его яростно сверкнули: бездомный пес увидел, что хозяин магазина взял с витрины мясо и направился с ним к двери. — Сколько? Сэм пригляделся: главное не прогадать. Скажешь слишком много — уйдёт, слишком мало — заподозрит неладное. Да Сэму не впервой; он таких хороших парней насквозь видит. — Тридцать фунтов, сэр.  Бездомный пес гавкнул, подпрыгнул, потёк слюной — мясник маячил куском жирной говядины перед самым носом. — По рукам.  Сэм улыбнулся: ешь, Бобик, приятного аппетита.  Теперь главное вовремя убраться: скоро псина поймет, что в зубах у нее не сочный ломоть, а пластиковый муляж, и присутствовать при этом крайне неразумно. Такие откровения лучше делать в интимной обстановке: ты и полицейский. Сэм на этом свидании лишний. Он попятился, сжимая мятые фунты в кулаке, а потом бросился, ведомый запахом еды, в сторону портового паба. Как всегда, вот уже двадцать с лишним лет, он был дьявольски голоден.

***

~15 апреля 1912 года, утро после крушения «Титаника» ~ Очередной обладатель потрепанного чемодана и безысходности в глазах нашёлся быстро. Сэм похрустел поддельными билетами в кармане — на этот раз на «Мавританию» — и приступил к преследованию.  — Ох, простите… — начал он привычно, врезавшись ничего не подозревающей дворняге в плечо, но чьи-то сильные пальцы обхватили локоть. — Ах, дружище, до чего же ты неловок, — проворковал над ухом голос, и бульдожья хватка на локте усилилась. Недоуменно глядящей на них дворняге голос посоветовал: — Вы идите куда шли, сэр, мы тут сами справимся.  Когда свидетель нейтрализовался, Сэм наконец-то решился взглянуть захватчику в лицо — правда, он и так знал, кого увидит. Такую морду не забыть.  — Ну, бить будешь? Или легавым сдашь? — спросил он, призывая на помощь всю наглость, щедро оставленную давно почившей в долговой яме маменькой. Парень усмехнулся, отпустил локоть, а потом сделал то, чего Сэм, при всем своем опыте в собаководстве, никак не ожидал: парень его обнял. — Ты чего? — опешил Сэм. Вместо ответа парень продемонстрировал утреннюю газету. Сэм пробежался по заголовку. — То есть, ты мне жизнью обязан? — хмыкнул он, подбочениваясь. — Я тебя от смерти спас?  — От тридцати фунтов ты меня спас, пройдоха! — засмеялся парень — звонко, свободно. Прошлой безысходности в глазах и в помине не было. — Но от чего ты меня точно спас, так это от желания удавиться, а на крайний случай уехать на другой конец света. Жизнь — это все-таки чертовски здорово. Главное не забывать, что все проходит, и всегда можно начать заново. — С этим трудно поспорить, — улыбнулся Сэм: смех парня был заразителен. Они постояли напротив друг друга, качаясь на каблуках. — Дэриан Стивенсон, — протянул руку парень. — Сэм Бюввей, — повторил движение Сэм. Они снова застыли в рукопожатии, только теперь между их пальцами не было билета. — Не хотите ли выпить стакан виски, мистер Бюввей? — спросил парень. — Я угощаю. Сэм мотнул головой: — Лучше угостите меня куском хорошей говяжьей вырезки, мистер Стивенсон. Я дьявольски голоден.