Упс, кажется, я приютила монстра

Неловкое молчание повисло в комнате. Чонгук ждал, когда Т/и наберется смелости сказать то, что ее так сильно беспокоит. Юноша смотрел, как девушка нервно теребила край футболки, кусала губы и боялась подступиться. Со вздохом, неко приблизился к девушке, заставляя ее покраснеть до кончиков ушей, накинул на ее плечи плед, а потом сел перед ней на корточки, обхватывая чуть холодные руки своими. Его губы касались холодной кожи, отчего казалось, что он оставляет ожоги даже своим дыханием. — Я не знаю, что тебя так сильно беспокоит, но ты не должна бояться открыться мне. Помнишь, когда я признался тебе в любви? Ты обещала мне, что будешь честна со мной. Однако, если ты не готова мне все рассказать, я не буду пытать тебя. — На губах Чонгука была теплая улыбка, он взял руки девушки и приложил к своим щекам, согревая. — Это касается… Интимной жизни… — Проговорила Т/и, отводя взгляд в пол. Чонгук резко перестал улыбаться, предчувствуя серьезный разговор. Он рукой взял Т/и за подбородок, заставляя смотреть на него. — Я уже говорил, что перегнул вчера палку. Прости, что напугал, я не хотел этого. Как я и сказал, я подожду того момента, когда ты будешь готова. — Неко поднялся с места, сжимая Т/и в объятьях. Он думал, что успокоит ее этим, но напряжение все еще чувствовалось. Юноше оставалось лишь отпустить девушку и смирно сесть обратно в кресло. Кажется, это не все, что хочет ему сказать его любимая, и это очень напрягает, даже пугает Чонгука. — Я боюсь того, что ты снова начнешь поддаваться эмоциям, как вчера или как в тот раз, когда ты оставил мне засос на шее. Мне страшно. — Сказала девушка, смотря в глаза парня. Кажется, он растерялся, нахмурился. Он потупил взгляд, откидывая голову назад и тяжело вздыхая. — Дай мне пару минут. — Ответил юноша, погрузившись в свои мысли. Он понимал, почему Т/и боится, это пугает и его самого. Он не может дать девушке надежду и смелость, потому что сам не владеет собой. Его кроет от ревнивых мыслей, кроет от небольшой наготы девушки. Словно телом уже управляет кто-то другой, готовый в любую секунду заполучить такое желанное тело девушки. Чонгук тоже боится, что навредит ей. В своих снах, когда день был особенно насыщенным, юноша увлекался на столько, что душил Т/и, а в реальности сильно сдавливал талию девушки и зачастую кусал в шею. Та жаловалась на синяки, жалела неко, считала, что у него кошмары, а он лишь стыдливо закусывал губу, потому что делал это далеко не из-за кошмаров. Гук заводится от любого стона Т/и, стоит ему в шутку прижать девушку или слабо укусить, она мычит, а ушки Чонгука уже подрагивают, в голове рисуются пошлые картинки. — «Если мы сделаем это, станет ли мне легче?» — Всегда спрашивал себя Чонгук, не зная, как ему поступить. Больше всего на свете он боится потерять Т/и, причинить ей боль, потому лучше держать свои похотливые мысли при себе, подальше от любимой. — Милая, я хотел бы сказать, что сдержусь, но не могу. Давай отложим этот вопрос на какое-то время. — Проговорил юноша, смотря на Т/и. Она уже выглядела не такой напуганной, скорее, обеспокоенной состоянием Чонгука. Девушка увидела, что это тревожит не только ее, но и самого Чонгука, он боится сделать что-то не так, потому ей становится легче. Улыбнувшись, девушка уверенно кивает головой. — Во всяком случае, не убьешь же ты меня? — С ума сошла?! — Воскликнул юноша, но в глубине души очень запереживал. Он и сам не знает, на что способен. Если во сне он мог спокойно душить Т/и и получать от этого удовольствие, то сможет ли сделать то же самое в реальности? Сможет ли он убить ту, что любит всем сердцем? Нет, определенно нет, даже когда его разум затуманен, он осознает, что Т/и — его мир, и тронуть ее никак нельзя. Такое уже было, когда он чуть не убил человека на ее глазах. В миг юноша вернул былое хладнокровие. Он успокоился, решая, что ничего не сможет сделать, если будет просто переживать. — Тебе полегчало? — Улыбнулась Т/и, погладив Чонгука по голове. На губах юноши тоже появилась улыбка, он обхватил руку любимой и поцеловал. — Прости, что снова нагнал на тебя сомнения. Все хорошо, я сделаю ради тебя что угодно. — Парень стискивает девушку в объятьях, нежно целует в губы и поднимается с места. — Куда ты? — Ни о чем не беспокойся, я просто хочу встретится с другом. Обещаю, я вернусь очень скоро. — Чонгук выглядит таким же счастливым и жизнерадостным, а не нагруженным, как в прошлые дни. Т/и успокаивается, видя его таким, потому отпускает его.

***

— Добро пожаловать. — Говорит парень, потряхивая в руках стакан для смешивания коктейлей. Да-да, опять наш любимый друг Мин Юнги, который сегодня работал в ночную смену в клубе. Чонгук снял капюшон, махая другу и усаживаясь за барную стойку. Видно, что Юнги приятно удивлен его визитом, потому быстро расправляется с коктейлем, подает его какой-то барышне, что сидела рядом. Провожает незнакомку с улыбкой на лице, а потом поворачивается к другу. — Что привело тебя сюда? — Налей чего-нибудь крепкого, потом и поговорим. — Ответил Чонгук, на что Юнги ловко налил в стакан коньяка и подал с кусочком шоколада. — Итак, слушаю. — У тебя все в порядке с личной жизнью? — Чонгук начал издалека, выпивая коньяк. Ему не особо нравится такое, но сейчас ему очень необходимо было снять стресс за весь день. Однако, чувствовал он себя гораздо лучше, чем утром. — У меня ее нет. — Буркнул Юнги, с видом, будто Гук специально об этом напоминает, словно издевается, показывая, как хорошо ему в отношениях. Лишь потом наш недалекий друг осознал, что проблемы как раз таки у Чонгука. — Что у вас с Т/и стряслось? — У тебя никогда не было такого, словно твоим телом управляет кто-то другой? Когда ты не осознаешь, что делаешь? — Вновь спрашивает неко, будто не услышал вопроса Юнги. Бармен задумался, немного озадаченно смотря на Гука. — Это обычное дело для неко. — Мин проговаривает те самые слова, на которые надеялся Чонгук. Он желал их услышать. Ему хотелось знать, что это не с ним что-то не в порядке, что есть кто-то, кто может понять его метания. Он с огромным и неподдельным интересом устремил взгляд на Юнги. — Мы и не люди, и не звери. Мы и то, и другое. Потому в тебе помимо человеческого порой пробуждаются инстинкты зверя. Это вполне нормально. — Я боюсь, что могу навредить Т/и. — Не исключено, что ты и в правду навредишь ей. Но это лишь потому, что ты совсем молод и начал жить с людьми позже других неко. Я тоже часто ловил себя на мысли, что хочу убить кого-то из людей, но это лишь юношеские гормоны, когда любая неприязнь перерастает в ненависть. Ну, что-то вроде того. — Юнги налил еще один стакан другу и облокотился о стойку. Чонгук выпил, хотя, приходить домой пьяным тоже не особо хорошая идея, но он по чуть-чуть успокаивался, в его голове начинало укладываться то, что юноша не мог разложить, как бы ни старался. — Мне нужно лишь подождать? — С надеждой во взгляде спросил Чонгук. — Успокойся, это пройдет со временем. Но я вот о чем переживаю… Понимаешь… — Парень вдруг замялся, потирая шею и не зная, как бы намекнуть другу. Как мы уже говорили, Юнги не особо хорош в намеках, поэтому решил сказать как можно мягче, но по факту. — Скоро весна, а ты впервые с девушкой живешь, к тому же, плохо себя контролируешь. — Именно поэтому я здесь… — Обреченно вздохнул юноша. — Оу… Уже.? — Уже. — Могу посоветовать хороший магазин для взрослых, наручники там, чтоб Т/и была уверена, что ты своими ручонками не… — Юнги! — Перебил его Чонгук, краснея. — Чем больше ты грузишь себя мыслями, что натворишь дел, тем больше вероятность, что ты и в правду их натворишь. Не забивай себе голову, просто сосредоточься на том, чтобы сделать своей любимой хоро… — Юнги, да сколько можно?! — Снова воскликнул Гук. Юнги засмеялся, похлопав друга по плечу. — Надеюсь, я тебе помог? — Ты не представляешь, на сколько!