Лига Несправедливости

С самого утра Билла преследовало какое-то странное чувство, будто вот-вот должно что-то случиться. Или уже случилось. Или случается прямо сейчас. Тревожность не покидала его до самого выхода из дома. Он довёл Джорджи до поворота к его школе и даже после того провожал взглядом стайку бумажных корабликов, плывущих по свежим лужам вслед за ним. С друзьями он встретился только у школы. Ребята стояли у выхода, рядом с мусорными баками, как и многие другие ученики. Пробившись к ним, он наконец увидел, что собрало всех здесь. На дороге стояла полицейская машина, из самой школы выходили полицейские, ведя за собой собак. — Что п-происходит? — спросил Билл, оглядывая площадку перед школой. — Ты не слышал? — откликнулся Бен, — Бетти Рипсом пропала. Билл пригляделся к людям, стоявшим у машины, и узнал женщину. Это была мама Бетти, он видел её несколько раз. Она с надеждой смотрела на выходящих полицейских, но те лишь хмуро качали головами. — Говорят, она вчера пошла в школу и не вернулась домой, — продолжал Бен, — Учителя говорят, что и в школе ее вчера не видели. — Всю ночь искали, — Ричи подошёл ближе к ним, — Школа — последнее место, где ещё не смотрели. — И её т-там нет, — задумчиво кивнул Билл, сочувственно смотря на плачущую мать Бетти. — Может, ещё найдётся, — попробовал убедить их Ричи и подтолкнул ребят к зданию школы, — Всего день прошёл. Может, она у какого-нибудь парня заночевала? Решила оторваться и все такое? — Только не Бетти, — взволнованно сказала Беверли, отрывая взгляд от машины, — Это не в её стиле. — Не будем загадывать, — Бен положил руку ей на плечо в успокаивающем жесте, — Пойдёмте лучше на урок.

***

Билл не знал, кто придумал поставить в расписание два урока биологии в неделю, но кто бы это ни был, этот человек явно хотел, чтобы они страдали. Первые полчаса терпеть Хуилу ещё можно, но последние пятнадцать минут, когда ему самому надоедало вести занятие, выносить его было практически невозможно. Билл старался не двигаться и вообще ни коим образом не привлекать к себе его внимание. Он был занят Стэном и своими неуместными шутками вперемешку с идиотскими кличками. Только этот человек мог так выводить Стэна из себя, что у того начинался нервный тик или другие признаки крайнего раздражения и стресса. Ричи гоготал над каждой идиотской или пошлой шуткой, а Эдди уже отбил себе пальцы, пиная его под партой. Стэн упрямо молчал на каждое замечание, листая туда-сюда тетрадь и всеми силами стараясь показать, что он слишком занят для того, чтобы участвовать в этом цирке. — Мистер Д-д-дик, — Билл решился поднять руку, привлекая к себе внимание учителя, — Вы не-е-е задали домашнее зад-дание. — Точно! — воскликнул учитель, и Билл заметил несколько пар глаз, возмущённо смотрящих на него, — Спасибо, Б-б-бил! Все скажите ему спасибо, я про домашку вообще забыл. Билл проигнорировал убийственные взгляды одноклассников. Все-таки благодарный взгляд Стэна того стоил. — Он уделяет т-тебе слишком м-много внимания, — покачал головой Билл. Стэнли мазнул по нему неопределенным взглядом и снова уткнулся в тетрадь, быстрыми и нетерпеливыми движениями пролистывая исписанную тетрадь. — Я заметил, — как можно спокойнее попытался ответить он, но в голосе все равно сквозило раздражение. Стэн перестал судорожно листать тетрадь и остановился, прикрыв глаза. Тихо вдохнул и так же тихо выдохнул. Все ещё сжимая в пальцах край листа тетради, он открыл глаза и поднял тяжелый взгляд на учителя, лениво объяснявшего суть домашнего задания. — Хуила, — с чувством выплюнул Стэн и крупно вздрогнул, вдруг отдернув руку от тетради, — Черт! Он разжал кулак, демонстрируя маленькие капельки красной крови, оставшиеся на ладошке. Кровь сочилась из узкого прореза на указательном пальце. Стэн нахмурился и захлопнул тетрадь, о страницу которой он порезался. Билл заерзал и пододвинулся ближе, осматривая порез. — У м-меня с соб-бой пластыри, — он поспешно наклонился к рюкзаку, — Сейчас. Стэнли кивнул и сунул порезанный палец в рот, слизывая кровь. Билл нащупал в рюкзаке несколько полосок новеньких пластырей и кинул их на стол, тут же открывая один и отклеивая от липких краев бумагу. Аккуратно обхватив пластырь пальцами, он раскрыл его и кивнул, чтобы Стэнли продемонстрировал место пореза. Тот с тихим чмоканьем отнял палец от губ и протянул руку Биллу. — Так, где он там? — он наклонился ближе, замерев с пластырем в руках, и прищурился, — Не вижу. — Вот, — Стэн поднял вторую руку и обхватил подушечку пальца, слегка нажимая, чтобы порез немного окрасился красным. И когда ничего не произошло, он сжал подушечку уже двумя пальцами, нахмурившись, — Эм. Он немного растерянно оглядел ранее порезанный палец, а затем всмотрелся в каждый. Может, он уже с ума сходит, и облизывал не тот? Он все ещё чувствовал фантомную боль в указательном пальце, она была настоящей ещё несколько секунд назад. Билл растерянно следил за его действиями, пока в голове медленно и со скрипом двигались шестеренки. — Эм, кажется, он больше не кровит, — Стэн хмурился, выглядя довольно сильно обескураженным, — Спасибо, Билл, пластырь не нужен. — С-стэн? — неуверенно начал Билл, и парень поднял растерянные глаза на него, — Пореза во-о-о-обще нет. — Нет же, — он вновь вгляделся в то место, где раньше был порез, — Он есть, просто крови нет. Это нормально. Настало время Билла хмуриться. Он поймал руку друга за запястье и поднёс к своему лицу. — Тут н-ничего нет, — твёрдо сказал Билл и поднял взгляд на Уриса, — Стэн… Стэнли вырвал руку из хватки парня и сцепил пальцы в замок. — Не важно, — Стэн поджал губы и замолчал. Билл решил его не дёргать, но весь оставшийся урок косился на его руки.

***

— Клянусь, он т-там был. Я сам видел, — негромко вещал Билл, натягивая спортивные шорты, — И Стэн это видел. Он глянул на Стэнли, который хмуро сверлил взглядом футболку. Урис посмотрел на друзей и едва заметно поморщился. — Ты не можешь быть точно уверен, — он все-таки потянулся к спортивной форме, чтобы надеть её, — Может, там его и не было, а нам просто показалось. — Я з-знаю, что я в-в-видел, — не унимался Билл. Ребята молчали, пока Билл рассказывал о том, что случилось на уроке. Тем более Стэн начал отнекиваться и спорить с ним, чего не было очень давно. А это значило, что произошло что-то действительно из ряда вон. — Ты придаёшь такой мелочи слишком большое значение. Может, это вообще ничего не значит, — ответил он и одернул футболку, заправляя её в шорты. — Блин, Стэн, ты теперь неуязвимый? Как Росомаха! — весело хмыкнул Ричи откуда-то из футболки. Эдди нахмурился и дернул её вниз, освобождая его. — Я не Росомаха, — раздраженно цыкнул Стэн, — Нет у меня неуязвимости. — Всегда можно проверить, — не унимался Ричи. Он потрепал Эдди по волосам, но получил по руке, и ему пришлось переключить все внимание на Стэна. — Только подойди ко мне, — предупреждающее протянул Стэнли, сузив глаза. — Не нужно ничего проверять, — вмешался Бен, — Давайте потом с этим разберёмся. Стэн раздраженно взмахнул рукой и пошёл к выходу. Ребята обеспокоенно переглянулись, но продолжать тему не стали. Если Стэн не хочет об этом говорить, они не будут настаивать. Они вышли следом. Учитель уже строил класс, и они встали на свои места. Приветствие всегда проходит одинаково, поэтому каждый мог повитать в облаках. Эдди обдумывал реакцию Стэна на то, что с ним произошло, и не понимал. Разве это не здорово — открыть в себе нечто подобное? Эта способность только во благо, не как у Бена или Билла. Кстати о Билле. Он выглядел обеспокоенным и явно не получал удовольствия от своих сил. Он же теперь мог делать такие успехи в спорте! А на физ-ре мог быть самым первым и самым успешным. Хотя Билл слишком честный, чтобы так мухлевать. С другой стороны он не виноват в том, что ему достались именно такие способности. Беспокойство Билла ощущалось почти физически. Почему он вообще… — Сегодня мы играем в вышибалы. Генри, Стив, набирайте команды. Эдди замер. Теперь беспокойство ощущал не только Билл, но и все, кто знал о его силах. Ему нельзя играть в чертовы вышибалы. О Боже. Это плохо. Это очень плохо. Эдди поднял руку. — Нет, Каспбрак, ты будешь заниматься со всеми! — строго гаркнул учитель, и Эдди уныло опустил руку. Стив тем временем выбрал первого члена команды, и Ричи присоединился к нему, стукнувшись с ним кулаками. После Ричи повернулся к Эдди и, сложив пальцы в нихрена не утешающем жесте «окей», что-то зашептал Стиву. При следующем своём выборе Стив взял в команду Каспбрака. Эдди хорошо бегал и уворачивался, но никогда не попадал мячом в противника, поэтому он был средним игроком. Его бы и так взяли в команду, но он все равно порадовался, что это не Бауэрс. Генри тем временем, с неохотой признавая успехи Билла и Беверли в спорте (или хотя бы на уроках физкультуры), взял их к себе в команду. Билл загнанно осмотрел обе команды и поплёлся к своей. Уже там он видимо принялся собираться с мыслями. Беверли же старалась держаться подальше от большого скопления людей. Наконец, без команды осталось два человека, и решающий выбор был за Стивом. Бен, прошлое которого никто забывать не спешил и по умолчанию ставил его в один ряд с неповоротливыми толстяками. И плевать, если он им уже не являлся. И Стэн, который в принципе не переваривал физкультуру и при любом удобном случае сливался из игр. Эдди краем глаза заметил мельтешение со стороны ждущей решение команды и обернулся. Это был Билл, который пытался привлечь его внимание. И когда Эдди наконец его заметил, он указал сначала на самого Эдди, а затем на Ричи, что явно означало «держись рядом». Каспбрак закатил глаза, но все равно кивнул, сдержав улыбку. Билл такой Билл, когда переживает за них. Стив остановил свой выбор на Бене, и Стэн, словив недовольный взгляд Бауэрса, поморщился и пошёл к своим друзьям. Но было видно облегчение на его лице, когда он понял, что не играет против Билла. В этом было бы мало приятного. Они распределились по полю. Пришла пора решать, кто выбивает. Взлетела монетка — команда Стива задержала дыхание. С тихим звяком она попалась в капкан учительских рук. Команда Бауэрса взяла мячи. Эдди смирился с тем, что скорее всего не переживёт броска Билла, и отошёл за Ричи, надеясь, что мячи просто будут лететь мимо. Начал Бауэрс, тут же выбивая какого-то парня, затем Беверли, промахиваясь. Билл слабо сжимал в руках мяч и под тяжелым взглядом капитана все-таки кинул его в место, где почти не было людей. Вопреки совсем слабому движению рук и кистей Билла, мяч полетел будто снарядом из пушки, отскочив от пола и полетев в потолок. Кто-то взвизгнул, снаряд достиг потолка, отскочил и полетел обратно в пол, после чего — в стену и чуть не угодил в учителя. — Полегче, Денбро! — крикнул учитель, — Ты так убьешь кого-нибудь! Билл пробубнил извинения и попытался скрыться в задних рядах своей команды. Беверли по обыкновению охватил азарт, и она, отобрав мяч у кого-то с задних рядов, начала активный обстрел Бена. Хоть кто-то здесь веселится. Игра началась в полную силу. Беверли наконец выбила Бена. Затем выбыли ещё пара человек, после чего их команда впервые перехватила мяч. Он с неожиданной легкостью приземлился в руки Ричи. Тозиер, победно вскинув руку, не целясь, запустил мяч в команду противника. Стэн, не рассчитывающий на то, что на него вдруг совершится нападение, успел только дёрнуться в сторону, но мяч все-таки задел его, ощутимо ударив по кисти. Он зашипел и глянул на Ричи. Тот только пожал плечами и развёл руками, безмолвно приглашая его присесть к остальным выбитым. Потирая ушибленную руку, Стэнли с облегчением приземлился рядом с Беном. К концу игры Эдди чудом оставался на поле, уворачиваясь от мячей. Иногда с помощью Ричи, иногда своими силами. Ричи, кажется, наслаждался игрой, особенно после того, как снова поймал мяч и выбил Бауэрса. Когда мяч снова оказался в руках Билла, Эдди поспешил скрыться за спиной Ричи, полагая, что в него снаряд не полетит. Кто бы мог подумать, что мяч все-таки полетит именно в Ричи, который без труда увернётся, сделав шаг в сторону. Отскочив от пола, мяч (по ощущениям кусок металла) врезался Эдди в живот. Все внутри взорвалось острой болью, и Эдди рухнул на колени, заскулив. Ричи с Биллом первые подскочили к нему. Увидев виноватое лицо Билла, шепчущего извинения, Эдди изобразил кривую улыбку и повторил недавний жест Ричи, подняв руку и изобразив указательным и большим пальцем букву «О». — Все хорошо, — пискнул он, — Почти не больно. Наверное, у него бы что-нибудь там всмятку разбилось, не напряги он свои зачатки пресса. Когда Эдди помогли добраться до лавочки, игра возобновилась. Стив, тоже начавший ловить мячи, выбил часть вражеской команды, отправив на скамью и Беверли. Вскоре выбили и Стива. Ричи вновь поймал мяч и, снова особо не целясь, со всей силы запустил его в двух оставшихся одноклассников. Билл, который от остальных мячей и не думавший уворачиваться, на этот «выстрел» внимания и не обратил бы, если бы мяч не прилетел ему точно в лоб. Он завалился назад и проморгал момент, когда его сокомандник выбил Ричи, лишь слегка шаркнув мячом ему по плечу. К друзьям Ричи возвращался довольный и абсолютно целый. Билл держался за лоб. Кажется, там останется шишка. — Будем думать, что мы в расчете, — усмехнулся Эдди, уже не держась за живот. Билл слабо улыбнулся, убрав руку ото лба. Ричи присвистнул. — Прости, Билли, — сказал Ричи, и в его голосе было ни капли сострадания, — Хорошо тебе прилетело. Стэн одарил его мрачным взглядом и, потерев налившуюся синяком кисть, поднялся. Беверли уже ушла в раздевалку, им тоже пора было уходить из зала.

***

Уроки у них закончились, поэтому ребята одевались неспешно. Стэн переодевался медленно, каждый раз болезненно морщась, когда что-то ощутимо касалось больной кисти. Билл, переодевшись, уже успел добыть в столовой лёд, и теперь ждал остальных, приложив его ко лбу. Беверли тоже была здесь. Она никогда особо не разделяла с другими девочками боязнь мужской раздевалки. В конце концов она миллион раз видела ребят в труселях. Ничем другим они её удивлять и не собирались. Ричи сидел рядом и до сего момента молчал. Недолго. — Так ты все-таки не неуязвимый? — обратился он к Стэну, тыкая пальцем в его руку. Стэнли возвел глаза к потолку и отошёл подальше. — Как я и говорил. Нет у меня никакой неуязвимости. — Может ты что-то сделал после того, как поранился? — Бен стоял спиной к друзьям, методично собирая свою форму. Стэн пожал плечами, не припоминая, чтобы он делал что-то особенное. По правде говоря, он надеялся, что это случайность, что никаких сил у него нет, и он будет и дальше жить своей скучной непримечательной жизнью. — Он засунул палец в рот, — вдруг выдал Билл так уверенно, будто безупречно помнил каждый момент своей жизни. И этот в том числе. Если бы он так же хорошо помнил про домашки… — Чувак, — воодушевленно сказал Ричи, не сдерживая весёлой усмешки, — У тебя волшебный рот! — У меня обыкновенный рот, Ричи, и я уверен в этом на все сто процентов, — терпеливо ответил Стэн, садясь на лавочку, чтобы дождаться друзей. — Чего тебе стоит проверить? Оближи руку! Если у тебя «обыкновенный рот», то ничего не произойдёт, — Тозиер схватил больную конечность друга чуть ниже травмы и слегка встряхнул её, — Максимум обслюнявишь её. Стэн выдернул руку из его хватки, болезненно поморщившись. Там уже был синяк, и он болел. — Я не буду этого делать, — отчеканил он, выделяя каждое слово. — Мы можем отвернуться, — предложил Бен. — Я не буду, — возразил Ричи. И, получив укоризненные взгляды друзей в свою сторону, продолжил, — Что? Он может нас надурить. За ним надо проследить! Ричи от него не отстанет. И все остальные были не против его безумных идей. Глубоко вздохнув, мысленно успокаивая себя, Стэн приподнял руку за локоть на уровень губ. Запястье уже опухло, и появился большой синяк. Не поднимая взгляда, Урис стал приближаться к руке. Он набрал побольше слюны и широко лизнул больное место. Стэнли чувствовал себя глупо, и то, что при этом все его друзья наблюдали за этим, не делало ситуацию менее идиотской. Он снова посмотрел на свою руку и с внутренним облегчением не заметил изменений. Однако радовался он недолго, потому что синяк стал медленно бледнеть. Тогда он лизнул ещё раз, и в том месте часть синяка окончательно пропала. Стэн смотрел на свою руку и пытался понять, как ему к этому относиться. С одной стороны это та самая морока, с которой он не хотел связываться. С другой — это была очень полезная способность, которая никак бы не помешала его повседневной жизни, даже наоборот помогала бы. Он глубоко вздохнул и опустил руку на колени. — У меня волшебный рот, — заключил он в смешанных чувствах. Подняв наконец взгляд на друзей, он увидел перед собой удивлённые, но радостные лица. — Это действительно хорошая способность, Стэнли! — просияла Беверли, — Но «лечебная слюна» звучит получше, чем «волшебный рот». — А ты можешь вылечить СПИД, пососа… — Господи, Ричи, закрой рот! — воскликнул Эдди, пихнув того в плечо. Ричи ойкнул, пошатнувшись, и развёл руками. Он со всем раскаянием посмотрел на Стэна, но тот, судя по виду, ни на секунду не поверил. — Получается, у нас всех есть способности! — начал Бен, — Значит, они появились у всех детей. Ребята замолчали, неловко переглядываясь. Эдди упер взгляд в пол, сложив руки на груди, и с досадой поджал губы. — Н-не у всех, — тихо поправил Билл. — Да они наверняка у тебя есть, Эдс, — как можно веселее заявил Ричи, положив руку на плечо друга, — Может… — Не нужно меня жалеть, — напряжённо сказал Эдди, — У меня может и нет никаких способностей. Может, это и хорошо, моей маме бы это не понравилось. Он дёрнул плечом, сбросив с себя руку Ричи, игнорируя обеспокоенные взгляды друзей. — Значит, не нужны мне никакие суперсилы, — сказал Эдди. В его голосе сквозила обида. Он опустил руки, сжав их в кулаки. Он хотел сказать что-то ещё, но в последний момент передумал и стремительно направился на выход из раздевалки. Выскочив за дверь, он скрылся с глаз друзей. — Я его догоню, — бросил Ричи и пустился следом. Дверь хлопнула. Ребята обменялись удивленными взглядами, когда со стороны выхода снова послышались шаги. В проходе появился их тренер. — Марш, на выход! Это мужская раздевалка. — Ладно, — Беверли тяжело вздохнула и подняла свою сумку, — До завтра, мальчики! — Я с тобой. Пока, ребят, — Бен впопыхах накинул рюкзак на плечо и быстрым шагом пошёл за ней на выход. — Где Каспбрак? — спросил учитель, когда дверь снова хлопнула. — Он т-т-только вышел. Думаю, он где-то н-недалеко. Больше ничего не сказав, тренер повернулся и со скрипом кроссовок скрылся за дверью, оставив оставшихся Стэна и Билла одних. Пользуясь возможностью больше не позориться перед всеми, Стэн продолжил… вылизывать свою руку. Боль уже почти прошла, и синяк был почти не виден. Он уже даже не обращал внимание на пристальный взгляд Билла. Котя. — Ты что-то сказал? — Стэнли поднял на него вопросительный взгляд. — Н-н-нет. Тебе пок-к-казалось, — Билл поспешно отвёл взгляд. Собравшись с мыслями, он выдохнул и, указав на свой больной лоб, спросил, — Ты не мог б-бы пом-мочь мне с этим? — Я могу в тебя плюнуть, — хмыкнул Стэн, позабавлено прищуриваясь. — Может, есть более щадящий способ? — Билл повернулся к нему всем телом, соприкасаясь с его ногой голенью и коленом. Стэнли задумчиво посмотрел на лоб друга и кивнул. Он набрал в рот побольше слюны и лизнул свою ладонь, смачивая её. Билл внимательно наблюдал за его действиями. Ему хотелось смеяться от нелепости ситуации, но одновременно с этим он чувствовал себя немного неловко. Не каждый день просишь кого-то обслюнявить тебе лоб. Стэн поднёс мокрую от слюны ладонь к голове Билла и быстро приземлил её на лоб парня. Раздался характерный шлепок. — Ауч, — Денбро поморщился от боли из-за потревоженного ушиба, но не отстранился. Вскоре боль ушла, и он расслабился. Рука Стэнли приятно холодила лоб. Билл прикрыл глаза, концентрируясь на исключительно приятных ощущениях. Никто из них ничего не говорил и не двигался, ожидая непонятно чего. — Как думаешь, долго нужно держать? — тихо спросил Стэн. — Не знаю, — на той же громкости ответил Билл. От чего-то ему было неловко открывать глаза. Он сидел и старался не шевелиться. Может быть просто не хотел портить момент? Эм. Какой ещё момент? Он просто попросил друга вылечить ему лоб! — М-может, — он открыл глаза, — минут… Билл замер, мгновенно потеряв мысль. Стэн смотрел прямо ему в глаза. И почему-то тоже не торопился что-то говорить. Билл чувствовал, что нервничает, и понимал, что это не от того, что он переживал за результат их небольшого эксперимента. Прошло не более пары секунд, а такое ощущение, будто они сидят так уже не первый час. -…пять, — выдавил Денбро, не отводя взгляда от зелёных глаз напротив. Стэнли моргнул. Затем он моргнул ещё раз, будто проснувшись от долгой задумчивости, и отнял руку ото лба Билла. Он перевёл взгляд на место ушиба и неопределённо вздохнул. То ли удивлённо, то ли с волнением. — Ну что там? — нетерпеливо выпалил Билл, поспешно отводя взгляд, и касаясь пальцами своего лба. После ладони Стэна его собственная рука казалась неприятно горячей. — Ничего, — ответил Стэн, — То есть, там больше ничего нет. Нет ушиба. Билл тут же принялся ощупывать свой лоб, надавливая и массируя, чтобы убедиться, что да, боли больше нет. Посмотреть на себя в зеркало он не мог — все зеркала в мужской раздевалке давно уже побили. — Спасибо! — он благодарно улыбнулся. — Я просто обслюнявил тебе лоб, — хмыкнул Стэн и поднялся, — Но пожалуйста. Оставаться дольше в раздевалке не было смысла, и парни, не торопясь, покинули её. У выхода из зала сидел Ричи, развалившись на узкой лавочке. Он вытянул ноги и, оперевшись затылком о стену, со скучающим видом осматривал потолок. — Ричи, — Билл окликнул его, когда они уже подошли к выходу, — Я дум-м-мал, ты пошёл за Эдди. — Так я и пошёл. Только его перехватил тренер. А я жду Эдса здесь, — ответил Ричи, меняя позу и разминая затёкшие мышцы шеи. Должно быть, он уже давно так сидит. — Тогда мы пойдем, — бросил Стэн и, махнув рукой, вышел из школы. — Ага, до завтра, — отозвался Ричи и кивнул на тихое «п-пока» от Билла. Тозиер проводил его взглядом до самого выхода и вздохнул, удобнее устраивая затёкшую пятую точку на неудобной лавочке. Его обоняние уловило фантомный запах сигарет с каким-то сладким привкусом. Но он даже не повернулся в сторону запаха, скучающе скользя взглядом по разрисованным шкафчикам. — Я такой гей, — тихо заявили с того же бока, и Ричи весело хмыкнул. — Ага, есть такое, — пробормотал он и все же перевёл взгляд на своего собеседника. На светлой кудрявой голове некрепко сидела чёрная кипа, одет он был в строгий белоснежный костюм. Из кармана жилета тянулась золотая цепочка от карманных часов. Парень элегантно поправил розовое боа, лежащее на плечах вместо талита. Он покачивал ногой, закинутой на другую ногу. Между пальцами был зажат мундштук, откуда будто тонкой нитью тянулся сигаретный дым. Зелёные глаза задумчиво смотрели в сторону выхода. — Жаль я не могу просто купить его за свои еврейские деньги, — вздохнул он, стряхивая на пол серый пепел. — Эх, Стэнли, — покачал головой Ричи, — Не всё в этом мире можно купить за деньги. «Стэнли» обречённо кивнул и затянулся сладкой отравой из своего мундштука, выпуская парочку идеально ровных колец дыма. — Если бы было иначе, Эдди давно бы жил с тобой. Ричи озадаченно нахмурился. — Эй, не забывай, что из нас двоих гейский гей — ты, а мы с Эдди лучшие друзья, — он выпрямился, предупреждающе глянув на собеседника. — Знаешь, ты мог бы и почаще звать его к себе, — протянул «Стэнли», задумчиво покачивая ногой, и Ричи зажмурился и отвернулся, ослеплённый блеском его ботинок, — В смысле, одного. — Я не понял, — нахмурился Ричи, — Я тебя придумал, чтобы ты мне на мозги капал? — С кем ты разговариваешь? Тозиер вздрогнул от неожиданности и обернулся, сталкиваясь взглядом с Эдди. — Ни с кем, — бросил Ричи и поднялся. «Стэнли» закатил глаза. Эдди вопросительно выгнул бровь, оглядывая Ричи с головы до ног. Видимо, сканируя на предмет опасных симптомов. Не найдя ничего необычного, он пожал плечами и, судя по всему, решил не акцентировать на этом внимание. — Ты меня ждёшь? — спросил Эдди, кидая взгляд на скамейку, на которой до того расположился Ричи. Тозиер кивнул и потащил его к выходу, чтобы поскорее уже свалить из школы. И покинуть «Стэнли» заодно, а то вон как смотрит. Хотя он всегда смотрит так, будто бесконечно устал от жизни в голове Ричи. — Что сказал тренер? — Опять звал на легкую атлетику, — вздохнул Эдди, выходя из школы вслед за Ричи. — И почему ты никак не присоединишься? — спросил Тозиер, — Ты ведь хорошо бегаешь. — Если мама узнаёт, её точно инфаркт хватит. Она все ещё уверена, что у меня астма. Они прошли перекрёсток, проходя мимо улицы, по которой обычно шли домой. По негласному решению они пошли длинным путём. После школы Эдди и Ричи всегда шли домой вместе, но этот путь казался слишком коротким, чтобы наболтаться в своё удовольствие, поэтому они частенько ходили этой дорогой. — Слушай, — начал Ричи после недолгого молчания, — Может, у тебя суперскорость? Эдди сначала всерьёз задумался над этим, но затем вспомнил сегодняшний урок физкультуры и только махнул рукой. — Не. Если бы я был такой быстрый, то это явно помогло бы мне сегодня на вышибалах, — опроверг предположение Эдди, стараясь не выдавать голосом своё расстройство. Но Балабол был бы не Балаболом, если бы не заметил этого. — Да не переживай ты так, — протянул Ричи, хлопая его по спине, — Наверняка твои способности просто незаметны. Как у Стэна. Вот мы бы так и не узнали об его целебных соплях, если бы он не порезался о бумагу. «Не соплях, блин, а слюнях, Ричи», - подумал Каспбрак, но решил не озвучивать свои мысли. Эдди вздохнул, раздосадовано качая головой. Ему надо бы радоваться за Стэна, ведь его способности оказались безобидными и очень даже полезными. Эдди чувствовал себя ужасным другом, потому что завидовал ему. Как бы ему хотелось нечто подобное! Столько проблем бы сразу же улетучилось! Учитывая его образ жизни, придирки его матери, его собственную неудачливость, эта способность была бы лучшим вариантом для него. Но она досталась не ему, а Стэну. Тому, кто вообще не хотел никаких способностей! — Эй, — окликнул его Ричи, положив руку на плечо, — Не переживай об этом, я на все сто процентов уверен, что у тебя тоже что-то есть. Просто это нужно найти. Эдди поджал губы, промолчав. Он разглядывал асфальт под ногами, редкую траву и камни, не особо заостряя на чем-либо внимания. Каспбрак видел боковым зрением, что Ричи задумчиво осматривает его профиль, и хотел было поблагодарить Балабола за поддержку, но тот продолжил говорить. — Знаю! — воскликнул Ричи, хлопнув в ладоши, — А давай устроим тебе тест на способности? Я составлю список супергеройских сил от самых популярных до самых бесполезных, и мы каждый пункт проверим. Как тебе идея? Эдди задумался. Если список будет большой, то у них будет реальный шанс «найти» его способность. Есть даже вероятность открыть её в себе случайно, пока они будут проверять другие. Эдди заметно приободрился и воодушевленно кивнул. — А давай! — согласился он и наконец улыбнулся, повернувшись к другу. Ричи выглядел довольным собой и своей идеей и оттого тоже улыбался. Он продолжил говорить и говорить по своему обыкновению, выдвигая новые предположения, и светился такой уверенностью, что Эдди невольно заразился его настроением. Он уже и забыл, что всего каких-то пять минут назад чувствовал себя несчастным.

***

— Мама, я дома, — негромко известил Эдди о своём прибытии и повесил ключи на крючок у двери, — Мам? Он заглянул в гостиную, где Соня обычно смотрела телевизор. Она оказалась на месте — в своём кресле. Женщина хмуро смотрела в яркий экран телевизора, щурясь, будто бы пыталась разглядеть каждый пиксель мерцающего изображения. Миссис Каспбрак держала в руках пульт, звук был выключен. Видимо, она выключила его, когда Эдди вошёл. — Бетти Рипсом… — просипела она, — Она твоя одноклассница? Эдди кивнул, чувствуя, как атмосфера дома давит на него. Везде было темно, окна зашторены, и единственным источником света был экран телевизора. Он подавил это чувство и включил свет в коридоре, после проходя в гостиную к матери. — Да, она вчера… — Пропала, — закончила за него Соня и наконец оторвала взгляд от телевизора, чтобы посмотреть на сына. Эдди переминался с ноги на ногу. Он только кивнул, не имея больше никакой информации об этой истории. — Вы дружили? — спросила миссис Каспбрак, тяжело отрываясь от спинки креста. — Нет. — Хорошо, — удовлетворенно кивнула она, — А у неё была… болезнь? Эдди непонимающе моргнул. Болезнь? Ох, точно. Она же так называет эти сверхъестественные способности. — Способности, — поправил он мать, — Я не знаю. — Наверняка были, — закивала она, опираясь руками о подлокотники кресла, — Ещё одна жертва собственной глупости. Эта болезнь делает этих ненормальных детей вообще без тормозов. — Мама, ты не можешь знать точно, — нахмурился Эдди. — Нет, я это знаю. Точно знаю, — она встала, эмоционально взмахнув руками, — Эта болезнь затуманивает рассудок и без того глупых детей. Они пропадают один за другим, потому что вляпываются в неприятности! Но больше всего я боюсь, что она заразна! Соня вдруг шагнула к Эдди и схватила его за руку, глядя ему в глаза испуганным взглядом. — Эддичка, я так боюсь, что твой слабенький иммунитет всё же не выдержит натиска болезни. Ведь абсолютно каждый ребёнок в этом городе болеет ею. «Не каждый», — в мыслях поправи её Эдди, припоминая Бауэрса. Соня стиснула его руку сильнее, поднимая её за предплечье на уровень его глаз. Эдди ойкнул и попытался выдернуть конечность из цепкой хватки матери. — Ай, мам, мне больно! — Эдди, мой маленький сыночек, я боюсь, что ты оставишь меня так же, как и твой отец! Ты ведь не хочешь оставить свою мамочку? Эдди пораженно замер и завертел головой. Тема отца всегда была под запретом, и Соня практически никогда не упоминала его в разговоре. Да что это с ней вообще такое? — Знаешь, Эдди, — начала она, не отпуская его руку. Её взгляд бегал из одной стороны в другую, будто она была растеряна, — Я хочу перевести тебя на домашнее обучение. Я собиралась завтра пойти к директору с этим вопросом и не хотела ничего тебе говорить. Я знаю, что ты будешь против, но я уже всё решила. Сначала я хотела сделать всё в тайне от тебя, чтобы потом ты уже ничего не мог с этим поделать. Эдди пораженно смотрел на неё, не веря своим ушам. Как она могла так поступать с ним?! — Какого чёрта, мам?! — закричал он, — Ты испортишь мне жизнь! — Не знаю, почему вдруг решила тебе рассказать, но раз так… — продолжала она, будто и не слышала своего сына, — Мы же семья, Эдди. У нас не должно быть тайн друг от друга, правда, медвежонок? Я хочу, чтобы ты рассказывал мне всё о твоих друзьях и их болезни, чтобы записывать это. Если потом от этого начнут делать лекарства, то я предоставлю всю информацию, что имею, чтобы наш город избавили от этого вируса! — Я не буду доносить на своих друзей! — закричал Эдди и задергал рукой, пытаясь освободиться. — Я знаю, что не будешь, — заскулила миссис Каспбрак, на ее глазах застыли слёзы, — Именно поэтому тебя лучше изолировать от них! Это ради тебя, Эдди! Ради нас! — Ни за что! — завопил он и изо всех сил дернул рукой, освобождаясь от хватки, — Это не ради меня, а ради тебя! Но так ты только всё испортишь! Соня замерла. Она растеряно смотрела на сына, будто не понимая, где она находится. Миссис Каспбрак задушено вдохнула и сделала шаг к отскочившему от неё Эдди. — Медвежонок… Но Эдди уже не слушал её. Он сорвался с места и побежал в коридор. Наспех открывая все замки, он судорожно дышал, глотая ком в горле. Наконец, дверь поддалась, и он вылетел на свободу. Каспбрак не знал, куда он пойдёт, в какую сторону, но ноги сами понесли его. И он побежал, не разбирая дороги. Первый порыв — бежать к Биллу. Но что-то остановило его на повороте к его улице, и он развернулся и пошёл в противоположную сторону. С каждого столба на него смотрела Бетти Рипсом, в глаза бросалось одно слово: «ПРОПАЛА». Эдди отворачивался от каждого, жмурился, потому что чувствовал стыд за то, что жалел себя больше, чем эту бедную девочку. Она напоминала ему то, что прошло каких-то десять минут назад. И если бы он сейчас случайно увидел её на другой улице, он бы тоже отвернулся. Было стыдно, но обида была сильнее. Эдди не стал философствовать на тему того, как и почему он оказался именно у дома Ричи. Голова уже остыла, и он жалел, что вот так накричал на мать и сбежал, поступив откровенно по-детски. Но возвращаться все равно не хотелось, его снова и снова волнами накрывала обида на мать, на несправедливый мир, на себя. Эдди пришлось остановиться перед дверью Ричи, восстанавливая дыхание. Он сглотнул ком в горле и крепко зажмурился, прерывисто вздыхая. Не успел Каспбрак открыть глаза, как дверь отворилась. — Эдс? — Ричи удивленно вылупился на друга, распахивая дверь пошире. Тот растерялся от такого внезапного поворота и только кивнул на своё имя. — Мама сказала, что у нас перед крыльцом какая-то мелочь крутится, а это ты! Эдди поджал губы, нахмурившись. Даже не прикрикнул за такое, он определенно был не в том настроении. Широкая улыбка на лице Ричи быстро угасла, как только он пригляделся к Каспбраку. — Эдс? — в голосе проскользнули беспокойные нотки, — Ты чего тут? Что-то случилось? Эдди сглотнул тугой ком в горле, набрал в грудь побольше воздуха и хотел было рассказать, как мама несправедливо осудила всех детей города, как она говорила с ним, как она рассказала ему о том, что хотела сделать. О том, что он чувствует себя несчастным в конце концов! Эдди поднял взгляд и столкнулся с большущими из-за стёкол очков глазами, в которых было такое беспокойство, что ему показалось, будто его, Эдди, окатили ледяной водой. Ричи смотрел так, будто Эдди сейчас скажет что-то страшное или будто случилось что-то непоправимое. Будто кто-то умер или ещё чего похуже.  — Ох, эм, прости, — Эдди виновато отвёл взгляд, — Ничего такого. Просто поссорился с мамой и сбежал посреди разговора. Он помялся ещё немного и добавил: — Чувствую себя ужасно. Ричи наконец отмер и слабо дотронулся до его плеча. Пожалуй, даже этого жеста хватило, чтобы ему стало легче. — Блин, Эдс, дерьмо всё это, — пробормотал Ричи, скользя задумчивым взглядом по его лицу, — Хочешь прогуляться? Эдди медленно пожал плечами. Он и сам не знал, зачем вообще сюда припёрся, но чувствовал, что сделал всё правильно. Потому что присутствие Ричи всегда в каком-то смысле его успокаивало. Балабол всегда старался приободрить его, когда у Эдди было плохое настроение. — Я знаю! — воскликнул Ричи и прикрыл за собой дверь, — Раз уж мы собрались, давай проверять твои способности. Помнишь, о чем мы договаривались? О. О! Конечно Эдди помнит. Он думал, что придётся ждать до выходных. Губы тронула слабая улыбка. Каспбрак с готовностью кивнул. — А у тебя есть идеи? — спросил он. Ричи широко улыбнулся. — У меня всегда есть идеи!

***

— Ах! Ричи, стой! Медленнее! Эдди упёрся лбом в собственное предплечье, кусая костяшки второй руки. — Ничего не получится, если я буду останавливаться каждый раз, когда тебе становится больно! — пропыхтел Ричи, не переставая давить на спину Эдди. — Ммх, нет, всё! Херня идея, отпускай! — заверещал Эдди, зажмуривая глаза, на которых уже начали выступать слёзы. — Боже, ладно, — вздохнул Ричи, отпуская его, — Ещё бы чуть-чуть потерпел. Он разочаровано осмотрел Эдди, который тут же свернулся в калачик, сведя ноги и подтянув колени к груди, поскуливая. Ричи вздохнул и поднял с травы небольшой блокнот. — Не супер гибкость, — с сожалением пробубнил Ричи, зачеркивая этот пункт в списке. Эдди мстительно посмотрел на него и наконец сел, отряхивая футболку от травы и мелких камешков. — И хорошо, что не она. Не нужен мне ещё один повод для издевательств. Расстроился он, вы поглядите на него, — ворчал Каспбрак. — Да я просто переживаю, Эдс! Супер гибкость — это же так круто и полезно! — закивал Ричи. Полезно, невероятно полезно, в жизни очень помогает, ага. Эдди скептически выгнул бровь и сложил руки на груди. — Да? И в чём же, умник? Ричи хмыкнул и набрал в легкие побольше воздуха, собираясь перечислять все преимущества невероятной гибкости, но на уме, очевидно, было лишь… — Помимо успехов в спорте, могут быть ещё преимущества в пост… Он наткнулся на мрачный взгляд Эдди и поспешно заткнулся, приподняв руки ладонями вперёд. — Да ладно тебе, это точно полезнее, чем светящиеся соски, — сказал Ричи и ойкнул, когда Эдди больно ударил его по голени. — Как тебе этот бред вообще в голову приходит?! — Я думаю, это талант, — не без гордости заявил Балабол. Эдди закатил глаза и махнул рукой. Хрен с ним, он уже привык к этому цирку. Ричи завалился рядом, буравя взглядом блокнот. — Ну что там дальше? — вздохнул Каспбрак, даже не заглядывая в его корявые записи. Тозиер придирчиво осмотрел свой список и с сомнением глянул на друга. После чего снова перевёл взгляд на список и вычеркнул пару пунктов. — Невидимость? — предложил он. — Думаю, все бы уже заметили. — Бессмертие? — Мы не будем это проверять. — Согласен. Ричи зачеркнул ещё пару пунктов и завис над списком. Он вновь бросил взгляд на Каспбрака и отложил блокнот. — Может, ты меняешь цвет глаз? Эдди скептично приподнял бровь. — И этого, конечно же, никто не заметил. — Так тебе просто нужно захотеть, чтобы они изменились, — уверенно заявил Ричи и добавил: — Наверное. Эдди некоторое время сомневался. Как-то не очень правдоподобно звучит. Да и какой был бы смысл от этой способности? Хотя с другой стороны в них и не должно быть смысла… — Ну, давай попробуем, — неуверенно протянул Эдди и развернулся к Ричи всем телом, удобнее усаживаясь на примятой траве. Притянув колени к груди, он обнял их руками и уставился на Балабола. — Попробуй закрыть глаза, — подсказал Ричи, внимательно наблюдая за этими телодвижениями. Эдди кивнул и прикрыл глаза. Мир погрузился в темноту. Ярко-красное солнце уже садилось за горизонт, отчего под веками он видел пульсирующие красные круги и силуэт Ричи, будто бы отпечатанный под ними. Эдди вдруг подумал, что было бы здорово, если бы именно таким красным засветились его глаза. Ричи наверняка сказал бы, что это круто смотрится. Он повторил про себя несколько раз, какой цвет он хочет, и, немного помедлив, открыл глаза. Закатный свет почти ослепил его. Эдди зажмурился и вновь разлепил веки, щурясь. — Не щурься, Эдс, я же ничего не вижу, — пробормотал Ричи, приблизившись к его лицу, чтобы разглядеть изменения. Он закрыл собой закатный свет, нависнув над Эдди тенью безопасности для его бедных отвыкших от яркого света глаз. Ричи опёрся на руки по бокам от него, слегка соприкасаясь предплечьем с его голой голенью. Эдди замер и наконец раскрыл глаза, чтобы Ричи было лучше видно. — Ну что? — выдохнул Каспбрак. Ричи молчал, разглядывая его глаза, будто с точностью до миллиметра. Радужка, зрачок, склера, мелкая сеть сосудов, снова радужка. Теперь он тоже не двигался, не отводя взгляда, рассматривал без стремления что-то найти. Просто смотрел, широко раскрыв глаза. — Ну что? — повторил Эдди ещё тише. Он тоже смотрел. В глаза Ричи не нужно было всматриваться — они были огромными, увеличенные стёклами очков. Эдди часто заглядывал в них, смотрел, рассматривал, сам того не осознавая, и все было нормально. Сейчас не нормально. Сейчас он снова начинал чувствовать это странное волнение. — Ричи? — шепотом позвал он. И вновь молчание. От волнения сердце билось где-то в горле, и Эдди совершенно не понимал, какого черта происходит. Как и не понимал, хочет ли он, чтобы это прекратилось. — Мне кажется… — наконец заговорил Ричи, и голос его был задумчивым и немного сиплым, будто он не говорил уже очень долго, — Тебе не нужно менять цвет глаз. Надеюсь, у тебя нет этой способности. Я бы этого не хотел. Эдди удивленно смотрел на него, озадаченный таким внезапным откровением. Ричи снова вёл себя странно. Он всегда вёл себя странно, но это какая-то особая разновидность странного поведения. И это не первый случай за эту неделю. Странный комментарий в парке в воскресенье, внезапная серьезность в машине и сейчас, этот взгляд, слова, которые должны звучать как что-то обидное для Эдди, но на самом деле вызывают совершенно другие чувства. И снова это волнение. Никак не отпустит. — Почему? — наконец выдавливает из себя Эдди. — У тебя же глаза… — тут же ответил Ричи. Он сделал глубокий вдох, будто собирался вывалить большущий поток слов, предложений, смысла. «Наверное, сейчас скажет какой-нибудь бред», — думает Эдди, — «Очередную идиотскую шутку». И вдруг в его голове щёлкает. Он смотрит в глаза Ричи и понимает: «Нет. Это что-то другое.». Что-то, что ему не стоит слышать, будто он поймал кого-то за чем-то личным. Эдди отодвигается назад, оставляя между ними расстояние. Ричи запинается, останавливается на полуслове и смотрит на Эдди с не меньшим удивлением. Моргает и убирает руки с травы, нахмурившись. — Глаза?.. — подсказывает Эдди, не сводя с него настороженного взгляда. — Глаза? — глупо повторяет Тозиер и рассеянно ворошит затылок, — У тебя они и так нормальные. В смысле, я подумал, зачем бы это было? Бессмысленно же, да? Эдди кивает. — Тем более цвет не поменялся. Я тщательно проверил. Не знаю, может, ты просто что-то не так сделал, но мне кажется, что это не та способность. И хорошо. Она всё равно бесполезная, — продолжает тараторить Ричи. Эдди кивает. — Так, — Тозиер резво поднялся с травы, нервно проведя пальцами по волосам, — Что насчёт того, чтобы проверить вариант со светящимися сосками? Эдди кивает. Так, стоп, нет. Эдди отрицательно мотает головой. — Давай перенесём изучение моих сосков, например, на никогда, — со вздохом протянул он и поднялся следом, отряхивая шорты от приставшей травы, — Мне уже пора. У мамы точно случится удар, если я не вернусь домой к вечеру. — Ты можешь остаться у меня, если хочешь, — осторожно предложил Ричи, — Раз вы так сильно повздорили. Мама позвонит миссис Кей и скажет ей, что ты у нас. Эдди поднял взгляд на Ричи и снова всмотрелся в его глаза. Сам Ричи на него не смотрел, с преувеличенным интересом разглядывая что-то на траве. Эдди улыбнулся. — Спасибо. Ричи, кажется, хотел что-то ответить, но Эдди опередил его. — Спасибо, что помог мне отвлечься. Я всё же пойду домой, не хочу лишний раз трепать маме нервы. Тозиер махнул рукой и сунул руки в карманы шорт, видимо, изображая скромность. — Нет проблем, Эдс, — он пожал плечами, — Ты всегда можешь ко мне завалиться в случае чего. Побуду твоим рыцарем в сверкающих доспехах. Эдди хмыкнул и направился к двери, на выход с внутреннего дворика дома Тозиеров. Ричи пошёл следом. — Лучше пойду к Биллу, он хотя бы помнит, как моё имя произносится, — сказал Эдди и вышел за порог, когда Тозиер открыл перед ним дверь. — Разбиваешь мне сердце, — схватился за грудь Ричи, — Эдс. — О, — Эдди развернулся к нему уже стоя на крыльце и усмехнулся, приподнимая брови, — Это я как-нибудь переживу. Ричи скопировал его ухмылку, но она больше была похожа на сдерживаемую улыбку. Он привалился плечом к дверному косяку, складывая руки на груди. — До завтра, Эдди. Каспбрак поджал губы, но это не помогло ему скрыть довольную улыбку. — Да завтра, Балабол.