Я хочу быть нужной

День в университете прошел, как обычно и проходил. Впрочем, ничего интересного и нового. Но весь этот день я чувствовала себя не в своей тарелке. Будто чего-то не хватало. И этим «чего-то» был Чонгук. Удивительно, как за такой короткий срок смогла привыкнуть к нему. И правда, без него было что-то неспокойно на душе. Уже прошло больше половины пар, но я даже не видела его всё это время. Он не отписался, не отзвонился, а о большем говорить и не нужно. Всё и так понятно. В длительных раздумьях я шла до столовой, ведь желудок требовал приема пищи, иначе мой мыслительный процесс был бы занят не Чонгуком, а мыслями, как бы побыстрее поесть. Но зайдя в эту обитель, где ходили самые разные личности, успела только врезаться в чью-то спину по невнимательности. Отшатнулась немного назад, удивившись и подняв голову. Это был Ён. — О, Чи! Привет, — он обворожительно улыбнулся мне, а мои коленки задрожали. Господи, Чонгук, ну где же ты?! — З-здравствуй, — немного нервно ответила ему улыбкой, бегая взглядом по столовой. — Эм, с-слушай, ты не видел, Ч-чонгука? — Чонгука? — Шин задумчиво надул губы. — А у их баскетбольной команды разве сегодня не игра? И тут мои красивые глазёнки округлились, а все мысли о Шин Ёне и голоде сразу улетучились подальше от моей больной головы. Сначала беззвучно открывала рот, а парень странно поглядывал на меня, но тут всё же выдала такой громкий звук: — И-игра? Что? Этот чёрт не предупредил меня о такой важной вещи?! Вот полоумный! Ён, где он сейчас?! — мои щёки покраснели и вздулись от злости, я уже была готова прямо на месте закатать в сосиску в тесте Чонгука, а потом откусить ему голову. Парень немного удивился мне, а то понятно. Я ведь никогда не говорила так с ним. Стеснялась и уводила взгляд. Избегала и тихо бормотала, а иногда вообще молчала. Но сейчас смотрю ему прямо и твёрдо в глаза, ожидая ответа. Он решил не стоять столбом и быстро проговорил, что Чон в спортзале. Даже не попрощавшись с парнем, который мне до безумия нравился, быстрым шагом, чуть ли не бежа, отправилась в названное место. — Ну и какого хрена, Чон?! — так драматично ворвалась в спортивный зал, да меня особо и не заботило чужое мнение, сейчас мне был важен лишь Чонгук. Подтянутые, красивые и...кхм, парни прекратили отрабатывать броски в кольцо, ошеломлённо уставившись на меня. Медленно скандировала каждого взглядом, пытаясь найти знакомую копну тёмных волос. А Чонгук и не прятался. У него от шока мяч выпал из рук, а глаза такого размера: я даже боюсь сравнить с чем-нибудь; рот приоткрылся. Заметив его, я недовольно сложила руки на груди и продолжала пронзительно смотреть в его широко распахнувшиеся глаза. В зале тишина. Все участники баскетбольной команды переводили взгляд то на меня, то на Чонгука. Что случилось? Я же не конец света, хотя для определённых лиц, сейчас являюсь именно им. — Х-хоа Чи? — как-то отстранённо спросил Чон. Чонгук стоял ещё несколько секунд остолбеневшим, но, наконец, взяв себя в руки, быстро подошёл ко мне. Он шёл решительно и уверенно на меня, отчего мне было не по себе, хотя не по себе должно быть, вообще-то, ему. Слишком цепко схватил меня за руку и вывел из спортивного зала. Краем глаза я увидела, как другие баскетболисты начали перешёптываться, но, судя по всему, их капитан дал знак продолжать тренироваться. — Что ты здесь делаешь? — накинулся на меня брюнет. — Эй, ты! Это я должна тебя спрашивать! Почему умолчал о том, что ты игрок в баскетбольной команде? Почему ничего не сказал про сегодняшнюю игру? А?! Ты скрывал это?! — я жутко бесилась, сама не зная почему так сильно вспылила. Наверное, потому что считала это важным. Хотелось поддержать его, а он не доверился мне. Меня это дико обижало. Мне думалось, что мы достаточно близки для такого. — Так, стоп! — он схватился за мои плечи, так как, активно жестикулируя, я рисковала заехать ему по носу. — Ничего я не скрывал от тебя, просто ты не интересовалась, вот и не говорил... — Ты мог бы сам додуматься! Даже на игру меня не позвал! — слишком резко перебила его. — Ладно, прости меня, Хоа, — он виновато склонил голову и сложил руки в жест, прося прощения. Молчала и выжигающе смотрела на него. Я не понимала. Зачем он так поступил? Почему? — Ну Чи-я~, — Чонгук всё умолял простить его, но я не поддавалась на его уловки. И только сейчас обратила внимание на него. Он был одет в просторную чёрную майку, открывающую вид на сильные руки парня, вздувшиеся вены, соблазнительные плечи, ключицу и шею. Я нервно вдохнула и сглотнула. Мужские руки – моя слабость. Чёлка была мокрой, как, в принципе, и его крепкая грудь, вспотевшая от интенсивных движений. Меня передёрнуло. Быстро отвела взгляд за Чонгука, надеясь, что он не заметил моих подглядываний. Но он, конечно, заметил. Брюнет ухмыльнулся. Сложив сильные руки на груди, так и заставлял приковать к себе мой взгляд. Всеми силами боролась с неким наваждением, но все-таки, переборов себя, старалась холодно смотреть в его глаза. Мы смотрели друг на друга где-то секунд тридцать. Тогда он сделал первый шаг навстречу ко мне. Самодовольная улыбка не сходила с его губ, а сам продолжал надвигаться на меня. Под его тёмным пристальным взглядом я совсем терялась. Сама ругать его пришла, а вы итоге что? Когда Чон уже прижал меня к стене, перекрыв пути к отступлению и уперевшись руками в ту самую стену, расположив их у моей головы, он медленно приблизился к моей шее, выдохнув в неё. От такого горячего дыхания по коже целым стадом бежали мурашки. Меня вообще дергало. В тот момент я даже не задавалась вопросом, что он творит. Его действия казались такими правильными. Но правильны ли они для просто друзей? Провёл носом от конца ключицы до самого уха, проходясь по самым чувствительным местам. Сама того не замечая, прикрыла глаза. Сердце так бешено отбивало ритм, а ноги подкашивались. Не могла понять, почему Чонгук так действовал на меня. Заставлял всё нутро взбудоражиться и прогонять любую мысль из головы. Я почувствовала его первый поцелуй на моей тонкой шее. Он был лёгким, почти воздушным, может нечувствующимся, но мне в том месте, будто раскалённую сталь приложили. Оно жгло, горело, полыхало ярким пламенем. — Ты вкусно пахнешь, — горячими губами оставлял невидимые следы на моей бедной шее, просто нежно проводя ими. Я тихо простонала. Боже, так не должно быть! Почему в этот момент даже не вспоминала о Шин Ёне?! Парень задел самую чувствительную точку – под мочкой уха. Я закрыла руками свой рот, широко раскрыв глаза, и посмотрела в глаза Чонгука. Они были тёмные, почти чёрные. Пронзали глубоко. Видели насквозь. Лишь с упоением тонула в этих хитрых омутах. Чонгук знал, что красив и умело воспользовался этим. Он знал, что так подействует на меня. Только я не знала. Внизу всё скрутило. Мне захотелось поцеловать его. Захотелось раствориться в нём. Захотелось окунуться с головой в этот мир. По-настоящему захотелось. И этот мир принадлежал нам. Хотелось касаться его. Прочувствовать подушечками пальцев его горячую кожу, перебирать тёмные мягкие локоны волос, прижаться всем телом и не отпускать. Смотреть только в его глаза. Казалось, будто я сходила с ума. Тонкий аромат мужского одеколона дурманил мою голову, распаляя и лишая рассудка. Не узнавала себя. Вторила себе, что это всё неправильно и нужно остановиться. Но сердце не принадлежало разуму. Он так нежно, в то же время со всей страстью смотрел в глаза. Я не могла остановиться. Это было не в моих силах. У меня под кожей чесалось – так сильно хотелось быть его. Но всё, что я смогла – это положить на его припухлые губы ладошку. И поцеловать. Коснулась губами своей же ладони. Зрачки Чонгука значительно расширились. Я, явно, смогла его удивить. Отстранившись, только сильнее покраснела и, кинув кроткий взгляд, убежала из этого места, от тех вещей, что мы сотворили, оставляя опешившего Чона позади. Я бежала от своих же чувств. Шла таким быстрым и частым шагом, прикасаясь пальцами к своим губам. И знала точно. Мне не удастся забыть этот поцелуй.

От лица Автора

Молодой мужчина сидел в просторном кабинете, через окна которого проникал теплый солнечный свет. Ему всегда нравилось солнце. Оно всегда напоминало ему её. Его маленькую, вредную и упрямую сестру. Он так сильно полюбил её. Наверное, даже слишком. Братские чувства так и переполняли его. Он мог бы влюбиться в нее, возненавидеть, наплевать и просто игнорировать, но Намджун не такой. Он принял её, как сестру. И похоже он переусердствовал. Но так ли это? Чи продолжала огрызаться, верить в то, что её сводный братец, Ким Намджун, полный эгоист и мудак, ненавидеть его и причинять ещё больше боли. Она упорно не хотела видеть в мужчине брата. Возненавидела его сразу же, когда увидела. Но всегда заботилась. Странная девушка. Плюётся в него ядом, втаптывает в землю, ругается, но всегда заботится о нём. Даже сегодня. Она принесла на кухню обезболивающие таблетки, налила стакан воды и оставила это всё перед ним, будто не для него. Но Намджун знал, что это для него. А в Хоа Чи столько «но». Чем он вообще занимается? Ему двадцать шесть лет, и он убивается из-за какой-то девчушки. Ким Намджун по-другому не умеет. Он всегда любил слишком сильно. Полюбил свою мачеху, как родную мать, которой у него никогда не было. А, теперь уже Ким, Еын была великой женщиной. Джун уважал её и очень ценил. Она приняла его таким, какой он есть. Приняла, как своего родного сына. И ведь у неё тоже никогда не было сына. Он сильно полюбил свою младшую сводную сестру. Киму хотелось защищать и оберегать её от всех напастей. Стать тем, к кому она придёт за помощью, к кому придёт поплакаться на плечо и выговориться обо всех проблемах. Чи была нужна ему. Но он не был нужен ей. Именно это его так расстраивало. И Намджуну очень жаль, что они стали братом и сестрой при таких обстоятельствах. Он не осуждал отношение Хоа к нему и к его отцу. Он хотел и мог понять её, но иногда Джун сильно с ней ругался по этому поводу. Ведь девушка не хотела и не могла понять его. Отец же принимал всё её выпады, необоснованные оскорбления и злые взгляды. Лишь грустно улыбался, пытаясь наладить отношения с новоиспеченной дочерью. Хотя именно отцу доставалось больше всего хлопот от этой неугомонной девушки. Много раз Намджун видел как ругаются Госпожа Ким и Чи, Чи и Господин Ким. Конечно, её мать печалило такое поведение дочери, но она была непреклонна. Всё так же продолжала надменно смотреть на них с отцом. Намджун тряхнул головой, отгоняя плохие мысли, и не заметил, как в его кабинет зашёл темноволосый молодой мужчина с привлекательной внешностью. — Снова о Чи думаешь? — он прошел вглубь помещения и присел на кожаный диван, удобнее устраиваясь. — А ты снова с Чимином поругался? — блондин немного нахмурил брови. — и вообще, почему ты постоянно сюда приходишь? — Здесь тихо, — выдал обругаемый. Здесь Намджун был согласен со своим другом. Именно поэтому он всегда сбегал в это место, чтобы успокоиться, поразмышлять или усердно поработать, тем самым забывая все проблемы. Это место было спасением. — Хосок, — молодой директор вздохнул. — Иди помирись с Чимином, ты же знаешь, что он переживает. — Да, я знаю. Обязательно поговорю с ним, но сейчас хочу расслабиться и отдохнуть, и сделаю я это на твоём диванчике, — только названный Хосок хотел прилечь, как дверь в кабинет Нама снова распахнулась, да ещё широко и громко: — Хён! — Айгу~, да что ж за день такой! — взмыл Ким. — Ты чего припёрся, Чонгук?