Глава 2. Блейн.
9 сентября 2019 г., 23:06
10 апреля 1912 года. Саутгемптон.
Это утро было самым обычным, если не считать из ниоткуда взявшееся солнце. Все люди куда-то спешили, по мостовой туда-сюда ездили автомобили, а рядом идущая смеющаяся парочка изредка кидала в нашу сторону испуганные взгляды. Мы с Рейчел не были какими-то убийцами, даже пены у рта не наблюдалось, но каждый человек, в кошельке которого было денег больше нашего, считал своим долгом посмотреть на нас так, будто мы на их глазах топили крошечных щенят. Меня эти любители поглазеть не напрягали, а вот моя маленькая глупая сестрёнка предпочитала в такие моменты прижаться ко мне. Она понимала, что выглядит не так уж и презентабельно в своём потрёпанном платьице, что её волосы убраны не в какую-то причудливую причёску, а всего лишь собраны в хвостик, что она отличается от многих жителей Саутгемптона. Нам вполне хватало денег на жизнь, но мы не разбрасывались ими направо и налево. Если кто-то из нас болел, то приходилось ходить на работу с температурой под сорок, но будь это что-то серьёзное, требующее особого лечения, то тут приходилось поголодать пару-тройку дней. Нет, я не жаловался на жизнь, в этом нет и не будет смысла. Миссис Пирс была так добра к нам, что взяла няньками для её непослушных мальчиков и, не буду таить, чудаковатой девочки, сильно полюбивших наши с Рейчел дуэты по вечерам, которые состоялись только в том случае, если мистер Пирс не прогонял нас, доводя Рейчел до слёз. Сегодня миссис Пирс поручила нам выбрать подарок для Бриттани к её дню рождения. Я не стал разрушать непозволительно детский взгляд Рейчел на мир, делясь своими размышлениями, но мне казалось, будто хозяйка дома просто не хотела, чтобы муж, забежавший домой в перерыве между деловыми встречами, видел нас. Он был слишком горд и высокомерен, так что не пожалел бы пары минут для нашего унижения. Как я уже и говорил, после таких столкновений с мистером Пирсом Рейчел уходила в слезах, иногда помогая мне дойти до нашей маленькой квартирки, когда я не был в состоянии. — Блейн, куда нам? — пискнула Рейчел, приводя меня в чувство. Пальчики её потихоньку ослабляли хватку на моём потёртом пиджаке с пятью-шестью цветными заплатками, но она старалась не отводить кулачок с деньгами на подарок Бриттани (на улице было немало воришек, желающих построить дом на чужом несчастье, так что их нельзя было выпускать из рук). — Честно? Не знаю, — я пожал плечами. — Давай сходим в магазин игрушек, посмотрим какую-нибудь куклу. Девочки же любят кукол, правда? Рейчел нахмурилась и смешно надула губы, чему я улыбнулся. Она была таким ребёнком в свои неполные восемнадцать лет. — Ну, знаешь, это же Бриттани, — она хихикнула, когда я передразнил её, и легонько хлопнула меня по плечу. — Помнишь, как она спрашивала, сколько эльфов создают у тебя на голове такие кудряшки? — получив кивок, Рейчел продолжила: — Она необычная девочка, и подарок должен быть таким. — Необычная кукла? — я улыбнулся, повернув голову к сестре, и случайно задел какого-то полного мужчину с портфелем. — Ой, извините. < tab>Мужчина же презрительно глянул на меня и, проверив карманы и, видимо, заметив пропажу чего-то важного, ранее лежавшего в нагрудном кармане, закричал: — Вор! Поймайте этого воришку! Я стоял, опешив от наглости этого человека, и пытался понять, почему Рейчел резко сделала шаг в сторону мужчины. — Извините, мистер, но Вы, похоже, сходите с ума, — её голос звучал твёрдо и властно, чему я не мог не удивиться, ведь моя сестра обычно избегала разговоров с городскими толстосумами, стесняясь их испуганных или озлобленных лиц. Ну что ж, довели её, похоже, до белого каления. — Вы обвинили ни в чём не повинного человека в краже, даже не потрудившись взглянуть себе под ноги, — Рейчел сложила руки на груди, неодобрительно глядя на мужчину, лицо которого становилось всё краснее и краснее с каждым подходившим зевакой. — Девушка, — я видел, как Рейчел ещё больше нахмурилась. Знаете, в Англии принято обращаться к дамам «юная леди», «мисс» или «мадам», но никак не «девушка». Мужчина либо испытывал на себе терпение моей сестры, либо был слишком невоспитан, — этот юноша намеренно толкнул меня… Рейчел подняла руку, останавливая его: –Если у Вас денег больше, чем у нас, то это не значит, что Вы имеете право обвинять нас в чём-то, не разобравшись. Всего доброго, — она схватила меня за рукав и потащила сквозь толпу. У меня не было слов, она просто взяла и унизила этого богача на глазах у всей улицы! — Рейч, ты… — начал я, снова обретая дар речи, но Рейчел меня прервала тихим «давай не здесь» и затащила в первое попавшееся заведение, оказавшееся каким-то пропахшим насквозь сигаретным дымом пабом. Она остановилась у столика, за которым сидел дряхлый старичок со стопкой водки, и посмотрела на него с такой злостью, что тот решил побыстрее унести ноги, даже не оставив рюмку в пределах паба. Я опасливо смотрел на сестру пару минут, не решаясь садиться и всё ещё пребывая в шоке от произошедшего. Обстановка менялась так быстро, что я не успевал подстроиться. Рейчел же положила локти на деревянный стол и легла головой на руки, не позволяя мне взглянуть на её лицо. Плечи её содрогались, она, судя по всему, плакала. — Ну что же ты, милая? — скамейка, на которой сидела Рейчел, скрипнула под моим весом (видимо, паб был древним, не подумайте, что я какой-то бегемот). Я обнял её за плечи, а она решила прижаться к моей груди. —Боже, так ты смеёшься! Казалось, у меня самая сумасшедшая сестра в мире. — Ты видел лицо этого недоумка? — она хохотала так, что мужчины, играющие за соседним столом в покер, начали на неё глазеть. — Думал, что сможет оклеветать тебя, а в итоге сам провинился! Нет, ну ты видел?! Всё больше и больше людей оглядывалось на нас. В их глазах не было ни осуждения, ни страха, им, казалось, хотелось лишь узнать, что рассмешило Рейчел, и посмеяться вместе с нами. Краем глаза я увидел, как сидевший с мужчинами за соседним столом темноволосый мужчина (как оказалось потом, он был азиатом) с кепочкой таксиста на голове положил карты на стол, повернулся к товарищам, а затем развернулся и вмиг преодолел расстояние между столами. Мне оставалось лишь неодобрительно оглядывать его с ног до головы, пока тот не заговорил: — Простите меня за вторжение, — Рейчел от неожиданности вздрогнула, поспешно поднимая глаза на подошедшего, — не хотели бы вы присоединиться к нам и поиграть в покер? — незнакомец улыбнулся моей сестре, подавая ей руку. — Вы не против, леди, если Ваш мужчина сыграет с нами? Рейчел не раздумывая приняла руку и встала, даже не посмотрев в мою сторону. Она поправила незнакомца, называя меня братишкой, не обращая внимания на то, что я на два года старше, и представилась мужчине. — Приятно познакомиться, мисс Берри, моё имя Майк Ченг, — ответил тот, целуя тыльную сторону её ладони, вызывая этим удивлённый взгляд брюнета, сидевшего рядом со столиком игроков в покер. Этот мужчина, завидев Рейчел, смотрел на неё как на восьмое чудо света и не отрывал от неё взгляда даже для того, чтобы посмотреть на карты в своих руках. Видимо, и играть он начал лишь ради неё. Я же не мог бросить Рейчел в окружении стольких мужчин, поэтому, как только она села, встал позади её стула, кладя руки ей на плечи и немного массируя. Игроки переговаривались между собой, изредка посматривая в нашу сторону. Они, видимо, догадывались, что я не принимаю участие в игре, что всем руководит Рейчел, в чьих руках и были игральные карты, и вели себя так, будто её тут совсем не было. Моя сестра, в свою очередь, сидела с такой довольной улыбкой, казалось, будто она была уверена в своей победе. Я молился, чтобы она не натворила глупостей. — Как вам игра, мистер Хадсон? — любезно поинтересовалась Рейчел, невинно хлопая ресницами. Мужчина поперхнулся собственной слюной, услышав своё имя из уст своего предмета обожания, а затем глупо улыбнулся ей в ответ, промямлив что-то похожее на «просто отлично». Я закатил глаза и чмокнул сестрёнку в щёку, отчего она засмеялась, вызывая улыбку у окружающих. Рейчел была частичкой солнца в этом провонявшем насквозь пабе. — Джентльмены и леди, вы слышали о «Титанике»? Говорят, он непотопляем, — начал разговор Уильям Шустер, один из старших игроков за нашим столом. Все знали его как самого удачливого мужчину в Соединённом королевстве, он выигрывал каждую игру в покер, забирая деньги даже у самых бедных. Но нет, его не считали вором, мистер Шустер получал деньги весьма честным путём, да и тратил он их не на роскошь, а на помощь одному из приютов Британии. — Только глухой мог не слышать об этом чудо-корабле, — поддержал тему разговора мистер Ченг. — Поговаривают, он с самой кормы по форштевень забит золотом. Я бы не отказался от путешествия на таком лайнере. — Вам повезло, дорогой мой мистер Ченг, — мистер Шустер полез во внутренний карман своего потрёпанного пиджака, — у меня есть два билета, если выиграете, то сможете вместе с женой добраться на нём до Америки, — мужчина подмигнул, понимая, что, вероятно, сам и заберёт свои билеты. Я мог бы поклясться, что с этой минуты игра стала не только более напряжённой, но и интересной. Все желали хотя бы посмотреть на «Титаник» изнутри, выиграть эти чёртовы билеты и выбраться из Саутгемптона на огромном лайнере-титане. Не могу не сказать, что и меня привлекала возможность отправиться в свою родную страну на этом известном корабле. Ох, если бы я знал, что произойдёт с «Титаником» … Рейчел улыбнулась ещё шире, посмотрев сначала на билеты, а затем и на свои карты. Она поманила меня пальцем и прошептала мне на ухо, повернув голову набок: — Всё под контролем, Блейни. Я так не думал. Рейчел поставила все деньги, которые дала нам миссис Пирс. Если мы проиграем, то всё будет кончено — мистер Пирс не выдержит нашего присутствия после такого проигрыша, а миссис Пирс не будет удерживать мужа понимая, что он делает всё правильно. Мне оставалось надеяться, что Рейчел знала, что делала. В это время моя сестра оглядела всех мужчин, сидящих за столом, и медленно положила карты на деревянную поверхность, хитро улыбаясь. Туз, король, дама, валет и десятка пики. Просто отлично, я готов был прощаться с деньгами. — Роял-флэш, господа, — громко сказала она, заставляя игроков и зевак, стоявших рядом, выпучить глаза. Один лишь мистер Шустер смотрел на неё с улыбкой. Что это вообще значило? Я в недопонимании уставился на затылок Рейчел, пытаясь залезть ей в голову и понять, чем она удивила всех этих людей. — Вам есть что сказать, джентльмены? — мистер Шустер обвёл взглядом шокированных игроков. Некоторые из них покачали головой в ответ, отчего улыбка Рейчел становилась всё шире и шире. — Ну что, мисс Берри, поздравляю, Вы выиграли. Рейчел вскочила со стула и завизжала, из-за чего мужчины, кроме влюблённо улыбающегося мистера Хадсона, зажали уши. Она начала прыгать, пытаясь обнять меня, что выглядело скорее как попытка задушить своего брата, чем порадоваться вместе с ним. — Не знал, что ты умеешь играть в покер, — улыбнулся я, прижимая её к себе. Рейчел, услышав мои слова, прекратила скакать и стукнула меня по груди, немного отдалившись. — Какая сейчас разница? Мы едем в Америку! — она снова прижалась ко мне, пытаясь сдержать слёзы. — Если честно я тоже не знала, что умею играть в покер. — Тогда откуда ты знала про этот рояль? Я получил ещё один слабый удар в грудь и улыбнулся ещё шире. — Роял-флэш, дурак, ты мне сам рассказывал о нём, когда мы были маленькие, — ну и память у неё конечно. Тут я заметил, что все несостоявшиеся игроки переговаривались, грозно смотря на нас с сестрой. Нужно было уходить отсюда. Можно было ожидать такой реакции мужчин, лишившихся не только билетов на чудо-корабль, но и круглой суммы, да ещё и победила их дама, что было, наверняка, самым обидным. На моё плечо легла тяжёлая рука, я вздрогнул от неожиданности, выпуская сестру из объятий, от которых у меня уже болели рёбра. Рейчел смотрела куда-то поверх моей головы, счастливо улыбаясь и смахивая слёзы. Ну что ж, она хотя бы не испугана, а это уже огромный плюс. — Мисс Берри, Вы были просто великолепны, я так рад за Вас! О, ну всё, у тех игроков назрел план, нам точно не поздоровится. — Вы даже не представляете, как я рада! — Рейчел дёрнула меня за рукав, намекая на то, что задом к собеседнику стоять неприлично. Перед нами был мистер Хадсон, всё такой же радостный и влюблённый. Он светился так, что мне было трудно смотреть на него. Казалось, если Рейчел ещё раз улыбнётся ему, то он взорвётся, как звезда. Мистер Хадсон попросил называть его Финном, на что Рейчел кивнула. Я видел, как ей нравилось внимание и некое доверие этого джентльмена, и по её взгляду было заметно, что не только Финн страдает этой всей любовной лихорадкой. Они почти не замечали меня, щебеча о чём-то своём. Рейчел смеялась так звонко, что я чуть не обиделся. Мне не удавалось рассмешить её до такой степени. Я пытался тайком посмотреть на несостоявшихся игроков, но они, оказалось, уже разошлись, лишь мистер Шустер сидел с бокалом виски, непонятно откуда взявшимся в столь захудалом месте. Он задумчиво глядел на стол перед собой, немного нахмурившись. Видимо, наконец понял, кому проиграл. Я усмехнулся, уже не в первый раз за эти несколько минут благодаря судьбу за выигрыш сестры, и взглянул на всё так же залитую солнцем улицу, по которой всё так же туда-сюда носились пешеходы, редкими машинами, похожие на кареты без кучера и лошадей. Всё так же разговаривая, Финн с Рейчел направились к выходу, чуть не забыв про выигранные билеты и деньги, да и меня в придачу. Рейчел крепко схватила меня за рукав пиджака, не давая нормально повернуться, а не идти задом наперёд, добрую половину пути. Оказалось, пока я был в некоем трансе, выясняя обстановку за окном, они обсудили день рождения крошки Бриттани, выяснив, что кот для неё будет не только самым лучшим подарком, но и другом. Я попытался было оспорить их решение, но влюблённые начали утверждать, чуть ли не договаривая друг за другом предложения, что ни миссис, ни мистер Пирс не будут против маленького пушистенького комочка в своём небольшом особняке. Кота выбрали без каких-либо споров. Как только полосатый чёртик чуть не выцарапал мне глаз, находясь в руках у Рейчел, было решено взять его. Ну конечно, будет защищать Бриттани от всяких надоедливых мальчишек в будущем. Финн даже посмеялся, назвав кота тигром, и получил искреннюю улыбку Рейчел, которая, кстати, не прекращала влюблённо смотреть на него. Оставшиеся деньги Рейчел решила потратить на два платья, милый галстук-бабочку и листы бумаги. Она, конечно же, предлагала купить недорогой костюм для меня, но я отказался, предложив взять маленький кожаный чемоданчик вместо него. Мистер Хадсон же не ходил за нами молча, из его рта каждую секунду вылетали комплименты, а взгляд перескакивал с одного продавца цветов на другого, пока в руках Финна не оказался букет свежих лилий. Рейчел приняла подарок и всю дорогу благодарила Финна, не вытаскивая носа из цветов. Ну, а чертёнок с кошачьими ушками вместо рожек попытался выцарапать мне и второй глаз. — Ты вернёшься в Англию? — мистер Хадсон остановился возле особняка семьи Пирс и с надеждой взглянул на мою сестру. — Когда накоплю на билет, — её губы снова растянулись в улыбке, а я поразился, как у неё еще не свело мышцы. Они распрощались. Финн поцеловал тыльную стороны ладони Рейчел и обнял её. Та не сопротивлялась, лишь мазнула губами по его щеке и помахала рукой, поднимаясь к двери. Он ушёл, надеясь на то, что судьба сведёт их снова. Миссис Пирс охнула, когда пушистый комочек спрыгнул к её ногам и начал виться вокруг них. Она позвала Бриттани и отдала пищащей девчушке котёнка. — Лорд Таббингтон! — крикнула она, несясь в гостиную, чтобы похвастать мурчащим подарком перед братьями. Мистера Пирса, судя по всему, в доме не было, так что хозяйка дома пригласила нас на чай. Я было согласился, но Рейчел, чуть ли не подпрыгивающая до потолка, сообщила ей о нашем выигрыше. Ладонь миссис Пирс сама потянулась к розоватым губам, а глаза расширились от восторга. Она обняла Рейчел и поцеловала меня в щёку, от чего я не мог не улыбнуться. Мы всё-таки остались на чай, но потом нам пришлось бегом добираться до нашей маленькой квартирки, закинуть все вещи, попадавшиеся на глаза, в чемоданчик и нестись в порт. Но чай всё-таки был вкусным, миссис Пирс всегда заваривала его сама, не поручала ни одной служанке эту, казалось бы, несложную работу. В толпе людей, стоящих перед по-настоящему огромным кораблём, мы познакомились с мистером Смайтом. Рейчел, правда, он сразу не понравился, поэтому она надулась в первую же секунду нашего с мистером Смайтом разговора и пыталась увести меня от него. Ничего у неё не получилось, мы влетели на борт со всем составом мужского хора, в который и входил Себастьян. Он постоянно шутил и нередко похлопывал меня по спине, вышибая из меня весь воздух, а я не мог перестать рассматривать толпу людей, собравшихся на лайнере. На глаза мне попался шатен, совсем не вписывающийся в эту воодушевлённо-радостную картину. Мне никогда не была понятна одержимость богачей трупно-белым цветом кожи, но этот парень с его молочной кожей вышиб из меня весь дух, что уже целых полчаса не удавалось широкой руке мистера Смайта. Щёки незнакомца вмиг порозовели, когда я ему улыбнулся, и он отвёл взгляд, уходя в глубь толпы. Я извинился перед новыми знакомыми и поспешил было за парнем, завладевшим моими мыслями, но Рейчел схватила меня за рукав, из-за чего папка выпала из моих рук, а парочка белоснежных листов вырвались из её плена, улетая куда-то в океан. Сестрёнка потащила меня к фальшборту, заставляя махать ладонью вместе с ней, прощаясь с теми, кого больше не увидим. Мы не знали никого из той толпы, и никто не знал нас, но это странное прощание создавало иллюзию, будто мы кому-то нужны были на этом острове. Будто это всё ещё был наш дом. Когда корабль успешно отчалил, Рейчел ещё пару минут любовалась водой, не нарушая уютную тишину между нами. Она не переставала улыбаться, грустно глядя вдаль, надеясь на то, что сможет вернуться обратно. К человеку, ждущему её в сером Саутгемптоне. Я не мог разрушать её подростковую мечту, рассказывая о том, что такого не бывает, что человек, гулявший с тобой пару часов, не будет ждать, когда ты вернёшься к нему, переплывая бескрайнюю Атлантику. Такого просто не бывает, казалось мне, любви с первого взгляда не существует. Утомившись, Рейчел решила взглянуть на нашу тесную каюту, в которой еле помещались одна небольшая кровать и миниатюрная тумбочка между ними. С потолка свисала одинокая лампочка, а в дневное время свет падал из круглого иллюминатора, находящегося всего в пару метрах от воды. Рейчел вздохнула, и я уж было хотел напомнить ей, что билеты нам достались по воле судьбы, что эта каюта лучше, чем ничего, но моя сестра быстро вскочила на кровать прямо в своих стареньких башмачках и прыгнула, приземляясь на край кровати, призывая меня сесть рядом с ней. — До сих пор не могу поверить, что это не сон, — она обняла меня за шею, когда я устроился на одеяле. — Блейни, мы с тобой плывём! — Ага, и спать мы будем на одной кровати, — из моей груди вырвался смешок, за что я получил удар по плечу. — Милая, на мне и так живого места нет! — Прости, — Рейчел потупила взгляд, отстраняясь, — немного заигралась. — Давай лучше обсудим, что будем делать в Нью-Йорке, — я откинулся на холодное одеяло. Видимо, по ночам на нашем уровне было не так уж и тепло. Моя сестра начала воодушевлённо болтать о Нью-Йорке, будто была там не раз. Она давно мечтала попасть на Бродвей, хоть одним глазком взглянуть на сцену Лицейского театра и, может быть, даже стать настоящей актрисой. У неё был по-настоящему волшебный голос, очаровать которым она могла бы любого мужчину, если бы те обращали на неё хоть толику внимания. Нередко мы с ней устраивали своеобразное соревнование певцов, в котором я выигрывал три раза из возможных двадцати. Мне до сих пор кажется, что побеждала она лишь потому, что большая часть судей была мальчиками, а болела за меня лишь крошка Бриттани, которую братья поддерживали лишь в её день рождения. Рейчел схватила подушку и положила на неё голову, перевернувшись на живот. Слова срывались с её губ и мягко, словно пёрышко, ложились на одеяло. Она зевнула, но, не сдаваясь, продолжила свой монолог о Статуе Свободы, продумывая наш маршрут на ходу, пока её глаза не начали слипаться, а веки стали тяжелее штанг тяжелоатлетов. Я погладил её по волосам, целуя в лоб, отчего Рейчел ненадолго приоткрыла один глаз и улыбнулась. Мне же спать не хотелось, несмотря на то, что мозг требовал хотя бы минутки сна. Радость из-за пребывания на этом чудо-корабле не позволяла и подумать о мягкости подушки, контрастирующей с твёрдостью матраса, а парень с грустными глазами будто завладел моим телом. Я не помню, как прошептал Рейчел, что отойду ненадолго, как пытался тихо прикрыть за собой дверь и взбежал на палубу, где люди, словно стада потерянных овечек, ходили от одного бортика к другому. Но в моей памяти навсегда останется толчок в грудь, боль от которого была заглушена страхом. Страхом за незнакомца, у которого явно было не всё в порядке. И почему-то я побежал следом за незнакомцем, почему-то мне хотелось узнать, что с ним будет. Не просто из-за какого-то дурацкого любопытства, сердце при нём не пытается проломить грудную клетку, и так еле сдерживающую его. Только потом, когда мой незнакомец окажется на краю, всё прояснится. Я чертовски неправильно влюбился. С первого взгляда. Всё было как в тумане. Руки сами удерживали того самого парня с грустными глазами, слова сами выпрыгивали изо рта, несясь далеко во тьму, а сердце, глупая мышца, не переставало своих попыток высвободиться из плена. Лишь когда парень оказался на палубе, я позволил себе выдохнуть, встретившись с глазами напротив. Казалось, прошла целая вечность, пока воодушевлённый ропот людей недалеко от нас не был заглушён женским криком. Я нехотя оторвался от незнакомца, поднимаясь на ноги, и с непониманием глянул на девушку, стремительно приближающуюся к нам. Глаза её были прикованы ко мне, как и оскорбительно глядящий указательный палец. В панике я посмотрел на своего незнакомца, вертящего головой в попытке зацепиться за что-то. За мой старенький ножичек, например. Видимо, эта девушка паниковала именно из-за него, из-за ножичка, которым и ниточку-то разрезать сложно было. У меня откуда-то взялись силы на вялые оправдания. Боль в груди затмевала все мысли, не давая настаивать на своём. Я мог лишь соглашаться со своим незнакомцем, пытавшимся убедить всю собравшуюся толпу в том, что ничего серьезного не произошло, что это всего лишь несчастный случай. — Двадцатки будет достаточно, мистер Андерсон? Я опешил от наглости этой девушки. Неужели она думала, что всё вокруг крутится вокруг денег? Разве за спасение человека платят? Я мог бы и обойтись простым «спасибо» или лёгкой улыбкой со стороны своего незнакомца. — …может быть, Вы присоединитесь к нам во время ужина завтра? Ладно, это, возможно, будет лучше простой улыбки. Я согласился, не отрывая глаз от парня стоявшего рядом с этой по-смешному гордой Агнес. Рядом они выглядели ужасно несчастной парочкой, будто их насильно запихнули на «Титаник», и именно поэтому парень с грустными глазами собирался стать частью ледяного океана. Его щёки покраснели, из-за чего мои губы расплылись в улыбке. Мне было трудно дышать, и вряд ли виноваты были многочисленные удары в грудь. Наверное, мне придётся заново учиться дышать. Агнес со всей своей свитой решила вернуть моего незнакомца туда, откуда он сбежал. Никакого удовлетворения от спасения своего друга девушка не получала, глаза метали в меня молнии, казалось, она была бы рада его смерти. При таком раскладе я бы тоже полез за фальшборт. В любом случае парочка развернулась, и мой незнакомец взял свою даму под руку. Будь это какой-нибудь комедией, я бы ушёл сразу, не дожидаясь антракта. В ней высмеивали бы непозволительное отношение богачей по отношению к бедным, глупого мальчишку с грустными глазами и безумного мечтателя, так не вовремя отдавшего сердце первому встречному. А есть ли смысл сидеть до конца комедии, если знаешь, что она не рассмешит тебя? Ты актёр, на твоём лице не должно быть и тени улыбки, автор не позволял тебе делать этого. Никто не улыбнётся до самого конца. — Мистер Андерсон, верно? Я подскочил на месте, вспоминая, что не один на этой палубе. Передо мной была модная голубенькая шляпка с атласными цветами, прикреплёнными к широкой ленте. Дождавшись моего кивка, шляпка продолжила: — Маргарет Браун, приятно с Вами познакомиться, — шляпка протянула мне руку, с запястья которой приветливо сверкал браслет из драгоценных камней. Вспомнив нормы приличия, которые мне с самого детства пыталась навязать Рейчел, говорящая, что скоро станет новой королевой Британии, я наклонился и прикоснулся губами к полноватой руке и улыбнулся новой знакомой. — Взаимно, — шляпка дёрнулась в сторону ушедших знакомых. — Зовите меня Блейн. Миссис Браун явно не была в своей каюте с самого отплытия, ведь звёзды не сияют настолько ярко, что дамам приходилось носить шляпки. Тем более в такой близости от мрачной Британии. — Блейн, не обращайте внимание на мисс Хокли, она вечно ходит недовольная, — женщина улыбнулась мне, когда я извинился и быстро сходил за пиджаком, а затем продолжила: — Что насчёт мистера Хаммела, он не всегда такой неуклюжий, он настоящий джентльмен. Так вот как звали моего незнакомца с грустными глазами. После полученной толики информации хотелось расспросить женщину о нем, узнать имя, дату рождения, спросить, любит ли он петь, в какой каюте находится и что обожает. Какие книги, романы, стихи. Есть ли у него маленькие страсти, сохранившиеся с малых лет. Я бы непременно спросил обо всем этом, если бы не колокольчик в голове: подобное может вызвать неодобрение со стороны миссис и даже подозрение, а мне бы не хотелось давать кому-то возможность делать какие-то выводы до тех пор, пока я не разобрался в себе сам. Плюс, что-то подсказывало, что ей хочется больше узнать обо мне, чем рассказывать о своём окружении. — Верю, — я улыбнулся нашему с мистером Хаммелом секрету, но улыбка тут же сошла с моего лица, когда я вспомнил юношу, стоявшего за фальшбортом. — Извините меня за нетактичность, но где Вы взяли билеты? — оказалось, шляпка уже несколько минут рассматривала мой покрытый разноцветными заплатками пиджак, а затем и одежду, надетую на меня. — Оу, моя сестра выиграла их, — слова, словно тщательно подготовленные, слетели с языка. — Никогда не думал, что вернусь на родину. — У Вас есть сестра? Должно быть, она так же красива, как и Вы, — легкий флирт, который должен был расположить меня в ее сторону. Он был необязателен, ведь я и так был на ее стороне, если это означало, что там будет мистер Хаммел. Какой же всё-таки у него прекрасный голос. — Благодарю, — кивнул я, стараясь глядеть и на миссис перед собой, и в ту сторону, где скрылся мой знакомый незнакомец. — Не будете против рассказать мне о ней поподробнее по дороге к моей каюте? Помнится, у меня был великолепный костюм, который просто замечательно будет смотреться на Вас. — С превеликим удовольствием. Весь путь я говорил о Рейчел, в то время как думал о совершенно другом человеке, чей удар попал точно в цель. В сердце.
