Demon's soul

Последующие несколько дней омега усердно работал в своём кабинете, полностью с головой уйдя в дела. С одной стороны Чимин сильно уставал, сидя с горой бумаг, — всё-таки за такие важные дела берутся далеко не все омеги. Но также Пак был и рад, ведь эта усталость заставляла его мгновенно засыпать, как только голова касалась подушки. Однако, когда выдавались свободные минуты, его одолевала головная боль. И все из-за того герцога, имя которого омега даже не знает, да и знать не хочет. Ему не давал покоя сам факт того, что тот человек знает его имя. Спрашивал у кого-то или сам копал информацию — неважно. Главное, что он интересовался им. И возможно не только именем, а чем-то большим. Чимина это жутко злило: «Зачем ему было обо мне узнавать? Чтобы просто повеселиться и поиздеваться...» — блондин был уверен в этом. Ведь его взгляды в этом обществе мало кто разделял, дальше хрупкого стана и милого личика никто не заглядывал. И заглядывать не собирается. Но блондин от безысходности признает, что всего на один момент, всего на одну секунду он был готов поддаться этим невидимым чарам, за что сейчас очень корит себя. Пак ни разу не встречал таких людей и не совсем уверен, что такие ещё существуют. Поэтому, дабы больше не поддаваться этой необузданной слабости, омега принимает решение — избегать насколько возможно этого прекрасного и опасного человека. В это время должно было происходить одно очень важное для него мероприятие. Он раз в месяц посещал детские приюты города и угощал детей сладостями, предоставляя какую-никакую помощь самому учреждению. Да, это невыгодно и затратно, но кому ещё нужны эти дети, что лишены самого дорогого — семьи. А для Чимина эти улыбки и радостные возгласы бесценны. И так его встречает каждый приют, где все дети его очень ждут.

***

Прошло несколько дней, а Хосок пытался разузнать о Чимине ещё больше самыми разными способами: подстраивал преступления, писал множество писем с приглашениями на прием, посылал своих слуг к нему в поместье — просто делал всё, чтобы оказаться с парнем один на один, но, увы, выходило ровно ничего. Демон не хотел с этим мириться и каждый день перебирал различные варианты, ведь без контакта глазами, разговора, он был бессилен. Конечно, юноша мог ворваться к нему ночью, там и сделать все свои дела, но всё же Хо желал сделать всё гуманнее, чтобы Пак после их встречи сам потянулся к нему. Внезапно к нему в голову пришла идея. Чон знал, что раз в месяц молодой граф ходит в детские дома, которые находились в Лондоне, поэтому альфа решил понаблюдать за ним, а когда парень окажется один, демон внезапно появится, как будто невзначай, и наконец пленит своими чарами. Хосок просидел в своем кабинете где-то до часов трех, а после отправился в те места, где мог быть Пак. Чимин давно так не веселился, в компании веселой ребятни время летело быстро, а серое небо над Лондоном не казалось таким хмурым и злым. Омега почувствовал себя ребёнком в этой большой и теплой компании, для сирот блондин не жалел самых лучших сладостей из кондитерских. Его голубые глаза блестели, Чимин буквально забыл о всех проблемах и головной боли, что являлась ему в виде надоедливого образа герцога с чёрными, словно это сама бездна, глазами и коварной, пленяющей улыбкой. Так как погода на улице была вполне теплой и благоприятной, юноша решил поиграть с детьми на улице, а те просто не хотели отпускать его. И все было просто замечательно, Чимин широко улыбался и звонко смеялся. Но его смех резко оборвался, когда он почувствовал на себе чей-то взгляд. Тот самый взгляд, что выбивал твердую землю из-под ног. Парень боялся и не хотел оборачиваться, ведь догадывался, кому этот взгляд может принадлежать. Омега быстро попрощался с детьми и буквально дал дёру, надеясь, что хоть на этот раз он ошибается в своих догадках. Какое-то время Хосок спокойно прогуливался по улицам города, где было поменьше народу с простолюдинами; в руках у него была ещё одна трость, только она была намного дороже, чем та, которую испортил граф, и украшена драгоценными камнями. Погода в Лондоне в это время года была просто прекрасной, даже демону она вполне нравилась. Ближе к вечеру, когда солнце только-только начало уходить за горизонт, юноша подошел к одному из детских домов, где точно находился граф. Чон не хотел проходить внутрь здания, ему не очень хотелось пугать маленьких детей, да и самого Чимина тоже. Он просто ждал на улице, высматривая Пака из-за угла. Конечно же, граф в скором времени вышел, только не один, а с детьми. Демон опять же стоял и терпеливо ждал, очень пристально наблюдая за Чимином. Тот явно почувствовал пронзительный взгляд со стороны и быстро начал удаляться с места. Тут юноша тихими и быстрыми шагами стал догонять графа, и уже через минуту был напротив лица парня. — Куда спешим, граф Пак? — альфа с улыбкой начал разговор, начав смотреть прямо в чужие глаза. Чимин был готов провалиться сквозь землю от этой встречи, у него не было никакого желания проводить с этим человеком и лишней минуты. — Разве это должно вас волновать? С чего такая заинтересованность мною, мелким и ничтожным графом? С чего мне уделяется внимание столь почтенного человека, чьего имени я даже не знаю? — Чимин даже не старался смягчить голос. И смотреть в эти довольные, хитрые глаза ему совершенно не хотелось, поэтому омега отвел взгляд. Это было в какой-то степени удобно, так как ростом Пак был ниже, поэтому устремил свой взгляд под ноги, а точнее на новую трость герцога, что так и блестела в лучах вечернего солнца. — Как я и был уверен, вам не было проблемой заменить столь дорогую безделушку новой. А теперь позвольте пройти, — пролепетал блондин и уже сделал шаг в сторону. Хосок был довольно близко, но ему хватило места красиво поклониться. Он хотел как можно быстрее приблизить к себе этого человека, поэтому сейчас он решает включить свою интеллигентность. — Глубоко извиняюсь. Меня зовут Чон Хосок, как вы уже наверное знаете, я являюсь владельцем поместья Чон на окраине города. Ваша личность меня очень заинтересовала, я был бы очень благодарен за прогулку с вами, граф Пак Чимин. — Признаюсь, что не могу сказать того же о вас. Ваша личность мне чужда и противна, — Чимин поднимает свой взгляд с неким вызовом. Почему омега чувствует себя таким маленьким и ущемленным рядом с ним. Не хочется, не хочется этого признавать. Демон тихо усмехнулся от отведенного взгляда юноши, поэтому он говорил предельно сладким, манящим, красивым голосом с акцентом. Все же Чону просто необходимо было завладеть вниманием со стороны графа. — Хм, ах да, с тростью проблем не было, но она мне слишком дорого досталась. Парень устремил взгляд сначала на трость, а после вновь на Пака, делая вместе с ним шаг в сторону. Его огненно-рыжие волосы прямо-таки пылали в таком прекрасном свете, глаза блестели, а дорогая фирменная одежда подчеркивала статную фигуру демона. — Если... если я соглашусь на недолгую прогулку, после вы избавите меня от вашего присутствия? — Пак очень не хотел сдавать позиции, но что-то ему подсказывало, если он вновь сделает шаг в сторону и побежит, тот сделает тоже самое. Он не признает поражение, нет. Просто хочет как можно скорее отделаться от этого герцога. — Да, конечно. Если вы немного прогуляетесь со мной, то я уйду с ваших глаз всенепременно, я держу своё слово. Юноша взял нежную руку парня, коротко поцеловав. Никто ведь не говорил до какого времени демон не будет появляться на глазах, поэтому он только хитро улыбнулся и начал их совместную прогулку медленным и спокойным шагом. — Хмм, а я могу как-нибудь исправить ваше мнение обо мне, может я не такой, как вы думаете? — Хосок чувствовал себя очень уверенно; ни один демон не мог допустить, чтобы у него руки тряслись или голос дрожал. Чон был мастером в своём деле, и в его практике никогда не было таких оплошностей. При разговоре с Чимином альфа часто смотрел тому в глаза, и моментами появлялось такое ощущение, что он заглядывал прямо в самую душу. Может, оно так и было, ведь больше всего Хосока интересовала чистая и невинная душа графа. Блондин же смутился этому проявлению манер со стороны Чона, но выдернуть свою ладонь из захвата просто-напросто не успел. — Не думаю, что это возможно. Меня очень сложно убедить или удивить, — омега все время отводил взгляд, словно прячась от тех мимолетных встреч их взглядов. Все это пробирало до дрожи, было просто невыносимо. Поэтому Пак смотрел на яркие цветы в клумбах, на уходящее солнце в закат. Куда угодно, лишь бы не на до ужаса обворожительного герцога. — В этом обществе выживают именно сильнейшие, к примеру, такое же сборище эгоистов, как на том вечере. И кроме собственных потребностей и утоления жажды вас ничто не интересует, — сознается юноша, удивляясь своему откровению, — и вы, герцог Чон, абсолютно такое же. Вы преследуете определённую цель, что мне пока неясна... Юноша расправил плечи, шел медленно, но вальяжно. Всё-таки Хосок хотел удивить графа, поменять его мнение, сделать все, чтобы хотя бы шаг приблизиться к его сердцу и душе. — Тогда вам следует узнать меня получше, ибо вы не знаете обо мне ровным счётом ничего. Чон постоянно замечал, как Чимин отводит взгляд, из-за чего он мог привлекать его внимание одними лишь словами. Этого мало. — Я прошу вас смотреть мне в глаза, вы проявляете плохой тон по отношению ко мне, отводя взгляд. Я хочу видеть ваши глаза. Всё-таки юноше пришлось поднять взгляд на парня. И неожиданно его одолело странное чувство. Оно неприятное, оно пугает. Но отвернуться сейчас Пак не мог. Те остатки гордости просто не позволяли. — У меня нет желания смотреть вам в глаза. Сначала заслужите мой взгляд, а перед этим, пожалуйста, вспомните, как вы назвали меня в первый раз, — Чимин недовольно фыркнул. Уже хотелось наконец окончить этот разговор и как можно скорее удалиться. Демон решил взять его на манеры, ведь граф не мог отказать в таком, он должен по званию. Как только младший перестал отводить взгляд, демон очень часто заглядывал в глаза вроде бы и спокойно, но одновременно с напором и огнем. — Вы же при первой нашей встрече тоже не особо думали о манерах, — слегка съязвил омега. Если Чон Хосок думает, что может указывать ему и в чем-то упрекать, то очень ошибается. Блондину было некомфортно рядом с этим человеком, что так отличался от окружающих напыщенных аристократов. Он был не лучше их, нет. Но куда опаснее и загадочнее. Эта довольная ухмылка, что не сходила с лица собеседника при любых обстоятельствах, будь то бал или же данный момент, когда блондин высказывает своё недовольно, жутко злила. Поэтому что эта ослепительная улыбка покоряла омегу за омегой, а запах альфы просто сводил с ума. — Снова глубочайше извиняюсь перед вами, мне правда неловко за нашу первую встречу, я хочу изменить своё положение. Демон старался держаться, не срываться на грубый тон, говорил настолько мягко и спокойно, насколько хватало сил. Хосок не понимал, почему его чары до сих пор не пленили эту чёртову омегу. Какой такой он силой обладал, что твердо стоял на ногах перед Чоном, но альфа всё равно не сдастся, он не будет демоном, если не подчинит себе всех, кого захочет. — Как мне заслужить ваш прекрасный и глубокий взгляд? Что мне для этого нужно сделать? У Чона была видна ухмылка на лице от некого смущения графа. Он тихо и вежливо попрощался с Чимином и направился в противоположную сторону к своему дому. А всё-таки глаза у Чимина были красивые, словно бескрайнее море, в котором легко можно утонуть. В этих глазах была видна чистая, невинная душа, которая ещё больше притягивала демона. Чон находился довольно близко по отношению к Паку, дабы тот лучше чувствовал пленительный аромат. Это была ещё одна фишка, которую всегда использовал альфа, и она была чуть ли не последняя надежда расположить ближе к себе. — Поступками и отношением к таким же людям, как и сами мы, только без напыщенной и раздутой биографии родов и семей, — более и слова Чимин не хотел говорить этому человеку, что просто раздражал только одним видом и голосом всё его естество. Но всё-таки в нём сидело то самое проклятое милосердие, что не позволило послать герцога куда подальше. «Все же... даже такие выскочки и сутенеры заслуживают второго шанса, чёрт возьми...» Омега злился на самого себя за проявление слабости, но что-то не позволило вконец отвязаться от этого парня. А от аромата горького шоколада вот-вот поведет сознание. Но блондин уж этого точно не собирается показывать. Хватит с него милосердия на сегодня. — Окружающая интеллигенция считает меня наивным и слабым за свои принципы, ни на что не способным омегой. Считают, что мне следует брать пример с этих пустышек, каких вы, альфы, любящие обхаживать, — Пак не понимал почему все это говорит, но в глазах его читалась обида и ненависть на окружающих, что дальше носа своего не видят, но имеют права вершить судьбы обычных людей. — Докажите мне обратное, покажите, что вы не такой, герцог Чон. И тогда я подумаю о вашем прощении. — Хммм, можно попробовать, но только с одним условием: вы мне будете помогать. Хосок, конечно же, ничего такого делать не собирается, может только в присутствие графа, не более. Он не хотел переступать через свои принципы, но в то же время демон жутко хотел расположить Пака к себе. Для себя Чон решил, что при Чимине он будет хорошим, а без него он будет тем, кем является на самом деле. Осталось только дождаться согласия. — А я думаю, что вы довольно сильный для омеги, вы меня заинтересовали своей натурой и характером. Вы не такой, как все. Вы не с пустой душой, как остальные. Юноша явно отметил слово «душа», ибо и вправду у тех омег, кого он встречал, не было той прекрасной и желанной души, которая есть у Чимина. Парни тем временем уже дошли до поместья графа; демон подошёл очень близко и вновь поцеловал руку омеги, улыбнувшись. — Я докажу вам, что я не такой, каким вы меня считаете, просто помогите мне немного. Чимин изначально скептически посмотрел на него снизу вверх. Но после чуть смягчился, позволяя себе устало выдохнуть и прикрыть глаза. — Хорошо, посмотрим, что из этого выйдет, — тихо бурчит про себя юноша, когда его кожи вновь касаются чужие губы. Отчего он почувствовал себя какой-то неженкой именно в этот момент. Рядом с этим рыжеволосым загадочным человеком. Хотелось вновь вырвать ладонь и отдалиться. Но почему-то Чимин понимал, что это бесполезно. Пак отвернулся, потому что почувствовал, как его щеки слегка порозовели. У Чона была видна ухмылка на лице от некого смущения графа. Он тихо и вежливо попрощался с Чимином и направился в противоположную сторону к своему дому. Но для блондина это был шок и полное негодование, ведь такое было впервые. Он редко кого подпускал к себе, а те единичные счастливчики не удостаивались ничего подобного. Чон Хосок — первый, и омега надеется, что последний. Как только выдалась возможность, парень забежал в дом, громко хлопнув дверью. Пак явно не в себе. Весь вечер он потратил на дела и документы. Герцогу он напишет после, если тот вообще сам вспомнит о нём, хотя блондин надеется, что нет. Через день планируется раскрытие одного из самых загадочных дел, что тревожит весь город на протяжении долгого времени.