Demon's soul

Демон медленно и верно приближался к своей цели, хоть ему и не очень нравилось играть в хорошего мальчика, но чего не сделаешь ради такой души. Ну, и можно было с уверенностью сказать, что Пак очень сильно развеял скучные будни Хосока. Ещё никто так не привлекал внимание демона, хотя... был один, лет триста назад, чем-то похож внешностью и характером на Чимина, но в то время Чон был неопытнее и по своей глупости упустил его. Может быть сейчас Чон хочет наверстать упущенное? Возможно. Где-то через час, когда за окном уже совсем стемнело, юноша находился в своём поместье, для вида принял завтрак и снова ушёл к себе. Человеческой едой он питался, чтобы не вызывать подозрений и ненужного внимания к своей персоне; в данный момент демон очень голоден, ему нужна душа, энергия, которую можно будет поглотить, утолив голод. Сейчас Чон решил сконцентрироваться на чём-то другом, не думать о голоде, жажде и «не нападать» на других, просто дождаться наилучшего, а именно — графа Пака. Последний месяц весь город не знает покоя. Начались массовые исчезновения девушек, и уже никто и ничто не могло опровергнуть тот факт, что это были похищения. У них была особая закономерность, а самое поразительное, что девушки исчезали прямо на балах, когда их окружало множество людей вокруг. Городская полиция пыталась найти хоть какие-то зацепки. Было известно, что на балах появлялся загадочный галантный незнакомец, что привлекал внимание дам, а после таинственно исчезал вместе с жертвой. Омега, тщательно изучив всю имеющуюся информацию, принял решение помочь полиции, так как он подходил по характеристикам жертв: голубоглазые и белокурые молодые девушки. Единственное отличие было в том, что Пак являлся омегой, но визуально это было поправимо. Пышное платье с элегантными кружевами, туфельки, немного косметики, румян и остальная часть женского туалета, и в заключение парик нужного оттенка. Юноша, смотря в зеркало, не мог насмотреться на свою работу. В таком одеянии его не отличить от девушки, и это было только на руку. На светский вечер Пак прибывает с двумя сотрудниками полиции, что должны будут приглядывать за ним, стоя поодаль. Быть жертвой крайне неприятно и опасно, но ради всеобщего блага и спокойствия Чимин готов пойти даже на такие меры. Юноша медленно ходит по залу, стараясь привлечь к себе внимание нужного ему человека.

***

Около месяца демон наблюдал за прекрасной картиной: на балах исчезали девушки. Конечно же, Чон был к этому причастен, но не альфа крал девушек, а один богатенький граф, которого сам же Хосок и подтолкнул на этот путь. Юноша решил, что ему нужна хотя бы небольшая подпитка, ведь находиться постоянно голодным в этом мире и совершать более важные планы нельзя. Тем более у этих «красавиц» душонка была не из самых лучших и чистых, но демону и этого вполне хватало, он не хотел наедаться и наслаждаться ими так, как мог бы с ним. Альфа питался исключительно тогда, когда ему было необходимо, а этот граф вне зависимости от демона теперь совершал регулярные преступления. Этим вечером снова проходил бал, и Хосок был там в качестве приглашённого. Сейчас альфа не был так сильно голоден, поэтому он просто проводил время в кругу аристократии. По чистой случайности тот граф тоже находился на сегодняшнем балу, ища новую жертву. На примете у него уже появилась одна красивая дама в роскошном платье с изящной талией и белокурыми волосами, именно такой был идеал у этого мужчины. Он быстро подошёл к ней и предложил бокал вина. — Вы так прекрасны сегодня. Почему такая дама скучает одна без ухажера? Могу я вам составить компанию? Чимин, услышав позади себя шаги, обрадовался, что всё так быстро складывается, и ему не придётся целую ночь ходить по залу и слушать бессмысленные сплетни. Но стоило только услышать этот приторно сладкий и от того противный голос, стало несколько страшно. Оглядевшись, омега не нашёл глазами сотрудников полиции, видимо, слишком далеко отошёл от них, да и не сложно потеряться в такой толпе. Но ничего не оставалось, как брать всё в свои руки, импровизируя. Пак видит перед собой одного из графов, что был хорошим знакомым самого хозяина вечера. Чимин пытается выдавить из себя кроткую улыбку на льстивые речи мужчины. Отчего-то он не сомневается, что это как раз тот, кто ему нужен. Блондину пришлось кокетничать с графом, а как заиграла музыка, он подал свою ладонь в ответ, когда альфа пригласил его на танец. Чимин продолжал улыбаться, хотя все сжималось внутри от страха. Эти касания были ему противны, а граф будто назло вывел их в середину зала, отчего омеге пришлось терпеть ещё и взгляды со стороны разных людей. После же граф стал медленно, но верно уводить его из зала, предлагая показать нечто необычное. Сознание Пака буквально кричало об опасности, но отказаться он не смог. Юноше было необходимо узнать эту страшную тайну. Поначалу граф хорошо обходился с девушкой, показывал свои манеры, пытаясь не отвлекать внимание милой особы от себя. Он думал, что всё у него получилось, ведь в ответ ему кокетничали, хихикали и улыбались. Музыканты начали играть, и мужчина пригласил даму на танец. Альфа взял её за руку, прижал к себе, не отпуская ни на секунду, и вывел на середину зала, чтобы весь народ видел, какая прекрасная девушка ему досталась. Никому больше, только ему. Постепенно и незаметно граф начал уводить юную особу из зала, шепча на ушко: — Я хочу показать вам кое-что интересное, пойдёмте. Не бойтесь. Мужчина хитро улыбнулся, когда они оказались вне зала, направляясь в небольшую каморку, где хранились какие-то забытые всеми вещи. Хосок, что стоял неподалёку, разговаривая со своими «близкими» друзьями, прекрасно видел эту пару, узнал того графа, но не обратил должного внимания, ведь сейчас ему была важна его новая будущая жертва, и демон просто закрыл глаза на это, наслаждаясь приятным вечером. Пак до последнего сдерживался, чтобы не убежать обратно в зал или вовсе домой. Омега опасался любого шороха, ему нужно было выждать того самого момента, чтобы запомнить как можно больше. Также парень всё ещё надеялся, что люди из полиции следуют за ними или хотя бы заметят его резкое исчезновение и начнут искать его. В какой-то момент юноша уходит в себя, засмотревшись на водную гладь, покоящуюся на мраморном фонтане, что был вдали от самого поместья. И тут омега в доли секунды замечает, с каким устрашающим оскалом позади него стоит некогда обходительный и вежливый граф. Сердце испустило громкий стук. Чимин не успел отстраниться, как к его лицу прижали платок, смоченный какой-то настойкой, отчего его тело вмиг потяжелело, а глаза стали медленно закрываться. До последнего сопротивляясь, Пак лишь уловил, как преступник потащил его в какое-то строение, а дальше — темнота.

***

Пришел в себя омега достаточно скоро, обнаружив, что находится в каком-то тёмном и сыром помещении; по всей видимости, это было что-то похожее на небольшое подземелье прямо под поместьем. Первое, что он увидел — несколько девушек поодаль от него, что плакали и дрожали от страха; рядом же было ещё несколько девичьих тел, но только уже не живых. Это было понятно по их бледной, как фарфор, коже. Самого же альфы он по близости не увидел, видимо, тот отправился за ещё одной жертвой. У самого Чимина сердце вмиг ушло в пятки, стало очень страшно и жутко. Но сидеть и трястись у него просто не было времени. Чудом освободившись от верёвок, туго держащих его руки и ноги, омега первым делом подбежал к девушкам, пугающимся каждого шороха, и попытался привести их в чувства. Необходимо было выбираться. Еле как заставив полуживых девушек подняться на ноги, Чимин повёл из наверх к выходу и смог взломать одну из дверей. Блондин хотел отправить девушек на поверхность, как услышал зловещий смех за спиной. Парень, не долго думая, вытолкнул девушек к выходу и тут же захлопнул дверь, прижавшись к ней спиной, тем самым давая понять, что не пропустит этого ублюдка наверх. А в душе страшно до ужаса. Чимин спас девушек, но кто теперь спасёт его? Граф, с пошлой, даже помешанной улыбкой, медленно приближается к нему. А после, скалясь, тащит обратно вниз, попутно нанося удары по телу жертвы, дабы уменьшить сопротивление со стороны. Граф пристально следит за тем, чтобы девушка не убежала, держа её крепко за руку, также он постоянно оборачивается, мало ли кто за ними может направляться. Они уже почти дошли до того самого места, и, подойдя к девушке поближе, мужчина с сумасшедшим взглядом резко прижал платок с большим количеством настойки для сна. Граф очень быстро потащил её в подвал, где находились другие жертвы. Некоторые ещё были живы, некоторые были убиты, хотя тела у них были чистые. Он бросил тело новой жертвы на холодный пол и ушёл обратно в зал за ещё какой-нибудь девушкой, потенциальной жертвой. У этого мужчины явно поехала крыша, и всё это несомненно из-за влияния Хосока. Какое-то время его не было, но как только граф вернулся за новой жертвой, застал то, чего явно не ожидал. Почти все девушки были свободны и уже убегали, кроме одной, похоже самой смелой и бессмертной. Мужчина только посмеялся, приближаясь всё ближе к графине. Подойдя к ней, он с силой тащит её вниз, нанося удары с сумасшедшим смехом и беснующимися глазами. В это время освобождённые девушки нашли зал, где проходил бал и стали звать на помощь. Полицейские тут же прибежали к тому подвалу, предотвращая изнасилование, переходящее в убийство. Граф не думал ни о чём, ему лишь бы своё получить, желания утолить, он даже толком не понял тот факт, что перед ним сейчас парень, а не девушка, поэтому полицейским пришлось буквально отключить его от мира, чтобы он не нанёс никому ещё больше вреда. А любопытным гостям тоже было интересно, что же там такое случилось, и Чон был в их числе. Как только демон прошёл в подвал, он только вытаращил глаза, видя трупы девушек, с недавно съеденными душами, и Чимина полураздетого, у которого в глазах только страх покоится и ужас, да ещё и в платье. Явно очень интимная и пошлая картина, которая безусловно понравилась и пришлась по вкусу молодому демону, но он старался не подавать виду. Юноша подошёл к побледневшему графу, а может и графине, и протянул руку, ухмыляясь: — Я могу вам помочь? Пак просил... нет, он просто молил всех известных ему богов, чтобы этот кошмар скорее закончился. Всё это время он пытался вести себя стойко и храбро, ведь должен был... А должен был ли вообще? Почему отправился на столь опасное дело именно блондин, маленький и беззащитный омега. Омега, которого трясло то ли от холода, то ли от пережитого страха. Чимин всеми силами пытался доказать окружающим и главное самому себе, что именно от холода. Но что-то подсказывало, что у него не особо получаются. Его видит насквозь всего один единственный человек, отчего отнюдь не легче. Один единственный, и лучше бы это был кто угодно, но только не он. Опять эта дотошная ухмылка, блестящие омуты-глаза. И аура опасности, безнадежности, что так и желает покорить, подчинить себе. — В-вы... — омега не узнает своего голоса, он был таким слабым, беззащитным и жалким, — н-не могли бы одолжить ваш камзол? — пролепетал блондин, в тоже время прикрывая руками изорванный верх платья; ему хотелось как-то прикрыться: от него, от чужих глаз, от всего мира. И вообще-то хотелось большего. Хотелось тепла и успокаивающих слов от человека напротив, но Пак не позволит дать себе слабину. Не здесь, не этому человеку. Хосок стоит рядом с Паком, снимает свой камзол и надевает на омегу, после этого легко подхватывает на руки и выносит на улицу. — Не дёргайтесь, пожалуйста, я же вас не под венец несу, а всего лишь помогаю. Граф в руках юноши много ворочается, просит отпустить, но Хосок, конечно, не выпускал его из своих сильных рук до самого конца. Омега всё же скоро успокоился, уткнувшись в шею демона. Как только он донёс парня до скамеек, куда и посадил, стал застегивать тому пуговицы. — С вами всё хорошо? Вам нужна карета до поместья или вы сначала дождётесь полицию? Альфа не то чтобы очень сильно волновался и переживал, он просто не мог вновь упустить свой шанс. Демон не позволял себе лишнего, просто сел рядом почти молча, иногда поглядывая на Пака. Люди потихоньку начинали уходить обратно в зал, бурно обсуждая произошедшее. Полиция разбиралась с трупами, опрашивала пострадавших девушек, а преступника тут же повезли на суд и вскоре на смертную казнь под предлогом того, что в него вселился бес, и другой участи ему не суждено. Пак хотел возмущаться во весь голос, то и дело дрыгая ногами, показывая своё недовольство, но на самом деле сейчас было просто не до этого. Омега слишком устал и физически, и морально, ему явно будет сложно уснуть этой ночью. — Думаю, они уже тут и без меня справятся... — тихо шмыгнул юноша. Его окутывал пленяющий аромат шоколада, что имел поразительно успокаивающий эффект. — Я сам как-нибудь доберусь домой. Честно, Чимин благодарен. Омега привык быть постоянно на стороже, не подпуская к себе никого. Но одному очень сложно — неимоверно. Когда-то настанет момент и ты не сможешь рассчитывать лишь на самого себя, так как окажешься слишком слаб и беспомощен. Поэтому Пак и не принимает чьих-то предложений, ведь такой образ жизни не дает ему увидеть, где жалкие подачки, а где искренние намерения. — Да меня такого никто и под венец не возьмёт... Блондин ушёл в собственные мысли, даже не заметив, что проговорился в слух. А как осознал, смутился на миг, встревоженно прикусывая нижнюю губу. — Всё же, давайте я вас провожу до дома, или давайте поедем в моё поместье, оно намного ближе вашего, у меня переночуете и отправитесь рано утром к себе. Хоть и Хосок был виноват в этом всём, но он не чувствует вины, потому что это только забавляет демона. Сейчас был шанс проявить некую заботу к Чимину и привести в своё поместье. Может быть молодой граф подпустит демона к своему сердцу, откроет свою душу, отдастся ему полностью. — И не говорите глупостей, вас многие бы взяли под венец, вы такая известная личность, ваша загадка и таинственность интересует всех. Чон был горазд на красивые и лестные слова, которые были близки к правде, но юноша говорил это не от сердца. Альфа посмотрел в глаза младшего, положив одну руку на щёку. У блондина не было сил даже прерикаться и огрызаться, на сегодня он выжат до последней капли. Поэтому несколько помедлив и взвесив все «за» и «против», решается, что Чон ему откровенно не нравится и с ним нужно быть постоянно на чеку, но надеется, что Хосок не настолько низок, чтобы пользоваться его безвыходным положением. — Х-хорошо, я вас не потревожу, а утром уеду, не оставив о себе следа, — слышал бы Пак себя пару дней назад, не поверил бы. Герцог Чон — последний человек, к которому омега мог бы обратиться. Но зато сейчас он рядом, ближе всех. Блондин потирает предплечья, на улице в это время свежо и даже холодно, отчего юноша ежится. — Я очень рад, что вы решились поехать ко мне. Карета уже готова. Вообще, Чон мог бы быть уже дома, но тут внезапно произошла эта ситуация, однако карета до сих пор ждала его прихода. Демон вновь подхватил графа на руки, прижал к себе, и понёс к карете. Пак сейчас был очень сильно похож на девицу, может даже легкодоступную, но Хосоку такой вид даже очень нравился, привлекал, даже возбуждал его бурное воображение. В какой-то момент ему просто захотелось порвать пышное платье прямо на графе и взять его в различных позах, но это оставалось только в его голове и не более того. Герцог усадил Чимина в карету, и они поспешно поехали в поместье. Демон долго не спускал буквально голодного взгляда с вида Пака, но не совершал никаких действий, просто лицезрел. Вскоре карета остановилась, и Хосок помог юноше вылезти из кареты, немного поддерживая за руки до самого крыльца. Альфа провёл его в прекрасное, но темное и мрачное поместье, где его уже встречали несколько слуг. Пак ничего не сказал в ответ, только лишь кивнул. Слишком бурным выдался этот вечер, и парень не помнит, когда в последний раз так уставал, а боялся тем более. Всю дорогу омега смотрел в окошко, за которым мелькали улицы и дома с неяркими огнями. Всё же окончательно расслабиться не получалось, Пак устал, но не лишился ума и рассудка. Он столько времени избегал и не подпускал этого человека к себе, потому что от него так и разило чем-то запретным и порочным. Сейчас Чимин просто благодарен за помощь, но не больше. Расслабляться рядом с герцогом нельзя ни в коем случае. Блондин так и чувствовал пронзительный взгляд на себе, но со стороны Хосока не было никаких действий. Это доказывало, что Чон умен, но не менее опасен. Кто знает, что у него в голове, и Чимин замечает, что тому хватает ума и смекалки держать свои мысли и намерения только в своей голове. А Пак не сомневается, что думать герцог может о чём угодно, мысли этого человека сложно предугадать.

***

Поместье герцога оказалось большим и богатым, в чём юноша не сомневался. Но что-то в этом месте пробирало до дрожи; по спине прошёлся холодок, хотя в помещении было тепло и в каминах горел огонь. — Смотрю, вы живёте на широкую ногу, — тихо говорит парень, оглядываясь внутри. Ему было непривычно находиться в таких богатых комнатах, его поместье было небольшим и не особо вычурным, так как для Пака в первую очередь был важен комфорт и уют. Но странное ощущение последовало его по пятам, будто он оказался в логове опасного зверя, что не давало спокойно выдохнуть. — Да, хочу прожить хорошую и богатую жизнь, моё состояние позволяет мне жить роскошно. Хосок глубоко вздохнул, ведь живёт он уже более двух тысяч лет, и жизнь его ещё будет идти очень долго и очень медленно. В этом были свои минусы и плюсы. Демон терял многих талантливых людей, некоторых друзей, но зато Чон постоянно наблюдает, как развивается человечество, встречает новых необычных личностей, например, того же Чимина, который не боится смерти, ведь сейчас можно сказать, что Чон Хосок является смертью. В поместье буквально царил мрак, беспросветная темнота. Окна были тёмные, завешанные шторами, везде горели свечи; в доме было тепло, но холод от сущности Хосока тоже присутствовал. Демону было комфортно так, он чувствовал себя более спокойным в такой темной, возможно для кого-то удушающей обстановке. Юноша мог свободно думать, размышлять, писать. Слуги его были верные, но тоже мрачные, со своими длинными жизненными историями, в их глазах был виден какой-то страх, может быть отчаяние. Чон их не запугивал, они сами чувствовали, что с этим герцогом что-то не то, что-то не от мира сего. Альфа лично провел графа до его спальни, где он сегодня проведет ночь. Следом за ними шёл дворецкий, в руках у него была большая ночная рубашка, которая по обстоятельствам пахла демоном, но ничего другого Чон предложить не мог. Или не хотел. — Вы спите сегодня здесь, я нахожусь в самой последней комнате, если что-то нужно — заходите. Дворецкий постелил Паку и оставил рубашку на кровати, после вместе с альфой удалился. — Хорошо, спасибо, — омега без лишних пререканий принял одежду. Ткань была наощупь гладкой и приятной. Он проводил взглядом мужчин, и только как оказался один тяжело и громко выдохнул. Это место пусть и было теплым, но на душе было неспокойно находиться здесь. Чимину казалось, что у стен здесь были глаза и уши, что так и изучали гостя их хозяина. Блондин наконец снял парик и неторопливо стал стягивать с себя тяжелое платье, огляя свои плечи и в последствии всё тело. Напротив стояло зеркало в полный рост, в отражении которого юноша увидел на своих запястьях и талии синяки. Пак отметил для себя, что наверное ещё легко отделался, но было больно вспоминать, как потерявший рассудок мужчина тащил его обратно в подвал. Чимин попытался отогнать от себя эти мысли, облачаясь в ночную рубашку, что была ему велика и сползала, оголяя плечо. Пак ещё раз посмотрел в зеркало. Комната была выполнена в темных тонах, отчего казалось, что юноша является в комнате единственным светлым пятном. Будто тьма так и окутывала его, звала за собой. Вскоре омега забирается на тёмно-бордовые простыни. Уснуть получается далеко не с первого раза, но усталость от потрясений берёт своё. А запах от рубашки так и обволакивает его, заставляя забыться и пасть в долгожданный сон.