Ситроены тоже плачут

Чанбину было четырнадцать, когда друзья семьи, приходя в очередной раз в гости, взяли с собой их мальчишку шести лет, которого до этого никак не получалось со всеми познакомить. Чанбин знал, что где-то там существует гипотетический Хван Хенджин, долгожданный и невозможно любимый сын лучшей подруги его матери, но никогда особо детьми не интересовался. Тем более в четырнадцать лет. Он смотрел на мальчугана без любопытства, просто никак. Доброжелательно, насколько этого требовала вежливость, и с осознанием, что сейчас все доедят и его обязательно попросят присмотреть за младшим взамен на несколько кусочков торта и мелких купюр, пока родители будут трескать с друзьями этот самый торт в сопровождении вина, а то, может, и соджу. Ничего удивительного. У Чанбина хорошие отношения с семьей, раз в месяц можно вечерок и потерпеть. Хенджин зашел в его комнату с таким видом, как будто пол – это лава, а со стен на него сейчас посыпется радиоактивный пепел, и сразу же уставился на простенький синтезатор, установленный на отдельном столе у окна. Чанбин оценил риски. - Ты учишься играть? – осторожно поинтересовался он максимально мягким голосом – тот как раз сейчас доламывался и все чаще звучал как низкое не очень приятное бульканье. - Н-нет, но, - Хенджин собрал губки бантиком, неосознанно превращаясь в само очарование, - я хожу на танцы, и у нас в зале тоже стоит электрическое пианино, учительница иногда на нем играет. - О, - Чанбин не нашелся с ответом, скитаясь взглядом по комнате, - тогда, может быть, хочешь поиграть в приставку? Или я могу какие-нибудь комиксы из шкафа вытащить. - А хен будет играть?.. – мальчишка осторожно опустился на краешек кровати, скашивая глаза на небрежно валяющиеся у телека джойстики. - А давай, - легко согласился Чанбин, подхватывая поставленные было на письменный стол тарелки с тортом и перемещаясь на коврик перед приставкой, - кто проиграет, шурует за газировкой на кухню, я ее взять забыл. - Идет, - Хенджин шустро оказался рядом, первым делом вцепляясь не в вилку, а в джойстик. Чанбин невольно подметил его нереально серьезное лицо. - Что, ушатаешь меня? - Уша-что? - Проехали, в Мортал Комбат умеешь? - Папа дома в него играет, мне мама запрещает. - У-у-у, тогда ты попал в правильное место, парень. Хенджин наградил его непонимающим взглядом широко распахнутых глаз, и Чанбин, подыгрывая, тоже округлил их, заговорщически склоняясь к макушке мальчишки и мимоходом ощущая запах детского шампуня. - Хены типа меня для того и нужны, чтобы нарушать с нами мамины запреты! Мальчишка радостно хихикнул, улыбаясь глазами. Чанбин вдруг заметил родинку повыше его левой скулы, прямо как у матери, и мельком подумал, что, наверное, красивый парень вырастет.

***

Джисон забодался. Со страшной неумолимой силой. Это только первую неделю казалось, что ну устаешь к вечеру, ну ладно, жить можно. К концу второй от запаха омывайки уже тошнило, средства заколебали оставлять разводы там, где их никто не ждет, но почему-то обнаруживает клиент, пена достала лезть в глаза, уши и вообще, по ходу, везде. Кафешка опостылела, лавочка под солнышком тоже. Свой первый выходной Джисон просто проспал на свежем белье с запахом ландыша, игнорируя звонки и сообщения друзей, частично аргументируя это впоследствии тем, что бросил скейт на работе. И не то, чтобы все на мойке было так плохо и утомительно, просто в восемнадцать лет любая маломальская рутина кажется концом жизни. Волосы от обилия воды совсем выцвели, и Джисон начал потихонечку выбирать себе новый оттенок ко дню рождения. И не важно, что до него еще около трех недель. В жизни вынужденного работать школьника за неделю до начала нового семестра должны быть хоть какие-то радости. Например, шоколадные чизкейки. Минхо ждал его после работы в четверг с таким лоснящимся самодовольством лицом, что собственное лицо Джисона скисло как позапрошлогодний кимчи. Заметив это, Минхо расцвел еще больше, хотя, казалось бы, дальше уже некуда, и практически с размаху всунул в вялые руки парня здоровую коробку без надписей. - Я обещал! Твой чизкейк! Не фабричный! Джисон заинтересованно покосился на бечевку, опоясывающую упаковку, поднес торт к лицу и ткнулся носом в щелку у откидывающейся крышки. По рецепторам ударило насыщенным невероятно вкусным запахом какао с ванилью, и совсем немножко – нежным сливочным сыром. Парень с наслаждением зажмурился, настроение неумолимо поползло по шкале вверх. - О-о-о, как он па-ахнет! С чего такая щедрость, хен? Кстати, трюфели были просто обалденные! Минхо протянул руку и весело потрепал его по волосам, на что Джисон только вскинул бровь и чуточку загрузился – это с какой стати этот хен так просто может к нему прикасаться? Хотя, к своему удивлению, ему не то, чтобы не все равно – а ведь неделю назад он бы обязательно взъерепенился. - А давай я тебя покормлю и расскажу про госпожу Ким? – тем временем бросил Минхо, точно таким же движением взъерошивая едва серебрящийся затылок уже себе. - Про кого??? – часть с ужином Джисон благополучно оставил без прямого ответа, вместо этого просто нашаривая взглядом знакомый Ситроен. Минхо подхватил его под локоть и потащил в сторону машины, на ходу принимаясь что-то болтать, а Джисон второй раз за вечер удивился, какого все-таки черта. Впрочем, кого волнует, когда в руках шоколадный чизкейк ручной работы, а впереди бесплатный ужин явно не в макдаке?

***

Госпожа Ким оказалась владелицей сети общественных бассейнов не только Сеула, но и некоторых других городов Кореи, которую Минхо по счастливой случайности подобрал на дороге после того, как закинул Джисона в прошлый четверг. Пытаясь поддержать беседу до приезда сервисников из центра Мерседеса, она пожаловалась, что в результате проверки своего бассейна подхватила какой-то неприятный грибок, и не смогла доходить день в туфлях, на что Минхо не только с тонкой улыбкой вручил ей свою визитку, но и выдал самые лучшие тапочки из образцов, стабильно валяющихся в багажнике на случай деловых встреч. Просто потрясающее стечение обстоятельств, невероятное везение! Госпожу Ким оно удивило, но тем не менее, шлепки ей понравились. Тем более, что Минхо приложил все, что мог вообще приложить, к тому, чтобы произвести на нее самое благоприятное впечатление. В результате они обменялись контактами, и через пару дней она внезапно набрала его с вопросом о пробной партии шлепанцев в один из ее бассейнов в качестве одноразовой выдачи клиентам, с возможностью покупки на ресепшне, если вдруг клиент их потерял. Заказ не то, чтобы большой, у Минхо бывали партии и побольше, но от маячащих перспектив этого зарождающегося сотрудничества у него сладострастно закатывались глаза, о чем он и поведал покорно кивающему и мычащему от «восторга» Джисону за ужином в маленьком итальянском кафе, доведя свою курицу в соусе песто до полного остывания постоянными перерывами на поговорить. В конце этой невозможной тирады, Джисон с непроницаемым лицом неторопливо дожевал последний ломтик бекона от своей карбонары и сердечно поздравил Минхо с тем, как удачно у него все складывается после недавнего провала и вообще все в этой жизни к лучшему, но вообще ему завтра на работу и не пора ли им попросить счет? Минхо уже почти привычно для Джисона похлопал глазами и, спохватившись, протянул руку, привлекая внимание официанта. Глядя на его профиль и все еще тускло отливающие серебром волосы, Джисон подумал, что вот бывают же все-таки такие красивые люди. Им не надо красить волосы в разные цвета, шаманить с пластикой, носить драненькие джинсы с цепями и цацками и вообще что-то делать, чтобы привлечь внимание. Он просто в офисном наряде, который в Сеуле считай на каждом втором, выглядит как главный герой дорамы и невольно привлекает к себе взгляды. Да и вообще, умный, воспитанный, работает как проклятый, зарабатывает на свои хотелки сам – машину вот купил непростую, например. Хваткий – не каждый бы смог из этой ситуации с левой женщиной на дороге вытащить контракт по службе. Такой далеко пойдет по карьерной лестнице, стоит только ему перехватить удачного клиента. Идеальный сын для всякого родителя, желающего воспитать достойного человека и члена общества. А Джисон… А Джисону восемнадцать и он без понятия, куда ему деваться дальше. Совсем. Минхо щелкнул ремнем безопасности и внимательно посмотрел на втыкающего в пространство спутника. - Ты что, засыпаешь? - А, да, да, конечно, - почти привычно вздрогнул тот, от неожиданности чуть сильнее нужного сжимая лямки рюкзака на коленях, - в смысле, нет, просто задумался. Едва слышно щелкнуло зажигание, мягко заурчал мотор и вспыхнула приборная панель. Джисон зачарованно уставился на синие и зеленые огоньки за рулем, краем глаза подмечая ухоженные руки на нем. - О чем? – размеренно затикал поворотник, Минхо повернул голову в три четверти, всматриваясь в боковое зеркало. Джисону до невозможности действительно захотелось спать. - Хен много говорит о работе. - О. Извини, вероятно, это утомляет. - Нет, я просто… Поворотник все тикал. - Просто из-за этого начинаешь думать о работе сам. Не о мойке, а о той, что будет потом когда-нибудь. Я обычно об этом не задумываюсь, но тут… - А-а-а, - протянул Минхо, выворачивая наконец на дорогу, - не надо об этом. Я примерно представляю, что у тебя в голове творится – сам я таким не был, но мои друзья, почти все, очень страдали от всех этих мыслей куда, кем, зачем. Конечно, определяться все равно придется, но жизнь не состоит из одной работы. Не делай ее центром всего на свете. Джисон пораженно воззрился на своего спутника. - Нифига себе, - вырвалось у него, - от кого-кого, а от тебя, хен, я не ожидал. Минхо неопределенно дернул плечами. - У меня всегда была четкая цель. Кем я буду работать, сколько мне надо зарабатывать, как я буду отдыхать и чем жить за пределами офиса. Я всего лишь придерживаюсь изначального плана. Моя безусловно любимая работа – это где-то половина меня все-таки, не состоять же из одних контрактов и резиновых тапочек, пусть даже и лучших в Корее. - А что там еще? Внутри? – заинтересовался Джисон, поворачиваясь на сидении. Минхо немедленно заворчал. - Развернись прямо!.. Безопасность превыше всего! Не пять лет уже! Джисон недовольно скривился, но в прямосидячее положение все же вернулся. - Так что там с нутром? - Да все как у всех. Половинка половинки пустая пока под гипотетических жену и детей, половинка половинки – хобби. Глаза по соседству округлились. - Хобби??? Минхо-хен, у тебя есть хобби??? Серьезно??? Он грохнул по тормозам и выкрутил руль к обочине так резко, что ремень Джисона всхлипнул и одернул корпус обратно в сиденье. Минхо, в мгновение разогнавшись до крайнего возмущения, повернулся. - А что со мной не так??? Почему у Минхо-хена не может быть хобби??? - Безопасность, говорил он, превыше всего, - невнятно прохрипел Джисон, сползая по спинке и хорохорясь, - потому что хен помешан на работе и своем финансовом благополучии. - Знаешь ли!.. – начал было разъяренный Минхо, но вместо окончания фразы громко выдохнул и вернулся к дороге. Остаток пути проехали молча. Когда Ситроен замер у подъезда, Джисон даже не попытался отстегнуться. Все сверлил взглядом дырку в крышке коробки с чизкейком, которую выудил с заднего сидения пару минут назад, и не двигался. Минхо смотрел в освещенное фонарем и фарами пятно на асфальте и методично стучал пальцами по рулю, поджав и без того тонкие губы, – он был чертовски зол, но в силу многих обстоятельств вроде «он все еще глупый ребенок, который меня бесит», «кто он такой, чтобы я на него тратил свои нервы» и «я выше того, чтобы задевать в ответ, особенно детей» сдержанно молчал. Джисону настоятельно думалось, что пора бы уже стать взрослее хотя бы на пару деньков. - Простите меня, - выдохнул он в конце концов, склонив голову так низко, как это только было возможно, и по удачному совпадению прикрывая лицо выпавшими из-за ушей прядями, - это было слишком… неуместно и неправильно. Я не подумал. Я буду следить за своим языком в дальнейшем. Уловив вежливое обращение, Минхо обернулся. - Я не просил возвращаться к формальному стилю. - Прости, - послушно поправился Джисон, не подымая глаз, - я в любом случае был не прав. Он почувствовал, как пристально на него сейчас смотрят, и стыдливо поежился, размышляя, когда уже у него мозг будет работать ну хотя бы одновременно с языком. - Вижу искренность. Прощаю, - неожиданно даже для себя остыл Минхо, - а теперь шуруй домой, завтра еще машины мыть. Джисон, не оборачиваясь, вылетел из машины, что пробка из бутылки шампанского. Чизкейк был затолкан в холодильник, Джисон кратко отчитался матери, что они делали с Минхо-хеном и как прошел день вообще, а потом, едва закрыв свою дверь, не раздеваясь, рухнул мгновенно запылавшим лицом в постель. Это же надо, такое сморозить. Он тебя кормит, извиняется за свинство, возит домой, а ты ему – поехавший трудоголик-эгоист. Отвратительно. Как же отвратительно от себя. Телефон тихонечко прожужжал сообщением Хенджина: «Я завтра забегу к тебе на работу часа в два?» Джисона перед контрольным приступом самобичевания хватило только на «Ок».

***

Утро началось с рева мотоцикла прямо у боксов мойки. Джисон выглянул наружу, с интересом оценивая масштаб очередной катастрофы – если Чанбин приехал прямо сюда, не соблаговолив запарковать своего двухколесного друга поближе к мастерской, значит, дефицит кофеина в его крови достиг критического значения. И действительно, мотоцикл остался просто брошенным посреди площадки, пока его хозяин с глазами цвета перезрелой вишни волок свое тело по лестнице к Чану. Джисон прикинул геолокацию железного коня относительно въезда в боксы и призвал на помощь Дэхви. Вдвоем они оттолкали чанбинову лошадку в никому не мешающий уголок площадки, а потом Джисон, по наитию одному ему известного шила в некоем месте, постучал в дверь кабинета Чана, за которым слышался шум старательно мелющей кофе машинки. - Джисон-а? – удивленно качнулся в кресле Чан, отрывая взгляд от отвратительно сербающего из крохотной чашки свой живительный эспрессо Чанбина. - Машин пока нет, а Чанбин-и-хен выглядел совсем погано, и мне стало интересно, - честно пояснил тот, наблюдая, как тело зомби заканчивает терзать несчастную чашечку и звериным взглядом впивается в жужжащую кофеварку, - а как у него сердце выдерживает?.. Он по сколько чашек за раз вообще готов выжрать? Чан горестно вздохнул. - Вообще я позволяю ему две. Потому что такой треш происходит только после его выходных, ну то есть приблизительно раз в неделю. Кофе у меня ядреный, потому что я сам полуночник тот еще на самом деле, этого ему хватит. Остальные утра перебивается автоматом в кафе. Джисон выразительно посмотрел на одного из самых своих любимых за всю жизнь хенов, сейчас мало похожего на что-то вменяемое, и покачал головой. - А я текст попробовал накидать на его последний бит, ждал, когда показать можно будет… - Текст? – заинтересовался Чан, складывая руки на столе, - надо же, он таки втянул тебя в это болото. А мне покажешь? И еще, ты, кстати, петь случаем не умеешь? - Кстати? – насторожился Джисон, присаживаясь на самый краешек стула напротив босса, - умею. Я был главным вокалистом в музыкальном кружке в средней школе, но в старшей решил, что, пожалуй, не хочу больше. У Чана в глазах на мгновение заискрило такое, что расположившаяся буквально в двух шагах от него звериная сущность невменяемого Чанбина показалась отсветом далекой звезды в затянутом облаками ночном небе. Джисон пискнул. - И сейчас не хочешь? - Сейчас… ну… мне рэп понравилось читать… если надо, и попеть можно, наверное… - Сделай это ради меня, - шеф сделал такое убийственно серьезное лицо, что у Джисона не было ни единого шанса. - Да, хен, - пробормотал он, останавливая взгляд на мониторе с камерами и вдруг вспоминая, - а. Я хотел спросить – ко мне сегодня друг зайдет, можно ему мойку изнутри показать?.. Чан расслабленно откинулся в кресле, до крайности довольно щурясь с улыбкой. - Твоего возраста друг? Поработать хочет? - Да нет, Хенджин просто прове- Тело в кресле у кофемашины одним рывком воскресло и приняло вертикальное положение, до смерти перепугав остальных присутствующих. - Что там про твоего друга, Хан-а? – поинтересовалось оно, живо разглядывая поджавшего от ужаса ноги Джисона. Повисла пауза под шум кофемолки, в которую Джисон попытался собрать в кучу поток перепуганных мыслей, Чан что-то быстро соображал, а Чанбин просто крайне любознательно разглядывал тонсена. - Погоди, как ты сказал, Хенджин? – пробормотал наконец Чан с лицом человека, который начал что-то понимать. Джисону, как единственному непосвященному, активно захотелось сбежать. - Ну да, Хенджин, м-мой друг, зайдет сегодня в о-обед, посмотреть, как я тут… Чанбин с усердием закивал. - Конечно, пусть заходит, в чем вопрос вообще! Правда, Чан-и-хен? Тот смерил Чанбина диковатым взглядом и длинно выдохнул. - Допустим. Допустим, - он с некоторым трудом перевел взгляд с друга на Джисона, - только без Дэхви не перемещайтесь по боксам, я тебе, конечно, доверяю, но ты пока еще новичок и- Чанбин замахал на него руками, издавая что-то среднее между мяуканьем и тявканьем. - Да все нормально будет, не нуди! - Это я-то нудю, Чанбин-а? – начал заводиться Чан, выдвигая вперед нижнюю челюсть и опасно складывая брови домиком. Уловив эту перемену, Джисон подхватился с места и, буркнув что-то вроде «спасибо-хен-мы-будем-осторожны», ретировался. Дождавшись, пока его топот по лестнице стихнет где-то внизу, Чан резко сменил выражение лица с угрожающего на недовольное. - И ты хочешь мне сказать, что возишься с Джисоном из-за этого? - Неправда, - бойко парировал Чанбин, уже намертво застряв у небольшого настенного зеркала в уголке кабинета, - он клевый парень. И шарит. И с ним всегда весело. Серьезно, я люблю Хана вполне искренне. - «Парень с фотки», - выразительно проговорил Чан, скрещивая руки на груди и мысленно принимая к сведению кличку по фамилии, - так вот что ты в виду имел. А я-то думал, очередной бред сумасшедшего без кофеина. Боже, Чанбин-а, я тебя поддерживаю, конечно, но- - У тебя бритвы не завалялось одноразовой? Или лезвия? И консилер бы где взять, - вместо ответа пробормотал Чанбин, оттягивая себе нижние веки и, видимо, пытаясь высмотреть в мешках под глазами все вышеперечисленное. Чан только и смог, что закатить глаза и тихонько застонать.

***

Все оставшееся время до обеда Джисон терзался беспокойством по поводу Хенджина. Внезапная реакция хена никак не давала ему покоя, порождая в чрезмерно живом воображении какие-то безумные схемы их знакомства с его другом, в которых Чанбин неизменно выслеживал Хенджина днями и ночами чтобы сделать что-то нехорошее, начиная от сожрать и заканчивая заточением в подвал на веки вечные на корабельную цепь с одному Господу известными целями. Причем, откуда все это вообще появлялось в его голове, Джисон не мог объяснить даже себе – и хена вроде любит и знает уже (ну и что, что всего две недели?), и Хенджин не сахарный очевидно, а все равно какая-то дребедень думалась. К моменту, когда телефон прожужжал в кармане сообщением «Я подъехал», Джисон уже пережил все стадии принятия и пребывал в состоянии полного смирения с мыслью, что, если будет надо, он сиганет на Чанбина и героически будет на нем висеть с криками «Хенджин-а, беги!!!». Парень дольше нужного провозился с вытиранием рук, нервничая, но все-таки вытащился наружу, встречая друга. Хенджин, впрочем, как и всегда, был хорош, в простой однотонной рубашке с коротким рукавом и обыкновенных, даже не зауженных, джинсах. Тот типаж людей, на которых что не нацепи, будет выглядеть отлично. Собственно, Джисон с ним сблизился на основе своего непоколебимого принципа «красивые люди не могут быть плохими». Даже с учетом, что ему это стоило пары небольших драк из-за несовпадения мыслей, кто виноват в падении обоих с рампы, и еще нескольких мелочей вроде кто из них приударит за старостой класса (отказала обоим). К длинному и худому Хенджину и короткому, но еще более худому Джисону в школе прицепилось шутливое «бракованные палочки» - всегда вместе, как тот столовый прибор, но разной длины. Стоило им наконец найти общий язык, и страдание всякой ерундой совместно стало их основным занятием вне школьных уроков. Хенджин мягко улыбнулся (красиво), привычно протянул руку (красивую), чтобы дать пять, и одновременно хлопнул Джисона по другому плечу. - Привет. Ну чего, как оно? Тысячу лет тебя не видел уже, мы с Феликсом соскучились по твоим эпическим падениям с доски. Джисон скривился. - Я хоть пытаюсь, в отличие от некоторых принцев, единожды сломавших руку и все побросавших. - Принцам все можно! – по обыкновению легко парировал Хенджин, с интересом глядя поверх его плеча, - ух, там что-то шумит так громко! - А, просто мойка под давлением, - отмахнулся Джисон, случайно натыкаясь взглядом на все также брошенный у мойки мотоцикл, - давай я тебе сейчас быстренько все покажу, и пойдем перекусим куда-нибудь отсюда подальше. Ему очень хотелось пробежать боксы как можно скорее, но Хенджин с любопытством тянулся к каждому винтику или кнопке, за что незамедлительно получал по рукам от Джисона под одобряющим взглядом сопровождающего их по завету Чана Дэхви. Кое-что ему все-таки дали подержать и повертеть, но вот тот же шланг под давлением Джисону пришлось придерживать в его руках, обняв эту чертову широченную спину и с усилием выглядывая краем глаза из-за плеча. Понавырастали тут, дылды всякие. Хенджин только уморительно смеялся, норовя повиснуть на друге, наплевав на его не самый чистый комбинезон. Когда через сорок минут экскурсия наконец подошла к концу, Джисон буквально выдохнул, ни разу не наткнувшись по пути на Чанбина. Выходит, он зря беспокоился? И хен имел в виду что-то другое? - Так куда пойдем? – Хенджин небрежно взъерошил свой затылок, отвратительно красиво склонив длинную шею, - давай только не в вашу кафешку, выглядит не очень. Есть тут мак где-нибудь?.. Его взгляд скользнул по площадке и вдруг замер на мотоцикле, который он каким-то чудом пропустил при приходе. - А?.. Бинни-хен здесь?.. Джисон не успел даже рта открыть от изумления - Чанбин буквально нарисовался из воздуха в дверях только что покинутого ими бокса. В какой-то вообще не той не особо презентабельной футболке, в которой был с утра. - Джисон-а, пойдем обедать!.. О, кто это с тобой? – на грани фола выдал он, приближаясь к ребятам преувеличенно расхлябанной походкой. «Что за…» - беспомощно подумал Джисон, подмечая, что и щетина таинственным образом куда-то делась. - Чанбин-и-хен! – удивленно проговорил Хенджин, выступая вперед и внезапно тепло улыбаясь, - не ожидал тебя здесь увидеть! - Хенджин-а! – до невозможного фальшиво расплылся в улыбке тот, подавая руку, - а я тебя – тем более! Хенджин бархатно рассмеялся. Не противненько, с подвизгиванием, как он обычно ржал с друзьями, а как будто… кокетливо? Джисону померещилось, что миром и вправду правят рептилоиды. - Погодите, вы знакомы?.. – запоздало спросил он, когда все уже было очевидно. Они синхронно развернулись к нему с неловким вздохом. Хотя, почему только вздохом? По ощущениям всех троих, уровень неловкости на квадратный метр площадки ударными темпами повышался. - Чанбин-и-хен – друг моей семьи, - мягко отозвался Хенджин, на мгновение покосившись на хена, - мы… дружим с моих шести лет. Чанбин активно закивал. - Ну, дружим это, конечно, громко сказано, учитывая, что мы не так уж и много общаемся последние годы, но вообще, Хенджин – мой маленький тонсен, это правда! – он неуклюже взмахнул рукой, как будто собираясь похлопать того по плечу, но по кривой траектории отвел ладонь и нелепо спрятал ее за спину, - как удивительно, что вы знакомы. - Мы с Джисон-и вместе учимся, - пояснил Хенджин, все также тепло улыбаясь. «Джисон-и, значит» - меланхолично подумал Джисон, припоминая, что так Хенджин к нему обращается только когда ему что-то от него очень надо. - Понятно, - одним словом вымел он из головы происходящее, - тогда, давайте пообедаем втроем? Странные двое переглянулись. - Я не против, - сказал Хенджин. - Я тоже, - сказал Чанбин. Все трое неловко двинулись в ближайший Макдоналдс.

***

Это был самый смущающий обед в жизни Джисона. Чанбин громко смеялся и нес околесицу, Хенджин вежливо улыбался ему, как будто все в порядке, а Джисону хотелось броситься под поезд прямо из-за столика, рыбкой. Он знал, что такой режим Хенджин активирует обычно в присутствии школьного совета, или учителей, или важных сонбэ, в общем, по какому-то весомому поводу, где очень нужно произвести благостное впечатление хорошего мальчика. Но перед Чанбином? Перед этим бессовестным хеном, красочно расписывающим непонятными терминами историю какого-то сложного ремонта машины, размахивая картошкой фри в кетчупе? Может быть, это рефлекс младшенького? Джисон перевел взгляд на Чанбина и обратно на Хенджина. Как он сказал, с шести лет? Тогда, получается, Чанбину было четырнадцать. Внушительная разница для маленького ребенка. Выходит, Чанбин для Хенджина – уважаемый хен, который когда-то, может быть, даже был близким другом. И поведение становится понятным – поведение Хенджина, конечно. Почему так невозможно заклинило в принципе классного обычно расслабленного и чуточку вредного Чанбина, Джисон сходу осмыслить так и не смог. В конце концов, они знакомы всего две недели. Но рубашка, а это была именно новая хорошая рубашка, и исчезновение щетины пока не вкладывались вообще ни в одну из известных Джисону схем. По пути обратно к мойке они стрескали по рожку с мороженым, любезно купленным Чанбином на всех, еще немного поболтали о всяком разном и наконец вернулись к исходной точке под внутреннюю мольбу Джисона о том, чтобы все это уже скорее закончилось. - Что ж, вам обоим работать надо, наверное, - красиво улыбнулся Хенджин, вставая к ним лицом. - Да уж, наверное, - невесело согласился Джисон, оглядывая виднеющиеся через двери боксов багажники клиентов. - Тогда, я пойду? – они привычным движением отбили друг другу пять с молчаливым кивком Джисона, и Хенджин повернулся к молчащему до сих пор Чанбину, - был очень рад провести с тобой время, Чанбин-и-хен. Мы редко видимся. - Да, да, редко, - внезапно почти неслышно пробормотал тот, протягивая руку. Хенджин пожал его ладонь и немного задержал ее в своей. - А… музыкой ты еще занимаешься? Джисон округлил глаза от удивления, но тут же запоздало сообразил, что, учитывая стаж знакомства, было бы странно, если бы Хенджин не был в курсе. Чанбин неестественно замер, не отрывая взгляда от земли и не пытаясь убрать руку. В голове Джисона что-то, наконец, проницательно вспыхнуло. - Немного. Иногда. - Понятно, - улыбка Хенджина впервые за день приобрела немного грустный оттенок, и он выпустил чужую ладонь, - здорово, что ты не бросил, все-таки. Ну ладно, пока-пока!.. Джисон какое-то время просто смотрел, как он исчезает за деревьями и домами под молчание Чанбина, который уходить без объяснений, кажется, не собирался – Джисон все равно достал бы его где угодно. - У него нет твоего саундклауда? - У очень ограниченного круга лиц есть мой саундклауд. - Он похож на человека из твоего ограниченного круга лиц, хен. - Он из другого моего ограниченного круга лиц, Хан-а. - Вот так, значит, да? – Джисон со вздохом опустился на корточки и покосился снизу-вверх, - как перед Хенджином, так Джисон-а, как за порог, так сразу Хан-а? Чанбин скривился. - Можно я не буду ничего объяснять? - Можно, - легко согласился Джисон, после некоторых раздумий вовсе плюхаясь задницей на теплый асфальт, - давай я сам попробую. Ты без ума от Хенджина, но в связи со старым знакомством, понятия не имеешь, что с этим делать. И общаетесь вы мало, потому что поводов нет, но, видимо, ты сталкеришь его в какой-то социальной сети. Потому что «парень с фотки». Ты видимо видел меня где-то у него на страничке, и решил, что было бы круто подружиться с его другом. Что ты и сделал, а я и счастлив, дебил. И вот сегодня, всего-то через две недели, ружье выстрелило. Правда, не выдать себя у тебя нихрена не вышло, но ты пытался, друг. Если ты перед ним всегда так упарываешься, я прям восхищен новой стороной Хенджина, он офигительно терпеливый и понимающий, оказывается. Люблю его. - Эй, - Чанбин окончательно нахмурился, шлепаясь рядом и уже совершенно не заботясь о своем внешнем виде, - кажется, ты подумал, что я тебя использую. - Я не «кажется», я подумал и даже озвучил, - меланхолично отозвался Джисон, разглядывая свои пальцы, - не волнуйся, я не злюсь. Это не первый раз. У Хенджина много поклонниц и поклонников тоже. Чанбин воззрился на него с ошеломлением. - Что? Тебя регулярно используют, чтобы подкатить к нему? Джисон безразлично пожал плечами. - А что удивительного? Ты, кажется, больше меня в курсе, насколько он привлекателен, когда хочет. А лучший друг кто? Дрищ со скейтом и дефицитом внимания, дело – тьфу, такому в доверие втереться. Но я не настолько придурок, чтобы не пресекать подкаты к Хенджин-и еще на подлете. Правда, с тобой вот облажался. - Я не… - начал Чанбин, замялся и застонал от досады, - я, конечно, правда все это начал, потому что видел тебя в его инсте. Но я вообще не ожидал, что ты окажешься таким музыкальным парнем, и вообще у нас нормально пойдет. Максимум, на который я надеялся в первый день, это чтобы ты вообще представлял себе, что я нормальный и не шугался бы. И что Хенджин как-нибудь правда заглянет к тебе в мою смену. - Что и требовалось доказать, - вздохнул Джисон, сосредоточенно расковыривая заусенец на указательном пальце. - Я не закончил, - спокойно продолжил Чанбин, кладя подбородок на сложенные на коленях руки, - ограниченный круг людей, которым я даю свой саундклауд – это Чан-хен, ты и моя старшая сестра. Чтобы ты понимал, насколько ты особенный. Даже Хенджин никогда не услышит. Джисон отвлекся наконец от своих рук и посмотрел на него совсем другим взглядом. - Правда? - Кривда. Я тебя две недели знаю, а уже саундклауд выдал. Это мне бы тут переживать, что мое самое дорогое куда-нибудь растрезвонят. Особенно Хенджину. Отстой. - Хе-е-ен… - Тихо. Дай покаяться по-человечески… Мне было двадцать два, когда я увидел его спустя что-то около полгода с последней встречи и сломался к чертям собачьим. Дите дитем, а что-то в нем появилось, такое… волшебное, сука. Что я, как мне казалось, взрослый уже парень, давно не девственник, никак не мог перестать пялиться на мальчишку четырнадцати лет, как идиот. А он тянется, радуется, я для него любимый хен. Много помогал в школе, про секс тот же рассказывал, выслушивал, когда у него проблемы были. Но все это вот как отрезало в тот момент, как в другой жизни осталось. Не смог сдержаться, стал ему написывать, еще два года мы прообщались плотно, гуляли вместе, дружили. А он все краше и краше, такой уже школьный плейбой, а в моих глазах улыбчивый тактильный дурачок. Понял, что не вынесу. Едва закончил универ, сбежал в армию. Как видишь, не помогло. Только хуже стало, потому что контакт совсем потерялся. Так и сижу, инсту его листаю, иногда твиттер чекаю. Что я могу вообще в такой ситуации еще. Я ему никто уже. Знакомый из детства… Он обессиленно уткнулся лбом в руки и что-то невнятно забурчал куда-то в колени. Сердобольный Джисон, не выдержав этого зрелища, принялся наглаживать его по спине, сочувственно размышляя, что бы он делал в такой истории сам. - Прям вообще из головы не идет? - Мне двадцать шесть, ты думаешь, я не умею забывать и отпускать? Что у меня, бывших не было, что ли… И когда уже по Хенджину понесло, были, отвлекался изо всех сил. Никакого толку. Я сумасшедший. И пойму, если ты запретишь ему приходить сюда теперь. Продолбался я, Хан-а, признаю. - Вы там совсем уже обалдели, что ли??? – третий голос вклинился в беседу столь внезапно, что обоих сидящих на асфальте бездельников буквально подбросило от неожиданности. Чан с яростью упер руки в боки. - Работать кто будет, страдальцы великие??? Чанбин, пошел вон вообще, ты не у меня работаешь, только сотрудника отвлекаешь!!! Мало того, что полтора часа где-то шлялись вместо положенных сорока пяти минут, так теперь еще и чилите буквально у меня под носом!!! Блатные, что ли?! Чанбин стартанул из сидячего как чертов Усейн Болт, Джисон и не подозревал, что этот хен может так шустро передвигаться. Пока он оторопело провожал взглядом улепетывающего в сторону мастерской Чанбина, Чан в два прыжка оказался рядом, одним могучим движением сгребая легкого парнишку за шиворот, и с шипением потащил к ближайшему боксу, где уже маячило недовольное отлыниванием напарника личико Дэхви. В кармане тренькнуло сообщение: «Чан-хен в ярости это слишком опасно. В качестве извинения, докину тебя домой, бро»

***

Сидя позади Чанбина и обнимая его однозначно менее широкую, чем у Хенджина, спину, Джисон думал, что никогда не рассматривал чувства к людям в контексте проблемы возраста. То есть, очевидно, что ему хватало воспитания позиционировать себя ниже старших в социальной иерархии, но если кто-то из них шел с ним на сближение, как например Чан, Джисон очень легко адаптировался, забывая о формальностях буквально в мгновение ока. Но, если подумать, даже так, Чан оставался хеном, сильно старшим хеном, и даже если бы он был нуной, рассматривать его с точки зрения романтики было бы для Джисона очень сложно. А если сверху еще накинуть бэкграунд со знакомством с детства, картина получается совершенно неутешительная. Чанбин не заслужил это дерьмо. Джисон в порыве крепче нужного стиснул его в объятиях. Спереди донеслось что-то вопросительное и невнятное, но Джисон проигнорировал это, решив списать эмоциональный жест на небольшой испуг позже. Сестра хена много работает, родители зовут в гости раз-два в год, как раз на те самые мучительные посиделки с семьей Хенджина. Только музыка, Чан и работа. Чанбин совсем не компанейский парень. Глаза начало пощипывать, и Джисон яростно распахнул их пошире, стараясь наклониться так, чтобы ветер задувал под забрало и можно было списать все на него. Чанбин сгрузил его у подъезда, неуклюже взъерошил чужие волосы, показывая, что все в порядке, усмехнулся вместо улыбки и уехал прочь. Джисону захотелось стащить из холодильника родительскую бутылочку соджу, запереться с нею в комнате и всю ночь смотреть грустные видосики про любовь на ютубе, но у жизни были на него другие планы. Рухнув в свою постель после душа, он потянулся за телефоном, чтобы включить какую-нибудь условную Лану Дель Рей и с головой погрузиться в пучину уныния, и с удивлением обнаружил сообщения от неизвестного номера в катоке. «Хан Джисон!» «Что за хрень?» - недолго думая написал в ответ Джисон. Ничего нового, сначала делаем, потом размышляем. В этом он весь. «Как с хеном разговариваешь? И почему так долго отвечаешь?» «Каким, к черту, хеном?» «Тем самым, которому ты машину помял» Если бы в комнате оказался кто-нибудь еще, кроме самого Джисона, он бы обязательно испугался от того, как тот резко сел из полностью размазанного по одеялу состояния. «Минхо-хен? Что-то случилось? Откуда у тебя мой номер?» «Провалы в памяти? Сам же мне его дал» «Почему ответ только на последний вопрос?» «Потому что я за рулем» Джисон мельком глянул на часы, соображая. «Откуда ты едешь в пятницу в десятом часу вечера? И прекрати отвлекаться от дороги!» «У меня голосовой набор, дурачок» С этим аджосси невозможно разговаривать. «Окей, что хотел?» «Возмездия, разумеется. Сири, отправить контакту «Джисон-и» видео «Жри»!» «Какому-какому контакту??? Какое-какое видео???» «Сука» «ХЕН РУГАЕТСЯ ХЕН РУГАЕТСЯ ПРИ МНЕ Я ВСЕ РАССКАЖУ» «КОМУ?» «Еще не придумал» Вместо ответа в начавший уже откровенно увлекать своим идиотизмом диалог прилетел файл видео. Видимо, тот самый «Жри». Джисон ткнул в загрузку и вернулся к клавиатуре. «Ну и что это такое? И почему жрать-то?» «Посмотришь, поймешь» Остаток полоски загрузки Джисон пропилил взглядом человека, который готов к атомной войне, нашествию инопланетян и признанию Хван Хенджина в любви к баклажанам, но когда дошло до просмотра, все равно оказался не готов. Простая рубашка с подчеркнуто небрежно закатанными рукавами, спортивные штаны, танцевальный зал. Минхо пружинил на одном месте, всматриваясь куда-то чуть левее камеры – вероятно, там экран, на который транслировалась запись. В левом нижнем углу видео дата и время – он что, специально вытащил регистратор из машины ради этого? Джисон не успевал думать, пожирая глазами каждое движение человечка на экране. Удостоверившись, что запись идет нормально, Минхо грозно свел брови к переносице и внезапно ткнул пальцем в сторону камеры. - Хан Джисон! – тихонько послышалось из динамиков, и Джисон поспешно прибавил громкость, - у меня есть хобби! Я весь университет прозанимался в секции танцев и был лучшим! И продолжаю! Этим! Заниматься! А дальше… дальше включилась музыка и он начал двигаться так, будто он гребаный айдол. Джисон определенно слышал эту песенку где-то в кафешках и из распахнутых по жаре дверей магазинов, но никогда не интересовался особенно айдолами-мужчинами и их творчеством. Трек подвижный, легкий, но, кажется, жутко заедучий. И Минхо на экране точно такой же – подвижный, гибкий, быстрый и невероятно заедучий. Неуложенные волосы, видимо, пафоса ради не убранные никаким головным убором, отвратительно привлекательно хлещут танцора по щекам и лбу, каким-то чудом не попадая в глаза – видимо, это какой-то секретный профессиональный скилл. Рубашка, тоже очевидно понтов ради выбранная, каждый припев бесчестно взлетает до груди, как бы случайно демонстрируя живот из категории «18+». Его лицо… Чертово видео в 4к. Он так сосредоточен, так изумительно красив, так строг взглядом, прикованным к зеркалу, так безупречен высокими скулами и приоткрытыми губами, что Джисону показалось, будто он как в самой глупой седзе-манге сейчас забудет, как дышать. Красивые люди – это его главная слабость. Видео закончилось так быстро, что Джисон, абсолютно не соображая, что делает, посмотрел его еще раз. И еще, пока на экран не выползло уведомление: «Ты думаешь, я не вижу, как капают просмотры?». Он одним кликом открыл диалог и бессмысленно уставился на последнее сообщение, уже отмеченное прочитанным. «Эй? Джисон-а? Ты там что, дар речи потерял от моего величия?» «Джисон-и» «Че?» «Я подписан как Джисон-и» «Ой все» «Ты очень клево танцуешь, хен. Вау. Я поражен, правда» «Так-то лучше. Я хорош не только в работе. И еще я не эгоист» «Да, эгоисты не кормят вредных чужих детей трюфелями, чизкейками и пастами» «Самокритично, хвалю. Все так и есть, зришь в корень» «Хен» «Что?» «Это правда… было здорово. Очень красиво. Очень красивый» «Звучит как задабривание, я на это не куплюсь. Иди спать» «Ладно. Доброй ночи, хен» «Доброй, Джисон-и. И, если тебе это интересно, это была AB6IX - Breathe, я думаю собрать знакомых и поставить на нее полный кавер» Джисону интересно. Джисону, кажется, теперь все о нем интересно.

***

Красивые люди – это его главная слабость. Красивые люди не бывают плохими. Добрые красивые люди, называющие его «Джисон-и», небрежные в своем дружелюбии и совсем чуточку - заботе, немного занудные, немного безупречные, немного комичные в своей показушной строгости – очень тяжело. Много ли надо подростку с дефицитом внимания, чтобы влюбиться?