Ситроены тоже плачут

Хенджин задумчиво качнул пальцем солонку, в очередной раз едва ее не опрокинув. На другом конце стола, в огромных наушниках, его хен сосредоточенно стучал по портативному музыкальному пульту, выбивая какой-то одному ему понятный ритм. Почему решил поработать на кухне - неясно. Почему так забил на присутствие тонсена - неясно. Но то, что выглядит это занимательно, Хенджин отрицать не мог. - Хен, - мелодично начал он впервые за последние полтора часа, - как твои дела, хен? Чанбин не услышал. Хенджин напрягся. - Хен! - М-м-м? - взгляд от экрана ноута оторвался как будто от ловушки для насекомых и пусто уставился на собеседника. Хенджин терпеливо выдохнул. - Чанбин-хен, если я не вовремя, так и скажи. - Да нет, я просто... - Чанбин беспомощно покосился на свои руки, потом на ноут и куда-то в поверхность стола, - много всего навалилось последние дни, извини. Я так, ну, перестаю париться. За музыкой. Ну ты понял. Он аккуратно чуть сдвинул аппаратуру вглубь, умостил руки на краешке стола и принялся сосредоточенно рассматривать свои ногти. Иногда Хенджину казалось, что за эти годы произошла какая-то необъяснимая круговерть и они с этим взрослым махнулись ролями. Теперь Хенджин порой подсказывал, осаживал, поощрял, присматривал, а Чанбин просто хаотично что-то делал. Абсолютно что угодно. От поедания хот-догов до парковки. Слава богу, хоть за рулем держался. При этом, что особенно затравливало Хенджина изнутри, стоило появиться в достижимом радиусе взаимодействия Джисону, хен если не успокаивался, то, по крайней мере, входил в норму. Но не обвинять же в этом самого Джисона, в самом деле? Хотя очень хотелось. - Это из-за меня? - решил идти ва-банк Хенджин, в конце концов, рассудив, что вполне может являться источником стресса. Чанбин взглянул на него долго и как будто ошарашено, в воздухе повисла нехорошая пауза. "Твою ж ты ж мать," - мысленно выругался Хенджин, сдаваясь, - "что я делаю не так, неужели ему правда от меня так тошно все эти годы-" - В том числе. В немедленно вспыхнувшей в драматичном воображении картинке эпически рухнула с двадцатипятиэтажного здания хрустальная фигурка балерины весом в тонну, чтобы осколки летели покрасивше. - Нам с тобой... - Чанбин страдающе воззрился на потолок и откинулся на спинку стула, - нам с тобой надо поговорить, в любом случае. Но это потом. Да. Потом. Сейчас меня больше волнует твой дружочек. Балерина невероятно эпически собрала себя из осколков что тот трансформер, проорала что-то вроде "Гребаный Хан Джисон", и развеялась дымкой. - Вы же вместе были в ночь, когда он простыл? - сосредоточился Хенджин, возвращая себе осознанность. - Ага. Ну, частично. По крайней мере, мы с Чан-и-хеном все сделали, чтобы его отогреть, отпоить и так далее. Как видишь, не помогло. - Окей. Допустим, тогда где он был и что делал до встречи с вами? Случилось что-то из ряда вон, да? Чанбин покосился на собеседника с плохо скрываемым уважением. - Быстро соображаешь. Хотя, может, это я не очень конспиролог. В общем, у него произошла личная хрень и небольшой нервный срыв? Я не знаю, как это называть, ну короче он несколько часов просидел на улице просто- - Я когда-нибудь узнаю, с кем он там встречается или уже видимо не встречается, а? - внезапно вспылил Хенджин, хлопая ладонью по столу, - почему вообще ты в курсе, а я нет? Херотень какая-то! - Ну, вот когда он узнает, что ты зовешь меня тусить куда-то вдвоем постоянно, тогда и он расскажет, наверное, - философски отозвался Чанбин, снова завтыкая в потолок. Хенджин опешил. - Что? - Что? - Нет, давай вот с этого места нормально!

***

"По осени болеют люди, И вечно всякой херотой И было б дело все в простуде! Но нет, все мерзче, дорогой," - мысленно сымпровизировал Минхо, брезгливо наблюдая за оглушительно сморкающимся коллегой в другом конце опенспейса. - Не мог бы ты хотя бы ради приличия держать лицо как-то попроще, - отметил Уджин, незаметно подпихивая на край стола пару документов по поставкам. - А это чего? - мгновенно сместил фокус Минхо, подозрительно разглядывая верхюю бумагу, - накладные, что ли? Почему не в электронном виде? Уджин привычно проглотил колючий тон. - Потому что это фактические накладные, по которым принимали товар на складах. - Классно, а почему это у меня? - Потому что склады твоего клиента. И там кое-чего не сходится в двух машинах, вот водители и просили передать на проверку, пока до менеджеров клиента не дойдет и не подымется хай. Он еще не закончил фразу, а Минхо уже перетащил верхнюю страничку прямо перед собой и принялся резво вбивать реквизиты документа в поиск внутренней программы учета. - Понял, спасибо, разберусь. Уджин на мгновение замешкался, не зная, то ли пойти работать дальше, то ли все-таки спросить, любопытство оказалось сильнее. - Как у тебя дела с Ким-ним? - Нормально, - автоматически отозвался собеседник, сосредоточенно просматривая результаты выдачи и сверяя их с фактической бумагой. - Со стороны, как будто, не очень, - не удержался коллега, приготавливаясь к потоку сарказма и советам не влезать, куда не следует. Курсор неторопливо заморгал на строке количества паллетов. - Говорю, нормально, значит, нормально, - спокойно проговорил Минхо, подымая глаза на Уджина. Поймав непередаваемое ощущение полного непонимания, тот, коротко кивнув, ретировался с места событий. Менеджер перевел взгляд в экран и продолжил работать, решительно выбрасывая из головы факт, что с Джису они не созванивались и не списывались за последние сутки ни разу.

***

Джисон в очередной раз заправил за ухо выпадающую челку, резко взбесился и нацепил, наконец, обруч. Давно надо было купить себе нормальную повязку на голову, но это было настолько лень, что стащенный у матери обруч прочно поселился на заваленном непонятно чем столе. Пепельные прядки потускнели, у корней попер свой родной иссиня-черный, и вообще Джисону казалось, что он гребаная Золушка, которой вместо кареты тыкву на голову нахлобучили. Не то, чтобы ему не нравилось свое отражение в зеркале сейчас, но вот нацепи линзы, и того очарования первого дня не будет и в помине. Это удручало. Но не настолько, чтобы серьезно запариваться своим видом хотя бы еженедельно. Не воняет, и ладно. Край стола осветился, привлекая внимание. Джисон не глядя отбросил ручку, немедленно покатившуюся куда-то в сторону, и схватился за телефон. "Учишься? -_-" "Нифига себе какой старперский смайлк!!!" "Смайлик как смайлик, а ты за опечатками следи лучше. Так что, учишься?" "Ну мы же забились" "Я слежу за тобой" "Сколько угодно, можешь приехать и последить прямо с кровати" От собственной наглости запотели ладошки. Тем более, что он действительно не имел в виду кровать как КРОВАТЬ, просто кроме стула, на котором сидел сам Джисон, другой пригодной для сидения мебели в этой комнате не было. Ответ последовал с небольшой задержкой. "Я вот вроде сразу понял, что ты не то имел в виду, но ведь и то ты тоже бы с радостью заимел бы в виду" Ладошки похолодели. "Прости" "Я начинаю к этому привыкать, наверное. Даже, знаешь, власть какую-то чувствую, которую доселе не ощущал!" "Власть тридцатилетнего мужика над восемнадцатилетним подростком?)" "Так, стоп" "Lol" "Мне вообще-то всего 28!!!" Джисон с фырканьем выкинул телефон на покрывало и откинулся на спинке стула, принимаясь раскачиваться взад-вперед. Это все его несомненно будоражило, перед глазами то и дело самовыстраивались какие-то воздушные замки в радужных цветах, и с такой же скоростью рассеивались, когда Минхо отказывался встретиться, очевидным образом предпочитая провести время со своей девушкой. У него была девушка, официальная девушка, он сам ее так назвал пару недель назад, и от этого иной раз хотелось выть под гитару темными ночами, что-то слезливо-пацанское, Джисон еще не определился с конкретной эмоцией, но что-то такое присутствовало определенно. Но одновременно с этим, едва озвучив, что он в отношениях, Минхо как будто попустил себя в отношении школьника. Расслабленные шутки и подколы, улыбки, хождение вместе по магазинам или традиционные уже ужины раз в неделю. Один раз он даже завалился в боксы прямо во время мытья своего драгоценного ситроена, и принялся с присущей ему неповторимой занудностью следить и комментировать, как Джисон пылесосит салон, достаточно ли он вычистил боковые кармашки на дверях и не сблаговолит ли, наконец, наклониться и вычистить и под сиденьями тоже. Джисон был счастлив до чертиков. И влюблен примерно также. Минхо смотрел на него. Минхо чувствовал что-то, и ежедневно от этого отказывался. Этого было достаточно.

***

Джису задумчиво дохнула на ладошки и уставилась на них, как будто действительно надеясь, что от этого они согреются. Минхо усмехнулся и, не отрываясь от дороги, подкрутил печку, тут же перехватывая ее маленькие руки своей ладонью. - Не думал, что ты такая мерзлячка. - Да не мерзлячка я, просто ты опоздал, - заворчала она, тем не менее, рук не убирая, - пятнадцать минут на улице это немного многовато для ноября. - А когда мы гуляем, ты так не говоришь. - Потому что мы пьем глинтвейн и не стоим на месте! Минхо закатил глаза. - И на все-то у тебя имеется ответ. - Как и у тебя, милый, - Джису елейно улыбнулась, и тут же очаровательно хихикнула, уже сама обхватывая его кисть, - ты подвозил Джисона? - Да, прости, немного не угадал по пробкам. - Как у него дела? - Да все так же, но вот тест написал на "A" в кои-то веки, повезу его послезавтра ужинать после работы. Она ласково погладила его по внешней стороне ладони и ненавязчиво продолжила: - Ты его так поощряешь? Водишь вкусно кушать? - Ну да, - немного удивился он, - как, знаешь, принято же на какие-то важные события мяска поесть в ресторане, так и тут стараюсь привить. - А по-моему, ты просто его раскармливаешь! - салон наполнил мелодичный женский смех. Минхо хмыкнул. - Да там невозможно раскормить, видела бы ты его щеки. Мне кажется, у него там еда внутри прям через кожу всасывается, а в тощее тельце не поступает вообще. - Чем больше ты рассказываешь, тем интереснее мне с ним познакомиться! - наконец ввинтила Джису то самое, что хотела с самого начала, - может быть, послезавтра я могу к вам присоединиться? Он не ответил. Что-то творилось с ним, она это чувствовала, но не могла опознать, в чем дело. Она знала, что есть парнишка Хан Джисон, с которым Минхо зависает пару раз в неделю, знала, что была подруга, которая в него влюблена и к теме которой они больше не возвращались, видела, что Минхо не совсем в себе, но связать это все в одно у нее получалось не очень, в первую очередь, потому, что подсознательно Джису отказывалась правращать влюбленную подругу в школьника Хан Джисона, с которым Минхо по ее, получается, совету, продолжил общаться. Она не чувствовала счастья, но его задумчивую едва заметную тревогу разделяла на "ура". - Не знаю... - наконец выдохнул он, проворачивая руль на повороте, - честно, не знаю, как он отнесется. Мы, вроде как, дурачимся вместе, а знакомство с моей девушкой... Мне кажется, рановато. Он как, знаешь, собака, которая ужасно стрессует от знакомства с новыми людьми, но потом становится жизнерадостным щенком. Но пока не стоит. Джису внимательно вгляделась в его профиль и решила дожимать. - Ты его от меня прячешь? - Почему прячу? - искренне удвился Минхо, бросая на нее взгляд, - ты же пару раз по телефону с ним перебрасывалась фразами. - Да, но- - Нет никаких "но", Джису-ши. Обязательно познакомлю, просто позже. - Обещаешь? Он снова не ответил. Она выпустила, наконец, его руку и уставилась в окно. Ну кому такая история понравится? Вот и Джису была откровенно не в восторге. Она все равно доверяла, но досадное чувство, что Минхо сам себя не понимает, и даже этого не замечает, раздражало и огорчало. С другой стороны, они вместе без году неделю, почему бы и да?

***

Едва захлопнулась входная дверь, Дуни разорался как резаный. Минхо устало закатил глаза и привычно увернулся от несущегося на таран кота, метящего шерстяным боком четко по брючине. Парень занырнул в ванную, ловко прикрыв за собой дверь, и принялся переодеваться, дабы затискать свое пушистое семейство с полным на это правом. Валики валиками, а в рабочей одежде с котами лучше не взаимодействовать, насколько это возможно. Когда со всеми церемониями сюсюканья, потрепывания щечек и распределения корма по трем мискам было покончено, Минхо с чувством собственного достоинства рухнул на диван, привычно открывая новостную ленту нейвера. Он честно попытался сосредоточиться на новостях, но в конце концов не смог, рефлекторно перключаясь на каток и бездумно вперясь взглядом в диалог с Джисоном. Какого, собственно, черта? Наперекор самому себе, из чистого упрямства, он открыл переписку с Джису и принялся интересоваться, чем она занята и какие планы на выходные. Девушка послушно, но слегка сухо отвечала, и Минхо все больше раздражался в ответ на ее короткие содержательные реплики, прекрасно понимая, что сам во всем виноват, так нелепо отвечая сегодня на ее вопросы о Джисоне. Ну что он мог ей сказать? Что возится с влюбленным в него школьником, которого не в силах оставить, потому что потому?! Ерунда какая-то. Поверх диалога вылезло уведомление о новом сообщении. Простое такое "Что делаешь?" Желание застрелиться стало практически непреодолимым. "Лежу" "Просто лежишь?" "Просто лежу" "Ого, ты умеешь ничего не делать! Не замечал раньше" "Я много чего умею, это тоже" "А я вот химию доделываю" "Ты вообще что ли перестал с друзьями видеться?" "Да нет, почему, просто после работы меня хватает только на повтыкать в домашку часик" "Ясно" Разговаривать не хотелось. Вернее, не то, чтобы не хотелось, этот разговор стоил ему меньше сил, чем с Джису, но зато разговаривать его хотелось неисоизмеримо меньше. Ну вот просто потому что он, Минхо, не может хотеть болтать с ребенком вечерами после работы. Не положено. Ясен пень, у Джисона было другое мнение на этот счет. "О чем ты думаешь, когда ничего не делаешь?" "Стараюсь не думать" "Значит, не получается" "Я вынужден тебе отвечать, конечно, не получается" "Ой-ой-ой прямо вот вынужден заставляю тебя тратить на себя время" "Все так" "Чевооо" "Джисон. Я устал сегодня. Я правда не хочу разговаривать. Но не отвечать тебе я не могу, потому что сразу чувствую себя подростком, который выпендривается на ровном месте. Но я правда устал, и на этой ноте давай мы закончим этот разговор на сегодня" Сообщение отметилось прочитанным, и по комнате разлилась блаженная тишина, нарушаемая лишь мерным едва различимым гулом холодильника и посапывающим дыханием сытых котов. Минхо прикрыл глаза и отложил телефон, надеясь провалиться в сон вот прямо сейчас, черт с ним, с легким чувством голода и нечищеными зубами. Под закрытыми веками стояло лицо Джису с этим едва уловимым расстроенным изломом бровей и слегка поджатыми губами, он испытывал непередаваемое комбо стыда, вины и разочарования от самого себя из-за того, что так она выглядела исключительно из-за его слов и поведения. Она замечательная, просто самая лучшая, такой шанс выпадает только раз в жизни, да и в офисе равных ей нет и в помине, а где еще Минхо искать свою половинку? На танцах? Нет, девушки, которых он встречал на конкурсах, совсем ему не подходят, общее хобби это не то, лучше вместе работать и стремиться к семье в самом что ни на есть полном смысле этого слова, чтобы жилье, детишки, старость вместе... Да... Чтобы вместе смотреть лотереи в семьдесят перед телевизором... Ох, это ж какие через сорок лет будут телевизоры? Наверное, чисто проекции будут висеть над какой-нибудь стойкой, просвечивающие... Блин, просвечивающие, разве это удобно? Нужна же хоть какая-то подложка, чтобы что-то углядеть, тем более, в семьдесят лет зрение уже стопроцентно будет не то... Проекции, хех. А еще, наверное, для старичков уже будут всякие удобства типа летающих кресел. Иногда смотришь на бабулечек и дедулечек в магазинах, и прямо тоска берет, что они с палочками, им тяжело. Вроде и сделано столько всего, чтобы им легче было, но не у всех есть средства на, скажем, кресла электрические, с моторчиком... Вот были бы летающие... А вот скейты как в "Назад в будущее" будут? На магнитной подушке, или как там было?.. Чтобы такой вскочил и полетел! Хотя, через сорок лет, наверное, Джисон-и уже не будет скейтером... Сука. Минхо распахнул глаза в темноту, спотыкаясь о моргающий красный огонек противопожарной сигнализации чуть сбоку. Сколько он пробредил в этом полусне? Ничего непонятно. Парень наобум пошарил рукой в стороне, с неудовольствием ощущая, что его шея не совсем довольна отсутствием спальных принадлежностей в виде хотя бы подушки - Минхо, прикрываясь педантичностью, а на самом деле банальным нежеланием сдавать и этот бастион котам, прибирал постельное в шкаф каждое утро. В разгар раздражения по поводу собственной безалаберности сегодня, телефон, наконец, нашелся, с целыми двумя активными диалогами, текстовым в одном и двумя голосовыми в другом. "Минхо-ши, извини, что я сегодня так отреагировала. Мне кажется, что ты что-то от меня скрываешь, и, конечно, ты не обязан вообще все мне рассказывать, но все же, я не могу просто делать вид, что совсем ничего не замечаю. Надеюсь, ты сможешь поговорить со мной об этом и сам этого захочешь однажды. Спокойной ночи" И цветочек. Какая же замечательная девушка, даже сердечки не ставит и всего один смайлик на такое длинное сообщение. В груди у Минхо значительно потеплело и он сосредоточился на ответном сообщении. "Это ты меня извини, Джису-ши, я не прав, я знаю. Ты снова подмечаешь мои внутренние проблемы лучше меня самого и со всех сторон права. Я подумаю над своим поведением и попробую что-то с этим решить. Сладких снов" Вот так надо решать проблемы, да! По-взрослому! Отрефлексировать свое поведение, сосредоточиться на жизненных принципах и будущем! Потому что даже такие мелочи и недомолвки могут сказаться на далеко идущих планах! Минхо обязательно уделит время этой истории и подумает, почему он так отреагировал на ее незатейливую просьбу, они все обсудят и уладят. Потому что они уже состоявшиеся и взаимно симпатичные друг другу люди. А теперь голосовое. "Прошепчи мне милые глупости, так волшебно Словно сладкая колыбельная Твои сладкие речи творят волшебство От тебя не скрыться Меня пошатывает, будто я пьян, Но пусть это продолжается, мне так этого хочется Веки тяжелеют, глаза закрываются, Пусть это продлится вечность, я так этого хочу" Этот засранец мурлыкал эту чертову песню вполголоса, кажется, даже лежа, в самый микрофон. Зачем. Минхо так осоловел, что не сразу сообразил, что второе сообщение не запустилось само следом. Ему казалось, что он только что был в каком-то теплом, надежном, уютном месте, где его ждут, может быть, даже любят, примут, а это- Как ледяной водой и тут же в лаву, честное слово. "Что, хен, испугался? А-ха-ха, наверняка! Вообще, тебя давно нет онлайн, и я надеюсь, что ты послушаешь это уже с утра, чтобы впечатление на весь день осталось, хе-хе. Здорово же получилось, да? Кажется, я действительно неплохо пою! Пойду спать тоже, наверное. Прости, если я утомил тебя, или просто надоел, или еще чего-то такое. Я не со зла, просто... Ну, ты знаешь. Надеюсь, ты мне приснишься сегодня" Внутри что-то против всякой воли свернулось в тугую пружину еще на первом его стеснительном смешке и резко распрямилось. И еще раз. И еще. Наверное, просто приступ тахикардии. У него нет тахикардии, но внезапный приступ, да. Он просто устал и, наверное, переутомился. Просто немного приболел. Осень же. Господи, как же он виноват перед Джису.

***

Джисон в очередной раз уныло кашлянул в одеяло. И еще раз. И еще. Потер горящие глаза и бессильно уронил руку поверх покрывала, тут же ощущая, как она покрывается мурашками от озноба. Хотя какой нафиг озноб, очевидно, в комнате достаточно тепло, и даже более, чем. Валяться с тридцать восемь и три третий день, стабильно возвращающихся после жаропонижающих, удовольствие ниже среднего. Ындже озабоченно сменила компресс. - Может, все-таки в больничку, Джисон-и? Мне не нравится, как ты кашляешь. И температура мне твоя тоже не нравится. Он страдальчески воззрился на мать из-под комически сползшей на переносицу тряпицы. - Да не, мам, мне уже лучше, правда. Даже пить хочется. И кусочек пиццы. - Кусочек пиццы ему... - заворчала женщина, подымаясь с края постели, - кашу сварю сейчас и будешь есть! И чай пить! Горячий! Чтобы прогревало! Джисон проводил ее взглядом, до самой кухни слыша ворчание, и глубоко вздохнул. Если честно, ему было даже слегка радостно болеть, потому что пока ты так болеешь, все остальное из разваренной башки как-то само улетучивается, и остается только непонятное мессиво на тему "Как же хреново божечки". Но, к его внутренней скорби, понемногу действительно становилось легче, и в мысли потихонечку вплеталась толщенная черная траурная ленточка с лейтмотивом разбитого сердечка. Честно, от самого себя было, пожалуй, тошно. От того, как эта ситауция ударила по нему, от того, что вообще-то это не первый раз, когда его отшивают, от того, что повел себя как тринадцатилетний долбодятел с этой чертовой лавочкой по холоду, от того, на какие уши поставил своих драгоценных хенов. Такого сожаления по поводу своего существования Джисон еще не испытывал. Но, к сожалению, повернуть все вспять вариантов уже не было. Телефон провибрировал где-то в завалах одеяла. Джисон привычно и брезгливо подавил вылезшее где-то в грудине "А вдруг это он???" и зашуршал постелью в поисках. "Мы с Бинни-хеном зайдем вечером? Чего-нибудь хочешь?" Ого, как. Они с Бинни-хеном. Брови сами собой поползли куда-то под компресс. Ничего себе, какой поворот, неужели Хенджин решил таки публично сообщить, что тусит с Чанбином без участия Джисона? Тайминг, конечно, выбран потрясающий. Впрочем, почему бы и нет. Отличный повод отвлечься. "Только если споете мне колыбельную на ночь"