Ва-банк

Проснувшись рано утром, Тсунаеши сонно потянулся, утыкаясь носом в чужую обнаженную грудь. Довольно-таки хорошее утро, учитывая вчерашний день. Немного помедлив, парень поднялся, ловко высвобождаясь из объятий Реборна, чтобы одеться и направиться в столовую. Но перед тем, как уйти, Савада задумчиво посмотрел на полуобнаженного мужчину. Не особо вдумываясь в свои действия, парень вернулся к кровати и поправил одеяло, нормально укрыв киллера. Пальцы аккуратно прошлись по черным волосам. Странное чувство, но очень приятное. «Подумаю об этом потом», — хмыкнул Тсунаеши, закрывая за собой двери. — Доброе утро, Тсу-кун, — улыбнулась ему Нана, раскладывая в холодильнике купленные продукты. — Что-то хорошее случилось? — С чего ты взяла? — поинтересовался Савада, не в силах вспомнить что-то особенное за последние двадцать четыре часа. — Хм, просто… — женщина взмахнула руками, пытаясь объяснить что-то еле уловимое и эфемерное. Но потом, внимательно осмотрела сына и улыбнулась. — Может быть сходим куда-нибудь, только ты и я (охрану не будем считать)? — Конечно, — улыбнулся Савада. Скоро перед глазами начнет мельтешить Вария, тем самым испортив настроение, так что сбежать куда-то с матерью, чтобы провести вместе время, для парня оказалось хорошей идеей. Как раз, когда они вернутся, независимого отряда здесь не должно будет быть. — Знаешь какой-то новый магазин, который следует посетить в первую очередь? — О! — глаза женщины заискрились. Она так счастлива. — А Реборн не пойдет с нами? — Он останется дома с друзьями. Неприлично оставлять их одних. — Точно. Нане долго собираться не пришлось, через пять минут она уже была готова выдвигаться. Привычная машина, привычное сопровождение из четырех охранников и знакомые улицы города Намимори. Женщина дорожила каждой минутой, проведенной рядом с сыном, водя его по разным интересным местам под руку, зная, что и он очень рад подобному. Между ними действительно очень крепкая связь. Различные магазины, парк и неспешная прогулка по длинным улицам. Два мороженого, звонкий женский смех и умиротворенное молчание молодого парня. — Тсунаеши-сан! — раздался звонкий голос позади. Савада поморщился, но обернулся, наблюдая, как к нему подходит немного нервный Бьякуран, которому не очень хотелось окликать парня, и Юни, половину лица которой парень до сих пор не видел из-за своей слабости. Взгляд сам собой всегда останавливался на оранжевом цветочке под глазом. — Какая прелесть! — улыбнулась Нана, увидев малышку. Ее умилила необычная шапочка юной девчушки, но женщина тут же взяла себя в руки, взглянув на своего сына. Тсунаеши явно был недоволен тем, что их спокойное времяпровождение нарушили. — Бьякуран, какими судьбами? — на лице парня расплылась милая улыбка, вот только почему-то от нее у Джессо побежали мурашки вдоль позвоночника. — Мы просто гуляли по городу. Мы ничего такого не делали. Отдыхаем, да, — промямлил босс Мильфиоре, ощущая, как сердце бешено стучит о ребра. Когда-то он уже лишался сердца… — Да, Бьякуран водил меня по разным местам. Тут очень красиво! — Ну, удачной прогулки тогда, — усмехнулся парень, похлопав Юни по пышной шапке и подхватив маму под руку. Аккуратно обогнув знакомых, Савада повел Нану к машине. Охранники, что до этого ненавязчиво следовали за ними, незамедлительно отправились вперед, усаживая их в автомобиль. К обеду благодаря незапланированной встрече они были уже дома. — Дома довольно-таки тихо. Гости уехали? — поинтересовался Тсунаеши у одного из слуг. — Большая их часть покинула дом. Осталось только двое: Скуало и Бельфегор, — поклонилась служанка. — Хм, — парень недовольно нахмурил брови, отпустив мать на кухню. Нана торопилась приготовить для всех что-нибудь вкусненькое. — Не хмурься, а то появятся морщины, — хмыкнул кто-то над ухом. Чужая рука обхватила плечи. — Занзас оставил пару своих офицеров для приличия, а сам вернулся в Италию, где сейчас творится настоящая неразбериха. Все-таки они приехали лишь для того, чтобы убедиться в тебе. — Это тебе нужно беспокоится о морщинах, а не мне, Реборн, — хмыкнул Савада, всматриваясь в черные глаза напротив. Слова про Варию парень предпочел пропустить мимо ушей. — Чего такой довольный? — У меня есть для тебя подарок, — хмыкнул киллер, развернув парня на сто восемьдесят градусов и втолкнув в кабинет Фумайо. Старик сидел за столом и опасливо осматривал картонную коробку, пришедшую на имя Савады. — Что там? — Не знаю, — вздохнул Фумайо, неловко поймав брошенный в него канцелярский ножик. — Мне открыть? — Я не доверяю его чувству юмора, — пожал плечами Тсунаеши. — Ауч, — наигранно скривился Реборн, наблюдая, как оба босса Токаге-Ноохи заглядывают внутрь коробки. — Это… маски? — Фумайо вытащил одну, крутя ее в руках. — Они из дома Шахматноголового, — решил пояснить все-таки киллер, заметив на себе тяжелый взгляд Савады. — Я заметил, что они тебе приглянулись. — Это воровство, — хмыкнул парень, разглядывая каждую маску. — Но я удивлен, что ты заметил и запомнил. — Альцгеймером пока еще не страдаю, — фыркнул в ответ Реборн. — А пора бы уже. — Почему каждый раз ты стараешься затронуть мой возраст? — обиженно вздохнул мужчина. Фумайо неловко наблюдал, как эти двое замысловато флиртуют между собой, вспоминая себя в свои молодые годы. — Если тебе не нравится мой возраст, просто так и скажи. — Кхм, Реборн, наверное, ты что-то не так понял, — решил все-таки вмешаться старик. — Я ни разу не видел, чтобы босс встречался с кем-то моложе себя. Так что с уверенностью могу заявить, твой возраст его весьма устраивает. Ведь тип людей, что нравятся нашему боссу, можно охарактеризовать как «некто старше него с сильным и волевым характером». У киллера не нашлось слов, он удивленно посмотрел на Саваду. Тсунаеши вздрогнул и… покраснел. Его щеки приобрели еле заметный румянец. Чертов старик! — Кажется, я опять ляпнул не подумав что-то не то, — ойкнул мужчина, когда парень резко покинул комнату. — Нет, отличная ремарка, — спохватился Реборн, выходя вслед за Савадой, который обнаружился на террасе, разглядывающим пруд. — Чего стоишь, смейся, — неловко повел плечом парень. — Ты не перестаешь меня удивлять, Савада. Тсунаеши вздрогнул, услышав очень знакомые слова. Всего на мгновение виски отозвались тупой болью. — Заткнись! Парень с разворота попытался врезать киллеру ногой по голове, но тот успел увернуться, оказавшись неприлично близко. — Так, значит, я полностью в твоем вкусе, — хмыкнул Реборн. — Кажется, я об этом тебе с самого начала сказал. Савада схватил его за воротник пиджака и притянул к себе, чтобы укусить прямо за нижнюю губу. Не прошло и секунды, как мужчина прижался к парню, пылко целуя, чтобы сгладить порыв Тсунаеши к жестокости. Постепенно он сошел на нет, поэтому они спокойно могли целовать друг друга. — Ночуешь сегодня на диване. — Если с тобой, то я не против. Оставшийся день прошел быстро, оставшиеся варийцы не попадались Саваде на глаза, а сам парень засел в кабинете Фумайо, развешивая маски на стене. Реборн беззастенчиво в это время пялился на его зад, ощутив себя безнаказанным. Можно сказать, что день прошел удачно. Жаль, что подобное не может приобрести постоянство. Всегда найдется что-то, что может испортить все до основания. Раздался треск разбившегося стекла. Грохот в главном доме Токаге-Ноохи сотряс стены. Поблизости почти никого не было, лишь Фумайо во внутреннем дворике и Реборн, стоящий у дверей одной из многочисленных комнат. — Врой, что здесь творится? — Скуало вместе с Бельфегором удивленно слушал, как из той самой комнаты раздается скрежет и почти нечеловеческое рычание. — Госпожа… не вернулась домой после ежедневной утренней прогулки по рынку, — Фумайо вздрогнул от особо резкого угрожающего крика «Найдите мне ее!!!» и посмотрел на телефон, словно тот вот-вот должен зазвонить. — Она не отвечает на звонки и СМС. Такого раньше не происходило. — Савада в бешенстве, — спокойно произнес Реборн, но было видно, что и он нервничает. — К нему сейчас лучше не лезть. Позади него что-то врезалось в дверь, слегка подталкивая мужчину в спину. Киллер вздохнул, прислушиваясь к значительно затихшим звукам. Вот двери распахиваются, и в проеме появляется растрепанный Савада с налившимися кровью от ярости глазами, от него за версту несло пламенем мрака. У собравшихся ощутимо засосало под ложечкой. — Где она? — сквозь зубы прошипел парень. — Ее еще не нашли, — произнес Фумайо. — ГДЕ ОНА? — еще громче спросил парень, начиная вновь раздражаться. Ему хотелось убить всех здесь и сейчас. Его останавливала только мысль о том, что Нана расстроится, если он превратит тут все в кровавую баню, но вдруг она не вернется… Зачем себя сдерживать? Реборн… От мрачных мыслей отвлек телефонный звонок. — Да, — Фумайо тут же принял вызов. — Ресторан на улице А. Босс уже выдвигается, следите за обстановкой пока он не прибудет. Мужчина проводил взглядом Саваду и Реборна, отправившихся по указанному адресу, а сам устало посмотрел на варийцев: — День не задался с самого утра. Хотите чаю? — Может быть, нам стоит отправиться вместе с ними? — Скуало вопросительно приподнял бровь. — Чтобы мешаться у босса под ногами? Не думаю. Тот, кто посмел тронуть то, на что не стоило даже смотреть, не жилец. А тем временем черная машина неслась по дороге, немыслимо превышая установленный максимум скорости, нарушая правила, игнорируя светофор, но полицейские не торопились ее останавливать, не желая проблем с местными якудза. — Ты в порядке? — поинтересовался Реборн, выкручивая руль на очередном повороте. Но Тсунаеши не ответил, выскакивая из автомобиля, как только тот остановился около ресторана. Парень ловко поднялся по крыльцу, минуя двери и осматривая помещение. Администратор испуганно вжал голову в плечи лишь от одного мимолетного взгляда Савады, никто из работников не осмелился к нему подойти, даже охрана. Тяжелый взгляд зацепился за хрупкую фигуру в легком платье. Не долго думая, парень оказался рядом, усаживаясь на свободный стул. — Мама, — устало выдохнул Тсунаеши, пряча свое раздражение от ее удивленного взгляда. — Тсу-кун, что ты тут делаешь? — Ты не вернулась домой в установленное время, не отвечала на звонки, я волновался, — ответил парень, переведя холодный взгляд на того, с кем Нана вела беседу. Ария. С ней были Юни и Гамма. Госпожа клана Токаге-Ноохи ойкнула и посмотрела на свой телефон, который по непонятным причинам оказался выключен и совсем разряжен. — Я же его вот недавно заряжала, — вздохнула Нана, расстроившись. Она, наверное, доставила столько неудобств из-за этого. — Главное, что ты в порядке, — улыбнулся Савада, успокаивающе погладив мать по голове, потому что не знал, как лучше делать подобное. Заметив неловкость в движениях сына, Нана хихикнула в кулак и улыбнулась ему, говоря этим, что все действительно в порядке. — И все же, что заставило тебя так сильно задержаться в городе? — поинтересовался Тсунаеши, в общем-то уже зная ответ. Ария спокойно отпила глоток ароматного чая и поставила чашку обратно на блюдце, после чего внимательно посмотрела на парня, встретившись с его потемневшими глазами. — Мы просто общались, говорили о японской школе и подобных мелочах необходимых матерям, — синие глаза спокойно смотрели на враждебно настроенного Саваду, излучая неизменное тепло и доброту. Подошедший Реборн был как никогда кстати, Тсунаеши ненавязчиво предложил матери вернуться домой к взволнованным членам клана Токаге-Ноохи под присмотром киллера, и та, конечно же, согласилась, уже обдумывая то, что лучше приготовить в качестве извинений. — Неужели, подобное было необходимо? — криво усмехнулся парень, когда за матерью захлопнулась дверь ресторана. Складывалось впечатление, будто женщина специально нарывается на проблемы. Он чувствовал, как ярость обжигает грудную клетку изнутри, царапает и рвется наружу. — Не понимаю о чем ты, Тсунаеши… — все также спокойно ответила Ария. — И будь осторожней, ты в Италии наделал много шума, поэтому даже в этом городе скоро будет неспокойно. Чертова аркобалено неба! — Подобным не интересуюсь. Меня это не касается, — ответил Савада, резко воткнув столовый нож в стол. Гамма тревожно подобрался, встав в боевую стойку и схватив рукоять пистолета. — Не лезь ко мне. Одно твое присутствие рядом уже утомляет. За себя отвечать не собираюсь, если нечто подобное повторится вновь. Терпеть не буду. Убью. Жажда крови вышла наружу, зарядив атмосферу до предела. Никто не сомневался, что Тсунаеши в следующий раз исполнит свою угрозу — он сейчас еле как сдерживается. Подрагивающими руками парень вцепился в нож, выкручивая его против часовой стрелки. Дышать стало невыносимо тяжело. Ария вздрогнула, заметив, как на плечах парня появились еле заметные языки черного пламени. — Савада? Знакомый голос выдернул сознание из безумного хаоса, но желание уничтожить тех, кто мешался и просто не нравился, никуда не ушло. — Я не в порядке, — ответил Тсунаеши, предупреждающе оскалившись. — И вы все прекрасно знали это с самого начала. Они сами нарвались, сами виноваты. Гамма вытащил пистолет из кобуры и навел дуло на Саваду. Реборн мгновенно отреагировал, направив свою беретту в сторону мужчины: — Опусти пистолет. Гамма настаивал на своем: — Его состояние не стабильно. Он же поубивает здесь все… Тсунаеши знал, что данные слова — правда. Парень понимал это, но не собирался слушать подобное от кого-то столь незначительного в своей жизни. Да еще в подобном тоне. Поэтому неудивительно, что мужчину впечатало в стену мощным бесконтрольным выбросом пламени мрака — безрассудное действие, которое тратит много пламени и не имеет дополнительных преимуществ, кроме резкой взрывной силы. — О, да, я настоящий психопат. Раздался крик, люди, находящиеся в ресторане поспешили выйти из заведения, не сильно разбираясь в происходящем. К слову, Тсунаеши на них было плевать, на всю эту ситуацию — тоже (при необходимости можно все как следует замять). Главное, что Нана в безопасности, уже, возможно, дома под присмотром охраны.  — Савада… Реборн подошел ближе, чтобы схватить его, взять за руку. Но парень наставил на него посеребренный нож, сохраняя дистанцию. Савада задумчиво осмотрел мужчину, почему-то что-то кольнуло в груди: желание навредить этому человеку отсутствовало, что не скажешь об аркобалено неба. — Говори все, что хочешь, Реборн, но раскаяния за произошедшее не получишь, — тяжелый взгляд плавно скользнул по напряженному силуэту аркобалено и рядом с ней стоящей Юни. Кажется. Девчушка явно не понимала, что происходит. Стол отлетел в сторону с одного пинка. — Можно ведь исправить все проблемы одним ударом. Наконечник ножа указывал точно на то место, где билось сердце Арии. — Да как ты смеешь! — прошипел сквозь зубы Гамма, болезненно приподнимаясь на коленях. — Раздражаешь. За мгновение Тсунаеши оказался около мужчины, полоснув ножом по его горлу. Наблюдая за тем, как Гамма упал на землю, пытаясь прикрыть рану руками, Савада чувствовал, как внутри все пело. Избавившись от одного из источников раздражения, действительно стало лучше. Ария испуганно отступила назад. Реборн не собирался больше стоять в стороне. Как только киллер смог ухватиться за парня и силой заставить его выронить нож, он посмотрел на аркобалено неба: — Скорее. Этот столовый нож не настолько острый, как настоящее оружие, если оказать Гамме первую помощь и вызвать скорую, есть шанс спасти его, — мужчина тут же перевел взгляд на Саваду в своих руках. На него смотрели очень холодным недовольным взглядом. — А ты идешь со мной, домой к маман. — Мама? — парень заметно присмирел. — Да. Реборн потащил Тсунаеши к выходу, затолкав его на заднее сидение машины. Достав полотенце из бардачка, не залезая полностью в автомобиль, мужчина стер все брызги крови, которые попали на парня. Наблюдая за киллером сверху вниз, Савада чувствовал, как успокаивается. Красивое лицо Реборна было спокойно, но сосредоточено. Прямой нос; густые, тонкие брови; угольно-черные, длинные ресницы; создавалось впечатление, словно глаза чем-то подведены. Пухлые губы, острый подбородок. Очень красивый. — Пришел в себя? — А я и не выходил из себя, — ответил Тсунаеши, облизав свои сухие губы, после чего неожиданно дернул киллера за воротник, притягивая к себе. От неожиданности Реборн потерял равновесие, заваливаясь на парня сверху и оказываясь в чужих объятьях. Теперь они оба лежат на заднем сидении. Савада тесно прижался к его телу, глубоко и ровно дыша куда-то в изгиб шеи. Никто из них не мог точно сказать, сколько времени они так пролежали, но когда приехала скорая помощь, извещая людей о своем появлении мигалками и сиреной, припаркованная рядом с рестораном черная машина тронулась с места. — Знаешь, — наконец-то нарушил тишину Тсунаеши, разглядывая в окне мелькающие здания. — Я хочу провести сегодняшнюю трапезу в кругу семьи. — Хорошо. Реборн знал, что иногда парню надоедает шумная компания клана во время еды, и он настаивает на том, чтобы провести это время только с близкими людьми. Иногда ему хочется тишины и личного пространства, границы которого не каждому позволено нарушить — он, Нана и больше никого — при киллере такое было всего пару раз. Сейчас это будет третий. — Когда приедем, скажи маме, чтобы накрыла стол на троих человек.