Хьюстон, я - проблема

Юнги не нравится лето. Сейчас стоит жара. В халате и спецкостюме невыносимо находиться дольше двух часов, пряди выбеленных, жестковатых волос липнут ко лбу, и он то и дело фыркает себе под нос, утирая от пота лицо. Отец не звонил со среды. Разговор вышел натянутым и сухим: пару фраз о маме, о том, что они постригли собаку, и та еще больше похожа на "лающую рыжую крысу". О том, что в Тэгу сейчас дожди. Если прислушаться, можно в шелесте стриженых кустов за окном услышать этот ласковый шепот бегущей по крыше воды. Вспомнить серость неба и пахучую влагу воздуха, и слегка, - так, чтобы не заметили остальные, - мужчина приподнимает голову, подставляя воображаемым каплям лицо. В Хьюстоне, в вечно спешащей Америке, в череде рекламы, плоских шуток и телешоу ничего не напоминает о тишине и покое его собственной комнаты. Там его милый забавный Холи догрызает последнюю целую подушку, его конспекты и бейджик "Доктор Мин Юнги. Нейрохирург" который он впопыхах забыл на письменном столе. Он очень хотел бы увидеть все это снова. Но он не вернется. - Что они говорят о тебе? - Что я подаю большие надежды, - опершись о край стола и зажав трубку между ухом и плечом, Юнги зубами выдирает крышку из бутылки, - Мы очень быстро развиваемся. Знаешь, Чон Хосок, он.. - Сын, у меня мало времени, давай о тебе. Юнги надеется, что отец чувствует, насколько далеко он сейчас закатывает глаза. - Что с твоим гражданством? Есть гарантии? - Рабочая виза на год. По окончании проекта обещали взять в Бэйлор ассистентом. Секундное молчание, за которое сердце успевает словить пару инфарктов. - Это медицинский вуз. В голосе отца такой лед, что, расколов, можно бросить пару кубиков в стоящий тут же стакан со скотчем. - Да. Я хотел бы.. - Юнги, это медицинский вуз. - Послушай, пожалуйста, - соскользнув со стола и ударившись о край задницей, Юнги, шипя, начинает бродить по комнате, - Такой шанс выпадает нечасто, у них замечательные перспективы. - Твоя перспектива - это "Хьюстон". Мы это уже обсуждали, сынок, - тон такой, будто Юнги - нашкодивший школьник, - Заниматься всем и сразу невозможно. Люди, которые тобой руководят - мои хорошие друзья, которых пришлось очень, - он выделяет это слово, - попросить взять тебя в проект. Люди серьезные и, что греха таить, опасные. И от того, как ты себя здесь покажешь, зависит твоя жизнь и моя репутация. Тебе не кажется, что стоит чтить отца и все, что он для тебя делает? - Я этого не хотел, - кажется, Юнги начинает распаляться в ответ, и пахнет жареным, - Ты попросил меня попробовать ради тебя, я попробовал. Это не мое. Да, я знаю технику, знаю физику, а еще знаю, что люблю ковыряться в мозгах и учить ковыряться в них других. И я люблю свой дом. Я уехал в Америку только из-за тебя, в курсе? - И ты хочешь сказать, что тебе не нравится то, чем вы там занимаетесь? Не нравится перспектива получить "Нобеля" в свои двадцать шесть? - Мне нравится, просто.., - парень застывает, глядя на пляшущие по немытой посуде солнечные зайчики, - Я хотел заниматься другим. Я врач. И еще - я преподаватель. Ты тоже, пусть и в прошлом, давай постараемся друг друга понять? - Слушай, сынок, - все в голосе отца говорит о том, что в разговор близок к точке, и Юнги нервно отпивает скотча, - Ты - самая младшая и самая огромная моя проблема. Я очень устал от жизни, и ты не помогаешь. Давай ты будешь делать то, что тебе велит более умный и знающий жизнь отец? Юнги допивает залпом и бросает трубку. Тот разговор закончился ничем, как и все предыдущие. Хочется отвлечься на что угодно, но все, что занимает голову: несносная жарень за окном и звонкий, как стеклышко, смех юноши в соседнем кресле. - Давай уже, Гуки! Смотреть на этих двоих весело, хотя Юнги в этом ни за что не признается. Чимин, присев перед макнэ на корточки, старательно лепит тому на лоб диоды, Чонгук смеется от щекотки и убирает со лба мягкие темные кудри. Их скуластые лица, смуглая кожа, и этот акцент, который ни с чем не спутать - дань тому, кем они на самом деле являются. То единственное, что Юнги унес с собой из дому. И, кажется, это не самый плохой вариант. - Смотри на меня! Смотри! - Ты что-то делаешь неправильно, - парень хмурится, недоверчиво глядя на целую тучу липучек на собственном лбу и руках, - Я похож на ктулху с этими штуками на лице.. - Нет вещей, которые я делаю неправильно, Гуки, - белозубо улыбается Чимин и коротко чмокает парня в плечо, - Не веришь мне - спроси у профессионала. Юнги-хён! Что? Это он ему? - Юнги-хён, ты выглядишь неважно, - странно, как за секунду этот колокольчик сменяется обеспокоенным полушепотом. На белый, как бумага, лоб Юнги ложится пухлая ладошка. - Не заболел? Юнги хмыкает, глядя на парня исподлобья. От Чимина пахнет малиной и сладостями - не чета пропахшим сигаретами шмоткам Мина, и тот вдыхает немного поглубже. - Если не уберешь культяпку - заболеешь ты. - Ты такой злой, - дует губы младший, напоследок ероша его челку, - Чонгук, как ты думаешь, почему он такой злой? - Жизнь заставила, - отзывается Мин, стараясь не улыбаться, - Все правильно, Гук, ложись и расслабься. - В общем, я наконец-то закончил с этой программой только вчера. Юнги, быстро вбивает параметры на дисплее. Чимин куда-то смылся, и макнэ, нервно ерзая на кушетке, то и дело любопытно поднимает голову, - Лежи смирно, я кому сказал? - Не понимаю, что ты собрался делать, хен. Когда ты колдуешь над моим мозгом, это несколько настораживает. - Если бы было над чем "колдовать", было бы и вовсе замечательно, - отзывается Юнги, напоследок проверяя давление и пульс, - Так. Эта программа считывает твои эмоции, фиксируя зоны активности в мозгу. Подумаешь о том, что неплохо бы мне врезать, - парень тыкает пальцем в экран, - Я узнаю. - Ладно. И зачем это? - На случай сбоя, пока ты болтаешься от тысячелетия к тысячелетию. Если потерян контакт с камерой, с микрофоном, с компьютером капсулы, эта хрень - последнее, что свяжет тебя с нашей станцией. - Звучит тревожно. -И не говори. Вжав парня в кушетку, Юнги надевает ему маску на глаза. - Это для чистоты эксперимента. Еще будут бируши. Не думай о том, где ты и что делаешь, только воспоминания. Хорошие, плохие - все, какие вспомнишь, но помощнее. Поважнее. Например, о.. - Какао! Дверь с лязгом хлопает, и Юнги чуть было не подпрыгивает от неожиданности. Пак Чимин, загадочно ухмыляясь, несет в руках поднос с дымящимися чашками. - Для злюки - с зефирками. - Очень мило, Чимин. Хей, тебе нельзя! Чонгук, поблескивая глазами, тянется было за своей порцией, но тут же получает по руке: - Сначала эксперимент. Давай, расстарайся для дяди Юнги. Темень - хоть глаз выколи. - ..Хён? Ты здесь? Юнги с Чимином пристроились на узком диване, прихлебывая напиток и наблюдая, как Гук шарит головой по сторонам, как слепой котенок. На глазах у того плотная повязка, руки и ноги привязаны к кушетке, и, кривовато ухмыляясь, Юнги не может решить, на что это похоже больше: кадр из фильма для взрослых или из ужастика. Судя по тому, как нравилась эта картина Пак Чимину, на первое. Сначала на дисплее было глухо. 3D полушария, синхронизируясь, поблескивали извилинами и бороздами, датчики молчали, и Юнги почти поверил, что что-то в его программе снова пошло по пизде, как на изображении ярким пожаром загорелась оранжевая вспышка. Затем еще несколько - поменьше. - Черт, черт! Подрываясь с места, он не уверен, достаточно ли устойчиво поставил чашку на подоконник. Терпения еле хватает, чтобы не выдрать Гука из его ложа вместе с диодами. Слушая собственное ликующее сердцебиение, Юнги впускает в голову мысль, что его достижения, все же, приносят ему немалое удовольствие. - О чем ты подумал, Чонгук? Ну?!, - Честно?, - смущенно бормочет тот, улыбаясь, - О какао. Какое оно на вкус, на запах, - шепчет парень, втягивая носом густой аромат, - На вид. Люблю какао. Чимин, оставшийся на диване, начинает тихо подыхать со смеху. - Ты серьезно? Я велел тебе подумать о чем-то действительно важном, а ты.. Юнги выдыхает с улыбкой, расслабляясь, не отрывая взгляд от экрана. В это каждый раз сложно поверить: в то, что это сделал он, что это существует, что это работает. Но это есть. Чонгук думает, что-то говорит, а на дисплее вспыхивают точки активности, одна за одной, яркими огнями, как ночные города из иллюминатора. Нужно показать Намджуну. Или снять на камеру и сбросить в общий чат. Или.. - Хён. Он не заметил, как на спину легла теплая рука. - Наконец-то? Повернув голову, Мин встречается со странно ласковым взглядом младшего, опершегося подбородком на его плечо. - Я очень рад, что оно заработало, знаешь? Он, вообще-то, бесючий. Слишком тактильный. И дружелюбный. И улыбнется Мину так же, в отличие от некоторых, даже если Юнги захочет ковыряться в мозгах. А значит, он позволит ему повисеть на себе. Еще разок, точно в последний.

***

"Дурила из соседней квартиры" начал чат. "Привет:)" Чонгук косится на загоревшийся уведомлением телефон и хмыкает: спустя целый день скидывания смешных картинок и видео, Тэхен мог бы не церемониться. Лук на сковородке шкварчит слишком активно, но, может, так и надо? - Ну что там, Гуки? Чонгук едва не роняет нож, вздрагивая. Совсем забыл, что Сокджин все еще в наушнике. - Я снова все перепутал, - отзывается Гук, глядя на заваленный продуктами стол, - Значит, сначала нарезаем тонкими ломтиками морковь, затем картофель. Его промыть под холодной водой. А морковку? Ее надо промывать? Гук, морщась, перекладывает телефон в чистую руку. - Может, все таки забить и заказать Dominos? - Ты слышал Намджуна: сбалансированное питание. Успокойся, Гуки, - говорит Сокджин весело, - Начнем сначала. Ты нарезал картошку? -Да. -А почистил ее перед этим? -Очень смешно, Сокджин-хён, - недовольно бормочет Чонгук, мешая картофельные дольки под струей воды, - Чтоб я еще раз за это взялся. Телефон вибрирует снова. "Дурила из соседней квартиры": Фотография И, спустя несколько секунд: "Дурила из соседней квартиры": Посмотри, что я нашел!!! Наскоро вытерев руки о домашние спортивки, Гук снимает блокировку. Вы: Где ты такие достал? "Дурила из соседней квартиры": У Starbucks странная ностальгия по мстителям. Я взял с себе с Доктором Стрэйнджем и Капитаном Америкой :3 Чонгук улыбается, приближая фотографию. Эти кексики и впрямь очень милые: с горкой творожного крема на каждом и маленькой шоколадной фигуркой одно из супергероев на ее вершине. "Дурила из соседней квартиры": Я еще в очереди. Любишь Мстителей?)) Вы: Ну да, немного "Дурила из соседней квартиры": И кто твой любимый? Кажется, Сокджин все еще что-то вещает ему на ухо: - ..И добавить веточку розмарина. Если есть бренди, рекомендую немного потомить в нем кусочки, у мяса будет очень нежная структура..Гуки, ты здесь? - Угу, - мычит тот и тапает на строку для ввода текста. Вы: Не знаю Вы: Железный человек? На его сообщении всплывает галочка "прочитано", и Тэхен выходит из сети. Бездумно ворочая телефон в пальцах, Гук размышляет о том, что, в общем, и не помнит толком, кто ему нравился в этой франшизе. Он видел первый фильм еще в школе и был в восторге. А потом начались олимпиады по астрономии, экзамены, и, в общем.. В нос прокрадывается запах чего-то горелого. - Черт! Ухватившись за раскаленную ручку, Гук, поскуливая, с размаху бросает дымящуюся сковородку в раковину. -Что? Что?! -Я забыл выключить лук. Вонь стоит немилосердная. Как он ее не заметил, стоя в метре от плиты, остается загадкой, и, бесстыдно матерясь, Гук бежит открывать окна. -Ты не забыл, - там, на другом конце провода, Джин наверняка устало массирует виски, - Ты поставил его на большую температуру и он к чертям сгорел. Кажется, на телефон, лежащий в кармане, снова что-то пришло, но Чонгуку, ей богу, не до этого. Прыгая от окна к окну, он торопливо открывает ставни и старается не задохнуться прогорклым дымом. - Стоит ли говорить, что я предупреждал? В таких плясках проходит минут пятнадцать. Как ни машет Чонгук полотенцем, разгоняя застоявшийся воздух, легче не становится, и квартиру вполне можно считать непригодной для жизни. Телефон вибрирует. Джин давно отключился, сославшись на срочное дело, и, может быть, сжалился и решил перезвонить.. Увиденное на экране вызывает у Гука обреченный стон. "Дурила из соседней квартиры": Фух, успел ухватить последний с Тони Старком. И еще я взял Халка, в нем шоколада побольше)) "Дурила из соседней квартиры": Буду дома через пару минут. Пустишь на чай? И последнее, пришедшее только что: "Дурила из соседней квартиры": Чонгук? Он открывает дверь, все еще изредка кашляя. Позабытые на сковородке овощи жалобно шипят и исходят дымом, и сам он, всколоченный и мокрый, ошалело смотрит на Тэхена, стоящего на пороге. Тот, кажется, впечатлен увиденным, и, демонстративно подняв бумажный пакет, удивленно поднимает бровь. - Я принес вкусняшки к чаю. Ты чего утворил? - Овощи жарил, - Гук сдувает налипшую челку с лица и кривовато ухмыляется, - Как видишь, эта квартира больше непригодна для жизни. Осторожно принюхавшись, парень фыркает: - Брось, запах интересный. "Фух." - Как в крематории. "Блять!" - Знаешь, сегодня Dior представили новую линию запахов, - Тэ стягивает ботинки, прислонившись к дверному косяку, - Называется "Лето". Пахнет совсем, как на улице вечером: прелой травой, цветами, свежестью, чуть-чуть цитрусом.. Чонгуку остается только прятать в ладонях горящее от стыда лицо. - Но летний запах в твоем исполнении превзошел все мои ожидания. - Во всем виноват Сокджин, - Гук честно врет, стыдливо бросая взгляд на немого свидетеля его рукожопости, сидящего на полке. Хорошо, что Тео не говорит, - Он не сказал, что нужно убавлять огонь.. - Сокджин, - убрав ботинки подальше, Тэхен выпрямляется, - Еще один таинственный коллега? Вопрос, скорее, риторический, но в нем все же сквозит легкий укор: Гук так и не рассказал Тэхену о зоопарке, в котором работает, хоть рассказать и было о чем. Глядя на маячащий впереди затылок, он думает, что, вообще-то, мог бы, раз уж тот так настойчиво просит. Но светлый образ Джуна с бензопилой говорит ему ровно обратное. - Эм..Как твоя голова? - Так же, как твои коллеги, - Тэхен подмигивает, а Чонгук в очередной раз проигрывает с разгромным счетом, - Ты молчишь. Я тоже буду молчать. Шансов на то, что Тэхену придется показывать путь, нет: планировка в их жилищах одинакова до миллиметра. Он бредет по комнате медленно, почти осторожно, приглядываясь то к книжной полке, то к тетрадям на тумбочке. За пару минут борьбы с пожаром Чонгук успел устроить здесь настоящий погром: пол усыпан выпавшими из подставки карандашами, кучу хлама на ковре он не убирал довольно давно и принципиально, даже обертки от сникерса, любовно спрятанные под диван, повылетали из своих убежищ. - Здесь уютно. Тэхен склонился над стопкой гуковых журналов со странной улыбкой. - Только пустовато немного. - Я приходил сюда поспать, так что в комфорте не особенно нуждался. - А теперь? - А теперь.., - Гук следит за плавно двигающейся фигурой, надеясь, что тот не заметит носки в углу, - Теперь не знаю, чем себя занять по вечерам. - И поэтому ты решил заняться вот этим? На стопке чертежей красуется трехмерная модель небесного тела из пластика. Гук пробовал ее собирать, в основном, из-за спора с Намджуном, даже в учебники полез, но эта злополучная готовка.. - Вечерок выдался свободный. - Вечерок выдался свободный, и ты решил изучить рельеф луны, - задумчиво протягивает Тэхен, наблюдая за его жалкими попытками запихнуть все в шкаф, не складывая, - Чем еще заняться в свободное время, да? - Не важно, старое хобби. - А готовка - это, я так понимаю, новое? Кажется, еще несколько визитов - и Чонгук до мелочей выучит черты его лица. В них сквозит приятная мягкость, привычность, от которой мало помалу расслабляются мускулы, и на колкие шутки даже не хочется злиться. Он понимает, что смотрит на парня слишком долго, только когда легкая ухмылка Тэхена растягивается в улыбку. - Ладно, я ж пошутил. Что у нас на ужин? - Выглядит не очень..питательно, - заключает Тэхен, склонившись над раковиной, когда они добредают до кухни, - Зато этот приятный угольный цвет.. - Заткнись уже. Это должен был быть овощной блин. Улыбаясь одними глазами, Тэ смотрит на обугленные остатки. - Выглядит как-то не по-блиновски. Вытряхивая в урну содержимое сковородки, Гук тянется было за моющим средством: - Странная затея, я обычно заказываю еду в кафе. Здесь неподалеку есть неплохое , продают вок и пиццу навынос, и.. - Стой. Бутылку с "Fairy" из гуковых рук ловко выхватывают. -Сейчас все исправим, я хочу овощной блин. - Но.. - Хочу блин, - повторяет Тэхен чуть суровее, глядя на Гука из-под бровей, - Где рецепт? Тяжелый вздох. - У Сокджина в башке. Кажется, с "сейчас исправим" Тэхен погорячился: часы на плите показывают десять, когда он, почесывая кончик носа, все еще вчитывается в текст на телефоне. - А у тебя есть соевый соус? Здесь он зачем-то нужен. И чеснок еще..А нарезать ломтиками - это как? Тэхен смотрит в рецепт, Чонгук - на Тэхена. Вообще-то, он очень привлекательный. И смешной. И, - совсем немного, - милый. Гук, застывший у открытой дверцы холодильника, улыбается тому, как не соответствует сейчас образ соседа его поведению: эти выглаженные, с иголочки, брюки, явно дорогие кольца на больших пальцах..И фартук Чонгука с собачками - немного ближе к истине. Не смотря ни на что, он смотрится на гуковой кухне как-то правильно, будто всегда здесь был. "Может, и был", - усмехается Гук сам себе, - "Никто не знает, что взбредет ему в голову." Он пробуждает интерес. С ним хочется говорить, и для Чонгука, который не может два слова связать, это странно уже само по себе. Но с Тэхеном легко. Он легко шутит, иногда доводя до колик в животе, легко болтает обо всем и ни о чем. Легко спасает снова подгорающий лук. С тихим вздохом Гук берет с полки упаковку ветчины и хлопает дверцей холодильника. Похоже, ему ничего не остается. - Ладно. Рис в кастрюле вопросительно булькает, и Тэхен поднимает на парня светловолосую голову: - Что? - Ладно. "Главное - действовать быстро, чтобы не передумать. Прости, Намджун-хён." - Я расскажу тебе о том, с кем я работаю и чем занимаюсь, - стараясь не смотреть на расцветающее довольством тэхеново лицо, Гук берется за картофелечистку, - Но не сейчас. Мне нужно подумать. Не знаю, как ты используешь это в своей работе, и, пожалуй, лучше не знать. - Сдам все подчистую с потрохами всему белому свету. Кажется, Тэхена рассмешил полный ужаса гуков взгляд. - Я шучу. Шучу! - Еще одна такая шутка, и я передумаю. Они встречаются взглядами. Нет, Чонгук не передумает.

***

- Итак, с чего бы начать, - бурчит Гук на следующее утро, отправляя в урну очередную рекламную брошюру. Солнце мягкими движениями зарывается в волосы, терпкий запах кофе, травы и пыли пробирается в открытые окна вестибюля. Тэхен, стоящий у соседнего почтового ящика, заинтересованно поднимает голову. - Начни с Намджуна, - и, хитро улыбнувшись, Тэ добавляет: - Очень интересно, что у вас за игрища такие, на которых он тебя наказывает за сбитые колени и царапины. - Да нет же. Намджун - это мой босс. - Большой папочка? - Ты дашь договорить? Хихикая, Тэхен лязгает дверцей почтового ящика. - Намджун - главный. Он очень умный, умнее всех, кого я встречал. И он заботится о нас, как старший брат. У него есть очки, безупречно белый халат, очень сложное выражение лица и голос, от которого все живое приходит в дрожь. - Строгий, значит? Гук потирает затылок. - Ответственный. Он помнит все обо всех, даже напомнить кому-то поесть. Вечно истерит из-за моей любви к чипсам. - И много вас там? - Шестеро. Очередь в "Starbucks" оказалась длиннее, чем он думал, когда, спустя полчаса, они пришли туда за кофе. - Еще есть Сокджин, и он самый старый, - подает голос Чонгук, когда спор о том, с чем вкуснее здесь пончики, закончен - И он готовит вкуснее всех на свете. - Исчерпывающе. А ты, значит, набился к нему в подмастерья? - Я пытался не опухнуть с голоду, - смущенно отзывается Гук, забирает заказ и шагает за соседом прочь из кофейни, - Он координировал мои действия по телефону, пока я пытался что-то состряпать. Он мозг, я - руки, хоть и кривые. - Как в "Рататуй"?, - Тэхен, почему-то, очень солнечно улыбается его словам. До парковки остается несколько метров. - Эм..Где? - Ну, "Рататуй". Тот мультик, помнишь? Где крыса помогала повару готовить. А он еще.. Гук смотрит на соседа с искренним непониманием, и чем дольше тот говорит, тем более неуверенным и тихим становится его голос. Сейчас, с этим большим американо в руках, в кремовом берете, он похож на француза. И, моргнув, несколько секунд помолчав, Тэхен выдает совершенно французское: - Ебать. Да ты гонишь? - Я не знаю такого мультика, - бурчит Гук и глотает кофеечку. Выражение лица у парня настолько шокированное, будто Чонгук, по крайней мере, отрастил хвост. - Ты чем занимался все детство, Чон Чонгук? Тот лишь молча взмахивает папкой с кипой расчетов и чертежей. - Этим. - Все свои двадцать два года?! - Почти. Чонгуку почти смешно смотреть на Тэхена: тот, кажется, действительно в шоке. Это забавно, но настолько же грустно. Но Гук честно пытался создать впечатление нормального человека, не его беда, что Тэхен так ловко забирается под кожу. - Ты.. Тэ открывает было рот, но закрывает снова, осматривая Гука зачем-то с ног до головы. Смотреть, вообще-то, не на что: своей привычке ходить на работу в футболке и джинсах он не изменял. - Я..В общем, знаешь, завтра после работы мы идем в кино. Кофе чуть не проливается через нос. - Чего? Но тренажерка.. - Легко переживет твое отсутствие, - невозмутимо заканчивает за него парень и лезет в телефон, - Мне нужно будет кое-что уточнить, но я уверен, что все получится. - Тэхен.. - Завтра в семь, не заходи домой ужинать, встретимся на этой парковке. Отсюда пойдем пешком, здесь совсем недалеко. - Тэхен.. -Я еще не решил, что мы будем смотреть, но приготовься к долгому сеансу. Ты, блин, меня просто поражаешь, Чонгук.. - Тэхен! Чонгук хмурится его упрямости. Ну что за осел? - Если хочешь в кино, давай обсудим это и, может быть, найдем какой-то подходящий день. На следующей неделе, например..Ай! Гук взвизгивает, отскакивая в сторону: Тэ, кажется, ущипнул его за ребра. - Щекотки боишься, значит, - говорит он голосом, ничего хорошего не сулящим, - Ясно. - Тэхен.. "Блять, блять, блять, блять!" - Тэхен, у меня кофе. Тот, игнорируя доводы, медленно шагает к Чонгуку навстречу. - Я знаю. - Тэхен, оно разольется. - А ты пойдешь со мной в кино завтра? Пальцы, злорадно подергиваясь, останавливаются в сантиметрах от гукового живота. - Я же сказал, что..Ну ладно, я подумаю!..Тэхен, у меня кофе! Блять, Тэхен!

***

Секретарша невыносимо громко цокает длиннющим маникюром по клавиатуре. В офисе тихо, только гул кондиционера и этот противный стук. Динамик под потолком хрипит, и Джун подскакивает, судорожно оправляя костюм и прижимая к груди пухлую папку. - Джесси, это Ким Намджун? - Да, мистер Рэй, он ожидает уже около получаса, - отвечает девушка, что-то нажав на своем ноутбуке. - Пусть войдет. Этот человек был для Намджуна золотым билетом Вилли Вонки, кратчайшим путем к достижению мечты. Бог знает, сколько раз в ответ на его вопль научное сообщество отвечало равнодушным молчанием. Бог знает, сколько раз под его работами стояли имена людей повлиятельней, сколько раз ему с пеной у рта пришлось убеждать толстосумов-инвесторов, что "Хьюстон" - это не выдумка, а вполне реальный проект, с реальным будущим. Он был слаб в одиночку. Он не мог защитить себя, и, что самое главное: не мог защитить их - остальных пять участников, руками которых он все это осуществлял. Человек, в приемной которого Джун сейчас собирается с мыслями, к науке имеет самое косвенное отношение. Но он - тот, кто поверил ему. Рэй устало обмяк в массивном кресле. Ястребиное сухое лицо расслаблено, в серых глазах - усталость. Он приветствует Джуна со слабой улыбкой, ненадолго сжимая его мокрую ладонь. - Присаживайся, мальчик. Тебя напоили кофе? - Да. То есть нет. То есть.. Ох, Джун, что же ты делаешь. Лучше сядь, просто сядь. - Я отказался от кофе, сэр, - расстегнув пиджак, Намджун опускается на предложенный стул, - Вы хотели меня видеть? - Конечно, мальчик, я всегда рад тебя видеть, - Рэй улыбается, и обветренное лицо испещряется морщинами, - Да не трясись ты так. Можем мы хоть на минуту забыть о чинах и просто поговорить, как нормальные люди? Намджун надеется, что мужчина не заметил его беглого взгляда на значок FBR на лакированном столе. - Конечно, сэр. - Как твои дела? Ты хорошо питаешься?, - кажется, Рэй действительно этим озабочен, хоть и верится с трудом, - Ты осунулся с нашей последней встречи. - Сейчас много работы, но мы продвинулись, очень продвинулись. Джун протягивает мужчине открытую папку. - Прошу, взгляните, это детальный отчет.. - Потом. Ладонь, в несколько раз крупнее джуновой, с хлопком закрывает папку, откладывая ее в сторону. Взгляд невольно притягивают кривые шрамы на узловатых пальцах. Рэй не особо трепался на счет своего прошлого в ФБР, но, кажется, Джун догадывался и сам. - Я позвал тебя не за этим. Позавчера я говорил с президентом Брукингса. По завершении проекта тебя готовы взять на испытательный срок. Сердце не просто делает кульбит, оно выпрыгивает из груди. - Это же..Самый крупный научно-практический центр в стране. Намджун встречается с пристальным, неморгающим взглядом светлых глаз и понимает, что Рэй говорит серьезно. - Я возглавляю ФБР уже очень много лет и вижу в людях все дерьмо с первого взгляда. И вот, что я тебе скажу: работая рядом со мной, ты пойдешь очень далеко и очень быстро. Понимаешь меня? Кивок. - Нужно только немного поднапрячься, в последний раз. Ты возглавляешь "Хьюстон", потому что ты очень и умный и старательный парень. И я не сомневаюсь в твоем успехе. Я просто хочу, чтобы все, что происходит в стенах университета, оставалось в строжайшем секрете. Чтобы был результат, и не важно, как скоро. Ладно? Намджун пытается улыбнуться, призывая на помощь все свое обаяние. - Сэр, это большая честь. - Перестань, - тот отмахивается, снова опускаясь в кресло, - Просто согласовывай свою работу со мной. Я не ученый, но как применить вашу разработку, я отлично знаю, так что доверься мне, лады? Намджун слушает этого странного, опасного человека в сером костюме, ощущая, как начинает покалывать в животе. Тот все говорит и говорит, изредко подмигивая или ухмыляясь, и Джун напоминает себе улыбаться в ответ. - В общем, ты меня понял, - заканчивает тираду Рэй, уже прощаясь с ним в дверях, - Схема проста, как грабли. Единственное, о чем я не сказал.. - Да, сэр? Огромная лапа с размаху ложится Джуну на спину. - Постарайся проконтролировать, чтобы твои подчиненные не увлекались..Личной жизнью. В таком тонком деле это не совсем уместно. Пусть попридержат свои позывы до конца проекта, благо он не на столетие рассчитан. Ты понимаешь меня? Дверь открывается, и Джун, тихо выдыхая, видит благодатный свет приемной. - Разумеется, сэр.