Детские аттракционы. Ночь пятая.
8 октября 2019 г., 02:36
— Поднимайся, Гарри, — услышал я голос Малфоя, — время девять часов и сейчас сюда нагрянут наши сорванцы.
Я развернулся на кровати и обнял мужа. Уже такой свежий, с влажными волосами, ароматно пахнущий и без губной помады на теле.
— Ты такой аппетитный, любовь моя, так бы и съел, — улыбнулся я.
В дверь постучали и послышался голос Альбуса:
— Папочки, вы там спите?
Драко кивнул мне и я поспешил уйти в ванную комнату, а он открыл дверь мальчикам. Я слышал как они бросились обнимать отца, и даже представил, как повисли на Малфое, а он их обнимает, целует детские, любимые макушки: тёмную и светлую.
Я быстро вымылся, оделся, побрился и от греха подальше убрал в сейф видеокамеру, где мы с Драко играем в различные челленджи и занимаемся любовью. Минут через двадцать я присоединился к моим любимым, спустившись на кухню. На лестнице попросил эльфийку Даяну перестелить кровать и прибраться. Дай Мерлин, дети не заметили погрома в нашей спальне, потому что мы её всю раскурочили, перетекая любовными играми то на кровать, то на пол, то на диван, то на подоконник. Мой ненасытный омега умотал меня сегодня ночью, но я был счастлив такому проявлению страсти моего блондина.
Драко на кухне разливал какао по чашкам детям и раскладывал яичницу с беконом, а себе кашку из пяти злаков и яйцо в смяточку. Я вошел и по очереди поцеловал моих мальчишек, а они меня, пожелав им доброго утра.
— Милый, положи себе, что сам хочешь, — произнес блондин слабым голосом.
Я сел на корточки перед мужем и взял его руки в свои.
— Началось, да? — спросил я и Драко кивнул.
Я обнял любимого, а он прошептал мне, чтобы я его отнес в туалет. Я поднял на руки моего омегу и успел только сказать, чтобы дети сидели и кушали, после чего понес супруга через зал в нужную комнату. Малфой опустился на колени и его стошнило в унитаз желудочным соком. Я придержал его за лоб.
— Гарри, иди к ним… иди к детям, они могут напугаться, — сказал блондин между приступами рвоты.
— Кикимер! — позвал я эльфа, и домовик появился с флаконом зелья. — Что же ты раньше не дал хозяину Драко зелья?
— Я виноват! — запищал эльф. — Кикимер накажет себя, хозяин Гарри! Кикимер хотел дать зелье, но…
— Гарри, эльф тут ни при чём, это все я. Мальчишки утянули меня вниз и я не принял зелье, — ответил омега и снова содрогнулся над унитазом в рвотных позывах.
В дверь постучали. Это был Скорпиус.
— Папе плохо, да? — произнес он, когда я приоткрыл дверь. — Я могу помочь?
— Скорпи, радость моя, — ответил я, — папочка немного прихворнул, но он сейчас выпьет зелье и мы придем. А ты, на правах старшего брата, иди и успокой Альбуса.
— Но папа Драко ведь будет в порядке, он не умрёт? — спросил очень тихо белокурый малыш.
— Нет, конечно, родной мой, — обнял я сына, — папочка не умрёт. Так бывает. Когда в его животике поселились вы, с ним было тоже самое. Все будет хорошо, поверьте нам. Беги к брату, а я помогу папе.
Я поцеловал блондинчика мелкого в лоб и он серьёзно так кивнул, а у самого губки дрогнули.
— Через пару часов мы все пойдем в парк аттракционов и купим вам вкусностей. Беги, родной!
Скорпи убежал, а я повернулся к Драко. Он все ещё обнимал белый унитаз.
— Гарри, иди к ним, ты не должен меня видеть в таком состоянии. Пожалуйста… Я так жалок и слаб сейчас, не такой, каким ты привык видеть меня.
Я поднял мужа с пола, и очень нежно обнял, прижался губами к его потному и холодному лбу. Драко дрожал.
— Любимый мой омежка, чем только твоя умненькая головенка думает? В болезни и здравии, в богатстве и бедности… Помнишь, родной мой?
Малфой кивнул и всхлипнул, повернулся к раковине и умылся, почистил зубы, тогда после этого обнял меня сам.
— Я более-менее в порядке, Гарри, — произнес блондин и Кикимер протянул Драко пузырек с зельем. Омега выпил зелье и отдал пузырек эльфу. Я поднял мужа на руки и вынес из туалетной комнаты. Блондин положил голову мне на плечо. Я внес его в зал и опустил на кожаный диван. К нам подбежал Альбус, он обнял Драко и разрыдался, а ко мне подошел Скорпиус.
— Я успокаивал брата, как мог, но он… — тихо прошептал брат Ала. Я нагнулся и поцеловал сына в макушечку.
— Ты у меня умничка, Скорпи, и я горжусь тобой.
Тем временем, Альбус висел на отце, а Драко обнимал сына, шепча, что с ним уже все хорошо.
— Папочка, если ты так болен был, когда мы жили в твоём животике, то стоило ли нам появляться? — запищал моя маленькая копия.
— О, мой родной, — ответил Драко, — я бы снова это пережил, лишь бы вы появились у нас. Так бывает у омег. Несмотря на неудобства с утренней тошнотой, мой хороший, я счастлив, что вынашиваю снова деток — ваших со Скорпиусом братика с сестричкой. Не думай о плохом, мой сладкий, я уже выпил нужное зелье и через двадцать минут смогу поесть, потом ещё полежу с часик, а после мы пойдем на аттракционы, купим с папой Гарри вам маленького котёнка, и он будет расти вместе с вами. Мейкуны вырастают в длину до полутора метров.
— Правда, что ты будешь в порядке, папочка? — спросил уже успокоившийся малыш.
— Да, моя сладкая кровиночка, я буду в порядке, а ты больше не плачь, пообещай мне. Когда вы с братом плачете, у меня начинает болеть сердце, Альбус Северус Поттер — Малфой.
Ал прижался к животу Драко и произнес очень тихо, с надеждой:
— Наши братик и сестричка, вы не шалите сильно в животике нашего папочки, пожалуйста. Мы будем рады вашему появлению на свет, Скорпиус тоже любит вас и ждёт. Мы будем играть вместе, а сестричку любить больше жизни. У нас со Скорпиусом никогда не было сестренки.
Скорпи тоже подошел и обнял Драко, потом брата, приложил голову к животу омеги-отца с другой стороны.
— А вы уже позавтракали, мальчики? — спросил я, вытирая слезы с своих щек.
— Ну, почти нет, — ответил Скорпиус, — как папе стало плохо, в нас кусок хлеба не полез в горло. Мы поедим потом, когда отцу станет лучше, вместе с вами.
— Гарри, возьми детей, позавтракайте, а потом отправляйтесь за котёнком в зоомагазин в маггловском городе, в Косую аллею не ходите, а то они ещё какую-нибудь тварь волшебную захотят.
— О, папочка, а можно, да? — встрепенувшись, воскликнул Альбус. — Мы хотели бы с братом…
— Ал, не надо, — прошептал Скорпиус, — отцы рассердятся, особенно папочке Драко это не понравится.
Я посмотрел на мужа и улыбнулся. Надо с этим разобраться, а то дети от нас могут отдалиться, перестанут доверять.
— Эй, мальчики, скажите-ка нам, каких волшебных существ вы бы хотели? — спросил я. — Не скрывайте от нас ничего, пожалуйста.
Скорпи с Алом переглянулись и мелкий блондинчик кивнул брату, мол, скажи, я разрешаю.
— Окками, Пикирующего злыдня, Нюхля. А ещё Скорпи очень хочет яйцо Птицы-грома и Лечурку, — ответил Альбус.
Я посмотрел на Драко и проговорил, обняв моих мальчишек:
— Мы с Драко не против волшебных существ, дети, но за ними нужен определённый уход, кормёжка, выгуливание и уборка. Мы с вашим отцом бываем заняты сутками на работе. Вы ещё маленькие, не в силах за ними смотреть, да и загоны им нужны определённые. Мы сможем купить вам их, когда вы станете чуть больше, и когда построем им места, где они будут жить. В Малфой — мэноре, там места много, но согласятся ли ваши дедушка с бабушкой? Вы говорили с ними?
— Нет! — ответили разочарованно в унисон мальчишки.
— Пока мы можем купить вам Лечурку, — сказал Драко, — и Нюхля. Мы с папой Гарри поговорим с вашими дедушкой Люциусом и бабушкой Нарси. Я надеюсь, что они поймут и тогда мы наймем строителя, который соорудит стойла для животных. А также мы наймем человека, который бы ухаживал за ними, чистил, мыл, убирался в стойлах. Папа Гарри съездит к старику Ньюту Саламандеру и расспросит его о том, как он содержал своих фантастических тварей.
— Папочка, а можно мы с братом поедем с тобой к легендарному Ньюту? — спросил меня Альбус и я кивнул, сказав, что согласен.
— Тогда и со мной тоже, — улыбнулся Драко. — Без меня никуда не поедете.
— Ура! — закричали мальчишки. — Едем всей семьёй!
— Мы поедем к Ньюту Саламандеру, дети, но вы должны впредь рассказывать нам всё, что вас беспокоит и ничего не скрывать, — проговорил я и обнял наших детей, — договорились?
— Да, конечно! — ответили мальчики и повисли на мне.
Драко поднялся с дивана, ему стало уже легче, даже щеки порозовели и синева вокруг глаз прошла. Супруг положил руку мне на плечо и пошел на кухню, а я перехватил детей поперёк руками, и последовал за супругом. Я посадил детей за стол, взмахнул рукой, согревая остывшую пищу. Драко налил себе воды минеральной в стакан и выпил, потом сел на свой стул и пододвинул ближе кашу. Последним за стол сел я.
После завтрака мы оделись, я положил в один карман пузырек с зельем от дурноты во время беременности, а в другой — кошелек с наличными деньгами: галлеонами и прочие мелкими, а также карточку с маггловскими.
— Кикимер, — проговорил я, — свари ещё зелья для хозяина Драко и приберитесь с Даяной в доме. На ужин приготовь сырный суп с шампиньонами и жареный хлеб с чесночным маслом, колбаски домашние… Милый, чтобы ты ещё хотел? — спросил я у супруга.
— Мне молочную рисовую кашу, апельсиновый сок и мороженное со всякими орешками, сиропами и шоколадом, — ответил омега.
— И нам мороженое! — воскликнул Скорпиус.
Кикимер довольно кивнул и поклонился, удаляясь.
Мы вышли из дома и отправились прямиком в Косую аллею в зоопавильон волшебных тварей. Дети застряли там на час, рассматривая различных животных и визжали от восторга. Они выбрали Лечурку и Нюхля, радовались и пищали от восторга.
— Папочка, — сказал Альбус, — тут так красиво и такой огромный питомник, вот бы нам такой в мэноре, а?
— Будет, мои родные, — ответил я и сел на корточки, привлекая к себе деток, — все будет, но не сразу, хорошо?
— Да, поняли мы все! — улыбнулся Скорпиус. — Мы с братом подождём. Эх, скорей бы поехать к мистеру Саламандеру.
— Поедем через неделю. Я переведусь в другой отдел, возьму на несколько дней ещё отпуск и поедем, — улыбнулся я и посмотрел на мужа. — Надеюсь, Министр поймет мою просьбу и мне не придётся применять силу к Кингсли.
— Дай-то Мерлин, Гарри! — усмехнулся Малфой. — Кикимер! — позвал эльфа омега.
Мы передали Лечурку и Нюхля домовику, потом вышли из зоопавильона и аппарировали в маггловскую часть Лондона. Дети понимали, что с волшебными существами нельзя ходить на территорию немагов — к обычным людям. Как только мы оказались возле Биг-Бена, дети стали осматриваться по сторонам. Они впервые увидели бойницу с часами, туристов, машины, которые не летают, а просто ездят по дороге — не колдомобили. Скорпи и Ала поразили велосипеды и ролики, скейтборды, электроскутеры, самокаты и прочие игрушки магглов-детей и подростков.
— Родители, — проговорил Альбус, — мы хотим такие штуки. Купите нам, пожалуйста.
Драко кивнул нам и мы отправились в спортивный магазин. Я знал, где такой находится рядом с Биг-Беном, поэтому я всех повел туда. В результате мы накупили парные самокаты, электроскутеры, скейтборды, велосипеды детские и ролики, а также мяч футбольный, скакалки, обручи, взрослых два велосипеда и дартс — набор дротиков и круг, в который кидают сами дротики. Дети от восторга снова пищали и подпрыгивали на месте, умиляя продавцов, когда мы им купили настольный теннис, бадминтон и коньки для катания, детские лыжи, шашки, домино и лото, настольный хоккей. Ну, в общем, все, что детей может заинтересовать и отвлечь. Мы погрузили все купленное в тачку и повезли за спортмагазин, где я вызвал Кикимера, а тот все разом перенес в наш Блэк-холл.
— Ну, а теперь идём за котёнком? — спросил Драко.
— Да! — запищали наши детки и мы пошли в зоомагазин на соседнюю улицу.
Котят, собачек, хомячков, морских свинок, сов, птиц всяких, мышек, белок, змей и прочих животных, считающихся домашними, а также разных пауков — всего в зоомагазине было полно.
— Берём только котенка, дети, — сказал Драко, — идёт?
— И щенка, — вдруг произнес я, — с детства мечтал. Драко, пожалуйста…
— Еще один ребёнок нашёлся, великовозрастный! — фыркнул мой омега и кивнул.
— О, любовь моя, — шепнул я мужу, когда дети пошли смотреть питомцев, — посмотри, родной, тут есть хорёчек. А ты у нас тоже беленький представитель куньих.
— Поттер, ещё хоть одно слово о хорьках и я…
— Молчу, мой сладкий, я пошутил, — ответил я, а супруг оглянулся и смачно меня ущипнул за задницу. — Ммм, милый, как же ты меня заводишь, так и хочется прижать тебя посреди всех этих зверюшек и трахнуть, — шепнул я и приобнял омежку.
— Вся ночь твоя, Поттер, а сейчас пойдем, Ал среди змей, глянь на него! — сказал Драко и повел меня к сыну.
Альбус разговаривал с маленькой анакондой за стеклом на парселтанге, ему достался этот дар от меня, а Скорпи был стихийником — повелителем четырех стихий — тоже мой дар, а ещё ему досталась Вейла, только мужская особь, а не женская, как у Драко. Анаконда отвечала Алу, кивала головой, чем удивляла столпившихся продавцов и покупателей. Я шепнул сыну на парселтанге, велел, чтобы он прекращал, ведь к нему и без того почти каждый день приползают змеи к Блэк-холлу и он с ними забавляется.
— Ваш сын — повелитель змей? — спросила какая-то женщина. — Это просто удивительно!
— Он просто шутит, — ответил я и увел всех в отдел кошечек быстренько. Я послал чары отвлечения внимания и отвода глаз, чтобы люди перестали нами интересоваться.
— Милый, — улыбнулся я и сел на корточки перед сыном, — нельзя привлекать к нам внимание магглов. Если они узнают, что мы — маги, нас могут арестовать, у немагов не принято разговаривать с животными по-настоящему, чтобы животные им отвечали. У них есть дрессировщики в цирках.
— А что такое цирк? — спросил Скорпиус.
— Я свожу вас вечером после аттракционов. Сегодня как раз показывают цирковой спектакль, я прочёл это на стенде, на афише. В Лондон приехал цирк из Германии. После зоомагазина я куплю шесть билетов в маггловский цирк. Бабуля с дедом тоже пойдут, — ответил я. — Ну, а теперь выбирайте котёнка, их тут десятки.
— Только не рыжего, — улыбнулся Драко, — не хочу, чтобы наш котик был похож на кота Уизли. Они сами все рыжие, так ещё и котейка их рыжий, а у меня на рыжих со школы аллергия.
Я прекрасно понимал своего омежку, он до сих пор ревновал ко мне Джинни Уизли, хотя она давно была замужем за Дином. Драко помнил, как сильно Рон ненавидел его в Хогвартсе, как обзывал «слизнем» и «хорём», как нарывался на драки. Меня Драко простил, потому что любил, как и я его, а вот неприязнь Рона блондин помнил до сих пор. Хоть и простил, как сам утверждал мне, но помнил обиду, нанесенную Рональдом.
В результате, мы купили белого котёнка, ещё совсем крошку, едва глазки открывшего, породы Мейкун и семейку попугаев: родителей и трех малышей — идея Ала. Не забыли взять корм, поилки, кормушки, витамины для птиц и когтеточку для котёнка, лоток для туалета, наполнитель, мисочки для еды и питья. Я не забыл про щенка и выбрал немецкую овчарку, тоже совсем кроху. Выйдя из магазина, я повел детей и мужа в кафе, попросил их меня там подождать, а сам аппарировал домой и перенес все покупки, объяснил эльфами, как покормить птиц и котёнка со щенком, и уже через десять минут вернулся. Дети заказали по кусочку торта, а Драко — молочный коктейль с соком манго. Я ничего не хотел, поэтому просто сидел и любовался семьёй. По пути в парк аттракционов мы зашли в кассу цирка, где я купил шесть билетов на 18.00: четыре взрослых и два — детских. Отойдя от кассы, позвонил леди Нарциссе по телефону и попросил их прийти к нам в Блэк-холл в 17.00, откуда мы аппарируем в маггловский цирк. Мама Нарси, как я её иногда называл, удовлетворительно ответила.
— Порядок. А теперь идём кататься? — спросил я и дети запрыгали от радости.
Я посмотрел на часы Биг-Бена и попросил мужа выпить зелье от тошноты, так как время приближалось к часу дня. Драко вздохнул, но выпил послушно.
На аттракционах мы катались везде: дети на коняшках деревянных — на каруселях, одни без нас; в машинках — вместе с нами; на паровозиках — одни с другими детьми; на лодке — с нами вместе. После этого мы пошли перекусить прямо в парке аттракционов, заказав куриное жаркое, салатики, пирожки с мясом и морепродукты и овощи на гриле — это для Драко.
После обеда мы начали катания с американских горок, но мой омега отказался, опасаясь, как бы его не стошнило. С детьми пошёл я и держал их крепко в кабинке. Она, хоть, и закрывалась со всех сторон, но всё-же было боязно за детей, ведь нам предстояло кувыркаться, ехать по винтовой дороге. Адреналина море и радостных воплей. После мы все пошли на колесо обозрения, где сели в одну кабинку. Весь Лондон был как на ладони. Дети в восторге полном рассматривали город через стекла. После колеса обозрения мы отправились в лабиринт смеха с зеркалами, где дети смеялись над собой и над друг другом, над нами с Драко до слез. После мы вошли в лабиринт страха, напомнивший мне лабиринт, где хранился Кубок Турнира Трех Волшебников на четвёртом курсе.
— Мерлин. Сюда только кладбища с могилой отца Тома Реддла не хватает. Черт! — тихо прошептал я на ухо омеге, чтобы дети не услышали.
Мне стало не по себе. В маггловском лабиринте страха было не так уж и жутко, хоть дети и визжали. Драко приобнял меня, поняв моё состояние, так как я не раз рассказывал ему о Турнире Трех Волшебников, о заданиях и о том, как погиб Седрик Диггори, как ветви живого, растительного лабиринта чуть не сгубили Флёр… Я взял себя в руки, конечно же. Здесь лабиринт страха был из искусственной зелени, но всё-же…
— Я рядом, Гарри, все хорошо, — шептал мне супруг, приобнимая меня, — я никому тебя не отдам!
После аттракциона страха мы пошли в водный лабиринт сказок, где снова катались в лодке на две семьи, рассчитанной на восемь мест. Сказки маггловские я детям для развития читал. Они с трех лет слушали не раз «Спящую красавицу», «Русалочку», «Сказки братьев Гримм», «Алису в стране чудес» и многие другие сказки, а Малфой читал им волшебные сказки магического мира. Мы проплывали то острова, где жили пираты, сундуки с бутафорскими сокровищами и статуэтками капитана Флинта, пиратов, говорящих попугаев с наклеенными перьями и говорящими, вернее, поющими котами, а также русалочками (хорошо что не из Черного озера, что близ Хогвартса, те были страшными и с трезубцами!), феями и ведьмами, Змей-горынычами и жар-птицами. И все это с подсветками, красочно и живописно. В 16 часов дети проголодались и мы с Драко повели их в ресторанчик, где дети заказали себе овощное рагу с мясом в горшочках и сок апельсиново-персиковый, а Драко от еды отказался, выпил только чашку горячего шоколада. Я заказал себе кофе и вредную маггловскую шаурму с мясом и овощами, с жирным майонезом. Омега мой аж поморщился от отвращения, но ни слова не сказал, глядя как я всю эту маггловскую гадость поедаю.
— Милый, хорошо, что я — омега и вынашиваю наших детей, а не ты, — шепнул Драко мне на ухо, когда мы вышли из маленького ресторанчика. — Гадость, что ты ел, ужасно вредна для эмбриона, там столько канцерогенных жиров и кислот!
— И не говори, любовь моя! — ответил я и прижал супруга к себе. — Я рад, что ты — мой омега, мой личный колдомедик и любовь всей жизни! А в твоей химии я ни бум-бум, родной, ем не часто шаурму и прочие чебуреки. Ты как-нибудь приготовишь домашнюю шаурму? Я обожаю твою кухню.
— Подлиза ты хитрая, Поттер, и манипулятор! — пропел сквозь зубы Малфой и провел рукой по моему заду, потом подмигнул. Как же мне нравятся его заигрывания.
Мы вернулись в Блэк-холл без пяти минут пять и дети побежали к своим питомцам. Мудрый эльф Кикимер поставил клетку с попугаями на подставку у окна, рядом с большим аквариумом с волшебными маленькими рыбками — мой подарок на прошлый день рождения Драко. Тут рыбкам и птицам самое место — много света и воздуха. Для Нюхля домовик сделал полутора метровый загончик в малой гостиной на втором этаже, рядом с тренажёрным залом: один метр в высоту был стеклянный, а на верху пол метра — из нержавеющей стали с мелкими дырочками для воздуха. На полу домовик насыпал приличную горку земли, ведь Нюхль был на половину кротом, но с утиным носом. Лечурка ползала по подоконнику, где росли у омеги домашние розы в горшках. Щенок с котёнком подружились, но сейчас их тискали дети. Я же за эти пять минут прижал к стене туалета моего мужа, и принялся целовать, шепча ему, что хочу его безумно. Драко отвечал на мои поцелуи и подставлялся под них, закрыв глаза от удовольствия. Мы остановились, когда хлопнула входная дверь — это пришли Малфои старшие, и внуки первым делом после обнимашек и поцелуев, пошли показывать все наши сегодняшние покупки, начав с животных.
В цирке случился казус: Лечурка забралась в карман к Скорпиусу ещё дома, как оказалось, и теперь, в разгар представления, во время второго акта, вылезла из кармана и затрещала. Люди начали оборачиваться на нас, а Скорпи не знал, что делать. Я взял Лечурку в свои руки и прошептал ей, чтобы она молчала, пока мы не вернёмся домой, где я дам поесть яйца докси — яйца маленьких чёрных фей с двумя ножками и двумя ручками, чёрными крылышками. Лечурка закивала головой и на своих трех ножках полезла к Скорпиусу на колени, где и замерла. Проголодалась, значит, раз молчит. Во время перерыва перед третьим актом представления мы пошли в буфет, где детям захотелось купить сладкую вату.
Пока леди Нарцисса покупала сладость в очереди, я все смотрел на Лечурку в руке Скорпиуса.
— Лечурки — крайне прилипчивые существа, — сказал я. — У старика Ньюта Саламандера была подобная, он назвал её Пикетт. Скорпи, ты не против, малыш, если мы и нашего питомца так назовём.
— Конечно, отец! — ответил сын и обратился к умной Лечурке: — Пикетт, тебе нравится имя Пикетт? Ты будешь со мной повсюду, если уж такой прилипчивый? — Лечурка кивнула и полезла во внутренний карман костюма Скорпиуса — там тепло и сухо.
— А я назову своего маленького, только вылупившегося Нюхлера Сиклем. Вам нравится? — спросил Альбус.
— Да, очень, — ответил Драко и в этот момент подошла бабушка Нарси со сладкой ватой.
Мы вернулись на свои места и досмотрели выступления дрессированных животных, клоунов и трюкачей под куполом цирка. Дети остались довольные.
После цирка мы всей честной компанией аппарировали к нам домой на ужин. Дети побежали кормить питомцев, а мы пока разделись и помыли руки.
— Драко, выпей зелье, пожалуйста, — попросил я и блондин кивнул, приняв из рук Кикимера пузырек с порцией зелья.
— Папа! — забежал в гостиную Альбус. — Нюхлик пропал, его нет в большой стеклянной клетке!
— Ал, он зарылся в землю, Нюхлик же крот и любит спать в земле, хоть и промышляет воровством всего блестящего и сверкающего на поверхности. С твоим Сиклем не соскучишься. Ньют Саламандер, например, когда был в Америке, не раз вытряхивал из своего Нюхля кучу золота, бриллиантов, — ответил я, — алмазов и драгоценных камней. Это я в отчёте читал.
— Попробуй, позови его по имени Сикль, он тут же вылезет из земли. Не зря же Кикимер ему целый метр её насыпал в загон. Иди, позови его и убедишься, — произнес мой омега.
— А спать мы будем с котёнком, хорошо, папа Драко? — спросил снова Ал.
— Вы — да, можете, но не папа Гарри со своим щенком. — Я посмотрел в упор на своего мужа. — Иначе спать в гостевую спальню пойдёшь, милый!
— Хорошо, родной, — улыбнулся я. — Мне твоё общество в сотни раз больше нравится.
Уже через десять минут мы сели за стол ужинать, когда дети помыли с мылом руки. Котёнок с щенком играли в зале, они были сытые, а мы приступили к еде. Я сел рядом с Драко, почувствовав, что он очень устал за сегодняшний день. Я сам кормил моего мужа, а он склонил голову мне на плечо и вяло кушал.
После ужина, пока дети беседовали с дедушкой и бабушкой, я поднял на руки любимого и аппарировал в нашу спальню, раздел его и уложил в кровать.
— Отдохни пока, Драко, я сам провожу родителей и уложу спать мальчишек. Договорюсь с Нарциссой, чтобы она с детьми завтра посидела.
— Хорошо, — устало ответил омежка, — я хочу, чтобы ты поскорее пришёл ко мне, — ответил Малфой. — Не хочу без тебя засыпать.
Я поцеловал мужа несколько раз, едва смог оторваться от любимых губ, и вышел, пообещав, поскорее вернуться.
С Нарциссой мы договорились, что она будет брать детей каждый день с утра до восемнадцати — девятнадцати часов, а по вторникам, субботам и воскресеньям с ночевой. Когда Драко будет на четвёртом месяце беременности, она до родов сына поселиться у нас вместе с Люциусом.
Я вернулся в спальню около полуночи и тихо разделся при свете ночника. Драко уже спал и будить его совсем не хотелось. Я осторожно нырнул в кровать и обнял любимого мужа. Омежка мой протер глаза и улыбнулся. Он положил голову мне на плечо и спросил:
— Как дети? Ушли ли родители?
— Да, их я проводил, детей уложил спать, оставил с ними эльфов, — ответил я.
Я супругу всё рассказал, а главное, что дети с утра до вечера будут у родителей Драко, где их бабка с дедом будут обучать писать, читать, а также показывать мелкие, детские магические заклятия и бытовую магию. Я знал, что Нарцисса обучит их танцам, хорошему тону, этикету чистокровных магов из богатых и влиятельных семей.
— А на четвёртом месяце беременности, Драко, родители переедут к нам, тебе с большим животом будет не легко. На работе по вторникам не задерживайся до поздна, а по субботам и воскресеньям — законный отдых, где будем только мы с тобой до четвёртого месяца беременности, пока будет можно заниматься любовью.
— И потом можно, Поттер, как же без этого? — возразил блондин.
— Можно и мы знаем как, чтобы не навредить малышам.
— Люциус опять будет нудеть, когда переедет к нам, — сказал Малфой.
— Пусть только попробует, Драко, мы его в мэнор сошлем тогда! Милый, я обещаю, что отец не будет тебя доставать.
— Хорошо, Гарри, я верю тебе, родной мой, — ответил блондин, — а сейчас я хочу тебя. Просто очень нежно и спокойно возьми меня. Я устал сегодня, но тебя очень хочу.
— Хорошо, начнём с нежности, а после ты сам захочешь пожарче, — улыбнулся я и перевернул мужа на спину.
Омега потянулся, лег удобнее и уже задышал чаще, открываясь передо мной. Я сел между ног мужа и начал целовать нежными поцелуями, ласково прикасаться к губам, векам, бледной шее, к груди, к розовым, набухшим соскам беременного омеги… Драко постанывал, выгибаясь подо мной, чуть не мостиком вставал, шепча моё имя. Я начал покрывать поцелуями его животик, поласкал пупок языком, посасал его и опустился к паху, вылизывая нежную, очень гладкую вейловскую и омежью кожу. Потом стал вылизывать его яички и ровный член.
— Гарри… — услышал я тихую мольбу омеги, — пожалуйста, любимый, сейчас…
Я призвал «Акцио» смазку с тумбочки — её предусмотрительно и заранее вынул мой супруг перед сном, когда я его раздел после ужина. Я прошептал Очищающее заклинание, направив волшебной палочкой на анус омеги, потом смазал розовую дырочку, жирно смазанным пальчиком проник в отверстие, и провел по тугим стенкам, достиг простаты и нежно стал массировать заветный бугорок. Малфой уже скулил и всхлипывал, прося о большем. Я смазал свой член и притянул мужа за бедра к себе ближе.
— Готов, родной мой? — спросил я.
— Бля*ь, Поттер, давай же! — взвыл блондин и тут же прикрыл рот ладонью. — Я не могу больше, Гарри.
— Я запечатал нашу спальню, можешь кричать и выть — все здесь останется, никто не услышит. Скажи мне, радость моя, как ты хочешь? Медленно, а, может, мощно и ненасытно? — проворковал я. — Скажи мне, любимый, как?
— Хочу тебя так, как всегда, Гарри, как мы это любим, — простонал омега, — жадно, неистово, горячо. — Так, Поттер, чтобы я забыл, как меня зовут.
— Ммм, аппетит приходит во время еды, да, сладкий мой? — улыбнулся я.
— Потттееррр!.. — зарычал Малфой. — Прошу тебя…
И я вошел в него до конца одним толчком. Я задвигался в нем так, как он всегда хотел, вышибая из омежки моего дух, до искр в глазах, до миллионов звёзд, до хрипоты.
Уснули мы после трех часов ночи, выжатые как лимон. Я обновил на омеге моем метку Принадлежности и позвал Кикимера.
— Разбуди, эльф, меня в семь утра, а Драко в восемь часов. Детей отведи в Малфой — мэнор в девять или в десять, когда они встанут и позавтракают. Все понял, Кикимер?
— Да, Кикимер все понял, хозяин Гарри. Я принес воду с лимоном, если вдруг хозяин Драко захочет, а вам — просто воду два стакана, как вы всегда любите.
— Благодарю, Кикимер, ты свободен. Присмотри ночью за детками.
Домовик поклонился и исчез, а я выпил воды и лег в кровать, прижимая к себе моего тёплого и такого горячего, ненасытного омежку. Драко взобрался на меня, и как ребёнок, опоясав ногами и руками, зачмокал и спокойно засопел. Я обнял его и тоже уснул.
