Полупустой

(настоящее время) Когда война закончилась, а Гарри с каждым днем начинал отдаляться, у Джинни было время, чтобы подумать. Подумать о том, чему она хочет посвятить себя после того, как окончит последний курс в школе. Она любила квиддич, с удовольствием отдавала ему своё время, даже, возможно, слишком много, ведь в каждый свой полет она будто чувствовала, что отрывается от земли вместе с её заботами и болью. Ее многочисленные тренировки и более чем успешные выступления на матчах вылились в то, что ближе к концу года ей пришло приглашение стать игроком в команде «Холихедских гарпий». Однако к тому времени Джинни уже поняла, что, видимо, пора спуститься поближе к земле. Военные события сильно повлияли на нее. Особенно в памяти девушки запечатлелся момент, как ее мать самоотверженно защищала ее от Беллатриссы Лэйстрендж. До этого момента она никогда не видела Молли такой. И это настолько глубоко заставило ее уважать эту женщину, готовую на все ради своей семьи, что стало одним из определяющих факторов ее будущего. Другим важным фактором, естественно, стали смерти близких ей людей, в особенности ее брата Фреда. Она видела, насколько сильно тоска въелась в сердце Джорджа, и, лежа ночью в спальне для девочек и разглядывая кроваво-красный балдахин кровати, она раз за разом думала о том, а что, если бы она могла защитить его? Что, если бы она могла защитить кого-нибудь еще? Джинни вполне успешно сдала экзамены в конце года и поступила в академию авроров. Она начала вкладывать в учебу все силы, особенно на занятиях по боевой магии. Делая большие успехи, она завоевала уважение у старших авроров, и надеялась, что это поможет ей как можно быстрее приступить к заданиям. Ведь, к примеру, того же Гарри Поттера, не смотря на то, что он избегал учебы вообще, иногда отправляли на «полевые» задания. Однако ей, как ученице, даже как, можно сказать, самой лучшей ученице, таких привилегий не полагалось. Тем временем новость о том, что девушка героя Магической Британии собирается стать аврором, растрезвонили все газеты. В одном малоизвестном юмористическом журнале для магов «Волшебные бобы» даже вышла карикатура, сопровождающая эту новость. На ней рыжеволосая молодая ведьма в свадебном платье бросает заклятие в Волдеморта, который начинает рассыпаться на части, в то время как сам Гарри Поттер лежит связанный возле него. Рисунок был довольно низкого качества, о том, что это именно Гарри Поттер, можно было понять только по очкам и мелкой царапине на лбу, а Волдеморт на ней будто бы скинул несколько десятков лет, и отчего-то обзавелся носом. Однако этот сюжет «освобождения героя» много кому понравился, у журнала настал звездный час. Теперь практически вся их семья работала на Министерство: Джинни на втором уровне, Рон и Гермиона – на первом, в новой программе Кингсли для стажеров, Артур – тоже на втором уровне, занимал пост главы Отдела выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов. Перси также продолжал работать в Министерстве, в Отделе международного магического сотрудничества, однако, в последний год стал у Кингсли кем-то вроде представительного лица, и теперь чаще всего пропадал в различных командировках в других странах, где представлял интересы правительства Магической Британии. Сегодня все они собрались за большим обеденным столом в Норе. К удивлению и счастью всех сегодня здесь был даже Гарри. -…От нашего министра мне уже второй год покоя нет, - рассказывал Артур, подпирая рукой подбородок, и тяжко вздыхая, - То и дело приходит ко мне и рассказывает о том, что магглы создали какой-то интернет, и что министерству это тоже теперь необходимо для быстрого обмена сообщениями. А я говорю ему, что Министерству для начала нужно обзавестись хотя бы теми же холодильниками, а уже потом говорить о чем-то более сложном. А он все за свое: «Артур, вы единственный, кто хорошо знает магглов и сможет мне помочь». Мне очень приятно это слышать, правда. Однако мне кажется, министр все-таки перегибает с реформами. -А я считаю, что Министерству уже давно необходимы изменения, - вступила в разговор Гермиона, - Мы действительно очень сильно отстаем от магглов, я и Гарри можем это подтвердить. И если министр наметил большой объем работ, я не считаю, что это очень плохо. -Гермиона, одумайся, Кингсли нанимает стажеров, у которых еще молоко на губах не обсохло, потому что не справляется с объемом работ! – Гарри с удовольствием увидел в Артуре своего сторонника, - Большие амбиции – это неплохо, однако, прежде чем строить дом, нужно для начала хотя бы расчистить место для фундамента! -Стажеры отлично справляются, Гарри. Например, нам с Роном, как людям, которые работают там уже два года, Кингсли пообещал в скором времени повышение, разве это плохо? А те, кто понимают, что министерская работа – это не для них, все равно получат большой опыт и хорошую трудовую историю. Разве не так? Рон, вот ты, например, что думаешь? Рон от неожиданности даже поперхнулся куском пирога, торопясь высказать свое мнение. -Ну да, меня все устраивает, я останусь работать в Министерстве, - поддержал он свою девушку, откашлявшись. Но потом добавил, - А если ты спрашиваешь насчет реформ, то я, если честно, не знаю, кого поддержать в этом вопросе, думаю, тут нужна какая-то золотая середина. -Да, к примеру, доверять информацию стажерам, у которых еще ветер в голове – это явный перебор, - продолжил Гарри, - И я не уверен… -Ну, нет, вы только посмотрите, они снова обсуждают работу! – возмущаясь, вошла в комнату Молли, - Сколько раз я вас просила, рабочие вопросы – не за столом. Лучше, вот, давайте, налегайте на вишневый пирог, а я пойду, проверю второй в духовке. -Да, прости, дорогая, - сказал Артур ей вслед. А сам, помолчав некоторое время, вздохнул и пробормотал себе под нос, - Жениться ему надо и давно уже, может, успокоится. -Кто? Кингсли-то? – переспросил Гарри, - Не успокоится. Он просто, похоже, после войны выжил из ума. -Ну, Гарри, не стоит перекладывать с больной головы на здоровую, - беззлобно поддела его Джинни с мягкой улыбкой. На настоящий момент из их общения уже давно ушла неловкость, и отношения стали почти такими же теплыми, как и раньше. Гарри и вправду относился к Джинни с такой нежностью, как если бы она была его младшей сестрой. -Джинни, ты просто не вращаешься там же, где мы, - ответил ей Гарри, - У вас там, в аврорате, своя атмосфера, это уж я знаю, недаром там почти год пробыл. Да и, наверное, это единственная сфера Министерства, которая до сих пор более-менее стабильна и сопротивляется безумию Кингсли… -Так! Вы что, опять за свое? -Прости, Молли, всё, мы закончили, - заверил ее Гарри, поднимая руки вверх в знак примирения. -Так-то лучше. Давайте вместо этого обсудим, как нам получше встретить Перси с его женой, ведь они будут здесь уже на днях, - сказала она, присаживаясь за стол, - Ох, до чего Одри чудесная! Правда, Артур? -Да, дорогая. Гарри, Джордж, жаль, что вас не было с нами на свадьбе во Франции, вся её семья – такие прекрасные люди! -И что интересно, они с Перси такие разные и так хорошо друг друга дополняют, - Молли на минуту бросила в никуда мечтательный взгляд, но в следующее мгновение уже внимательно оглядывала тарелки сидящих за столом, - Ну, как вам вишневый пирог? Все дружно закивали головами, расхваливая пирог. -Ошень фкуфно! Мам, ты шамая лутфая! – выразил общий восторг Рон. -Ну, слава Мерлину! А я вот на днях узнала, что, оказывается, в семье Уизли из поколения в поколение передавался рецепт изумительного сырного пирога! Но, к сожалению, два поколения назад он был утерян. Эх, вот бы его узнать… -Ну, значит, теперь вам четверым придется проникнуть в Отдел тайн и обязательно разузнать про утерянный рецепт, - пошутил Джордж, который все это время просто молча наблюдал за разговором. Он медленно, но верно возвращался в норму, чем делал всю свою семью очень счастливыми. -Не думаю, что это будет сложно, - вставил Гарри, - потому что с реформами Кингсли «Отдел тайн» в скором времени можно будет переименовать в «Проходной двор», - Он покачал головой и сердито добавил, - Эх, с таким министром даже враги не нужны, он своим нескончаемым энтузиазмом всю страну и сам со свету сживет… -Гарри! Нам ни к чему сейчас разговоры об этом, давайте лучше придумаем, как встретить Перси и Одри. Хоть она уже второй раз будет у нас, но теперь, уже будучи женою и частью нашей большой семьи – впервые. Это так волнительно! И так радостно видеть, как дети обзаводятся собственной семьей! – Молли радостно всплеснула руками, - А ты, Джинни, чего сидишь, посмеиваешься над матерью? Тебя это тоже касается, пора бы уже и обратить внимание на кого-нибудь из своей свиты поклонников! – Джинни только покачала головой и мягко улыбнулась. Молли вздохнула, потом посмотрела на Рона и Гермиону, и, вздохнув еще сильнее, отправилась на кухню, чтобы достать из духовки изумительно пахнущий уже на весь дом черничный пирог. *** (год назад, начало мая) Время шло, а Малфой все также вел себя странно. Гарри время от времени заходил в Министерство, вход куда ему теперь был всегда открыт, чтобы докучать своими соображениями о неразумной политике министерства Кингсли, и чтобы проверять Малфоя. Драко сначала был удивлен его частыми за последнее время визитами, а потом как-то даже расслабился, и при их встрече Гарри замечал на его лице вполне радостную, насколько это можно было говорить про Малфоя, улыбку. Поняв, что так он совершенно ничего не узнает о том, что же Драко замышляет, Гарри вскользь поинтересовался у министра о графике работы Малфоя. Министр закатил глаза и посоветовал Поттеру уже оставить Драко в покое. Но Гарри совет не понравился, и он, разговорившись о какой-то ерунде с таким же молодым работником, кабинет которого был рядом с Малфоем, разузнал у него нужную информацию. Это было несложно, потому что тот во время разговора буквально заглядывал Гарри в рот и, казалось, был готов не только сообщить о том, во сколько приходит и уходит Малфой, но и, при надобности, переписать на героя магического мира всё имущество своей семьи. Тем временем, бездумно слоняясь по этажам Министерства, Гарри неизбежно дождался вечера. Тихо пройдя по уже опустевшим коридорам к нужному ему кабинету, он достал палочку и на пробу шепнул «Алохомора». Дверь открылась, и Гарри, на все лады матеря Кингсли и его отношение к безопасности, зашел внутрь. Он пытался найти хоть что-нибудь – подозрительные документы, переписки сомнительного содержания, компрометирующие чеки, запрещенные артефакты - да что угодно! Буквально за десять минут перевернув вверх дном весь кабинет, и вновь аккуратно разложив все по местам, Гарри заметил на нижней полке шкафа то, что искал – нечто подозрительное. В небольшом ящике стояли разные склянки, на большинстве из которых не было названий. Только на трех бутылках сохранились наполовину стершиеся надписи, и Гарри, приманив со стола ручку, не доверяя своей памяти, записал их на руке. Проверив, все ли вокруг выглядит нетронутым, Гарри осторожно выскользнул из кабинета. К камину он почти что бежал. Только оказавшись дома, он сразу же послал Гермионе патронуса с просьбой выяснить и сообщить ему сегодня, что это за названия. Вскоре от Гермионы пришел ответ о том, что первое название – это бодрящее зелье нового поколения, а два других – названия ядов. Яды. Дальше Гарри даже не слушал сообщение. Так вот оно что! Он не зря подозревал Малфоя, он знал это. Вертясь всю ночь на кровати, Гарри никак не мог дождаться завтрашнего дня. Он решил сразу пойти к Кингсли, чтобы рассказать ему об этом. Не смотря на почти бессонную ночь, Гарри вскочил ни свет ни заря и, чувствуя себя необыкновенно бодрым, быстро собрался и заявился практически к открытию Министерства. Не успел он переступить порог кабинета министра, как Кингсли, заметив его, сразу же нахмурил брови и совсем не дружелюбно спросил: -Гарри, это ты вчера незаконно проник в кабинет к Драко Малфою? Гарри растерялся лишь на мгновение: -Проник – это сильно сказано, министр, при условии, что министерские дела можно прочитать, зная лишь простенькую «Алохомору». -Мы не храним в кабинетах наших стажеров бумаг с министерскими делами, - сказал Кингсли, брови которого теперь были нахмурены еще сильнее. Кажется, он действительно сердился на Гарри, - Но тебя, насколько я знаю, совсем не интересуют министерские дела, так? Тогда потрудись, пожалуйста, объяснить, что ты там делал? -Я нашел в кабинете Малфоя яды! – выпалил Гарри. -Значит, яды? -Да, Кингсли, он хранит их в шкафу, причем в огромных бутылках, кажется, он хочет отравить всё Министерство! Брусвер покачал головой и устало потер глаза. -Гарри, может, тебе действительно нужно направить свою энергию в какое-то более продуктивное русло? Например, в министерские… -Но… -Гарри! – жестом остановил его министр, - Малфой сотрудничает с отделом магического правопорядка, и уже давно, а тот в свою очередь сотрудничает с больницей Святого Мунго. Драко специалист по лечебным зельям и лечебным, прошу обратить внимание, ядам. И я прекрасно осведомлен в том, что он хранит некоторые образцы у себя в кабинете, я сам дал на это разрешение. -Но, Кингсли!.. -Я знаю, ты хочешь сказать, что лечебными ядами можно отравить даже при небольших дозах, и что Малфой обязательно постарается это сделать, - Гарри на это активно закивал, а Кингсли устало прикрыл глаза, - Всё, довольно, Гарри, мне, правда, нужно работать. И, прости меня за эти меры, но в течение этого месяца ты теперь будешь заходить в мой кабинет только через приемную и только по очень-очень важным вопросам. А теперь, пожалуйста, у меня очень много дел, - и министр, показав Гарри в сторону выхода, сел за стол и больше не обращал на Поттера никакого внимания. Тот, постояв еще немного на месте с растерянным видом, наконец, вышел из кабинета. На выходе, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди, его ждал никто иной, как Драко, собственной персоной. -Ну что, агент А.Н.К.Л., провел расследование? – с усмешкой поинтересовался он. Гарри с досадой покосился на него и буркнул: -Это старый маггловский сериал, ты вообще о нем знать не должен. Драко снова усмехнулся и покачал головой. -А я должен знать, какого черта ты делал у меня вчера в кабинете? – вернул снова их к разговору Малфой. -Я тебя подозревал в том, что ты пытаешься что-то провернуть в Министерстве. -Ты мог бы спросить меня. -А ты бы сказал? -Это, конечно, вряд ли. Но сейчас ты сам озвучил мне это. Не думаешь, что я теперь стану осторожнее? – с ироничным прищуром спросил у него Малфой. -А, да всё равно уже, - махнул рукой Гарри, - Кингсли выжил из ума, и скоро Министерство всё равно падет. Драко отрешенно покачал головой, после чего, наконец, медленно отделился от стены. Он подошел ближе и положил руку на плечо Гарри, действуя смелее, чем он на самом деле себя чувствовал: -В таком случае, не хочешь снова пообедать вместе и выпить кофе за падение Министерства? Могу и про яды рассказать, если ты уж ими так заинтересован, - Малфой старался придать своему голосу как можно более небрежный тон, как будто то, что он предлагает – совсем не обязательно, совсем не важно. Гарри пожал плечами. -Да, думаю, большой кусок пирога, кофе и разговор о ядах могли бы поднять мне настроение, - Гарри вздохнул, но вдруг нахмурил брови, - А как вы вообще узнали, что в кабинете кто-то был? Я старался очень тщательно разложить всё обратно по местам. -Поттер, ты забыл запереть дверь.