Полупустой

Вокруг всё кружилось и складывалось в странную мозаику. Цвета и формы менялись, превращаясь то в длинную гладкую змею, то в огромное, яркое пятно, чем-то напоминающее феникса, на которого совершенно невозможно было смотреть, до рези в глазах. Феникс всё приближался и приближался, грозясь ослепить своим сиянием, как вдруг резко обратился в оленя и шепнул: «Проснись!» Гарри через силу открыл глаза. И первым, что он увидел, был ослепительно белый потолок. А вокруг стоял резкий запах, который нельзя было перепутать ни с чем другим. Поттер ясно понял – он находился в больнице Святого Мунго. Всё его тело болело, казалось, не слушался ни один мускул. С огромным усилием Гарри скосил в сторону глаза и увидел невдалеке облако пушистых каштановых кудрей. -Где он? – хриплым, не слушающимся его голосом спросил Поттер. -Гарри! Ты очнулся! – Гермиона тут же вскочила и подбежала к нему, - Как ты себя чувствуешь? -Где он? – повторил Гарри, пытаясь сесть, но тело его всё никак не слушалось, он лишь немного приподнялся на подушке, - Где этот предатель? -Кто? – глаза Гермионы округлились, - Гарри, о ком ты говоришь? Взглядом Гарри успел захватить выпуск газеты, лежащий на прикроватной тумбочке. На его обложке был изображен министр магии, собственной персоной, который закрывал лицо от вспышки фотокамеры правой рукой, на которой отсутствовало два пальца. Под фотографией был крупный заголовок: «Нападение на Министерство – Новая война?» -Вот о нём! – Гарри ткнул прямо в середину фотографии пальцем, примяв газету. -Кингсли? -Да! Это ведь он напал на меня, - брови Гарри были сведены от напряжения, он с каждым мгновением всё яснее вспоминал последние мгновения до того, как сознание покинуло его. Некоторое время Гермиона стояла в замешательстве, но после глубоко вздохнула: -Ох, Гарри… Пожалуйста, постарайся успокоиться. Впрочем, ты сильно ударился головой, поэтому я не буду говорить «опять ты взялся за своё», а просто всё объясню. Кингсли не нападал на тебя - нападение на тебя со спины совершил один из Пожирателей. Министр же заметил это, как и то, что ты сильно травмирован и ничего не соображаешь, стоя прямо в гуще битвы в качестве отличной мишени. Пробраться к тебе сам он в тот момент не мог, поэтому он просто кинул в тебя заклятие, которое отключило тебя, и Пожиратели не стали бы на тебя нападать. - Гермиона сочувственно на него посмотрела, - Гарри, я понимаю, что у тебя сейчас, наверно, шок и спутанность сознания, но неужели ты думаешь, что если бы Кингсли был на стороне Пожирателей, то не лишился бы двух пальцев? -В него могли попасть случайно, по касательной. Гермиона, не будь такой наивной! -Да, но… Гарри, когда всё немного утихло, министр сам дотащил тебя до безопасного места, я сама была тому свидетелем. И он очень сокрушался, что пришлось применить такой метод, и постоянно спрашивает о твоем самочувствии. -Ага, надеется, наверняка, что я либо не очнусь, либо ничего не вспомню, - буркнул Гарри, всё еще не желающий до конца прощаться своей версией. Однако он понемногу понимал, что в словах Гермионы есть логика. К тому же, он вспомнил, как сам тащил Кингсли к колонне, когда того сбило с ног заклинанием – вряд ли два заклятия, попавшие в него, это просто совпадение, - Да и вообще, он мог бы действительно быть и понежнее, мне уже и так прилетело по голове, а потом, по всей видимости, я еще и неплохо приложился об пол. Гермиона снова вздохнула: -Да, у тебя сильное сотрясение. Но, как понимаешь, на войне все средства хороши, - Гермиона покосилась на заголовок газеты и поморщилась, как от боли. -Ладно, предположим, я верю в вашу историю, - немного расслабился Гарри, но в следующее мгновение напрягся больше прежнего, и взволнованно спросил, - Гермиона, а где Драко? С ним же всё в порядке? -В порядке, в порядке, не волнуйся, - поспешила успокоить его Грейнджер, - Он всю ночь просидел возле твоей постели, места себе не находил, и только под утро я уговорила его прилечь в коридоре на диване, пообещав разбудить через час, ну или сразу, как только ты очнешься, - Гарри немного успокоился и выразительно посмотрел на часы, которые показывали 2:15 дня, - Да, я его обманула, - девушка легко пожала плечами, - И я надеюсь, что его еще никто не разбудил и мне сейчас не придется перед ним оправдываться, - в коридоре послышались приближающиеся шаги, - Или придётся. Но когда дверь распахнулась, в палате оказался не Драко, а Джинни. -Гарри, слава Мерлину, очнулся! -Да, Джин, я в порядке, - постарался тут же заверить её Гарри, но она уже подлетела к его кровати и, присев на её краешек, крепко, но осторожно обняла его, а потом стала внимательно вглядываться в его лицо, по всей видимости, рассматривая ссадины. И только теперь Гарри удалось получше рассмотреть её саму. Лицо девушки было серого оттенка, словно бы она не спала всю ночь, и выражало сильную грусть. Глаз и вовсе почти не было видно – всё лицо опухло и покраснело, как если бы она очень много плакала. -Джинни, ты сама-то в порядке? – взволнованно спросил Гарри, уже точно понимая, что вовсе нет. Джинни отвела глаза и молчала, и он вопросительно посмотрел на Гермиону. Та сразу осунулась, нахмурила брови и бросила жалостливый взгляд на Джинни. -Ну же, не тяните, - Гарри так разволновался, что на него снова совсем неуместно начала накатывать злость. Гермиона открыла было рот, но тут заговорила Уизли: -Нэйт, Борис, они… они… - но не смогла договорить, отвернулась и закусила губу, чтобы не расплакаться. Но Гарри уже и так всё понял: -Ох, Джинни! Мне так жаль,- Гарри крепко сжал её бледную ладонь в знак поддержки, Твои друзья…они… они были замечательными. Джинни кивнула и сказала: -Спасибо, Гарри. Я, пожалуй, пойду, - и быстро выбежала из кабинета, пряча снова выступившие слезы. Гарри взволнованно посмотрел на Гермиону и увидел, что в её глазах плещется отражение его паники. О скольких смертях ему ещё предстояло узнать? *** Никто не мог сравниться с ним. Малфой делал это как-то особенно. -Гарри, мой Гарри, - тихо шептал он на закате дня в их спальне, - Доктора запретили тебе сильные физические нагрузки, мы не должны, - говорил он, в то время как его руки делали что-то совершенно противоположное словам. -К черту докторов, - сказал Гарри и прикусил его губу. Драко ахнул и вжался пахом в его пах. Гарри начал двигать бедрами и гладить его вдоль по всей спине и ниже. Потом он подхватил своего парня под бедра и положил на кровать, оказавшись сверху. -К черту всех! Пока я лежал в палате, я думал только о тебе. Драко наполовину смущенно, наполовину призывно улыбнулся и потянулся к нему за поцелуем. Гарри быстро произнес заклинание, вмиг оставив их обоих совершенно без одежды, и только тогда ответил на поцелуй. -Я смотрю, кто-то сегодня очень нетерпеливый, - поддразнил его Драко. -Ты даже не представляешь, насколько, - усмехнулся Гарри и обхватил рукой их члены, начал двигать ею, заставив Драко застонать от удовольствия. Прижавшись лбом к его лбу и продолжая двигать рукой, Гарри посмотрел ему прямо в глаза. Пожалуй, это был его любимый момент во время секса, потому что в глазах Драко он всегда видел столько всего – нетерпение, желание, ласку, доверие, страсть и еще целую бурю других чувств. Еще через некоторое время Гарри и сам стал стонать в такт своим движениям. Хриплым от возбуждения голосом он снова пристально посмотрел на Драко и спросил: -Хочешь продолжения? -Я… д-да…очень хочу, - вырвалось у того слова, перемешанные со вздохами, Драко закусил губу и доверительно посмотрел партнеру в глаза. Гарри не пришлось долго просить. Он раздвинул длинные ноги парня в стороны и провел пальцами вниз, вызывая в теле партнера новую волну удовольствия. Произнеся пару заклинаний, Гарри осторожно вошел, остановился на некоторое время, и сразу начал понемногу ускорять темп, не давая Драко прийти в себя. Тот весь напрягся от ощущений и откинул голову назад, дрожа от удовольствия. Гарри поцеловал его в шею, двигаясь все так же интенсивно. Руки Драко сжимали простынь, его тело металось от всё нарастающего удовольствия. Почувствовав, что он уже на грани, он прикоснулся к себе, и тут же по всему телу прошла волна, заставившая все тело задрожать. Несколько бесконечно приятных мгновений мышцы его лица были сведены, и Гарри с чувством удовлетворения наблюдал за этим. Почувствовав, что и он теперь долго не выдержит, Гарри снова стал двигаться, и аккуратно притянув лицо Драко ближе к себе за подбородок, он сказал: -Смотри мне в глаза, - он продолжил наращивать темп, - Пожалуйста. И Драко зачарованно смотрел. Быть может, не один Гарри что-то видел во взгляде напротив. А видел он многое – светлые волосы, разметавшиеся и прилипшие на лоб, приоткрытые влажные губы и широко распахнутые серые глаза. Гарри в последний раз сильно толкнулся и вскрикнул, сбавляя темп и дрожа всем телом. Когда волна удовольствия схлынула, он аккуратно сполз вниз и лег рядом, приходя в себя. После этого им всегда становилось спокойнее, эмоции утихали, снижался их градус. Гарри еще расслабленно лежал и прокручивал в голове только что произошедшие мгновения, как вдруг он заметил, что Драко, не отрываясь, продолжает смотреть на него. -Что? – спросил Гарри и улыбнулся. -Да так, не важно, - тут же спохватился и отмахнулся Малфой. -Да что такое? Драко закусил губу и, набравшись смелости, произнес: -Когда во время секса ты смотришь на меня ТАК, я почти верю в то, что ты любишь меня. Гарри смотрел на него широко открытыми глазами, в которые забрался страх. Это был вообще первый раз, когда эта тема между ними облеклась в слова. Слишком неожиданно. Гарри не был готов к этому разговору. -Ты никогда особо и не говорил о своих чувствах, - неловко пожал плечами Поттер. -А что я должен был сказать? – Драко с грустной усмешкой покачал головой, - Я уже сказал тебе один раз, тогда, в парке, где произошел наш первый поцелуй. А дальше что? Я же не слепой – я видел, как ты ко мне относишься. Что бы поменяли мои слова? Сделали бы все более неловким? Как сейчас? Драко отвернулся. Он лежал и молча смотрел в стену. И Гарри чувствовал себя чудовищно виноватым, и вместе с тем не знал, как он может исправить ситуацию в эти словно подвисшие в воздухе, бесконечно долгие минуты. Он вообще сейчас плохо понимал, какого это – чувствовать внутри себя что-то настолько сильное, как любовь. *** Тем временем жизнь шла своим чередом. Гарри исправно следовал советам врачей и сидел дома, не выходил на работу, восстанавливаясь после сотрясения мозга, которое он получил от удара головой о мраморный пол Министерства. Но если с внешней стороны его голова и восстанавливалась, то внутри её снова разгоралось настоящее адское пламя. Гарри со временем узнал не только о смертях молодых неосмотрительных сокурсников и друзей Джинни. Министерство также потеряло несколько своих работников, с многими из которых Поттер был знаком лично. Гарри чувствовал боль. И отчего-то чувство вины. Словно он мог как-то повлиять на это, но не справился. За всю свою жизнь он так сильно свыкся с этим чувством, что иногда ощущал, словно уже родился с ним. Драко пытался поговорить с ним об этом, когда видел, как мысли Гарри сжирали того заживо, и даже вновь вернувшаяся в жизнь Поттера выпивка не помогала. И тогда Гарри сбегал на Гриммо. Слишком часто сбегал. Драко стал подозревать, что Гарри снова проводит эти ночи не в одиночестве, хотя Поттер упорно все отрицал. А Драко просто боялся снова его потерять, а потому устраивал ему все эти расспросы, от которых Гарри еще больше хотелось сбежать и отдалиться. Он вовсе не привык к тому, чтобы о нем заботились, так откровенно и навязчиво, он лишь хотел, чтобы его оставили в покое, наедине с самим собой. И Драко отдалился, наконец, тоже. После очередных стычек им обоим было порой настолько больно от вновь вернувшихся ссор, что они даже почти не разговаривали друг с другом. А когда Драко в очередной раз видел вернувшегося Гарри домой пьяным, он просто молча запирался в своей комнате, накладывая заглушающие заклинания. Поттер чувствовал вину и грызущую изнутри тоску. А еще желание спрятаться на Гриммо и еще больше напиться, читая заголовки статей, которые строили предположения о новых замыслах Пожирателей или оглашали новые списки жертв. И пока газеты наперебой, соревнуясь в выразительности слога, кричали о войне, Гарри хотелось кричать внутри себя. Неужели снова? Когда все это, наконец, уже закончится? Всё, всё то безумие, что происходило вокруг, совсем не способствовало укреплению ставшим неимоверно хрупкими их с Драко отношениям. В один из таких одиноких и наполненных тоской и затаенным страхом вечеров на Гриммо это и случилось. Гарри ходил по комнате, не находя себе места после очередной ссоры с Малфоем, который вновь заперся у себя в комнате, не желая больше слушать «пьяные бредни» Поттера. В неизъяснимой тоске и желании излить свою душу хоть кому-нибудь, Гарри проследовал туда, куда идти ему вовсе бы не следовало. Он осторожно спустился в тесную плохо освещенную кладовку древнего дома Блэков, всю пропитавшуюся сыростью. Именно в этом неприглядном для посещения месте Гарри и упрятал от самого себя тот злополучный артефакт. Когда кровь заструилась в чашу и привычно окропила тускло вспыхнувшие руны, Гарри сел и принялся ждать. Из облака тумана сначала появился острый край мантии Тома, а уже потом он сам. Его лицо выражало насмешку и любопытство. -Ну, здравствуй. Снова. Гарри только поморщился от этого издевательского тона и отхлебнул из уже наполовину опустевшей бутылки огневиски. Том медленно прошелся по комнате и остановился прямо перед ним. -Не ожидал тебя снова увидеть. -Да я и сам не ожидал. Том фыркнул: -Ты же сам меня вызвал. -Так я сам от себя и не ожидал. Том помолчал, внимательно изучая его лицо. Гарри стало неуютно под этим пристальным взглядом, и он снова отхлебнул из бутылки, чтобы хоть чем-то занять свои руки. Том брезгливо смотрел на него некоторое время. -Поттер, ты просто жалок, - буквально выплюнул эти слова ему под ноги Риддл. -Я знаю. И я знаю, что всем будет без меня лучше. Особенно ему. -Малфою? Гарри кивнул. -Не думаю. Он слишком к тебе привязался. Но это хорошо. Он умный парень, таких людей нужно держать ближе к себе. -Том, даже не пытайся, - бровь Риддла приподнялась в насмешливом любопытстве, - Сначала эти манипуляции, взывающие к моей расчетливости и чувству превосходства над другими, а потом снова уговоры возглавить Пожирателей и стать новым Темным лордом? Этот номер не прокатит в любом случае. -Ну, попытаться хотя бы стоило, - лениво протянул Том, - Ну, что ж, рассказывай, что у вас там случилось. И тут Гарри прорвало, словно плотину. Он говорил и говорил, а слова, казалось, так и не хотели заканчиваться. Они неслись бурным потоком смешанных эмоций, острых и сокрушительных. И Гарри было даже плевать, слушает ли его Том по-настоящему. Настоящая ценность Риддла была в том, что тот никогда не осуждал даже его самые разрушительные действия. И никогда не давал советов. Он лишь молчаливо присутствовал рядом, неосознанно придавая значение всему тому, что клокотало и билось внутри Гарри. Спустя время Поттер почувствовал себя опустошенным. -Я думаю, ты действительно сделал ему больно, - констатировал Том. -Да я о том и говорю. Он заботится обо мне, я же вижу. А я так просто не могу взять и совладать со своими эмоциями. -Ты пробовал говорить ему об этом? -Нет, - растерянно сказал Гарри. -А ты хочешь сказать ему об этом? -Я… я просто хочу, чтобы он не думал, что я хочу относиться к нему, как полный мерзавец. Я к нему совсем так не отношусь. Да, быть может, это было в прошлом. Но и он тогда был совсем не лучше, даже хуже. И иногда это до сих пор задевает меня. Но… Это все в прошлом, понимаешь? А сейчас… а что сейчас? Я просто… просто не хочу делать ему больно. Гарри с тоской посмотрел на Тома. Но Том лишь маячил напротив открытого окна и молчал. Гарри бросил взгляд ему за плечо. За окном вечерние сумерки окрашивали всё в густые синие краски. На фоне вечернего неба, словно сотканный из синего тумана, одетый в синий свитер и такого же цвета брюки, на участке владений Уизли появился Малфой. Еще спустя некоторое время его нашел там Джордж, который получил оповещение магии о том, что кто-то вторгся в их владения. Даже не увидев лица Драко, еще издалека, только по его позе, в которой читался какой-то надлом, Джордж уже понял состояние гостя. Джордж подошел ближе и, помолчав и так и не дождавшись никакого более-менее внятного приветствия, кроме быстрого кивка головой, он спросил: -Выпьем? Драко снова кивнул. И они вместе двинулись в сторону желтого света проема двери, дорожка которого одиноко прорезала вечернюю синюю тьму. Захватив бутылку, Джордж провел гостя к себе в комнату. Разлив напиток по бокалам, Уизли поудобнее устроился в большом кресле с ногами и приготовился слушать. Малфой просто сидел на месте, молчал и почти не двигался. Какое-то время Джордж наблюдал за ним и ждал, когда тот заговорит, не собираясь торопить или развлекать посторонней болтовней. Но Драко все так же молчал. Поэтому Уизли взял свою бутылку, пересел поближе к Малфою и осторожно сказал: -Драко, я волнуюсь за тебя. -И с чего бы кому-то за меня волноваться? – внезапно резко ответил Малфой, - Не говори глупостей. Джордж только покачал головой: -Ты можешь меня отталкивать, в своей привычной манере, и врать всем, даже самому себе, но я-то вижу, что у вас с Гарри происходит. -А что у нас происходит? – снова огрызнулся Драко, но уже не так уверенно. -Подробностей не знаю, но то, как часто я вижу у тебя это замкнутое и отстраненное выражение на лице, заставляет меня волноваться. -И почему ты вдруг решил, что это твое дело? – Драко даже не смотрел на Джорджа, а только крепко, до судорог, сжимал в руках бутылку с ежевичной настойкой, изредка делая небольшие глотки. -А я и не думаю, что это мое дело. И если ты скажешь мне, что не готов это обсуждать, то я не буду говорить, что об этом думаю. Только скажи. Но Малфой молчал. И потому Джордж продолжил: -Драко, пройдёт слишком много времени, прежде чем он поменяется, если поменяется вообще. Ты просто должен ответить самому себе на вопрос - готов ли ты ждать? Готов ли ты заплатить такую большую цену за то, чтобы в конце концов быть именно с тем человеком, которого ты хочешь видеть? Я знаю, ты полюбил его совсем не таким. И ни я, ни ты, ни он сам не знали и не знаем, каким он станет. Просто ответь сам себе, готов ли ты ждать, даже если в итоге тебя может ждать лишь разочарование? А если готов, то ради чего? Драко по-прежнему молчал и смотрел в стену за плечом Джорджа, почти не моргая. Его лицо находилось в тени и оттого было похоже в эту минуту на какую-то серую маску, лишь слепок лица, потому что в нем почти не было жизни, прежде всего во взгляде. Джордж смотрел на него с сочувствием, то и дело опуская глаза. На месте Драко он наверняка бы не смог, просто не смог столько времени и сил положить на то, чтобы быть рядом с человеком, который каждый день борется сам с собой и почти со стопроцентной вероятностью в этой схватке проигрывает. А потому не мог винить и Малфоя за тени сомнения, которые в эту минуту скользили по его лицу. Наконец, Драко поднял на него взгляд, который все также оставался почти пустым, разве что в нем прибавилось немного твердости. -В твоей жизни, - отстранённо, но уверенно начал он, - было столько любви, Джордж, сколько в моей вряд ли вообще будет. А потому тебе не понять - я рад хотя бы тому, что могу чувствовать любовь и отдавать кому-то её. Да, пускай почти безвозвратно, пусть лишь её отголосок возвращается мне в виде редких улыбок и нежности. Но если я хотя бы немного, хотя бы на долю секунды делаю жизнь дорогого мне человека лучше, пусть он даже не готов этого признать, это не важно, - значит, я живу эту жизнь не зря. И я знаю, что если я уйду, эта любовь не пройдёт. Она все так же будет жить во мне и отравлять меня, только будет она там зря, - Малфой опустил на мгновение взгляд и потёр виски, - Гарри чувствует себя ужасно одиноко, и ты это знаешь, Джордж. Так пусть уж лучше хотя бы немного, насколько могу, от одиночества его буду спасать я, чем десятки других людей, у которых он даже не запомнит лица. И, знаешь, ты не прав, когда говоришь о Гарри, как о каком-то больном. Да, он потерян, он травмирован, но он полностью, насколько это возможно в таком состоянии, осознает все, что с ним происходит. Просто он меня не любит. И все. И это абсолютно нормально. Джордж смотрел в серые глаза и не видел там боли, только спокойствие и смирение. Как будто только что он сообщил ему прогноз погоды или расписание поездов. «Просто он меня не любит». Неужели вот так вот просто? Было в этом что-то пугающее. -Драко, я уверен, что все не так просто с чувствами Гарри к тебе, как ты об этом говоришь. Тот только поморщился: -Ой, да брось, мне не нужны твои утешения, они у меня ещё от Грейнджер сидят, знаешь, где? Будешь сейчас говорить, но он же с тобой живет, про нежность, секс и прочее. Просто Гарри человек очень добрый. И благодарный. Сам понимаешь, детство у него было не из легких... -Я понял, тебя не переубедить. Ну а что тогда бы тебя убедило в том, что Гарри тебя любит? Может, он просто не умеет это выразить? Но я все же склоняюсь к тому варианту, где Гарри очень плохо ментально, и у него элементарно не хватает на сильные тёплые чувства душевных сил. Ты посмотри на него, у него даже с магией полный разлад! -В этом невозможно просто вот так вот взять и убедиться. Ты просто это чувствуешь. А вот что чувствуешь - я не очень понимаю. Доктор Майндер, когда ещё занимался моей терапией, говорил о том, что настоящая, здоровая взаимная любовь это когда ощущаешь непоколебимую уверенность, силу и спокойствие. Чувствуешь, что горы можешь свернуть. Что не зря появился на этот свет. И что готов ко всему, потому что чувствуешь прочную опору в виде крыльев за спиной. Однако такого я не испытывал никогда. И вновь этот безразличный тон. Джордж слушал и поражался тому, насколько правдивы эти слова, насколько сильно они перекликаться с его собственным опытом. Он вспомнил братскую любовь, Фреда, с которым иногда чувствовал себя абсолютно непобедимым. И его сердце сжалось, когда он вновь посмотрел на Драко. Тот вопросительно посмотрел на него в ответ, и слегка поморщился, когда разглядел в его взгляде жалость. -Может быть, если бы вероятность быть с ним вместе была более велика, ты бы и не влюбился в него тогда? – вдруг сказал Джордж. -Что ты имеешь в виду? -Складывается ощущение, что если бы он начал проявлять к тебе настоящие тёплые чувства, тебе бы это уже вскоре наскучило, и ты бы, наконец, отпустил эту влюбленность, которая мучила тебе столько лет. К несчастью, Гарри так и продолжает ускользать и словно цеплять тебя на крючок все больше. -Ты так говоришь, словно он это все делает специально, - Малфой нахмурил брови. -А какая разница? -Разница в том, что он не выбирает быть таким. Я раньше тоже не мог многое выбирать, лишь теперь появилось больше возможностей для этого. И Гарри сможет, я уверен. Нужно просто дать ему время. -Я бы не был так уверен, что это до конца твой осознанный выбор – быть в тех отношениях, которые у вас есть сейчас, - задумчиво сказал Джордж, - Возможно, твой жизненный опыт привел тебя в эту точку. -Ты что, мой психотерапевт? – Драко поморщился, - С чего бы тебе вообще указывать мне на недостатки твоего любимого дружка, мальчика-который-часть-вашей семьи? -Может с того, что вы постоянно ссоритесь, он ушёл от тебя, вернулся, ты его простил с большим трудом, я же вижу это, а теперь он снова от тебя отстраняется, а разговоры про чувства у вас запретная тема? – Джордж с грустью во взгляде покачал головой, - Драко, это нездорОво. В конце концов, где твоя Малфоевская гордость? -Кажется, ее никогда и не существовало, - безразлично пожал плечами Драко, - Если бы она и в самом деле имела место быть, мне бы не пришлось теперь полжизни расхлебывать дела своего отца. -И все же, тебе не кажется, что эти болезненные отношения плохо на тебя влияют? Малфой помедлил и ответил: -Я могу любить либо невозможно сильно, либо вообще никак. Так сильно, как его, я никогда в жизни и никого не любил, - сказал он и надолго затих. Джордж изучающе смотрел на него некоторое время. -Как знаешь, - наконец, устало, с долей разочарования, махнул рукою Уизли, - Просто постарайся беречь себя, ладно? Если уж этим в твоей жизни особо не занимался никто другой. И ответь сам себе на вопрос, Драко: чью любовь ты на самом деле пытаешься заслужить так упорно? Малфой поморщился, как будто у него разом заболели все зубы, и сделал щедрый глоток из бутылки. После чего нарочито несерьезным тоном сказал: -Знаешь, никогда бы не подумал, что буду слушать советы Джорджа Уизли. Да еще и по поводу кого… - Драко покачал головой и опустил взгляд. На его лице отобразилась горькая усмешка. -Мир вокруг вообще сильно изменился, - задумчиво пожал плечами Джордж и устремил взгляд в окно. Туда, где неподвижно застыла в синем небе россыпь звезд. Туда, где космический порядок тысячелетиями сохранялся неизменным. Мир менялся стремительно быстро, и вместе с тем настолько медленно и неподвластно человеческому глазу, что вызывало трепетный восторг и ужас одновременно. Тем временем Гарри, мысленно соединив у себя в голове точки созвездия Большой Медведицы, отвернулся от окна и снова развернулся к камину, на фоне которого маячила фигура, словно объятая туманом, но казавшаяся настолько реальной, что ее присутствие ощущалось почти на физическом уровне. -Ты подумал над моим предложением? – спросил у Гарри молодой Том Риддл. Поттер потер шрам и осуждающе посмотрел на Тома: -С каких пор ты стал таким неоригинальным? Только и разговоры о том, чтобы я постарался наладить контакт с Пожирателями для того, чтобы больше узнать об артефактах. -А, может быть, это у тебя мысли бесконечно только вокруг этого и вращаются? Давай, Гарри, я же знаю, ты сильный волшебник, ты сможешь контролировать ситуацию. Неужели за последнее время ты не изучил настолько много об артефактах, что теперь сможешь удержаться, если увидишь, что есть возможность разгадать их тайны? -Спасибо, обойдусь уж как-нибудь без Пожирателей, - усмехнулся Гарри, но как-то не особо уверенно. Что, конечно же, не укрылось от хищного взгляда Тома. Он сощурил глаза так, что они стали напоминать змеиные, и очень осторожно заговорил: -Гарри, я вижу, как ты одинок. Я вижу, как ты хочешь бросить все и сбежать прочь от своего окружения. Как их общество тебя тяготит. Я же вижу – ты и сопротивляешься-то просто по привычке. Что тебя держит? Чувство справедливости? Если бы она существовала, разве с тобой бы случилось все то, что с тобой случалось с самого рождения? Разве ты чувствовал бы сейчас себя ТАК? Что еще? Тот мальчишка, Малфой? Ты же знаешь, он пойдет вслед за тобой куда угодно. Разве ему впервой перебегать на другую сторону? Ты, конечно, все надеешься, что когда-нибудь с него смоется это клеймо... -Хватит, замолчи! – выкрикнул Гарри, направив палочку на Риддла. Тот даже не шелохнулся. Немного успокоившись и сообразив, что никакие из известных ему заклинаний на артефакт не действуют, Гарри опустил руку вниз и сказал: -Мне, конечно, очень одиноко, это правда. И со мной случилось много всего плохого. Хочу ли я за все это отомстить? Иногда да. Ненавижу ли я тебя? Чаще всего да, и испытываю от этого какое-то странное темное удовольствие. Но иногда... иногда и эта ненависть, и тоска, отступают, и я вижу мир незамутненно – таким, какой он есть. Таким, каким он мог бы быть для меня, если бы... Если бы я получил помощь, - Гарри покачал и головой и внезапно грустно усмехнулся, - Знаешь, Том, быть может, все злые волшебники в свое время просто повредились умом и им просто нужна была помощь? Быть может, у каждого из них был такой момент, когда они еще могли вернуть всё назад? Том долгое время молчал и отстраненно смотрел в камин. Гарри тоже смотрел на огонь, и даже на какой-то миг забыл, что он в комнате не один. -Да,возможно, - наконец, заговорил Риддл, - Но они все же сделали этот выбор, который неумолимо влечет за собой последствия. Потому что выбор использовать темную магию развращает душу и повреждает разум. И я думаю, что ты уже чувствуешь это влияние на себе. Гарри покачал головой. -Да, и знаешь, меня это не особо тревожит. А вот это уже тревожный знак. -И давно ты чувствуешь это равнодушие? Гарри пожал плечами: -Наверно, с тех пор, как умер и вновь воскрес. Нет ничего особенного в смерти, но, пройдя через нее, я понял, что и в жизни-то нет ничего особенного. Какая разница, какая она здесь, если вслед за ней неумолимо, поздно или рано, наступит смерть? Зачем куда-то идти, что-то планировать? Если все планы вдруг могут в раз оборваться и обратиться в холодный серый камень с твоим именем на нем? -Так ты плывешь по течению потому, что боишься, что твои планы не исполнятся, а не потому, что ты просто никчемный и не амбициозный молодой человек? Ну а что? Злись на себя. И Гарри злился. И за то, что причинил боль ставшему очень значимым для него человеку. И за то, что снова взялся за этот артефакт. А главное – за то, что именно в разговоре с ним озвучил те мысли, которые скрывал даже от самого себя. И эти мысли еще несколько дней преследовали его по пятам. *** Гарри снилось, что он снова в Министерстве, в том злополучном зале в Отделе тайн. Только сейчас там не было ни души. И только на мраморном полу лежало тело министра Магической Британии. Голова Кингсли была запрокинута, руки как-то неестественно были отброшены куда-то за голову, а по лицу крупными каплями расползалась алая кровь. Она окрасила все лицо, и теперь медленно затекала в рот и глаза. Кингсли открыл глаза, налитые кровью и, уставившись на него в упор, громко позвал: «Гарри». -Гарри! Малфой потряс его за плечо. -Гарри, вставай, тебе пора на работу, - Поттер с трудом приоткрыл один глаз и немного приподнялся на постели, только чтобы от него отстали, - И да, ты же помнишь, что после работы мы отправляемся ко мне домой, чтобы разузнать у родителей про артефакты, на которые недавно было совершено неудачное покушение в Гринготтс? Драко уже затягивал галстук поверх воротника – сегодня он собирался на работу, очень тщательно подбирая одежду. Гарри зевнул и потер глаза: -Да уж, отлично денек начинается, - проворчал он, - Как подумаю о том, что придется сегодня тащиться в Малфой-мэнор, так даже и просыпаться не хочется. Малфой покосился на него в ответ, но ничего не сказал. -Ладно, выясним мы, что за артефакты. Ты родителей предупредил, что я буду к ужину? -Разумеется. Они будут очень рады тебя видеть. -Вот в этом я бы точно не был так уверен. Гарри еще раз широко зевнул, потянулся и, наконец, поднялся с кровати. -В любом случае, постарайся показать себя с лучшей стороны, пожалуйста. Я знаю, что где-то она у тебя есть. -Где-то очень глубоко? – рассмеялся Гарри и положил руки на шею Драко, осторожно целуя его в уголок губ. Отстранившись, он оглядел его всего и добавил, - Ты выглядишь просто восхитительно. -Благодарю, - Малфой наполовину шутливо, наполовину изящно поклонился и двинулся в сторону камина, напоследок сказав, - Ждем тебя в мэноре на ужин к семи вечера, не опаздывай. -Постараюсь, - мило улыбнулся Гарри. Как только Драко ушел, он, не торопясь, выбрался из кровати и стал собираться. День в Министерстве намечался абсолютно обычный. В прочем-то, до самого вечера он таким и был. Немного бумажной работы, немного совещаний с коллегами, немного вводного инструктажа по новому виду защитных заклинаний. В конце дня, в полшестого вечера, Гарри чувствовал себя почти не уставшим и даже, можно сказать, умиротворенным, как вдруг… -Джинни? Девушка в иссиня-черной мантии тихо, словно тень, скользила по коридору Министерства, опустив голову и не замечая ничего вокруг. Гарри пришлось окликнуть ее еще раз. -А?... Гарри? Да, привет, - она натянуто улыбнулась и остановилась напротив него в ожидании, что же он ей скажет. -Привет. Как ты? Ты уже вернулась к учебе? Неужели так скоро? -Да, учеба помогает мне отвлечься от… мыслей. Хотя здесь мне все напоминает о них. Все стало здесь теперь… абсолютно не так. -Понимаю, - грустно кивнул Гарри и уставился на носки своих ботинок. Ему всегда было сложно кого-то поддерживать. Джинни помолчала некоторое время и спросила: -Если вдруг у тебя есть немного времени, мы могли бы… Ну, не знаю, выпить немного вместе, здесь, недалеко. -Я бы с радостью, Джинни, но ты не думаешь, что это, ну, совсем не полезно? Просто посмотри на меня, - попытался шутить он. -Да перестань, я хотела просто пропустить по бокальчику. Ну, нет так нет… -Огневиски с соком? – спросил Гарри, ободряюще положив ей руку не плечо, и Джинни улыбнулась в ответ. -Огневиски с соком, - благодарно с облегчением выдохнула она. В баре было сегодня на удивление тихо. Они уютно устроились у окна, в которое понемногу пробирались закатные лучи. Девушка изящно набросила мантию на спинку стула, оставшись в черной рубашке и такой же черной простой юбке. -Гарри, почему мы с тобой такие несчастные? – спросила она, делая глоток обжигающего язык напитка. -Не знаю, после войны, наверно, все так себя ощущают. Девушка отвернулась к окну и задумалась. Сегодня она была молчаливее, чем обычно. -Не знаю, по-моему, у тех же Рона и Гермионы все хорошо сейчас. И я очень рада за них. -Да брось, у Рона и Гермионы есть, по крайней мере, одна большая проблема в лице меня, - Гарри хотел посмеяться над этим, но получилось как-то неуверенно, словно когда он произнес это вслух, это действительно стало правдой. Джинни посмотрела на него внимательным долгим взглядом и снова отвернулась к окну. Гарри смотрел, как рыже-розовые лучи окрашивают ее профиль – вздернутый нос и россыпь веснушек на нем, - и думал о том, как хочется хотя бы немного развеселить эту обычно живую и смешливую девушку. Или хотя бы немного отвлечь незначительными, пустыми разговорами – хоть чем-нибудь. -Кстати, Рон с Гермионой рассказывали, что последний квиддичный матч на позапрошлой неделе был очень впечатляющим – жаль, что мы с тобой не смогли на него попасть. На лицо Джинни легла тень улыбки. Она снова повернулась к нему: -Да, я расспросила у них все в мельчайших подробностях. Они сказали, что загонщики Гарпий играли просто сумасшедше, наверно, сказалось обновление состава команды. Хотя Борис боялся, что они не успеют сыграться до чемпионата, а Нэйт… Черт, мы с ними так хотели попасть на эту игру… - Джинни нервно покрутила на пальце рыжую прядь, - Гарри, может, еще закажем? Вот и хорошо. В общем, я несколько раз прочитала все обзоры на матч в спортивных вестниках, и, судя по всему, это было действительно завораживающе. Хотела бы я оказаться там, во время игры… Извините, можно нам, пожалуйста, повторить? Спасибо. Да, это просто невероятно – пусть никто из ловцов и не поймал снитч, было и так очевидно, что счет уже не сравнять. Гарпии были в своей лучшей форме. Я уже не знаю, что ожидать от финального матча, когда команда сыграется еще лучше… - нырнув в любимую тему, Джинни начала понемногу оттаивать. Говорить про квиддич было привычно и приятно. Даже сейчас. А потому ни в семь вечера, ни в полвосьмого Поттер на ужин не появился. Люциус Малфой сидел во главе стола, весь подобравшись, в официального вида мантии, и практически не поддерживая разговор со своей семьей. И так будучи не в восторге от идеи иметь дела с Поттером, который, Люциус был уверен, должен после всего случившегося презирать их семью и желать ей зла, он бросал редкие недовольные взгляды то на часы, то на сына. Нарцисса сидела между двумя своими мужчинами и сохраняла безмятежное спокойствие. Ближе к восьми часам Драко не выдержал и, удалившись к себе в комнату, связался по камину с отделом, где работал Гарри. Задержавшийся допоздна сотрудник оповестил его о том, что мистер Поттер ушел с работы около трех часов назад. Драко выпрямился, поправил одежду и попытался успокоиться и взять себя в руки. Натянув уверенное и равнодушное выражение лица, он уже отправился было к родителям, чтобы рассказать им какую-нибудь легенду о том, почему Поттер не удостоил их сегодня своим присутствием. Как вдруг в столовой раздался грохот. Поспешив на звук, Малфой младший застал сцену того, как Гарри встает с пола и отряхивается от золы в камине на глазах у изумленных родителей. Одного только взгляда хватило Драко для того, чтобы понять, что Поттер пьян. -Прошу меня простить, - криво откланялся тот, - Задержался на работе. Драко поджал губы, но никак это не прокомментировал. Он подошел, и вежливым жестом указал тому в сторону стола: -Ничего страшного, прошу, проходи, садись. Щелкнув пальцами, Драко подозвал домовика, и уже через несколько мгновений стол ломился от аппетитной, самой разнообразной еды. -Ух ты, прямо как в Хогвартсе, - глупо хихикнул Гарри, но, поймав сердитый взгляд Малфоя младшего, послушно опустился на стул. -Прошу, мистер Поттер, не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома, - сказал Люциус, но лицо его совсем не выражало радушия. Его губы были плотно сжаты, а брови сдвинуты, что только сильнее выделяло и без того большие темные круги под глазами. Нарцисса щелкнула пальцами и бокалы наполнились чем-то ярко-красным. -Предлагаю поднять тост за нашего дорогого гостя, - голос Нарциссы, наоборот, был приветливым и миролюбивым, - Помнится, в прошлый раз вас, мистер Поттер, приняли здесь не очень хорошо. Мы намерены исправить эту оплошность. Драко поднес бокал ближе и с облегчением понял, что это всего лишь вишневый сок. Он с опаской покосился на Гарри. Тот махом опрокинул в себя бокал и тут же вытер рот рукавом. У Драко тут же случился неконтролируемый приступ закатившихся глаз. Всё не заладилось с самого начала. Когда все немного поели, перебрасываясь лишь короткими дежурно вежливыми фразами, Малфой старший решительно положил ладони на стол и сказал: -Ну, что ж, быть может, перейдем ближе к делу? Драко, по какому поводу ты сегодня пригласил к нам дорогого гостя? -Люциус, ну, подожди, быть может, мистер Поттер еще не закончил ужинать? Вам подать что-то еще? Тинки! – позвала она домовика, - Обслужи нашего гостя. -Да, хозяйка Нарцисса. -Миссис Малфой, спасибо, вы очень милы, и блюда были восхитительны, - Драко даже удивился и напрягся, услышав такие любезности от Гарри, - Не хватает лишь одного. Тинки, неси огневиски! И выбери что-нибудь покрепче, — сказал Гарри, и глаза Драко округлились от ужаса. -Тинки будет рад исполнить волю дорогого гостя, мистера Поттера, - и тут же в руках домовика возникла бутылка, из которой он стал расторопно наполнять бокал. -Спасибо, Тинки, а бутылку оставь мне, - Драко вцепился под столом ногтями себе в руку и прикрыл глаза. Он быстро взглянул на родителей, но те пока что сохраняли безупречное спокойствие. -Как пожелает мистер Поттер. -Хороший у вас домовик, мистер и миссис Малфой. Не то, что мой Кикимер. Такой сварливый! Но, знаете, тоже хороший, просто по-своему. -Домовик Кикимер много лет верно и исправно служил хозяйке Вальпурге Блэк и её семье, - мягко подметила Нарцисса. -Обсуждение домовиков – это, конечно, прекрасно, - вмешался Малфой старший, - Но, быть может, все-таки перейдем к основному вопросу? -Да, отец, - наконец, Драко отошел от первого шока и растерянности и решил взять все в свои руки, - Мы здесь для того, чтобы обсудить и сделать предположения о том, на какие артефакты могли нацелиться новые Пожиратели смерти, которые недавно совершили неудачную попытку покушения на наши фамильные ячейки в Гринготтс. -И что, мистер Поттер обязательно должен знать обо всех ценностях семьи Малфой? -Отец, Гарри в последнее время неплохо подтянул свои знания по артефактам. К тому же, он проводит своё расследование, в некоторой степени, довольно успешное. Плюс ко всему, он едва ли не единственный, кому я доверяю, - сказал Драко, но при последних словах посмотрел на Поттера с большим сомнениям. -И всё же, с каких это пор… -Люциус? – осторожно позвала Нарцисса. Он посмотрел на нее недовольно, но умерил свой пыл. -Что ж, хорошо. Давайте обсудим. Обсуждение артефактов не сказать, чтобы текло живо, однако, уже вскоре в разговоре всплыли интересные факты и догадки, после чего он продолжился уже более активно. Все это время Гарри так и не отступился от бутылки с виски, и вскоре осушил её почти наполовину. Он всё больше отвечал невпопад, не по теме разговора, и всё больше выводил из себя Люциуса. Нарцисса по-прежнему, казалось, оставалась абсолютно безмятежной. Драко, который поначалу еще пытался успокоить Поттера, либо, на худой конец, ненавязчиво вывести его к себе в комнату и дать ему там отрезвляющего зелья и хороший подзатыльник, уже к этому времени смирился с тем, что Гарри просто неуправляем, и лишь обреченно ждал конца вечера. Вечер, тем временем, становился все более неуправляемым и далеким от светских ужинов. Разозленный Люциус также стал сначала понемногу налегать на огневиски, а потом все смелее. Драко бросал на него неодобрительные взгляды, когда тот брал бокал, чтобы сделать очередной глоток, а также на тени, глубоко залегшие под глазами отца. -Вы что, мистер Малфой, думаете, они ограничатся тем, чтобы сделать неудачную попытку ограбления вашего сейфа и успокоятся? Нам нужно знать все детали! – настаивал Гарри. -Мистер Поттер, вам не кажется, что вы слишком глубоко хотите засунуть свой любопытный нос в дела, которые касаются только нашей семьи? – бросался далекими от гостеприимства фразами Люциус. -Если это сделаю не я, это сделает Гринготтс по поручению Аврората, вы этого хотите? Вы так уверены, что они не найдут там ничего такого, чтобы припомнить вам военные годы и то, на чьей стороне вы были на самом деле? -Да как вы смеете! Если у вас нет никакого уважения к нашей семье, то для чего вообще лезть в наши дела? Что это было за показательное выступление в суде? Решили, что защитой несчастных Малфоев закажете себе место не только в Зале славы Магической Британии, но заодно и в пантеоне всех святых? – Гарри поморщился – так вот, значит, что отец Драко об этом думает, - А, по справедливости, Гринготтс вообще не должен больше хотеть иметь с вами никаких дел, после того, как вы незаконно проникли туда и украли их дракона. Но нет, они только увеличили ваши и без того немаленькие счета. И все ради чего – ради того, чтобы мы каждое утро получали новую свежую серию «Похождений Гарри Поттера?» Думаете, стали героем всей Магической Британии и вам теперь всё дозволено? И теперь таким, как мы, таким, как мой сын, приходится скакать вокруг вас, чтобы найти ваше расположение, чтобы хотя бы немного наладить свою жизнь, в то время как вы… Тут уже Гарри не выдержал и прервал этот нескончаемый поток нелестных слов: -Ваш сын вовсе не скачет вокруг меня в поисках моего расположения, - Гарри так сильно сжал в руках бокал с огневиски, что казалось, тот сейчас лопнет. -Вы так считаете? А я вот вижу своими глазами, плюс до меня доносят информацию, что вы постоянно общаетесь, притом инициатива в основном исходит от него, а вы лишь снисходительно идете на контакт, да и то, только если бываете в хорошем расположении духа. -Мистер Малфой, до меня регулярно доносят информацию о том, что это вы хотите стать новым темным лордом и уже устроили пару вечеринок в мэноре в компании Пожирателей. Не нужно верить всему, что до вас доносят. -Это другое, - отмахнулся Люциус, - Я воспитывал Драко, и я точно знаю, когда он смотрит на кого-то, словно заискивающая побитая собачонка. -Прекратите говорить это, все совсем не так, - Поттер обернулся к Драко, в надежде, что тот тоже будет возражать словам отца. Но тот просто ушел в себя и, смотря в упор на свои лежащие на столе ладони, с нетерпением ждал, когда же это все закончится. -А как же тогда? Вы думаете, я стану отрицать очевидное? – с надменным видом произнес Люциус. -Вы ничего не знаете о вашем сыне, мистер Малфой! – кипел от злости Гарри. -И чего это я о нем не знаю? – Люциус изящно поднял бокал и медленно сделал несколько глотков. Казалось, его так взбодрил этот обмен любезностями, что он, наоборот, вновь обрел свое самообладание, - Давайте, мистер Поттер, постарайтесь мне рассказать о том, что известно герою, но не известно мне о моем собственном сыне. -Ну, например, вы точно не знаете того, что он трахается с вашим пресловутым героем! – выпалил Гарри. И тут же в столовой Малфой-мэнора стало неестественно тихо. Вот и всё. Вечер подошел к своей кульминации. Краем уплывающего сознания Гарри понял, что сказал что-то совсем не то, что хотел сказать на самом деле, но было уже поздно. Выступление уже состоялось. Занавес опустился. Драко просто не мог поверить в то, что всё это происходит с ним. Внутри вдруг что-то оборвалось. Тем временем Люциус, вновь кипя от злости, поднялся из-за стола: -Ну, всё, довольно вы попользовались нашим гостеприимством, мистер Поттер, а теперь вам, пожалуй, пора. -Значит, выгоняете меня? Но это не только ваш дом, я уйду, только если это скажет Драко, - и Поттер с вызовом и надеждой посмотрел на него. -Гарри, тебе и вправду пора, - сказал Драко, даже не поднимая на него глаз. -Вот, значит, как? - разочарованно покачал головой Гарри, - Ну, что ж, как пожелаете, я ухожу. -Вас проводить к каминам, мистер Поттер? – с всё тем же неестественно спокойным лицом, что и в начале вечера, спросила Нарцисса. -Нет, спасибо, миссис Малфой. И спасибо вам за ужин. До свидания, скоро увидимся, - и, неловко зачерпнув порох, при этом рассыпав половину, Поттер назвал адрес и исчез в камине. -Не приведи Мерлин, - устало сказал Люциус и откинулся на спинку стула. Драко всё так же сидел на своем месте, не поднимая глаз. Теперь, когда Гарри ушел, казалось, что вокруг образовалась звенящая тишина. -Отец, я… - начал было он. -Потом поговорим, - жестом остановил его Малфой старший. Драко кивнул и, молча встав из-за стола, направился к себе в комнату. И только оказавшись в своей спальне, он упал на кровать, свернулся клубком и позволил себе начать жалеть самого себя. В какой момент своей жизни он позволил с собою так обращаться? В какой момент он потерял всю свою хваленую фамильную гордость? За что всё это с ним происходит? Под эти невеселые мысли он так и заснул прямо в одежде. Это был очень-очень длинный вечер.