Триста шестьдесят пять дней

            Хэвон знала, что в течение этого года она умрет. Это подтолкнуло Хэ для отчаянного шага: она решила осуществить свою главную мечту — стать другом далекой звезде.       Яркая луна вздымается над горизонтом, освещая сияющей вспышкой верхушки деревьев. На темно-синем небе видно тысячи звезд, они кажутся такими далекими и такими одиноко-грустными. Их свет проходит тысячи световых лет, чтобы коснуться земли и раствориться. Так просто и совсем бессмысленно, неправда ли? Луну медленно поглощает надвигающееся облако, затмевая ее и лишая света деревья. Кажется, словно с уходом света, все опустело: становится так грустно и тоскливо смотреть в темную, глубокую даль. Хэвон чувствует то же самое внутри. Эта ночь и эта луна со звездами, это небо… Все пропало! Исчезло! Растворилось! Девушка была в отчаянии, она была зла, она кричала и плакала впервые за долгое время, яростно металась по лоджии. Сердце её разрывалось. Она в сотый раз прокручивает слова доктора, направив свой пустой взор на темное небо: «Сожалеем, но мы ничего не сможем сделать. Болезнь прогрессирует, и слишком поздно начинать лечение, в этом случае оно, к несчастью, бессмысленно. Мы можем предложить вам другой вариант...» - Все, что было после судьбоносных, решающих слов, для девушки оказалось пылью. Она уже не видела смысла в других вариантах, если жизнь уже все решила за нее. tab>Хэвон последние годы часто беспокоили боли, но она по своей глупости или по своему воспитанию, не говорила об этом. Молча выпивала обезболивающие: сначала одну таблетку, потом две, три, горсть. В детстве, когда Хэ тревожило ее здоровье, отец просто не верил ей: "Это все глупые отмазки Хэвон, собирайся в школу". После Хэвон всегда молча принимала свой недуг. Домолчалась. Она никогда никого не винила в своем горе. Ни пропавшую мать, ни горе-отца, ни себя. Хэвон верила в судьбу и в то, что ее нельзя изменить. Все что нам предначертано — заранее составлено звездами.       После утомительного путешествия, облако, перекрывавшее луну, продолжило свой путь в сторону к звездам, показывая красоту луны снова. Таинственный диск Луны, с голубоватым отливом, вновь гордо красовался на горизонте, окутывая своим светом те же деревья. Все те же звезды, увековеченные в созвездиях. Хвастливая Кассиопея, Орел, что держал молнии Зевса, Чаша Аполлона. Хэвон смогла забыться, предаваясь своим воспоминаниям.       Детство прошло незаметно в объятиях бабушки, что любила рассказывать древнегреческие мифы. Часто, когда малышка Хэ не могла уснуть, бабушка отводила ее во двор, укутывала теплее в одеяло, и начинала свой рассказ. В этот момент каждое созвездие оживало, отыгрывая свою роль. Детское воображение в ярких красках представляло сюжеты, добавляя детали, расширяя рассказ. Невозможные подвиги и приключения становились реальностью в голове маленькой девочки. В детстве она мечтала о неисполнимом, о далёком и нереальном. Словно она совершила двенадцать подвигов, она была смелой и храброй, она сидела за одним столом на Олимпе с Богами! Почему же сейчас ее голова пуста? Куда делись все её наивные детские желания и мечты? Что сейчас мешает ей мечтать? Прошлое погибло, будущее уничтожено, счастья нет: но химера ― живи! *       Вся в слезах, измученная своим горем, девушка надевает наушники, надеясь, что так боли станет меньше, она сможет разделить её с музыкой. В ушах зарождается мелодия, которая заставляет девушку прикрыть глаза. С каждым словом её любимого исполнителя, слезы медленно исчезают с глаз, ураган, что был на душе, утихает. Ощущение, что там, где была разруха, расцветают цветы. Хэвон чувствует, как ее волосы обволакивает теплый ветер в свои поддерживающие объятия. Чуткий исполнитель, чувствуя горе своего слушателя, распевает и растягивает слова словно колыбельную. — Моя звезда… смогу ли я прикоснуться к тебе..?

***

      Прошло около двух месяцев после той решающей ночи. Хэвон словно подменили, всю свою жизнь девушка отдавала предпочтение жизни затворницей, она находила свою особенную атмосферу в тихой жизни дома. Хэ очень любила большие старые свитера, книги старых изданий, винтажную мебель и много-много растений. В таком уюте и прошли последние 24 года ее жизни. Хэвон имела дистанционную работу, она жила недалеко от магазина со службой доставки, другими словами, все условия чтобы оставаться в тени. Большой смысл в ее жизни имела музыка, именно она была поддержкой, лучшей подругой, лекарством, досугом для девушки. Часто она решала, точнее избегала, проблемы с помощью наушников и любимым плейлистом. Однажды, Хэ как обычно избегала скуку с помощью интернет-магазинов, совсем недавно произошел камбэк ее любимой группы, поэтому она усердно пыталась успеть преобрести все версии нового альбома. На официальном сайте жирными черными буквами были выделены адреса офлайн магазинов, в которых можно приобрести альбом с шансом попадания на приближающийся фансайн. Хэвон в этот момент словно ущипнули или кольнуло мурашками. Она не раздумывая, с ощущением удачи, быстро натянула свитер с лягушками, собрала локоны в хвост и прихватила сумочку на выходе. Дорога до ближайшего магазина была относительно короткой, несмотря на это, даже у магазина почти на окраине города, стояла очередь из фанатов. Хэ молилась всем богам, чтобы ей достался хотя бы один альбом. Когда до нее дошла очередь, за ней появилось как минимум сотня людей, что кричали и толкались, торопили друг друга и редко нелестно отзывались. Счастью не было предела, когда ей подали все четыре версии альбома и четыре бланка для заполнения заявки на конкурс с фансайном. Девушка возвращалась домой невероятно счастливой и с полной уверенностью, что она сможет выиграть. Должна ведь жизнь быть справедливой?       Пока девушка дожидалась письма на почту, она старалась жить на полную катушку (по ее мнению), она познакомилась с одной девушкой в литературном кафе, теперь она часто приходила на её смены. Они неплохо проводили время вместе за кружкой чая и чашкой кофе. Хэвон посещала места в городе, в которых всегда мечтала побывать, но всегда откладывала их на потом. Она была в парке развлечений, рисовала на природе, ходила на концерт уличных музыкантов, на курсы вязания и многое другое, что девушке казалось невероятно интересным и увлекательным! Хэ часто бывала в магазинах для творчества, скрупулезно выбирая материалы для одного очень важного проекта. Она долго занималась подбором цветовой гаммы, Хэвон выбрала зелено-коричнево-терракотовую палитру, она показалась ей очень теплой, уютной и успокаивающей. Хэ подобрала бумагу максимальную приятную для кожи, картон самый добротный и крепкий, декоративные детали минималистичными, потому что ей не нравится перегруженность, и по ее мнению, все должно быть в меру. С серьезным взглядом Хэ оценивала содержание корзины, когда она удостоверилась, что всего ей хватит сполна, она направилась на кассу.        После того, как доктор озвучил приговор, прошло около четырех месяцев. Хэвон все это время с огромной любовью делала шаг для исполнения своей мечты. Она приготовила очень особенный подарок для очень особенного человека. Коробка вышла достаточно большой, поэтому Хэвон очень переживала за момент, когда будет его вручать. Чтобы вы понимали, передать подарок артисту довольно сложно, нужно отправить заявку на рассмотрение, пройти проверку и многое другое. Но она добилась разрешения и была очень счастлива. Конечно ей хотелось вручить подарки лично, а не отправлять его через компанию, поэтому она с нетерпением ждала дня, когда придут результаты конкурса. Уже несколько часов девушка обновляла страницу почты, результаты должны были прийти около получаса назад, с каждой минутой надежда девушка меркла. Последний клик на знак «обновить» и… Долгожданное письмо! Да, это победа! Есть все-таки справедливость в этом мире! Она прыгала как в последний раз и кричала со всей силы! Она так сильно радовалась, Хэ перечитывала письмо около десятка раз, чтобы убедиться, что это всё наяву. Но этот счастливый момент испортил удар в голову, в глазах отпечаталось яркое пятно света, виски начали часто пульсировать, тупая боль в затылке никак не могла остановиться. Девушка еле смогла взять телефон в руку и набрать скорую…        Наверное, самый важный день девушки наступит именно сегодня. По крайней мере, она так считала. Она готовилась к нему очень усердно, сегодня вместо огромного кардигана и джинсов девушка надела легкую блузку с рукавами-фонариками и юбку с узором полевых цветов до тонких щиколоток её ног. Каштановые локоны легли ей на плечи, а короткие пряди мило обрамляли ее лицо. Бледность ее кожи, говорило о проблемах со здоровьем, но даже это не портило её образ сегодня. Если бы не одно «но» — инвалидное кресло. Теперь девушку с удвоенной частотой беспокоили боли, поэтому она стала часто падать и её силы, кажется, исчерпались вдвое. Но это никак не испортит сегодняшний день!       Девушка, с которой познакомилась Хэвон, согласилась помочь ей сегодня. Она любезно катила коляску с Хэ, пока она держит подарок на своих коленях. Сердце бешено бьется, но ее успокаивает то, что она не одна — вместе с ней Юн и как минимум тысяча еще точно таких же фанатов как она. Жаль, что Юн нельзя будет пройти дальше входа, но Хэвон уверена что стафф поможет ей с коляской! Она сканирует взглядом каждую девушку и каждого парня — все невероятно красивые, одетые в мерч и держащие те самые новые альбомы в своих руках. Невероятная атмосфера! За своим занятием Хэ даже не заметила как подступила её очередь, с волнующими руками она показывает письмо с почты, удостоверение личности, разрешение на посылку. Когда все вопросы были улажены, Хэ попрощалась с Юн и вместе с одним из членов стаффа направилась в большой зал. Стол, за котором сидели бы участники её любимой группы, все еще пустовал, но голос из громкоговорителя объявлял о том, что осталось всего 10 минут до их выхода. Только сейчас Хэ ощутила это чувство — волнение. Она невероятно сильно испугалась от осознания что это её первый и последний раз когда она сможет увидеть свою многолетнюю поддержку, свою любовь и кумиров. Тех невероятных звезд, что собирают миллионы людей вместе, но остаются простыми ребятами. Ноги предательски затряслись, а руки вспотели. Хэвон чувствует ком волнения в животе и даже не представляет как успокоиться. — Девушка, могу ли я принести воды ля вас? — Спасибо…        Этот момент настал… Она видит как семь безмерно красивых и талантливых людей входят в зал и фирменно здороваются и кланяются. В эту же секунду зал накрывает крик и восхищенные восклицания, но Хэ не слышит их. Для нее этот момент словно замедлен в тысячу раз, все что она видит это сияющую смуглую кожу, закрытую улыбку, от которой на щеках появляются две милых ямочки, приподнятые щеки превращают орлиные глаза в два перевернутых полумесяца. Невероятная красота… Она любуется одним им, словно сошедшим с обложки модного журнала или с самого Олимпа. Красив как Бог, не иначе. Она неприлично долго задерживает на нем взгляд, оценивая укладку. Кажется над ней трудились сразу пятеро, а как иначе объяснить её идеальность? А его костюм, что идеально сидит по фигуре, обрамляя линию талии благодаря одной пуговице. Когда все участники сели, этот же костюм неприлично натянулся на торсе, кажется кто-то поднабрал мышц… Тонкие пальцы ловко расстегивают злополучную пуговицу, что заставляет щеки девушки вспыхнуть. Теперь видно только тонкую ткань рубашки, сквозь которую проглядывается смуглый тон кожи, ее оливковый подтон отлично сочетался с молочным цветом ткани. Весь этот невероятный букет вскружил голову девушке! — Он прекрасен…       Следующие часы были одними из самыми счастливыми, но все самое лучшее было впереди. Стафф старательно помогает девушке подняться на платформу к столу, его высота была настолько огромной, что её коляски вовсе не было видно. Парни оживленно разговаривали с фанатами, держались за руки, играли в быстрые игры, обменивались милыми обручами для волос, отвечали на тесты на листочках, подписывали альбомы и много-много улыбались и смеялись. С одной стороны — это часть их работы, быть милыми, но Хэ искренне надеялась что все по-настоящему. Волнение накатило ее с новой силой, когда она подъехала к первому за столом — Намджуну.        — Привет, красавица! У тебя есть альбом с собой? — Аа… Девушка не могла промолвить даже слова! Она так сильно переживала, сжимая коробку в руках. Его лицо было так близко и в живую он оказался в тысячу раз красивее, чем на фото. — Волнуешься перед тем как встретить биаса? Не волнуйся, можешь потренироваться на мне. — с грустной улыбкой отвечал парень на её большие оленьи глазки, округлившиеся от волнения. Он осторожно взял её альбом, что она успела положить на краешек стола, открывает первую страницу и ловко расписывается, вдобавок нарисовав пару сердечек в углу. — Все! Жаль что ты так и не поговорила со мной, красавица. Но надеюсь, сможешь поболтать со своим биасом! Девушку укололи эти слова в самое сердце, что сильно расстроило её. Набрав побольше воздуха в легкие, она взяла его за руку. — Намджун, но это ты мой биас! Не нужно так говорить, что насчет «love yourself»? Где твоя любовь? Ты так сильно поддерживал меня последние годы, помогая принять себя, но относишься так к себе? Разве это правильно? Почему ты даже не разрешаешь себе мысль, что ты можешь быть чьим-то приоритетом? Его улыбка сползла с лица, в первый раз за вечер это был разговор такого рода. Он продолжал смотреть в оленьи глазки, они блестели так сильно, словно вот-вот начнутся собираться слезинки в уголках глаз. — Намджун, это звучит так, словно все что я начала чувствовать к себе — это ложь. Как я могу к себе относится хорошо благодаря тебе, если ты не можешь? Ты должен извиниться перед собой, скажи: Намджун, прости что усомнился в тебе, ты самый лучший! Время подходило к концу, поэтому она положила коробку на стол. Это был очень большой подарок, выполненный крайне аккуратно и с большой любовью. — Это тебе… Девушка самостоятельно спускается, и теперь он видит инвалидное кресло и каждое слово, что она произнесла наконец приобретает полный смысл. — Куда вы? А остальные парни… — он не решается открыть коробку сейчас, откладывает её к большому количеству вещей взади его, говоря стаффу относится к этому подарку — особенно бережно.