Я не ревную-просто твои джинсы слишком узкие, Ctrl+A. Delete

Я не ревную-просто твои джинсы слишком узкие

29 июня 2013 г., 12:01

Настройки

Тема: «Я не ревную – просто твои джинсы слишком узкие» Читать далее Солнышко моё, любимый, самый-самый лучший, единственный, как же я по тебе скучал всё это время. Я уже почти забыл, каково это: прикасаться к тебе, проводить все ночи напролёт только с тобой, вдвоём. Как же я всё-таки соскучился. Эх… А теперь, когда я закончил признаваться в любви своему обожаемому ноутбуку, можно уже и по порядку. Всем привет) Сразу отвечаю на все тревожные сообщения – я не болен, не умер, меня не похитили инопланетяне и не практиковали на мне анальное зондирование. Я всего лишь был оторван от сети ввиду трагических событий, произошедших с моим ненаглядным буком. Дело было так. Помню весь этот ужас, как если бы это произошло только вчера. 5 августа, пятница, 23:35. Денис уже сопел в обе дырки, нагло развалившись по всему дивану и заграбастав обе подушки. (Это нестрашно, я уже привык. Когда прихожу спать, просто спихиваю его на другой край, вырываю подушку и толкаю в спину, если он начинает храпеть. Всё равно не проснётся, мелкий пакостник. Зато это у него что-то вроде регулятора громкости…) Так. Я отвлёкся! В общем, мы как всегда встречали полночь вдвоём, поглощённые забавными видео-роликами. (Чёрт бы побрал этих котиков!) Я ещё тогда успел черкануть пару строк в блоге и заметил, что мой высокотехнологичный товарищ в последнее время странно хрипит – «не захворал ли уж, касатик?». А вообще, чего я распинаюсь – вот ссылка на мой предыдущий пост. Так вот. Я уже почти собрался передислоцироваться в постель к Денису, как где-то на лестничной площадке что-то щёлкнуло, настольная лампа моргнула, а потом свет резко погас, а позади ноута что-то вспыхнуло, заискрилось и тут же затихло, а по комнате стал разноситься запах гари. В тот день я ещё не знал о том, что злой рок разлучит нас на целых мучительно долгих два месяца. Сначала, конечно, пробовал сам поковыряться. Но надо заметить, я скорее программер, чем технарь, поэтому, как потом выяснилось, я сделал всё ещё хуже. Выхода не было: моему верному другу нужна была скорая профессиональная помощь. За время работы я уже давно оброс связями по этой части, но, как не прискорбно признавать, более высококлассного специалиста, чем Доджик, в данном случае найти было бы просто невозможно. Следующим же днём я рванул к Димке в надежде, что моего старого боевого товарища ещё можно спасти. Кстати про встречу с Доджиком. Мы же с ним к тому моменту не виделись уже дней… эээ….недель… месяцев… Короче, дофига не виделись)) Просто с тех пор, как Денис нагло «влился» в мою размеренную жизнь, наши отношения с Доджиком сильно изменились. Друзьями особыми мы не были, а любовниками уже не могли быть (Да, извините, меня таким порядочным мама воспитала). Короче, общение прервалось. Это ведь сложно назвать общением, когда раз в пару недель случается переписка вроде этой: «Прив, у тебя знакомые друзья-хилы есть? Срочняк надо!!!» «Во что рубишься, задрот?))» «Да иди ты на http, Мартин!... …. …. ... …. …. Так друзья-хилы есть?» Не сказать, чтобы я сильно по нему скучал, но вообще это как-то грустно, когда люди, с которыми уже так давно и близко знаком, незаметно уходят из твоей жизни. Не порядок. Поэтому я и решил наведаться к Доджику (ну и заодно показать ему, во что превратился мой ноут из-за неожиданного скачка напряжения). Доджика я застал как всегда за компом, с лёгкой недельной небритостью и в одной из любимых футболок с надписью: «Вчера был у психолога – он плакал». Кстати, поначалу был приятно удивлён тому, что геймер сразу же меня заметил и для этого даже не пришлось отрубать ему wi-fi. «Наверное, игрушка была совсем скучная», - подумал я тогда… Ох, как зря подумал. Доджик тут же оглядел меня с головы до ног тем самым взглядом из серии: «Твоя задница уже почувствовала, что на неё напрашиваются приключения?» Я, конечно же, это проигнорил (дурак) и начал объяснять суть проблемы. Доджик поначалу делал вид, что слушает (ну, минуты полторы точно), а потом взял в руки ноут, повертел, отложил в сторону и подошёл ко мне вплотную. - А вот когда раньше предлогом были конфеты и шампанское, мне больше нравилось, - и тут же прижал меня к себе за талию. - Эй, придурок, отпусти. Я уже говорил тебе, у меня есть Де… И в этот момент Доджик попытался меня поцеловать. Правда, я вовремя увернулся. - Да ладно тебе, Дениска-редиска, ничего мы ему не скажем… Геймер упорно продолжил тереться об меня всем, что давно в джинсовых бриджах теснилось, а я уже сопротивлялся по-серьёзному: всё это грозило вылиться во что-то малоприятное. Собственно, и вылилось. Когда Доджик, не желая слушать предупреждения, попытался засунуть руку мне в джинсы, у меня сработал защитный рефлекс. И пусть это жестокое нарушение всех законов мужской солидарности, моё колено рывком подалось прямо ему в пах. (А что поделать, если этот гад своей мёртвой хваткой мне выбора не оставил?) Доджик сложился пополам, усевшись на край дивана, и прохрипел: - Дебил ты, Мартин. Можно было просто сказать. - А я не говорил? Минуты через две я, конечно, уже раскаивался в своём поступке. Сидит этот горе-насильник с печальными глазами а-ля «Оторвали Ваньке встаньку – девки не пойдут за Ваньку» и бубнит себе под нос: - Дениииис, Дениииис, носишься с этим ребёнком как со списанной торбой. Не узнаю тебя, Мартин. - Так ноут починишь? - Починю. На том и закончили. Нет, ну поболтали, конечно, ещё немного, про работу, туда-сюда. Главное, вижу, что не злится уже. Да и вообще уже сам выпроваживать меня начал: игра у него простаивает. В общем, сказал, что ноут мой конкретно пострадал – нужно бы с ним пару деньков хотя бы повозиться. Собственно, мне-то не страшно было. Мы с Денисом как раз собрались в отпуск… Ах да, я же ещё не рассказывал! Короче, сейчас будет мой очередной километровый пост на тему «Как я провёл лето». На самом деле, большую часть лета я провёл ..никак. У Дениса сначала были экзамены, поступление. Про выпускной вообще молчу. Мы с Валь-Михалной были приглашены как почётные гости, Галина сама нас позвала. Денис только хитро так на меня покосился, а потом вечером поделился мыслями по этому поводу: «Слушай, а может, я с тобой буду вальс танцевать, а то мне пару никак не найдут?». За что, разумеется, получил декоративный подзатыльник. Про пару он, естественно, соврал. За него там девчонки смертным боем бились. Ну да я уже рассказывал про все эти события. И про то, как едва челюсть не уронил, когда увидел Дениса в костюме (чёрт, ну хорош зараза, хоть на глазах у всех подхватить и утащить, чтобы эти малолетние «невесты» его сальными взглядами не запачкали). В общем, пережили, пофиг. Валь-Михална даже слезу пустила: «Какой хороший мальчик всё-таки наш Дениска. И красивый, и умный, почти отличник. Ох, только бы с профурсеткой какой-нибудь не связался». Я ещё задумался о том, что меня профурсеткой уж точно назвать нельзя. А потом немножечко покраснел. Испортил я вашего хорошего мальчика, уж простите. Хотя чего это я тут себя виноватым строю? Кто читал мой блог полугодовалой давности, тот и без того в курсе, как этот натурал меня соблазнил. Так о чём это я? Ах, да. Лето. Поцелуи до рассвета и всё такое. А вот ни фига подобного. После всех торжественно-поступательных мероприятий Дениса в срочном порядке экспортировали к бабушке в Челябинск. Потому что старушка уже давно, жалуясь на свои годы, грозиться умереть так и не увидев, каким молодцем-красавцем вырос её единственный внук. Денис уезжал неохотно, я тоже хоть и старался виду не подавать, но уже и представить себе не мог, как проживу без его ежевечерних «занятий информатикой») В общем, долгих три недели я снова вспоминал те дни, когда давал ему время на раздумья по поводу того, готов ли он к отношениям с мужчиной. Надо заметить, в этот раз справляться в одиночку было гораздо тяжелее. А ещё меня не покидали эти дурацкие мысли: «А что если он там встретит какую-нибудь девчонку?» Про парня мне почему-то совсем думать не хотелось. (Отставим все шутки про «Челябинские парни настолько суровы…») Но правда, а что если ему захочется вспомнить, каково это - быть с девушкой? Не то чтобы за полгода он успел об этом забыть, просто знаете, знакомые бишки часто говорят, что с этим невозможно бороться, это внутри тебя и разрывает напополам – не бывает достаточно чего-то одного, только женщин или только мужчин. Спустя какое-то время хочется вернуться на ту сторону, а потом обратно. Впрочем, остаётся уповать лишь на рассказы тех, кто всё же сделал последний выбор. Не по зову инстинктов. А по указу сердца. Влюбился и всё. «Любишь-то не тело, а человека». Самое смешное, что мне когда-то так Денис сказал. Серьёзно так, хотя вроде бы и вскользь. Вообще, то ли мне кажется, то ли он действительно как-то слишком быстро взрослеет. Так вот. Вернулся Дэн из своего Челябинска крайне соскучившийся и перевозбуждённый. (Прямо в машине меня чуть не изнасиловал на радостях). Вообще, он уже частенько в наглую оставался у меня с ночёвкой. Мама его, естественно, ни о чём не подозревала: ну, сидят два ребёнка – один подросток, второй великовозрастный - и играются в приставку всю ночь – как говорится, чем бы дитё не тешилось, лишь бы под присмотром. (Ох, и мало она тогда знала о наших «детских» утехах)). Только нам этого было категорически мало, и тогда я решил рискнуть. В конце концов, я что, не заслужил себе нормального отдыха? Созвонился со знакомыми, которые отдыхали в Геленджике буквально несколько недель назад, разузнал всё про жильё, билеты, погоду. Потом договорился на работе об отпуске, созвонился со всеми заказчиками и предупредил, что закончу проекты досрочно по причине скоропалительного отъезда, ну а потом уже озвучил свою идею Денису, выложив перед ним билеты. Поставил, так сказать-с, перед фактом. - Совместный отпуск? Я всё боялся увидеть его реакцию, но Денис был искренне счастлив – на море он сто лет как не был. Они собирались с мамой в этом году поехать, но Галину завалили работой, от которой она, конечно, отказаться не могла. Так что моё предложение было очень к месту. Галина, на удивление, тоже обрадовалась. Сказала, что давно чувствует вину перед сыном, что никак в нормальный отпуск выбраться не может, «а ведь у Дениса такой сложный год был, выпускной, экзамены, поступление…» Короче, она даже рада была, что есть такая возможность – отправить сына к морю со взрослым ответственным знакомым. (Ну по крайней мере, тогда она так считала, но обо всём по порядку). Сборы были короткими, сумки - тяжёлыми, разговор с моей мамой - непростым. - Март, вы же с этим мальчиком не просто так вместе отдыхать едете, да? - Мам, ну … - Ты только врать мне сейчас не вздумай! - А я и не вру, - сдался я без боя. - И давно? - Где-то полгода… - Приехали! Он полгода с парнем встречается, а мать родную даже в известность не поставил. В общем, так: никуда вы, милые мои, не уедете, пока ты меня с ним не познакомишь. - Да вы вроде как уже знакомы. - Так я его знаю? И кто он? Надеюсь, не этот твой, как его, «Дождик»? - Доджик, мам. Но он тут не причём. - А кто тогда? Всё это время я не просто так не спешил выкладывать карты на стол. Знал, разумеется, что мама будет, мягко говоря, не в восторге. Ведь по её представлениям Денис – ещё совсем мальчишка, а тот факт, что ещё недавно он был натуралом... Ох, объяснить такое вообще сложно, а уж моей маме, которая однажды прошла через все мои слёзы на тему «Я люблю натурала»… Н-да. Поначалу я думал, что это всё несерьёзно, временно. А потом, когда понял, что вляпался всерьёз и надолго, по самые «ой, кажется, это не шарики для пинг-понга», - просто не знал, как начать этот разговор. А тут неожиданно нарисовавшийся отпуск показался мне прекрасным поводом для того, чтобы выдать всё как на духу, а потом под шумок свалить из города на пару недель). - Мам, помнишь Дениса, который этажом выше живёт? Дааа, разговор был очень неприятным. Уж если эта женщина что-то решила, то переубедить её даже под гипнозом не получится. - …Ребёнок! Март, он ещё же ребёнок! Вспомни себя в его возрасте? Так ты хотя бы не сомневался, что тебе парни нравятся, а ему, представь, каково? У него к тебе обычный дружеский интерес проснулся, а он-то подумал, что раз ты гей, то значит, и он тоже. - Мам… - Вот он сейчас поймёт, что ни к чему хорошему такие отношения не приведут, да и уйдёт спокойно к девушке, а ты у меня снова останешься с разбитым сердцем. И зачем? Тебе уже пора семью строить, детей планировать, а ты с мальчишкой связался. Март, ну что ты творишь? Снова на те же грабли? Тебя жизнь ничему не учит? Эх, чему бы грабли ни учили, а сердце верит в чудеса) Я и сам не понял, когда начал верить Денису, его признаниям, его самоуверенным заявлениям: «Я в тебя влюбился!» Ну и сколько можно сомневаться в его ориентации? Особенно после всех тех сумасшедших ночей, что мы провели вместе. Но маме же такое не объяснишь. (Меньше всего мне хотелось бы видеть, как её щёки багровеют от стыда). В общем, разговор так ничем и не закончился. Оба остались при своём, а на утро мы с Денисом уже стояли с вещами на вокзале. Тёть-Валя наготовила столько фирменных пирожков с картошкой, что ими можно было смело питаться все две недели (и при этом нехило сэкономить на завтрако-обедо-ужинах)). Но ввиду того, что домашняя выпечка является продуктом скоропортящимся в условиях такой жары, пришлось поделиться провиантом с соседями по купе. Да чего уж тут – почти со всем вагоном, включая проводницу) Мама с отчимом тоже приехали на вокзал, чтобы «попрощаться». Но всю напряжённость сложившейся ситуации было под силу ощутить только мне. Мама любезничала с Галиной и Денисом и сверлила их внимательным взглядом, попутно недобро косясь на меня. Дэн явно сильно волновался, стараясь произвести хорошее впечатление (бедный, он-то не знал, что у него просто нет шансов), а Галина с совершенно искренней улыбкой рассказывала про то, какой я «хороший человек, замечательный сосед» и как она «рада, что у Дениса есть такой во всём положительный друг». Ох, уж это неловкое чувство, когда мама твоего парня ещё не знает, что её сын – гей) Едва поезд тронулся, мы облегчённо выдохнули. Конечно, это была лишь короткая отсрочка. Ведь по возвращении меня уж наверняка ждала тщательно спланированная головомойка от мамы – ни на какой другой исход событий рассчитывать не приходилось. Но ровно две недели я пообещал себе ни о чём не думать и просто наслаждаться тем, что мы с Денисом, наконец, остались вдвоём, вдали ото всех и можем позволить себе быть теми, кем захотим, не давая ни перед кем отчёта. Кстати, попутчики по купе нам попались просто шедевральные. Дедушка с внучкой тоже ехали к морю. Фёдор Иванович выглядел весьма моложаво для своих лет и по общению был гораздо бодрее многих подростков. Кстати это самое общение у нас завязалось как раз на почве Тёть-Валиных пирожков. (Валь-Михална – connecting people)) ..Тут и выяснилось, что Фёдор Иванович профессор в крупнейшем университете страны и занимался изучением основ программирования ещё в те времена, когда компьютеры были размером с целую комнату. Это сейчас молодёжь с лёгкостью пользуется любым новомодным девайсом и понятия не имеет о том, что такое перфокарта. А Фёдор Иванович знал с десяток языков программирования, многие из которых уже давно считаются мёртвыми. Короче, можете себе представить, как я был рад такому знакомству? Он всё рассказывал, рассказывал, а я слушал, выпав из реальности. А вот у Дениса с Настей такие лекции вызывали непрерывную зевоту («Чего с них взять.. молодёёёжь!»)) Но на удивление Настёна оказалась не менее интересной личностью, чем её дедушка. С самой первой минуты, как мы переступили порог купе, где юный шпион уже облюбовал себе верхнюю полку в качестве наблюдательного пункта, девочка весьма подозрительно покосилась сначала на меня, а потом на Дениса. Взгляд её зелёных глаз горел уж совсем как-то не по-доброму. А хитрая полуулыбка пугала ещё сильнее. Пока мы с Фёдором Ивановичем обсуждали перспективы развития высоких технологий в пределах территории постсоветского пространства, Настёна взяла в оборот Дениса и проводила «допрос с пристрастием». - А вы с Мартом совсем на братьев не похожи. - Ну, так мы и не братья. - Вы и на друзей не похожи, - констатировала тринадцатилетняя всезнайка. - Это почему? - Потому что он старше тебя на много лет. - Может, он мой учитель? – вошёл в азарт Денис. - Неа, ты его по имени называешь. А учителя надо звать по имени-отчеству. - Мы просто соседи, в одном подъезде живём. Однако рыжеволосую егозу этот ответ явно не удовлетворил. - А почему это вы вместе на отдых едете? - Просто больше не с кем было. - А почему с девушкой со своей не поехал? - Потому что у меня нет девушки. - А Март почему с девушкой не поехал? - Потому что у него тоже нет девушки. - Страааанные такие, совсем не друзья и девушек нет…. Денис даже смутился. Мне как-то тоже было неловко, но я-то мог делать вид, что не слышу их болтовни и увлечён разговором с Фёдором Ивановичем. Разумеется, беседа Настёны и Дэна теперь интересовала меня гораздо больше. Только девочка больше не стала пояснять хода своих мыслей и, будто бы потеряв всякий интерес, забралась обратно на свою верхнюю полку, прихватив ещё один пирожок. Но при этом весь остаток вечера мы чувствовали на себе её пристальный хитрющий взгляд. Спать мы все легли сравнительно рано. Первым, конечно, устроился Фёдор Иванович и, отвернувшись к стенке, почти тут же захрапел. Настёна до позднего вечера читала электронную книжку. Причем иногда казалось, что она вообще выпадала из реальности и даже забывала, что вокруг есть люди – на лице у неё то сияла задорная улыбка, то наоборот, брови хмурились, а порой она едва сдерживала смех. И уж совсем иногда её щёки заливались таким румянцем, что мне невольно стало любопытно, что же она такое читает. Мы с Денисом долго делить койки не стали: с его привычкой разваливаться на всю спальную площадь и кувыркаться с боку на бок, безопаснее было спать внизу, ну, а мне не привыкать спать на втором этаже)) (Что-то с ностальгией вспомнились времена, когда я жил у Риддлов и делил с Тори двухэтажную кровать). Устроившись поудобнее, я вдруг почувствовал, что это слишком непривычно. Засыпать рядом с ним и в то же время, не чувствуя его дыхания и даже этого дурацкого храпа-сопения, к которому я почти привык. И даже возможности поцеловать его перед сном не было. И почему я не подсуетился выкупить сразу всё купе? Правда, выяснилось, что не спалось в ту ночь не только мне. По привычке перевернувшись на живот и свесив с края одну руку, я уже, было, почти задремал, когда почувствовал прикосновение его пальцев и даже вздрогнул от неожиданности. Тут же посмотрел на противоположные полки. Фёдор Иванович всё так же крепко спал, отвернувшись к стенке, да и Настёна убрала книжку и сопела с видом сущего ангелочка. Только тогда мои пальцы ответили на неожиданное прикосновение и переплелись с его. А через несколько секунд и сам Денис встал в полный рост, положив локти на мою полку. «Не могу уснуть без тебя», - одними губами, прошептал он. «Я тоже». Да и как вообще я должен был теперь спать, когда оглянувшись на ничего не подозревающих попутчиков, Денис быстро притянулся к моим губам, и наше дыхание оборвалось в поцелуе. Я едва не застонал ему в губы, но вовремя удержался. «Я просто хотел сказать «Спокойной ночи», - улыбнулся Дэн, и тут я вдруг почувствовал, что мне как-то не по себе. Вот только отчего? Пара внимательных сверкающих глаз уставилась прямо на нас из полумрака противоположной полки. «Блин», - сверкнуло у меня в мозгах, как вдруг тихий, слегка смущённый голос заставил вздрогнуть нас обоих. «Да целуйтесь вы, я дедушке ничего не скажу». После чего рыжеволосая хитрюга отвернулась к стенке. Мы с Денисом застыли с неописуемыми выражениями лиц и беззвучно рассмеялись. «Спокойной ночи», - шепнул я, наспех чмокнув его в губы, и Дэн вернулся на своё место, а я поспешил отвернуться к стенке. Так с поличным меня ещё ни разу не ловили) Ладно, спалились так спались. Куда деваться?) Все оставшиеся полдня, начиная с раннего утра, мы ловили на себе смешливые взгляды. А когда Фёдор Иванович ушёл к проводнице за кипятком для чая, то на голову несчастного Дениса обрушалась новая кипа вопросов (я в тот момент благополучно отлучился до туалета). - А вы давно встречаетесь? А как вы познакомились? А вы живёте вместе? А хотели бы? А вы потом поженитесь, да? А говорят, в Голландии можно! В общем, смышлёная попутчица нам попалась, ага)) Когда же пришло время прощаться, мне даже показалась, что Настёна погрустнела. Ещё бы – её почти любимого сериала лишили) А вот Денис с облегчением выдохнул. С жильём нам откровенно повезло. Вместо комнат в большом частном доме, которые хозяева отдавали туристам под съём, освободился небольшой домик для гостей. С отдельным душем, мини-кухней и холодильником, а так же большим диваном. Однако хозяйка сказала, чтобы мы не волновались – кресло тоже раскладывается, так что тесниться на одном диване уж точно не придется. (В отличие от юной всезнайки, наша домовладелица смышленостью и подозрительностью не отличалась). Да и вообще, большинство людей, с которыми мы общались во время отпуска, обычно принимали нас за братьев, чаще всего двоюродных. Этой легенды мы и решили придерживаться на всякий случай. Вообще, каждый день в Геленджике можно считать отдельной историей, но расскажу только пару общих моментов для создания атмосферы. Это было так.. непривычно! И в то же время так правильно, логично, комфортно. По-семейному, вот. Было, например, странно видеть Дениса на кухне. В кафешки мы почти не ходили, в основном закупались в самом обычном супермаркете: макаронами, пельменями и прочими неполезными продуктами) А на мини-рынке возле пляжа брали овощи и фрукты. И потом готовили. Я чистил картошку, Денис резал салат. И создавалось такое ощущение, что так в моей жизни было всегда. Что я никогда и не был один. Нас всегда было двое. Большую часть времени мы проводили на пляже. Денис не сидел на месте в принципе – его постоянно тянуло к воде. То прокатиться на каком-то дурацком банане, больше похожем на хот-дог (пошлые ассоциации вырезаны цензурой), то съехать с огромной надувной горки прямиком в море (название аттракциона «Харакири» ему ни о чём не сказало, не?), потом, естественно, водный мотоцикл, виндсёрфинг, ну а когда уже все развлечения были испробованы раз по пять, не меньше, то он радовался как ребёнок простому нырянию и поиску красивых ракушек. В общем, самый обыкновенный неугомонный мальчишка, вырвавшийся, наконец, на юг. Я же лишь пару раз устраивал долгие заплывы, но только для того, чтобы вернуться и, развалившись на покрывале, продолжить работу над «идеальным» загаром. Который, кстати, смылся буквально через неделю после нашего приезда(( Лёжа на солнце, сквозь стёкла крупных солнцезащитных очков я наблюдал за Денисом, за его неуёмной энергией и подростковым азартом и с опасным покалыванием в груди признавал, что он всё-таки ещё такой мальчишка. Однако вечером он словно менялся. Стоило закрыть двери нашего гостевого домика и завесить шторы, как взгляд его карих глаз пробивал меня насквозь. Нереальной страстью. Казалось, что все эти полгода он только копил в себе всю эту сексуальность, чтобы при первой возможности утопить меня в ней зараз. Засыпали только под утро, не сдерживая стоны и не боясь, что нас кто-то побеспокоит. Домик находился достаточно далеко от основного коттеджа, да и честно говоря, нам было без разницы. (В конце концов, это жильё мне посоветовал Паша – а он отдыхал тут в компании нового кавалера, и памятуя, как выглядит Пашка-ромашка, можно не сомневаться в толерантности здешних хозяев)). Чёрт, я просто не устаю поражаться Денису! Этому ребёнку только покажи, как надо, а он уж доведёт до мастер-классов. После каждого его такого взгляда меня наутро приходилось силком из постели вытаскивать (окей, поцелуями и ароматным чаем)). Надо заметить, что ещё до отъезда я стал замечать за ним… кое-что странное. Иногда, когда мы оставались наедине….Блин, даже не знаю, как объяснить. Он вёл себя как-то странно. К примеру, я ласкал его рукой, а потом чувствовал, как он сам раздвигает пошире ноги и пытается опустить мою руку ниже. Я сначала подумал, что мне показалось. А потом это повторилось ещё раз, и ещё… И я рискнул немного похозяйничать пальцами. На удивление, я не встретил не только никакого противодействия со стороны Дениса, но и более того, стал замечать как смущение и неловкость на его лице сменяются удовольствием. …Короче, я всё думал: «Мне это кажется, или он действительно снова предлагает мне себя?» Вы уж меня поймите, но больно это всё напоминало времена, когда этот «юный натуралист» пытался меня соблазнить. И однажды даже пришёл сдаваться (зачёркнуто) отдаваться мне, лишь бы я только поверил в серьёзность его чувств. Вот уж были деньки – даже вспомнить смешно. Надо будет как-нибудь перечитать старые посты, посмеяться) Так или иначе, ту тему мы давно закрыли, после моих коротких пояснений. Я по большей части пассив и о нескольких активных опытах даже вспоминать особо не хочется. Дэн уж точно против не был. После первого раза в топе он быстро вошёл во вкус, и тема закрылась, так толком и не открываясь. Но вот в чём беда. Чем больше времени мы проводили вместе, чем раскрепощённее Денис вёл себя в постели, чем сильнее я влюблялся в него, тем быстрее укреплялось во мне желание однажды изменить собственным вкусам. Мне хотелось владеть им, чувствовать, как он отдается мне, во всех смыслах этого слова. Наверное, это что-то вроде чувства собственности. Обладать им, доставлять ему удовольствие, быть с ним иначе… Не знаю. Вроде и звучит как бред, да только мысль эта прочно обосновалась у меня в голове. И это при всём при том, что Денис больше ни разу не обсуждал распределение ролей в нашей паре, не делал ничего такого, что поставило бы под сомнение его желание быть сверху, а я… А я помимо всего прочего помнил обо всех своих весьма сомнительных опытах. Вроде когда-то давно, с Доджиком всё прошло не так уж плохо. (Окей, фигово, причём весьма. Но, по крайней мере, в отличие от эпизода с Лораном, про тот раз я точно всё помню)). Короче, я слегка боялся, что у меня не получится. Вернее, что я сделаю ему больно и вообще отпугну его. А сейчас я был к этому не готов. Ведь не так давно я с удивлением осознал, что люблю этого мальчишку… Да, вот так. Люблю. И спросите, как я это понял? А очень просто. Мы были у меня. Денис распечатывал какие-то листовки, которые нужны были Галине для работы, а мы пока просто болтали. Он спрашивал обо мне, о моей прошлой жизни. Казалось, ему было интересно всё: про мои отношения с мамой, отчимом, где мой отец, как я открылся друзьям и родителям, кого любил, с кем спал, был ли с девушками, как понял, что не могу с ними быть. И вот на вопрос, сколько парней у меня было, я, как это часто бывает, завис. Знаете, каждый считает по-своему. У кого-то идут в счёт только те, с кем официально встречался, пусть даже 2-3 дня. У кого-то это те, с кем переспал, даже если не знаешь точно, как его звали. Для кого-то это те, кого ты любил, или те, кто любил тебя. В общем, каждый выбирает сам. …Не знаю, по какому критерию выбирал я, но называл почему-то «Четыре». Разумеется, ответный вопрос не заставил себя долго ждать. - И кто они? - Сначала был Юрка. Ещё в институте. Не хочется даже вспоминать… - Тот самый «натурал»? - Да, тот самый, - нехотя кивнул я. - Ещё Доджик. И хотя мы не были никогда парой, но это продолжалось достаточно долго и главное - нам обоим было хорошо. - И? - И ещё до Доджика был Лоран… И в этот момент я уже приготовился с грустью чувствовать, как в животе то ли кошки скребутся, то ли снова бабочки трепыхаются, а потом прислушался – нет, тишина. Надо же, выходит, я их всё-таки переварил) Больше не было удушающей тоски при виде его лица на фотографии – лёгкая полуулыбка и благодарность за то, что он был в моей жизни. Но не более того. Чего не сказать о другом персонаже моей истории... - …А кто четвёртый? – Денис продолжал кликать мышкой, сидя ко мне в пол-оборота. - Ты. И стоило ему обернуться, пряча взгляд за косой чёлкой и смущённо сдерживая улыбку, как я тут же понял: «Да нет, всё в порядке, вот они, бабочки, по-прежнему в боевой готовности. Ну и не только они. И вообще, этот паршивец слишком сексуально выглядит. Причем, похоже, знает об этом». Вот так я и попал. Понял, что всё всерьёз и надолго. Понял, что люблю. Что хочу быть с ним, быть для него. А потому смертельно боюсь его потерять. В общем, все свои активные наклонности пришлось запихнуть куда подальше, чтобы не спугнуть своё и без того хрупкое счастье. А тут Денис стал выкидывать такие номера – то сам под мои пальцы подставляется, то ещё что-то весьма двусмысленное выкидывает. Короче, такими темпами подобные ласки перестали быть чем-то запретным. И я частенько позволял себе такую вольность, видя, что он вовсе не против. Постепенно эти несанкционированные фантазии стали моей навязчивой идеей. Вот только…. ну знаете, и хочется, и колется, и не лечится) Наверное, именно поэтому я впал в нелёгкий ступор, когда Дэн выдал свой очередной вопрос-мозг-вразнос. - А ты хотел бы меня…? Я чуть пары важных винтиков в голове не лишился, но всё же сумел подобрать челюсть с пола, утереть слюну и выдавить вразумительное: - Я всегда тебя хочу, ты чего? «В конце концов, не может же он иметь ввиду… Так, остынь, Март, это в тебе шиза картины маслом пишет», - подумал я тогда, а сам невольно тут же представил: Денис, его чуть взлохмаченные волосы, нижняя губа, закушенная в сладостной истоме… Блиииин! Мурашки молниеносно финишировали где-то в районе живота, но по инерции пронеслись дальше. А ведь это при всём при том, что к тому моменту мы оба всего минут пять как кончили. - Нет, я не в этом смысле, - чуть осторожнее произнес Денис и в этот раз смущённо прикрыл взгляд чёлкой. Меня всегда сбивала с толку эта его способность – сначала выдавать фразы из категории «Только под угрозой расстрела и после литра водки», а потом тут же смущаться словно первоклашка. Вот вроде бы тебе и карт-бланш дали, а с другой стороны, действительно ли он понимает, что хочет сделать. - А тебе бы этого хотелось? – я пошёл в разведку, стараясь не выдать ни взглядом, ни голосом того, как безумного хочу этого сам. Я должен был быть уверен, что он действительно этого хочет. - Я хочу узнать, что чувствуешь ты, когда я в тебе. Так, между прочим, от эмоционального перегруза и дара речи насовсем лишиться можно! К счастью, дальше Денис решил не отжигать словами… а перешёл напрямую к действиям. Порывистыми поцелуями меня утянули обратно в постель, с которой я пытался, было, встать, чтобы добраться до душа. Только в этот раз Денис лежал на спине, а я неожиданно быстро оказался между его разведённых бёдер. Блин, а до чего ж я быстро завёлся! Впрочем, Дэн тоже мог продемонстрировать неслабый аргумент в доказательство своей решительности. Этот самый аргумент я принялся изучать самостоятельно всеми частями тела, которые были на данный момент доступны. (Да, весомый был аргумент, спору нет)) И вот когда нам обоим уже порядком сносило крышу от ласк и поцелуев, я почувствовал, как Денис сам утягивает вниз мою руку. Поначалу я не был уверен, чем всё это закончится, но как только услышал его едва слышные стоны при очередном моём движении пальцами, то тут же понял – Денис действительно полностью расслаблен. И ему хорошо. А от этого он выглядит ещё более сексуально. Стыдно самому себе признавать, но в тот момент я как раз почувствовал какое-то звериное желание взять его безо всяких церемоний, одним рывком, чтобы услышать его долгий протяжный стон. Хотя поступи я так, и даже закрывая глаза на мою неопытность, Денис издал бы скорее истошный крик, нежели сладострастное «Да!». В общем, и хотел бы в ад, да нимб не пролазит. Сохраняя остатки здравого рассудка, я принялся за основательную подготовку. Звучит как-то «бесчувственно», но меньше всего на свете я желал сделать ему больно. А чтобы этого не случилось, нужно было держать под контролем себя, его и все эти внезапно проснувшиеся звериные инстинкты. Вспомнилось, конечно, как я сам первый раз был в пассиве. Собственно, это был вообще мой «первый раз». И как это чаще всего случается, всё было криво, неловко, а самое ужасное - действительно очень больно. Просто тогда рядом со мной не было взрослого, более опытного мужчины, который смог бы рассказать и показать, как важно расслабиться, помочь мне в этом. Тогда возможно я не стал бы брать тайм-аут на полгода, чтобы ещё разок хорошенько подумать, а точно ли я гей) В общем, прежде всего я должен был показать Денису, что другая роль в сексе с мужчиной - это просто другой способ получения удовольствия. И уж точно не менее кайфный) В туристической аптечке у меня, разумеется, имелся с собой гель, но отрываться от Дениса мне в тот момент совершенно не хотелось. (А что если он передумает, пока я буду за смазкой бегать?)) Да и кроме того, в голову мне пришла более удачная мысль. Клянусь, я хоть и не видел в тот момент лица Дэна, но абсолютно чётко услышал, как оно залилось краской, когда я чуть приподнял его бёдра и скользнул языком вниз. Глубокое рваное дыхание и ещё более расслабляющиеся мышцы были знаком того, что Денис с охотой принимает всё, что бы я ни делал. Мне же от этого становилось всё труднее сдерживаться. Забыв про все былые предрассудки, я мог думать только о том, что произойдёт через несколько минут. А дальше было жарко нам обоим. Иногда мне казалось, что Денис уже давно точно знал, что хочет этого, просто не решался предложить. Но в тот момент, когда я прервался на несколько секунд, чтобы дотянуться до тумбочки, в глазах Дэна всё же сверкнуло что-то вроде волнения. Однако последняя попытка передумать была пресечена им самим на корню: - Давай я? Откровенно говоря, я был даже рад этому предложению. С резинками я всегда справлялся по-дурацки, впрочем, как говорит Доджик – это вопрос сноровки (ну уж извините, что не было у меня достаточно опыта, чтобы эта сноровка выработалась). В любом случае, лишний раз почувствовать на себе прикосновения его рук было приятно. А ещё эти чёртовы бабочки со своими портативными Тополь-М в животе – им просто жить спокойно не моглось при виде того, как Денис сам, осознанно, продолжает доводить задуманное до конца. В общем, я дурел уже не по-тихому. - Кха… - рвано выдохнул Денис, нахмурив брови и плотно закрыв глаза. Я-то рассчитывал на истошный вопль, так что можно считать, что это уже была победа. Я видел, что ему больно, но лучше кого бы то ни было знал, что боль постепенно отступит. Нужно лишь расслабиться. И не спешить. Это я знал наверняка. - Ты замечательный, - я прошептал это еле слышно ему в самое ухо. Денис тут же открыл глаза, стараясь поймать мой взгляд. Ответом мне был долгий нежный поцелуй, который я не спешил обрывать. Я чувствовал, как он расслабляется и обмякает в моих руках, и всё никак не мог поверить, что это происходит на самом деле. Ну, дальше уж извините, без подробностей)) Всё равно по большей части были бы только охи-вздохи да бесконечные восклицательные знаки. А потом мы оба лежали без сил как два бегуна после марафона (ну, на самом-то деле вожделенное действо длилось минут 10, не более) (Так, а кто будет меня винить в том, что я рядом с ним и так взвинчен в сто раз выше нормы, а он ещё такой охренительно узкий? Вот то-то же!). - Как ощущения? – не выдержал я, когда Денис придвинулся ко мне поближе и уткнулся носом в бок. - Непривычно, - пробурчал Дэн, не находя храбрости выбраться из своего укрытия. Я, конечно, тут же разволновался: - Прости, было больно? Я, правда, не хотел. - Да нет же, - он тут же поймал мой взгляд. - Я сказал «непривычно». …Ну, то есть.. больно тоже было.. В самом начале… И ещё немного в конце… Но вообще, …. Мне было хорошо, Март,.. правда… К последним словам его пыл как обычно поугас, и пришлось снова скрываться бегством куда-то под одеяло. А я всё лежал и улыбался как полный придурок. Мне было так хорошо.. Так.. Словами не описать как! И дело было вовсе не в том, что сбылась мечта идиота. А больше в том, что это случилось по его желанию. Понимаете, он сам захотел, сам доверился мне… снова. Только в этот раз полностью понимая, на что идёт. И отчего-то это делало меня беспричинно счастливым. И хотя с тех пор мы так ни разу и не повторили тот эксперимент, я всё равно помню, как он рвано дышал и впивался мне пальцами в спину, когда мы оба были уже на пределе. Я и не думал, что он действительно сможет пойти до конца. Но откровенно говоря, мне кажется, это было нужно нам обоим. И бесспорно это был самый запоминающийся момент этого отпуска. Хотя было ещё много всего интересного) К примеру, как вы думаете, имели ли шансы двое симпатичных (скромность? Не, не слышал)) парней остаться в гордом одиночестве на все время отпуска? И это при таком-то процентном соотношении женщин и мужчина на планете? Увы и ах. Ни малейшего) Соперничать друг с другом в борьбе за внимание прекрасного пола нам в голову не пришло (и слава богу), но я невольно замечал каждый пылкий взгляд, брошенный в сторону Дениса очередной потенциальной «Мисс Геленджик 2012». Купальник, декоративно прикрывающий вторичные половые признаки, боевой мейк-ап (Девушки, вы на пляже накладные ресницы носите в качестве веера, или что?) В общем, современные улучшенные версии куклы «Барби» дефилировали по пляжу взад-вперёд непрерывно, а я признавал, что к морю без валерьянки мне лучше не выходить. Снова вернулись эти дурацкие мысли… Да, да, да, очередной приступ самоугрызений на тему «А что если Денис захочет вернуться к девушкам?» Причём он-то мне не давал ни малейшего повода так думать. Казалось, что ему они вообще не интересны. На очередную просьбу «Намазать спину кремом», он тут же сбагривал несчастную девушку мне, а сам снова куда-то убегал: «Извините, там водный мотоцикл освободился. Но мой брат вам обязательно поможет!» Нанося третий контрольный слой крема на спину новой знакомой, я подвисал в собственных мыслях: «Он делает это специально, чтобы не расстраивать меня, или его так тянет к экстриму?» Проболтав минут пятнадцать в гордом одиночестве и не удостоившись ничем, кроме короткой улыбки, девушка уходила, несолоно хлебавши. Она-то желала попасть в фокус моего взгляда, а я всё не мог оторваться от Дениса. Вид его шикарного, ставшего ещё более смуглым тела просто доводил меня до исступления. - Ты очень заботливый старший брат, - констатировала очередная Маша-Даша-Наташа, прежде чем окончательно оставить попытки «склеить» меня. - Что? А.. Ну да… В общем, хоть Денис и вёл себя с девушками крайне пофигистически, я всё равно продолжал себя накручивать. Ревнивая натура всегда найдёт за что зацепиться.. Стоп, я сказал ревнивая? И ничего подобного! А вот и ни разу! Ни капельки! Короче, далее… Был всё-таки один случай. Это случилось за день до отъезда. Мы были на пляже. Играли в волейбол – прибились к неплохой команде. В общем, весело проводили время в компании молодых парней. По правде сказать, никто из них даже близко не был в моём вкусе, но то ли мне показалось, то ли Дэн и впрямь непрерывно наблюдал за тем, как я общаюсь с партнёрами по команде. А стоило мне разговориться с профессиональным волейболистом Мишей, как из ниоткуда вдруг прилетел мяч, причем прямиком мне в голову. Не могу утверждать на сто процентов, что это была праведная божья кара, но кажется, кто-то тоже неслабо ревнует… Стоп, я сказал «тоже»? Грр. Ладно, проехали. В общем, во время очередной моей удачной подачи, мяч летел прямо в дальний правый угол площадки, где как раз занял позицию Денис. Из последних сил пытаясь оттянуть неизбежное поражение, Дэн прыгнул следом, но всего лишь пропахал боком песок в сантиметре от упавшего мяча. - Победа! – радостно выкрикнул Михаил и принялся делиться своей радостью в виде объятий с первым, кто попался под руку. Надо ли уточнять, что под руку попался именно я? Выбраться из стальных тисков Мишкиных рук, прежде чем это заметит Денис, не представлялось возможным. - Кхм.. Может, Вы хотя бы извинитесь? – внезапно женский голос заставил нас всех посмотреть в сторону Дениса, а его поднять глаза наверх. Как оказалось, он лежал прямо возле ног двух симпатичных (как бы ни было досадно это признавать) девушек. Причём эти самые ноги, покрытые, наверное, маслом для загара, были все в песке. Как и белый купальник брюнетки, что повыше, и мороженное в руках у миниатюрной блондинки в бандане. - Оу… - Дэн тут же подскочил. – Простите, я, правда, не хотел. Его щёки наверняка заалели, но кто его там разберёт, учитывая, что Денис и без того был красный как рак, обгорев во время затянувшегося матча. (Конечно, ведь крем для загара изобрели идиоты!) - Только моему мороженому твои извинения не помогут, - усмехнулась блондинка, уже без особого раздражения. - Разумеется, с меня новое. И для подруги. В качестве моральной компенсации. - Договорились. Дэн улыбался, а у меня почему-то скрежетали зубы. «Подумаешь, песком их окатили! А вот нечего тут было дефилировать!» Остальные парни к тому моменту уже направились в сторону близлежащего кафе. На их предложение присоединиться я сказал, что мы собирались немного поплавать. (Не хотелось снова провоцировать Дениса беседами с неугомонным Михаилом). - Меня, кстати, Денис зовут. «А это как называется!? Я, значит, за этого ревнивца переживаю, а он тут девчонок клеит?» - Маша, - блондинка улыбнулась. - Полина, очень приятно, - брюнетка продолжала отряхивать купальник от песка. - Март! – выдал я, очутившись прямо за спиной у Дениса, причем тот даже вздрогнул от неожиданности. - Это что, имя такое? – внезапно лицо Полины озарила улыбка, что шло ей намного больше, чем нахмуренные брови. - Да, но это длинная история… - Может, расскажешь? – тут я почувствовал, что брюнетка заинтересовалась моей скромной персоной, в то время как Маша-«Денис-я-Ваша» уже явно строила глазки моему парню! Стоит ли упоминать, что моему возмущению не было предела? В общем, пришлось нам собрать вещи и передислоцироваться в кафе. Я рассказывал Полине свою фирменную историю про ошибку в свидетельстве о рождении, она кокетливо смеялась, а я не сводил глаз с Дениса и Маши, и возможно, прожег бы уже в ней дырку, если бы не плотный слой масла для загара. «Чёрт!» - ..А вот я сразу заметила, что вы чем-то похожи. Прямо подумала, наверное, братья, - смеялась Маша, вызывая во мне всё больше гнева. И в каком это месте мы с ним похожи? В том, что оба парни? «Дура!» А Дэн, кажется, искренне наслаждался этим общением. И это бесило. Даже очень. Минут через двадцать меня уже тошнило от Машкиных «весёлых» историй, а Полина окончательно отчаялась привлечь хоть немного моего внимания. Дэн то и дело поглядывал на меня, только я совсем не понимал, что этот взгляд значит. - Знаешь, я что-то неважно себя чувствую. Наверное, на солнце перегрелся. - Да? Ты в порядке? – заволновался Денис. - Да не, всё нормально. Просто я лучше пойду домой, приму душ и немного отлежусь. - Я тебя провожу, - всполошился Дэн, а девчонки только и успевали переглядываться между собой – добыча скоропалительно улепётывала из их сетей. - Вы ещё вернётесь на пляж? – успела вставить Маша прежде, чем Дэн перекинул за плечо рюкзак. - Не знаю. Смотря как Март себя будет чувствовать. А то в его-то годы со здоровьем шутить опасно, - поёрничал юный камикадзе, кидая на меня язвительный взгляд из-под чёлки. - Нашёлся тут, специалист, - отозвался я. - Пока, девчонки. Было приятно познакомиться. «Да куда уж там», - подумал я, и мы двинулись в сторону дороги. До нашего домика путь был неблизкий. Быстрым шагом минут 20, но учитывая, что мы собирались сегодня затариться продуктами в дорогу, пришлось срулить в сторону магазинов. Про девчонок мы ни словом не обмолвились. Тема «Что будем есть на ужин?», казалось, заботила нас обоих куда больше. Но всё равно впервые со дня нашего знакомства я ощущал такое странное чувство… Даже не знаю как его назвать. Принять душ худо-бедно удалось, а вот отлежаться, едва ли) Что нашло на Дениса я и сам не знаю, но из душа, где он застал меня врасплох я выбирался уже на ватных ногах и с непреодолимым желанием подчиниться силе земного притяжения. После такого признания в любви, проводить серьезные беседы на тему «А шо таке на пляжі було?» уже никому не хотелось. Только бывают такие разговоры, от которых уйти не получается. Вечером мы отправились гулять по городу. Ну, знаете – последняя южная ночь, романтика и всё такое. Сразу свернули на дорогу в сторону пляжа – Денису непременно хотелось пройтись ночью вдоль берега. А мне хотелось побыть с ним и насладиться последними мгновениями нашего отпуска. Чем дальше мы уходили от главной улицы, напичканной круглосуточными барами и кафешками, тем меньше людей могли заметить, как двое парней идут рядом, частенько касаясь руками и ловя пламенные взгляды друг друга. Мы почти не говорили. С Денисом это пришло как-то само собой – совсем не нужно было говорить, чтобы понять, что он чувствует. С детской откровенностью его глаза выдавали все эмоции. Как же в тот момент мне хотелось его поцеловать! И я подумал, что непременно сделаю это, как только мы доберёмся до пляжа. И даже собрался сказать об этом Дэну, как вдруг: - Кажется, нам предначертано судьбой всё время друг с другом сталкиваться. Ну да, по закону вселенской подлости (который никто ещё не отменял) это, конечно же, были Маша и Полина, собственной персоной. В этот раз девушки были уже более одетыми. Маша в коротком красном платье на высоких каблуках (Видимо, комплексует из-за своего роста)) и Поля в белых шортиках, чёрной майке, с волосами собранными в пучок. (В отличие от подруги, по боевому экипированной, она, видимо, не планировала искать себе ночных приключений). То, что в этот раз мы от них так просто не отделаемся, я догадался сразу… Как только Маша бесцеремонно взяла Дениса под руку и произнесла: - А ты ещё на пляже не дорассказал ту историю. - …Как самочувствие? – Полина была более учтива. - Нормально, просто перегрелся. - Бывает. - И куда путь держите? Мы, кстати, Вам не помешаем? Хотя что я говорю! Конечно же не помешаем! – самоуверенность Маши откровенно выбешивала. - Мы хотели просто прогуляться. Завтра утром уже поезд, так что это как бы наша последняя ночь. При этих словах Денис оглянулся на меня, и это кольнуло в самое сердце. «Ну вот откуда вы свалились-то на нашу голову? Да ещё так не вовремя!». - Вот и отлично. Мы составим Вам компанию, да, Полин? - Ну, если ребята не против. «Против, милая, очень даже против!!!!» - кричал я во всё горло… мысленно( - Так на чём ты там остановился? – не дожидаясь ответа, продолжила Маша. Мы шли чуть позади них, и я сверлил взглядом спину Дениса. Попутно проклиная, что позволил ему надеть эти узкие светлые джинсы и чёрную борцовку. Он выглядел просто офигительно. Не удивительно, что Маша висла на нём как пьяница на заборе. А Дэн и не сопротивлялся. Полина всё это время плелась возле меня, лишь изредка пытаясь завязать беседу. Во время очередной такой попытки я заметил, как её смуглая кожа покрылась мурашками от прохладного ночного ветра, и мне стало как-то совестно. - Из меня грелка так себе, но ты кажется, совсем замёрзла. - Есть немного, - скромность Полины подкупала. С того момента Поля тоже взяла меня за руку и теперь мы уже прогуливались по ночному городу как самые настоящие две парочки. «Вот идиотизм!» Кстати, было так непривычно – ощущать в объятьях девушку. Всё-таки это гораздо более нежные и хрупкие создания. Хотя в чём-то она напоминала мне Дениса. Они были примерно одного роста, да и цвет волос одинаковый. Так что если забыться и не прислушиваться к сладкому аромату духов, то можно было представить, что я с ним иду в полуобнимку. Блин, а так хотелось не представлять. Так хотелось идти действительно с ним. Вдвоём. В обнимку. Рука в руке и никого вокруг. И тут на меня такая досада накатила. В общем-то, можно сказать у меня от злости шарики за ролики заехали. И я подумал: «Какого чёрта!? Это моя последняя ночь, в незнакомом городе, в который может быть я никогда и не вернусь, а даже если и так, у меня всё равно нет здесь знакомых.. Да даже если бы и были! И зачем, спрашивается, ломать всю эту трагикомедию под названием «Двоюродные братья – шестиюродные племянники». Денис мой парень! И надоело скрываться. Хотя бы здесь вдали от дома. Мы заслужили, чтобы провести это время вдвоём…» - Так ты поступил в строительный? Будущий инженер, да? – смеялась Маша. - Ну да, вроде того. - Институт – это вообще лучшие годы жизни, это я тебе по собственному опыту говорю. (Ремарка: Маша была всего на год старше Дениса, но разговаривала как видавшая-виды, умудрённая жизненным опытом женщина. Полина хоть и была её ровесницей всё больше принимала роль скромной школьницы, впрочем, на моём фоне, наверное, именно так она и выглядела). - …Столько свободы и веселья, - не унималась Маша. – А девчонок сколько!… Или у тебя уже есть девушка? О да, это был тоооонкий намёк. Почти такой же тонкий, как ниточка в её голове, соединяющая уши, чтобы не отвалились. А из остального вакуума, видимо, и рождается весь тот бред, которым она фонтанирует. (Прошу прощения за обильные потоки желчи в адрес этой наглой блондинки, но поймите правильно – она портила мою последнюю ночь наедине с Денисом!) - Девушка? – Денис растерялся и на мгновение оглянулся на меня. – Нет, девушки у меня нет. - А у тебя, Март? – спросила вдруг Полина и тут же залилась краской. Не то чтобы это было видно в темноте, просто по голосу слышно. - Да у него уже должно быть жена есть и дети. Хотя кольца на пальце не видно, так что «не пойман – не женат», - засмеялась Машка, и мне показалась, что это был самый противный смех, который я когда-либо слышал. И тут моя чаша терпения переполнилась. Как же мне до чёртиков надоело разыгрывать этот спектакль! Видеть, как какая-то пергидрольная выхухоль лапает моего парня и при этом делать вид, что мне всё равно! Более того, даже очень весело в такой расчудесной компании. «А пошло всё лесом да в болото к чёрту!» - ..правда, Март? – спросила Машка. Ох как зря спросила. - Вообще-то, у меня нет девушки. И жены тоже нет. У меня парень есть, - выдал я как будто невзначай. Полина даже шаг замедлила от удивления. А Машка всё продолжала смеяться: - Серьёзно? Ну и как, симпатичный? - Ну тебе видней, ты же с ним под ручку идёшь, - съязвил я. - А твой брат шутник, - Машка подняла глаза на Дениса, который уже от души тихо ржал. - Я никогда не говорил, что мы братья, - Дэн решил поддержать мой фееричный каминг-аут. - Да ладно, хватит при… - тут Машка обернулась на меня, потом снова на Дениса и, убедившись, что выражения лиц а-ля «накуси-выкуси» у нас совпадают, чуть совсем не потеряла дар речи. - …Да ладно? Вы что, геи!? Денис на секунду замолк. Я-то помню, каково это: впервые услышать это слово в свой адрес и не пытаться отшучиваться. Между прочим, это сложно – просто сказать: - Да, и что с того? – голос Дениса прозвучал уверенно и спокойно, даже с небольшой издевкой. И я, наконец, выдохнул, потому что, затеяв весь этот разговор, на самом деле в глубине души очень боялся его реакции. Неловкую паузу развеял смех Полины: - А я-то думала, что тебе Машка нравится, поэтому ты постоянно на них так смотришь! - Да ладно, вы даже совсем на них не похожи! – очнулась Маша и продолжила свои возгласы «ни о чём». - Да, и почему же? - Ну, не знаю. …Ну.. Не похожи вы, и всё тут. Я не верю. - Твои проблемы, - выдал вдруг Денис и, резко развернувшись, быстро подошёл ко мне. Нет, этот поцелуй вовсе не был наигранным. Он был самым головокружительным и приятным. Просто потому что он впервые, без стеснения, показал кому-то, что в его жизни есть я, мы, и он этого не намерен стыдиться. В общем, я был в такой эйфории, что не заметил, как Полина взяла под руку охреневшую Машку и потащила вверх по аллее. - Мы вас, пожалуй, оставим. Приятно было пообщаться, ребят, - сказала она вдогонку. - Может, Вас проводить? – не удержал приступ вежливости я, но услышал в ответ лишь бурчание Маши: - Сами доберёмся. Денис усмехнулся: - Ну, а мы когда-нибудь доберёмся до пляжа? В общем, не перестаю я удивляться этому мальчишке. Иногда – дитё-дитём, а иногда такие сложные решения принимает молниеносно. Такие решения, которые я в своё время годами вынашивал и набирался храбрости. Может, времена меняются? Или это просто «феномен Дениса»? Даже не знаю. Мы сидели на краю пирса, свесив ноги почти к самой воде. Тёмная ночь, плеск воды где-то под нами и ни души. - Интересно, почему здесь никого, кроме нас, нет? Тут так красиво, - выдал Денис, вглядываясь в чёрноту, на которой дрожала лунная дорожка. - Ну, наверное, потому что только таких придурков, как мы, не останавливают закрытые двухметровые ворота и табличка с надписью «Ночью вход запрещён». Денис улыбнулся. Я просто это почувствовал. - …Знаешь, это было так странно. - Что именно? - То, какими глазами Маша на меня посмотрела. Я раньше никогда не ощущал на себе такого взгляда. Это и есть «гомофобия»? – голос Дениса чуть-чуть погрустнел, а я едва успел сдержать усмешку: - Это ещё цветочки. Одно дело, когда встречаешь брезгливость в их глазах, и совсем другое, когда тебе пытаются проломить череп бейсбольной битой просто потому, что ты «Фу бля, пидор поганый!» Я знал, что этого разговора не избежать. Не бывает так, чтобы человек неожиданно открыл в себе это и с лёгкостью принял вместе со всеми последствиями. Вы всё ещё реально думаете, что это заразно? Что современные СМИ популяризируют нетрадиционную ориентацию, делают её модной? Что многие идут на эксперименты только ради того, чтобы быть «не таким, как все»? Да идите вы ко всем чертям со своим мнением! Что мы можем предложить? «Эй, становитесь геями и лесбиянками! Ваша серая жизнь станет намного интереснее! Гомофобы не дадут Вам скучать, вы будете жить в постоянном страхе и сомнениях, прятать свою личную жизнь под семью печатями, а в противном случае лучше купить пожизненный абонемент в больницу. Ах да, я чуть не забыл. Скорее всего, вы потеряете всех друзей, и, возможно, родные от вас отрекутся. А за элементарным семейным счастьем придётся бежать за границу, потому что такие, как вы, для нашего общества не существуют, ну или, по крайней мере, не должны существовать! Ничего не забыл? Ну, тогда добро пожаловать в радужную однополую любовь!» - Знаешь, иногда я боюсь, - уже давно я не слышал этого растерянного тона. - Я понимаю… - Нет, не того, о чём ты говорил. Я боюсь совсем другого. - Чего, например? - Того, что мама не поймёт. Или того, что у нас ничего не получится. Боюсь, что однажды ты снова скажешь, что я ещё ребёнок, боюсь, что мне нечего будет тебе предложить в ответ. Боюсь того, что всё это ненадолго и в то же время боюсь, что это навсегда. Не знаю. Каша какая-то в голове. Я с удивлением слушал его, и просто не было сил бороться с ощущением «дежа вю». Господи, я же говорил те же самые слова всего несколько лет назад! Я! Лорану! Все эти страхи, мысли из крайности в крайность. Страх обмануть того, кого полюбил, страх обмануть себя. Страх бросить старую жизнь и рискнуть. И пусть сейчас всё было несколько иначе – в чём-то значительно проще, а в чём-то гораздо сложнее, но как же иронично выглядела вся эта ситуация. - Ты же знаешь. Я приму любое твоё решение. Даже если ты скажешь, что мы просто слишком заигрались. Как бы там ни было, я пойму.. постараюсь понять, - оговорился я. Стоило на секунду представить, что Денис сейчас вот так возьмёт и скажет: «Март, это было чудесно, но это не для меня, прости», и я просто сойду с ума. Я влюбился в него. В его такой противоречивый характер, в его улыбающиеся из-под чёлки глаза, в его алеющие румянцем щёки и напористые, чуть грубые ласки. В него, паразита такого, влюбился. И теперь просто так его отпустить? Даже думать об этом сил не было, хотелось тут же привязать к шее булыжник и утопиться. Денис ничего не ответил. А я ещё раз повторил, что решение должен принять он сам. Только в тот миг мы и не подозревали, что это решение придется принимать уже так скоро. Ночь как обычно пролетела незаметно. Денис был как-то особенно нежен, казалось, он растягивал удовольствие, стараясь продлить последние часы нашего отпуска. Спать мы так и не легли. А утром сразу после душа и сбора чемоданов отправились на вокзал. Порядком вымотавшись за последние сутки, мы проспали как убитые почти всю дорогу до дома. В этот раз нашей соседкой по купе была женщина лет под 50, загорелая и очень моложаво выглядящая. Она постоянно пыталась накормить нас, «таких худосочных», домашней стряпнёй и всё время восклицала, как же я похож на её сына, к которому она едет в гости. Четвёртый пассажир так и не объявился. Проводница сказала, что так частенько бывает: люди покупают обратные билеты заранее, а потом никак не хотят возвращаться из отпуска и сдают билеты буквально в последний момент. Если бы не работа, я бы и сам так сделал. Эти две недели я был по-настоящему счастлив. Как никогда раньше. Мы с Денисом спали на верхних полках. Иногда я смотрел на него и видел, как он лежит, подложив руки под голову, и смотрит в потолок, будто бы в одну точку. Только несколько морщинок возле бровей давали понять, что всё это время он о чём-то напряжённо думает. Я знал о чём. И мне было страшно. Однако стоило нам сойти с поезда и вдохнуть полной грудью воздух родного вокзала, как Дэн изменился в лице. Он снова был беззаботен и весел. Всю дорогу до такси сравнивал наш загар (как ни прискорбно признавать, этот поганец каким-то образом умудрился загореть сильнее меня – ну да, закон подлости, не иначе). Галина ещё за день до этого позвонила, застав нас за чемоданными сборами, и предупредила, что не сможет приехать. Срочно уезжает на какой-то мастер-класс и сможет вернуться в город дня через два, не раньше. Она очень волновалась, но Денис выдал свою коронную: «Мам, ну я же с Мартом! Всё будет нормально!» и женщина успокоилась. Свою маму о нашем приезде я не предупредил вполне сознательно. Не хотелось тем же вечером быть приглашенным на семейный ужин в стиле судебного заседания, на котором будет решаться участь моей личной жизни. К этому разговору я был сейчас определённо не готов, особенно после той последней ночи в Геленджике. Я должен был узнать, что всё-таки решил Денис. Впрочем, я прекрасно понимал, что такие решения не принимаются мгновенно. Прямо на ступеньках возле моей квартиры нас с распростёртыми объятиями встретила Валь-Михална, в любимом праздничном халате (да-да, в том самом с термоядерными маками). Уж не знаю, действительно ли она с самого утра сидела у окна в ожидании, когда мы с чемоданами появимся на улице, или это всё-таки инстинкт профессионального шпиона, но так или иначе бесконечно энергичная старушка встретила нас чуть ли не красной ковровой дорожкой)) На самом деле это был всего лишь яблочный пирог с пылу, с жару, что, по-моему, в сто раз приятнее, чем изъеденные молью старинные половички) Крепкие объятья, поцелуи в обе щёки, первые вопросы: - Как отдохнули-то, внучки? Ох, а загорели-то, похорошели! Мартюш, а ты совсем белобрысым стал. - Да на солнце выгорел, Тёть-Валь. В общем, Валь-Михална заботливо отпустила нас на «помыться-побриться с дороги», а потом в обязательном порядке к ней на яблочный пирог с официальном докладом «Где были, чем питались, во сколько спать ложились», в общем, нас явно ждал допрос с пристрастием) Кстати, первым делом по приезду я обнаружил, что во всём доме как обычно отключили горячую воду (спасибо, что как всегда вовремя). К счастью, Денис с Галиной совсем недавно установили у себя водонагреватель, поэтому я просто не мог отказаться от предложения принять душ у него. Тем более, что хозяйка квартиры обещала вернуться не раньше вечера следующего дня. Тёплая вода, ароматный гель для душа, стройное загорелое тело Дениса за спиной… В общем, душ я принимал очень специфически, да)) После, уже лёжа в комнате Дэна и переводя дыхание между поцелуями, я как раз подумал о том, что нужно бы разобрать вещи и явиться для отчёта к Валь-Михалне, но Денис категорически не хотел выпускать меня из своих объятий. Более того, через несколько минут он уже сладко сопел в обе дырки, лишив меня какой-либо возможности свалить по-тихому. За последние две недели я так привык засыпать с ним в обнимку, что сопротивляться не было сил. Мы оба отрубились, не зная, что это будет последняя ночь, когда мы могли позволить себе так беззаботно заснуть вместе. Я не помню, сколько было времени. Впервые я так крепко уснул, что даже крики, доносящиеся из соседней комнаты, меня не сразу разбудили. Выкарабкавшись из сна, я прислушался. Кричал не Денис. Утреннюю тишину рушил в дребезги хрипящий от напряжения голос Галины. Я быстро всё понял. Это конец. Стоит ли пояснять, что нас застали с поличным? Галина вернулась из поездки раньше, чем планировала, - очень уж хотелось повидать сына, вот и уехала при первой же возможности, не дожидаясь коллег. И тут шикарнейшая картина, которую она видит, войдя с утра пораньше в комнату сына. Голый Денис, крепко сжимающий в объятьях такого же голого мужчину. Того самого «замечательного соседа и во всём положительного друга». Короче, «финита ля комедия», c гордостью представляем вам новую постановку – драма в трёх частях под названием «Мой сын не может быть геем!» Думаю, вы уже догадались, что за крики доносились из соседней комнаты: - Что ты творишь? Зачем тебе это надо? Это он тебя совратил? Скажи, это он?! Я заявление на него напишу! Ты ещё ребёнок! Его посадят! - Мама, мне уже есть восемнадцать. И Март тут не причём. Я сам. Мам, послушай… - Что сам? Что сам, Денис? Ты совсем умом тронулся? У тебя же девочка была в прошлой школе. Как её, Марина? Тебе же всегда девушки нравились. - Ну а сейчас парень понравился, - выдал Денис как-то тихо и не уверенно. - Да какой парень! Он уже мужчина. И будет отвечать за свои поступки. Ты ребёнок. Как он мог? Я и подумать не могла, что он… - Что он? Что, мам? Гей?! И что с того? Хватит навешивать ярлыки! Как вы все заколебали! Ты будешь любить меня меньше, раз я гей? - Чего ты такое говоришь? И ты.. ты не такой… - А ты что говоришь?! Ну да, я в парня влюбился. И мне тоже было страшно. И поделиться было не с кем, потому что ты не поймёшь, не выслушаешь. Никто не поймёт такое, пока сам с этим не столкнётся. - …Я этого так не оставлю. На этом моменте я ушёл. Сначала слушал с натянутыми нервами и искал правильные слова, чтобы объяснить… Впрочем, что я мог сейчас ей объяснить? Что люблю её сына? Для неё сейчас это станет ещё большим ударом. Нет, тут нужно было разговаривать на холодную голову, которой на данный момент не было ни у кого из участников сложившейся ситуации. Поэтому я просто молча ушёл. Что было дальше? Всё было плохо. Очень плохо. Первое время я получал от Дениса только сообщения в аське. Он говорил о том, что мама взяла больничный на работе, следит за каждым его шагом, а по вечерам пьёт валерьянку рюмками и иногда плачет. Они почти не разговаривают. Один раз Галина попыталась спровадить его к бабушке до конца лета, но тут Денис сказал, что сойдёт с поезда на первой же остановке. У Галины подскочило давление, а Дэн ещё весь вечер корил себя за то, что был слишком груб. Ему совсем не хотел причинять ей боль. Более того, я прекрасно знал, что тем самым он причиняет боль и самому себе. Читать всё это и слушать его убитый голос во время редких телефонных звонков было просто невыносимо. И несмотря на то, что мы по-прежнему были соседями, казалось, теперь он находится слишком далеко, вне зоны досягаемости. Впрочем, не только разлука с Денисом трепала мне душу. Думаете, мне удалось избежать разговора с мамой? Если бы. Они с отчимом нагрянули буквально на следующий день, застав меня врасплох. (И вот интересно, кто же оповестил их о моём возращении, а, Тёть-Валь?) Отчим по большей части молчал – без умолку говорила мама. Суть её отповеди ничуть не изменилась: - …Он еще ребёнок! А тебе пора семью устраивать! Он вильнёт хвостом и уйдёт, а ты останешься один! Ты думаешь, его мама обрадуется, когда узнает, что её сын гей? Думаешь, поймёт вас? Примет? - Нет. - Что нет? – мама была удивлена, что после получасового молчания я, наконец, подал признаки жизни. - Нет, не поняла, нет, не обрадовалась, нет, не приняла! Она уже в курсе и она сделает всё возможное, чтобы мы с Денисом больше не увиделись. Грозиться написать заявление на меня, а потом продать квартиру и переехать в другой район. - Боже мой… - мама осела на стул. Вадим тут же подскочил к ней. - Да, мам. Вот так всё радужно. А всё потому что этот «ребёнок» не захотел врать и притворяться. Он просто честно признался маме, что любит парня. И вот что из этого получилось. - Господи, ну зачем, Март? - Я не просил его это делать! Я и сам был удивлён. Он всё говорил, что сомневается, что боится, что не знает, как это всё будет выглядеть в будущем, а потом взял и просто напросто выложил все карты на стол. Просто сделал выбор, на который у меня мужества долгие годы не хватало! - Что же вы творите, дети! Я-то думала в этой истории один ребёнок, а тут похоже куда не глянь – детский сад, - мама, казалось, потеряла весь былой запал. - ..Ох, Март. Я так надеялась, что ты не станешь повторять прежние ошибки. - Да причём тут старые ошибки, мам? С Денисом всё по-другому. В общем, как обычно, разговор этот ни к чему не привёл. Только истрепал всем нервы. А вечером я ещё порцию нервяков от Дениса выслушал. Галина задалась идеей поиска подросткового психолога. После чего Дэн отказался ужинать и заперся в комнате на остаток дня. То, что между нашими этажами стадо чёрных котов пронеслось, конечно же, заметила и Валентина Михайловна. Моя кислая мина, с которой я завозил ей продукты, красные глаза Галины, с которой они сталкивались в подъезде, ну и Денис, круглые сутки просиживающий на лавочке возле дома с плеером в ушах. - Да что же это такое творится! Почто ж вы, ребятки, своё сердце пустыми ссорами рвёте? Ох, да что ж такое-то! – сетовала старушка. Она-то конечно не знала, что произошло между «хорошими друзьями», а потому только и могла, что призывать нас поговорить друг с другом и помириться. – ..Время пройдёт, всё перетрётся-перемелется как зерно в муку. К чему душу марать обидами? …Впрочем, какое-то время спустя я понял, что жизненной мудрости в этой легендарной старушке целая кладезь и спорить с этим бессмысленно. Всё происходило постепенно. Поначалу моя мама перестала проводить нравоучительно-воспитательные беседы, а отчим так и вовсе оказался на моей стороне: - Ты, Март, никого не слушай, и если уверен в чувствах, то борись за своё счастье. Я вон тоже когда-то на возраст сетовал. Твоя-то мама женщина в расцвете лет, а я уж для неё поди староват. Всё грыз себе этим голову, грыз, а потом плюнул на всё и рассказал ей, что чувствую. И вот уже сколько, пять лет как душа в душу живём. А что годы? Они пройдут, оглянуться не успеешь! Главное, чтобы Денис твой действительно знал, чего хочет. А Денис каждым днём убеждал и меня, и Галину, что принял решение и не намерен от него отказываться. Когда первые истерики прошли, и уже не было разговоров о психологе и ссылке к бабушке в Челябинск, а молчаливое противостояние прерывалось хотя бы во время бытовых бесед, мы с Денисом снова стали видеться. Нечасто, только когда Галина была на работе. Ещё иногда у меня в машине, на стоянке возле офиса. Снова как и раньше созванивались вечером перед сном, как в самом начале. Только мне по-прежнему дико не хватало его сопения под ухом и властно перекинутой через моё измученное тело руки. Мне его не хватало. Жутко. Разумеется, долго мы так «скрываться» не могли. Со временем Дэн перестал отмалчиваться и на вопрос «Ты куда?» прямо отвечал «Встречу Марта после бассейна» или «Пойду Марту помогу с продуктами для Валентины Михайловны». Галина злилась, но молчала, скрипя зубами. Дело было в том, что она решила изменить тактику ответного боя. Несмотря на это молчание, «битву за сына» проигрывать она не собиралась. Благодаря её новой стратегии перца в наши отношения добавилось с лихвой. В их доме стали появляться девушки. Да, вот так банально просто. Она подумала, что если напомнить сыну обо всех прелестях жизни обыкновенного подростка, то «голубая игрушка» ему надоест. Интересная теория, которая сработала ещё более интересным образом. Якобы по работе к ним частенько заглядывали молодые стажёрки – Галина обучала их зачем-то на дому. Конец августа выдался холодным и дождливым, и Денис в преддверии сентября просиживал всё время дома, так что очередная размалёванная кукла в чересчур вызывающем мини просто не могла пройти мимо его внимания. Одну такую двадцатилетнюю нимфоманку звали Инга, и в её глубоком декольте можно было спрятать от миграционный службы целую семью таджиков. (Да-да, сарказм не удался). Вообще, если отбросить всю мою априорную неприязнь, то девушка была вполне себе симпатичной и милой. Не без вкуса одета, пухлые губки под слоем блеска, чуть вьющиеся каштановые волосы. В общем, ни один восемнадцатилетний парень не упустил бы такой подарок судьбы. Но теперь вспоминаем, что Дэн у нас на всю голову особенный и длинноногим красоткам предпочитает красавцев-мужчин в самом расцвете сил (Нет, а что? Я вообще такой классный, что когда в душе моюсь, ко мне даже шторка клеится!)) Короче, Денис её появление в своей жизни встретил по меньшей мере без малейшего энтузиазма и во время очередного визита Инги поначалу просто открывал ей дверь со словами: «Мама задерживается, чай на кухне, меня не беспокоить». На самом деле он просто такой раздражённый был из-за того, что мы стали ещё реже видеться – после отпуска был завал по работе, я до ночи ковырялся с проектами и это ещё не считая бесконечных траблов в офисе. Впрочем Инга тоже оказалась крепким орешком. Кто ж за просто так откажется от такого лакомого кусочка? Денис вообще за последние полгода чуть поднабрал мышечной массы, сделал стрижку покороче, да ещё и загорел на юге на ура – короче юный Аполлон, хоть строй алтарь и поклоняйся) Инга с первой минуты им неслабо заинтересовалась безо всякой подачки со стороны Галины. Так что парой сухих фраз отделаться от неё не получилось. Во время очередного визита Дэн как обычно впустил девушку и уселся перед компом, надев наушники. «Никого не вижу, ничего не слышу, и вообще я тут вместо мебели». Только уже через пару минут Инга уселась возле него: - А чем занимаешься? - За компом сижу. - А что слушаешь? - Музыку. - А у тебя фамилия, случаем, не «Кэп»? Ну, тут даже Денис оттаял и усмехнулся. - Смотришь фотографии? - Да, это после отпуска. В Геленджике был. - Круто. А я этим летом на море так и не собралась… Прикольная, кстати, фотка. А кто это рядом с тобой? - Мой парень, - ответил Дэн, не задумываясь, и посмотрел на Ингу, отслеживая реакцию. - Да ладно? Серьёзно? - Да я вообще без чувства юмора родился. Инга рассмеялась. - Круто. А он у тебя симпатичный. (Ремарка: написано со слов Дениса, так что не нужно думать, что я страдаю манией величия))… Я ею наслаждаюсь)) - Мне воспринимать это как комплимент? - Воспринимай, как хочешь. Просто никогда бы не подумала, что ты «по мальчикам», - Инге, казалось, было просто весело. Особого удивления в её голосе не слышалось. - Когда-то был вроде как «по девочкам»… - А потом? - А потом Его встретил. - Бывает… наверное, - Инга подсела на край стола. – А можно остальные фотки посмотреть? - Да не вопрос, - приободрился Денис и принялся устраивать фото-презентацию с попутными комментариями о нашем совместном отпуске. Потом беседа перешла в долгий рассказ о нашей с ним необычной love-story. За Ингой ответные шутки ни разу не заржавели. У неё вообще, как выяснилось, язык без костей: - Ну, понятно, почему твоя мама против Марта – небось, завидует, что сама такого видного мужчину не отхватила. - А я смотрю, ты во всём мыслишь нестандартно? – смеялся в ответ Денис. - Ну, у меня просто другое представление о стандартах. И вообще. С вашей историей всё понятно. Только ты так и не сказал. Давай по-честному,.. ну,… это… кто кого? Короче, на уроках этики Инга явно штудировала порножурналы. Зато Денис впервые за последнее время искренне был рад самому обыкновенному общению. Они вполне неплохо провели время, а когда Галина вернулась домой и застала ребят, сидящих вместе возле компьютера и смеющихся от души, то тут же незаметно улизнула на кухню, облегчённо выдохнув со счастливой улыбкой и надеждой в сердце. Мне же рассказы Дениса об этой Инге совсем не нравились. Как-то слишком быстро они сдружились, слишком быстро нашли общий язык, и… Ну ладно, ладно, я никак не мог отделаться от мысли, что эта «профурсетка» (Валь-Михална, как я Вас понимаю!) может увести у меня любимого парня. - Ты что, ревнуешь? – усмехнулся Денис после очередной моей кислой мины в адрес разговоров об Инге. - Вот ещё! - Мы просто собирались сходить в кино. Тебя я, кстати, тоже приглашал. На тот момент мы сидели в машине возле кинотеатра, ожидая, когда, наконец, появится Инга. - Ты же знаешь, что я не могу. Мне ещё проект закончить надо. Завтра вечером крайний срок. - Ну вот. Сам не можешь, а дуешься! …Или всё-таки ревнуешь, а? – веселился Денис, вызывая у меня непреодолимое желание окружить его непреодолимой стеной. Да будь моя воля, я бы вообще похитил его, связал и увёз далеко-далеко, ото всех, кто хочет его у меня отобрать. - Ладно, я побежал, - Денис наспех поцеловал меня и поспешил выйти из машины. Только когда захлопнулась дверца, я увидел эту самую легендарную Ингу, стоящую возле дверей кинотеатра. Узкие бежевые джинсы, заправленные в длинные по колено сапоги на высоченной шпильке, кожаная коротенькая курточка, алые губы и высокий хвост на макушке. Едва заметив Дениса эта подарочная версия «Барби-Наездница» растянула губы в улыбке и принялась здороваться с ним щёчка к щёчке! А ещё Дэн рядом с ней, весь такой с иголочки одетый, опять в этой светлой джинсе, плотно обтягивающей бёдра, и лёгком чёрном свитере, подчёркивающем шикарную фигуру. Просто замечательная пара. Грр! И разве я мог спокойно на это смотреть? - Не будете возражать, если я к вам присоединюсь? Денис вздрогнул от неожиданности, когда моя рука обвила его за талию. Инга с охреневшим выражением лица и защитной улыбкой поначалу замерла как статуя и только потом выдала: - Конечно! Денис внимательно заглянул мне в глаза. - Пойдёмте, а то сеанс скоро начнётся! – Инга пошла вперёд, а я, по-прежнему приобнимая Дениса, двинулся следом и быстро шепнул ему на ухо: - Я не ревную. Просто твои джинсы слишком узкие! Дэн даже не пытался сдержать самодовольную усмешку, а я в очередной раз констатировал факт, что с тех пор как встретил его – веду себя как мальчишка. К концу фильма непрерывное внимание со стороны Инги стало утомлять. Честное, слово, я бы наверное не удивился, если бы она предложила нам Amour de nous trois. (Я бы разумеется, предложил ей «свалить по-быстрому», но до этого не дошло). Под конец вечера Инга сказала, что мы чудесная пара и вообще было очень приятно провести с нами вечер. А мне пришлось сознаться, что я его ревную. И самое печальное в моей участи заключалось в том, что прошлое Дениса всегда будет давать мне повод ревновать его не только к парням, но и к девушкам. Особенно к девушкам. Ведь при желании стать ему самым лучшим мужем я смогу, чего бы это ни стоило. А вот в соревновании с девушками всегда проиграю. Ну разве что только: - Март, ты дурак. Я тебя люблю. И вся эта дурацкая ревность утихает. Хотя бы на время. Ну а попытки Галины свести Дениса с очередной девушкой как-то постепенно закончились. Как? По странному стечению обстоятельств именно благодаря Инге. Во время очередной встречи, та порадовалась за коллегу, мол, и сын у неё замечательный мальчик, и в личной жизни по-настоящему счастлив. А ведь это сейчас такая редкость, найти человека, на которого можно положиться. Галина только в первую секунду вспыхнула щеками и хотела выдать очередную гневную тираду. Но поскольку дело было на работе – сдержалась. А потом, видимо, решила оставить безрезультатные попытки. С тех пор её мёртвая хватка существенно ослабилась. Сталкиваясь со мной в подъезде, она уже не делала вид, что я – пустое место, а холодно и как бы вскользь говорила «Здравствуй». А ещё Денис частенько по вечерам заглядывал ко мне и целых два-три часа мы проводили вместе. По крайней мере, прежде, чем его мобильный начинал разрываться от её звонков. «Давай уже домой, тебе в институт завтра!» Разумеется, её в меньшей степени волновало, что Денис наутро опоздает на пары. А потом был самый странный эпизод во всём этом «пост-каммин-ауте». Дело было 15 сентября, в День Рождения Валентины Михайловны. Сын с внуком должны были прилететь навестить старушку, но из-за грозы отменили рейс. Узнала об этом Тёть-Валя только когда стол уже ломился от еды, а в духовке очередной пирог томился. А тут я на пороге со своим букетом садовых ромашек. - Мартюш! Спасибо, родной. Давай к столу. Скоро и остальные подойдут. - Кто остальные, Тёть-Валь? - Как кто? Я всем позвонила. И маме твоей с Вадимом Фёдоровичем, и Галине с Дениской. Они тоже вот-вот будут. Вы ж мне уже давно как семья, внучек. У меня аж мурашки по коже пробежали. Как представил себе этот «семейный» ужин, так понял, что кусок мне в горло не полезет. Ну, про «кусок в горло не полезет» я, конечно же, загнул – против Валь-Михалниной стряпни устоять невозможно в принципе (всё же не зря она поваром в кондитерской десять лет проработала). А вот обстановочка первое время была та ещё. Галина, пройдя в зал и увидев меня, то ли побелела, то ли почернела, - не удивлюсь, если окинула взглядом комнату в поисках тяжёлых предметов, которыми можно было бы меня по голове приложить. Денис так просто едва челюсть с пола подобрал. - Дениска, ты на диван садись к Марту, а то у меня стулья высокие – тебе с твоим ростом не удобно будет. Я аж стакан вишневого компота залпом выпил. Дэн боязливо сел возле меня на пионерском расстоянии, а Галина устроилась напротив, просверливая взглядом у меня дырку промеж глаз (дай ей кто-нибудь в этот момент пистолет и по намеченной мишени я бы точно получил свой контрольный в голову). И вот когда мне казалось, что хуже уже быть не может, в дверь снова позвонили. Мама с отчимом пришли не с пустыми руками, но бутылка красного вина чуть не грохнулась на пол, стоило ей увидеть меня и Дениса на одном диване. Вадим предусмотрительно взял ситуацию под контроль: - ..А давайте-ка я пока открою вино, а ты вон рядом с Галиной присаживайся. Ну а Валентину Михайловну мы как именинницу во главу стола посадим. - Вот как всё-таки хорошо, когда в доме мужчина есть, - заулыбалась Валь-Михална, усаживаясь на стул. - Да ладно, Валентина Михайловна, кого вы разыгрываете! Вы же у нас женщина боевая! Вон на вас весь подъезд держится – всё чистота да порядок, занавесочки на окнах, цветы на подоконниках, ни одного грубого слова на стене не написано. А дома какая чистота! А стол-то какой, стол! - Ох, Вадим, да это что бы я без вашего Мартюши-то делала. Это ж он мне и продуктов навезёт, и за лекарствами когда надо съездит. Ну золото, а не парень. Такого зятя в семью – за счастье будет. При этих словах я заметил, как мама оттаяла и даже слегка смущенно улыбнулась. Что-что, а мной она всегда гордилась и все комплименты в мой адрес принимала на свой счет. Короче, знает Тёть-Валя как маму умаслить. На удивление и Галина внимательно слушала воспоминания Валентины Михайловны о том, как я ей шкаф перетаскивал и кошку (царство ей кошачье-небесное) к ветеринару возил. После первого тоста за долгое здравие именинницы и первой порции тёть-Валиных голубцов, разговор пошёл уже про нелёгкую участь одинокой женщины. Валентина Михайловна всё переживала за Галину: - Одна ж одинёшенька, круглыми сутками на работе этой своей вкалывает. Нельзя так. Вот нельзя женщине одной. Уж я-то знаю. Женщина в любви должна жить и заботе. Да и по хозяйству мужские руки незаменимы. - Так у неё я есть, - вмешался Денис. - Ну что правда, то правда. - Сын – для матери опора, - вмешалась мама. – Мы когда с Мартом одни остались, я только благодаря его поддержке и встала на ноги. Он тогда примерно того же возраста, что и Денис, был... Мама ударилась в воспоминания, и теперь Галина уже внимательно слушала её. Мы с Денисом наблюдали за этим магическим действом, приоткрыв рты. - …Вот! – поддерживала Валь-Михайлна. – Денис у нас тоже парень рукастый. Да и вообще молодец. Вон и школу с серебряной медалью окончил, и в строительный сам поступил, на бюджет! ..Ох боюсь, только бы девку он хорошую нашёл. Серьёзную, хозяйственную, чтоб с ней по любви да по уму. А то молодёжь же сейчас всё влюбляется без разбору, а девчонки совсем дурные стали – курят-пьют-матом ругаются. Кошмар какой-то! Я всё им твержу: «Да как же тебя мать-то воспитала, позорище такое!» А они в ответ трёхэтажным обложат, да дальше себе идут. Тьфу, зла на таких не хватает!.. Дениска, ты жениться-то не спеши, оно всегда успеется. Ты чувства проверь сначала. Им созреть надо. Время всё потрёт-потрёт, да и перетрёт. Только настоящее останется. И не слушай никого. Только себя слушай. Потому что без любви оно тоже не дело. Я вон за деда своего знаешь как вышла? Поначалу мне ж в женихи такой кавалер набивался… Ооо, видный парень, из семьи состоятельной. А только вот не люб он мне был, хоть тресни. А люб был Митька мой, слесарь молодой, сирота без роду без племени, зато хозяйственный, добрый, и руки у него золотые были. А цветы мне знаешь какие дарил! Ромашки садовые, огромные такие. Вот прям как эти, которые Мартюша принёс. Да, охапками бывало. Из колхозного сада носил. Галина взглянула на цветы, а Денис толкнул меня в бок и кивнул на наших женщин, увлечённо слушающих рассказ Тёть-Вали. - …Дааа… Только мама всё говорила мне: «Валька, ты сердце не слушай – дурное оно, слепое, ничего про жизнь не знает. Ты головой думай. Видишь, какой дом у Петра, какой сад, скотины сколько? А что твой Митька? Комнатку снимает в чужом доме, ни угла своего, ни гроша за душой». Так я и собралась за Петра замуж. А потом чем ближе к свадьбе, тем всё хуже мне, смотреть на него тошно, ни спать, ни есть не могу. Только о Митьке думаю. Так и не смогла я сердце ослушаться. Сбежала чуть не из-под венца. Вместе с Митькой, в город. И уж как бы тяжело нам ни было, мы всё прошли вместе, и ни разу я о том решении не пожалела. А когда детки-то пошли, всё чаще о маме вспоминала, тосковала по ней. Вот и собралась в родные края своих повидать. Мать меня из объятий битый час не выпускала, всё в слезах целовала, внуков к груди прижимала: «Большие-то какие, здоровенькие, крепенькие! И глаза голубые, как у деда!» И всё долго слёзы лила, что не поддержала тогда меня, не услышала, что по собственной глупости могла так и смерть встретить, ни внуков не повидав, ни дочь на прощание не благословив. Вот как жизнь-то повернулась. А кто ж знал, где оно это счастье и с кем. Сердце только знает. Мама с Галиной уже давно топили взгляд в тарелках, да даже Вадим Фёдорович после Тёть-Валиной истории чуть не прослезился. - Ох, да что ж мы всё о прошлом. Давайте за будущее, светлое и счастливое! – мама подняла бокал, отчим подлил вина Галине, та благодарно улыбнулась. Мы с Денисом в очередной раз переглянулись, испытывая странное ощущение. За все годы своей жизни я не мог припомнить ни одного такого семейного праздника. А ведь я так о нём мечтал, когда мы с мамой стали жить вдвоём. И как бы там ни было, какие бы трудности ни возникали, сейчас я чувствовал, что у меня появилась эта самая семья. Родители, бабушка, любимый человек, да даже сварливая свекровь, которая вовсе не такая уж и сварливая) Это всё было так странно и в то же время так нормально, правильно, как у всех. - Так, пора бы и пирог к столу. Галь, помоги-ка мне на кухне. Валентина Михайловна с Галиной направились в сторону кухни. «…Галин, послушай… Не мучай ты ребят. Пусть сами разберутся», - услышал я в дверях и впал в ступор. То ли я чего-то себе напридумал, то ли Валь-Михална «в теме» больше всех нас вместе взятых. Да и вообще она точно в КГБ в своё время не подрабатывала на полставки?) Не знаю точно, что с тех пор изменилось, но с Денисом мы видимся почти каждый день. Галина по-прежнему сверлит меня взглядом, но уже не трепет нервы сыну с очередной гениальной идеей по смене его ориентации. Кстати, с этой самой ориентацией Дэн так и не определился. На все мои осторожные вопросы, чувствует ли он влечение к девушкам, отвечает, что ни чувствует его ни к кому, кроме меня. А поэтому не может дать ответ. Но кажется, его это сейчас заботит в меньшей степени. А что заботит меня? Ну во-первых, подозрительное сближение моей мамы и Дениса. Боюсь, как бы эта боевая женщина не напугала его своими бесконечными разговорами о свадьбе и внуках. Денис пока держится, но отчего-то в спешном порядке ищет работу. (Чует моё сердце, капает она ему на мозги, в лучших традициях самой настоящей тёщи). Ну и во-вторых, конечно же его институт. Что институт? Как это что!? Вы видели сколько там симпатичных девушек? А парней? Да я с ума схожу, когда они с группой на очередной междусобойчик собираются. А Денис звонит мне с этих гулянок и смеётся в трубку: - Март, ревнуешь, что ли? - И ничего я не ревную. Это всё джинсы твои дурацкие. Вот следующий раз возьму их и выкину. - А ты для начала попробуй их с меня снять. Вот же засранец) Так и живём. Потихоньку, помаленьку, то пьянеем от любви, то опохмеляемся. Притираемся друг к другу и выжидаем это самое «время», как тёть-Валя советовала. Особенных планов не строим. Ну разве что отдохнуть вместе следующим летом, если конечно Галина к тому моменту будет готова принять эту мысль. А всё остальное: будет день - будет видно, не будет видно – будет новый день. Как же я скучал, по вот такой непринужденной болтовне с самим собой, обо всём и ни о чём. Всю неделю в командировке был, вот буквально только что с поезда, а тут Доджик звонит и говорит «Забирай свой металлолом, вроде бы фурычит. Только гаматься на нём совсем неудобно». Так и знал, что этот зараза-геймер уже давно всё починил, просто поюзать решил в своё удовольствие. Вот бывают же некоторые люди. Так и хочется их обнять. Верёвкой. За шею) Ну ладно, ему всё прощается. Хотя бы за то, что мой ненаглядный бук снова в строю. Я так скучал, так скучал. А ещё знаете, по ком скучал…? *** - И по ком же? – родной голос прозвучал прямо где-то возле уха, а горячее дыхание заставило мурашки побежать по спине. - Будь проклят тот день, когда я дал тебе ключи от своей квартиры, - ёрничал Март, хотя счастливая улыбка не могла скрыть его настоящих эмоций. - Так по ком ты там скучал? - Да по тебе скучал. ПО-ТЕ-БЕ! Мужчина подхватил парня на руки и усадил на стол перед собой. Эти губы, так и просили поцелуя… - Ой!.. Кажется, я что-то нажал. Ctrl+A. Delete.

15 июля 2012 г. Freya

Скидки

Я не ревную-просто твои джинсы слишком узкие

Легенды Ледяных Земель

Сгорай

Встать за тобой

Кочерга

Лес чаяний

Противоречия и ананас

Наследие пепла