Ctrl+A. Delete

Тема: It’s too… Читать далее Дом, милый дом. Как увидел это бессистемное скопление ворчащих людей в зале приёма багажа, так сразу и понял: «Ну, вот я и дома!» Россия. Как там у классика? Умом Россию не понять, аршином общим не измерить… Смотреть и лишь охреневать - глазам не верить)) Ну, я так юморить пытаюсь. После многочасового бессонного перелёта выходит не очень удачно, sorry. В общем-то, только забрал багаж и вышел в зал ожидания, как заметил надпись «Wi-fi. Бесплатно для посетителей кафе» - не удержался. Вот теперь сижу и вдыхаю родной аромат растворимого кофе и смачно облизываюсь в сторону самого настоящего горячего бутерброда, с колбасой и сыром. И плевать, что микроволновка была в состоянии расплавить не только сыр, но и какой-нибудь кусок металла – я терпеливый, я подожду) Так надоел этот fast-food, что слов нет. А пока руки так и тянутся к клавиатуре - черкануть несколько строк о последних месяцах моей жизни. Просто снова это дурацкое чувство, что нужно срочно разгрести тот хлам, что скопился на моем чердаке, который почему-то принято называть головой. Про то, как я попал в программу по обмену студентами, писал уже неоднократно, а вот после фразы “Goodbye, Russia, I won’t miss you))” так и не довелось ни одного толкового поста написать – всё суета, дела, учёба… (В смысле, парни, клубы, вечеринки)) Ладно, шучу. В общем, обо всём по порядку. В конце концов, времени у меня предостаточно: вылет оказался на час раньше и маму предупредить я, разумеется, не успел, так что теперь сидеть мне тут в обнимку с ноутбуком, ибо она вчера категорично заявила, что встретит меня лично. К чему такие жертвы? Я бы и сам на такси доехал, не маленький же. Но она сказала, у неё для меня сюрприз. Звучит, подозрительно, учитывая, что мой двадцать первый по счёту День Рождения минул полгода как, а больше хорошего повода для сюрприза мне в голову не приходит. Ладно, посмотрим. Итак, о моей жизни в Чикаго я всё-таки иногда отписывался. Про «идеальную американскую семью Ридлов» – профессиональную домохозяйку Арлин, которая по праздникам делает свой фирменный тыквенный пирог, её мужа – Роджера (он госслужащий, хотя я так толком и не понял, чем именно он занимается) Ну, и конечно же их сына Тори (Арлин всегда звала его Торренс, причём чаще кричала: “Torrance Walter Riddle, get out of bathroom and hurry up!”) Тори – тот ещё кадр. В России он вызывал бы ужас у лекторов своими чёрно-фиолетовыми волосами и многочисленным пирсингом, а там – обыкновенный неформал – никто из прохожих даже не обернётся. Причём, парень-то умный – в компах шарит так, что я больше научился от совместного залипания за его ноутбуком, нежели на аудиторных занятиях в колледже. Кстати когда он со всей семьёй приехал встречать меня в аэропорт, я поначалу подумал, что мы не слишком поладим, но уже к вечеру Тори на ломаном русском орал «Привьет, красотка. Мир, труд, Март!» Это я с Иркой по скайпу созванивался, а мой «наставник» непрерывно лез в кадр, чтобы пообщаться «with cute Russian girl», и то, что её словарный запас огранивался выражениями «Fuck you» и «I don’t speak English» его нисколько не волновало. Моих знаний английского тоже оказалось маловато – пришлось быстро осваиваться. Тори помогал мне в этом как мог, и уже через пару недель Арлин стала утверждать, что моё произношение несомненно улучшилось. Я был горд) Занятия в Колледже? По правде сказать, это было не самой интересной частью моего путешествия. Помимо учебных проектов, лекций и практических занятий, была ещё и другая сторона жизни, которую я на удивление легко обнаружил. При колледже был свой филиал центра поддержки LGBT - Тори упомянул об этом вскользь во время экскурсии по кампусу, и вскоре я узнал, что толерантность к людям с нетрадиционной ориентацией провозглашается там не только на словах. Через пару дней, когда я уже освоился, что почём и с чем это едят, решил познакомиться с местным радужным сообществом поближе. И тут же быстро нашёл друзей. Джина была одним из организаторов волонтерских программ от колледжа, её девушка – Лив училась со мной на одном направлении, меня как раз прикрепили к их группе, а с вечным мастером на все руки Оливером мы уже пару раз пересекались на web-дизайне. То, что эти молодые люди не скрывают своей ориентации, меня поначалу удивило. Но Джина объяснила, что далеко не всё так «радужно» в радужных кругах. Что всё равно есть студенты, которые не хотят разглашать свою тайну и продолжают скрываться, страшась реакции богобоязненных родителей-консерваторов или непонимания со стороны товарищей по команде, братьев, сестёр. Однако их организация помогает таким студентам, устраивает психологические тренинги и даже горячие линии для тех, кто не может справиться со своими пробелами самостоятельно, но при этом боится раскрыть лицо. В общем, их команда занималась много чем интересным – их проекты действительно работали и помогали людям. Я с радостью заявил, что охотно помогу им, если, конечно, моя помощь пригодится. Джина и Лив тут же взяли меня в оборот, предложив поучаствовать в создании презентации на тему «Все краски мира» для конкурса среди лгбт-групп. Самое удивительное, что никто даже не стал интересоваться о причинах моего активного участия в этой программе. Не думаю, что девчонки с первого взгляда раскрыли мою ориентацию и просто не стали задавать лишних вопросов. Более того, когда я пару раз упомянул в своей речи Ирку, Лив даже спросила, не скучаю ли я по своей девушке. Я, конечно же, пояснил, что мы просто друзья детства. На самом деле, многие студенты-натуралы активно помогали девчонкам в их добром начинании, так что ничего удивительного в моём желании никто не увидел. Ну, разве что Оливер) То ли у этого парня действительно гей-радар настроен, как спутник NASA, то ли я всё-таки на чём-то прокололся, но Оливер предложил мне «весело провести ночь в компании симпатичных парней». И для верности ещё подмигнул так, что у меня сомнений не осталось в том, куда именно меня приглашают. Моя первая настоящая гей-вечеринка) То, что бывает в Баре, где мы с Иркой отдыхаем после суровых трудовых будней, это просто детский сад по сравнению с тем, что я увидел, когда впервые попал в «Dot». Парни, молодые, красивые! Много парней! Много, много, много парней! У меня аж в голове помутнело. Они заполняли весь огромный танцпол, двигались под ритмичную музыку, смеясь и целуясь в танце. На сцене, в клетках под потолком и на барной стойке развлекали гостей клуба мальчики go-go в одном белье. Всю эту атмосферу массового веселья сложно описать словами. В России, в нашем Баре (который по размеру был чуть больше Дотовских туалетов) крохотный танцпол всегда был полупустым. Да и контингент там совершенно иной. Всё чаще мужчины постарше, которые, удачно расположившись на диванчиках, разменивают очередную бутылку пива и оглядывают похотливым взглядом танцующих в зале немногочисленных молодых парней. Причём всех их ты уже давно прекрасно знаешь – эти лица из раза в раз одни и те же. И каждый новый посетитель Бара – это целое грандиозное событие, ибо бывает крайне редко. Но «Дот»… Тут всё было по-другому. Правда, Оливер уверял, что меня непременно сразу же заметят, и даже предупредил, чтобы я был на чеку. «Он что, шутит? Кто меня в такой толпе заметит? Да я тут сам потеряться могу!» - эта мысль сверкала в моей голове, пока Оливер протискиваясь между танцующими парнями, пробирался к бару, крепко держа меня за руку. - Вот, держи! - Это что? – пока я пребывал в состоянии блаженной эйфории, разглядывая соблазнительного паренька в белых плавках, танцующего на барной стойке, Оливер всучил мне в руки бокал с чем-то… сладким и очень крепким. (Для меня до сих пор остаётся загадкой, что же именно это было). После чего меня нагло и бесцеремонно оторвали от созерцания стройных ног и подкаченного пресса, а затем потащили в другой конец зала. - А почему бы нам не остаться возле барной стойки? – кричал я в ухо своего «экскурсовода», пока тот выискивал взглядом свободный столик. Мой ломаный английский и так оставлял желать лучшего, а учитывая, что музыка просто оглушала… - Ты обезумел? Да тебя там на раз снимут. Я даже сначала подумал, что неверно перевёл его слова, но Оливер сказал именно то, что сказал. - Снимут? – всё же переспросил я. - Конечно. Тебя и так уже пол-клуба взглядом раздевают, а если будешь в одиночестве сидеть у барной стойки, то тут же станешь лёгкой добычей какого-нибудь самовлюблённого придурка. - А я не один. Я же с тобой. - Нет уж, милый, - рассмеялся брюнет, - я обещал показать тебе настоящую жизнь ночного Чикаго и провести краткий инструктаж, но быть бэбиситером на всю ночь я не подписывался – мне, знаешь ли, и свою личную жизнь надо налаживать. Это ты, новенький, нарасхват, а мне репутацию оправдывать всё сложнее – когда уже чуть не каждый третий на танцполе мой бывший или новый моего бывшего. А ты всё-таки будь осторожнее, окей? Я, было, снова хотел посмеяться над словами Олли, но вдруг мимо нас прошёл высокий парень. Узкие джинсы и драная майка на безупречно накаченном теле и хмельной блеск в глазах. У меня просто дыхание перехватило. - Потанцуем? Я, конечно же, не сразу расслышал и, едва не потеряв дар речи, что уж говорить про и без того скудный словарный запас, - попытался что-то ответить, поздороваться хотя бы, но будто из ниоткуда возник Оливер, обнял меня со спины и с суровым видом громко выкрикнул: - Здесь занято! Я как-то странно себя ощутил. Дело было даже не в объятьях Оливера, а скорее во всей этой ситуации. Впервые два симпатичных парня пускали друг в друга молнии из глаз, пытаясь устранить соперника в борьбе за ценную добычу. И угадайте, кем был я? Ага)) Именно так)) Чёрт возьми, а мне ведь понравилось!) Правда, в ту секунду я ещё не успел всё толком осознать, как незнакомец быстро затерялся в толпе, полностью охладев ко мне ровно в ту секунду, когда Оливер демонстративно поцеловал меня в щёку и прижал к себе, обхватив рукой талию. - Эй, какого чёрта ты творишь? Может, этот парень мне понравился! – возмущался я, едва подбирая слова, уже спустя пару секунд. Но Оливер продолжал пробираться к столикам, игнорируя мои комментарии. - Да ты оглянись вокруг! Здесь куча таких парней и многие не прочь угостить тебя выпивкой. - Вообще-то, я не пью, - скептически буркнул я, не намереваясь быть услышанным, и как раз в этот момент мой взгляд неспешно обошёл кругом весь зал, барную стойку и даже столики второго этажа. И тут я сделал невероятное открытие. А ведь Олли прав. Я напоролся не на один такой похотливый взгляд. Многие парни заинтересованно смотрели в мою сторону, недвусмысленно улыбаясь, и даже подмигивали, если мои глаза задерживались на их лице дольше пары секунд. Это было очень странное ощущение. Неужели я впрямь привлёк их внимание? Как? Чем? В такой толпе? Я?! Это уже потом Оливер мне объяснил. Может, и кажется, что посетителей в клубе слишком много и в такой толпе невозможно кого-либо запомнить, но на самом деле, как и в любом тематическом клубе, тут уже давно есть сформировавшаяся постоянная тусовка, в которой сплошь примелькавшиеся лица (просто их на несколько десятков больше, чем в нашем Баре). Все они прекрасно знают друг друга, и даже более того. - …Стив встречался с танцором Дэнни – да, вон тот, которого ты обслюнявил взглядом возле бара. А Дэнни - это бывший парень Рика, который и предлагал тебе потанцевать. На самом деле это он сейчас такой смелый. А как только Джей вернётся из очередной дальней командировки, Рикки снова будет паинькой и не посмеет даже взгляда поднять на другого мужчину. Правда они с Джейсоном даже не пара – просто все знают, что Джей ноги переломает любому, кто посмеет прикоснуться к Рику. Вот только его жена и дети, а ещё целый штат сотрудников огромной корпорации, ворочающей миллионами под его руководством, понятия не имеют о сексуальных предпочтениях Джейсона… - А он не боится, что кто-нибудь…? - Расскажет? ..Конечно нет! – Оливер усмехнулся, стряхивая пепел в опустевший бокал. – Во-первых, дуболомы Джея переломают этому храбрецу все шейные позвонки, раньше, чем он успеет открыть свой рот. Да и зачем? Джей всегда найдёт как «отмазаться». Репутация закоренелого натурала ему дороже всего на свете. Думаю, даже дороже Рика. Пока Оливер продолжал перебирать всё постельное бельё «Дота», я наконец понял, что действительно выделяюсь в толпе. Как раз потому что «новенький», «свежее мясо», как шутил Олли, - никто обо мне ничего не знает, а этот факт сам по себе зажигает в завсегдатаях интерес. С одной стороны, это подстёгивало моё самолюбие. А с другой - всё равно было немного страшно: я не привык к такому вниманию к своей скромной персоне. Впрочем, пара коктейлей избавила меня от какого-либо чувства неловкости. Как раз именно в этот момент в моей жизни и появился Он. Тот, чьим именем я мог бы озаглавить весь этот пост, но вот отчего-то выбрал такое дурацкое название) Я не сразу его заметил. Но он был одним из тех, кто неотрывно следил за мной с самой первой минуты нашего пребывания в «Доте». На противоположной стороне зала, так же за столиком, на белых кожаных диванах с высокими спинками, в компании ещё троих парней сидел молодой мужчина. Всё, что я мог рассмотреть с такого расстояния, это то, что он был высок – гораздо выше своих спутников, неброско одет и главное – его сверкающие в темноте от светомузыки глаза, казалось, непрерывно прожигали меня насквозь. Даже когда я в упор посмотрел на него, незнакомец не перевёл взгляда и не попытался скрыть свою заинтересованность – он упорно продолжал смотреть в мою сторону. Откровенно говоря, я тоже засмотрелся на него, позабыв обо всех правилах приличия (которые, кажется, никто из посетителей «Дота» не признавал). Почему-то именно Он заинтересовал меня ничуть не меньше, чем я его. У меня даже мурашки по спине пробежали, когда он коснулся губами бокала, не отрывая глаз от меня – этот жест показался мне невероятно соблазнительным. Хотя, какого чёрта? Он всего лишь пил виски – в отличие от других парней, он не подмигивал и не улыбался, не кивал с ухмылкой в сторону туалета (да, и с таким я уже успел столкнуться)). Он просто смотрел. Но я сидел как на иголках, ощущая, как ладони начинают стремительно потеть. - Эй, Мартин, ты меня слушаешь? – Олли пощёлкал пальцами перед моим лицом, и я вернулся к теме разговора. - Да, прости. - …Так вот с ним-то меня и познакомил Стив, представляешь? Тесен мир, не правда ли? – Оливер засмеялся. - Да, действительно, - машинально ответил я, стараясь побыстрее вернуться взглядом к заветному дальнему столику. А он всё смотрел… Оливер, кажется, продолжал что-то рассказывать, но громкая музыка и моё откровенное безразличие, вскоре вынудили его умолкнуть: - Я принесу ещё пару коктейлей! – выдал он где-то у самого моего уха, и я вздрогнул. - Что? - Коктейль, - Оливер указал взглядом на опустевший бокал в моей руке. А я даже не заметил, как осушил его до дна. Впрочем, я чувствовал, что стало как-то жарко, голова будто в горячке, но я был почти на сто процентов уверен, что это всё вина симпатичного незнакомца. - Окей, - бросил я. - …Оливер, а ты не знаешь, кто…? – но к тому моменту парень уже пробирался сквозь толпу в сторону бара, а я остался в одиночестве – с пустым бокалом и весьма неоднозначным предчувствием. Почему-то я был уверен, что этот незнакомец станет главной темой ночи. Вот только судя по его поведению, он не собирался ни делать мне непристойных намёков, ни даже просто подходить с целью поинтересоваться, кто я и не хочу ли потанцевать. А я… А я был этим откровенно расстроен. Впрочем, для того, чтобы мне набраться храбрости на такой поступок, нужно было реально неслабо набраться. В тот момент, когда эта мысль перестала казаться мне глупой, в толпе, недалеко от заветного столика мелькнул Оливер. И нет, мне не показалось, - он действительно улыбнулся в сторону незнакомца и, резко поменяв траекторию, направился к той компании. Я пристально наблюдал за дальнейшим ходом событий: неужели они знакомы? Как выяснилось, Оливер не зря хвастался своими «легендарными» амурными похождениями. Но об этом я узнал только тогда, когда перецеловавшись «щёчка к щёчке» со всеми парнями из той компании, он оставил наши бокалы на столике и жестом показав, что здесь не один, направился, наконец, в мою сторону. - Пойдём! - Куда? Ты их знаешь? - Да, это Джошуа – я тебе говорил, мы с ним пробовали встречаться какое-то время… Ну, когда я был в депрессии после Луиса. Пары из нас не вышло, но вот друг из него – отличный. Я не знал, что он сегодня тоже будет. Обычно в это время у него тренировки перед отборочными матчами… - А кто его друзья? – перебил я Оливера, торопясь узнать, как же зовут незнакомца. Но к тому моменту мы уже почти добрались до конечного пункта. (Надо заметить, всё это время его взгляд заставлял меня активно смущаться). - …А вот это и есть тот самый «Мартин из России». Прошу любить и жаловать! Один из парней, сидящих за столиком, тут же подскочил и протянул мне руку. - Я Майлз. Кстати я подрабатываю гидом, так что, если хочешь, могу устроить тебе экскурсию по всем красотам Чикаго, - белобрысый невысокий парень просиял беззаботной улыбкой. Я хотел вежливо отказаться под предлогом того, что моя «Американская семья» уже устроила мне нечто подобное буквально на второй день после приезда. Но прежде, чем я успел подобрать слова, сильная рука притянула Майлза за талию. - Снова пытаешься заставить меня ревновать? – голос мужчины, стоявшего позади блондина, был гораздо грубее, и на его лице не было и тени улыбки – ну разве что хмельная усмешка. – Я, кстати, Густав, его законный супруг. Как же странно это прозвучало, почти как шутка. Я даже хотел позубоскалить на тему «И прямо штамп в паспорте есть, да?», как вдруг вспомнил, что мы не в России. В штатах и к геям совсем другое отношение, да и до Канады рукой подать – а там такие случаи уже давно не редкость. Кажется, и в Америке однополые браки разрешены в нескольких штатах. Нет? Приглядевшись, я быстро заметил у парней обручальные кольца, да и по одному тону Густава было слышно, что он не шутит. По-моему, он вообще не любитель шутить, а ещё ревнует Майлза ко всему что движется и покоится на ближайший километр. (Причем, если это «что» движется в сторону Майлза, то сильно рискует скоропостижно упокоиться)) - Густав, не пугай мальчика, - на этот раз в беседу вступил невысокий коренастый парень, с полнейшим креативом на голове, в джинсовом комбинезоне поверх белой футболки, застегнутом только на одном плече. Кем был этакий «типичный американский фермер», догадаться было несложно: - Я Джошуа, и не обращай внимания на эту сладкую парочку. У них просто никак медовый месяц не закончится. - По-моему, они прекрасная пара, - выдал я. Майлз только смущённо улыбнулся, да и Густав, казалось, слегка потеплел. - А вы с Олли тоже неплохо смотритесь, - чуть прищурившись, Джошуа перевёл взгляд на Оливера. – Почему ты мне до сих пор ничего не рассказывал об этом русском сокровище? А ещё говорят, в России много девушек красивых – парни-то, я смотрю, ни в чём не уступают! - Вообще, мы с Мартином просто учимся вместе. И я решил показать ему, как мы тут умеем развлекаться, вот и всё… - Оливер тоже смотрел в сторону Джошуа с каким-то напряжением. Я был готов поспорить, что у этих двоих ещё далеко не всё в прошлом, по крайней мере, самых обычных приятелей они точно не напоминали. За всеми этими знакомствами, я ни разу не забывал о том, кто прочно обосновался у меня в мыслях. О том самом зеленоглазом «незнакомце», который сидел за спинами друзей и продолжал тревожить меня пристальным взглядом. Видимо, он ждал своей очереди, и вот наконец… - Может, уже дадите парням присесть? Я Лоран, приятно познакомиться, - крепкое рукопожатие, всё такой же напористый взгляд. Мне показалось, что этим прикосновением он лишил моё тело всех жизненных сил. Сопротивляться было бесполезно. Несколько минут спустя я, наконец, перестал быть главной темой дня. Джошуа прекратил напряженно переглядываться с Оливером, видимо, убедившись, что мы пришли в «Дот» не как пара. Густав тоже немного выпил, расслабился и перестал чувствовать в моём лице соперника – наверное, потому что полусонный Майлз дремал у него на плече, а я практически не смотрел в их сторону. Куда я смотрел? А вы как думаете?) Мне досталось место в самой середине диванчика. Оливер сидел рядом, по правую руку, а сразу за ним, на углу столика расположился Он. Лоран. Это имя я мысленно смаковал на языке, никак не решаясь обратиться к нему первым. И несмотря на то, что наш пылкий зрительный контакт не прерывался ни на минуту, мы не обмолвились и парой слов с тех пор, как он представился. Да и пожалуй, это было бы странно – перекрикивать громкую музыку через ставшего преградой на пути Оливера. А может, я просто смущался в десятки раз больше обычного. По крайней мере, теперь я мог его рассмотреть, как следует. Всё, что я мог сказать о его внешности… (Поправка) …Всё, что я мог сказать членораздельно о его внешности, так это «Вау!») Его нельзя было назвать моделью с обложки мужского журнала. Нельзя сравнить с кем-нибудь из телезвёзд. Нельзя было даже просто объяснить, что же именно в нём такого, что не позволяет оторвать взгляд. Он был не просто красив (хотя это бесспорно), в нём было нечто гораздо более глубокое, чем обыкновенная внешняя привлекательность. Кажется, это принято назвать харизмой, да? Она чувствовалась во всём: в его уверенной, но в то же время расслабленной позе, в его полуулыбке, в его голосе (мне тут же захотелось услышать его в тишине, без этого оглушающего музыкального фона). Но сильнее всего это ощущалось по взгляду. Эти зелёные глаза… Было в них что-то дьявольское, правда. А может, они просто так сверкали в тусклом свете лампы, висящей над нашим столом? Мне становилось жарко. Чтобы хоть как-то охладить голову я уже осушил два бокала с очередным неизвестным мне коктейлем. (Оливер даже не успел заметить, что остался без своей выпивки). Я даже прихватил языком кусочек льда и продолжал посасывать его, не задумываясь, насколько глупо это выглядит со стороны. Лоран коснулся губами бокала, стараясь скрыть короткий смешок. Я тут же залился краской, от неожиданности проглотил льдинку и закашлялся. - Мартин, ты в порядке? – отозвался тут же Оливер, хотя, по-моему, в этот момент вокруг смело могли гореть пожары и проноситься тайфуны, а Олли с горящим взглядом и приоткрытым ртом всё равно продолжал бы слушать историю Джошуа о том, как тот возил своего кота в ветлечебницу для кастрации. (Эти двое казались мне самой странной «не парой», которую я когда-либо видел). Лишённый возможности (ладно, храбрости) заговорить с Лораном, я продолжал изучать каждую деталь его внешнего вида. Моё первое мнение о том, что этот мужчина был «неброско» одет, быстро развеялось. Из-под рукава классического чёрного пиджака выглядывали часы. Я, конечно, не знаток дорогих аксессуаров, но знаете, есть вещи, которые видишь и сразу понимаешь, что стоят они столько, сколько тебе даже в кредит не дадут. Меня бы не удивило, если бы под воротничком кипенно-белой рубашки обнаружился какой-нибудь известный лейбл. Похоже, Лоран одевался совершенно не для обычного похода в клуб. И всё же ему был очень к лицу этот деловой стиль. Кстати о его лице. Теперь я наверняка знал, что не ошибся. Лоран был действительно гораздо более смуглым, чем его друзья. Клубное освещение оставляло желать лучшего, и всё же, без сомнения, он был одним из тех чудесных результатов кровосмешения разных национальностей: зеленоглазый мулат с чёрными, совсем короткими волосами. Такое экстраординарное сочетание уже привлекало внимание. Что и говорить о тех случаях, когда его тонкие губы размыкались в улыбке. А ещё этот маленький, еле заметный камешек в правом ухе. Ну вот скажите, где?.. Где делают такие шедевры неземной красоты и обаяния? Да ещё и по спецзаказу для геев. То, что беспокоиться об ориентации Лорана мне не нужно, подсказывало не столько место, где мы познакомились, сколько этот его взгляд. Вот только, что он мог означать? Ведь за прошедшие полчаса нам так и не удалось друг с другом поговорить. Я только изредка отвечал на вопросы Джошуа и смеялся над шутками Оливера, а ещё продолжал методично напиваться, потому что смущался всё сильнее. Но этот обмен многозначительными взглядами уже должен был наконец перерасти во что-то большее. И тут заиграла какая-то медленная музыка. Оливер тут же прервался на полуслове и уставился на Джоша. - Ты просто не можешь мне отказать, - ухмыльнулся тот. - Ты что, специально это подстроил? - Все претензии к ди-джею, милый. А ты обещал. Это наша песня, как бы там ни было. - Ну что за глупости, - демонстративно закатил глаза Оливер и всё же встал с дивана, когда Джош подал ему руку. - Так, мальчики, мы пошли танцевать. Вы с нами? – Джошуа смотрел на Густава, который явно не горел энтузиазмом вообще продолжать ночь. С тех пор как Майлза окончательно разморило от выпитого, он непрерывно поглядывал на часы и, видимо, ждал повода улизнуть с вечеринки. - Ребят, мы, наверное, домой поедем. Мне завтра на работу, а Майлз вон и так после суточной смены. Правда, спасибо, что вытащили, но… - Да ну вас! Совсем веселиться разучились, женатики! – Олли только фыркнул в их сторону. - Ладно, созвонимся, - Густав пожал парням руки, попрощался с нами и повёл полусонного Майлза к выходу. Тот, правда, что-то бормотал по типу того, что нужно непременно потанцевать, что ночь такая классная, и ребята такие замечательные, и вообще «Я ни разу не устал, надо ещё выпить… Гуз,… только меня что-то мутит …» И вдруг я осознал, что все разошлись и на диванчиках остались только мы вдвоём. У меня аж под ложечкой засосало. «Этот вечер точно запомнится надолго», - подумал тогда я. Откуда была такая уверенность? Скажем так, моя задница всегда чувствует, когда на горизонте появляются приключения. - А почему у тебя такое странное имя, Мартин?– я даже вздрогнул от неожиданности. - Ты родился не в России? - Мартин – это прозвище, - с трудом подбирая слова, ответил я. (Напомню, что мой словарный запас редел с каждым глотком коктейля). – На самом деле, меня зовут Март. - И как тебе нравится в Америке, Март? – он произнёс моё имя так… так… даже не знаю как, с таким непривычным акцентом. Я тут же ощутил всю сексуальность его голоса, и в мозгах окончательно переклинило. - Очень нравится, - выпалил я, добавив про себя: «…Особенно некоторые американцы». - У тебя неплохое произношение, - его белоснежная улыбка меня просто гипнотизировала. - Спасибо, меня Тори тренировал. - Тори? Это твой бойфренд? – прищур его зелёных глаз буквально прострелил меня насквозь. - Нет-нет! – засуетился я. - Нет у меня никакого парня! (в глазах Лорана мелькнула растерянность, и я тут же понял, как это прозвучало) – …Ну в смысле, сейчас нет. Я пока один. - Ясно, - кивнул мулат, не скрывая улыбки, и чуть тише добавил, - …Я рад... В этот момент мне даже показалось, что он чуть-чуть смутился. Впрочем, его глаза снова пристально посмотрели на меня, напористо, выжидая моей реакции. Открытый флирт в исполнении Лорана был не менее страстным, чем предыдущий обстрел взглядами. - Оливер говорил, что вы учитесь вместе. Тоже на дизайне? - Нет, я скорее по части программирования. - Понятно. И много в России таких симпатичных программистов? – соблазнительно изогнув бровь, Лоран сделал ещё один глоток из бокала, который, надо заметить, совершенно не пустел – казалось, он уже целую вечность безуспешно пытается прикончить эту порцию виски. Я так и не нашёлся, что ответить. Не потому что не умею принимать комплименты (хотя откровенно говоря, да, не умею)). Просто эта энергетика, исходившая от Лорана, вгоняла меня в ступор. И тут внезапно он рассмеялся, закрывая ладонями лицо. - Прости. Я не знаю, что со мной. Флиртую с тобой, как какой-то пикапер. Это совсем не в моём стиле, - похоже, Лоран действительно был смущён. - Почему же? У тебя неплохо получается, - улыбнулся я, чтобы поддержать его. Смущённое выражение лица смотрелось на нём как-то совсем непривычно, и хотя я был знаком с ним лишь чуть больше получаса, в этом не было никаких сомнений. - Ты, правда, так думаешь? – снова эти глаза за секунду меня приструнили, в горле окончательно пересохло. А он сидел так близко, что мы едва не касались коленями. - Извини, мне нужно… я на минуту, - я как последний придурок запаниковал и подскочил с дивана. Мне было просто жизненно необходимо освежить голову, а ещё поговорить с кем-нибудь. Оливера я практически вытащил из цепких рук Джошуа, под важным предлогом, что не знаю, где здесь туалет и непременно заблужусь, если меня не проводят. - Прости, что прервал ваш танец, - мы стояли у зеркала, и я пытался освежить лицо прохладной водой, пока Оливер прикуривал сигарету, задумчиво уставившись в одну точку. - Что?.. А нет, ничего страшного… С чего бы это тебе просить прощения? Это просто танец. Просто дружеский танец. Ага, дружеский. Интересно, эти двое вообще осознавали, что между ними электрическое напряжение зашкаливает? Друзья. Конечно, ведь все друзья раздевают друг друга взглядом и ревнуют к каждому потенциальному сопернику? Впрочем, это их личное с Джошем дело. - А ты чего весь как на иголках? - Я? – мой голос дрогнул. - Аааа! Понятно! – ухмыльнулся Олли. - Лоран, да? Неужели его высочество обратило свой взгляд на твою скромную персону? - Скромную персону? – я даже немного оскорбился. – Ты же сам говорил, что новички в «Доте» пользуются популярностью. Так что особенного в Лоране? - Это ты скажи мне, что особенного в Лоране, что все на него так ведутся? – Оливер сделал затяжку. Я озадаченно замолчал. - …Ладно, слушай. Лоран – это…. Это Лоран, понимаешь? Он не как все. Да, он частенько приходит в «Дот», но в основном, чтобы выпить пару бокалов, встретиться с друзьями. И он никогда ни с кем тут не знакомится, хотя уж поверь мне – приглашений «хорошо провести время» у него всегда хватает. - У него кто-то есть? – эта мысль тут же пришла мне в голову, но хмельной мозг не успел удержать её от того, чтобы быть озвученной. - У Лорана? Как ни странно, у него никого нет. ..Я, конечно же, имею в виду кого-то постоянного, про его интимную жизнь я как-то не в курсе, но мне и не особо интересно. - А почему? Он красивый мужчина, разве нет? – я тут же мысленно выругался сам на себя и прикусил свой вышедший из-под контроля язык. - Красивый, умный, богатый – просто мечта для любого одиноко гея. Только он им всем не по зубам. Я знаю его не так давно, как Джошуа, но он рассказывал, что Лорана не так-то просто заинтересовать. Он не ведётся на внешность, не тратит время на «романы на одну ночь». И если уж заводит отношения, то выкладывается по максимуму, требуя от партнёра того же. Короче, максималист во всём, видимо, такой характер. - Понятно, - пробубнил я. - Только не говори, что тебе понравился Лоран? - А что, если так? – осторожно поинтересовался я, слегка краснея. - Ну, едва ли тебе что-то с ним светит, - усмехнулся Олли и затушил сигарету в пепельнице. – Лучше выбери кого-нибудь, кто… Тут Оливер завис на полуслове, и я невольно проследил за его взглядом. Через приоткрытую дверь было видно часть танцпола, где как раз в эту минуту Джошуа танцевал вместе с каким-то высоким мускулистым парнем. - Ладно, думаю, обратно ты сам доберёшься, да? Мне надо идти, - засуетился Оливер и буквально выбежал из туалета. Я только усмехнулся: «Ну да, друзья, конечно». Тем временем все мои мысли по-прежнему были поглощены Лораном. «…Едва ли тебе с ним что-то светит». С одной стороны, это задевало моё самолюбие, а с другой - один его взгляд слишком смущал меня, чтобы попытаться ответить на его флирт. Да ещё и от выпитого спиртного перед глазами всё было как в тумане: ноги ватные, мозг в коматозе, а логика в отставке. И всё же, надо было возвращаться, хотя я так и не решил, как вести себя с этим зеленоглазым принцем. Надо заметить, что в целом вестибулярный аппарат меня редко подводит, но не привыкший к такому алкогольному успокоительному, в этот раз он окончательно отключился. Как раз когда я попытался сделать пару шагов к выходу и коснуться дверной ручки. Промахнувшись, я чуть не упал. Пришлось сделать остановку и перевести дыхание, пока головокружение пройдёт. - Ты в порядке? Этот голос прозвучал слишком близко. Подняв глаза, я увидел Лорана, стоящего в дверях. А немного придя в себя, осознал, что его руки крепко держат меня за талию. - Март, ты меня слышишь? - Что? А… Да.. просто голова закружилась… Что ты здесь делаешь? – я долго пытался сообразить, как это произошло, но словно несколько секунд выпали из жизни. - Просто тебя долго не было, а потом Оливер выбежал из туалета как ошпаренный… Я подумал, вдруг тебе нужна помощь? - Ну видимо, если бы ты не появился, я бы вполне мог удариться головой обо что-нибудь и тогда мне действительно понадобилась бы помощь. - Следующий раз мне дождаться, пока ты упадёшь? – Лоран улыбнулся. Его глаза по-прежнему не отпускали мои ни на секунду. Я даже начал задумываться, от чего именно у меня кружится голова – от спиртного или от непреодолимого желания его поцеловать? А ведь всё это время Лоран и не думал выпускать меня из своих тёплых сильных ладоней. Я буквально на секунду опустил взгляд, и он тут же смутился: - Наверное, мне стоит тебя отпустить? - Да, думаю, уже можно. - Только если ты не собираешься, снова внезапно отключиться. Он всё же убрал руки с моей талии, хотя что-то мне подсказывало, что нам обоим этого совершенно не хотелось. - Вернёмся за столик? - Да, я только ещё немного охлажусь… - я торопливо принялся набирать в ладони холодную воду. - Всё ещё кружится голова? - Немного… - не мог же я сказать, что у меня виски горят и в джинсах стремительно становилось тесно от одного его прикосновения. - Знаешь, раньше я как-то по-другому представлял себе парней из России. - Да? И как же? – я даже боялся поднять на него взгляд – всё продолжал умывать лицо ледяной водой, хотя пальцы уже откровенно пощипывало от холода. - Ну, … такими брутально-небритыми, грубыми… гомофобами… - … - я только выдал короткий смешок. Хотя, по большей части он конечно же был прав. По крайней мере, касательно гомофобии. - А ещё русские должны выпивать по утрам стакан водки вместо чая и не хмелеть, разве нет? – мы оба рассмеялись. - …Вообще-то, я обычно не пью, - честно признался я, наконец закончив эту мучительную пытку холодом. (Помогло, надо заметить, не очень-то). - А что же сегодня с тобой случилось такого необычного? - Ты… - ну, я же говорю, «не очень-то помогло» - язык по-прежнему был мой враг, предатель… а ещё верный друг и товарищ, потому что именно в эту секунду Лоран внезапно сделал шаг вперёд, оказавшись так близко, что я снова чуть не упал от неожиданности. А потом его руки снова прижали меня к себе, крепко, надёжно, «тооооонко» намекая, что сбежать не получится. И в это же самое мгновение его губы жадно впились в мои. Это был безумно страстный поцелуй. Знаете, от которого сердце захлёбывается адреналином, в голове полная потеря сознания-осознания, а дыхание невозможно в принципе. Да тебе и не нужен никакой нафиг кислород, лишь бы его губы не отрывались от твоих. Сопротивляться мёртвой хватке его рук было бесполезно, но к счастью, у меня и в мыслях этого не было. Поэтому мы продолжали с упоением закусывать друг другу губы, глухо постанывая, сминая пальцами одежду. И всё-таки рано или поздно всегда наступает момент, когда это внезапное наваждение рассеивается и приходит время открыть глаза и включить голову. - Прости, пожалуйста, - Лоран резко выпустил меня из своих объятий. (И спрашивается, кто разрешал ему это делать?) – Я правда, никогда так себя не вёл… раньше… Я вообще не понимаю, что творю. - А разве мы сделали что-то плохое? - … - Лоран опёрся спиной о стену, прикрывая смеющееся лицо ладонями. – Просто это как будто не со мной. Я уже так давно живу одной работой, забив на личную жизнь с тех пор, как послал лесом Джейсона. И самое смешное, что я послал его из-за таких вот поцелуев в клубных туалетах. Хотя зная Джейсона, там были не только поцелуи. Лоран говорил торопливо, да ещё и с акцентом, причём нервно посмеиваясь – я с трудом улавливал суть его монолога. - Это совсем непривычно для меня, понимаешь? Я не знакомлюсь в клубах, не умею флиртовать, не тащу парней в постель на первом свидании. («Ого, какой перспективный логический ряд выстраивается!» - мысленно усмехнулся я, пока Лоран продолжал). …А потом увидел тебя и весь вечер как загипнотизированный. Только и думал о том, как бы тебя поцеловать… - Только поцеловать? – «Да что за чёрт!» В тот вечер мой язык даже не планировал мне подчиняться. Впрочем, может, я снова должен был сказать ему за это «спасибо»? Потому что Лоран улыбнулся, отрицательно качнув головой, и снова подошёл ко мне. В этот раз более осторожно, запуская пальцы мне в волосы, прикоснулся губами, словно этот поцелуй был совсем другим – не резким порывом страсти, а некоторой жизненной необходимостью. Так, мне казалось, чувствовал себя он. Что же чувствовал я, было недоступно даже моему пониманию. Влечение, возбуждение, интерес, смущение, растерянность – какой-то невероятный коктейль из эмоций, приправленный алкогольным дурманом. Хотя на самом деле я чувствовал лишь умопомрачительный вкус его губ и невероятное желание. Да и Лоран, как оказалось, уже давно был на взводе. Только вот не нужно спрашивать, как же я это определил? (Да, в тот вечер все части моего тела занимались полнейшим самоуправством). Этот поцелуй грозил перерасти во что-то конкретно более серьёзное прямо в клубном туалете, чего мне уж точно не хотелось. (Ремарка: наглое враньё – в тот момент, единственное, чего мне не хотелось, это чтобы Лоран останавливался)). - Чёрт! – выругался он, резко остановившись. – Ты меня с ума сводишь. - Я должен считать это комплиментом? – усмехнулся я, переведя дыхание. - Можешь считать это признанием, - и уже снова подойдя так близко, что чувствовался жар его тела, шёпотом, в самое ухо, отведя назад прядку моих непослушных волос. – Я до безумия тебя хочу. Нет, ну вот спрашивается и как я должен был реагировать? Вообще-то, всё это тоже было несколько «не в моём стиле». В Баре я никогда не устраивал ничего подобного. И уж точно я ни разу в жизни не спал с парнем, которого знаю всего около часа. Но сказать, что я его не хотел – было бы наглой ложью. А помнится, мама с ранних лет меня учила, что врать плохо)) - Я тоже… - не очень уверенно, тихо и смущённо, заливаясь краской, но этого было вполне достаточно, чтобы Лоран, радостно улыбнувшись, снова прижал меня к стене, накрывая мои губы своими. - Поедем отсюда? – ещё одна короткая передышка после нескольких секунд очередного умопомрачительного поцелуя. - Куда? - рефлекторно выдал я. - Ко мне. ..Или.. ты против? – Лоран снова осёкся. - Нет, нет, к тебе, да, конечно. Мы ещё несколько секунд простояли как два придурка, ласкаясь горячими взглядами и осторожно соприкасаясь пальцами рук (будто не вцеплялись друг в друга ещё несколько мгновений назад). Это всё казалось каким-то сумасшествием, но было так чертовски хорошо. - Я расплачусь за столик и вызову такси. Наверное, надо предупредить парней? - Думаю, они и без нас найдут, чем заняться. Тем двоим, похоже, вообще не было ни до кого дела, да и откровенно говоря, не хотелось нарваться на какую-нибудь шуточку в стиле Оливера. Как говорится, если уж пускаться во все тяжкие, то быстро и без свидетелей. - Подожди меня у выхода. - Ладно. Лоран быстро направился к двери, но на секунду притормозил и обернулся: - Только никуда не сбеги, малыш. - А у меня есть реальный шанс это сделать? – усмехнулся я. - Ни малейшего, - горячий взгляд Лорана не позволял в этом сомневаться. Спустя несколько минут я стоял у выхода. С ребятами прощаться не было никакого смысла. Я оказался прав: они уже давно сидели вдвоём за столиком (точнее сидел Джошуа, а Олли лежал головой у него на коленях), курили на двоих одну сигарету и, о чём-то непрерывно смеясь, то шутливо толкались, то на несколько секунд замирали, очень серьёзно глядя друг другу в глаза. «Придурки, когда же до вас дойдёт», - покачал головой я и вышел на свежий воздух. Алкоголь, наконец, начал выветриваться, но только мозгу легче не стало. Я собираюсь сесть в такси с незнакомым парнем, поехать к нему домой и… От последней мысли внизу живота что-то томно заныло – может, конечно это и были бабочки, а может, и те подозрительные коктейли, которыми меня напоил Оливер. «Да какого чёрта я вообще думаю!» Лоран был безумно красив, а у меня откровенно говоря последний секс был так давно, что я и не помню, как это было. ..От этой мысли стало ещё грустнее. Она потянула за собой вереницу других: «А что если ему не понравится? У него-то явно жизненного опыта побольше. И серьёзные отношения были. А что тогда я для него? Развлечение на ночь? Он сказал, что это не в его стиле. И вообще почему я об этом думаю? Март, тебе лечиться пора! Вдруг он вообще уже передумал? Кстати, почему его так долго нет?» В общем, закончил я на том, что нервно мерил узкий коридор шагами, не замечая пристальных взглядов. Как же, должно быть, это глупо смотрелось со стороны. Но внезапно я осознал, что это было не так уж и глупо. По крайней мере, нас таких «глупых» было как минимум двое. В резко распахнувшуюся дверь буквально вылетел Лоран. Его взволнованное выражение лица тут же прошло, едва он увидел меня, смиренно ожидающего у выхода. - Я снова выгляжу как полный придурок. Боялся, что ты передумаешь, - Лоран смеялся сам над собой. - С чего бы? – одна его улыбка магическим образом устраняла все дурные мысли в моей голове. – А это зачем? – я заметил бутылку у него в руке. - А.. это? Ну просто дорога будет длинная… А я подумал, что слишком трезв для всего того безумия, что с нами происходит. …Не знал, что ты любишь. Шампанское подойдёт? «Только этого сейчас мне не хватало!» - спохватилась отставная логика. «Тебе нужно расслабиться!» - забеспокоились взвинченные нервы. «Наутро тебе будет фигово!» - констатировала смирившаяся печень. Короче, ночь действительно обещала быть «запоминающейся». Такси подъехало буквально через пару минут. Забравшись на заднее сидение, мы, кажется, оба чувствовали себя немного неловко. За себя-то я могу говорить это с полной уверенностью. Лоран назвал какой-то адрес и водитель, ничего не сказав, тронулся с места. - Ты сказал, дорога будет долгой. Почему? - Я живу почти за городом. - … - Это тебя смущает? Мы, конечно, можем поехать в отель, но я подумал, что это будет как-то… - Лоран снова засуетился. - Нет! Всё отлично, правда, - на самом деле от разговоров об отеле (да ещё и в присутствии водителя) мне стало ещё более неловко. Только тогда я подумал о том, как это выглядит со стороны. Взрослый красивый мужчина, молодой парень, бутылка дорого шампанского, гей-клуб… «Мамочка, кажется, я собираюсь совершить какую-то большую глупость…. Но эта глупость так охренительно целуется!» - Так… я не делал этого со времён свадьбы моей подруги, и уж поверь, тогда у меня это вышло совсем неудачно, - Лоран принялся откупоривать бутылку. Громкий хлопок и брызнувшая белая пена. - Твои брюки! – успел выкрикнуть я, хотя к тому моменту безвозвратно испорченными уже были и пиджак с рубашкой, и главное салон автомобиля. - Я же говорил, - Лоран, смеясь, смахнул влагу со щеки и быстро слизнул несколько капель с губ. А я напряжённо ждал реакции водителя. Заметив моё волнение, Лоран предупредил таксиста: - Я оплачу чистку салона. - Нет необходимости, всё уже включено в стоимость, - безразличный ко всему водитель даже не обернулся и не посмотрел в зеркало заднего вида. «И какова же стоимость?» - задумался я. Впрочем, судя по всему, Лоран был не из тех, кто экономит на чём-либо. - …Знаешь, я забыл, что у нас нет бокалов. Это проблема? - Не думаю. - Ну, тогда тост… За сумасшедший вечер, полный неожиданностей… И за тебя… Март. Он снова произнёс моё имя этим до одури сексуальным голосом. А потом его губы коснулись горлышка бутылки, и я мог только вожделеющим взглядом скользить по его вытянувшейся шее, вниз, под ворот рубашки, куда хотелось уже забраться руками, губами, языком. - Твой черёд, - бутылка перешла ко мне. С одной стороны продолжать накачиваться алкоголем было явно плохой идеей, но вся эта ситуация с каждой минутой всё больше меня смущала и всё больше ненужных мыслей роилось в голове, мешая наслаждаться этим внезапно нахлынувшим на нас двоих сумасшествием. - За тебя, - я сделал лишь крупный глоток. - У тебя тут несколько капель… - Где? - Здесь, - хитро улыбаясь, Лоран потянулся губами к моим и осторожно лизнул языком уголок рта. Какое-то врождённое чувство самосохранения (точнее, страх нарваться на очередного гомофоба) подсказывало мне, что целоваться в такси – не самая удачная идея, но будем считать, что это шампанское в конец отключило мои хмельные мозги. Едва Лоран отстранился, как я сам прижал его к себе, впиваясь в губы. Мужчина и не думал сопротивляться. Эти горячие поцелуи снова доводили нас обоих до ручки. Оторваться друг от друга мы смогли не раньше, чем минут через десять, а может и дольше – в тот момент я слабо ощущал течение времени. Мельком бросив взгляд на водителя, и осознав, что он так же безразлично продолжает следить за дорогой, я снова вернулся к главной теме ночи. «Господи, до чего же ты классно целуешься!» - До чего же ты классно целуешься! – я уж подумал, что мой язык снова предательски выдаёт все мысли вслух, но как оказалось, эта фраза прозвучала на английском и сказана была не мной, а Лораном. – И это точно можешь считать комплиментом. - И что мы творим… - я смущённо уткнулся взглядом в колени. Впрочем, это было только начало. Огни ночного мегаполиса за окном были ослепительно яркими. Я бы, наверное, мог залюбоваться ими, если бы рядом не было более живописного вида. Наверное, стоило ещё раз вспомнить о том, что меня везут неизвестно куда посреди ночи, и хотя бы немного заволноваться, но Лоран снова и снова прикасался к моим губам и делал это с такой одновременной нежностью и страстью, что я окончательно расслаблялся и просто плавился от кайфа в его объятьях. Во время очередного такого отключения чувства самосохранения, машина замерла перед кованными металлическими воротами. - Кхе… - наигранно кашлянув, водитель заставил нас наконец оторваться друг от друга. - Мы на месте. - Спасибо большое и доброй ночи, - улыбнулся Лоран, торопливо выбираясь из такси. Придерживая дверцу машины, он подал мне руку (с непривычки я даже смутился, впрочем, галантность Лорана впоследствии каждый раз заставляла меня смущаться). - Ты здесь живёшь? – обыкновенный многоэтажный дом на первый взгляд не выглядел необычно. - Вон те окна, на двух последних этажах. - Два этажа? - Да, пентхаус. - Ого… - Пойдём. Пока мы поднимались на лифте, между страстными поцелуями и объятьями я почему-то стал задумываться, живёт ли Лоран один или с кем-нибудь, чем этот молодой мужчина вообще зарабатывает на жизнь и сколько собственно ему лет. Забавно, но ничего из этого я не удосужился спросить. Кстати про возраст. Сложно было сказать на вид. Когда он смущался, то выглядел не старше 23, а когда прожигал меня этим страстным взглядом, то в нём чувствовалась уверенность уже гораздо более зрелого мужчины. Я терялся в догадках, но стоит ли говорить, что в ту минуту его возраст волновал меня меньше всего. После этих сумасшедших поцелуев в такси мне просто хотелось поскорее остаться с ним наедине. И если бы при этом где-нибудь была кровать, то было бы совсем замечательно. (Припоминаю, как-то раз один из парней пригласил меня к себе, хотя в квартире у него полным ходом шёл ремонт. Так вот, с тех пор я пришёл к выводу, что секс на пуфике – это как-то не комильфо)) На самом деле то, что было потом, я припоминаю с большим трудом и сейчас могу пересказать, только восстанавливая ход событий со слов Лорана, но дело было так. Помню точно, как мы зашли в квартиру – Лоран ещё долго пытался справиться с замком. Не думаю, что шампанское сильно дало ему в голову – скорее всего, ему тоже не терпелось наконец дать волю тому напряжению, что скопилось за время этой долгой поездки. Да чего уж тут, за всё то время, с тех пор, как наши взгляды встретились! Потом был тёмный коридор. У нас просто не было ни сил, ни желания включать свет. Вернее желание было, но совсем другого рода. Мы целовались как одуревшие влюбленные школьники, на ходу стягивая друг с друга одежду. Даже если и была поблизости кровать или диван, я не был уверен, что мы до него доберёмся. Лоран уже откровенно постанывал мне в губы и прижимал меня спиной к любой твёрдой поверхности. Я понятия не имел, как именно это всё кончится – но был согласен на что угодно, лишь бы уже почувствовать его всем телом. По-моему, я сам расстегнул джинсы после того, как Лоран стащил с меня майку. А до этого, где-то на полу оказался его пиджак и рубашка. Дальше припоминать совсем уж трудно. Кажется, он что-то бормотал, называл меня по имени, говорил что я «невероятный», что хочет меня, что давно так никого не хотел, что это наваждение, и мы целовались, одновременно и продлевая удовольствие, и оттягивая его, мучая тем самым самих себя. Потом мы всё же добрались до гостиной, и Лоран зажёг напольный светильник возле дивана – тусклый свет озарил просторную комнату, но откровенно говоря, мне было не до любований интерьером. А вот великолепной фигурой Лорана я залюбовался. Рельефный пресс, низко сидящее бельё и наполовину расстёгнутые брюки. «Держите меня шестеро, а лучше семеро, а ещё лучше в наручниках и кандалах, и всё равно я за себя не ручаюсь!» Короче, было невозможно оторвать взгляд. …Я бы не сказал, что раньше мои любовники были «так себе», но по сравнению с Лораном на большее они рассчитывать и не могли. Не в силах удержаться я сам подошёл к нему и поцеловал. Потом он снова меня о чём-то спросил, кажется, уже не в первый раз. “… Так сверху или снизу…?” Я разобрал его слова только с третьей попытки, когда он отстранился от моих губ. Сейчас-то конечно смешно и стыдно вспоминать, но тогда я был пьян, возбуждён и оба этих фактора, как ни удивительно, сильно влияют на работу головного мозга. Короче, туго соображая, о чём он вообще, я совершенно искренне заплетающимся языком ответил «Без разницы». В тот момент я почему-то подумал, что он имеет в виду, хочу ли я подняться наверх или остаться на первом этаже квартиры, в гостиной. (Ну я впервые был действительно пьян, чего вы от меня хотите?) Лоран на несколько секунд замешкался, глядя на меня всё таким же затуманенным страстью взглядом. У меня не было сил так долго молчать, не касаясь его губ. Тут уже я поразился тому, откуда во мне проснулся этот звериный инстинкт. Я сам принялся целовать его губы, шею, плечи, чуть царапая спину, и вжимаясь в его крепкое тело, давая понять, что уже слишком возбуждён, что хочу его, безумно хочу. - Так, малыш, тайм-аут. Пока у меня окончательно не снесло от тебя крышу, - Лоран был из того странного типа людей, которые словно за несколько секунд могли менять темперамент от властного и уверенного в себе любовника до смущающегося от собственных слов подростка. А может, просто это было и впрямь чем-то совершенно из ряда вон для него. Не знаю. Но мне это всё нравилось. - …Ты не против, если мы выпьем ещё по бокалу? Я не любитель спиртного, но это всё для меня не особо привычно. Я тогда вообще ничего не понимал. О чём он там говорит? Выпить? Ладно, давай ещё выпьем! Когда Лоран достал откуда-то бутылку виски и пару бокалов, я только усмехнулся и сказал: - Разве это проблема? А потом мы снова прикладывались по очереди к горлышку бутылки. Дорогой алкоголь обжигал горло, и казалось, от этого наши поцелуи были ещё горячее. Нам обоим окончательно сносило крышу… Вот тут я бы и рад похвастаться красочной историей из категории «Детям до 16» (а до этого тогда спрашивается, что было? Лёгкий романтик?)), но к тому моменту моя память окончательно вышла из строя, послав меня на три весёлых буквы. Ага, на www!)) В общем, занавес, дорогие мои. Ибо больше ничего из прошедшей ночи я не помню) Сов-сем ни-че-го! Вот так. Извините уж за такой обломный облом, но я и сам не рад, поверьте. Однако утром моё сознание ко мне вернулось. Вместе с нефиговым похмельем! Раньше, слово «похмелье» для меня было не более, чем словом. Нет, ну то есть бывало, что мы с Иришкой пропустим по паре коктейлей в Баре, но какое уж тут похмелье? Мы успевали выгнать весь алкоголь с потом на танцполе. О да, уж мы с Иркой умеем веселиться) Впрочем, неудивительно, что в «Доте» мне было совсем не до танцев. Столько красивых парней, и я в негласном центре внимания – какие уж тут танцы. Ну да ладно, ночь прошла, оставив в моей памяти только обрывки воспоминаний о прошлом вечере, головную боль и кучу вопросов без ответов. Открыв глаза, я сначала мысленно обматерил самого себя за то, что выпил так много. Потом обматерил Оливера – это всё его коктейли виноваты! А потом резко занялся самобичеванием, представляя, какими же глазами на меня, должно быть, смотрели Арлин и Роджер, когда я посредь ночи вернулся, да ещё и пьяный в стельку, а ведь Тори, небось, ржал как конь… «Надо бы у него спросить, сильно ли я проштрафился перед Риддлами, и вообще как вчера добрался до дома», - с этой мыслью я постарался разлепить глаза. Безуспешно: всё вертелось и кружилось, мутные очертания комнаты вальсировали перед глазами, а головная боль только усиливалась. Тошнота немного беспокоила, но больше всего удивило то, что не удалось привычно свесить ноги с кровати. Риддлы определили меня в комнату Тори, потому что в спальне для гостей так не вовремя начала протекать крыша. В общем, спать мне пришлось на втором этаже двухуровневой кровати Тори. Раньше там спал его старший брат, который теперь, кажется, на службе. В общем, при попытке добраться до правого края кровати я столкнулся с пониманием того, что этот край не так уж близко. Я медленно отползал всё правее от того места, где мой измученный организм пришёл в сознание, но кровать всё не заканчивалась. «Да в чём дело?». Тут я снова сделал попытку раскрыть глаза, уже чуть более успешную. Всё так же голова немного кружилась, но очертания предметов были уже чёткими. И комната, которую я увидел, совершенно не напоминала ту, в которой по моим представлениям я должен был спать. Не было ни плакатов с джей-рокерами на стенах, ни тёмных штор, ни горы Ториных шмоток, а мои ноги, свесившись наконец с края постели, тут же коснулись мягкого ворсистого ковра. «Где я?» - эту мысль мне удалось удержать при себе: теперь язык был в немом шоке, поэтому покорно слушался приказов восставшего из небытия мозга. Медленно, но верно, я начинал всё вспоминать. Ну конечно: сначала был «Дот», Оливер (будь неладен он и его коктейли), потом эти парни, пожирающие меня глазами, потом друзья Олли, женатики Густав и Майлз, «друг, который ни разу не друг» Джошуа и, конечно же, тот дико сексуальный мулат, который и напоил меня до состояния резвых чёртиков. Ага, зеленоглазых чёртиков с умопомрачительным торсом! Дальше я вспомнил всё, что было в туалете, и потом в такси. Бутылка шампанского, поцелуи на заднем сидении, как мы ехали куда-то. Потом его огромная квартира, а потом ещё бутылка (я искренне надеялся, что на том первом глотке моё знакомство с дорогим качественным виски закончилось). А дальше провал. Ну в плане памяти. Хотя судя по приятной ломоте в теле, которая всё равно ощущалась несмотря на похмелье, секс у нас всё же был. Впрочем, легче всего было это определить, опустив глаза. Ну да, я наконец осознал, что сижу на кровати полностью голый. Благо, один. Сгорая со стыда, я сначала занырнул обратно под одеяло, а уже потом принялся осматривать комнату на предмет моих вещей. Их, естественно не обнаружилось, что не удивительно, учитывая, как мы с коридора принялись раздевать друг друга. Зато я сумел осмотреть огромную светлую спальню. Кремовые обои, мебель из чёрного дерева, огромная кровать, должно быть трёхспальная, не меньше. Естественно, она вся была вверх дном, одеяло наполовину на полу, подушки в ногах и далее по списку (что-то мне подсказывало, что ночь прошла бурно – и что же это могло быть?). В общем, единственное, что меня волновало сильнее всего, это местонахождение моего зеленоглазого любовника. Ведь ни Лорана, ни его вещей в комнате тоже не было. А отправляться на поиски, прикрываясь, как греческий бог, белой простынёй, мне не очень хотелось. Да и голова немного кружилась. Я без сил откинулся назад. «Чёрт, похоже, у меня была умопомрачительная ночка, а я даже ничего не помню!» Обидно и стыдно одновременно. «Надеюсь, по крайней мере, Лоран был не сильно разочарован». В этот момент раздался тихий стук в дверь, и я не нашёлся ничего лучше как рефлекторно ответить: «Войдите». В дверном проёме показалось улыбающееся лицо Лорана. - Извини, но я не понимаю по-русски, - в руках он держал поднос. – Надеюсь, это означало, что я могу войти? - Ты же у себя дома, - с трудом вспоминая английскую речь, ответил я. «Интересно, а в процессе я тоже говорил по-русски? Надо будет поинтересоваться», - правда, при этой мысли я так же мысленно залился краской. А тем времен Лоран добрался до постели и, усевшись на край, поставил передо мной поднос для завтраков. - Что это? – удивился я. - Как что? Кофе в постель, - улыбнулся он, неожиданно нежно поцеловав меня в щёку. И сделал он это так легко и непринуждённо, по-домашнему, как будто делал так каждое утро в течение нескольких лет. Да и взгляд его зелёных глаз сегодня был совсем другим. Вчера в них плескалось откровенное желание, страсть, почти звериная похоть. А сегодня тепло, нежность, ласка и забота. Лоран не уставал меня удивлять. Да и сам он был весь такой «домашний» в обычных светлых джинсах и бежевой футболке с длинным рукавом (из-за цвета его кожа казалось ещё более смуглой). - Спасибо, - произнёс я в ответ, всё ещё не до конца понимая, что сейчас происходит и вообще происходит ли это на самом деле. Может, я всё ещё сплю? - Я просто привык рано вставать, поэтому решил тебя не будить, а принять душ и сообразить что-нибудь перекусить. Надеюсь, тебе понравится. На подносе красовалась тарелка с каким-то блюдом в мексиканском стиле – что-то вроде омлета с овощами, собранного в конверт, и с каким-то зелёным соусом в маленькой пиалочке рядом с тарелкой. Ещё там была чашка ароматного кофе и стакан с какой-то буро-зелёной жидкостью. - Ты сам это приготовил? - Да. Я не слишком хороший кулинар, но зато умею готовить пятнадцать разных видов омлета. - Прямо пятнадцать? – улыбнулся я. - Ладно, точно я не считал, может, четырнадцать. Но если это принципиально, то я могу перечислить. Смотри, вот это мексиканский, есть ещё омлет «Пуляр», омлет по-французски и... - Окей, верю, верю. - А ещё прежде, чем оценивать мои кулинарные способности, ты должен выпить это. – Лоран указал на бурую жидкость в стакане, и я невольно сморщился. - Что это? - Тебе лучше не знать, из чего оно делается, но это старинный рецепт моего отца. Помогает справиться с похмельем. Я покраснел до кончиков ушей. - Представляю, что ты после этого обо мне думаешь. - Ну, учитывая, что это я тебя методично спаивал полночи… - Лоран, казалось, тоже слегка смущался. – Просто выпей. Я осторожно взял стакан и поднёс ко рту. Совершенно мерзкий запах чуть не вызвал у меня рвоту. - Пей! Не нюхай и не останавливайся, просто пей залпом. Уж не знаю, из чего эта гадость была намешана, но видимо, Лоран был прав и лучше мне этого не знать. С трудом запихнув в себя эту киселеобразную жидкость, я выдохнул. - Скоро почувствуешь – станет лучше, - ухмыльнулся мулат, а затем осторожно убрал прядь волос с моего лица и отвёл её за ухо. И в этом жесте было столько ласки, что я никак не мог понять, что это с ним? Неужели, он со всеми парнями такой заботливый? Но я тут же вспомнил, что рассказывал Оливер. «Лоран это Лоран, он не как все». Впрочем, мне было сложно что-либо анализировать, пока всё это по-прежнему казалось каким-то фантастическим сном. - …Извини, а... где моя одежда? – смущаясь при каждом слове, всё же спросил я. - Ну, на футболку попало шампанское, она в стирке, а джинсы остались в гостиной… Ну, и бельё наверное где-то там же, - во взгляде Лорана снова проснулись игривые искорки. - …А знаешь, малыш, я и не думал, что ты такой экспрессивный любовник. «Экспрессивный?» - я аж дар речи потерял. – «Что это я тут устроил ночью?». - …Я давно не был снизу, но с тобой было классно. Оно того стоило. «Не был где?!» И только тут я прислушался к своим ощущениям. И впрямь не похоже, что вчера я экспрессивно и самозабвенно отдавался Лорану. Так что получается и впрямь был сверху. У меня аж мозг подвис от такой информации. Чёрт! Это же первый раз, понимаете? Я раньше никогда не пробовал себя в роли актива. Мне конечно предлагали, не раз. Один парень из Бара вообще сказал: «Знаешь, Март, я бы никогда не подумал, что ты предпочитаешь в пассиве. Ты уверен, что не хочешь попробовать наоборот? Мне кажется, тебе понравится». Но я как-то не задумывался. Не знаю. Может всё дело в том ужасном опыте с девчонкой в школе, а может, я просто сам никогда не представлял себя в этой роли. Так или иначе, даже в эротических снах я всегда видел себя в пассе. (Один раз мне вообще приснилось, что меня имела девушка большим фиолетовым... Ну да ладно, после этого я категорически завязал с непроверенными порносайтами, а то понасмотришься на ночь глядя, и не такое приснится)). Короче, я не об этом. «Да как вообще такое могло случиться?» Ночью мне и в голову бы не пришла мысль о том, что Лоран захочет… Нет, от этих мыслей просто голова кругом шла. «Экспрессивный любовник? А ему похоже понравилось». Я даже не знал, радоваться мне или огорчаться. Сказать ему, что я не помню ничего из прошедшей ночи, было стыдно, и в то же время смолчать об этом тоже как-то неловко. - …Только мне показалось, что ты раньше никогда этого не делал, - Лоран говорил об этом спокойно. - Ну, если честно… то… Я первый раз так… Я больше предпочитаю… ну… - дело было вовсе не в ограниченном словарном запасе. - Понятно, - Лоран мягко усмехнулся. – Ну, ничто нам не мешает повторить так, как тебе нравится. (Казалось, он нарочно меня смущает)… Правда, Март? И снова этот его голос. - Извини, твой акцент. Он совсем не американский, да? - Да. - Лоран устроился поудобнее на кровати, отставив поднос на пол. – Мой отец жил в Америке, но у него был виноградник во Франции, свой бизнес, всё такое – жил на две страны. Там он познакомился с моей мамой, коренной француженкой. Она была молодой балериной, танцевала в небольшом театре. Я даже толком не знаю, как именно они познакомились. Но мама забеременела, а отец к тому моменту уже вернулся в Чикаго, не оставив даже номера телефона. Мамину карьеру я, разумеется, загубил. Но она всё равно очень меня любит. Спустя два года отец снова вернулся во Францию и вспомнил о маме, разыскал её и с удивлением обнаружил, что у него есть сын, унаследовавший мамины зелёные глаза и его цвет кожи. У родителей отношения, конечно, уже не наладились, но мама не препятствовала моему общению с отцом. Он изредка прилетал во Францию, переводил деньги на мой счёт, а летом я гостил у него. А когда пришло время выбирать колледж, то он согласился полностью оплатить моё обучение, что бы я ни выбрал. В общем-то, у нас были неплохие отношения. Но к моменту когда я закончил колледж, он умер. Сердце, врачи не успели помочь. - Мне очень жаль. - Это было уже давно… В общем-то, с тех пор я и переехал в Чикаго. Оказывается, отец знал о своих проблемах со здоровьем – просто не считал нужным нам говорить. И у него было завещание, согласно которому я унаследовал всё, что было у него в собственности, включая бизнес. У него ведь кроме нас с мамой, оказывается, и не было никого. - Ого… - Ну да, правда тогда это был просто шок. Представляешь, тебе на плечи падает такая ответственность. Отец очень любил своё дело, а я в этом ничего не смыслил. Пришлось вникать, друзья отца помогли сильно – так что бизнес остался на плаву, конечно не в таких оборотах как раньше, но всё же. - А твоя мама? - Мама не захотела уезжать из родного города. У неё там друзья, работа, дом. А я за это время уже успел привыкнуть к этому городу, завести здесь знакомства,… влюбиться… - Лоран замолчал. - Джейсон? – я сам удивился, что из обрывков вчерашнего вечера мне запомнилось имя бывшего любовника Лорана. Вот же ж странная штука эта человеческая память! - Да, Джейсон, - чуть удивлённо отозвался Лоран. – Но это в прошлом. В далёком-далёком прошлом. …Прости, ты просто спросил про мой акцент, а я рассказал тебе целую историю жизни. - Да ничего, мне было интересно. На самом деле я действительно с удовольствием слушал его мелодичный голос, и несмотря на акцент он прекрасно говорил по-английски. Впрочем, как я выяснил позже, по-французски он говорит не менее сексуально) Самое забавное, что беседа у нас завязалась лёгкая и непринуждённая. Через несколько минут мы уже обсуждали Оливера и Джошуа - точнее их очевидную влюблённость, которую эти двое упорно отказываются замечать. (Да, да, оказывается все их друзья давно в курсе, просто эти придурки тут же начинают психовать и отнекиваться, когда кто-либо делает попытку открыть им глаза). Потом я рассказывал про Риддлов и Тори, про мою учебу в колледже, про Россию, маму и Ирку, по которым очень скучаю. Вообще, иногда мне казалось, что это я без умолку болтаю, а Лоран по большей части молчит, улыбается и слушает. Иногда я смущался, запинался и говорил, что должно быть, мой английский просто ужасен, и тогда он каждый раз вгонял меня в ещё больший ступор нежным поцелуем. А потом настаивал, чтобы я продолжил. Говорил, что ему нравится слушать мой голос и ему очень интересно всё, что связано со мной. И я верил. К моменту, когда мы вернулись на первый этаж (Лоран всё-таки нашёл мои джинсы и даже выделил одну из своих футболок, которые почти никогда не носит, взамен испорченной) от синдромов похмелья не осталось и следа – магическое зелье и впрямь подействовало удивительно быстро. Потом была экскурсия по скромному жилищу Лорана. (Ооооочень скромному, ага). Впрочем, отношение самого Лорана ко всему, что его окружало, меня просто поражало. Знаете, «ну да, есть и есть, но ведь это по большей части не моя заслуга». Зато больше всего он гордился каким-то цветком в плошке, который вырастил сам (трудно выговариваемое название мне ни о чём не сказало). Ещё он рассказывал про Джейсона, но как-то очень коротко и почти без эмоций. Как я понял, они долго встречались и даже жили вместе. Но несмотря на то, что были почти ровесниками, Лорану хотелось строить своё уютное гнёздышко, семейный очаг, а Джейсон никак не мог переступить эту стадию «не набегался». Взрослого ребёнка волновали только вечеринки и пьяные поцелуи в туалетах. Почему только после всех этих тусовок он возвращался домой к Лорану, Джейсон и сам не знал. А когда понял, было уже слишком поздно. Лорану надоело ждать его по ночам в огромной холодной постели. В общем, даже ни разу не видев в глаза этого Джейсона, я уже проникся к нему лёгкой антипатией. (Ну как «лёгкой»? Приложил бы пару раз головой об стол для профилактики, но калечить бы конечно же не стал)) Впрочем, это я утрирую. Лоран не из тех, кому нужна защита. Он с легкостью может сам за себя постоять. Высокий, крепко сложенный, а сколько у него дурной силищи в руках (оказывается той ночью, в порыве страсти он меня не об один косяк приласкал ненароком. Но я ж не девчонка, чтобы синяков бояться). А ещё он не курит и каждое утро устраивает пробежку. И ещё каждый вечер звонит маме, чтобы узнать, как она и не нужно ли ей чего. И в любой момент готов вылетать во Францию, даже если нужно будет просто прибить полку. Кстати она не знает, ничего о сексуальных предпочтениях сына – и очень ждёт, когда Лоран наконец полюбит хорошую девушку, родит с ней детей и тогда ей не нужно будет волноваться, что он так далеко, в чужой стране и совсем один. Поэтому Лоран даже в некотором смысле позавидовал моими доверительным отношениям с мамой. Да, она у меня лучше всех – тут не поспоришь) В общем, за размеренной беседой, мексиканским омлетом, а потом заказанной на дом пиццей мы напрочь забыли о времени… Ну ладно, ладно, понятное дело, что мы не только ели пиццу и разговаривали. Разумеется было и ещё кое-что… Много кое-чего) И в этот раз, уж поверьте, ни одна минута не стёрлась из моей памяти. Его поцелуи и крепкие объятья, его взгляд, его прикосновения – такого со мной ещё никогда не было. Он умел доставить удовольствие партнёру – казалось, для него это было гораздо важнее, чем словить кайф самому. А оттого хотелось отдаваться ему полностью, без остатка. Это уже был не просто секс. Как бы глупо это ни прозвучало, меньше чем за сутки я полностью втрескался в зеленоглазого мулата, и чувствовал это каждой клеточкой тела, хоть и не отдавал себе в этом отчёта. Нет, тогда я не задумывался вообще ни о чём. Ни о нашей разнице в возрасте (как я узнал чуть позже, Лорану чуть больше 29), ни о языковом барьере (уж что-что, а между нашими языками не было никаких барьеров)).. В общем, я просто ловил кайф под ним. За тот день мы выбирались из постели всего пару раз, да и то лишь для того, чтобы перекусить или принять ванну. И всё же ближе к вечеру пора было собираться домой, если я не хотел довести Арлин до нервного срыва своим внезапным исчезновением. Оливер, конечно, прикрыл меня, хотя и не понял, куда я так резко пропал вчера из клуба, да ещё и «…этот долбанный француз, который вечно уходит по-английски») Разумеется, это он говорил про Лорана. Я не стал тогда вдаваться в подробности, решил потом ему всё объяснить. Лоран очень настаивал, чтобы лично отвести меня домой, но я всё же уговорил ограничиться такси. (Представляете, как бы это выглядело, если бы спустя сутки «бог-весть-где-пропадания» меня бы привёз домой взрослый красивый мужчина на дорогом автомобиле? Вот и я не представляю, как бы моя «типичная американская семья» на это отреагировала)) Уже стоя в дверях и смакуя двадцать пятый по счёту прощальный поцелуй, я вдруг осознал, что так и не услышал каких-то слов. Не знаю, каких именно, но чего-то явно не хватало. И от этого сердце взволнованно колотилось в груди. - Мне пора, такси ждёт. - Да, да, конечно. - … Я так и не знал, что сказать «До свидания», «Пока», или «Прощай». Впрочем, это русский язык обладал таким разнообразием оттенков фраз, а по-английски достаточно было бросить короткое “Bye”, вот только я никак не мог определить для себя, какой именно русский смысл я хочу вложить в это английское слово. - Март, постой… - Да? – я обернулся на пороге. - Ты же понимаешь, что у меня такое бывает не каждый день? - … - я глупо улыбнулся. – Догадался. - Я позвоню? - Конечно, - кивнул я и быстрым шагом направился к лифту, сдерживая пылающие щёки и глуповатую улыбку. Я ждал этих слов. И я был бесконтрольно счастлив. Ну а дома меня, разумеется, ждала непрерывная череда расспросов. Сначала короткий «допрос» от Роджера. Оливер предупредил, что я якобы ночевал у него – мы готовили какой-то проект. (Даааа, проеееект…)) Собственно, Роджер всего лишь спросил, не тяжело ли мне даётся учёба, и сказал, что при желании я всегда могу рассчитывать на их помощь. Арлин добавила, что не обязательно ночевать у однокурсника – мы всегда можем заниматься здесь, и Тори тоже не будет против. Кстати о Тори. Этот мелкий фрик оказался чуть более проницательным) - Ну, колись? – выдал Торренс, едва я закрыл дверь нашей комнаты. - Ты о чём? - Как о чём?! Как провёл ночь, рассказывай. Думаешь, я поверю, что вы с Оливером проект готовили? Отмазка же стара как мир. Кроме того, все знают, что Оливер – гей. С чего бы тебе оставаться у него с ночёвкой? - Эммм.. ну да, - кивнул я, сделав серьёзное лицо. - Колись, был на какой-нибудь вечеринке? - Ну, типа того, - согласился я. - И как тебе? - Нууу, мы неплохо повеселились, - трудно было сдержать эту глупую ухмылку от воспоминаний о Лоране. - Ещё бы! Да тебя больше суток не было, друг, - Тори жаждал услышать подробности. - …И как её зовут? - Кого? – не сообразил я. - Что значит кого? Девчонку, из постели которой ты последние сутки не вылазил! Я что слепой? У тебя вон все губы чуть не в синяках! «Это ты ещё мою спину не видел», - подумал я. - ..Небось, огонь-девчонка? – не унимался Тори. - Угу, очень экспрессивная, - буркнул я, сдерживая смешок. - Вот это ты даёшь! Я тобой горжусь! Не то что этот китаец, который в прошлом году по той же программе, что и ты приезжал. Он у моего знакомого жил. Говорит, ботан-ботаном – круглые сутки над учебниками торчал – даже поговорить с ним не о чем было. А ты Март – совсем другое дело. Только вот Ирэн твоя тебя не заревнует? Смотри, не спались, друг. Мне оставалось только молча посмеяться на тему того, как Тори «немного» ошибся, несмотря на то, что оказался куда более проницательным, нежели его родители. Через пару часов я лежал на своей кровати, уставившись в потолок. Учёба в голову не лезла, залипать в компе с Тори не хотелось, писать в блог не было сил, а Ирки как на зло не было в скайпе. А я всё сильнее нервничал, потому что Лоран так и не звонил. Впрочем, когда ближе к полуночи мобильник завибрировал, и на экране высветилось долгожданное «Лоран», я демонстративно выждал несколько секунд, прежде чем сказать: - Привет. - Привет. Я весь вечер хотел тебе позвонить, но были кое-какие дела, которые нужно было уладить.. И честно говоря, я думал, что это не очень прилично обрывать тебе телефон сразу после того, как ты сел в такси. - Да, пожалуй, это было бы странно, - усмехнулся я, хотя именно этого отчаянно ждал весь вечер. - Я скучаю, малыш. С той самой минуты, как ты уехал. - Я тоже… - сказал я, невольно краснея. - Пообещай, что мы завтра увидимся? - Завтра? Дома у Лорана мне, конечно, понравилось, но тратить снова целый час на дорогу, да ещё и после колледжа. И что подумают Риддлы? А встречаться в клубе мне хотелось ещё меньше. Я бы наверное предложил просто прогуляться, но Лоран меня опередил: - Знаешь, мне тут звонил Густав, и наши женатики завтра организовывают приём по случаю своей годовщины. - Приём? - Просто семейный ужин, для своих. Что скажешь? - Ну, не знаю, это как-то… Мы только недавно познакомились, да и Густав от меня был не в восторге. Кроме того, меня никто не приглашал. - Нууу, скажем так. Ребята каждый раз, приглашая меня, повторяют, чтобы я уже пришёл наконец с парой, а не сидел третьим колесом, когда Оливера и Джошуа снова зациклит друг на друге. Думаю, в этот раз я вполне могу представить им своего парня… Я замолчал. К горлу подступил комок, и тут же стало жарко. «Своего парня?» - это прозвучало так непривычно, было трудно поверить, что это он говорит обо мне. - Эй, Март? Ты здесь?.. - Да… - Прости, я же не слишком спешу? - Нет, ну что ты. Я буду рад, честно. - Тогда до завтра. Я слышал улыбку Лорана даже через телефон. Интересно, слышал ли он, как у меня сердце в ушах колотилось от волнения. Всё это развивалось слишком быстро, и я совсем не знал, как на это реагировать. Правда, я так давно мечтал об этом, но как только получил… Мне было немного страшно. Про приём у Густава и Майлза просто так в двух словах не расскажешь, но всё же попробую ограничиться ключевыми мелочами. Самым забавным, пожалуй, было наше с Лораном появление. Из колледжа он забрал меня лично, немного обескуражив букетом очаровательных белых пионов на переднем сидении. - Лоран, это… не стоило, они очень красивые, но как я объясню это дома… Мулат только бесстыдно рассмеялся в ответ. - Прости, малыш, но это для Майлза. Хотя, знал бы, что увижу такой румянец у тебя на щеках, непременно встречал бы тебя цветами каждый день. Я, разумеется, раскраснелся ещё больше. Итак, мы стояли на пороге небольшого уютного домика в пригороде, ожидая, пока нам откроют дверь, а сами как школьники одёргивались и пытались унять бешеное сердцебиение после головокружительных поцелуев в машине. - Ну, наконец-то, Лоран, сколько можно тебя жда… Майлз остолбенел посреди коридора. - Извини, мы просто никак не могли выбрать цветы. Это, кстати, тебе – как главной хозяйке вечера, - Лоран усмехнулся, а мне стало совсем не по себе, когда из гостиной вышли Джошуа, Оливер и Густав и теперь уже четыре пары остекленевших глаз прожигали меня взглядом. - А, Март, я не знал, что ты тоже приедешь, - первым из ступора выбрался Майлз, всё ещё растерянно улыбаясь и прижимая к груди цветы. – А… Как вы… в смысле где…. Бормотания Майлза наблюдать было не так забавно, как беззвучную перепалку Густава и Оливера. Гуз сначала метнул в него пламенный взгляд, выражавший наверняка что-то вроде: «Какого чёрта этот русский тут делает?!» Олли испуганно округлил глаза и едва заметно дёрнул плечами, мол, «А я-то откуда знаю? Я его не приглашал!» Ну и наконец случайно попавший под перекрёстный огонь Джошуа, с видом: «А я что? Я вообще ничего. Я тут просто интерьером полюбоваться вышел!» Короче, обстановка накалилась.. ооочень накалилась. (О ревнивости Густава легенды ходят, уж поверьте мне). - Так, парни, - голос Лорана разрушил эту немую сцену. – Дабы прояснить ситуацию, Марта сюда пригласил я. Но исключительно с вашего отчего благословения. Вы же хотели, чтобы я представил вам свою пару? Вот, прошу любить и жаловать. Четыре отвисших челюсти, ну и моя, всё ещё с непривычки приоткрывающаяся, когда Лоран называет меня «своей парой», или как-то вроде того. - Вы серьёзно? – первым отживел вечно жизнерадостный Майлз. – Ну кто бы мог подумать! Так, Мартин, ты сейчас же идёшь со мной на кухню – поможешь мне с закусками и заодно расскажешь, как тебе удалось заарканить этого породистого жеребца. - Эй? - наигранно возмутился Лоран. Густав только тряхнул головой, мол, «чем бы дети не тешились – только детский сад он и в Африке детский сад». (Ну да, на фоне его брака с Майлзом, наши двухдневные «отношения» и впрямь выглядели смешно). - Ну что, мой дорогой? С тебя бутылка твоего самого лучшего вина! – выдал Олли, когда меня уже под белы ручки утащили на кухню. - Это ещё с чего? – возмутился Лоран. - А кто вас, мальчики, познакомил? Правильно, старая добрая сваха Оливер. Так что про должок не забывайте, голубки, - Олли, окрылённый собственной манией величия, уплыл в зал, и с этого начался долгий «семейный ужин». По правде сказать, «семейный ужин» в уютном гнездышке Майлза и Густава мало чем отличался от торжественных вечеров в семействе Риддлов. Такой же красиво сервированный стол, разнообразная домашняя стряпня (кто бы мог подумать, что Майлз так вкусно готовит), разговоры о политике и экономике, о новом ресторане и магазине диетического питания, о машинах и кино, о том, что «этот район очень неплох, только школа далеко – детей придётся возить в школу за несколько кварталов отсюда». Да, несмотря на то, что на вечере присутствовали исключительно однополые пары – тематика проблем ничуть не отличалась от всеобщих. Особенно, меня поразило насколько Густав и Майлз органично смотрелись в быту. Гуз хоть и делил с любимым бытовые проблемы поровну, всё больше был как-то за добытчика-защитника. Роль той самой каменной стены, которую принято брать на себя мужьям, видимо по умолчанию досталась ему и он прекрасно справлялся. Юрист, волевой, сильный и немного упрямый – больше всего на свете он любил Майлза и ради его счастья был готов горы свернуть, океаны иссушить, да чего уж тут – даже посуду помыть!) А Майлз, напротив, сначала показался мне молодым и ветреным, весёлым и даже несколько безразличным к сильным чувствам своего парня. Но это только на первый взгляд. Дома он был совсем другой. Расслабленный, уютно-домашний, отдающий Густаву бутылку вина, только после десятой неудачной попытки открыть её самостоятельно, и целующий его в щёку в знак благодарности. А ещё, казалось, они знают друг о друге всё, вплоть до того, о чём каждый из них думает в эту минуту. Они заканчивали друг за друга фразы и в любом споре всегда выступали одним фронтом. Как самая настоящая семья. …А ещё они говорили об усыновлении. Очень уверенно и спокойно. Как будто это было уже давным-давно обдуманное решение. И они называли это просто «завести ребёнка». Не уточняя гору формальностей. Как ни странно это выглядело, ребёнка они хотели оба. Майлз уже начал ремонт в спальне для гостей, чтобы переделать её под детскую. А Густава волновали законодательные аспекты (юрист, такой юрист), и он не торопил события, но всё равно уверенно говорил, что есть много разных способов и главное начать. Оливер конечно во время таких разговоров отключался (точнее полностью переключался на Джошуа) – ему-то было рано думать о таких сложных вещах – ему бы отношения, которые не разваливаются после первой совместной вечеринки. Как он любил говорить, «Вот если бы они понимали меня так как ты, Джо-Джо, то может быть и я бы уже жил с кем-нибудь под одной крышей и строил планы на детей и будущее». «Ага, твоему последнему парню было 17. Ты имеешь в виду его, говоря о детях?» - смеялся в ответ Джош и получал в глаз подушкой. (При этом никто не рисковал задать этим двоим вопрос, а собственно зачем искать кого-то похожего на Джошуа, если есть сам Джошуа. Ну да ладно, эти двое – отдельная мигрень Амура, пусть он и разбирается). И самое странное было в такие минуты видеть выражение лица Лорана. Они с Густавом были ровесниками и, видимо, обладали приблизительно схожими взглядами на жизнь. Только у Гуза был Майлз, была семья, он мог спокойно рассуждать о будущем, о планах, о детях. В свои тридцать он имел всё для того, чтобы сделать следующий шаг, обдуманный, ответственный. А Лоран… Это я понял немного позже. Он тоже уверенно стоял на ногах, может, даже поувереннее многих. И семью хотел, свою, любящую, крепкую, полную. Когда двое родителей любят друг друга и живут под одной крышей, а не на разных континентах. Когда есть понимание, доверие, чувства и общие цели. Может, я и знал всего лишь немного о его отношениях с Джейсоном, но почему-то был уверен, что Лорану не раз разбивали сердце. И на фоне всего этого его внимание ко мне казалось уж совсем нелогичным и жестоким по отношению к самому себе. Что можно ждать от двадцатиоднолетнего мальчишки-иностранца? Наверное, он ничего и не ждал. И старался не думать о будущем. Как и я. Мы оба не знали, что делать с тем, что вспыхнуло так внезапно между нами. И мне повезло хотя бы в том, что Лоран явно брал всю ответственность за происходящее на себя. И я мог позволить себе просто наслаждаться им, нашим общением, его тёплыми объятиями и нежными поцелуями, уютной компанией его друзей и всем тем лёгким обыденным общением, которого у меня никогда не было и не могло быть в России. Я мог позволить себе не анализировать всё это. По крайней мере тогда. Спустя пару недель позволить этого себе я уже не мог. Наши отношения с Лораном развивались так же быстро, как и возникли. Для него в порядке вещей было приехать за мной вечером после колледжа, свозить на ужин в ресторан или заказать еду на дом. Всё в той же компании, мы могли отправиться на вечеринку в бар, но чаще проводили время у кого-нибудь дома. Оливер ушёл в очередной загул и Джош куда-то незаметно исчез, чтобы снова появиться, когда у ловеласа Олли начнётся депра и срочно нужна будет родная тёплая жилетка Джо-Джо. У Гуза и Майлза, казалось, в жизни ничего не менялось. А Лоран… Я видел, что он очень устаёт на работе, но всё равно тратит последние силы на меня. Он много раз уговаривал меня переехать к нему на квартиру, но я не соглашался. Клеил отмазки про Риддлов и моё обучение. Но в том-то и дело, что мы оба понимали – это не более чем «отмазки». Я просто считал, что это будет слишком. Слишком рано, слишком сложно, слишком… Это обязывало, понимаете? Я видел, что Лоран с каждым днём всё сильнее привязывается ко мне. Да чёрт возьми, он даже начал учить русский! Я-то дурак, думал, что это он просто знает несколько фраз и запоминает то, что я говорю, когда забываю, что кроме меня по-русски все вокруг «ноу андестенд». Так нет же, он специально купил себе англо-русский разговорник и усиленно штудировал его перед сном. Я просто не знал, как реагировать, когда случайно это открылось. Ну, то есть, как не знал? Знал, конечно. Нужно было поцеловать и сказать, что он такой молодец и что мне невероятно с ним повезло. А вместо этого я сделал вид, что смешно пошутил. Лоран сделал вид, что искренне посмеялся. Это и напрягало. Мы оба делали вид. Я делал вид, что не вижу, как он всё сильнее влюбляется в меня, как пытается привязать меня к себе. Не нарочно, просто интуитивно. А он делал вид, что его не пугает наше будущее и стремительно приближающийся день «Икс». День моего возвращения в Россию. Но если отбросить все эти «но», на самом деле мы были счастливы вместе. Лоран оказался заботливым нежным любовником, с ним всегда было о чём поговорить и о чём помолчать. Он часто спрашивал меня о жизни в России, а я любил рассказывать про Ирку, про наш Бар, который и рядом не валялся с «Дотом», про Колю и Ванька и нашу с ними жизнь в универе, про маму, про то, через что она прошла ради меня… Лоран внимательно слушал и, казалось, пытался понять – насколько я привязан к дому. И судя по печальным зелёным глазам, которые я иногда видел в конце такого разговора – он всё прекрасно понимал. Там в России у меня была своя жизнь, и уехать из дома на несколько недель – это вовсе не то же самое, что отказаться от того, что дорого, насовсем. Он и не просил. Так долго, как мог. Мы просто продолжали встречаться. Знаете, только с Лораном я наконец понял, что это значит – быть вместе, быть парой, встречаться. Как нормальные люди. То, что было раньше… казалось просто смешным. Парни, с которыми встречаешься пару раз в пределах квартиры… да чего уж там, в пределах постели. Это всё, что я мог себе позволить. Никто из них ни разу не заинтересовал меня как личность, как человек... Нет, они не были такими уж никчёмными – просто не то, не моё, не знаю… А Лоран. Несмотря на то, что всё началось вроде бы «как обычно», на самом деле я быстро понял, что этот мужчина мне по-настоящему интересен. Его образ мыслей, его характер, его забота – о семье, о друзьях, о любимом. Он напоминал ожившего принца из сказки, понимаете? И что я несу) Просто он замечательный. И достоин большего… Достоин семьи, детей, любящего мужа. И когда я задумывался об этом, то понимал, что речь тут идёт не обо мне. Я и мечтать не мог о таких отношениях, но Лоран был взрослее и опытнее – он спешил, пытаясь нагнать упущенное время, он отчаянно нуждался в том, чтобы избавиться от своего одиночества… насовсем. Именно к этому «насовсем» я был и не готов. И все эти мысли между страстными ночами и беззаботными вечерами, кипели внутри нас до тех пор, пока было возможно молчать. Но за пару дней до отъезда мы оба дошли до черты – этот разговор должен был случиться рано или поздно. Все выходные мы как обычно собирались провести вместе. Ещё утром в субботу я собрал чемоданы, понимая, что возможно не вернусь до самого дня отъезда. Знал ли Лоран о том, что в ночь на понедельник я уже буду пересекать Атлантику? Несмотря на то, что о дате вылета я обмолвился лишь вскользь – я ничуть не сомневался: он помнит. После завтрака Тори помог мне придумать отговорку для родителей, почему это последние два дня я собираюсь провести неизвестно где. Торренс наплёл им, что ребята из общаги устраивают в мою честь прощальную вечеринку, и было бы некрасиво отказываться, ведь все меня так любят и тоже будут скучать, когда я уеду. Роджер понимающе кивнул, а Арлин строго заметила, что вечером воскресенья я обязан вернуться, потому что от её тыквенного пирога отделаться у меня не выйдет. А я и не собирался) Я уже успел привыкнуть к Риддлам, и они стали для меня чем-то вроде второй семьи. Наверное, только благодаря Арлин я не так скучал по маме, а Роджер вообще стал чем-то новым в моей жизни – образцом отца, которого я почти не помню. Вернее, помню, конечно, ведь это всё было не так давно. Просто как таковым «отцом» я его не помню. Он был просто сожителем. Приходил и уходил, когда вздумается. Никогда не чувствовал ответственности за нас с мамой. Мне всегда казалось, что мысленно он вообще не здесь, не с нами. Для него мы всегда были словно в чём-то виноваты. Мамина стряпня была «несъедобной», моё поведение «невыносимым», да и в целом мы его просто «задолбали». Когда выяснилось, что последние несколько лет отец жил на две семьи и у его любовницы подрастала дочка – моя сводная сестра, рыдала и убивалась горем только мама, а я, не буду лукавить, в какой-то степени вздохнул с облегчением. Я знал, что без него наша жизнь будет лучше и не сомневался, что смогу сделать маму счастливой. Знаете, по большому счёту именно ради неё я и согласился на эту программу. После обучения за границей меня с руками оторвут на стажировку в любую компьютерную фирму. А чем быстрее я найду хорошую работу, тем скорее мама сможет бросить свою. Тогда, после развода с отцом, ей пришлось вкалывать без продыху – ради меня. Знаете, я считаю, что дети обязаны отдать долг своим родителям. …А моя мама… Она просто лучшая) После разговора с Риддлами я вернулся в комнату, забрался на широкий подоконник, где уже давно облюбовал свой наблюдательный пункт и выжидал, когда появится он. - Ждёшь того мужика на синем Шевроле? – голос Тори меня откровенно напугал. - О чём ты вообще? - Да ладно, я же не слепой. Он почти каждый день забирает тебя из колледжа, а если подвозит домой, то паркуется за поворотом. Это забавно выглядит, друг, - фрик ухмыльнулся и уселся в своё любимое компьютерное кресло. Я же озадаченно молчал – оказывается-то, я давным-давно спалился. Вот незадача) - Да ладно, рассказывай давай. Это ведь и есть та самая бестия, после которой у тебя зацелованные губы и нездоровый блеск в глазах? Мы оба не сдержали смешка. - Его зовут Лоран. И он классный, - смущённо добавил я. - Да уж, Мартин. Никогда бы не подумал, что ты гей. Знаешь, ты совсем не похож. Да на тебя же столько девчонок запали, как только ты переступил порог колледжа! - Это можно принимать за комплимент? – я уже давно расслабился, не ощутив со стороны Торренса никакого негатива. - Это можно принимать за факт. …Так что твой Лоран, задерживается? - Обещал заехать, как только на работе все дела уладит. - Солидный мужик, похоже, - философски изрёк Тори. – Слушай, так Ирэн не твоя подружка? - Я же говорил – она просто друг, - сдержав ухмылку, ответил я. В этот момент я краем взгляда заметил синюю машину, припарковавшуюся на противоположной стороне улицы, поодаль от дома. - Беги уже к своему Лорану, а то сейчас слюной весь подоконник заляпаешь. Тори был как всегда неподражаем в своей пофигистической манере общения. *** - Привет, - после долгого страстного поцелуя выдал я, переводя дыхание. Лоран торопливо завёл мотор. - Я думал, что не доживу до утра. А ещё эти бумаги, которые нужно изучить, подписать – голова кипит. - Это всё потому что она у тебя забита не тем, чем надо. - Малыш, ты же знаешь, что она у меня забита только тобой. Только вот произнёс он это так… Серьёзно, очень серьёзно. Стало не по себе. Я чувствовал, что скоро это всё взорвётся как пороховая бочка – этого было не избежать. Но до тех пор, пока катастрофа не стёрла нас с лица земли, я хотел провести последние часы с ним и только с ним. И пофиг на всё. Завтра будет завтра. Оливер с полудня начал обрывать мне телефон, но Лоран демонстративно поставил его на беззвучный режим и убрал с глаз долой. И мы остались только вдвоём. Не стану врать – почти весь день мы провели в постели, прерываясь лишь на душ или стакан холодной воды. Но сколько бы раз мы не сходили с ума в объятьях друг друга, нам всё равно было мало. Мы почти не говорили, но оба понимали, что пытаемся взять максимум от этих последних часов вместе. Это было невероятное удовольствие – горячие, с бешеным сердцебиением и рваным дыханием, в крепких объятьях друг друга, не в силах даже сказать что-либо… - Я люблю тебя, Март. И сердце замерло, пропустив удар. Я даже подумал бы, что мне это почудилось, если бы я не встретил этот тёплый чуть погрустневший взгляд изумрудных глаз. Я просто потерял дар речи. А он ждал. Отчаянно ждал моего ответа. …И я ответил. Долгим порывистым поцелуем. Потому что это всё, что я мог сказать ему в тот момент. Хотелось плакать и биться кулаками о стену, а я продолжал целовать его, чтобы не видеть больше эти зелёные глаза, заглядывающие в самую душу. Чтобы избежать неловкой паузы и долгого тяжёлого разговора. Я знал, что рано или поздно время придёт и придётся сказать всё, что мы оба понимали без слов. Но только не так, не сейчас, не после этой фразы. Господи, как же я мечтал услышать эти слова! Хоть раз. От того, кто произнесёт их от чистого сердца, искренне веря в то, что говорит. Искренне любя. Как я мечтал когда-то услышать их от Юрки. И как запретил себе об этом мечтать после всей той истории. И тут Лоран. Этот невероятный мужчина, который открыл мне совершенно другую жизнь. Жизнь, в которой возможно счастье с любимым человеком – простое и понятное для всех. И эти слова, раскрошившие мозг и изранившие сердце. Нам обоим. Я так ничего и не сказал, а Лоран сделал вид, что не нуждается в ответе. И мы продолжали наслаждаться друг другом до самого вечера. Пока в тишине огромной квартиры не раздался звонок. - Ты ждёшь гостей? - Вообще-то нет, - Лоран, кажется, был действительно удивлён. Наспех одевшись, мы оба спустились на первый этаж. Лоран быстрым шагом направился к двери с таким суровым видом, будто готов был скрутить в бараний рог любого, кто бы ни оказался по ту сторону. - Извини, они меня заставили, - услышал я голос Густава и вышел в коридор, замерев от удивления. - Сюрприз! – из-за спины Гуза показалась довольная рожа Оливера. А следом вошли Майлз, Джош, и даже Лив с Джиной. Сказать, что я был удивлён – ничего не сказать. - Как говорится, если гора не идёт к Магомету, то… - Олли на ходу всучил Лорану бутылку вина и совершенно бесцеремонно прошествовал в зал. - И как это называется? - Что значит «как»? Прощальная вечеринка, конечно же! – Джошуа сгрузил на руки Лорану огромный бумажный пакет. …А ты надеялся от нас отделаться? – это уже мне, с улыбкой в тридцать два зуба. - Да я и не думал… - честно пробормотал я, настороженно наблюдая за реакцией Лорана. - Ну, что я могу сказать?.. – в коридоре воцарилась тишина, несмотря на то, что хозяин квартиры при любом раскладе уже был поставлен перед фактом. – Оливер совершенно не умеет выбирать вино. - Ну да, куда уж тут нам, простым смертным до профессионального винодела! – рассмеялся Майлз и потащил Густава следом за остальными. - Я правда пытался тебе дозвониться… - одними губами произнёс Гуз, протаскиваемый мимо Лорана. - Да ничего, - тёплая вежливость Лорана была не только его даром, но и наказанием. Кажется, мы оба в тот момент были рады непрошенным гостям ровно настолько же, насколько их ненавидели. - Кстати, познакомьтесь. Девчонки, это Лоран. Лоран, это девчонки, - Олли при этом даже не удосужился повернуть головы от экрана телевизора, который включил, едва пройдя в гостиную. - Джина и Лив, они из колледжа, - пояснил я, хотя Лоран уже одарил их фирменной вежливой улыбкой. - Будьте как у себя дома. - Ну, тогда я просто обязана раздеться до белья, добраться до ближайшего компьютера и полностью отключиться от реальности. Да, и ещё нужен кофе, много кофе, - Лив умеет разрядить обстановку. Даже в тот момент, когда в этом никто не нуждается) Вообще, она как Оливер в юбке… Ну, только без юбки. Да и вообще Оливер в юбке смотрелся бы более органично, чем извечная пацанка Лив, с коротким художественным беспорядком на голове, в своих обожаемых драных-передраных джинсах и футболке. А пока я размышлял над тем, в ком из этих двоих больше женственности, Лоран уже успел поприветствовать девчонок и прошёл со всеми в зал. - Между прочим, это ты должен мне бутылку самого лучшего вина из твоей коллекции, - не унимался Оливер. - Это ещё почему? - В сотый раз напоминаю: потому что именно я тебе это сокровище приподнёс на блюдечке с голубооооой… каёмочкой, - лыбился Олли во все пока ещё тридцать два зуба (что-то мне подсказывало, что каждый из присутствующих хотя бы раз искренне желал сократить их количество)) Лоран только вежливо улыбнулся, а я заметил его потускневший взгляд, и в очередной раз захотелось удавиться. - А по-моему, это Мартин задолжал нам выпивку: такого мужчину как Лоран можно всю жизнь искать-искать, да с горя натуралом стать, - Джошуа был отчего-то весел. (Никак Оливер в очередной раз находился в той стадии депресс-цикла, когда «Все мужики козлы - один ты, друг, меня понимаешь…») - Вот никогда бы не подумала, что ты, Мартин, из нашей команды, - Джина и впрямь смотрела на меня как-то иначе с самой первой секунды как переступила порог квартиры. - А я всегда чувствовала в этом русском парне что-то неладное. Сначала Оливер вокруг него волчком вился… - Я?! – возмущению Олли не было предела. - …Ну, а когда увидела, как этот красавец на дорогущей тачке его из колледжа забирает, то вопрос остался один и то, чисто формальный. - И какой же? – усмехнулся Лоран. - У машины крыша откидывается? Все поддержали Лив дружным смехом. - Ну извини, малыш, кажется, я тебя спалил, - руки Лорана обвили меня за талию. - Переживу, - хмыкнул я. - Да какая теперь разница. Ты же уезжаешь, - с лёгкой грустью в голосе Джина напомнила всем о теме вечера. - Да лааааадно! – влез Оливер во всеобщую скорбную минуту молчания. – Не поверю, что наш рыцарь в сияющем кабриолете надолго выпустит это заморское чудо из своих загребущих ручонок. Правда, Лори? Ответом стало лишь наше обоюдное тяжёлое молчание. Казалось, Лоран всем сердцем ждал, что я нарушу эту тишину, сказав, что Оливер прав, и я непременно скоро вернусь. Однако неловкую паузу прервала Лив: - Ага! Я так и знала, что крыша откидывается! Дружеский смех снова разрядил обстановку. Вопрос так и остался висеть в воздухе. Но лишь двое из присутствующих ощущали его особенно остро - в каждом случайном взгляде, в каждом до мурашек приятном прикосновении, в каждой уходящей секунде, - не представляя, что будет, когда отпущенное время истечёт. - Предлагаю срочно выпить! Могу даже предложить первый самый важный тост. Все обратили взгляды на незатыкаемого оратора. - …Для начала предлагаю выпить… за меня! Единственного и неповторимого, чудесного-распрекрасного, познакомившегося всех здесь присутствующих! Оливер и скромность как сиамские близнецы. Разлучённые судьбой ещё в утробе матери) Им друг друга, ну, очень не хватает) Короче, с этого тоста началась моя прощальная вечеринка. Дальше было ещё много тостов, шуток, историй, были даже танцы и пьяный стриптиз в исполнении Оливера. (Потом ещё были трезвые подзатыльники от Джоша, но это уже к делу не относится). В общем, было весело. Эти ребята успели стать мне хорошими приятелями, и я был рад возможности вот так, по-дружески, попрощаться со всеми. Но всё это время я ни на минуту не забывал о Лоране. Вернее, он не позволял мне забыть. Его взгляды, нежные, едва ощутимые на губах поцелуи, сильные руки, согревающие меня в объятьях. Казалось, каждым своим жестом он умолял меня остаться. Нет, он не говорил ничего такого. Пока не говорил. Но я уже чувствовал, понимал, что он просит меня… - …Не уезжай, - его хриплый чуть слышный голос раздался у меня за спиной, едва я успел закрыть за ребятами входную дверь. Все разъехались за полночь. Последними загружались в такси Джошуа и Оливер. Вернее, тело пьяного в стельку Оливера загружалось в машину причитающим Джошем) Девчонки подарили мне фотографию с конкурса презентаций, оставив от себя ещё несколько напутственных строчек на обороте. Густав прощался как всегда холодно. Но теперь-то я знал: это не оттого, что я ему не нравлюсь, просто он со всеми такой, ну, разве что только не с Майлзом. Тот в свою очередь едва не ревел у меня на шее, когда пришло время прощаться. (Честное слово, я прямо почувствовал себя его единственным другом детства, а то и первой любовью, не меньше) Но это просто он от спиртного такой эмоциональный становится) А ещё все оставили мне свои электронные адреса и настоятельно потребовали, чтобы я «не пропадал». В общем, я был правда растроган. Именно это я и хотел сказать Лорану, как вдруг: - Не уезжай. Этот голос я едва ли когда-нибудь смогу забыть. Так говорит человек, который почти не верит, в то, что произносит. И всё же в глубине души до боли желает услышать ответ… Не тот ответ, который мог дать я. - Прости. Я не могу. Думаете, мне было легко это сказать? Вот уж нет. Это были едва ли не самые трудные слова в моей жизни. Я ранил ими не только его, но и себя. Впрочем, конечно, Лорану в то мгновение было многократно больнее. Тяжёлая болезненная пауза длилась секунды, а казалось – часы. - …Я помогу с учёбой, тебе не нужно будет думать о жилье, еде, работе, вообще ни о чём не нужно будет думать – обещаю. Только останься со мной. - Лоран. Я не могу. Правда. - Почему? – он спросил это так,… спокойно, но в то же время, не глядя в глаза, вообще не глядя в мою сторону. Наверное, он боялся услышать ответ. - Я… Я не могу бросить всё. Там мои друзья, моя жизнь, понимаешь? Там мама. Я не могу её бросить. У неё кроме меня нет никого… И всё это… быстро!… слишком быстро, понимаешь? Ты замечательный. И я бы никогда не променял тебя ни на кого другого. Я был бы счастлив просто быть с тобой… Но… - Что «но», Март? Действительно ли есть это «но»? А было ли? Я и сам не знаю. Просто это всё было слишком сложно, слишком быстро, слишком серьёзно… Просто СЛИШКОМ!!! У меня голова кипела. И в то же время сердце обливалось кровью при мысли, что утром я уеду. А он останется здесь. В этой квартире, где мы провели столько незабываемых мгновений. В этом городе, где волей случая мы познакомились. В этой стране, где я впервые увидел жизнь с другой стороны. А я уеду на другой конец света не в силах озвучить причину, по которой отказываюсь от этого подарка судьбы. Да не знаю я! НЕ ЗНАЮ! В голове до сих пор сплошные фаталы-ерроры. Зацикливание одних и тех же вопросов без ответа. Почему? Почему? Почему? …А может быть, я просто… трус? … Впрочем, я предпочитаю прикрываться высокоморальными «обоснуями». Кто я для него? Молодой парень, чуть старше двадцати, иностранец, не самый идеальный студент – без жилья, работы и капитала. Разве это нужно Ему? Ему нужен не просто любовник, и даже не бойфренд. Ему нужен партнёр, муж, если хотите. Ему нужен любимый. Достаточно только мельком взглянуть на Майлза с Густавом… то, как он на них смотрит… Именно это нужно Лорану! Семья, дом, уют. В его ванной два стакана для зубных щёток и половина шкафа в спальне привычно пустует. Сложно ли догадаться почему? Он устал быть один. Он до дрожи в сердце хочет заполнить эту пустоту рядом с собой. А я? Тот ли я человек, который сможет сделать его счастливым? Готов ли я ко всему, что повлечёт за собой решение остаться? Или я только разобью ему сердце, когда попытка не увенчается успехом. Готов ли, я бросить всё ради него? Готов ли я отказаться от жизни, которую только что увидел и остановить поиски, так их и не начав? А что если через некоторое время я тоже пойму, что «не набегался» (как же я ненавижу это дурацкое выражение!), что если пойму что не готов в 21 год стать примерным семьянином? Ведь это было больше, чем предложение задержаться в гостях ещё ненадолго. Это было предложение. То самое. Я часто думал, как это бывает. Между мужчинами. В обычной паре всё понятно – тема избита и при всей уникальности каждого отдельного случая банальна до безобразия. Они влюбляются, они встречаются, они понимают, что хотят остаться с друг другом навсегда, хотят детей, хотят прожить эту жизнь вместе. И в один прекрасный день он покупает ей кольцо, становится на одно колено и выдаёт с дрожью в голосе: «Ты будешь моей женой?» ..Ну ладно, может быть, это слишком киношно, но по сути – так оно и есть. А что если герои этого фильма два мужчины? Это всё меняет. Это всё усложняет. Как это должно происходить? Кто-то тоже должен преклонить колено и с надеждой во взгляде протянуть кольцо? Да и какой в этом смысл, если в реальности они не могут претендовать ни на что большее, чем просто совместная жизнь. ..Нет, теперь я знал, что всё может быть иначе, по-серьёзному. С кольцами, со свадьбой (ничего более традиционного и классического чем свадьба Майлза и Густава, которую я видел на фотографиях, даже представить невозможно. Просто там были двое женихов в шикарных смокингах – вот и вся разница). Я просто никогда не думал, не мечтал (боялся мечтать) о том, что такое возможно. О том, что когда-нибудь это случится со мной. И я был не готов к этому «Останься». Мы оба прекрасно понимали, что моё согласие станет согласием на нечто гораздо большее. В голосе Лорана чувствовалось, что он готов пойти до конца. Я бы не удивился, если бы он лично перевез в Чикаго всех моих родных и друзей, лишь бы только я остался. Ради одной попытки. Этот человек готов был поставить на кон всё ради призрачной надежды обрести своё счастье. Ради того, чтобы быть со мной. А я… А я слишком молод. И мне слишком страшно брать на себя такую ответственность. Да вот так. Получается, что я всё-таки трус. …В ту ночь мы больше толком не разговаривали. Я лежал у него на плече, а в спальне царила гулкая предрассветная тишина. Каждый из нас молчал о своём. И в то же время об одном и том же. Об одиночестве. Я не помню как уснул. От усталости и тяжёлых мыслей. Так бывает. Помню только тепло его рук, крепко прижимающих меня к себе в последний раз. Чтобы отпустить. Утром я проснулся от звуков будильника. Хотя точнее было уже гораздо ближе к полудню. А казалось, что проспал я не больше нескольких часов. Лоран был всё также рядом. Он не спал. Не удивлюсь, если он вообще не сомкнул усталых глаз. Мне показалось, что они покраснели от слёз. Хотя я просто не мог себе представить этого. Или не хотел. Мне было плохо, очень плохо. - Я вызвал такси. Уже скоро будет на месте. - Спасибо. - Тебе нужна помощь с вещами? - Нет, Риддлы отвезут меня в аэропорт. - Хорошо… Я надеялся, что у меня ещё будет немного времени, чтобы сказать ему… я не знал, что именно. Просто что-то. Чтобы ему не было так плохо. Чтобы облегчить и свои мучения. Но время было безжалостно. Такси подъехало быстро. Лоран проводил меня лишь до порога. И снова я дрожал пытаясь произнести «Прощай». Мне было сложно даже просто посмотреть ему в глаза. - Спасибо, что был в моей жизни… Эти слова током прошли через тело. Знаете, я даже не осознал, что они были сказаны не на моём родном языке, потому что казалось, что они прошли не через мозг, а прямиком в сердце. Слишком быстро, слишком больно. И этот голос. Да что же всё так плохо! А потом был поцелуй. Нежный, трепетный, долгий. С выступившими на глазах слезами и тут же испарившимися. И яд, и лекарство. Так бывает. Теперь я знаю. Я так и не сказал «Прощай». Это было никому не нужно. *** …Тори встретил меня на пороге: - Мартин, ты чего? Мама нас всех голодом заморит, дожидаясь тебя к прощальному ужину. Я прошёл мимо молча. Не хотелось ничего объяснять. Потом были сборы и тот самый ужин. Арлин причитала, что тыквенный пирог, который она приготовила специально к торжественному случаю, уже остыл, а разогретый, он совсем не такой вкусный. Роджер пресекал все попытки «женской истерики из-за пустяков». После я помог Роджеру загрузить вещи в машину - время уже поджимало, но для меня оно словно остановилось. По дороге в аэропорт Арлин что-то говорила, предлагала мне погостить у них на День Благодарения. В общем-то, это было даже хорошо, что она не давала мне уйти с головой в собственные невесёлые мысли. Тори только молчал, понимая всё слишком хорошо. Фриканутый парень. И как ему удаётся маскироваться под такого балбеса? На рейс мы естественно не опоздали, а приехали с неплохим запасом. Правда весь этот запас времени ушёл на очереди. А ещё я осознал, что мой багаж каким-то чудесным образом увеличился по меньшей мере вдвое по сравнению с тем, который я привёз из России, и сам бы я его уже в жизни бы не дотащил даже до такси. (Так что в целом, настойчивое заявление мамы было очень даже к месту). А знаете, что самое странное? Всё это время, стоя в очереди в аэропорту, я оглядывался на входные двери. И невольно пытался выхватить в толпе его лицо. Как глупо. С чего бы он должен был там появиться? Мы уже попрощались. Более чем. Мы достаточно ранили друг друга, чтобы пережить ещё и прощание в аэропорту, да ещё и не имея возможности открыто показать свои чувства на глазах у посторонних. Это было бы слишком. Но тогда почему я так надеялся почувствовать на себе пристальный взгляд его зелёных глаз? Ещё хотя бы раз. Дальше были слёзы Арлин, крепкое рукопожатие Рождера. Тори со своими напутственными шутками и клятвенным обещанием приехать в Россию, чтобы пообщаться с этой «очаровательной Ирэн». В общем, на какое-то время Лоран покинул мои мысли. Теперь меня наполняла светлая грусть от прощания с этой замечательной семьёй. Впрочем, едва самолёт оторвался от взлётной полосы, сердце ухнуло и провалилось куда-то вниз, как будто было крепкой цепью надежно привязано к земле. К нему. Боже, неужели я такой беспросветный дурак? А вдруг я буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь?? И всё же что-то мне подсказывает, что дело не только в моей трусости. Так было надо. Нет, я не сошёл с ума. Просто мне почему-то так кажется. Или я не прав? Знаете, перелёт был долгим. Достаточно долгим, чтобы обдумать всё, что произошло. Только нет ни одного вопроса и ни одного ответа, лишь пустота где-то в сердце, и лёгкая боль. А сейчас, когда я… дома…… Сейчас кажется, что всё это было во сне. Честное слово, придремав поначалу в зале ожидания, я даже подумал, что мне всё это приснилось. Что не было никакой поездки, не было Майлза и Густава, не было придурка Олли, Джошуа, Лив и Джины, Риддлов, Тори, не было.. Лорана. Только мурашки бежали по телу при воспоминании о нём. А первое что бросилось в глаза едва я открыл ноут, так это наша с ним фотография. Это было в баре, после того как Гуз получил повышение на работе. Мы все были рады за него и беззаботно счастливы. Немного выпившие, целующиеся и даже не задумывающиеся о том, что Оливер поймал нас с поличным. Папарацци-недоучка. А впрочем, наверное, я и впрямь задолжал ему бутылку вина. Хотя бы за этот единственный снимок. Что-то мне подсказывает, что я ещё нескоро смогу смотреть на него без учащённого сердцебиения. И как бы ни было больно, теперь я точно знаю, что это такое… Когда тебя любят… И всё-таки он замеча... *** - Март! – голос мамы Мартин узнал сразу и тут же оторвался от клавиатуры. – Я так и думала, что ты здесь. Как узнала, что самолёт твой уже давно приземлился, сразу уточнила, где здесь у вас можно в интернете посидеть. Вот и не пришлось долго тебя искать. - Мама, - долгие объятья, чуть увлажнившиеся глаза женщины, её родное тепло. – Я так соскучился. - И я тоже. Ты даже не представляешь как… Что же ты не сказал, что прилетишь раньше, оболтус? - Так получилось, мам. - «Получииилось» у него так, - передразнила она. – До сих пор удивляюсь, как у меня такое чудо двадцать один год назад получилось. …Ладно, а багаж твой где? - По правде сказать, я даже не знаю, как мы с тобой его дотащим до такси. - А кто тебе сказал, что мы на такси? – улыбнулась женщина и оглянулась. И только сейчас Март заметил высокого мужчину, терпеливо выжидавшего позади неё. - Вадим Фёдорович, здравствуйте! А Вы какими судьбами? - Здравствуй, Март, - крепкое рукопожатие, сдержанная улыбка. Вадим всегда был человеком мало эмоциональным и серьёзным, зато отзывчивым и приятным собеседником. Да и вообще, по мнению Марта, истинный мужчина по всем показателям – досадно, что холостой. «И куда только женщины смотрят?» - судачили мамины коллеги по поводу Вадима, который по совместительству был директором близлежащего магазина. Март был очень рад, когда они с мамой сдружились, сначала на фоне неожиданного соседства. (Вадим, как выяснилось, купил квартиру в их доме и не жил там только потому, что подрядчик никак не мог завершить ремонт в срок). Мама по-соседски помогала одинокому мужчине: то занавесочки на кухню выбрать, то порошок хороший посоветовать, то и вовсе супа наготовить на неделю, когда случайно увидит, что в холодильнике кроме пельменей, осталась только полудохлая мышь, объявившая вынужденную голодовку. В общем-то, и Вадим Фёдорович в долгу никогда не оставался – шкаф там перетащить, или с сантехникой повозиться – никаких проблем, в любое время. В общем, «находка, а не мужчина!» как регулярно повторял Март маме, стараясь обратить на него её внимание. Та правда только отшучивалась, мол, «да ну, какие мои годы – ещё на старости лет романы крутить не хватало». Вот Мартин и оставил бесполезные попытки. Может, и в правду ей так лучше? После разрыва с отцом она наконец поднялась на ноги, стала сильной, независимой женщиной и совсем не выглядела несчастной. Так что может быть, и не нужен ей никакой мужчина? А для мужской помощи всегда есть сын и добродушный сосед. Может, это стереотип, что человеку так уж необходимо прожить жизнь вместе с кем-то? Слишком уж это порой сложно, да и нужно ли стараться? Может, можно иначе? Размышляя об этом, Март снова вспомнил Лорана. Абсолютно независимого, самостоятельного, человека, у которого есть всё – в том, числе и деньги, и друзья, которые всегда рядом. Нет только одной мелочи… - Март, мы просто с Вадимом хотели тебе сразу кое-что сказать… Голос мамы вернул Мартина из глубин собственных мыслей. - Пока тебя не было, многое произошло. И в общем, мы как-то сблизились и… - женщина явно волновалась. - Короче, Март. Я хочу попросить руки твоей мамы. ..Ты только имей ввиду, она мне своё согласие уже дала. - Что? – Март от растерянности осел обратно на стул. - Ты же не против? – женщина заволновалась ещё больше, а Вадим чуть заметно нахмурился. - Нет.. Ну что вы.. Я просто.. Рад за вас.. И это так неожиданно. Но я рад, правда… «Да уж, хватит мне за эту поездку неожиданных предложений!» - подумал про себя Март и потянулся пальцами к клавиатуре, чтобы сохранить набранный текст. Только мозг окончательно перестал функционировать из-за перегруза. Пальцы бесконтрольно промахнулись. Ctrl+A. Delete.

1 июля 2012г. Freya