Проблемы взросления джетов

— Юникрон побери, закройте леток! Холодно! — Мерзнешь? А, тебе же сенсоры не отключить… Выпить и поздравить выпускников этого квартекса притащились и Скайквейк с Дредвингом, и малознакомые инженеры с четвертого курса, и джеты, с которыми Тандер учился медицине. Раздаточная была забита, как после показательных учений, когда все выжгли топливо почти что в ноль. — Давно мы не летали в горы, да? Саундбластер пропустил вопрос мимо аудиодатчиков. Сегодня все — и сам Тандер — были взбудоражены без хайгрейда, а под хайгрейдом и присадками… Все мечтали о будущем, про себя и вслух. Точно знали, что их жизнь принципиально не изменится, только джеты из боевой элиты. Но и они болтали о будущих подвигах, пьяные и счастливые. Выпускники, двенадцать джетов, собрались за тремя сдвинутыми столами, и Тандер из своего уголка слышал всех. Желтые крошки медленно растворялись в энергоне, подкрашивая его пузырьки в зеленый цвет. Тандер выпил все залпом и облизал колбу изнутри. «Веселая пыль» не могла подействовать моментально, но он уже… Он перебрал. Крошки пощипывали глоссу и шлюз, хотелось смеяться и делать что-то спонтанное и глупое. И одновременно — слушать и смотреть, навалившись локтями на стол, улыбаться чужим шуткам. Чувствовать себя… своим. Он взял еще одну колбу свежезаряженного и завис, любуясь на белые молнии на поверхности энергона. Потом перевел взгляд на раскрытую дверь. Меха уходили. Куда? Зачем? Тандер поцокал вслед за Саундбластером и Грейвингом, краем оптики отмечая, что раздаточная успела опустеть. Тут остались только пьяные в шлак, едва ли способные ходить. — Постой, — когти впились в локоть Саундбластера намного сильнее, чем нужно. Тот едва успел поймать ракету второй рукой. — Куда ты? — Куда надо! — Саундбластер злился. — Что ты в меня вцепился?! Так неловко. Если бы рядом не было Грейвинга, стал бы Саундбластер так вырываться? — С чего ты взял, что я должен тебе отчитываться? Между нами ничего не было! Ты думаешь, если я пообщался с тобой несколько раз, я тебе что-то должен? Тандер достаточно знал интонации и эм-излучение Саундбластера, чтобы понимать: тот искренне удивлен. Сейчас Саундбластер замолк и напрягся. По-боевому, как на тренировке с настоящим оружием. И попятился назад, на улицу, чудом не задев Грейвинга крылом. Смотрел Саундбластер так пристально, словно ждал, что Тандер ему искру выдерет. А Тандер просто стоял. — Мы же все решили, да, ТиСи? Было весело, но ниболта не вышло, и ты сам предложил прекратить… Все же хорошо. Не порти праздник ни себе, ни другим! — Саундбластер попытался улыбнуться, но его серво слишком дрожали. — Это скотство, устраивать сейчас какие-то тупые разборки. «Несколько раз». Да, последний совместный полет и последняя тренировка, на которой Тандер — так совпало — повредил то же самое крепление на правой руке Саундбластера… последний раз они общались еще до сессии. Три декацикла назад. — Ты не прав, ТиСи, и зря на меня злишься, — Саундбластер неуверенно царапнул его руку, и Тандер понял, что так и не разжал когти. Их эм-поля резонировали. Мало того, Саундбластер перегрелся и фонил на всю раздаточную, пусть и стоял в дверях, под холодным ветром. Смотреть в чужую оптику было больно. Знать, что на них направлены взгляды других меха — Грейвинга на улице, за крыльями Саундбластера, и Юникрон знает кого внутри раздаточной — еще больнее. Резонанс ничего не значит. Какая разница, что чувствует Саундбластер, если он не хочет этого чувствовать? — Между нами ничего не было, — повторил Саундбластер. — Мне жаль, если тебе… что-то померещилось, — он дернулся уже намного сильнее, впился в бронепластик стены когтями другой руки, ища опору. Скрип неприятно резал аудиосенсоры. — Извини меня. — У тебя ржа в процессоре, — ответил Тандер резко и громко. — Я не злюсь на тебя. Смысл злиться на меха, который не понимает, чего он хочет, и не может отвечать за слова и поступки? За такое вызывают на дуэль. Но Саундбластер попятился и запустил трансформацию. Грейвинг шарахнулся в сторону, отталкиваясь от бетона и тоже взмывая в воздух. — Ты трусливый оплавок! — заорал Тандер. Он мог еще многое добавить, но Саундбластер и Грейвинг уже скрылись за поворотом, и Тандер стоял на улице около летка, надрывно вентилируя и пытаясь выйти из боевого режима. Ярость отступала, и думать о последствиях было нестерпимо страшно. И стыдно. Широким шагом Тандер вернулся в раздаточную, осмотрел джетов, отрубившихся на полу. Какова вероятность, что они ничего не вспомнят? Ноющая искра подсказывала, что Тандер должен убить их всех. Но это не пещера с инсектиконами, это территория Академии… Фраговы камеры! Тандер заметался по залу, чуть не сшиб стол, сдвинутый несколько грунов назад, в начале праздника, затем впился когтями в собственные предплечья и заставил себя подумать лучше. Джеты, свалившиеся там, где пили, вряд ли что-то вспомнят. В любом случае, их воспоминания никто не примет в качестве доказательств, чтобы записывать в хорошем качестве файлы кратковременной памяти, нужно дать команду системам до события, а не после. Тандер не думал, что кто-то здесь за пару нанокликов сообразил, что сейчас начнется скандал и мордобой. Тем более что до дуэли дело не дошло! Грейвинг тоже был в шлак. Сейчас Тандер пересматривал кадры с его движениями и мимикой — и был в этом полностью уверен. Саундбластер будет молчать. Это ведь он струсил, а не Тандер. Получалось, что настоящей угрозой были только всевидящие камеры. И сейчас Тандер не мог даже понять, сколько их наблюдало за раздаточной и улицей перед ней. Он оперся ладонями на стол, закрыл линзы и отправил короткую команду. Никто не отследит, как и кем был активирован вирус. Тандер хорошо его модифицировал. Может, не все изменения, за последний декацикл внесенные в память серверов Академии, сотрутся без следа, но хаос будет знатный. А если выкинуть в локальную сеть Воса тот самый компромат — как жаль, что выкачалась в лучшем случае десятая часть! — скорее всего, Электро будет не до просмотра записей с выпускного. Прекрасно. Кто-то — кажется, как раз Саундбластер — болтал, что сегодня Электро вызвали в главный офис СБ. Дежурит в серверной сегодня Траст, а он в инфобезопасности ничего не понимает. В этом выпуске несколько потенциальных сотрудников, конечно, там хотели бы обсудить все в подробностях, а не просто получить досье… И формально Электро не имел права вмешиваться, даже когда на пьянке выпускников творился полный квинтец. Они больше не курсанты. Потом, на следующий цикл, Электро мог бы поднять видеозаписи и доказать, что такой-то убил такого-то, а такой-то затеял драку и разнес половину раздаточной… но не сегодня. Два квартекса назад на выпускном сцепились перебравшие бойцы, все общежитие слышало, как они орут и рычат, и почти все курсанты бросились к окнам, чтобы посмотреть. Электро не вмешивался.