Муравьиный тигр

Rellax Original - Secret That Nobody Knows (Slowed+Reverbed)

Что такое человек? Субстанция сознания, оболочка, работающая по принципу нейронных связей или удачная комбинация духа и тела? Люди верят в существование души, в ее бессмертность. А что если души нет? Что если то, что высасывают Дементоры – это не душа, а сгусток жизненной энергии, родившейся вместе с самим человеком? Что если человек – это его мозг, и после смерти нет ничего? Призраки могут являться обычной энергетической памятью земли, а также застрявшим сознанием. Экзистенциальные вопросы. Всегда думал, что они свойственны лишь маглам, чья жизнь – одни сплошные рамки и условности. Однако и я пришел к таким рассуждениям. Линда говорила, что, насколько ей известно, сначала рождается тело (мозг), ребенок. Затем формируется сознание. И вот как раз сознание – бессмертно, либо имеет смертность Вселенной. Но верить ли в это? Линда знает много, но она не умирала. Тот, кто не познал смерть, может ошибаться. В душевой было холодно. Еще холоднее, чем обычно бывает в гостиной Слизерина. Драко сидел на полу одной из каменных кабинок. Тонкими струями с душевой лейки, зафиксированной сверху на стене, сочилась ледяная вода. Драко был в рубашке с закатанными рукавами и в брюках, но с босыми ногами. Ткань одежды уже полностью впитала в себя воду и прилипала к телу, как склизкие водоросли из Черного Озера. Нет, Слизеренцу не было холодно, наоборот, он пытался хоть немного охладиться, ведь проклятая метка контракта на руке, лежащей поверх вытянутой ноги тыльной стороной наверх, уже несколько дней посылала сигналы о возможном самоуничтожении контрактера. Жар охватывал все тело так, будто парень сгорал заживо. Мозг плавился с таким же усердием. И только ледяной душ мог хотя бы на время закрыть двери пекла. Драко тяжко вздохнул и оперся головой о холодный камень. Все это было невыносимо. И не только в контракте было дело. Злополучная односторонняя связь с Поттером добивала не хуже. Надежда – главный бич человечества. Только тот, кто умеет надеяться, познает яд разочарования. Драко безудержно надеялся на шанс сблизиться с Поттером, и к чему в итоге все это привело? К отчаянным попыткам разыграть никому ненужный спектакль. Когда Гриффиндорец заявил о том, что встречается с Диггори, ландшафт будущего для Малфоя рухнул в небытие. Сложно было не сорваться на эмоции, но… Малфой не был бы собой, если бы не придумал дурной план по завоеванию. Сперва ему показалось, что лучшим способом побудить Поттера к «притяжению» - спровоцировать его на ревность. По логике Малфоя, должна же была существовать хотя бы капля чувств в душе этого очкарика к нему, раз существует враждебная связь. Однако он ошибался. Слизеринец некоторое время устраивал показушные «выступления», демонстрируя свою якобы «любовь» с Куртом каждый раз, когда в поле зрения появлялся Поттер: то обжимался, то обсуждал всякие пошлости, то дерзко целовался на виду у всех. Но, похоже, единственным, кто ревновал, был он сам. Поттеру было будто бы наплевать. В его зеленых глазах можно было увидеть разве что осуждение за непристойности. И такое отношение подорвало состояние Малфоя. Неспособный абсолютно никак повлиять на объект своего вожделения, он впал в безумие. Агрессия с самого себя перескочила на окружающих, поэтому пару дней к нему никто не подходил, даже Линда не вмешивалась в его попытки разгромить всю комнату. Психологические трудности также подстегивались болевыми позывами в сереющей из-за контракта руке, даже лекарства не спасали. И наблюдать со стороны за счастливой парочкой было невыносимо. Диггори и Поттер постоянно проводили время вместе: Пуффендуец периодически подсаживался на обеде за стол к Грифффиндорцам, и никто не был против, ведь почти все друзья Поттера с ним подружились; эти двое постоянно гуляли, невзирая на погодные условия, провожали друг друга на занятия, ворковали на каждом углу, тьфу! В какой-то момент Малфой дошел до ручки и решил действовать по методу «не мне, так никому». Тогда и начался самый кошмар. Ему хотелось испортить жизнь Поттера и Диггори, чтобы им было еще хуже, чем ему самому. Началось все с постоянных дразнилок со стороны Слизеренцев, но должный негативный эффект сохранялся только пару дней. Затем их стали просто игнорировать. Позже была применена тактика вредоносных заклинаний, начиная от обычной сыпи по телу, заканчивая травмирующими порезами. Это дело быстро пресекла МакГонагал, пригрозив наказанием до конца учебного года. Следующий шаг – порча имущества. Но с первой же попытки идея потерпела крах. Малфой решил залить сумку Поттера жгучим зельем, которое растворяет все неорганическое, а на коже от нее остаются страшные волдыри. И когда Поттер обнаружил, что все его домашние задания были уничтожены, и при этом повредил руку, в бой вступил Седрик и все его друзья. А это бесчисленное количество. Тут уже отчислением попахивало. Влетело знатно, поэтому больше Малфой не предпринимал никаких попыток к физическому увечью. Последнее, что он попытался сделать, это слить информацию Скитер про отношения двух чемпионов. Вышла грандиозная статья, но и от нее толку было мало. Обсуждения быстро стихли, и никто не докучал «голубиной парочке». На этом силы покинули блондина. Боль, физические и психологические муки только усилились. Малфой медленно увядал. Ему ничего не оставалось, как по ночам, в самый разгар приступа, сидеть под ледяным душем, чтобы хоть немного снизить градус распада личности. Все не то, все не так. От Курта тошно, от себя тошно, от жизни тем более. И вот Малфой ощутил какое-то движение за пределами кабинки. Лениво повернув голову, он увидел сквозь щель между полом и дверью знакомые кошачьи лапы. Похоже, Линда звала его куда-то. Переборов физическую слабость, Малфой аккуратно поднялся на ноги, опираясь руками о стену, выключил воду и, не спеша, покинул кабинку, последовав за черноногой кошкой. Поскольку все уже спали, был смысл остановиться в гостиной. Недолго думая, Драко плюхнулся на кожаный диван, оставив за собой мокрые следы на полу. Кошка тут же обратилась человеком. - Не боишься, что тебя засекут? – сипло поинтересовался Драко, уже ощущая, как его тело начинает поднимать температуру, несмотря на прохладность воздуха в помещении. - С чего бы? – Линда присела на деревянный стол. – У меня отличный слух, да и приближение любого живого объекта я чувствую, так что всегда успею стать кошкой перед тем, как кто-то окажется здесь. - Как скажешь, - Драко приложил ноющую руку к мокрой одежде, надеясь, что это хоть как-то поможет справиться с болью. – Зачем ты меня позвала? Линда многозначительно оглядела распластавшегося на диване Малфоя и тихо фыркнула. - Мне кажется, тебе есть, что сказать мне. Ну, или спросить у меня. Догадливая. Был вопрос, который мучал Драко весь день. Но спрашивать он боялся, вдруг ответ будет ужаснее, чем ситуация на данный момент. Хотя, куда хуже? - Я хотел бы знать, - неуверенно начал он, морщась от гудящих в голове неразборчивых шумов, - что будет, если я откажусь от контракта с тобой? - А ты этого хочешь? – без намека на эмоции спросила Линда, склонив голову в бок. - Я просто хочу знать, что будет. Стратегическая пауза – конек Линды. За это время ее безразличный ко всему взгляд будто сканировал глубины чужого сознания, добывая все больше информации. - Ну, я буду ждать. - Что ждать? - Тебя. Тебя и Поттера. Мне нет смысла искать нового контрактера. Лучше вас я уже не найду. - Но почему мы? - Потому что никто так не связан с возможным будущим, как вы двое. Драко удрученно выдохнул, жмурясь от того, как покалывает все тело после охлаждения. - А что будет со мной? Этот проницательный взгляд мог добить и без кувалды. - Если ты о своем состоянии, то… Контракт не так сильно в этом виноват. Твоя связь с Поттером и последующая неудача в скреплении уз, вот причина. - Тогда я не хочу такой связи, к дьяволу в пекло все это! - Уже поздно, ты сам ее создал. Линда вдруг спрыгнула со стола, подошла к Драко и склонилась над ним. Узрев перед собой пятнистое лицо, парень с силой вжался телом в кожаную обивку. - Что ты имеешь в виду? - Все дело в твоем помешательстве. Это был твой личный выбор помешаться на Поттере. - Не помешательство это! – от возмущения у Малфоя даже голос прорезался. – Меня он просто бесил! Это ненависть! - Нет-нет, Драко, это помешательство. Одержимость. Линда вдруг коснулась ладонью лица блондина и стала с некоторой жалостью поглаживать его по щеке, приговаривая шепотом: - Ты всегда таким был. Бедный мальчик. Одержимый, одержимый мальчик. Щелчок. Сумрак в сознании. Внезапная темная вспышка. Драко словно что-то вспомнил, как дежавю. Словно подобный момент уже был. На секунду он даже увидел фрагмент, где над ним уже ранее склонялась Линда, только почему-то в белом халате, и гладила его по щеке, повторяя такие же слова. Внутренний толчок страха заставил Малфой с криком оттолкнуть от себя Линду. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы отдышаться после сумрака и прийти в себя. Увидев перед собой стоящую в ожидании девушку, Драко вновь вздохнул и опустил руки, снова закинув голову на спинку дивана. - Прости, пожалуйста, мне очень хреново, - он сдавленно сглотнул. – Не могу больше это терпеть. Не физически, не эмоционально. Не могу видеть этих счастливых придурков. Не могу смириться, что что-то мешает мне применить свои способности на Поттере. Не могу выносить этот жар, эту ношу. Лучше сдохнуть, чем быть таким, как я. Линда молча выслушала измученную исповедь Драко и неожиданно схватила его за предплечье той руки, на которой красовалось серое пятно. Малфой взвыл и хотел выдернуть руку, но хватка Линды была сильнее. - Да что ты делаешь?! – беспомощно крикнул он, едва не плача. А Линда была непреклонна, как и всегда. - Исправить твою связь я не могу. Но контракт действительно может влиять на физическое состояние. Если его исключить, то, вероятно, ты сможешь справиться с психологическими сложностями. - Погоди, - Малфой в недоумении уставился в сверкающие, но безмолвные глаза Териантропа, - ты хочешь разорвать контракт? - На время его заморозить. Остановить губительное действие. - А ты...? - Если я тебе понадоблюсь, ты знаешь, как меня призвать. Я буду неподалеку. Драко не верил своим ушам. Неужели есть шанс немного отдохнуть? Неужели Линда готова пойти на такие жертвы? Хотя, зачем ей подыхающий контрактер, тут тоже есть своя логика. - Я… я согласен. Линда еще сильнее сжала в руке предплечье Малфоя, не обращая внимания на шипение парня, затем приложила свою ладонь к его глазам. - Будет больно. Слабо сказано. Вдох застрял где-то поперек гортани, как случайно проглоченный леденец, перекрывая доступ к воздуху. Световая волна осколочным ударом прорвалась сквозь черепную коробку, атакуя нейроны по всему телу. Драко зажмурился, но свет прорывался сквозь сознание, смешиваясь с тьмой. Образы, нескончаемое количество монохромных образов, все это переполняло мозг. Он вскипал вместе с кровью в венах и артериях, каждый работающий орган тела реагировал на мучительный процесс. Копья страха и паники пронзали каждый миллиметр плоти, разум не выдерживал. И Драко тоже. Он хотел кричать, но глотка держала все звуки под замком, не позволяя мученику хотя бы на миг ослабить боль. Неизвестно, сколько это продолжалось, но пытка закончилась за один щелчок. Резкий спазм в груди заставил Малфоя закашляться, восстанавливая дыхание. Когда парень открыл глаза, по его щекам обильно текли горячие слезы. Но, несмотря на размытость взгляда, Драко смог оглядеться. Рядом никого не было. Линда тоже испарилась, будто все, что было несколько минут назад, это лишь галлюцинация испорченного сознания. Приложив немало физических усилий, Драко поднял руки и протер заплывшие от слез глаза. Теперь картина была яснее. Да, он все также сидел на диване в пустой гостиной Слизерина, залитой холодным зеленым освещением, прорывающимся сквозь мраморный потолок. Все стояло на своих местах: стулья, кресла, столы, даже книги, пергаменты и письменные принадлежности, оставленные на этих самых столах студентами, сохраняли свое изначальное положение. Но Линды не было. А вместе с ней вдруг исчезли и боль, и жар, прилипшая к телу мокрая одежда ощущалась, как нечто мерзкое, хотя несколько минут назад Драко на это не обращал внимания. Значит, не галлюцинация? Восстанавливая последние события, блондин ощупал свое лицо (с ним, слава Салазару, все без изменений), а затем перевел взгляд на руку, являющуюся памяткой контракта. На бледной коже больше не было сизого пятна. Теперь на его месте красовался небольшой черный узор, будто бы метка: три линии со стрелками посередине каждой были направлены в одну центральную точку, из-за чего фигура очень напоминала рогатку. - Значит, вот как тебя можно будет призвать, - хрипло прошептал Малфой в пустоту, едва заметно ухмыляясь. Он понятия не имел о том, какое значение под собой имеет эта метка, да и на данный момент эта информация не имела никакого значения. Он, наконец, избавился от уничтожающей разум боли. На сердце стало спокойнее, мысли пришли в порядок и не терзали ум. Можно было выдохнуть. Да, второе дыхание. Вот что действительно было ему необходимо. Устало зевнув во всю ширь своего рта, Драко облегченно потянулся и, решив, что пора сменить одежду, поплелся в свою комнату. Сегодня его ожидал действительно сладкий и спокойный сон. Тем более в голове уже зрела новая идея, как все исправить.

Onicks – Illuminati

- Так вы теперь вместе? – изумленно, но вполне сдержанно в своей манере уточнила Гермиона, не глядя перелистнув страницу учебника по Нумерологии, лежащего на ее коленях. Гарри, Гермиона и Рон сидели на диване перед камином, пока остальные студенты Гриффиндора испытывали очередные пищевые изобретения близнецов Уизли. - Да, вместе, - Гарри коротко кивнул, взволнованно прокручивая в руках кулон, подаренный Седриком. Ему было важно, чтобы друзья приняли его выбор, или хотя бы не осуждали. И каково же было облегчение, когда на лице Гермионы засияла добродушная улыбка. - Я и не сомневалась, что вы к этому придете. Я очень рада за тебя, Гарри. - Спасибо, Герми, - Гарри смущенно зарделся, по привычке просто так поправляя очки. - А ты что скажешь, Рон? – Грейнджер обратилась к своему рыжему другу, сидящему по левую руку от нее. И тут Гарри напрягся. Рон, конечно, как-то упоминал, что в любом случае примет его, но непостоянный нрав парня мог по-разному отразиться на текущей реакции. Сам Рон не смотрел на своих друзей. Он сидел, закинув ногу на ногу, подпирая щеку ладонью руки, лежащей на подлокотнике. Рассеянный взгляд был устремлен в камин, где плескалось согревающее все помещение пламя. Сложно было понять по его лицу, какие эмоции он испытывает. Будто Рон вовсе не здесь. - Я не обладаю такой проницательностью, как Гермиона, поэтому новость меня немного шокировала, - спустя несколько секунд молчания тихо заговорил он, - однако я не пещерный человек все-таки. Наконец зашевелившись, Уизли повернулся к опешившему Гарри и протянул руку. - И я рад твоему счастью, какое бы оно ни было. Поздравляю, друг. Гарри испытал шквал смешанных эмоций, среди них были и облегчение, и замешательство, и даже желание стукнуть Рона за сохранения интриги до последнего. Но все же, Гарри приняли. Его отношения с Седриком приняли его лучшие друзья. Счастливо улыбаясь, Гарри пожал руку другу. Собственно, на этом грандиозные события не закончились. Сначала Седрик начал сам подсаживаться за стол Гриффиндора во время обеда и ужина, попутно общаясь и сближаясь со всеми, кто как-либо взаимодействовал с Гарри, а это, как минимум, Дин, Симус, Невилл, Джинни, Фред и Джордж. Затем пришло время Гарри знакомиться с друзьями Седрика, и он сам не понял, как стал частью их дружной команды. Среди всех этих людей были не только однокурсники Диггори и в принципе Пуффендуйцы. Он отлично ладил и со студентами Когтеврана, даже подружился с несколькими парнями из Дурмстранга. Конечно, Поттеру поначалу было слегка некомфортно, слишком много новых лиц и излишнего внимания, но вскоре он привык и вливался в компанию достаточно быстро. Да так вливался, что ему уже доверяли секреты. Так, например, он узнал, что в Хогвартсе есть, как минимум, еще две однополые пары: две девушки из Когтеврана, и два парня, один из Пуффендуя, другой – старшекурсник Гриффиндора. А еще, по слухам, в Шармбатоне есть две девушки, состоящие в тайных отношениях. Для Гарри все это было в новинку. Несмотря на то, что он сам встречался с парнем, в голове все еще не слетели стандартные установки, что традиционно пара – это мужчина и женщина. Но, как сказала одна из тех самых девушек из Когтеврана, понимание и принятие придет постепенно. В любом случае, вопрос правильности однополой любви волновал Гриффиндорца в последнюю очередь. Сейчас на первый план вышли его собственные отношения. Ведь еще никогда в жизни он не был так счастлив. Как вообще можно не быть счастливым, когда рядом такой чудесный человек, как Седрик? Гарри восхищался им еще больше прежнего. Седрик, бесспорно, самый красивый парень на свете. Мягкие черты лица, всегда сияющие глаза и их томный взгляд, теплые губы, расплывающиеся в сводящей с ума улыбке, лоснящаяся при свете солнца темная шевелюра, спортивное телосложение и крепкие руки, в чьих объятьях можно утонуть навсегда. И это утопление – самое приятное, что можно себе только представить. Но не только неотразимая внешность являлась источником восхваления. Седрик был чертовски умен, его начитанность и мастерство в заклинаниях заставляли Гарри стоять в сторонке, разинув рот. Ко всему прочему, Седрик был безумно заботливым человеком: всегда интересовался самочувствием Гарри, делился своими навыками и знаниями, согревал любимого, если тот замерзал, да и оберегал его от вражеских нападок. О таком мечтают почти все девчонки в Хогвартсе. Но это счастье досталось Поттеру, и он ни за что не хотел бы потерять это. Каждую секунду своей жизни, свободную от занятий, он посвящал Седрику, даже в мыслях. А благодаря браслетам, парни могли чаще видеться даже между занятиями. Иногда Гарри казалось ненормальным, что они проводят столько времени вместе. Но стоило Седрику появиться в поле зрения, и все страхи забывались. Но только в сказках может быть все гладко. В какой-то момент Малфой решил вмешаться в радужный ход событий и попытаться отравить жизнь Поттера. Сперва Гарри посчитал странным развратное поведение Малфоя: где бы Гриффиндорец не находился, там всегда появлялся блондин с его парнем, неподобающе демонстрируя свою близость с «любимым». Гарри не понимал, чего тот пытается добиться, и ощущал лишь инстинктивную неприязнь. Вскоре Малфой и его свита перешли к активным действиям: обзывательства и дразнилки переросли во вредоносные заклинания и даже порчу имущества. Когда это не прокатило, так как подобное влекло за собой отчисление, то Малфой (безошибочно он, кто же еще) что-то нашептал скандальной Рите Скиттер, после чего в Пророке появилась статья о порочных отношениях. Но даже это быстро стихло. И все благодаря тому, что Седрик прилагал немало усилий, дабы исправить ситуацию и наказать подлецов, один раз даже едва не подрался с ними. А Гарри… А что Гарри? Он впервые в своей жизни просто стоял в сторонке и наблюдал, как кто-то отстаивает его честь и личные границы. С одной стороны, приятно, но с другой… Поттер корил себя за то, что ничего не может в сравнении с Диггори. Беспомощен и бесполезен. И это дико бесило. Но поделиться такими переживаниями Гарри с Седриком, да даже с друзьями не мог, это было выше его ментальных возможностей. Поэтому он просто ждал подходящего случая, чтобы исправить положение вещей. Но после статьи все стихло, нападки Малфоя и его свиты прекратились. Гарри не понимал, что происходит в голове Малфоя, почему тот так быстро откатился в поведении обратно. Однако это наследник семьи Малфоев, от такого добра не жди. Кто знает, может это затишье перед бурей, поэтому Гарри всегда был начеку. И, конечно, не забывал радоваться. Гарри и Седрик шли вдоль коридора после обеда, держась за руки, переплетая пальцы. Это был своеобразный способ обуздать магический ток и не подпрыгивать из-за него каждый раз при прикосновениях. Оба парня со смехом обсуждали необходимость отставки мистера Бинса с поста учителя, так как с ним даже упрощенную историю магии невозможно изучать. В какой-то момент Седрик остановился и повернулся лицом к Гарри, тот последовал его примеру. - Что такое? – удивленно спросил Гриффиндорец. - Я вспомнил, что Дамблдор в своем кабинете сейчас собирает старост факультетов, - Седрик удрученно вздохнул с жалостливым видом, будто вот-вот захнычет. – Ужасно не хочу туда идти. - Почему же? – заметив краем глаза проходящую мимо новую знакомую из Пуффендуя, Гарри мельком махнул ей рукой. Седрик также поприветствовал ее, молча кивнув. - Потому что эти собрания – нудные, все одно да потому. А вот когда были собрания капитанов команд по квиддичу, - он мечтательно вскинул взгляд к потолку и улыбнулся, - я с удовольствием ходил. Вот там были баталии, вот это драйв! - Да-да, Вуд говорил тоже самое, - Гриффиндорец активно закивал, восторженно представляя такие собрания, но затем слегка сник. – Но тебе же все равно нужно идти, да? - Да, тут я ничего не могу поделать, - Седрик усмехнулся и погладил Гарри по волосам, - вечером обязательно увидимся. - Обязательно. Рука Седрика метнулась от головы к подбородку, приподнимая лицо Гарри, который тут же вытянулся, едва не становясь на цыпочки. Губы соприкоснулись, и поцелуй запустил очередную взрывную волну магического тока, к которым уже оба почти привыкли, даже почти не вздрагивая. Но когда Поттер ощутил прикосновение чужого языка к своим губам, он тут же в панике оттолкнул от себя Диггори, а тот едва не упал, успев устоять на ногах. - Ой, прости! – Гарри тут же опомнился. – Я не хотел тебя толкать! Ничего не подумай! Просто этот энергетический ток и… На самом деле дело было не в том, что магия могла шарахнуть до остановки сердца. Причина была проста – Гарри не умел целоваться, так сказать, «по-взрослому». А сознаться в этом Седрику у него не хватало духу, все время откладывал на потом. Вот и сейчас. Возможно, Пуффендуец это понимал, но не осуждал. Он лишь ободряюще улыбнулся. - Все хорошо, - кивнул он и указал на браслет. – Я сообщу тебе, когда освобожусь. - Договорились, - Гарри неловко улыбнулся. – Удачи! Попрощавшись, Седрик поспешил на собрание. Гарри тоже собирался уходить, как вдруг кто-то схватил его за руку со спины (что было очень странно, ведь он стоял спиной к стене). На миг ему явилось секундное ведение, как вспышка воспоминания: он увидел две руки, свою и чью-то еще, обе были скованны цепью. Тут же тот, кто схватил Поттера, потянул его назад, и парень в прямом смысле провалился в стену. Не успев опомниться от испуга, Гарри тут же замахал руками, пытаясь сопротивляться, но был с силой припечатан к каменной стене, а в горло уперлась чья-то палочка со сгустком света на конце. - Только пискни, - раздался угрожающий отвратительно знакомый голос, и Поттер, наконец, перестал барахтаться и уставился на силуэт перед собой. Чертов Драко Малфой. Судя по густой тьме вокруг, это коридор между стен. Угораздило же. - Какого Мерлина?! – Возмутился Гарри, скрипя зубами. – Прибить меня задумал? - Расслабься, я тут не за этим, - с ехидной ухмылкой сообщил Малфой. - Тогда зачем все это представление? Еще и палочку на меня направил! - Я уберу ее, если пообещаешь не размахивать руками и не нападать на меня. - А с чего мне верить, что ты не устроишь подлянку? - С того, что я также поверю в то, что ты не решишь устроить надо мной расправу прямо тут за все, что я сделал за последнее время. У Гарри глоток воздуха застрял по пути к легким, и он сухо кашлянул. Сложно верить Малфою после его последних выходок, да и кто знает, что он задумал. Однако Поттер находился в невыгодном положении, поэтому пришлось обезоружено кивнуть. - Хорошо, согласен. Не буду я нападать. Обведя Гриффиндорца изучающим взглядом, Малфой все-таки отстранил палочку и отпустил Поттера. Тот, в свою очередь, встряхнулся и поправил съехавшие на бок очки. - Ну, и что тебе нужно? Недолго думая, блондин порылся в кармане мантии и, достав какую-то коробочку, протянул ее. - Бери. Приобрел это еще до того, как ты решил, что любовные игрища с Седриком для тебя важнее благого дела. Гарри опустил взгляд и с недоверием уставился на картонную коробку, обмотанную тонкой веревкой для фиксации. Сверху черными чернилами было прописано одно слово «Жаборосли». Желудок сделал кувырок. И как это понимать? Очередная ловушка? - Что ты задумал? – угрюмо бросил Гарри, не поднимая глаз. - Подарить тебе возможность участвовать во втором испытании без помех? – саркастично ответил вопросом на вопрос Малфой. – Если думаешь, что в коробке какой-то подвох, можешь попросить свою Грейнджер проверить жаборосли на заклинания, проклятия и яды. Гарантирую, она ничего не обнаружит. Да он издевается! - С чего бы это? – Поттер грозно посмотрел на Слизеринца, чьи очертания лица при тусклом свете едва различались. – Зачем тебе мне помогать? Еще несколько дней назад из-за тебя моя рука едва не превратилась в один большой химический ожог! Он был вне себя от злости, разве что только пар из ушей не пошел. А вот Малфой, отнюдь, был надменно спокоен, что бесило еще сильнее. - Я покупал его, как подарок, - с загадочными нотками в голосе начал Малфой, - но сейчас я хочу получить кое-что взамен. - И что же это? Гарри насторожился. Несмотря на недавние изменения, этот слизень показал, что может откатиться обратно в своём поведении. Нет, даже хуже. Стать куда хуже, чем он был когда-либо. И ждать от него безобидных действий – как мечтать о мире во всем мире. Малфой довольно ухмыльнулся, с видом победителя вновь залез в карман мантии, достал оттуда сложенный вдвое пергамент и протянул Гарри. - Тебе тут послание. Поттер отчаянно вздохнул, неуверенно взял записку и развернул ее, предварительно выудив волшебную палочку из кармана штанов, зажигая на ней свет. Почерк отправителя был угловатым, скудно сжимающим каждое слово. «Мистер Поттер, На прошлом занятии Вы вновь завалили очередную самостоятельную работу, едва не покалечив соседей по парте из-за неправильно приготовленного зелья. Даже несмотря на Ваше участие в Турнире, я не допущу подобного разгильдяйства и небрежного отношения к моей дисциплине. Ранее я сообщал, что у меня нет времени на дополнительные занятия с такой бездарностью, однако отработки хотя бы до оценки «У» Вам не избежать. Поэтому информирую, что, начиная с завтрашнего дня и каждую пятницу вечером после занятий, Вы должны приходить в кабинет Зельеварения и прорабатывать неудавшиеся зелья. С Вами будет заниматься Драко Малфой до 25 февраля включительно.

Профессор Северус Снегг»

Гарри не верил своим глазам, которые грозились вот-вот вылезти из орбит. Да, действительно, он завалил несколько самостоятельных работ, и Снегг искал себе замену для внеурочных отработок. Но Малфой?? Это что, шутка такая?? - Откуда, - Гарри нервно сглотнул, переводя взгляд на непоколебимого Малфоя, - откуда ты узнал об отработках? Малфой высокомерно вскинул голову, не переставая коварно ухмыляться. - Меня вызвал к себе профессор и сам рассказал об этом. - Да ну? И с чего же ему назначать тебя? - С того, шрамоголовый, что я – один из лучших в Зельеварении. И Снегг доверяет мне больше, чем кому-либо. - Ложь! – Поттер вытянул перед собой пергамент и коробку, сжатые в ладони, а рука при этом предательски дрожала. – Это подделка! Вранье! Не верю! - Пфф, - блондин наигранно закатил глаза, - сходи и спроси у учителя. Он все подтвердит. Гарри трясло. Он угодил в самую отвратительную ловушку на свете. Заниматься под присмотром Малфоя? Не бывать этому! - Да ни за что, - казалось, Гриффиндорец в шаге от того, чтобы начать рычать, как разгневанный зверь. – Я отказываюсь ходить на отработки, если моим «учителем» будешь ты! На это Малфой лишь самодовольно развел руками. - Тебе решать, но все-таки хорошенько подумай, - он махнул палочкой в сторону короба с жаборослями. – Где ты еще достанешь их так быстро? Они еще и качественные, гарантирую, никаких проблем. От злости распирало, Гарри хотел бы вмазать слизеренскому ублюдку, да только в темноте коридора обычная драка могла закончиться серьезными травмами. А все эти межфакультетные разборки «кто кого угнетает» ему уже порядком надоели. - Ты пытаешься меня купить? Или что? Малфой придирчиво цокнул и отстранил от себя чужую руку с пергаментом и коробом, как избавляются от надоедливой мухи. - Это называется «услуга за услугу». Нет, ты серьезно можешь отказаться, но тогда я не могу гарантировать вашу с Седриком безопасность. - Если ты еще что-то натворишь, тебя… - Выпрут из школы? Поверь, если отец узнает причину, он откупится и вернет меня, а еще будет мной гордиться. - А тебе-то какая со всего этого выгода? - Как какая? Я всегда получаю то, что хочу. И тут до Гарри дошло. Малфой не любит проигрывать. И для него отказ Поттера в том, чтобы сотрудничать с Линдой без Седрика, все равно, что поражение в боевой игре. Слизеринец, как бы он себя не вел, на все смотрел через призму соревнований и игр, так уж воспитала его семья. И теперь он пытается отыграться, вероятно, тем, что будет измываться над Гарри, пока тот пытается приготовить зелья. Хуже не придумаешь. Снегг умеет подбирать наказания. Но, если так подумать… - А ты серьезно гарантируешь, - неуверенно заговорил Гарри, - что больше не будешь докучать мне, Седрику и моим друзьям, если я соглашусь? - Гарантирую, клянусь четой семьи Малфоев, - вполне серьезно заверил блондин, впервые за последнее время не ухмыляясь. Поттеру осточертело все время прятаться за спиной Седрика и надеяться, что тот за него разберется. Хотелось что-либо сделать самому. Даже ценой нескольких вечеров пятниц, где издевательств будет в изобилии. Да и жаборосли действительно очень трудно достать. Единственное ближайшее место – это хранилище ингредиентов Снегга, но проще научиться летать без метлы, чем попросить профессора об услуге. - Ладно, так и быть, - Гарри сокрушенно опустил руки и спрятал пергамент вместе с жаборослями в карман мантии. – Но твой подарочек я все равно проверю на все возможное. - Да без проблем, - Малфой растянул победоносную лыбу. – Завтра вечером в аудитории Зельеварения. Не опаздывай. Блондин уже собирался уходить, как вдруг кое-что вспомнил и обернулся на Поттера. И судя по его злорадной ухмылочке, это «что-то» не предвещало ничего хорошего. - Кста-а-а-ати, я стал невольным свидетелем вашего неловкого поцелуя. Ты что, Потти, не умеешь целоваться с языком? Гарри аж дар речи потерял от такой дерзости. Его лицо тут же залилось краской, а глаза увеличились до размеров снитчей. - Да как ты… - Хочешь, я научу? Не дожидаясь ответа, Малфой вальяжно зашагал к Поттеру, быстро сократил расстояние между ними, заставив брюнета вновь вжаться в стену спиной, налег на него всем телом, удерживая палочку на уровне своего лица, и горячо выдохнул в чужие губы. - Могу помочь тебе потренироваться, - и вновь эта пошловатая ухмылка. Ну, нет, это уже ни в какие ворота! Гарри собрал всю волю в кулак и с силой оттолкнул от себя нахала, едва не задохнувшись от злости и возмущения. Вот гад! - Что ты себе позволяешь?! – прошипел он, выставляя волшебную палочку вперед. А Малфой лишь залился злорадным смехом. - Да ладно тебе, Потти, - он театрально обмахивал себя руками, - я же пошутил. - Еще раз так пошутишь, и я клянусь, что выбью тебе все зубы и вырву твой чертов язык, даже если меня за это отчислят. Таким злых Гарри уже не был давно. А Малфоя, похоже, все это забавляло. Чувствовать себя шутом для таких личностей было весьма унизительно. - Ладно-ладно, без угроз, - Малфой вытер несуществующие слезы смеха. – Я тебя понял. До завтра, Святой Потти. С этими словами блондин покинул коридор, оставив Гарри в полном смятении. Теперь оставалось лишь подумать над тем, как объяснить появление жаборослей и сообщить новости об отработках своим друзьям. И Седрику. Поттер измученно вздохнул. Ну почему все не может просто взять и наладиться, а?