Муравьиный тигр

Call Me Karizma - Fire Escape

«Пока мы молоды, нам прощают все. Не зря же существует фраза «ошибки молодости». Будто она смывает все грехи, подобно океану, омывающему заболоченные берега. Многие входят во вкус и не могут остановиться, даже когда молодость оставляет их бренные тела. Я же решил, что пойду другим путем и ни за что не совершу свою главную ошибку. Не откажусь от любимого человека, даже если эти отношения обречены на скорбный финал.» Седрик шел, освещая себе путь волшебной палочкой, вдоль длинного потайного коридора, о котором знали только местные призраки и он сам. Так ему раньше казалось. Но судьба иронична. И почему-то об этом секретном месте узнал именно тот, кому меньше всего хотелось доверять. Драко Малфой. «Слишком напыщенная уверенность в себе губит чистые сердца. Уж кому-кому, а Диггори должно быть это известно. Никогда не терпел таких, с виду блюстители порядка и чести, а на самом деле всей их честности грош цена. Я и сам не лучше, я знаю. Но такова моя роль в этом надменном спектакле жизни.» Малфой стоял у стены, также освещая пространство вокруг себя заклинанием Люмос. Его взгляд был спокоен и следил за тем, как приближается знакомая фигура. Седрик шел аккуратно, обязательно смотря под ноги и оглядываясь на окружавшие его стены. Доверять нельзя никому, особенно в полночь, особенно в таком месте, где труп вряд ли найдут в ближайшие десятилетия. «Я всю свою жизнь был окружен любовью, заботой, похвалой. Мне досталось все это с избытком. Пришел мой черед подарить все то, что я накопил за свои семнадцать лет человеку, лишенного тепла любви поневоле. И никто не посмеет встать у меня на пути.» Подойдя максимально близко, Седрик остановился и бросил на Малфоя мирный, но одновременно с этим грозный взгляд. Малфой в свою очередь не уступал. Он всем своим видом показывал, как ему наплевать на разницу в возрасте, опыте, знаниях. Непростительная дерзость всегда была свойственна его чете. «Да, каждому уготована своя собственная роль от начала жизни до самой смерти. Кто-то охотник, кто-то жертва. Кто-то убийца, кто-то лекарь. Кто-то рушит, кто-то строит. Но систему можно обмануть. И я не пойду на поводу у судьбы. Я лишь притворюсь, что покорен. А затем обменяюсь масками с тем самым человеком, что мешает мне завершить задуманное.» - Я получил твое приглашение, как видишь, - Седрик первым прервал тишину. – Только вот в толк не возьму, как твоя кошка умудряется пробираться в общежитие чужого факультета? Малфой гордо вздернул голову и ухмыльнулся. - Это же Муравьиный Тигр, она много что может. Диггори лишь скептически фыркнул. - Что ты хотел от меня? - Ну как тебе в отношениях с Потти? – лицо слизеринца вдруг исказилось оттенком нахальства. – Счастлив быть с ним, да? - Еще как, - дерзостью на дерзость, Седрик был, пусть и ненамного, но выше Малфоя, а потому мог в прямом смысле смотреть на него сверху вниз. – Но это не твое змеиное дело. - Пф, да что ты, - а Драко не уступал и уравнивал права, даже не смотря на разницу в росте. – Еще как мое. - С чего бы это? Неужели ледяное сердце Драко Малфоя влюбилось в ненавистного ему Гарри Поттера? Настоящая борьба воинствующих характеров. Никто не готов уступать. - Еще чего! Нужен мне он больно в этом смысле, ага. - Но в каком-то же смысле нужен? Раз тебя так задевают наши с ним отношения. - Ты ведь все знаешь? Про меня, Поттера и Линду. Седрик напряженно прищурился и облокотился плечом о холодную стену. - Не уверен, что все. Но частично точно знаю. Основы, так сказать. - Так вот, - Малфой показушно прохрустел шеей, - твое чертово присутствие в жизни Поттера на него дурно влияет. - Что, прости? - Из-за тебя он не хочет сотрудничать со мной и Линдой, теряет шанс изменить будущее и сохранить жизни многим, кто ему действительно дорог. - Ну, во-первых, ваша авантюра с Териантропом в принципе незаконна в стенах Хогвартса и не вызывает никакого доверия, а во-вторых, - Диггори окинул блондина смиренным взглядом, - с чего ты взял, что все из-за меня? Не ты ли пытался использовать враждебную связь, чтобы подчинить волю Гарри себе? Малфой вдруг ухмыльнулся, затем, не опуская палочки, обошел Седрика с боку, осматривая его, как дивный экспонат. Когда тот обернулся, стараясь не нарушать зрительный контакт, Драко тихо зашипел: - Кстати, об этом. Понятия не имею, как тебе удалось оградить Поттера от влияния моей силы. Не поделишься секретом? Седрик выдавил из себя подобие ухмылки. - Размечтался. Тебе никогда не добраться до него. - Что, в сторожевые псы заделался? - Скорее в ангелы-хранители. - О да, ангел, - Драко притворно рассмеялся. – Знай, ты мне не помеха. - Ты так думаешь? Наивно. - Поверь мне, начиная с сегодняшнего дня, я не дам вам покоя. Я внесу и в твою, и в его жизнь хаос и бардак. И буду уничтожать вас до тех пор, пока эта ваша «магическая родственная связь» не развалится, как кусок прогнившего сустава в теле столетней старухи. - Рискни. - Рискну. Я тебя предупредил, Диггори. Малфой напоследок с вызовом глянул Седрику прямо в глаза, затем развернулся на каблуках и быстро зашагал прочь. «Я сделаю все, чтобы твоя роль в этом спектакле быстро закончилась, Седрик Диггори». Седрик напряженно смотрел Малфою вслед, крепко сжимаю палочку в руке. «Я сделаю все, чтобы твои планы провалились, Драко Малфой.»

Несколькими часами ранее

Tommee Profitt feat. Wondra - I'm Not Afraid

Теперь Гарри перестал предавать столько значения своим снам. От них было больше тошноты, чем страха. Ведь видеть каждую ночь одно и то же, лишь с небольшими искажениями и поправками, быстро надоедает, будто учишь огромный состав самого сложного зелья перед экзаменом Зельеварения. Гарри отчетливо помнил каждый фрагмент своего сна: сторож, дом, кладбище, скрипучие деревянные лестницы, разговор, змея… Даже шрам не болел при виде уродливого тельца, в котором вынужденно заточен Волан-де-Морт. И вот зеленая вспышка, после которой могло следовать два исхода: либо Гарри проснется, либо перепрыгнет в другой сон. Но картинка вокруг растаяла, подобно ночной изморози под светом беспощадных горячих лучей солнца. Темная пустота окружила мнимое астральное тело Поттера, повисшее в состоянии невесомости. Вокруг затаилось истинное Ничто во всем своем бесплотном проявлении. Если бы у Смерти был дом, он бы выглядел также. Гарри не знал, сколько времени прошло от начала погружения до первого звука, раздавившего гробовым эхом пустынную тьму, но все же, звук был. Это был голос. У него не было пола, тона, интонации и настроения. В нем не было человечности, как и язык невозможно распознать. Звучал он еще древнее, чем звучит латынь. Молитва? Проклятье? Призыв? Гарри не знал, что это. Но спустя миг вспышка света прорвалась сквозь пространство и ослепила парня, а голос четко по-английски произнес: - Ты кое-что забыл, Поттер. Среагировать на зов не удалось. Невидимая сила толкнула Гарри в грудь, и тело под воздействием сильнейшей гравитации, коей нет даже на планете Земля, обрушилось вниз. Он падал бесконечно, без крика, но с жутким ощущением, как кишки сворачиваются в клубок. Ему лишь оставалось наблюдать, как смазанные линии звезд, сквозь скопления которых он проходил, удаляются от него, собираясь в изображения. Чем-то это напоминало воспоминания. Нечеткие, будто фрагменты старого черно-белого фильма, записанные на пленку. Но чьи же это воспоминания? Сначала Гарри увидел небольшое помещение, похожее на кабинет, точно определить, что это, невозможно, так как все предметы и вещи были разбросаны, часть мебели сломана, другая перевернута вверх дном. В этой же комнате он заметил Гермиону. Она вся растрепана, руки дрожали, со лба стекала струя крови, а губы неистово выкрикивали «Что же ты наделал?!». Затем место изменилось. Теперь это был большой темный зал, по кругу сидели люди, очень много людей. Их лица размазаны, никого не опознать. И вот следующая вспышка. Мрачное трехэтажное здание, больше похожее на модернизированный европейский замок из серого камня, фасад которого устилал могучий вьюн. На здании висела таблица. Очертания расплывались, удалось увидеть только первые буквы двух слов F и N. Внутри этого здания длинный узкий коридор, грязно-серые стены которого словно пытались схлопнуться и придавать собой. В следующий миг – что-то очень напоминающее лабораторию, какие-то огромные прозрачные столбы, внутри которых пузырилась ядовито-желтая жидкость. А внутри этой жидкости… тела людей? Острая боль пронзила голову Гарри, как если бы он приложился затылком об острый кол. Парень распахнул глаза. Он в кровати. В комнате для мальчиков. Он в Хогвартсе. Он все еще дома. Этот сон пришел на смену видениям про Волан-де-Морта. Теперь Гарри из ночи в ночь видел себя, летящего в пропасть звездной бездны чужих воспоминаний. Хотя, чем чаще являлся этот сон, тем больше Гарри сомневался в том, что нечеткие фрагменты – обрывки чьей-то памяти. Почему-то после пробуждения оставалось ощущения некой недосказанности, незаконченности. А еще фиктивное чувство, очень сходное с дежавю, но не совсем. Будто это когда-то было, но, возможно, не с самим Гарри, или даже скорее не в этой жизни. Или же этого еще не было? Что если это видения из возможного будущего? Что если Линда была права насчет того, что Гриффиндорцу просто необходимо присоединиться к ней, чтобы исправить еще не случившееся? Вопросы требовали ответов, но… Гарри сам для себя решил, что пока не время ввязываться в эту авантюру. И друзей втягивать в свои сумрачные приключения тоже не хотелось, они только недавно смогли угомониться по поводу снов о Волан-де-Морте, а тут еще это. Да и сам Гарри не горел желанием разрывать себя на несколько маленьких Поттеров, которые бы решали различные проблемы в один миг. В конце концов, подготовка к турниру, учеба, он не мог сосредоточиться на всем подряд. Да и наличие Малфоя во всей этой истории ставило крест на любых потугах, ведь Поттер все еще помнил, какое сильное влияние на него оказывала магическая связь со слизеринцем. Да, сейчас у него был кулон, подаренный Седриком, который исполнял роль брони, но что если Малфой действительно может стать сильнее, благодаря стараниям Линды? Вдруг им настолько необходим Гарри для свершения задуманного, что эти двое могут прибегнуть к худшим методам воздействия? Сомнения селились в голове Гарри так же стремительно, как развивались события в его жизни. Именно из-за последних событий он смог отвлечься от удручающих мыслей. Хотя хрен редьки не слаще, как говорится. Предложение Седрика относительно выбило Поттера из колеи. Не то что бы он сам был против… хотя, может и против. А может и всеми руками «за». Гарри сам не знал. Точнее не понимал, где тут подвох. Седрик Диггори. Пуффендуйский принц. Истинный (как считал сам Гарри) представитель от Хогвартса в Турнире. Любимец девочек. И он предпочел неприметного четверокурсника? Ну да, Поттер по-своему знаменит, что ему самому, конечно, не нравилось. Однако на фоне Седрика он ощущал себя… птенцом в орлиной стае. Конечно, когда Гарри поделился с Гермионой (ну как поделился, Герми в прямом смысле выпытывала у него правду) своими переживаниями по этому поводу, она заявила, что тут очевидные проблемы с самооценкой. Она, безусловно, умная девушка, но все же друг. Поэтому слова Гермионы лишь отчасти успокоили Гарри. Другая тревожная часть парня решила пока оттянуть момент принятия решения, а потому гриффиндорец упорно избегал возможности остаться наедине с Седриком, поэтому таскал Рона и Гермиону за собой везде, где только можно. А если друзья не могли составить ему компанию, то срочно находил какое-нибудь неотложное дело и сматывался в гостиную Грифиндора, где Седрик его точно не мог бы застать врасплох. Но даже такой метод не избавил от неловких моментов. Диггори вдруг стал вести себя как-то слишком открыто, отчасти, даже откровенно. Будто считал, что они уже встречаются. И Поттера пугала такая перспектива. А что если он все же откажет? Будет как-то неудобно перед Седриком. Хотя, кого тут обманывать… В любом случае, жизнь кипела и бурлила. Да забурлила так, что вышла за пределы нагреваемого сосуда под называнием «привычно» в среду «ничего себе, как бывает!». Все случилось в тот самый день, когда Курт, парень (возможно псевдо-парень) Малфоя и еще несколько слизеринцев решили напасть на Гарри, Рона и Гермиону. Последние двое вообще не понимали, в чем причина. А Гарри начал подозревать, что Курт как-то вынюхал, что он и Малфой тайно общались. И не просто общались… Но лишние подробности, о которых мог знать Курт, не всплыли на поверхность, ведь Седрик (да в который раз!) пришел на помощь. Окончательно всех разогнал вовремя появившийся Малфой. Но все же этот момент что-то перевернул в сознании Гарри. Невидимый груз упал с плеч, он ощутил такую свободу, такое тепло, что не мог скрывать свои порывы. Находясь в едва ли не смертельной опасности, Поттер осознал, насколько важно для него плечо Седрика в трудную минуту. Насколько он привязан к тому, кого еще в начале учебного года не мог назвать простым знакомым, а спустя четыре с лишним месяца уже готов падать к нему в объятья. И насколько ему наплевать на то, чем все это обернется, как на его выбор отреагируют остальные, даже друзья. С каждым днем он все увереннее делал шаги навстречу Седрику, то приобнимет его слегка, то возьмет за руку. Мысли очистились. Все стало проясняться. Седрик ему нужен. И не просто, как друг. Гарри безнадежно влюблен в него. И даже если есть хотя бы небольшой шанс, что это взаимно, Поттер готов хвататься за него изо всех сил. Он решил обязательно ответить «да» на предложение Диггори. Обязательно. Ведь мозгу нет разницы. Если в голове у человека появилась мысль, и он верит в ее существование, то для него это уже случилось. Видимо, с Седриком точно также. Гарри знал, что Седрик встретит его после урока Зельеварения, поэтому старался скорее прибрать класс после занятия, ведь Снегг решил, что это лучшее наказание за испорченную самостоятельную работу. Он спешил, потому что хотел именно сегодня сказать то, что так давно хотел. Но, похоже, был кое-кто, планирующий подвинуть его планы. Кое-кто со светлой зализанной шевелюрой, стоящий в углу кабинета, скрестив руки на груди, и ехидно ухмыляющийся. Чертов Драко Малфой, тебя еще не хватало! Сначала Гарри правдоподобно игнорировал присутствие лишнего человека, но в какой-то момент, ощутив на своей спине пристальный взгляд, не выдержал и, не отрываясь от раскладывания котлов по полкам огромного шкафа, без интереса спросил: - Ну, и что тебе тут надо? И снова этот придирчивый смешок, так свойственный белобрысому слизеринцу. - Да так. Подумал, что лучшего момента тебя выловить не представится. Ведь ты вечно окружен людьми, наш знаменитый Святой Потти. Гарри раздраженно закатил глаза и так резко подвинул котел, что он ударился о соседний, и звонкий удар двух чугунных сосудов эхом прокатился по помещению. - Давай быстрее, у меня дела есть. Несмотря на то, что подсознание напоминало о необходимости поговорить с Линдой насчет его ненормальных снов, Гриффиндорец намеренно старался сократить время беседы с Малфоем, ведь сегодня его ждет более важное событие. - Ух ты, какой занятой! – и снова эта издевка в голосе, Поттер уже хотел огрызнуться, но Малфой, будто предчувствуя это, медленно, судя по звукам, зашагал вперед, продолжая говорить. - Прости за то, что вытворил Курт. - Проехали, - безразлично отмахнулся Гарри, раскладывая последние котелки. - Нет, серьезно, я не знаю, что на него нашло. - Я сказал же, проехали. - Ладно, - голос уже звучал слишком близко, - Да и я здесь по другой причине. - И что же тебе нужно? Гарри только успел прикрыть дверцы шкафа, как вдруг в одну из них прилетела ладонь, захлопнув ее до конца. От неожиданности он резко обернулся и сам вжался в деревянную поверхность, так как над ним в прямом смысле на расстоянии вытянутой руки нависал Малфой. - Две недели уже давно прошли. Какой твой ответ? Я про Линду. Его голос звучал немного зловеще, а в глазах поблескивало что-то нехорошее. Поттер сглотнул и замешкался. - Слушай, я… я не знаю. - Что ты не знаешь? - Ну… не уверен я. - Пфффф! – Малфой раздраженно убрал руку и громко хлопнул ладонями по своим бедрам. - Что тебе еще нужно, какие доказательства, чтобы ты, наконец, доверился? Время нужно, и не для доверия, а для подходящего момента. Ведь есть еще кое-что… - Это сложно. Может… подключить еще одного человека? Беспристрастное лицо. - Например? - Седрик. Гарри сам не ожидал, что выпалит это имя. Даже сердце забилось как-то быстрее, то ли из-за страха, то ли от смущения. - Так стоп! – Малфой запустил тонки пальцы в свои волосы, из-за чего укладка потеряла элегантный вид. - Ты что, рассказал ему? - Нуу… - Да как ты смел?! Я тебе доверил тайну! Поттер вжал голову в плечи, заметив, насколько Малфой зол по тому, как громко он говорил и яро раскидывал руки в стороны. Но отступать нельзя. - А я доверил ему, потому что он надежен! - Да с чего бы это? Ты с ним только полгода знаком! - Ему можно доверять! - Да почему?! - Потому что… Молчать, нужно молчать. Еще ничего неизвестно, слишком рано. Хотя… Пошло оно все к дьяволу! Была – не была. - Потому что… Он мой парень. Мы встречаемся. Громкое заявление. Настолько громкое, что, похоже, оглушило даже самого Малфоя. Блондин замер. В его глазах застыл ужас и недоверие, сменяющиеся алым занавесом гнева, пускающим по глазному яблоку разбухающие линии сосудов. Гарри молчал. Он не знал, чего ожидать. Судя по сжимающимся в кулаки рукам Малфоя, буря могла настигнуть в любой момент, но спасение приходит оттуда, откуда его совсем не ждешь. - Что здесь происходит? И только когда Малфой сам перевел взгляд в сторону голоса, Гарри осмелился посмотреть на того, кому этот голос принадлежал. Курт. Собственной персоны. Как вовремя. Или не вовремя. Ведь если вспомнить, последняя встреча с ревнивым Куртом едва не закончилась фатально. А судя по его напряженному выражению лица и метающим копья недоверия глазам, перспектива увидеть своего парня рядом с Поттером казалась ему недопустимой. Этот слизеринец, конечно, на голову отбитый, но не до такой же степени, чтобы устраивать побоище в классе руководителя факультета? Гарри перевел напряженный взгляд на Малфоя и вдруг заметил необъяснимые изменения. Лицо блондина, до этого выражавшее лишь скорбь и нетерпение, преобразилось всеми оттенками хитрости и притворства. Его разум явно сконструировал незаурядный сценарий дальнейших действий, позволяющий стереть все невзгоды подчистую. - Курт, милый, все хорошо, - приторно сладко промурчал Малфой, подавшись телом к Курту, который, похоже, не особо поверил в заявление "возлюбленного". - Да ну? - старший слизеринец придирчиво вскинул бровь, с подозрением рассматривая прибывающего в смятении Поттера. - Я серьезно, и вообще, - Малфой взял Курта под руку, поглаживая пальцами его предплечье, - пошли отсюда, нечего торчать тут со всякими шрамоголовыми. На последнем слове блондин сделал особый акцент, кинув в сторону Гарри некий презрительный взгляд. И Гарри почему-то стало не по себе. Даже как-то обидно. Чего это Малфой так быстро переобулся? Еще минуту назад он уговаривал Поттера присоединиться к Линде, а сейчас смотрит на него, как на отброса. Дела... - Да, пошли, - Курт предвзято фыркнул и увел довольного Малфоя прочь. Пораздумать над произошедшим Гарри не удалось, буквально через мгновение, как из неоткуда, появился профессор Зельеварения и в сдержанно грубой форме попросил ученика покинуть его кабинет. И вот только когда Гарри закрыл за собой дверь с другой стороны, его огорошила ужасающая мысль. Неужели... А что если Малфой не врал про свои чувства? Что если он действительно влюблен в Гарри? Да не, бред какой-то. Хотя... Называть что-то бредом в текущей ситуации непозволительная роскошь, ведь много чего противоречивого действительно уже произошло, так почему же этот вариант не может оказаться реальным? Тогда получается, тем, что Поттер заявил о своих (еще даже не подтвержденных) отношениях с Седриком, он не просто огорчил Малфоя. Он сделал ему непростительно больно. Гарри помнил, как удрученно чувствовал себя, когда узнал о том, что Седрик и Чжоу встречались. Возможно, Малфой сейчас ощущал то же самое. Хотя, зачем он тогда так ластился к своему "парню" и резко стал вести себя по-скотски? Как все сложно! Еще и учеба, Турнир, эти чертовы сны, а-а-а-а!!! Гарри от переизбытка эмоций схватился за голову. Так, стоп. Все по порядку. Сейчас самое важно, это разобраться с Седриком и чувствами к нему. Следом обязательно Турнир и учеба. А уже все остальное подождет. Согласившись с этой мыслью, Гарри поплелся вперед по коридору, чтобы покинуть эти жуткие, пропахшие злобой и плесенью подземелья. Однако далеко пройти ему не удалось, успел только подняться по лестнице, ведущей с цокольного этажа на первый, и тут же узрел в нескольких шагах от себя знакомую фигуру. - О, Седрик, - выкрикнул Гарри и ринулся навстречу Пуффендуйцу, но сделав пару резвых шагов, вдруг остановился. Он заметил нечто странное в поведении Седрика. Тот почему-то стоял на коленях неподвижно, в глазах незримая пустота, а взгляд потерянный, направленный сквозь пространство. Его кто-то заколдовал? Гарри медленно приблизился и тихо позвал его по имени: - Седрик? Ноль реакции. Похоже, Седрик даже не моргал. - Седрик? Все то же молчание в ответ. Поттер осторожно вытянул руку вперед, и его ладонь легла на плечо безмолвного друга. - Седрик. Пуффендуец мягко вздрогнул, пару раз рассеянно моргнул и поднял свой растерянный взгляд. - Гарри, - одними губами шепнул он с облегчением. - С тобой все в порядке? - Поттер обеспокоенно разглядывал его. - Да-да. Просто… голова резко заболела. Диггори, не торопясь, встал, незначительно опираясь на любезно предоставленное в помощь плечо Гарри, как вдруг снова замер. Гарри стоял, не шелохнувшись, несколько секунд, затем сощурился. - Седрик? Седрик встряхнул головой и, взглянув на Гриффиндорца, расплылся в улыбке. - Все хорошо, - наконец спокойно отозвался он. – Какой у тебя сейчас урок? - Заклинания, - быстро ответил Гарри, поправляя лямку сумки на плече. Хорошо ли? Какой-то он странный. - Пойдем, я тебя провожу. - Да, только... - М? Поттер смял обеими руками многострадальную лямку сумки, нервно сжимая губы. Сейчас или никогда. - Давай сначала зайдем в кабинет для тренировок. Сердце забилось где-то в гландах, казалось, эту бешеную пульсацию можно было увидеть невооруженным взглядом. Спокойно, спокойно. - Зачем? - Седрик, недоумевая, склонил голову в бок. Как же ты любишь вопросы задавать! - У меня кое-что для тебя есть. А голос едва не сорвался на хрип. Предательское волнение! Благо дальше вопросов не последовало, и парни поспешили наверх. Первым в кабинет вошел Гарри. Он шагал медленно, под его легкой поступью тихо скрипели половицы, аккомпанируя накатывающему волнению. Ведь каждое соприкосновение подошвы ботинок с деревянным покрытием пола приближало тот самый момент. Заветный, долгожданный, однако немного напряженный. Раздался звук закрывшейся двери, и Гарри понял, что больше у него нет возможности тянуть время. Осторожно повернувшись всем корпусом, он осмелился посмотреть на Седрика. Тот, видимо, с трудом сдерживал улыбку. Он стоял в пару шагах от Поттера, в ожидании заключив руки в замок. - Решил сюда прийти, потому что никто не побеспокоит, - Гарри не понимал, зачем оправдывает свой выбор, ведь вопроса такого, даже немого, не последовало. - Я понимаю, - Седрик коротко кивнул, было заметно, как уголки его рта норовят взмыть вверх. - В общем, - Гарри запустил руку в карман своей мантии, и только сейчас понял, какие же у него ледяные пальцы! Ледяные и слегка влажные. От такого осознания нервозность шмыгнула покорять остальные нетронутые просторы сознания, отчего легкая дрожь позывами стремительно ударила в грудь. Так, стоп, не хватало сейчас еще трясущихся рук и ног. - Что такое? - Седрик, намеренно или действительно не замечая волнения Поттера, с любопытством ждал, что будет дальше. Гарри хаотично блуждал рукой по карману, про себя чертыхаясь за неловкое поведение, и вот когда пальцы обнаружили необходимый предмет, он изрядно шумно выдохнул и нечленораздельно выпалил: - Протянирукупожалуйста. Разрази крик Мандрагоры, да что за глупость! Седрик отчего-то кашлянул, и выглядело это так, будто он попытался проглотить вырывающийся смешок и подавился. - Что-что? – хрипловато переспросил он. - Руку протяни, - глоток воздуха, - пожалуйста. Изумленно вскинув брови, Седрик подошел поближе и без лишних вопросов протянул левую руку. Стараясь не смотреть в глаза Диггори, Поттер медленно закатил рукав мантии и скрывающийся под ним рукав свитера и на секунду замер. Какое же тонкое изящное запястье! И такая же тонкая, но при этом и по-юношески мощная кисть руки. С первого взгляда и не скажешь, что обладатель таких рук может быть спортсменом. Но он спортсмен, хороший ловец, а еще эти руки умеют крепко обнимать и успокаивать, когда кажется, что все летит в тартарары. Ну и мысли! Гарри еле заметно встряхнулся, быстро достал из кармана тот самый заветный подарок и также быстро (слава Мерлину, здесь даже дрожащие пальцы его не подвели) повязал его вокруг запястья Седрика. Этим самым подарком был браслет ручной работы, в ширину сантиметров пять-шесть, сделан он из бисера, где каждая бисеринка – отдельный цвет или оттенок. Судя по реакции Седрика, он был приятно удивлен, с любопытством разглядывая браслет, как ребенок, нашедший для себя невиданную диковинку. - Браслет? – зачем-то решил удостовериться он, медленно переведя восторженный взгляд на Гарри. А Гарри в очередной смутился, сам того не ожидая, осторожно отступив на шаг назад. - У меня такой же, - он быстро продемонстрировал свою левую руку, на которой виднелся такой же браслет. - Парные? – улыбка Седрика прошибала на еще большее смущение, ведь он будто специально притворялся, что не понимает такого жеста со стороны четверокурсника. - Ну, это, - Поттер и не подозревал ранее, как его действия могли выглядеть со стороны, а потому немного запнулся, - браслеты зачарованные… можно так, сказать. Чжоу помогала мне плести, а Гермиона помогла зачаровать. Раздался тихий скрип половицы. Это Седрик перенес опору с одной ноги на другую, задумчиво закусив краешек губы и с коварным интересом рассматривая Гарри с головы до пят. Он что, так заигрывает? Прикалывается? Что, блин, он делает? - И какие же у браслетов способности? Выносить на себе морально раздевающий взгляд было уже невозможно, даже уши закладывало от того, как сильно кровь приливала к голове, а про цвет лица вообще можно было не упоминать, он был близок к пурпурному. Поттер потупил взгляд, уставившись на опущенную руку Диггори, из-под рукава которой виднелся подарок и хрипло залепетал: - Если навести палочку на браслет и четко сформулировать короткое сообщение на три или пять слов, то это сообщение появится у второго человека на браслете. Таким образом, мы можем чаще общаться, ведь… я подумал, если мы будем вместе, это будет полезно и… Речь его резко оборвалась. Шелест мантии, широкий шаг вперед, сопровождаемый треском деревяшек, крепкие руки, обхватившие Гарри за плечи и прижавшие к чужому телу, а затем теплые губы, впившиеся поцелуем в его холодные. И не заставивший себя ждать магический взрыв, от которого подкосились колени, и Гарри упал бы, но Седрик, что есть силы, удерживал его, не желая разрывать поцелуй. Все вокруг растворилось, взбесившееся сердце, наконец, угомонилось, а дыхание стало ровным. Все вмиг встало на свои места. Вскоре Седрик медленно отстранился, посмотрел на Гарри томным взглядом из-под полузакрытых век и нежно прошептал: - Я же правильно тебя понял? Твой подарок – это ответ «да» на мое предложение? Гарри с трудом различал очертания лица Диггори, ведь от мощного энергетического разряда он едва не потерял сознание, настолько хорошо и расслабленно он ощущал себя под натиском поцелуя Пуффендуйца. - Да, ты все правильно понял, - едва смог выдавить из себя Поттер, буквально повиснув на руках Диггори. Услышав такой ответ, Седрик вновь засеял доброй, ласкающей душу до самого подсознание улыбкой и прижал к себе размякшего Гарри, позволив ему уткнуться лицом в грудь, дабы скрыть его алеющие щеки. - Ты не поверишь, как я рад это слышать! – Седрик продолжал шептать, путая свои пальцы в густой шевелюре Гриффиндорца. – Неважно, настоящее у меня проклятье или нет, неважно, кто будет против нас. Я защищу тебя. Я сделаю тебя счастливым. Гарри не знал, что сказать. Он лишь безмятежно улыбнулся, пользуясь тем, что сейчас Седрик не видел его смущенного лица, и обвил руками его тонкую талию. Счастье есть. От чистого сердца.