Side-Story: Жить ради...
11 марта 2020 г., 01:28
Итак, пришло время новых сайд-стори. И снова должен поблагодарить Homeskin за его труд. Данная история является «затравкой» для следующей главы и должна лучше осветить судьбу рабов, взятых с Миндуара. «Сюжетное» продолжение будет в течении недели, а пока дам возможность читателям отвлечься в ожидании новой главы. Мысль дня: «Имперское возмездие неотвратимо. Оно может занять месяцы, годы, и целые века, но рано или поздно враги человечества получат по заслугам».
Когда-то Адам Лепке любил собак. В детстве он постоянно играл с корги, которого завели родители, а будучи студентом и сам держал двух лабрадоров, периодически посещая тусовки любителей собак. К сожалению питомцы погибли в автомобильной аварии, из которой сам Адам лишь чудом вышел живым, отделавшись многочисленными переломами и черепно-мозговой травмой. Но любовь к самым преданным друзьям человека никогда не покидала жителя Альянса Систем. До сегодняшнего дня. После того, что случилось сегодня, его отношение к животным изменилось навсегда. Та тварь, что скалилась в паре метров от него, очень сильно напоминала побитого жизнью ньюфаундленда, выросшего в зоне ядерной катастрофы. От человеческой породы собак его отличала реденькая короткая шерсть коричневатого цвета с многочисленными проплешинами, большая по сравнению с земным аналогом длина лап, а также саблевидные зубы, выступающие из пасти на добрых пять сантиметров. А завершали инфернальный образ инопланетного отродья передние лапы, не характерные для семейства псовых. Подобно лапам кошачьих они имели выдвигающиеся когти, более гибкие суставы и чуть сильнее отстоящий первый палец. Обрезанные уши и хвост, а также многочисленные шрамы говорили о том, что "собаку" используют либо на бойцовском ринге, либо на охоте на двуногую дичь. И такой монстр сейчас метался на цепи, порываясь броситься к притихшей редкой толпе грязных, избитых и ободранных людей. Слюна слетала с его пасти крупными вязкими каплями, а морда была запачкана кровью. От броска зверя удерживало два четырехглазых пришельца, держащих в руках натянувшиеся от непрерывных рывков цепи. Но что пугало даже больше, это залитый кровью пол и остатки тела одного из узников. За прошедшие три недели Адам пережил множество страшных моментов, горящие и обрушивающиеся здания, оглушающий грохот выстрелов и истошные крики раненных, слезные мольбы со стороны пленников и безучастные удары винтовок и дубинок со стороны пленителей, сырые бетонные полы подвалов и холодные решетки клеток. Но сейчас животный страх просто парализовал каждую клетку его тела. Адам застыл без движения и неотрывно смотрел на ужасающую картину растерзанного тела и, казалось, не мог даже вздохнуть. Липкие пальцы ужаса окутали его мысли и пробрались в самое сердце его сознания Резкий удар под ребра бросил Адама на пол. – Ты оглохла, приматская дрянь?! Я спрашиваю, кто еще в этом участвовал, кусок ты пыжачьего дерьма?! – отличавшийся громадным брюхом надсмотрщик навис над скорчившимся от боли пленником. Вошедший в клетку незаметно для загипнотизированного ужасным зрелищем Адама четырехглазый пришелец сопроводил свой вопрос тяжелым пинком. – Отвечать, когда хозяин спрашивает! Узников перевозили до рыночной колонии обходным путем, сгружая с одного челнока на другой, вследствие чего путь до фильтрационного лагеря занял почти две недели. И все это время пленных лишь изредка поили грязной, затхлой и воняющей ржавчиной водой. Две недели без еды и два дня без воды сказывались на состоянии плененных, ведь помимо наличия детей в некоторых грузовых отсеках, очень многие были ранены в ходе рейда на Миндуар. От безысходности несколько человек решили украсть немного еды, что в изобилии оставалась после ужина в каморке охраны. Дважды пленникам удавалось вскрыть замок и стянуть со стола спавшего охранника часть оставленного ужина. Но, как оказалось, их действия не остались незамеченными. Во время очередной попытки достать немного пищи для самых ослабших узников в отсек с рабами вошла группа батар с громадным собакоподобным животным на цепях. Рискнувший выбраться из клетки пленник в ужасе замер на входе в караульную коморку. А затем произошла сцена, которая до конца жизни будет являться многим пленникам в кошмарах. Адам еще не отошел от шока, поэтому его мысли путались, а в ушах стояли душераздирающие крики растерзанного пленника. Слезы покатились по его лицу, и он пролепетал: – Нет! Это не я! Прошу вас… – Кто же, если не ты? Ты стоишь ближе всех к выходу, тварь! – с выражением гнева на лице батар широким жестом обвел внутренность клетки с забившимися в угол рабами. – Это не я, это.. это все они, я не виноват, это они… – сквозь слезы тихо бормотал пленник. Все другие слова вылетели из его головы, и он не знал, что ответить своим пленителям. Сейчас он просто хотел, чтобы кошмар последних трех недель закончился. Батарианец еще раз пнул Адама: – Кто "они"?! Тебя плохо слышно. Ткни пальцем, пока я и тебя не скормил Довуру, животное! – Пожалуйста не надо! Я не виноват! Это не я. Это они. Они. Вот те, те двое… – под конец своих слов Адам осознал, что говорит, но было уже поздно что-либо менять. Страх перед вооруженными пришельцами был слишком силен, а умолчав о тех, кто украл еду, он рисковал сам оказаться на месте растерзанного. Указывая рукой на двоих людей, что ранее доставали еду, он попытался еще сильнее вжаться в пол. – Обращайся ко мне "хозяин", мерзкий раб! – рыкнул толстый батарианец и дважды со приложил Адама прикладом винтовки по бедру. – Они, это они, хозяин! – взвыл человек, подтягивая ногу к груди и пытаясь прикрыться руками. Сейчас Адам не мог думать ни о чем, кроме оскалившейся пасти зверя и боли в поврежденной ноге. – Крыса! – едва слышно прошипел один из пленников, а второй попытался ударить Адама ногой, когда двоих указанных скрутили и выволокли из клетки. Пленников бросили в находящийся на виду у всех клеток угол помещения и взяли под прицел винтовок. Те пытались убедить пиратов в своей невиновности, кричали, что их оболгали, что все это ошибка, но получили в ответ лишь еще несколько ударов прикладами винтовок. – Неподчинение приказу хозяина карается смертью! Воровство у хозяина карается смертью! Заговор карается смертью! – во весь голос прокричал толстый пришелец. А затем подумал пару мгновений и, оскалив зубы в хитрой ухмылке, добавил. – Но сегодня мы сделаем исключение и дадим шанс этим животным. Если они смогут победить, то мы оставим им жизни, раз уж они такие смелые, чтобы плести козни у нас за спиной. А все остальные запомните, теперь вы принадлежите господину Ча'Хараку! И сейчас вы убедитесь, что кроме его и нашей милости вам надеяться не на что. Малек, преподай им урок. Удерживающий цепь "поводка" инопланетной собаки пират уступил свое место другому батару, а сам снял с пояса шипастую дубинку со встроенным шокером и стал приближаться к двоим узникам, что затравленно бросали взгляды на других пленников. Батарианский боец был достаточно высок, хорошо сложен, а под экипировкой военного вида проглядывали груды мышц. Истощенные пленники даже вдвоем не имели против него ни единого шанса. Пленник, что ранее пытался ударить валявшегося на полу Адама, тихо вскрикнул и низко пригнувшись бросился на батарианца, он быстро сблизился и попытался ухватиться за руку с дубинкой. Маневр человека не укрылся от четырехглазого пришельца, и, убрав руку с оружием в сторону, батарианский пират встретил нападающего пленника ударом колена в лицо. Заливая пол кровью из разбитого носа, узник кубарем откатился в сторону. В это время ожил второй пленник и кинулся на батарианца, неумело размахивая кулаками. Получив удар зарядом шокера, узник вскрикнул и остановил свою безрезультатную атаку, за что был наказан ударом дубинки в район виска. Острые шипы впились в череп человека, от чего ноги того резко подкосились. Закатив глаза и вздрогнув всем телом, человек повалился на пол и утянул за собой застрявшее шипами в черепе орудие убийства. Батарианец наклонился за своим оружием, и в этот момент первый пленник с утробным воплем кинулся на него, вцепившись зубами в щеку. Человек ухватил батара за горло в отчаянной попытке повалить пирата и задушить, но бывшему жителю Миндуара вновь не повезло. Шипастая дубинка наконец поддалась рывкам пирата и, описав широкую дугу, столкнулась с шеей пленного человека. Батарианец вжал кнопку подачи разряда, после чего резко дернул свое оружие, разрывая шею противника. Человек отлетел в сторону, дергаясь от полученного удара током и заливая и без того грязно-красный пол еще большим количеством багровой жидкости из разорванного горла. Он пытался зажать рану и подняться, однако руки подкосились и менее чем через минуту безуспешных попыток он затих, добавив в ужасную картину расправы еще одно мертвое тело. – Вот так-то! Исключения кончились, больше предупреждений не будет, и следующие станут обедом для Довура. Ну а остальных ждет наказание за то, что не препятствовали злодеянию, – надсмотрщик обвел пленников налитым кровью взглядом и выйдя из клетки приказал паре своих бойцов. – Возьмите еще парочку сговорчивых и вот этого червя, пусть уберут тут все. Потом ведите всех в транспортный отсек, там уже все готово к погрузке на челнок. И не забудьте всыпать плетей каждому в этой клетке! Пленные едва слышно зароптали, но очередной рывок инопланетного пса, сопровождаемый особо резким звоном цепи, заставил всех быстро умолкнуть. Следующие десять минут прошли для Адама как в тумане. Кровь убитых липла к рукам и с трудом оттиралась от и без того грязного пола. Куски тела растерзанного пленника выпадали у Адама из рук, а выдранные клочки волос опутывали пальцы. Хлесткие щелчки кожаной плети, вскрики наказываемых пленников и инопланетная речь, переводимая безучастными автопереводчиками, сливались в причудливую и страшноватую какофонию, разносясь по грузовому отсеку, наполненному железными клетками с пленниками. Человек старался не смотреть в сторону тех, с кем он еще недавно делил зарешеченное пространство клетки, но его взгляд, будто обретя собственную волю, так и норовил соскользнуть на экзекуторов и их несчастных жертв. Порой пираты подгоняли его и еще нескольких пленных окриками и пинками, но Адам их будто не замечал, все происходящее начало казаться ему просто ужасным сном. Невзирая на давно пустой желудок, его одолевали постоянные рвотные позывы, но к счастью узника, ему удавалось их побороть. После того, как тела были убраны, а грузовой отсек очищен, охрана выгнала пленников из клеток и, заковав всех в цепи, повела по узким коридорам станции. Адам и горстка помогавших ему людей шли отдельной группой за основной массой пленников, иногда подгоняемые щелчками плетей и ударами шокеров. Стоны пленников и голоса конвоиров эхом разносились по гулким коридорам, стены которых были обшиты обшарпанными листами металла. Тут и там виднелись застарелые пятна крови и испражнений. Истощенные люди шатаясь и спотыкаясь плелись по указываемому пути. На десятках подобных станций и кораблей сейчас томились тысячи людей, захваченных на планете Альянса. Пленники были разного возраста и пола, одинокие и захваченные целыми семьями, с детьми и без, и всех их ждала разная судьба. Кто-то будет отправлен на агроплантации или рудники, некоторых купят зажиточные хозяева в качестве слуг и членов гарема, многие станут невольниками на грязных и мелких технических работах, а кто-то разделит долю гладиатора на локальных увеселительных аренах или погибнет, так и не увидев батарианские миры. Однако всех пленников объединяло нечто общее – вскоре они попадут на планеты с фильтрационными лагерями, где их как скот разделят по категориям, а затем вживят в голову контролирующие чипы, что посылают разряд в мозг и нервные ткани, вызывая неподдающиеся описанию муки у любого, кто осмелится перечить воле хозяина. Но было в этом правиле и одно исключение. Четырехглазые пришельцы отделяли от основной массы самых трусливых, внушаемых и сговорчивых рабов, и формировали из них слой лакеев и мелких управляющих, которые иногда становились надсмотрщиками за другими рабами. Они продолжали оставаться невольниками, однако оказывались в лучшем положении, чем остальные, им не вживлялись контроллеры и часто давалась относительно большая свобода. Подобная практика применялась не повсеместно, но на многих колониях показала свою эффективность. Таких невольников предпочитали покупать владельцы сельскохозяйственных плантаций, хозяева рудников и управляющие бойцовских арен, и напуганному до дрожи в коленях Адаму повезло попасть именно в такую категорию узников. – Зря я в столицу приехал… надо было остаться дома. Так в лесу или полях укрылся бы… все лучше, чем в городе. Дурак… вот дурак. Надо было плюнуть на этот заказ, –тихо шептал себе под нос один из узников с остекленевшим взглядом. Вместе с Адамом он был присоединен к группе пленников, что избежит участи получить рабский контролирующий чип. Похожие мысли крутились в голове и у начавшего приходить в себя Адама. Зря он решил участвовать в программе подготовки административных служащих. И почему ему не сиделось на Земле? "Программа подготовки кадров – это ваш билет в будущее", – говорили они. – "Вам уже 25, но нет достойной работы? Не беда! Достаточно успешно пройти собеседование, и Вы получите то, что искали." Ага, как же. Получите прикладом в живот или плетью по спине. А может и вовсе будете скормлены инопланетному монстру. "Двухгодовая программа развития направлена на создание собственных высококвалифицированных кадров. Всем участникам дается уникальный шанс пройти ротацию на разных планетах и в разных отделах, а по окончанию программы все успешные кандидаты получат оффер на высокоранговые должности." – заявлялось в описании программы. И где все это? Где? Лучше бы он остался на Земле. А еще лучше, если бы он послушал своего деда и после колледжа пошел учиться на инженера, а не на менеджера. Даже после его решения участвовать в программе дед говорил Адаму, что ничего хорошего не выйдет, или работодатели в итоге обманут или предложат работу в жопе мира... А все вышло еще хуже. От нахлынувшего чувства отчаяния Адам едва не заплакал, но затравленно взглянув в сторону конвоиров, что подгоняли очередного измученного пленника сильным пинком армейского ботинка, лишь сильнее сгорбился и ускорил шаг. За очередными металлическими створками, перегораживающими проход, оказался стыковочный ангар, и вскоре все пленники были погружены на транспортный корабль. Батарианские пираты под дулами винтовок согнали людей в узкие грузовые боксы, напоминающие отсеки для перевозки замороженых коровьих туш, и через пару минут бывшие жители планеты Миндуар почувствовали изменение давления, сопровождающее стартовый взлет космических аппаратов.***
Базар оглушал обилием красок, запахов и звуков. Пар от запрещенных в Пространстве Цитадели курительных смесей, смешанный с дурманящими ароматами пряностей и свежеприготовленной пищи, дополнялся благоуханием экзотических растений и свежих тропических фруктов. Плавные переливы живой музыки соседствовали с искусственным битом современных исполнителей и доносящимся со всех сторон гомоном голосов. Бессчетное число рекламных вывесок и голограмм цепляли взгляд насыщенными цветами, отвлекая внимание от пестрых тканей текстильных рядов и призывных образов развлекательных секций. И это изобилие стимулов для органов чувств и технических сенсоров раскинулось на многие километры, образовав гигантских размеров рыночную площадку, что вмещала в себя не только лабиринты торговых рядов, стеклянные витрины магазинов, громады складских ангаров, и пирамиды грузовых боксов, но и множество отелей, ресторанов, ночных и игровых клубов, баров и притонов. Торговый город являлся единственным крупным поселением пустынной и почти безжизненной планеты, лишь одинокие оазисы, порой соседствующие с редкими базами пиратов и торговцев, разбавляли однообразный вид раскаленных на солнце скалистых холмов и песчаных барханов. Но жизнь на небольшой планете била ключом, ведь система являлась транспортным и торговым хабом для батарианских пиратов, контрабандистов, наемников, торговцев и авантюристов всех мастей. Большую часть всего объема торговли занимал бизнес по приобретению и продаже рабов. И если в крупных батарианских колониях живой товар в основном продавался напрямую конечным "потребителям" через специализированные приложения в интранете, а в более цивилизованном Пространстве Цитадели – через теневые ресурсы или в скрытых от взоров обывателей и правоохранителей подпольных торговых домах, то на рыночных планетах и космических станциях рабы продавались в оптовых количествах. Покупка раба, а тем более множества рабов, например, для работы на большой плантации – это сложный многоэтапный процесс, помимо прочего включающий оценку состояния и потенциала "продукта", обсуждения условий содержания, доставки и передачи, переговоры по сумме, срокам и форме оплаты. Все это требовало особых знаний, навыков и связей, поэтому в первую очередь на оптовых рынках "живых вещей", как дословно переводится слово, обозначающее рабов на любом батарианском диалекте, можно увидеть менеджеров рабовладельческих сервисных компаний, частных управляющих или представителей уважаемого в батарианском обществе слоя профессиональных посредников. Все тщательно документировалось и записывалось. Каждая «живая вещь» стояла на учете: где, когда, кому и куда продавалась. И прогуливающийся по рыночным закоулкам господин Тарак Аз'Цахир был именно таким профессиональным торговцем. – Салак и кивано. Штук по 10 возьми, – коротко бросил одному из своих рабов-ассистентов степенно потягивающий мятный тоник Аз'Цахир, и низко поклонившийся невольник немедля ввинтился в толпу в поисках торговцев спелыми фруктами. Каждый служащий и каждый раб торговца знал, что в процессе поиска подходящего товара или в ходе ведения переговоров господин Аз'Цахир предпочитает наслаждаться вкусом прохладного тоника и тропических фруктов. Из запутанного лабиринта торговых рядов вынырнул улыбающийся батар и двинулся наперерез торговцу, раздвигая руки в жесте приветствия и наклоняя голову к плечу: – Уважаемый Аз'Цахир! Какая приятная встреча! Наверное, сам Пророк сегодня свел наши судьбы! Подбираете кого-то конкретного или Вы в поисках обычного товара? – Даже не надейся мне что-то втюхать из своего мусора, Шанар! Я прекрасно знаю, откуда берется весь твой товар. Уж кого-кого, а меня тебе провести не удастся. Я вообще удивляюсь, откуда среди нашего брата берутся такие доверчивые дураки, что согласны иметь с тобой дело, – не меняя самодовольного выражения лица Тарак Аз'Цахир вальяжным движением руки оттеснил в сторону известного в узких кругах мелкого контрабандиста и мошенника и степенным шагом продолжил свой путь. Однако Шанар не отставал, и торговец рабами продолжил. – К тому же ты явно забыл, что я занимаюсь "живыми вещами", а не электроникой или всякой мелочевкой. – Что Вы! Как можно? И мысли не было что-то Вам продать! – с жаром запротестовал контрабандист. – Но у меня есть информация, которая может Вас заинтересовать. Торговец хохотнул, отдавая бокал с недопитым тоником второму рабу-ассистенту: – Ха-ха-ха, Конечно! Ведь информацию ты мне предоставишь совершенно безвозмездно! – Само-собой, почтенный Аз'Цахир, – неизменно жизнерадостным голосом протянул контрабандист. – Но ведь Вы, без сомнения, отблагодарите такого хорошего друга, как я. Тысяча кредитов через Вашего обычного гаранта будет в самый раз. Торговец рабами ухмыльнулся и, слегка понизив голос, произнес: – Что ж… Похоже предвидится нечто интересное, раз ты решил подойти сразу ко мне, причем выбрав момент моего благодушного настроения. Дай угадаю. Вспышка эпидемии началась с рабов, и сейчас цены на них все еще высоки из-за недостаточного предложения. И это невзирая на известный всем проходящий рейд. Ведь общей договоренностью их решили сначала отсортировать по категориям в фильтрационных лагерях и проверить на наличие болезней, а значит завоз товара задержится. И вот ко мне приходишь ты со своей "информацией". Явно какой-то хитрец из твоих дружков в обход договора вернулся из похода с товаром раньше остальных, наверняка проскочив по рискованному маршруту. А ты, соответственно, предполагаешь, что у меня будет время сбыть товар до завоза основной массы живых вещей, и как следствие до падения цены. И беря во внимание твою обычную деятельность, я делаю вывод, что пособники твои заполучили специалистов в электронике и инженерии. – Ваша проницательность способна посоперничать с острым взором самого Падишаха, уважаемый Аз'Цахир, – с заискивающим кивком подтвердил догадки торговца Шанар. – Но парни сумели притащить не только техников, и Вы несомненно заинтересуетесь некоторыми экземплярами. Хитро прищурив все четыре глаза и отрицательно помахав пальцем, торговец принялся торговаться: – Возможно я и заинтересуюсь, но со своих друзей ты наверняка уже стребовал посреднический процент, и, учитывая это, тысяча кредитов будет для тебя слишком большой платой за такие малые сведения, как имена и место базирования твоих дружков. Сто кредитов, стандартно через гаранта. – Без ножа режете, достопочтенный Аз'Цахир, разоряете! Пророк свидетель, такая информация стоит не менее восьмисот кредитов! – воскликнул контрабандист. Работорговец возразил: – Невозможно разориться, ничего не потеряв! А тем более, когда вдобавок можешь получить двести кредитов. – Как написано в Священной Книге, упущенная выгода – это тоже потери! А потери ведут к разорению. Спросите у любого, на таких сведениях Вы многократно перекроете вложения в каких-то жалких шестьсот кредитов, – не сдавался Шанар. Пусть с каждого купленного раба ему и полагался процент, но лишнюю прибыль мошенник и авантюрист терять не собирался. – Мы, конечно, можем спросить у любого, однако никто после этого не гарантирует, что информация о твоих компаньонах не дойдет до их старших товарищей. И тут ты можешь положиться только на меня, – продолжал гнуть свою линию профессиональный посредник в торговле живым товаром. – Двести пятьдесят кредитов, и лишь от того, что я сегодня в хорошем расположении духа. – Безусловно довериться в таком вопросе я могу только такому уважаемому и известному своей репутацией батарианцу, как Вы, высокоуважаемый Аз'Цахир! Но с такими ценами мне проще будет рискнуть и найти кого-то другого. Ниже четырехсот я просто физически не могу опустить цену, – контрабандист горестно вздохнул и опустил взгляд. – Тебе некого сейчас найти кроме меня – сроки слишком поджимают, поэтому триста и не кредитом больше! – припечатал Аз'Цахир. – Триста кредитов – вполне хорошая цена, но недостаточная, чтобы оплачивать услуги гаранта. Я согласен на на триста тридцать, но оплата вперед, – сделал последнюю попытку Шанар. – Ха-ха-ха! А ты наглец! – рассмеялся Тарак Аз'Цахир. Затем он включил омнитул и, открыв личную базу данных о контактах и счетах, совершил перевод на счет контрабандиста. – Но будь по-твоему. Веди к транспорту, посмотрим на твоих дружков и их товар. Направившись за улыбающимся контрабандистом в направлении стоянки аэрокаров, посерьезневший торговец живым товаром размышлял о возможной прибыли и вариантах того, как скрыть от коллег поступление хорошего товара и не подставить возможно перспективных в будущем поставщиков. Вывод большого числа товара вызовет вопросы, ведь пока что рабов с человеческих колоний на рынках не так много, значит в первую очередь следует найти специалистов к текущим частным заказам, а массовку нужно будет спихнуть на шахты и плантации вдали от больших миров, там падеж живых вещей был особенно ощутим. Техниками и инженерами можно будет разбавить кварианцев, у него еще остался запас со старой партии, и их с удовольствием возьмут в центральных мирах. А возможно найдется пара экземпляров и на арены, сейчас как раз висит горячий заказ на бойцов. Конечно, самые крупные сделки, как на большое количество рабов, так и на отдельные особо дорогие экземпляры вроде ученых, наложниц, искусных поваров или пилотов совершаются не на рыночных планетах. Покупатель проводит переговоры с продавцом в своём особняке или офисе, даже не видя лично покупаемый им товар, и продавец в этом случае отвечает за его качество своей репутацией. Однако тут был иной случай, и требовалось осмотреть все лично. Вывозить специалистов лучше будет самому, а дождаться массового поступления живых вещей нужно поручить одному из доверенных рабов-ассистентов, те уже не единожды совершали сделки, выступая на торгах голосом своего господина, ведь мысли и поступки живой вещи принадлежат не ей самой, а хозяину. За подобными размышлениями Тарак Аз'Цахир провел весь путь до места базирования пиратов. Открывшееся место не удивило торговца, он привык видеть полу-развалившиеся постройки, затерявшиеся посреди скалистых холмов, грязь и запуганных изнуренных пленников, молодые рейдеры и работорговцы не отличались особой дисциплинированностью и рационально бережным отношением к живому товару. С возрастом такой подход раскрывает торговцам свою неэффективность, однако в молодости все сгорают от желания славы и наживы, Тарак Аз'Цахир и сам был таким когда-то, поэтому не осуждал молодых авантюристов. Переговоры проходили довольно удачно, цены удалось прилично сбить, а объемы покупки более чем удовлетворяли желаниям продавцов. Но качество товара требовало тщательнейшей проверки из-за ужасных условий содержания и кустарного вживления подчиняющих чипов, поэтому личному осмотру подверглась каждая живая вещь. Торговец уже отобрал для себя особо ценные экземпляры из числа наиболее образованных и красивых представителей чужого вида, а также пару пилотов, кулинаров и знатоков сельско-хозяйственных, инженерно-технических и кибернетико-компьютерных технологий. Как оказалось, в дополнение к основному товару рейдеры сумели перехватить в пути к торгу небольшое судно с кварианским экипажем, что как нельзя кстати вписывалось в планы Аз'Цахира. В последнем помещении торговца живым товаром встретили две группы пленников, самые послушные и наиболее крепкие физически. Крепкий и молодой космопират, что лидировал среди рейдеров, обвел рукой помещение: – Ну и напоследок мы Вам оставили кандидатов в слуги и бойцов на арены. Первых мы хорошенько поучили, так что будут послушны, а вторых держали в полной изоляции. Мы удачно захватили целое подразделение какой-то их охраны. Жалкие пыжаки подставились под наш миномет, так что попали к нам всем составом. Зная традиции арен, мы не вживляли им чипы. Как, собственно, и послушным. Угрюмые пленники из группы кандидатов в гладиаторы стояли закованные в цепи и колодки, с заткнутыми ртами и шорами на глазах. Все были истощены, а некоторые страдали от незаживших ран, но у каждого в глазах плескалась ненависть к своим пленителям. Аз'Цахир внутренне улыбнулся, из таких получаются отличные бойцы, клиенты будут довольны. Смертность на аренах сопоставима со смертностью в шахтах или на плантациях, где срок жизни рабов не превышает трех-пяти лет в зависимости от условий. И если в последнем случае это объясняется практичным стремлением извлечь из вещи максимум пользы, то в случае с аренами все обстоит немного иначе. Да, живые вещи постоянно сражаются с животными, себе подобными или даже с подготовленными благородными батарианцами, что надев маску решили показать на арене свое мастерство. Но смертность на самой арене не так уж велика, ведь никто не хочет терять зрелищных бойцов. Большинство дохнет от несчастных случаев во время представлений и плохих условий содержания. Но самые злобные и непокорные отлично выживают, показывают хорошее шоу, и в итоге положительно влияют на репутацию продавшего товар посредника. Несмотря на внутреннее удовлетворение, внешне торговец изобразил скептический настрой: – Этих я возьму всех, но цену на них вам придется сбросить. Все ранены и истощены, и до спада цен я их восстановить не успею, – И не давая возразить лидеру пиратов, торговец решил продемонстрировать склонность к риску и наплевательское отношение к тратам, поскольку такая линия поведения уважается молодыми и плюющими на договоренности рейдерами. – А вот послушных у меня и вовсе в достатке… пожалуй, кину четки и решу, скольких я возьму. Визави работорговца хотел было перебить Аз'Цахира, но, увидев появившиеся из складок накидки четки хар'ра, лишь шире раздвинул губы в азартной улыбке и предложил: – Ставлю сотню на то, что выпадет больше десятки! Аз'Цахир улыбнулся в ответ и протянул: – Пожалуй принимаю ставку. Но сам ставлю на то, что выпадет меньше пяти. Брошенные опытной рукой, четки слегка прокатились по полу и остановились на семи. – Эх! Сегодня мне не везет, – оскалил клыки пират. – Пожалуй не соглашусь, ведь семерых я у вас все же приобрету. Что это, если не везение? – возразил Аз'Цахир и, быстро сговорившись о цене обеих групп, подошел к нестройной толпе послушных невольников. Осмотрев со всех сторон каждого и выбрав семерых наиболее опрятных и крепких внешне, он обратился к одному из невольников, что выглядел наиболее запуганным: – Ты. Кто ты? – Меня зовут Адам, хозяин. Я работник администрации колонии. Я умею читать, писать, вести документацию, – незамедлительно последовал ответ, ведь за промедление узников жестоко наказывали. Но не успел человек договорить фразу, как торговец с силой ударил его выхваченным из-под полы пустынной накидки стеком. – У тебя нет имени, вещь! Как у любой вещи у тебя не может быть ни собственности, ни родины, ни имени, ни жизни. Твои мысли и поступки тоже принадлежат мне! Раз ты такой умник и умеешь писать, то буду звать тебя Писарем. И не называй меня хозяином, я твой господин, тебе ясно? – Да, господин, – затравленно съежившись и ниже опустив голову ответил раб. – Отлично, – ответил Аз'Цахир. Ему еще придется доучивать эти живые вещи хорошим манерам, но послушность уже обнадеживала. Год-два и из таких лояльных и сговорчивых рабов получатся отличные надсмотрщики и управляющие. Торговец удовлетворенно кивнул собственным мыслям и продолжил осмотр товара, изредка перебрасываясь веселыми фразами с продающей стороной.
