Яблоки. Копья. Война

Как жаль, что у меня нет камеры в глазах — такие кадры порой упускаю. А полагаться на свою память не приходится, больно она у меня короткая стала, но я постараюсь во всех красках запомнить лицо Российской Империи в момент моей просьбы. От ошалевшего вскидывание бровей до подозрительного негодования у него пробег был всего одна секунда. Зато какая! А вот попался он мне под горячую руку — в соседней комнате притаился, что далеко идти не пришлось — и я бессовестно попросил разрешения пригласить к нам поляка. Зуб даю, что, если бы мою просьбу не поддержала РЦ, Империя бы меня знатно прокатил на древнерусском болте. Однако против нас двоих он устоять не смог, хотя держался достойно. -Ты за него несёшь ответственность, — строго тыкнул в меня пальцем монарх, когда отправил одну из служанок поискать и привести к нам гусара. Самодовольно ухмыляюсь, гордо выпятив грудь — уж в ком я уверен, так это в своём альфе! Посполитый не с шилом в мягком месте и держать себя в руках умеет. Ожидание на долго не затянулось, и, в скором времени в комнату влетел, иначе не скажешь, взволнованный гусар. Что ему там наплела служанка, даже знать не хочу, но завидев меня в полном здравии и порядке, он расслабил плечи с крыльями. Российская Империя же встретил собрата неодобрительным фырканьем. -Я останусь тут и, не дай боже, услышу что-то подозрительное, — предупреждает нас монарх, скрестив руки на груди, и угрюмо встал напротив двери в спальню матери. Собирается бдеть по полной, но я не чувствую себя под надзором, ибо моя совесть чиста и ничего страшного не планирую. Одной мимикой лица передразнив царя, пока он не видит, и тяну гусара за собой. Крылатик поддаётся, но как-то нерешительно, благо, у него есть такой дерзкий я, что без лишних разговор впихнул его в соседнюю комнату. Посполитый встаёт столбом и поднимает глаза на Русское Царство. Повисла странная тишина. Не неловкая, а именно странная. Царство безмолвно рассматривала поляка, даже не шевельнувшись. Выискивала что-то глазами, пока сам РП не торопился начинать с ней разговор. Женщина слегка улыбнулась. -Здравствуй, оружие, — на полном серьёзе, без доли смеха, приветствует гусара она, а я попутно ловил свою челюсть. Как, как она его назвала? А РП всё равно, он даже ухом не повёл! — Я по-прежнему могу так тебя называть? — омега внимательно переводит взгляд с поляка на меня, а у меня не хватает актёрского опыта, чтобы скрыть своё чистейшее недоумение. -Нет, — твёрдо отвечает альфа, сжимая и разжимая кулаки. Какого греческого хера тут происходит? -Вот как, — слабо улыбается Царство и щурит глаза. — Тогда, стало быть, ты решил для себя что-то? Без переносного смысла подскакиваю на месте, когда мужчина бережно берёт меня за руку и демонстративно поднимет наш общий замок выше. -Вот моё решение, — без колебаний отвечает Речь Посполитая, не скрывая своего особого отношения ко мне. Русское Царство переменилась в лице, но то было лишь ненавязчивое удивление, которое тут же сменилось торжеством, как будто она, наконец, выиграла в этой жизни что-то особенно ценное. Я же бесконечно вертел головой в полнейшем шоке, вообще не улавливая сути разговора и, с какого перепуга, я стал чьим-то решением. -Я рада этому, — женщина опускает глаза, растянув губы в ласковой улыбке. -А можно мне предысторию? — чудом сохраняя спокойствие, прошу я, но руку не отдергиваю. Раз РП так спокоен, значит можно не хранить в секрете наши отношения? Старшие обратили на меня повышенное внимание, но посвящать в своё сложное прошлое не торопятся. Да и вообще, складывалось такое впечатление, что они разрешение друг от друга ждут. — Пожалуйста? — использую запрещённый приём в виде бровок домиком и смотрю уже в глаза Посполитому, ибо кому на жалость давить, так ему. Альфа посмотрел на меня и потупил взор, не выдержав такой мощной атаки. -Я сам всё расскажу, — подаёт голос гусар, а я чуть от радости в пляс не пустился. Хоть где-то сработали эти несчастные щенячьи глазки! — Наедине, — поясняет поляк, бросив короткий взор на РЦ. -И вы больше ничего друг другу не хотите сказать? — от новой волны недоумения меня уже ни что не спасло. Они же буквально парой слов перекинулись, а то, что Русское Царство считалась погибшей, РП не колышет? Прям совсем-совсем больше нечего сказать? А я себе тут уже напридумывал… -Надеюсь вы ещё придёте, — неоднозначно улыбается омега, кивком головы указывая на дверь. Нет, всё, я окончательно потерялся в этом непонимании. Речь Посполитая прощается таким же кивком и разворачивается со мной за руку уходить прочь. Открыв дверь, сталкиваемся с хмурым РИ. Царь реально с места не сдвинулся, ожидая и вслушиваясь, а мы вышли почти сразу же, как вошли. Монарх тоже такого не ожидал, как и я, так что его вопросительный взгляд вполне понятен. Альфа отталкивается от стола и подходит к нам, с сомнением заглядывая за наши спины, проверяя благополучие матери. -Спасибо, РИ, — чистосердечно благодарю предка, пока меня потихонечку утаскивают на выход. Монарх проследил за нами взглядом до самой двери, не намериваясь нас останавливать, а затем сам направился к матери. — Ты хочешь уйти в спальню? — на всякий случай интересуюсь у гусара, стоило нам оказаться в коридоре. Посполитый останавливается. Размышляет пару секунд и переводит внимание на наши всё ещё сцепленные руки. Интуитивно понимаю, что ему нравится так держаться, но ему приходится, скрипя сердцем, отпустить меня. -Нам не нужны лишние уши, — поясняет альфа и предлагает продолжить путь, выдвинув руку вперёд. Пожимаю плечами, соглашаясь с ним без проблем. Разговор предстоит сложный, судя по всему, но меня это не пугало. Наоборот. Внутри меня горело желание, наконец, разузнать что-то о своём альфе побольше, а бонусом шла ещё моя прабабушка. Я знаю, что взаимоотношения стран может сильно разниться с их общей историей, поэтому морально готов к любому откровению, а ещё заранее готовлю слова поддержки. Вряд ли бы гусар вообще затронул тему прошлого, если бы не счастливая случайность в виде внезапного появления Русского Царства. Значит, о своём прошлом он точно не любит говорить. -О, голубки! Нервно вздрагиваю, чертыхнувшись самым крепким русским словом. Вот Пруссии нам сейчас не хватало! Я обернулся, а Речь Посполитая профессионально проигнорировал восклицанье прусса, продолжив путь. А Королевство отставать не собирался, довольно лихо нас нагоняя, выглядя, как маньяк из хоррор игры. Чем чаще оборачиваюсь, тем ближе альфа. В конечном счёте «кто-то» хватает меня за плечо и ощутимо дёргает назад, вынудив остановиться. -Доброго дня, ежиная мордочка, как себя чувствуешь? — мужчина мне широко улыбается и так старается выглядеть доброжелательно, что у меня чуйка агрессивно зачесалась. Не успеваю рта раскрыть, как к нам обернулся поляк с устрашающим взглядом — только пикни, и тебя молнией поразит. Королевство моё плечо всё равно не отпустил, хотя я бы на его месте уже убежал, сверкая пятками. Настолько у гусара порой бывает тяжёлая аура. -Мы спешим, — коротко и ёмко оповещает прусса РП, очень настойчиво намекая взглядом, чтобы тот держал руки при себе, а моё плечо всё равно не стремились отпустить. Пруссия, точно смертник, сместил руку на другое плечо и фигурально обнял меня, как закадычного друга. -Что он такой злой сегодня, не знаешь? — открыто игнорирует поляка Королевство, повернувшись ко мне, и состроил удивлённую морду. От обуявшего меня охуевания выпучиваю глаза, а меж тем, мужчина заботливо приложил к моему лбу ладонь. — А ты тоже поправился, я погляжу. -Пруссия, хватит ломать комедию, а? — сдержанно прошу я, подцепив руку альфы и скинув со своего плеча. Не хватало ещё стать причиной новой драки из-за фамильярства прусса! Королевство театрально вздыхает, спрятав руки за спиной. Глупец ещё не понимает, какая беда просвистела над его головой, чудом не снеся её. -Ты ранишь меня в самое сердце, малыш, — печально прижимает к груди ладонь альфа. Бросаю короткий зырк на РП и замечаю, как-то поднимает сильно сжатый кулак с каменным лицом, а в глазах так и читалось «Я сейчас убью его». — Ладно, шутки кончились, я к вам по делу, — беззаботно отмахнулся от нависшей угрозы Пруссия и принял более серьёзный вид, привычно сцепив руки за спиной. — Не подскажите ли вы мне, где сейчас прячется Российская Империя? -Понятие не имеем, — плавно подскакиваю к гусару и, ласково сжав его кулак, опускаю вниз. Это не скрылось от внимания прусса, и он хитро прищурил глаза. — Ты бы сбавил обороты, а то РИ тебя на одном честном слове терпит. -Ты так думаешь? — мужчина сделал вид, что глубоко задумался, приложив к подбородку два пальца. Он точно дьявол во плоти, рогов только не хватает для грандиозности прикида. Всё тёмное, глаза чёрные, а в мыслях черти танцуют. — Что же, думаю, тогда стоит принести свои искренние извинения сейчас же, жаль лишь, что вы не знаете, где он, — черные глаза опасно блеснули, отчего у меня пробежался холодок по спине. Догадался, что я соврал? Да не, быть не может… — До встречи, — коротко попрощался Королевство и плавно отправился в противоположную от нас сторону. Смотрю ему вслед и думаю о том, что прусс точно немного мазохист, ибо любит ходить по охуительно тонкому льду. Оборачиваюсь на гусара и вижу, как хмуро сведены его брови к переносице. -Не обращай внимания, у него свои тараканы в голове, — ободряюще улыбаюсь поляку, стараясь сгладить углы после беседы с Королевством. Он пробыл здесь всего пять минут, а какое оставил после себя послевкусие — м-м, прям финита ля комедия. Посполитый осуждающе качает головой. -Он доиграется, — единственный его комментарий о произошедшем. В целом, я с ним согласен. Доиграется, мягко сказано, но, почему-то, я не злюсь на него. Попривык уже к его пакостному нраву. Идти в привычную спальню теперь не хотелось — не хватало глотка свежего воздуха и мне, и гусару. Так что пришлось экстренно поменять планы и свернуть на улицу. Ушей тут меньше не стало, но, если знать куда идти, можно спрятаться в укромном месте. Естественно, мы, как непостоянные гости Российской Империи ни хрена не знали, зато были полны энтузиазма! Да такого распрекрасного, что Посполитый, недолго думая, подхватил меня на руки и поднялся в небо под мой раскатистый писк. Не досчитываюсь пары матов в голове и уже чувствую твёрдую опору под ногами. Открываю глаза и закрываю их обратно, уткнувшись в грудь альфы. -А нельзя было выбрать место побезопаснее?! — взвинчено пищу мужчине в рубаху, впившись в его плечи пальцами. Ощущаю небольшую вибрацию в груди гусара и обиженно вскидываю голову. Смешно ему, видите ли! -Всё будет хорошо, — альфа улыбается и сдержанно целует меня в лоб, приобняв за плечо. — Здесь нас никто не найдёт. -Звучит жутковато, — ответно улыбаюсь мужчине, крепко вцепившись тому в рукав. Мы не прям на краю крыше стоим, всё-таки, дворец у РИ впечатляющих размеров, и крыша тут сопоставима с бейсбольным стадионом. Дуновение ветра и высота навевали небольшую панику, а так я почти спокоен. Где там мой страховочный трос? — Та-ак, тебе нужно собраться с мыслями или?.. Отпускаю Посполитого, заглянув тому в глаза, но альфа кривит слегка губы, смотря куда-то вдаль. Что же, если ему надо собраться с мыслями и духом, я готов подождать. Прошлое никуда не денется. Поляк делает вращательный жест кистями рук и разводит их в сторону. Не совсем понимая, что от меня хотят, повторяю жест за ним. Гусар сдавленно прыскает от смеха, прикрыв глаза ладонью. Давненько я не играл в «Крокодила», только неожиданностью стала инициативу поиграть со стороны РП в такой-то момент. Мужчина делает шаг вперёд и заключает меня в крепкие объятия, уткнувшись носом мне в макушку. Всё ещё понимая ровным счётом нихуя, обнимаю крылатика в ответ, начав ненавязчиво поглаживать его по лопаткам. Чувствую, как учащённо бьётся у него сердце, и только тогда понимаю, что альфа волнуется. Сильно волнуется. Не знаю, сколько мы так простояли, просто обнявшись. В конечном счёте, Посполитый шумно вздыхает и слегка отстраняется, не расцепив объятий. Смотрит на меня внимательно, разглядывая, а глаза наполнены тяжёлыми сомнениями. Стараюсь не подавать виду, что теперь также обеспокоен и взгляд не отвожу. -Ты знаешь, что я не без греха, — не уточняет мужчина, подняв одну руку и проведя большим пальцем по моей щеке. Согласно киваю. — Я объединение, чьими руками решаются войны. -Мы все не святые, — ухватываюсь за его ладонь, не позволяя убрать ту от моего лица, а Посполитый и не спешил этого делать. Мне нравится его касаться, особенно в такой момент. Почему-то мне кажется, что сейчас это будет значить куда больше, чем обычно. -Как военная мощь, я сам вступал в битвы. Убивал людей, захватывал и отвоевывал территории. На моих руках много крови, в том числе и русской, — сухо рассказывает гусар, но на последних словах его маска отстранённости дала трещину и он поджимает губы. Сглатываю, резко осознав, отчего поляк так тревожился. Русская кровь. Вот значит как. Он напрямую воевал с Русским Царством и, закономерно, лишил жизни не мало её солдат. Своими руками, а не руками своих людей. — Много лет назад Русское Царство стало нашей главной мишенью. -Нашей? — осторожно, почти шепотом спрашиваю альфу. -Я, мой отец и народ, — поясняет гусар, а мне легче отнюдь не стало. Я должен по истории знать, что отношения между поляками и русскими всегда были с перчинкой, но это не помогало справиться с накатившей горечью. Такое неприятное послевкусие, что хотелось сплюнуть. По телу пробежались мурашки, а следом за ними под кожей словно встали иглы, вызывая едва ощутимую дрожь. — Мы много воевали. Она для меня была очередной целью на захват и уничтожение. Я оружие, в руках создателей, и верил в это почти всю жизнь. -Но твои родители… — поддаюсь эмоциональному порыву и перебиваю гусара. РП молча качает головой и я робко туплю взор. Не сейчас, не к месту — потом спрошу. -За много лет войн, мы сталкивались не раз один на один и, однажды, она задала странный вопрос. Потом ещё и ещё. Она вела себя непонятно для меня — не было ненависти и злобы, только жалость. Она всегда обращала внимание на то, что я считаю себя оружием, а я тогда был молод и не сдержан. Меня приводила в бешенство её жалость. Ошалело выпучиваю глаза, совсем не сопоставляя в голове образ Посполитого и понятие «бешенство». Это же насколько разнится молодой поляк и нынешний? -Но она не отступала и, в конечном счёте, я невольно задумался над её словами. В одну из случайных встреч мы поговорили по-людски, без лишних глаз, — на губах гусара появилась слабая улыбка. Он что-то вспоминал не с теплотой, не то с грустью. — Она помогла мне по-другому взглянуть на себя и на отношение к жизни. Я уважаю её, как противника, и как ту, кто помог мне стать тем, кем я являюсь сейчас, — мужчина глубоко вздохнул, а я почувствовал почти осязаемую лёгкость, словно весь груз, что РП нёс на плечах, резко с него спал. Невольно улыбаюсь, протянув руки к альфе и уткнувшись тому в плечо. Посполитый удивился и даже не стал этого скрывать, но обнял меня в ответ. Бережно и ласково, словно я стал хрустальной вазой. -Всё хорошо, Солнце, — уточнять, из-за чего и почему не буду. Думаю сейчас ни к чему такие придирки к деталям. Да, он солдат, что убивал и будет убивать. На его жизнь пришлась такая тяжесть, но здесь другое время и другие нравы. Вряд ли поляк из тех, кто получает от убийств удовольствие и жаждет новой крови. Нет, он совсем другой и винить его за поступки прошлого не вижу смысла лично для себя. Пусть он рассказывал коротко и только по делу, я всё равно уловил факт того, что гусар не садист. -Ты не злишься? — опасливо уточняет альфа и в ожидании моего ответа я чувствую, как он весь напрягся. -На что? — резонно переспрашиваю, не соизволив даже глаз открыть. Даже будь я зол, меня приятно успокаивал аромат хвои и яблок. -Я убивал твоих людей, — тихо шепчет гусар. -Не моих, а Русского Царства, вот у неё и спрашивай, в обиде ли она, — вроде как отшучиваюсь от ситуации, а сам едва сдержал в себе порыв вздохнуть. Тяжела доля воплощений стран, очень тяжела, но кто бы мог подумать, что у объединений всё может быть хуже? Не люблю философствовать, тем более на тему смерти и жизни. Мне достаточно видеть раскаяние поляка и то, что он не свихнувшийся вояка. Я точно не держу обиды на него. Посполитый отцепил меня от себя и серьёзно взглянул мне в глаза. Не найдя в них и капли укора, альфа понурил голову. Не успеваю испугаться за него, как меня вновь крепко прижимают к тёплой груди, обнимая и руками, и крыльями. -Люблю, люблю, люблю тебя, — едва слышно шептал мне на ухо поляк, чуть ли не срываясь на хрип. Его голос едва заметно дрожал, а пальцы лихорадочно вцепились мне в одежду. Он боится, будто бы я пропаду прямо из рук, после такого тяжёлого откровения. -Тш, всё хорошо, Солнце, я тоже люблю тебя, — кое-как удаётся вытянуть руки из хватки альфы и ответно ухватиться за его плечи. Я и не подозревал, что для Речи Посполитой это будет настолько сложный разговор! Впервые я вижу у него столь много смешанных чувств и эмоций, которые обрушились на нас, словно ураган. Хочется укрыть его такими же мощными крыльями, спрятать и дать понять, что со мной альфа может открыться, а не держать всё в себе. Ведь все мы живые и он тоже. Он не оружие, он такой же живой, как и все мы.