Яблоки. Копья. Война

Не успели мы опомниться, как начался беспощадный ливень. Больше не осталось живых нападавших и куча солдат кинулись на помощь своему воплощению. Несколько крепких парней подняли поляка на ноги, хотя тот начал упираться и пытаться идти сам, но надолго его сил не хватило. Его люди действовали слаженно и старательно, не давая гусару шмякнуться лицом в землю и не тревожили его свежую рану. Я шёл следом, дёргаясь каждый раз в сторону альфы, если он начинал заваливаться. К нам подбежали несколько служанок с зонтиками в руках и активно начали указывать в сторону незнакомого дома, направляя солдат. Земля под ногами противно чавкала, замедляя наш шаг, но солдаты бодро шли и помогали идти Посполитому. Надо моей головой появляется защита и я с благодарностью озираюсь на Стесняшу, что и подбежала ко мне с зонтиком. Подходим к домику и я замечаю встревоженную литовку. Заметив, как группа солдат поддерживают её сына, она ринулась, была к нам, но сама себя осекает, открыв дверь для входа заранее. Один камень с души падает — она жива и велика вероятность, что в порядке и Королевство. Оказавшись внутри помещения, солдаты насколько смогли, аккуратно уложили РП на предоставленную кровать. Гусар не выл, не рычал, но очень сильно сцепил зубы, приложив ладонь к месту ранения. Это нельзя так просто оставлять, это не просто порез, а глубокая рана. Рядом с кроватью присела литовка. -Княжна, рана серьёзная, её надо зашивать, — сиплю, как пропитый алкаш, опускаясь на колени рядом с койкой. Посполитый вскинул голову, оставаясь в сознании не смотря ни на что. Женщина напугано опустила брови, робко касаясь пропитанной кровью ткани на груди сына. — Если нет врача, это сделаю я. -Милок, но ты разве умеешь? — тихо шепчет неверующе омега, приложив ладонь ко лбу поляка. Посполитый сощурил горящие ознобом глаза. -Умею, — твёрдо и решительно говорю я, закатывая обрывки плеч рубахи. Я надеялся, что мне никогда в жизни не пригодится это умение, полученное с трудом и неприязнью, но пробил час вспомнить, чему меня учили. К нам на цыпочках подбежала хозяйка (?) домика и начала шептаться о чём-то с литовкой. В какой-то момент они обернулись на меня. -Хорошо, милок, что тебе нужно? — омега сглатывает, но держит себя в руках. Делаю глубокий вдох, собираясь с мыслями. -Для начала нужна тёплая вода и тряпки, — начинаю перечислять всё нужное, пододвигая к кровати стул. Свет от свечей издевательски играл по стенам, напоминая о случившемся ранее пожаре. Посполитый ухватывается за мою ладонь, привлекая к себе внимание, но мне надо сперва всё сделать. Потом поговорим. Женщины засуетились и вскоре рядом со мной стоял небольшой тазик с более менее тёплой водой. -Мне нужна тоненькая иголка и нитки, желательно вощёные, иначе рана загниёт, — промокаю тряпку в воде и потихоньку отцепляю куски ткани от раны. Кровь не успела запечься, всё отходит безболезненно. РП стоически терпит и молчит, только лихорадочно блестящие глаза говорили о том, какую боль он сейчас испытывает. — И спирт. Не важно какой, водка или самогон, но не ниже сорока градусов. Смотрю на страшное ранение, оценивая, где и сколько стежков придётся сделать. На груди всё не так плохо, можно не зашивать, но торсу досталось больше всего — туда пришлась вся сила удара. Провожу смоченной тряпкой по краям раны, смывая кровь. Пришлось несколько раз это сделать, прежде чем вся вода в тазике окрасилась в тёмно алый. -Милок, — зовёт меня Княжество, и хозяйка дома протягивает мне на досточке иглу и нитки, литовка же держала в руках бутылёк со спиртом. Хотел бы я приятно удивиться, что нашлась та самая вощёная нить и крепкий спирт, но игла самая обычная, швейная. С такой иголочкой проблем прибавиться, но и переплавлять её тоже стоит времени. -Такой иглой я могу сделать ещё больнее, — прикусываю нижнюю губу, перехватив железный кончик пальцами. Руки мелко подрагивали. Приходилось жестко контролировать себя и своё дыхание, дабы не опуститься до унизительного тремора. Княжество встревожено прикрыла рот руками, не зная, как помочь. Оборачиваюсь на Посполитого. Держится хорошо, в тепле и на кровати ему явно легче, но если я случайно проткну иглой ему мясо, то инсульт будет у всех находящихся в доме. — Потерпишь или мне её переплавить? — обращаюсь уже к гусару, мысленно надеясь на второй вариант. -Потерплю, — сквозь зубы отвечает поляк и у меня сжимается сердце. Надо гнать страх прочь, попугаюсь потом, когда сделаю последний узелок. Сперва ополаскиваю свои руки в спирте, а потом саму иголку. Прошу литовку быть рядом наготове и в случае чего, подать воду или тряпку. Княжество слушалась безукоризненно ради благополучия сына. Первые стежки шли медленно и сложно, но вовсе не потому что Посполитый дёргался и мешал. У меня продолжали дрожать руки и приходилось прикладывать невероятные усилия, чтобы игла проходила под кожу правильно, не задевая сосуды и мышцы. Поляку дали тряпку в зубы, но он не произносил ни звука, и только холодный пот стекал по его коже. Тишина помогала сосредоточиться и успокоить нервные руки, стежки шли увереннее и увереннее. Подбираюсь к более тонкому место ранения и делаю финальный стежок, завязывая хирургический узел. Но вздыхать с облегчением было некогда. Беру из рук литовки тряпку и опять прохожусь ей по краям свежего шва, стирая кровавые разводы. Всё это время Княжество безмолвно наблюдала, разделяя с нами щекотливый момент. Получив сухой кусочек ткани, накрываю им всю рану, дабы к той поступал кислород и клетки могли начать заживление без осложнений. -Ему бы ещё чаю тёплого выпить, — сухо бормочу я, вставая и убирая на стол все импровизированные инструменты. Речь Посполитая, кажется, провалился в сон или потерял сознания. Княжество начала хлопотать над ним, снимая грязную обувь и накрывая его одеялом. Замираю столбом, упершись руками в столешницу. Не вериться, что я справился с полевой операцией. Сколько я в прошлом плевался на эти занятия, на практику, но в итоге это мне пригодилось в самый нужный момент. В горле запершило от накатившей желчи. Затыкаю себе рот ладонью, согнувшись над столом. Ох, вовремя отдача пошла. Чувствую на языке омерзительный вкус и ноги понесли меня на улицу быстрее, чем желудок выплюнет из себя всё содержимое. Только успеваю чуток забежать за угол, как меня наизнанку выворачивает на траву. Мгновенно появляется слабость во всём теле. Пришлось плечом опереться о стену, хватаясь руками за живот. Лишь бы снова не стошнило. Мир начал потихоньку кружиться, закручиваться, а сил стоять почти не оставалось. На улице всё ещё шёл холодный дождь — я и продрогнуть успел моментально. -Что же тебя на улицу понесло! — раздаётся рядом строгий взрослый голос и на плечи мне падает что-то тяжёлое и невероятно тёплое. Крепкие руки помогли мне подняться, придерживая и не давая свалиться обратно. — Пошли в дом. Королевство Польское аккуратно помог мне вернуться в сухое помещение. Я весь вздрагиваю от большого количества мурашек, сиротливо потоптавшись на месте босыми ногами. Княжество вместе с хозяйкой обернулись на нас и чуть ли не синхронно охнули, обратив внимание на мой внешний вид. Я и до этого красавчиком не был, а сейчас вовсе похож на персонажа из мультика Тима Бёртона. -Ох, милок, боже ты мой, — Великое Княжество подошла к нам, бережно обняв меня за плечи и повела в сторону. — Люба моя, как там обстоят дела на улице? — через плечо спрашивает литовка, усадив меня на стул. Плотнее стараюсь укутаться в накидку старшего поляка, страдая от охватывающего меня озноба. Потряхивало меня уже знатно. -Солдаты всё проверяют, часть тел оттащена в лес, — с трудом прислушиваюсь к ответу альфы. Так вот значит, где он пропадал. Мать следит за сыном, а отец за его людьми. Королевство подходит к кровати с сыном и убедившись, что с ним всё в порядке, с недоумением оборачивается на жену. Княжество же в это время промывала мне лицо тёплой, мокрой тряпочкой точно так же, как я промывал рану гусару. Не сопротивляюсь и позволяю женщине позаботиться о себе, потому что сам я уже ничего делать не мог и не хотел. Каким образом я ещё держусь и не падаю от бессилия даже для меня загадка. Я уже не держал накидку Королевства и та покоилась на моих плечах только на силе веры. -Кто зашил рану? — единственное, что спросил старший альфа. -Россия, — ответила Княжество, не отвлекаясь от меня. С трудом, но поднимаю глаза на Королевство и вижу его лицо, полное изумления, но вскоре оно заменяется искренней благодарностью. — Милок полон сюрпризов, — слегка, совсем невесело улыбается литовка, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. Приподнимаю уголок губ, оценив её слова по достоинству. Вскоре в домик подтянулась ещё пара служанок с Стесняшей во главе. От них так и разило инициативой и желанием помочь за километр, так что Княжеству пришлось их впустить при условии, что те будут вести себя тихо. Неизвестно откуда мне добыли сменную одежду, обогрели и напоили горячим, пряным чаем. Речь Посполитую опасно было тревожить, так что его лишь дополнительно укрыли ещё одним одеялом, поплотнее укутав. Дали о себе знать и мои ступни, на которые смотреть аж страшно. Кожа исцарапана и вся в синяках, благо, что мне удалось их промыть, но нормально ходить я не скоро смогу. Выяснилось, что хозяйка домика первая вызвалась помочь и приютить у себя резко обездоленную и раненую страну. Я в целом приятно поражался тому, как щепетильно и с уважением люди относятся к Речи Посполитой. Они не боятся его и искреннее хотят помочь. Подобное отношение не могло не тронуть сердце. -Милок, как ты себя чувствуешь? — ко мне за стол присаживается литовка. Поднимаю голову с рук, сонно смотря на лицо женщины. Она тоже выглядит устало, но, в отличие от меня, она не так измученна и я этому рад. Омега коснулся моей руки ладонью. -Паршиво, — честно отвечаю ей, мельком поглядываю на кровать с Посполитым. Выглядит безмятежным, но во сне я плохо понимаю, что он чувствует. Лишь бы рана не воспалилась и не загноилась — нынче сложно будет найти современный медцентр, где смогут исправить косяки хирурга недоучки. Княжество взволнованно поджала губы. — До сих пор не верится в произошедшее. Как бы я хотел, чтобы всё оказалось просто сном, — с горечью признаюсь в своих чувствах, потупив взгляд. Ощущения нереальности нет, я полностью осознаю, что произошло. Нападение, пожар, ранение. Все мои худшие страхи смешались в единый кошмар, но самого страшного удалось избежать — нет потерь с нашей стороны. И всё благодаря РП. Он настоящий воин и, я уверен, он бы выбрался сухим из этой передряги, если бы не ринулся меня защищать. Он остался без оружия и это стало его ахиллесовой пятой. Если бы только я был сильнее… -Прошлого не вернуть, милок, — сочувственно качает головой литовка. Она сама с трудом переварила происходящее. — И ты прекрасно справился с тем, чтобы уберечь своё настоящее. Рот открывается в стремлении вякнуть «Да, если бы не я…», но я сам себе даю мысленный подзатылок, захлопнув нахрен рот. Не время сейчас давить на жалость. -Это были шведы? — спустя пару минут молчания, подаю вновь голос. Княжество чуть дёрнулась, не ожидав, что я вообще снова заговорю и положительно кивает головой. — Они в край обнаглели, — гневно сжимаю кулаки, вспоминая, как на территории предка они разгуливали так же безнаказанно. Всё идёт не по истории. Швеция как-то пронюхал о планах троицы стран и начал нападать первый, причём исподтишка. Как наглое зверьё, что сперва пару раз тыкает, проверяя, даст ли добыча сдачи, а потом нападёт в полную силу. Если мы не будем к этому готовы, Швеция сожрёт нас и не подавится. -Им за это воздалось, — качает головой женщина, намекая на гору трупов, что лежит теперь в лесу. Бр, жуть какая. -Но Швеция на этом не остановится, — протестующие смотрю на омегу, но та не настроена была на политические дебаты сейчас. Она и так морально выжата до предела. Хозяйка дома предложила ещё остаться мне в доме и предложила скромную — по её словам — койку. Я не хотел покидать гусара ни на минуту, так что легко соглашаюсь с предложением. Королевство и Княжество ушли под крыло других людей и пообещали утром вернуться. Прощаясь, литовка крепко обняла меня и, когда я обнял её в ответ, смог услышать её сдавленный всхлип. После этого во мне что-то с треском надломилось. Оставшись в комнате наедине со спящим поляком, я шаркая и едва поднимая ноги, подошёл к кровати и без сил рухнул подле неё, положив голову на руки. Я не могу оставить его одного. Только не сейчас. -Россия? Не нахожу в себе сил даже голову поднять, только глаза слегка приоткрыл, смотря на светлый силуэт рядом с кроватью. -Россия, мне так жаль, — Герцогство подлетает ближе. По плечам пробегает холодок, но касания нет. — Ох, Россия, — девушка едва не всхлипывала, всё пытаясь и пытаясь дотронуться до меня. У меня не осталось сил, чтобы как-то успокоить её и нет никакого желания открывать рот. Единственное, чего я хотел, это, чтобы мы с поляком спали в безопасности. Гера прекратила свои попытки приласкать меня, печально опустившись рядом. — Давай я посижу с тобой? — омега очень натянуто улыбается, хотя у самой слёзы в глазах. Едва заметно киваю головой, соглашаясь. Прикрываю глаза, позволив себе наконец расслабиться и забыть ненадолго обо всём. Тьма поглощает меня быстро.

***

Просыпаюсь чуть ли не с первыми лучами солнца. Всё мышцы ныли, а кости подпевали им в ответ. Болело абсолютно всё, в особенности ступни и сухое горло. Я так и заснул рядом с Посполитым на полу. Герцогства Пруссии по близости не нашлось, так что пришлось самому себя поднимать. Сделать это тихо оказалось сложнее положенного — ноги мои те ещё злопамятные ублюдки и с перчинкой напомнили все вчерашние забеги. Хотелось взвыть громче утреннего петуха, но усилием воли я держал себя в руках. Кое-как встав и постояв минут пять точно без движения, я потянулся проверить, как проходить заживление шва. Бережно приподнимаю одеяло с торса поляка, внимательно наблюдая, чтобы не нарушить его заживляющий сон. Он воплощение страны, на нас всё быстрее заживает, но даже воплощению нужно много сил, чтобы регенерировать такой глубокий порез. Посполитый остался беспристрастен и я смог осмотреть бегло шов. Не гниёт, уже хороший знак. Надо будет позже снова промокнуть края раны тёплой водой. Накрываю мужчину обратно одеялом, заботливо убрав волосы с его лица и бережно уложив их на подушку. Провожу тыльной стороной ладони по его чересчур спокойному лицу. Не бледный, его не знобит — охренеть какой он крепкий орешек. Засматриваюсь и в итоге решаюсь оставить один быстрый поцелуй поляку в щеку. Совершив задуманный грешок, ползу в сторону кухни в попытке отыскать воды. Мне страшно рот открыть и хоть звук издать, настолько оно болезненно першило. Вода нашлась в небольшой графине. Будь я сейчас не такой разбитый, то ещё подзадумался над правильностью поступка, но сейчас мне настолько плохо, что как-то плевать. Пью прямо с горла и тут же захожусь в раздражённом кашле. Сорвал голос да с подливой! Больно даже воду пить! Ну, не прям очень больно, но неожиданностью это всё равно стало. Пришлось всё-таки поискать стаканчик. Налив в него воду, в этот раз куда осторожнее пью маленькими глотками. Медленно, но верно я утолил свою жажду и смочил многострадальное горло. Оставив в сторону стакан с мыслью, что я его позже сполосну, взгляд невольно зацепляется за оставленную накидку старшего поляка. Поднимаю её перед собой и, недолго думая, накидываю её на плечи. Выйду хоть на улицу и гляну, что осталось от того места, которое я успел начать называть домом. Всё равно я уже проснулся и вряд ли скоро засну обратно. Оглядываюсь на гусара — всё ещё спит — и тихонечко выхожу из дома. Пахло не так плохо, я бы сказал, свежо. За ночь дождь смог потушить весь очаг воспламенения и огонь не перекинулся на соседние постройки. Это немного успокаивало, но от роскошного дворца остались лишь развалены и угли. Пламя было настолько мощным и быстрым, что успело сожрать фактически всё. Лишь малые участки остались плюс минус в целом состоянии. Такое сложно вернуть в первозданный вид — это просто невозможно. Проще новый построить. Аккуратно ступаю по остаткам каменистой тропинки, с болью на сердце рассматривая развалины. Это место вобрало в себя столько воспоминаний и сгорело всего за одну ночь. Я даже представить себе не могу, сколько сил, времени и денег стоила постройка такой роскоши, но это место стало домом не только для Речи Посполитой и его людей, но и для меня. И мне больно понимать, что вернуть былого уже нельзя. -Посмотрите на него! С таким трудом выжил прошлой ночью и грустить из-за какого-то домика! Неприятно вздрагиваю, оборачиваясь на знакомый и не желаемый голос. Призрак вчерашнего нахала укоризненно упёр руки в бока, чуть ли молниями в меня взглядом не стреляя. От души закатываю глаза, меньше всего сейчас желая общаться именно с этим потусторонним представителем. -Ой, да когда же Вы себе язык откусите, — с другой стороны от меня появилась гордая дама с длинной косой. На её заявление мужчина нахохлился пуще прежнего, мгновенно пропадая и появляясь позади девушки. Только нахал захотел что-то сказать, как дама взяла и откинула назад толстенную косу, эпично ударив мужика по лицу. Тот ошалело отпрянул, а довольная собой девушка ухмыльнулась. -Чего вам опять от меня надо… — я не очень рад появлению новых знакомых, чуя некий подвох. Прошлая наша встреча закончилась весьма плачевно. Мне страшно представить, что может произойти теперь. -Не волнуйся, юноша, мы не вестники беды, — сбоку от меня появился один из тех, кто вчера предпочитал молчать и ободряюще мне улыбнулся, заведя руки за спину. — Мы хотим помочь тебе. -С чем? — закономерно интересуюсь в ответ, изогнув брови. Если они хотят помочь мне слечь в могилу, то зря стараются, я и так с этим неплохо справляюсь. -С этой напастью, — с другой стороны появляется Гера, более спокойная, чем вчера. Тоже успела переварить случившееся, хотя я не до конца понимал, почему она так переживала. Я ведь ей никто. -Твоё появление не в своём времени, изменение истории и начало нового мора — всё это связано между собой, если ты всё ещё не понял, — гордая девушка скрестила руки на груди, строго смотря мне в глаза. Не очкую и не отважу взгляда, получив на свои храбрые потуги довольный смешок. -И сколько вам об этом известно? — рассматриваю призраков уже не как возможную помеху, а как вполне научно актуальный интерес. Если им известно куда больше, чем они говорят, то я был бы не против послушать их россказни. -Предостаточно, — фыркает мужик нахал, фигурально сплюнув. Как же у меня от его поведения челюсть сводит. -Тогда в чём заключается ваша помощь? — старательно делаю вид, что настроен миролюбиво. Надо тянуть из них информацию, пока они расположены к разговору. Спокойный мужчина задумчиво покачал головой. -Мы не даём тебе умереть, — сделал он вывод, улыбнувшись. Давлюсь воздухом, лихо вспоминая всю прошедшую ночь. Нихуясе помощь! Одна Стесняша сделала больше, чем все эти призраки вместе взятые! — А ты возвращаешь покой в мир. -А он у него потерялся? — недовольно фырчу, совсем как нахал мужик и тут же себя одёргиваю. Чур меня! -Оставь шутки для победного клича, — машет фривольно рукой гордая дама. Она точно была альфой, вот чуйка моя прям бьёт тревогу. — Тебе нужно привести это время к концу. -Что, простите? Не успеваю даже всерьёз воспринять её слова, хлопнув глазами и глупо улыбнувшись. -Ты уже изменил течение времени и сам в этом убедился, — девушка кивает в сторону пепельных развалин. Непроизвольно сглатываю. — Мы существуем так давно и неужели ты никогда не задумался о том, почему столь могущественные существа, как мы, умираем? Кривлюсь, совсем не понимая ход её мыслей. -Потому что мы тоже люди и мы похожи, — не знаю, насколько суразно отвечать логично на такие слова. Девушка закатывает глаза. -Мы им подражаем. Держи эту мысль в голове, мальчик. -А вы можете не говорить загадками? И тогда всё сразу станет проще, отвечаю, — развожу руками, едва сдерживая в себе порыв от души выругаться. Ничего не понятно, загадывают мне какие-то доисторические шарады и требуют прыгнуть выше головы. -Ты должен окончательно всё испортить, так понятнее? — грубо высказывает нахал, а я молча проглатываю свой ахуй. -Вы не понимаете, что говорите, — прикрываю лицо ладонью. Эти, прости господи, призраки мнят себя всезнающими мудрецами, но они ведь нифига не понимают в этом! Люди в моём времени, благо, додумались до всяких теорий касаемо эффекта бабочки и прочего и я могу себе представить, что будет, если я кардинально поменяю историю. Я могу вообще не родиться! Хер его знает, что случится, если не произойдёт Северной войны со Швецией? Вдруг Российская Империя умрёт раньше положенного или не встретит ту самую омегу, что родила ему сына? Тут такая цепочка внушительная из последствий, а эти призраки думают, что всё будет так просто! Бум и всё, как кассету заново записать? Наивные идиоты! -Ещё как понимаем, Россия, — снисходительно вздыхает спокойный мужчина, хотя насчёт его вменяемости у меня теперь сомнения. — Ты уже запустил процесс и он не обратим, но ты страдаешь из-за этого. -Спасибо, верно подметили, — не скрываю иронии в смешке. Страдаю, это мягко сказано. -Но благодаря одной умной даме, что преподнесла тебе правильный подарок, у тебя теперь выросли шансы на успех, — гордая девушка неоднозначно ткнула мне в грудь в то место, где под одеждой покоился кулон. Тут же прикладываю ладонь, пряча кулон. -Это просто безделушка, — скептично изгибаю брови и на удивление чувствую, что камешек-то опять нагрелся. Причём греется всё сильнее и сильнее. — Какого чёрта? -Ты бы спросил у неё, чем являет собой твой камень, — весело хмыкает дама, а мне вот нихуя не весело. -И что? Вы предлагаете мне перекроить историю по новому? — быстро забываю просто кулон с подогревом, вернувшимся к первоначальному вопросу. Духи синхронно переглянулись и самый спокойной загадочно выдал. -Не перекроить, а сшить заново. -Я шить не умею, — и гаденько улыбаюсь в духе Пруссии.