Яблоки. Копья. Война

Я совру, если скажу, что не люблю просыпаться в доме отца, особенно, когда тот настроен на семейный лад. Но сегодня явно не тот случай. Проснулся в этот раз я не от головокружительного аромата блинчиков, а от того, что в меня, как нашкодившего кота, пшикнули из пульверизатора. На кровати я не подорвался, но проснулся с таким охуевшим лицом, что суровое лицо папы сразу преобразилось и он хотя бы стал улыбаться. -Выспался, пьянь молодая? — насмешливо изгибает губы коммунист, скрестив руки на груди. Я выразительно проморгался и сдул с лица влажную прядь волос. Прислушался к своим ощущениям — да вроде отлично выспался, не удивлюсь, если на часах уже за полдень и получил пшиком в лицо я чисто из-за этого. -Да, пап, отлично спал, спасибо, — подтягиваюсь на кровати и стараюсь улыбнуться, не обращая внимание на брызги воды, что противно стекали с лица за шиворот. РСФСР фыркнул себе под нос, но я же вижу, что он уже успел перебеситься, хотя я завалился к нему в уличной одежде в кровать и нарушил его блаженный сон. Чувствовал ли я угрызения совести? Определённо, но не так сильно, чтобы загоняться по этому поводу. Как говорится, и не такую херню переживали. — Прости, что без приглашения приехал с ночёвкой, просто мне на пьяную голову мысли шли дебильные и ты оказался лучшим усмирителем бед, — поднимаюсь с кровати и сходу заключаю папу в объятия. РСФСР для вида ещё пофырчал, но отталкивать меня не стал, обняв меня одной рукой, которая свободна от машины смерти для кошек. -Не ввязался в проблемы — спасибо и на том, — снисходительно отвечает отец, взъерошив мои волосы. Долго обниматься мне не дали и вскоре он мягко расцепил наши объятия. Я наигранно расстроенно посжимал пальцы вытянутых рук, надеясь, что папа вернётся обратно, но РСФСР давно уже не поддаётся на мои провокации. — Но в следующий раз ты так легко не отделаешься. А сейчас иди, умойся, а то морда у тебя страшная с утра, — коммунист весело усмехнулся, а я возмущённо вдохнул полной грудью. У меня-то морда страшная?! Хотя да, согласен, по утрам, да ещё и после алкоголя, я правда страшненький. -А что у нас на завтрак? — между делом спрашиваю я, уже почти скрывшись за дверью ванной комнаты. РСФСР только успел убрать в сторону пульверизатор и, не оборачиваясь, прошёл на кухню. -Что дадут, то и будет, — загадочно ответил мужчина, оставляя меня в смешанных чувствах. А может и не до конца перебесился отец, раз начал говорить загадками. Но я всё равно ни о чём не жалею! Закончив с водными процедурами, я рукой махнул на испорченную со вчера причёску — я папин воробей, мне не дано иметь аккуратную укладку волос. Я уже давно перестал сетовать на злодейку судьбу, за такие шутки, потому что у всей моей семьи — ну с которой я знаком лично — послушные волосы, что им не надо прилагать усилий для красивой причёски. Маги-чародеи у меня в семье сплошные, один я певчий воробей. Как оказалось, ничего загадочного в завтраке не нашлось, папа всего лишь меня припугнул. Рисовая каша с ягодами и хлеб с маслом — отличное начало дня, особенно после бурного вечера, наполненного не самыми приятными увольненцами. Кстати об этом. -Пап, а ты же знаком с Пруссией? — решаюсь задать волнующий меня вопрос, как только мы дружно поели с отцом и мирно попивали чай. РСФСР сёрпнул из чашки и косо на меня посмотрел. -Только не говори, что за тобой ухлёстывает ещё и он? — с подозрением прищурился коммунист, а у меня чуть сердце в горло не прыгнуло. Да упаси боже! -Фу, нет! — открещиваюсь от предположения отца, ещё и руками замахал, чтобы тот точно понял, насколько ошибся. РСФСР аж выдохнул с облегчением, продолжив сёрпать чаем. -Тогда да, знаком, — спокойно отвечает мужчина. — Но я с ним редко пересекался, сам понимаешь, почему. Откуда у тебя такой интерес вдруг появился? -Да вот тоже не повезло с ним пересечься, — стоило мне это сказать, как лицо отца чуть перекосило. Видать припомнил, каково это общаться с этим пруссом. — Он всегда был таким… странным? — едва не ляпнул «припизднутым», но вовремя осёк себя. Папа не ругает меня за маты, но меня ругает совесть. РСФСР задумчиво мычит, стуча указательным пальцем по столу. -Не могу точно сказать, это надо спрашивать у Империи — он-то с ним водился задолго до моего появления, — наконец отвечает мужчина и поднимается из-за стола, намериваясь убрать со стола грязную посуду. -О, отлично, тогда я приглашу дедушку в гости? — не по серьёзке предлагаю я, улыбнувшись. Отец замер, сконфуженно поджав губы. Забавно, вроде они уже более менее ладят, а реакция у папы с годами не меняется. — Я шучу, расслабься. -Шутник нашёлся, — отец резво подошёл ближе, наведя на моей голове ещё больший беспорядок. — Но я знаю, как ты по нему скучаешь. Может и не такая это плохая идея, но имей в виду, что жить он будет у тебя в случае чего. -Да его бы вытащить из Москвы, я только буду рад, — прикрываю один глаз, пока папа чухает меня по волосам и улыбаюсь. Как же приятно, что папа не отзывается о своём отце негативно и даже соглашается со мной. А в мои детские годы от одного упоминания монарха коммунист начинал ядом плеваться. — Деда же не любит тусоваться в одном городе с другими увольненцами, особенно его эпохи. -Я почти всех из его эпохи на дух не переношу, но это не мешает мне жить рядом с тобой, — гордо заявляет РСФСР, потрепав меня теперь за щеку и широко улыбнувшись. — Но от Пруссии лучше держаться подальше. Если Речь Посполитая и не желает тебе зла, как ты говоришь, то этот фрукт может от скуки чего натворить. У него язык подвешен, имей это в виду, и лучше не пытайся вступать с ним в дебаты для своего же спокойствия. -Да нафиг он мне сдался… — бурчу себе под нос, вспоминая вчерашнюю стычку. Я вообще не знал, что он тоже будет в этом баре! И он сам ко мне подошёл. Вот что прикажете делать в такой ситуации? Руки в ноги и убегать? Мне гордость этого не простит. — Меня другой фрукт беспокоит. -Кто? — папа недоуменно качнул головой. -Да есть один, — встаю из-за стола, помогая убрать посуду. РСФСР помощь оценил и тоже подключился к действию. — Ты не один меня к Речи Посполитой ревнуешь, — папа саркастично изогнул брови. Ой, по тонкому льду хожу! — Его внук тоже засуетился. Видать побаивается, что я могу в его семье обосноваться, — не сдерживаюсь и вредно хихикаю. А что? Для меня это пока что единственное объяснение, почему младший поляк так на меня взъелся. -Ох, — отец неожиданно застывает, странно смотря на меня. Я вопросительно хлопаю глазами. — Думаю, причина тут совсем другая. -Да? Какая же? — я не придал значения заминке папы, включив воду в раковине и начав методично мыть посуду. Всё честно — папа приготовил, а я помыл. РСФСР ставит свою часть посуды рядом с раковиной и опирается о ближайшую тумбочку спиной. Мужчина скрестил руки на груди, сохраняя молчание, а мой вопрос так и остался без ответа. Что же, если ему надо над этим тщательнее подумать, то я не буду мешать ему своими расспросами. Быстро домываю посуду, следом убрав её на место. Папа очень глубоко погрузился в своим мысли и та гримаса, что застыла на его лице, не предвещала ничего хорошего. Я, вроде как, знаю, что произошло между моим отцом, Третьим Рейхом и Польской Республикой, но неприятное прошлое не мешает свободно дружить той же Германии и самому Польше. А Германия, на минуточку, правопреемница и дочка Третьего Рейха. И ничего, нормально общаются, поляк её даже уважает побольше, чем меня. -Пап, ты там связь с космосом уже ловишь? — устраиваюсь под боком омеги, слабо тыкнув его в бок. РСФСР будто бы ожил и мотнул головой, натянуто улыбнувшись. -Нет, просто вспомнил кое-что неприятное, — коммунист вяло чешет затылок. Надо бы его взбодрить, а то у него по любому были грандиозные планы на сегодня — куда же без них? — и будет грустно, если после разговора со мной он отменит их. -Я так и понял, — понимающие киваю, заключив папу в кольцо из рук и уткнувшись ему в плечо. — Всё, поразмышляли и хватит. Давай мы тебе организуем встречу с БССР? Папа сразу вздрагивает, не то с возмущением, то не со смущением уставившись на меня. -Зачем БССР? У меня дел сегодня много! — отец тут же засуетился, выбравшись из моих объятий и начал мельтешить по кухне в поисках чего-то неизведанного и неизвестного. Стоит ему пригрозить встречей со старшим белорусом и любую хворь, как рукой снимает. Больно БССР любвеобильный, даже больше, чем Речь Посполитая, а мой папа не из тех, кто готов терпеть такую ласку двадцать четыре часа в неделю от альфы. Убедив отца в том, что я не пришлю к нему подмогу в виде старшего белоруса, я спокойно отчалил в свою квартиру. Погостили и хватит, так сказать, у меня тоже дела планировались. Заскочив домой и собрав нужные документы, я решил ненадолго сгонять в офис. Задачка простая и не требует много времени, поэтому после офиса я настроен встретиться с РП. Отец вряд ли поможет мне разобраться с Пруссией, а вот тот, кого прусс причисляет к неразрывной связи со своей истории — да. Искренне не хочу втягивать в этом поляка, но мои полномочия уже просто «всё». Я не знаком с Королевством и понятия не имею, что от него ожидать. А вдруг реально какую пакость получу в спину? Думается мне, что этот альфа не привык отступать от своей цели, если таковую наметил. Неприятно, конечно, осознавать, что я чья-то цель, но лучше буду действовать на опережение. Хрен ему, а не мои нервы! «Доброе утро! Ты сегодня занят?» — отправляю сразу сообщение Посполитому, как подъехал к офису. Время подходящее, он давно уже проснулся и скоро ответит. «Доброе утро. Для тебя могу освободиться», — чуть ли не мгновенно пришёл мне ответ, а я даже не успел переступить порог здания. И благо, потому что широкая улыбка будет слишком неожиданным сюрпризом для всех, кого я встретил бы. Вот как он так формулирует предложения, что только от них я могу почувствовать приятное тепло в груди? «Это несрочно, мы можем вечером встретиться». «Тебя забрать?» Я тихо хихикнул себе под нос, переминаясь с ноги на ногу, так и не войдя в здание. Никуда оно от меня не убежит, а вот поворковать договориться о встрече надо. Как-то так незаметно я стал соглашаться всякий раз, когда поляк хочет меня забрать сам и никакая гордость голос не подавала. Омежья сущность на горло ей наступает и поддакивает заботе альфы. «Давай. Я буду дома. Подъезжай, как освободишься и не вздумай из-за меня откладывать дела или торопиться!» «Постараюсь». Я довольно заулыбался, вообще не контролируя выражение своего лица. Постарается! На мне весь мир не крутиться и Посполитому тоже надо заниматься своими делами, а я подожду, между прочим. Но мне приятно знать, что он готов бросить всё и примчаться хоть сейчас — эгоистичненько, но как это радует мою романтичную омежью натуру! Я в этом ему не признаюсь, не-а, никогда, а то ещё слушаться перестанет и будет срываться по поводу и без. -Как ты мило улыбаешься, — чуть ли не подпрыгиваю на месте, услышав над ухом противный знакомый голос. — Со своим альфой воркуешь? — Пруссия ехидно растянул губы в улыбке, чуть наклонившись ко мне, что я в два прыжка отступил от него как можно дальше, состроив самое злое выражение лица. -Ты какого хрена тут делаешь?! — возмущённо цежу сквозь зубы, чувствуя, как испуганно тарабанит моё сердце. Я ведь даже не почувствовал, как он подошёл ко мне со спины. Будь проклята моя невнимательность! Сильно увлёкся перепиской и вообще связь с миром потерял, а прусс, сцука, не дремлет! -Как грубо, — надменно закатывает глаза альфа, выпрямившись. — Уже на «Ты» перешёл? -Решил с тобой не церемониться, — с подозрением присматриваюсь к пруссу. А у Пруссии губа не дура — одет с иголочки, красиво и дорого. Вчера я чот внимание на одежду не обратил, а Королевство не в чём попало щеголяет. Я на его фоне какой-то бедный, хоть и при деньгах. — И как удивительно совпало, что мы с тобой встретились аккурат на новый день. Ты что следишь за мной? — тут же перехожу в наступление, напрочь забыв об предостережениях отца. Королевство насмешливо вскинулся, словно я филигранно пошутил лучшую в его жизни шутку, а не обвинил в сталкерстве. -Мне по твоему больше нечем заняться? Много на себя берёшь, юноша, — посмеивается прусс, элегантно прикрыв улыбку ладонью. Ох, уж эти аристократичные замашки в двадцать первом-то веке. — Но вынужден с тобой согласиться — судьба явно нам благоволит, — улыбка альфы стала только шире, хищнее, из-за чего у меня по спине пробежались холодные мурашки. Тьфу, тьфу, тьфу! Мужчина подходит ко мне опять и тянется к моей руке с непонятными намерениями, но я уворачиваюсь и злобно скалю зубы. -Руки не распускай, — предупреждаю его, чуть ли не шипя. — Мне твоя компания не улыбается, так что больше не подходи ко мне, если не хочешь проблем. -Малыш умеет кусаться, — посмеивается альфа не подстать мягким голосом. Будь я наивным дурачком, меня бы такое обмануло, но хрен ему, я не поведусь на такой дешёвый трюк. — Не бойся, в мои планы не входит делать тебе больно или что ты там себе придумал? -Да пошёл ты (!) — едва не срывается с моих губ вежливый посыл нахуй, как вижу, что в нашу сторону идёт Германия. Девушка выглядела, как всегда, спокойно, но завидев меня в компании своего предка, выразительно нахмурилась и ускорила шаг. Вот дела, надо бы свалить, пока я не стал соучастником семейной драмы. Только делаю шаг в сторону, как меня незаметно ухватывают за кисть руки, вынуждая остаться на месте. Вот жучара какой, а! -Здравствуй, милая, — меня аж передёрнуло от того, как резко голос прусса стал звучать ласково и нежно, стоило ему обратиться к наследнице его земель. Германия приветственно кивнула, скрестив руки на груди. -Здравствуй, Пруссия, — не иначе, как с уважением здоровается немка и косится на меня, сквозь стёкла своих очков прожигая меня очень странным взглядом. Не надо, Германия, мы с тобой так давно знакомы, не надо уже в своей голове строить странные теории! — Вы знакомы? -Повезло вчера познакомится с очаровательным наследником Российской Империи, — беззаботно улыбается альфа, глянув на меня взглядом, а-ля «Только пикни о вчерашнем». — Пока я ждал тебя, мы культурно побеседовали, — Республика слегка приподняла одну бровь, но в этом жесте читалось куда больше. Германия явно не верит старшему и не верит вполне обоснованно — он пиздит! — Раз ты уже закончила, то позволь я отвезу тебя домой. -Да, спасибо, — сдержанно кивает девушка и опускает взгляд вниз. Как же вовремя альфа отпустил мою несчастную руку! — Что же, до встречи, Россия, — омега вновь кивнула, на этот раз прощаясь и направилась в неизвестном направлении, но, скорее всего, к автомобилю этой гадюки. Стоило девушке отвернуться, как Королевство прищурился в ядовитой усмешке. Точно змеюка. -Рад был повидаться, хоть и недолго, Россия, — слащаво тянет моё имя Пруссия и отсалютовав рукой, идёт вслед за правопреемницей. Я остаюсь смотреть им вслед, молча охуевая с этого дня. Жил себе не тужил и вот повезло повстречаться с этим прости господи! Нет, я категорично против общения с этим хамом! Гордость гордостью, но я расскажу РП всё! Авось он даст дельный совет или подскажет, как отвязаться от Пруссии, пока он не присосался ко мне как пиявка. После такого неприятного столкновения, простая задачка растянулась на грёбаных три часа. А всё потому что я не переставал прокручивать в своей голове весь диалог и гневался всё больше, не стесняясь в выражениях и матерных эпитетах. Радовало лишь одно — сегодня Польши нет в офисе и хоть от него я спасён. Второго такого змея я не вынесу за один день. Разобравшись с остатками документов, я, выжатый, как лимон, вернулся домой, где с порога улетел лицом в кровать. Сил осталось на донышке, а время ещё не вечер. Можно закинуться стаканчиком кофе, но меня всё равно беспощадно тянуло в сон. А ещё хочется спрятаться одному поляку под бок и, чтобы тот не подпускал никого ко мне, пока я сплю. Идея заманчивая, но в нынешних реалиях не осуществимая. -Ы-ы-ы, — фырчу в подушку, не сдержав наплыва эмоций. — Да в пизду! — стукаю кулаками по кровати и подтягиваю к себе телефон. Может под бок я и не попаду, но поспать всё равно могу! Ставлю себе будильник и блаженно падаю обратно на подушку, предвкушая два часа беспечного сна. Главное не проспать звук СМС или звонка Посполитого. По ощущениям я только начал засыпать и кайфовать от жизни, как меня тут же будит раздражающий звон, но отнюдь не будильника. Едва раздуплившись смотрю на экран своего смартфона и ловлю небольшой приступ, увидев несколько сообщений от Посполитого и кучу пропущенных звонков. А звон всё продолжался. Слетаю с кровати на крыльях чистейшего ахуя и лечу к входной двери. Даже в глазок смотреть не надо, чтобы узнать кто там так настойчиво меня ждёт. С опаской открываю дверь и натягиваю на лицо виноватую улыбку, увидев перед собой не на шутку взволнованного альфу. Как я это понял? Он поди уже дверь выбивать собирался, прицениваясь боком для удара. Надеюсь, что мне это почудилось спросонья. -Прежде чем ты что-то скажешь — у меня есть весомое оправдание на этот счёт! — сдавленно хихикаю, потирая правый висок. Однако альфа не спешит по праву возмущаться и только облегчённо выдыхает. — У меня был очень напряжённый день, вот я и вырубился. РП понимающие хмыкает, снисходительно приподняв уголки губ. -Всё в порядке, — уверяет поляк и мягко притянул меня к себе, заключая в тёплые объятия. Довольно мычу, зарывшись носом в изгиб шеи мужчины и обнимая его в ответ. Стало так спокойно и приятно, что пропало всякое желание жаловаться на несносного прусса. Чуть погодя меня целуют в висок и щёчку. — Как ты? — Посполитый не отстраняется и не разрывает объятий, а мне это только в радость, правда стоять в подъезде не очень удобно. -Вот об этом я и хочу поговорить, — поверхностно намекаю альфе на тему разговора и хлопаю его по плечу, нехотя прося меня отпустить. Поляк лишь слегка отстраняется, мило наклонив голову. У меня аж дежавю с сегодняшнего утра, как я папу упрашивал возобновить объятия, только теперь я на месте РСФСР. — Раз ты приехал, то давай посидим у меня? Если ты хочешь, конечно. -Хочу, — кивает утвердительно мужчина. У него чуть ли глазки не блестели от радости. -Тогда чувствуй себя как дома, — улыбаюсь шире, приглашающие качнув головой вглубь квартиры. Посполитый едва глянул туда и, кивнув каким-то своим мыслям, подхватывает меня на руки под мои невразумительные писки. Быстро он себя, как дома почувствовал! И дверь за нами умудрился закрыть, акробат польский! Посполитому не составило труда найти гостиную с диваном, куда он и приземлился вместе со мной. Меня он расположил почти у себя на коленях, вновь укрывая в своих объятиях и зарываясь носом в мои волосы. А меня, по чесноку, всё устраивало и я не торопился возмущаться. Я тоже соскучился и нуждался в такой незамысловатой ласке, особенно после встречи с Королевством. Мы чуть-чуть посидели в умиротворяющей тишине и только потом я осторожно ввёл РП в курс дела. Во всех красках поведал о вчерашней и сегодняшней стычке, не скупясь на личные комментарии и на мнение окружающих. Посполитый сразу навострил уши, только услышав имя прусса и чем дальше длился рассказ, тем ощутимее он напрягался — это даже мог почувствовать я, просто сидя к нему спиной. -Во-о-от, — подвожу итог своего мучительного монолога, обернувшись на альфу. Посполитый выглядел задумчиво, в негативном смысле. Нагрузил я его этим рассказом. — Что мне с ним делать? -Старайся избегать его, — советует аналогичный совет, что и отец, РП крепче сжимает объятия, словно боясь, что в квартиру резко вломится Пруссия и заберёт меня у него. — Я сам с ним разберусь. -Что ты собираешься делать? — небольшой червячок сомнений прогрыз дыру в моём мозге. Под «Я сам разберусь» он имеет в виду что? Поговорит с пруссом по-мужски? Посполитый ненавязчиво отвёл взгляд, думая о чём-то своём, и меня это стало беспокоить всё больше. Я совершенно не имею понятия о том, как поляк решает такие вопросы и мне, откровенно говоря, теперь боязно узнать. -Ничего противозаконного, — наконец подбирает слова альфа, опустив подбородок не на макушку. Что-то меня это совсем не утешает. Чувствуется доля недосказанности. — Всё будет хорошо, обещаю, — РП целует меня в темечко, своим горячим дыханием защекотав голую кожу. Я вжал голову в плечи, фыркнув от смеха. -Ну, если обещаешь, — силюсь поменять положение, чтобы сидеть лицом к лицу и альфа мне охотно помог, правда я не рассчитывал, что сяду в такую вызывающую позу. Я ему прям почти на пах сел задницей. У меня ушло ровно пять секунд на осознание сие факта и следом я сдавленно захихикал Посполитому в плечо, скрывая красное, как томат, лицо. — Неловко получилось. -Разве? — альфа улыбается, с озорными бликами в глазах, и расположил ладони на моей пояснице. Ничего пошлого, всё целомудренно, но я всё равно чувствую, как мои уши пылают, как церковные свечи. Ей-богу, я не девственник, но этот поляк точно проверяет мои нервы на прочность в такой момент. И ведь упрекнуть его нельзя — сам полез, сам виноват. — Ты смущён? -Очень, — честно признаюсь я, но принципиально смотрю мужчине в глаза. Дескать «Я смущён, но не сломлен». Альфу эту позабавило и он мягко целует меня в губы, почти невесомо, и я поддаюсь на эту провокацию, поддавшись вперёд и углубляя этот поцелуй. В мои планы это не входило сегодня, но я чертовски рад, что иногда поступаю без согласования поступка с головой. Широкие ладони поднялись выше, к лопаткам, чтобы теснее притянуть к своему обладателю, хотя казалось бы, куда ещё ближе? Но выяснилось, что всё-таки есть куда и я окончательно съехал на пах альфы. Вопреки мимолётному желанию завизжать, я решительно обнял поляка за шею, слушая быстрый стук сердца в собственных висках. И судя по моим скромным ощущениям, не один я взбудоражен внезапной близостью — соприкасаясь с грудью Посполитого, я тоже могу ощутить, как гулко бьётся его сердце. Я первый отрываюсь от поцелуя, загнанно дыша, и искренне желая сейчас опрокинуться в чан с холодной водой — тело пылало от столь интимной близости с альфой, а наш поцелуй стал главным катализатором всего торжества. Глаза Посполитого так же блестели от той кучи эмоций, что он обычно скрывает за стеной невозмутимости, но в подобной близости скрыть свои чувства уже не получится. Пульс у нас двоих сейчас явно выше нормы и только сейчас я начинаю по настоящему вникать в теорию Беларуси. Родственные души значит? Может быть, но может с небольшими различиями, однако, в данный момент это всё равно меня беспокоит меньше всего. -Ты планировал вернуться сегодня домой? — тихо спрашиваю я, бегая глазками от глаз поляка на его ключицы, наблюдая за тем, как сильно вздымается его грудь. РП неоднозначно ведёт плечами — мне и не нужен внятный ответ, вопрос я задал чисто номинально. — Как насчёт поночевать в этот раз у меня? — пока во мне играла дикая храбрость, я поспешил озвучить столь резкое для меня предложение вслух. Адреналин фигачил по ушам, что, наверное, я не расслышу ответа, но это такие приятные ощущения. Это не пресловутые бабочки в животе, а как микро разряды тока по всему телу, после которых наступает блаженная нега на едва заметном уровне. И сильнее всего это чувствовалось в местах нашего соприкосновения. Воистину между нами искра, пха. -Буду только рад, — мужчина наклоняет чуть голову, едва прищурив глаза с улыбкой. Вот и всё, Россия, вот ты и встал взрослым омегой, который тащит в дом ночевать своего альфу. Папа будет не в восторге, но главное, что сейчас моя омежья сущность ликует и радуется.