О поисках и находках

Прислонившись лбом к холодному автомобильному стеклу, Рон смотрел, как капли стекают вниз длинными узкими дорожками, догоняют те, что уже ждут внизу, сливаются с ними и бегут дальше, все быстрее, пока не исчезают из виду. Он подавил зевок вместе с проклятиями в адрес английской погоды и повернулся к другу. — Похоже, так весь снег, который за выходные выпал, растает. — Угу, — кивнул Гарри, переключая скорость: машины перед ними еле плелись, потому что видимость становилась все хуже и хуже. — Да не так уж много его и было. Рон завороженно уставился на скользящие по ветровому стеклу щетки: вперед-назад, туда-сюда, туда... Он потряс головой, чтобы мысли встали на место. — Когда я был маленький, мама рассказывала,что капли росы и дождинки — это такие феи, настолько крошечные, что их почти не разглядеть, — сказал он и добродушно усмехнулся. — Ну то есть это было задолго до того, как я с ними лично встретился. С феями, я имею в виду. Не с дождинками. — Спасибо, что уточнил, — Гарри на мгновение отвлекся, глядя на бегущие по стеклу капли, потом снова уставился на дорогу. — Красиво. Дурсли, по-моему, всегда считали, что дождь идет из-за меня. Рон не знал, что сказать в ответ, так что просто промолчал. — Ты точно уверен, что готов? — спросил Гарри, после того как они пару миль проехали в тишине. — Жизнь без магии может показаться очень сложной, Рон, если ты никогда этого не делал. Рон нахмурился: — Шеклболт не сказал, что нам совсем нельзя колдовать! Он велел ограничиться крайними случаями и безвыходными ситуациями. — То, что нужная книга находится на другом конце комнаты и тебе лень поднимать задницу с дивана — не крайний случай. Мы должны вести себя, как настоящие магглы. — Тебя послушать, так я никогда без магии не обходился как будто! Забыл, что мне каждое лето на каникулах приходилось жить дома и не прикасаться к палочке? — Да, — признал Гарри. — Но ты совершеннолетний уже почти четыре года и все это время пользовался магией без перерывов. Рон еще больше нахмурился: — Ты так говоришь, как будто это какое-то суперсложное испытание! Мне кажется, будет даже интересно! Посмотреть на эту маггловскую школу и все такое. — Школа как школа, Рон. Ну кроме... — Кроме того, что ученики живут так круглый год, потому что у них нет другого дома? И кроме того, что там спрятана часть души самого злого волшебника страны? — Да, — кивнул Гарри. — Кроме этого. Рон сполз чуть ниже на сиденье и все-таки зевнул, чуть не вывернув челюсть: — Я, наверное, относился бы к этой нашей миссии с большим доверием, если бы сведения не исходили от бывшего Пожирателя и Трелони. — Он потянулся, насколько позволял низкий потолок машины. — Зачем Сам-знаешь-кому прятать один из крестражей в маггловском приюте? Он же ненавидел это место! — Но этот приют был его первым домом, — заметил Гарри. — И Орден, кажется, почти не сомневался в информации. Сам знаешь, Пожиратели сейчас что угодно выдадут, лишь бы выбраться из Азкабана, да и предсказания Трелони иногда сбываются. Рон фыркнул, и уголки губ Гарри дернулись в усмешке. — Хоть бы сказала, где конкретно искать и как эта чертова штука выглядит. Или я как-то не так понимаю слово «виденье»? — Ну это так не работает, Рон! Гермиона говорит, предсказания изначально настолько нестабильная область знаний, что с их помощью нельзя дать ответ на какие-то конкретные вопросы. Предсказания не просят, они приходят сами, независимо от того, хочет того медиум или нет. — А тебя не удивляет, что Гермиона больше нас знает о предмете, который мы изучали, а она — нет? — Нисколько, — рассмеялся Гарри. — Ну да, — Рон ухмыльнулся. — И меня тоже. И именно поэтому, кстати, она подошла бы больше, чем ты и я. Гермиона — прирожденный учитель, а что мы с тобой, дружище, знаем о преподавании? — Вообще-то я учил вас в Отряде Дамблдора на пятом курсе! — заметил Гарри и добавил: — И потом, ты будешь играть роль завхоза, а не преподавателя, а уж с метлой ты обращаться умеешь. Рон отвернулся к окну и что-то неразборчиво пробормотал. В машине стало тихо, только дворники равномерно шуршали по стеклу — взад-вперед, туда-сюда. Следуя указателю, Гарри свернул налево и бросил на Рона быстрый взгляд. Тот водил пальцем по стеклу, прослеживая сбегающие вниз капли. Гарри вздохнул слегка раздраженно и отчасти виновато, хотя и был совершенно ни при чем: это Шеклболт решил, что Рон будет завхозом, а самому Гарри досталась роль учителя физкультуры. Им нужно было проникнуть в старую школу Волдеморта и найти последний крестраж, прежде чем тот попадет в чужие руки, и лучше всего это можно было сделать на месте. Свободных вакансий оказалось всего две. Одному из них пришлось взяться за метлу, а Гарри в любом случае знал о маггловском спорте больше, чем Рон, тот до сих пор в правилах футбола толком не разбирался! Но, похоже, Рон воспринял распределение ролей как очередное доказательство своей незначительности по сравнению с Гарри... Гарри незаметно пожал плечами и решил сменить тему, чтобы отвлечь друга от невеселых мыслей: — Слушай, а эти феи... — он мысленно поморщился, столько наигранной беспечности было в его голосе. — Феи росы и феи дождинок чем-то отличаются или нет? Рон повернулся к нему, долго смотрел, хлопая глазами, потом медленно покачал головой. * * * Когда они через час с небольшим приехали на нужное место, Рон заметно повеселел, да и дождь перестал. Гарри въехал в распахнутые железные ворота, которые узнал из воспоминаний Дамблдора, и Рон наморщил нос при виде открывшегося им зрелища. Темный каменный прямоугольник, внутренний двор с голыми полосками газонов — взгляду зацепиться не за что. — Что, все маггловские школы такие? — удивлялся он, пока Гарри разворачивался. — Не то чтобы я судил только по внешнему виду, но пока Хогвартс явно ведет один-ноль. Гарри нажал на тормоз и поставил машину на ручник. — Это не просто школа, Рон, — напомнил он, вытаскивая ключ из замка зажигания. — Это еще и детский дом для сирот. — Хм. Ну да. Рон распахнул дверцу, перепрыгнул через лужу, поджидавшую его у машины, и хлопнул дверью, закрывая за собой. Он подождал, пока Гарри выберется, потом обошел машину, чтобы помочь вытащить вещи, глубоко втянул свежий после дождя воздух и огляделся. — А какая была твоя маггловская школа? Нахмурившись, Гарри протянул Рону одну из сумок. — Другая. Ну что, готовы, мистер Уизерби? Рон скривился, услышав эту фамилию. Хотя Волдеморт вроде бы не уделял особого внимания местам, в которые прятал свои крестражи, и охрану возле осколков своей души не выставлял, но осторожность никогда не помешает! Грозный Глаз открутит им головы и отправит в Азкабан, если они будут недостаточно бдительны — например, назовут свои настоящие имена. — Готов, — подтвердил он и зашагал вслед за Гарри к входной двери. Они поднялись по ступенькам, Гарри нажал на кнопку звонка, скинув сумку с плеча, послышались быстрые шаги, потом дверь распахнулась. На них вопросительно смотрела девушка лет двадцати, держащая в руках кучу тряпок и какие-то бутылки. — Да? — Гарри Эванс и Рон Уизерби из «Вудлэнд и Фортунель», — сказал Гарри. — Мы сегодня первый день работаем... Нам нужно к мистеру Роуландсу. — Ага, понятно, — девушка отступила в сторону, пропуская их. — Идите за мной, покажу, где его кабинет. — Спасибо. — А один из вас на место завхоза же, да? — спросила девушка, пока они шли по длинному коридору. — Э... Да. Я, — не очень охотно сообщил Рон, волочивший за собой сумку. — Тогда мы будем вместе работать! Я тут уборщицей. Она повернула направо и постучала в первую же дверь. — Войдите! — Мистер Роуландс, тут господа Уизерби и Эванс. Те, из кадрового агенства. — А, да. Хорошо. Пусть войдут. Девушка отодвинулась и махнула Рону и Гарри, приглашая их войти в кабинет директора. Оставив сумки в коридоре, они переступили порог кабинета, сначала Гарри, за ним Рон. Маленький седоволосый человечек поднялся из-за покрытого бумагами стола и поспешил им навстречу, протягивая руку. — Не знал, что вы приедете вместе, но так даже лучше. Два зайца одним выстрелом, так сказать, — бодрым голосом провозгласил он, выпуская руку Рона. — Присаживайтесь, обсудим несколько практических вопросов, а потом сможете распаковать вещи. И, Гергана, — добавил он, обращаясь к девушке, которая как раз собиралась уходить. — Не будешь ли так добра показать мистеру Уизерби, где он найдет все необходимое? Я поместил его в четыреста двенадцатую, можете примерно через часик вместе все обойти. Девушка кивнула и вышла. — Ну что ж, господа, — мистер Роуландс снова вернулся за стол и улыбнулся гостям. — Вижу, вы добрались без проблем? Гарри и Рон поспешили заверить его, что добрались они замечательно. — Очень, очень хорошо! Вы, наверное, заметили, что в коридорах и во дворе никого? У нас сейчас идут занятия. Младшие из детей в гостиной с воспитателем, старшие — на уроках. Последние уроки заканчиваются как раз около трех, то есть довольно скоро. Гарри и Рон согласно кивнули. Совершенно не обязательно было просвещать директора, что они заранее ознакомились с расписанием школы и отнюдь не случайно приехали во время уроков, оставшись практически незамеченными. — Наш день обычно начинается в шесть с завтрака в столовой. Но в это время завтракает только персонал, дети просыпаются в полседьмого, — продолжал мистер Роуландс. — Завтрак длится до восьми, но вам, мистер Уизерби, хорошо бы приходить к шести, потому что наши уборщицы начинают рабочий день в семь. Рон снова кивнул, хотя и подозревал, что подобное геройство выше его сил. — Уроки начинаются в восемь и длятся по сорок пять минут. Ланч у дошкольников в одиннадцать, у старших детей — в двенадцать. Потом снова уроки. Вы можете сами выбрать, когда вам удобнее, я потом покажу, где столы учеников и наших работников. Обед у нас в пять, ужин в восемь. Хотите что-нибудь спросить? Гарри и Рон переглянулись и покачали головами. — Превосходно! Так, что еще? Ваши комнаты на четвертом этаже. Учебные классы в основном на первом и втором — мистер Эванс, спортивный зал на первом, сразу после лестницы налево. Да, помещения для персонала на четвертом, спальни детей на втором и третьем. Что-то же еще нужно было... Гарри и Рон терпеливо ждали, пока директор копался в бумагах на столе. — Да, так вот. Еще несколько моментов, — он поднимал тонкие пальцы, перечисляя: — По выходным у нас общее собрание в спортивном зале в восемь утра. Отбой в десять вечера, после этого детям не разрешается выходить в коридор. Они могут гулять после уроков до обеда и после обеда тоже. А, и по воскресеньям у нас совместная уборка, каждый наводит чистоту в меру своих способностей. Уборка? Каждые выходные? Рону захотелось высказать, что он по этому поводу думает, но он прикусил язык и несколько раз кивнул, подражая Гарри. — Ну вот наверное и все, добро пожаловать! — Роуландс потянулся через стол и пожал обоим руки. — Да, чуть не забыл, ваше расписание, мистер Эванс. Он откинулся на стуле и принялся поочередно выдвигать ящики стола, бормоча себе под нос: — Ну где же... я же помню, что положил... а, вот! Пожалуйста. Первый урок у вас завтра в восемь, старшая группа, от четырнадцати до шестнадцати. — По... понятно, — не слишком уверенно отозвался Гарри, изучая протянутый ему листок. — А... ну, к каким урокам они вообще привыкли? Учебный план был? — Можете сами составить план, как сочтете нужным. Но, — Роуландс поднял указательный палец и наклонился к ним, как будто собираясь поделиться секретом, — насколько я знаю, они любят волейбол. Ну что, пойдемте посмотрим школу? Гарри и Рон тут же согласились, и все трое вышли из директорского кабинета. * * * Рон как раз запихивал стопку одежды в пропахший старым деревом шкаф, когда в дверь постучали. — Входите, не заперто, — крикнул он и снова повернулся к шкафу, чтобы кинуть на кучу одежды упавшую на пол рубашку. — Ого! — раздался от двери голос Гарри. — Да у тебя тут камин. Рон посмотрел на друга, потом на мраморный камин у изголовья кровати. — А у тебя разве нет? — спросил он, закрывая шкаф. — Нет. Гарри уселся на кровать и с любопытством оглядел комнату. — Хм-м-м. Ну, может, они ценят завхозов больше, чем учителей физкультуры. — Может, и так, — усмехнулся Гарри. — Как ты думаешь, получится подключить его к каминной сети? Рон, который в этот момент сидел на полу, застегивая пустую сумку, посмотрел на него снизу вверх и недоуменно сдвинул брови. — Это зачем еще? И ты сам говорил — мы не можем пользоваться магией. — Во-первых, это не я говорил, а Грозный Глаз, — поправил Гарри. — Во-вторых, летучий порох не считается, это же не заклинания, со стороны ничего не заметно. А так нам сейчас, чтобы с кем-нибудь связаться, придется покидать здание. На крайний случай еще один канал не помешает. — Но... Но это значит, что в моей комнате может появиться кто угодно когда угодно, — заметил Рон, поднимаясь на ноги. — В неподходящее время! На лице Гарри промелькнуло странное выражение, прежде чем он ухмыльнулся: — И чем же ты собрался тут заниматься, Рон? — Я собрался тут спать! — Рон отвернулся и принялся расставлять на столе захваченные из дому мелочи. — И как-то не хочу, чтобы меня будили посреди ночи. — Ясно. Ну, я просто предложил, — Гарри с явным удовольствием смотрел, как наливается краской шея Рона, пока тот тщательно раскладывает на столе вещи. Когда связка ключей и расческа уже дважды поменялись местами, Рон снова повернулся к нему. — Я... Ну ладно, не такая уж плохая идея. И только в крайнем случае, да? Гарри кивнул. — Поговорим потом, ладно? Надо у Шеклболта спросить, что он по этому поводу думает. Надо, наверное, подождать до завтра, прежде чем сможем смыться из школы. Роуландс собирался представить нас за ужином коллегам, а завтра можно пойти поесть в городе. Ответить Рон не успел, в дверь снова постучали, и впустившая их в школу девушка просунула внутрь темноволосую голову: — Мистер Уизерби, если хотите, чтобы я показала вам все, лучше пойти сейчас. У меня есть немного времени, потом нужно окна на кухне помыть. — А? — Рон, казалось, не сразу понял, что обращаются именно к нему. — Да. Идем, конечно. Только слушай... Называй меня просто Роном, ладно? Мистер Уизерби звучит как-то... — он содрогнулся, не договорив. Девушка смерила его испытующим взглядом и рассмеялась: — Договорились. * * * — Мистер Палмер, математика. Мистер Коллинз, биология. Мисс Матикко, французский. Мистер Лоухорн, английский и литература... Гарри переводил взгляд с одного преподавателя на другого, следуя за тонким пальцем пальцем мистера Роуланда. Как, интересно, он должен все эти имена запомнить за один вечер? К тому же учителя казались странно похожими друг на друга. — И наконец наша преподавательница музыки, мисс Дикинсон, — завершил длинную речь Роуландс, указав на внушительных размеров даму в конце стола, которая махнула рукой и улыбнулась в ответ. — Не хочу показаться излишне любопытным, — сидящий напротив Гарри мужчина, то ли Уиггинс, то ли Уильямс, нацепил на вилку кусок помидора, — но вы очень молодо выглядите, Гарри. Для учителя, я имею в виду. Могу я спросить, сколько вам лет? — Разумеется. Мне двадцать. — Вот как? И у вас уже есть опыт работы, или это ваша первая должность преподавателя физкультуры? — Стивен, пожалуйста, отстань от бедного мальчика и дай спокойно поесть! Что за интервью ты тут устроил? — перебила сидящая рядом женщина неопределенного возраста. — Только аппетит портишь! — Ну не знаю, так ли уж это плохо, — ответил тот, кого звали Стивеном, и потыкал вилкой в куриный шницель, словно в подтверждение своих слов. На их конце стола опустилась тишина, как будто все ждали от Гарри исчерпывающей информации насчет его опыта работы — и, скорее всего, личной жизни тоже. Он тайком взглянул на Рона, который казался поглощенным беседой уборщиц рядом с ним, хотя Гарри знал: вторым ухом друг внимательно прислушивается ко всем разговором вокруг. Потом вздохнул и принялся рассказывать придуманную Шеклболтом историю некого Гарри Эванса.