Вспоминай меня

В окно светит полная луна, мне не спится. Буравлю тяжёлым взглядом потолок, пытаясь избавиться от роя непонятных мыслей в голове, но не получается. Самая ирония в том, что ни о чём конкретном и не помышляю, но груз прошлого давит на затылок. Хочется схватиться за него или же хорошенько ударить себя по лицу. Пока не понимаю, чего желаю больше. Кроме того, что хочу хотеть спать. Бросаю взгляд на часы. Половина третьего ночи. После смотрю на спящую Мэл, закрываю глаза. Вдох и выдох. Нужно быть сильным, я же мужчина. Как можно тише встаю с кровати и подхожу к стулу, стоящим у шкафа, где аккуратной стопкой сложена чистая одежда. Мэл сейчас не лезет в мой отдел, правда, я ничего не говорил по этому поводу. Но всё равно уважаю её за то, что даёт мне личное пространство даже касательно полок в шкафу. Натягиваю свитер, комбаты, мельком оглядываю Мэл. Удовлетворённо отмечаю, что она крепко спит, выхожу из спальни и прикрываю за собой дверь. Я обязательно вернусь до того момента, когда она проснётся. Даже не заметит моего отсутствия. Надеюсь. По-хорошему, нужно оставить записку или послать СМС, объясняющее, где я. Но не до этого сейчас. Я бессовестный эгоист, а не человек. Так мне и надо. Всё же беру с собой телефон, одиноко ютившийся на столике в гостиной, и ухожу из квартиры, где всё пропитано воспоминаниями. Решительно направляюсь к тому самому месту, которого избегал на протяжении двух лет, хоть оно и находится относительно рядом. Такое чувство, что он специально отмечал все места, до которых рукой подать от моего дома. Такой же ублюдок, как и я. Только хуже. Самый ужасный человек, которого встречал. И одновременно самый прекрасный. Я боюсь снова оказаться там. Сердце заходится в бешеном темпе, всё, что мне остаётся, так это нервно сжимать кулаки и еле шептать одну фразу: «Всё хорошо». Но ничего не меняется в состоянии, я всё также волнуюсь, нервничаю и переживаю. Всё вместе. Потеют ладони, даже дёргается левый глаз. Я очень похож на неуравновешенного. Возможно, даже не просто похож. Обхожу чей-то частный дом, и мне открывается вид на небольшой лес. Ноги сами несут дальше, хотя с каждой секундой самочувствие всё больше ухудшается. Я только сейчас чувствую, насколько ледяной ветер обдувает моё разгорячённое лицо. Немного потрясывает, но раз я уже здесь, нет смысла поворачивать и идти назад. Под подошвой ботинок хрустит снег, ещё не успевший растаять, в унисон с ветками. Не хочу привлекать внимание, стараюсь идти тише, но не получается. Плюю на это, делаю шаги шире и, наконец, подхожу к тому месту, с которого вот-вот начнётся моя агония. Отодвигаю лезущие в лицо ветки, зажмуриваюсь, глубоко вдыхаю морозный воздух, делаю несколько шагов вперёд и открываю глаза. Вода в речке уже успела покрыться тонкой коркой льда. Припорошенная снегом земля с выглядывающей сухой травой притягивает. Успеваю заметить лавочку, ту самую, на которой не так давно проводил много времени, пока не падаю на колени. Становится сложно дышать. Вновь закрываю глаза, запускаю в снег руки, чтобы отвлечь от дурных мыслей голову переменой температуры, но не помогает. Я готов скулить. Сжимаю кулаки. В ногти въедается земля, закусываю щёки изнутри и с ужасом понимаю, насколько сейчас больно. Это просто невероятно. Невыносимо. Невозможно. Не знаю, зачем я здесь. Почему я вообще сюда пришёл? Почему я нарушил своё же обещание? Я не знаю ответа на столь очевидные вопросы. Такое ощущение, что в моей груди не дыра, а кислота, которую ежесекундно добавляют внутрь, в кровь. Она быстро течёт по венам, отравляя все органы в теле, задерживаясь на мозге и где-то в районе желудка. Идиот. Нужно было остаться дома. Пытаюсь встать, но ничего не получается. И, как озарение, внезапная вспышка в голове сразу после того, как начинают гореть глаза от подступающих слёз. Поднимаю голову и смотрю вперёд, пока безудержные потоки скатываются по ледяным щекам. Вот зачем я здесь.

Первое июля, 1:27

Чей-то телефонный звонок заставляет меня подскочить на месте. Жена тоже просыпается, недоумённо поворачивая голову по сторонам. Незнакомый номер, очень странно… Под подозрительным взглядом Мэл беру трубку и неуверенно спрашиваю:  — Алло, кто это?  — Привет, это Тилль! — судя по голосу, мой друг слегка со всей силы пьяный. — Не разбудил?  — Да нет, я тут как раз гуляю, — с раздражением отвечаю, понимая, что завтра на работу и теперь точно не высплюсь.  — Правда?! — восторженно спрашивает трубка.  — Нет! — рявкаю я и сбрасываю. Наверное, хоть так поймёт, что не нужно меня будить. Мэл наклоняется ко мне, целует в щёку и шепчет:  — У тебя очень забавные друзья. Может, ему нужна помощь?  — Точно, — фыркаю в ответ, — очень нужен помощник в поглощении спиртного. Мне на работу, я сплю с самой лучшей девушкой, — при этих словах притягиваю её к себе, — никуда не пойду. И тут же слышится входящий звонок. Стону и запрокидываю голову, с досадой поджимая губы.  — Выслушай его, ну же! — Мэл перетягивается через меня, достаёт с тумбы телефон и подаёт его мне. Повинуюсь, но недовольство никуда девать не собираюсь.  — Чего тебе?  — Пауль, ты чего такой зануда? — ноет Тилль, и я понимаю, что он в говно. — Я не знаю, как мне выбраться из бара, ведь Рихард не берёт трубку.  — Интересно, почему, — хмыкаю я, но после чего с досадой осознаю, что не брошу друга. Просто не смогу. Сколько раз он меня выручал, не пересчитать, да и просто оставить человека одного не смогу. — Где ты? — устало спрашиваю и сразу кошусь на Мэл. Та нежно улыбается и кивает, показывая, что согласна с моим вопросом.  — Да там же, где и всегда. Приезжа-а-ай! — напоследок тянет он, после чего сбрасывает.  — Езжай, видишь, он без тебя не может, — хихикает Мэл, шутливо сталкивая меня с кровати. Поднимаюсь с постели, поворачиваюсь к жене и, прищурившись, спрашиваю:  — Ты даже не ревнуешь?  — К Тиллю? — хохочет она, заматываясь в одеяло. — Не-а, он мне не соперница, — вещает она, оставив открытую только голову, — спасай принцессу из набухивающей башни и возвращайся. Я мёрзну без тебя. Отдаю честь и стараюсь как можно быстрее одеться. Выбегаю из дома, спешу к машине, завожу двигатель и направляюсь на помощь к другу. Как и следовало ожидать, тот уже вовсю храпел за барной стойкой. Искренне не понимаю, почему его до сих не выставили на улицу, но молча подхожу к нему и стучу по плечу. Не реагирует. Извиняющееся смотрю на бармена, который наблюдает за этим действом, после чего наклоняюсь к уху Линдеманна и гаркаю:  — Просыпайся, красавица! Тилль бурчит что-то нечленораздельное. Возвожу глаза к потолку, совершенно не представляя, как же буду тащить эту тушу на себе, как слышу:  — Отойди и не мешайся, — немного усталый голос Рихарда невероятно радует. Даже не оборачиваюсь, чтобы посмотреть на своего внезапно появившегося спасителя, делаю шаг в сторону и наблюдая за тем, как Рихард выносит Тилля на улицу. Семеню следом за ними, выхожу в двери и вижу, что стоит только моя машина. Останавливаюсь, пытаясь вдуплить в ситуацию, но не выходит. Рихард громко цокает, дёргает плечом, поправляя сползающую руку Тилля, и гаркает:  — Что стоишь? Открывай дверь! Разблокировав двери, спешу на помощь, но Рихард быстро, как по привычке, загружает безвольное тело и громко хлопает дверцей. Присаживается рядом с машиной, запускает пальцы в волосы и прерывисто вздыхает.  — Что-то случилось? — нерешительно спрашиваю, медленно направляясь к нему.  — Да так, морозит, — как-то быстро проговаривает он, пряча взгляд. — Отвезём его домой?  — Конечно, — это всё, что могу сказать. Наверное, Рихард простужен, потому что его и правда знобит. Он кутается в куртку, которая покоится на его плечах, шмыгает носом и буравит взглядом свои коленки.  — Может, сначала тебя завезём? — снова предпринимаю попытку заговорить с ним, потому что начинаю беспокоиться.  — Нет, не нужно, — Рихард нервно стучит носком кроссовок по полу, отвернувшись. Это словно два разных человека, то, каким он был совсем недавно, а теперь… Решаю не вникать в это. Не надо, значит не надо. Останавливаюсь напротив дома Тилля, хочу помочь вытащить его из машины, но Рихард останавливает фразой:  — Боже, Пауль, сиди на месте, хорошо? Ничего, кроме как тихого «хорошо» я не могу ответить. Пялюсь на руль, ожидая пока Рихард затащит Линдеманна домой. Решаю подумать о чём-то нейтральном, но ничего толкового в голову не лезет. Да ещё и Тилль со своим обычным запоем раз в полгода — всё некстати. Никто его вытащить из этого не может, как не старается. Человеку комфортно жить именно в таком состоянии, ничего не поделаешь. Через несколько минут Рихард усаживается рядом, пристёгивается и говорит:  — Ты можешь довезти меня до своего дома, я живу совсем неподалёку. Ничего не отвечаю, просто трогаюсь с места и еду домой. Не хочется ничего, кроме как в тёплую постель к Мэл. Как обычно не спит, дожидается меня. Трогательные у неё повадки, которые часто заставляют меня умиляться каждой мелочи. Торможу у своего дома. В машине воцаряется полная тишина, разбавляемая неровным дыханием.  — Хочешь, я покажу тебе место, которое многое для меня значит? Это недалеко, — Рихард проговаривает это настолько тихо, что только через несколько мгновений я понимаю, о чём речь.  — Мне? — тупо спрашиваю я, недоумённо глядя на него.  — Ага, — словно он ожидал, что я уточню. Смотрю на часы, половина третьего ночи. Стрёмно. — Это быстро, — Рихард чувствует моё сомнение, — я просто покажу, и ты пойдёшь домой. Просто раз уж я сейчас не один, то нужно, чтобы кто-то со мной был. Судьба, — после этого он прикрывает глаза и качает головой, словно себе не веря. Не нахожу силы отказать, поэтому через пару мгновений мы идём по безлюдной улице. Интересно, что в его понимании «недалеко»?.. Но когда мы заворачиваем за чей-то дом и идём по лесу, то понимаю, что скоро окажемся на месте. Постоянно отодвигаю от лица ветки деревьев, но упорно иду вслед за Рихардом, который уж больно шустро двигается вперёд. Он останавливается. Судя по поднявшимся плечам, глубоко вдыхает и выходит из маленького леса. Выхожу за ним и очаровываюсь от красоты природы. Негромко плещется речка, трава щекочет лодыжки, неподалёку от нас стоит лавочка с причудливыми завитушками наверху. Смотрю на Рихарда, чувствуя, что слишком счастливо улыбаюсь, но тот игнорирует всё, усаживаясь прямо на землю. Присаживаюсь рядом на корточки, не вникая в ситуацию, и чего-то жду. Наверное, какой-то реплики, но Рихард молча смотрит на речку и всё. Неосознанно повторяю его действия. Приходит умиротворение и лёгкая тоска по ушедшим временам. Тем, когда я был совсем маленький или даже ходил в школу. Всё было так беспечно и несерьёзно, что сейчас хочется хохотать над теми проблемами, которые волновали тогда. Чудесно иногда сидеть молча рядом с кем-то, кто не рвётся говорить. Порой нам всем нужна тишина. Даже таким общительным людям, как я.

***

Мэл спит, когда я захожу домой. Мэл быстрее меня уходит на работу, пока я впихиваю в глотку кофе, на прощание кротко улыбнувшись и желая хорошего дня. Мэл обнимает какого-то парня на улице. У меня сейчас обеденный перерыв и я решил прогуляться. Увиденное не трогает меня так сильно, как думаю. Я почему-то был уверен, что у неё кто-то есть. Невозможно жить два года с человеком, который существует лишь в прошлом. Мэл искренне улыбается, когда они перестают обниматься и идут дальше. И только я стою, не чувствуя холода, в тонкой водолазке и шапке, подставляя ветру горящие щёки. Хорошо иногда постоять и помолчать. Пусть даже рядом никого нет.