Wolf

Для Тао началась жизнь полная разочарований и огорчений. Он ненавидел весь мир. Какого чёрта это произошло именно с ним? Почему он стал целью своего врага? Почему его пометили и обрекли на всю жизнь страдать и жить с нелюбимым и не по любви?! Подумав об этом вновь, Тао кинул очередной кувшин с настойкой ромашки в стену, разбивая тот вдребезги. Шум слышали все, но никто не смел входить в пещеру. Сейчас все знали, что находиться там, это то же самое, что войти в клетку к голодному льву. Выйти оттуда живым, или же не покалеченным – невозможно. Усмирить его мог лишь один… Но и он осознавал всю свою оплошность. Нельзя было насиловать Тао. Сейчас ситуация идёт под откос и вероятность того, что Тао полюбит Кая и станет его парой – так же мала, как и шансы Тао выйти из этой ситуации. Кай совершил огромную ошибку, о которой жалеет уже сейчас. Спустя всего сутки. Он поступил слишком необдуманно. Но Кай не из тех, кто слишком быстро сдаётся. Сам кашу заварил – самому и расхлёбывать. Но даже если сейчас разговора не получится – он будет стараться вновь и вновь, пока не убедит Тао. Кай медленно встал с насиженного места и направился к пещере, откуда доносились рёвы и звуки чего-то битого. Страх и опасения усилились. Вдруг, Тао не захочет его слушать, а только зарядит в него каким-нибудь кувшином и отправит в бессознательный сон? Ведь, сейчас он явно не в лучшем расположении духа. Или, вдруг… - Так. Нельзя накручивать себя, иначе что-нибудь действительно произойдёт. Нужно просто поговорить… просто поговорить… Кай убеждал сам себя, когда оттаскивал камень от входа в пещеру. Его тёмные ушки навострились, а хвост стал ходить ходуном от чувства чего-то нехорошего. Но он продолжал продвигаться вглубь пещеры, пока не увидел Тао, сидящего на коленях и устремившего свой взгляд куда-то в стену. Он был настолько опустошённым, разбитым и унылым, что невольно захотелось подойти и прижать его голову к своей груди, медленно гладя по спине, и приговаривая, что всё хорошо и скоро всё наладится. Кай медленно обошёл Тао и теперь смотрел на его профиль. Тао находился в каком-то астрале, даже не замечая, что к нему пришли. Из глаз медленно катились слёзы, но Тао даже не вздрагивал, просто потому, что устал плакать. Устал проклинать свою судьбу и винить себя в произошедшем. Его нога по-прежнему была скована, но цепь была достаточно длинной, чтобы он мог свободно перемещаться по пещере. Руки были сложены на коленях, а голова немного отклонена влево. Слёзы всё капали, а бездонные и пустые глаза не были наполнены ни злостью, ни ненавистью, ни даже грустью. Пустота и небольшие искорки боли и отчаянья. - Тао, я… Но что-то в Кае замкнуло, когда он попытался начать разговор. Понял, что сейчас говорить с Тао бессмысленно? Он всё равно не слушает, а летает где-то в своих мыслях… Любые слова сейчас будут тонуть в глубинах подсознания, не достигая точки размышления и осознания. Сейчас Тао пустой. В нём ничего нет. И ничего в его голове сейчас не отложится. Даже если Кай к нему притронется, то это не поимеет должного эффекта. Тао не отпрыгнет, но и не прильнёт к тёплым ладоням. Ему всё равно. Ни противно, ни приятно. Краски как-то стушевались в его глазах. Померкли и поблёкли. А последние эмоции капают из его глаз вместе со слезами. Скоро там даже пустоты не останется. Просто бездонность и дыра. Кай не знал, что делать. Как поступать в такой ситуации. Это противное чувство безысходности и отчаянья. От Тао веяло приятным запахом его пары, но Каю не становилось от этого приятно. Наоборот, как-то саднило внутри. Чувство вины, что он испортил жизнь молодому волку, сделал его собственностью. Даже не парой, а простой игрушкой. С такими же стеклянными глазами. Кай сел рядом с Тао, пытаясь смотреть в ту же точку, куда и он. Слова застряли где-то в горле. Что сказать, Кай не знал, но и извиняться в такой ситуации просто нет смысла. Это всё равно, что просить прощения у трупа, за то, что убил его. - Знаешь… - хриплым голосом начал Тао. – Не знаю, что у тебя на уме, но просто не думай об этом. Ты уже поставил свою метку на мне, и извиняться сейчас нет смысла. И какие-либо слова сейчас тоже просто бессмысленны. Мне твои извинения ни к чему. Они не вернут мне свободу, так же, как и гордость и достоинство. Легче будет сдохнуть… Кай не может ему возражать, потому что… согласен с ним. Если бы он оказался в такой же ситуации, то тоже предпочёл бы смерть, чем такой остаток жизни. Но убивать Тао Кай не собирался. - Тао, ты… Может быть, ты сменишь своё мнение на счёт меня… и… - А смысл? Кай, пойми. Нам не быть парой. Как минимум потому, что мы с тобой из разных стай. Тем более, враждующих. Тебя никто не заставлял меня метить. Ты мог просто убить меня и тем самым облегчить задачу и себе и не обрекать меня на такое будущее. Но нет… ты такой же упрямый баран, как и Чанёль. Ты всё делаешь по-своему, даже не заботясь о мыслях, чувствах и мнениях других. И не нужно сейчас отрицать это и отнекиваться, ведь оба мы знаем, что я прав. Кай хотел возразить, но до него вовремя дошло, что Тао действительно прав. Что бы Каю ни говорили, он всё равно всё и всегда делал по-своему. И плевать на то, что он разбил уже много сердец, совершил кучу ошибок, обрёк много волков на ужасную жизнь… Такие волки в рай не попадают. - Кай. Пойми уже это и оставь меня в покое. Либо убей прямо сейчас. - Тао, я не собираюсь тебя убивать! – вскрикнул Кай, хватая Тао за локоть. Каю действительно хотелось наладить отношения, как-то сблизиться. Попросить прощения, в конце концов… Но холод во взгляде Тао так и сквозил, пресекая все пути на корню. - Кай, не трогай меня… - спокойно попросил Тао, убирая от себя руки Кая. Безнадёжно… Ошибка слишком велика и слишком глупа, чтобы её исправить. Этот холод в сердце Тао не разбить ничем. А уж сейчас, когда его держат тут в качестве пленника, это совсем невозможно. Кай медленно опустил глаза вниз, прижимая ушки к голове. Его рука медленно соскользнула с локтя Тао, давая понять, что больше он к нему не притронется. Кая не покидали мысли о том, что возможно, это была его последняя попытка сблизиться с Тао… Он медленно поднялся с пола и, ещё раз посмотрев на по-прежнему сидящего Тао, начал медленно продвигаться к выходу. - Чонин… - Что? – не расслышал Тао. - Зови меня Чонин. Это моё настоящее имя. Больше они не обменялись ни одним словом. В пещере воцарилась тишина, которой так хотелось Тао. Покой и тишина. Он устал от этой вечной суматохи. Устал расти одним лишь охотником, не зная ни любви, ни ласки. Устал от постоянных вздоров с Чанёлем, его опорой и лучшим другом. Устал от безнадёги… Хотелось вырваться из этих оков, пробежаться по всем запретным территориям, даже по тем, что находились за Артродисом. Хотелось искупаться в Лэйне. Хотелось развеяться, развлечься… Хотелось жить… а не просто существовать и выживать. Но куда ему теперь, с таким-то запахом и цепью на ноге. Остаётся только доживать свои дни в этой пещере. Одному, так и не найдя своей любви и так и не став вожаком стаи… *** Кай вышел из пещеры совсем никакой. Опущенная голова, опущенный и безжизненный хвост и прижатые к голове ушки. Что ему ещё сделать, чтобы Тао поверил ему? Простил его? Выслушал его? Ответы на эти вопросы кроются глубоко в глубинах души самого Тао. Каю и самому сейчас нужно подумать, что и к чему. Как поступить дальше, и стоит ли продолжать весь этот парадокс дальше? Ведь Тао уже просил убить его, лишь бы не продолжать всё это. Лишь бы поскорее закончить… Чтобы обдумать всё в более подходящей обстановке, Кай направился к обрыву скалы, откуда открывался красивый вид на леса Артродиса, на полную и яркую Луну в ночном полумраке. На тысячи звёзд, усыпающих ночное небо. Там мысли приходят сами. Решения происходят спонтанно, а трудные задачи становятся решаемыми. Кай сел на край обрыва, свешивая ноги. Свежий ночной ветер обдувал тело, приводя мысли в порядок. Кай тихо выл себе под нос, пытаясь войти в образ этой ночи. Кажется, что эта дорога бесконечна. Сколько времени он уже один? 10 лет? 15? Ни друзей, ни семьи, ни любви… есть пара, да и то без толку… И смысл от его жизни? Ведь, ничего толкового он в ней не сделал. Только убивал ради стаи, да и то – по приказу. Сколько ему ещё нести это бремя? Устал, серьёзно. Очень устал. Хочется просто найти свою половинку, завести семью, народить маленьких волчат и жить в своё удовольствие. Никаких приказов, никаких убийств и отнятия жизней. Но, видимо, Кай нагрешил в прошлой жизни, раз сейчас мучается в этой. Сплошная чёрная полоса, и никаких проблесков. Только несчастья, боль и страдания. В уголках глаз начали скапливаться слёзы, а вой перешёл на сопение. Хочется исправить свою жизнь. Хочется простой и беззаботной жизни. Возможно, даже одиночкой. Лишь бы никаких обязательств и подчинений. Кай поднял влажные глаза на белую Луну. Казалось, будто она тоже грустна, как и Кай. Будто тоже хочет другой жизни, другой обстановки, но она всего лишь Луна. Что она может? Только двигаться по своей оси вокруг планеты. По одной и той же дороге… изо дня в день, из года в год. На протяжении нескольких тысячелетий. Кажется, что только Луна и способна сейчас понять Кая. Она так же одинока, так же грустна и так же однообразно существует. - Может, просто отпустить его?.. – тихо спросил Кай самого себя. Ведь и правда. Здесь Тао просто не протянет долго, а на воле, хоть как-то, но сможет жить. Сможет забыть всё, что тут произошло. Сумеет смириться со своей участью и останется одиночкой. Звучит не очень хорошо, но, по крайней мере, это лучше, чем если он просто зачахнет, постоянно сидя в тёмной пещере. - Нет, я не могу отпустить его сейчас… лучше, пусть он придёт в себя и немного поправится, а там и посмотрим… Кай до конца ночи так и просидел на этом обрыве, размышляя о своей жизни и о возможных вариантах её улучшения. Если, конечно, таковые имелись… *** Сюмин, Чанёль и Бэкхён сидели возле костра в лесу и размышляли, как бы им лучше подобраться к поселению Кноксов. - Бэк, ты там жил с ними, может быть, ты знаешь, где у них есть слабая точка, чтобы подобраться? – спросил Чанёль. - Но мы же решили, что Бэкхён будет приманкой. – вспомнил Сюмин. - Нет. Этого не будет. – резко отрезал Чанёль. – Всё может выйти из-под контроля, и тогда я уже не уверен, что смогу вытащить Бэкхёна оттуда. Поэтому просто проберёмся к ним и вытащим Тао. - Чанни, так не выйдет. Все входы в поселение охраняются как минимум тремя воинами. И пройти через них незамеченными невозможно. - Но что нам тогда делать? – спросил Ёль. - Сюмин сказал самый допустимый вариант. - Я, кажется, уже сказал, что против. – Чанёль начинал закипать. - Чан, у нас нет другого выбора. Охрану усилили вдвое, с тех пор, как вы с Бэкхёном сбежали. Вы не пройдёте сквозь них. – Сюмин пытался вразумить младшего. - Но!.. - Никаких «но»! Чанёль, всё будет в прядке, обещаю. – спокойно сказал Бэкхён и взял руку Чанёля в свою. Я уже потерял тебя однажды и не позволю свершиться этому вновь. - пронеслось в голове у Чанёля, и он сжал ладошку Бэкхёна, позже отпустив её. Чанёлю действительно сложно было свыкнуться с этой мыслью, что Бэкхён будет живой приманкой. Чанёль знал, что у них всё получится и пройдёт без единой заминки, но противные мыслишки про неудачу всё равно закрадывались в голову, обвивая всё своими грязными лапками. - Хорошо. Тогда завтра и пойдём к Кноксам. А сейчас спать. – сказал Чанёль и потушил костёр. Когда Чан уже лёг, то почувствовал, что на его талию что-то упало, а когда повернул голову, то увидел, как его обвивают маленькие ручонки. Горячее дыхание устремлено между лопаток, а ноги сплетены с ногами Чана. Ёль не стал возражать, а только взял ладошку Бэкхёна в свою, показывая, что Бэкхён с ним в безопасности, и что никуда больше Чанёль не уйдёт. Спустя какое-то время, когда все уже точно спали, Чанёль аккуратно снял с себя конечности Бэкхёна и пошёл немного подальше от их ночлега. Он вышел на просторную полянку, откуда прекрасно было видно Луну. - Боже, пожалуйста, помоги нам спасти Тао. Я не дам Бэкхёна в обиду, обещаю. Только помоги нам… Чанёль с надеждой и мольбой в глазах смотрел на яркую Луну, озаряющую весь лес. Кажется, настала пора возвращаться обратно, пока Бэкхён не проснулся. Но вопреки опасениям Чанёля, Бэкхён даже не сменил своего положения. Чанни лишь улыбнулся такому зрелищу, лёг рядом с Бэкхёном и прижал его к себе, согревая и защищая ото всех. Тихое и размеренное сопение согревало его грудь, подрагивающие во сне пальчики щекотали кожу, а теплота внутри разливалась всё сильнее и сильнее. Обещаю, с тобой ничего не случится. Просто будь рядом…