Любовь и голуби.

Десять лет назад.

      Сильный топот по широкой тропинке в маленькой деревушке поднимал пыль по всей улице. Четверо ребят явно были в приподнятом настроении, раз решились побить младшего, соседского мальчишку, за яркую внешность и богатых родителей. «Лови его!», «Голубой! Голубой!», громкие вздоры раздавались эхом как в деревне, так и в памяти. Запыхавшийся, тринадцатилетний парень со всех ног бежал домой, теряя по пути все свои рисунки, что он нарисовал ещё будучи на старой детской площадке. Ведь, всё из-за того, каким он родился! С раннего детства его привлекало искусство, а из-за не бедных родителей, он мог это развивать. Посещал кружки, лепил скульптуры, рисовал и занимался танцами. Казалось бы, обычный ребенок с яркой жаждой деятельности, но для маленькой деревни под Инчхоном — выпендрёжник! Это клеймо шло с ним сквозь года, сквозь время. И вот, он почти возле своего двухэтажного, кирпичного дома! Ноги уже устало ныли от такого быстрого бега, поэтому, Чонин решил на мгновение повернуться, осмотреться, есть ли кто ещё сзади. Но зря, ведь озлобленные парни уже дышали ему в спину. Не успел он разволноваться, как споткнулся о первый же камень на своём пути, и с грохотом упал на оголенные колени, слегка корябая об асфальт и маленькие ладошки. Ян уж было приготовился к самому худшему, но как по заказу, пришёл спаситель — старшеклассник и его сосед. — Отойдите от него! — высокий, кудрявый парень перегородил им путь, закрывая своей спиной юного Чонина. В руках у старшего был самодельный лук, и такие же самодельные стрелы, таким оружием можно смело защищаться, и защищать! Тринадцатилетний ребёнок в этот момент был готов расцеловать своего спасителя, ведь он не только отогнал обидчиков, но и протянул ему руку, помогая встать с окровавленных колен. — Спасибо! — почему-то радостно сказал Ян, вытирая горькие слёзы с розовых щек. — меня Чонин зовут! — А я Кристофер! — также, с улыбкой, отвечал старший, помогая ему отряхнуть грязные, ободранные до крови колени от песка и пыли. Немного поболтав, они решили скрыться у пруда, чтобы снова не встретиться с теми злыми детьми. — А ты почему убегаешь? Нужно защищаться! — Я же маленький, и хрупкий! — удивленно говорил Чонин, размахивая руками пока они сидели на мягкой траве, а его колени в несколько слоев были обклеены мокрыми подорожниками. — Вот если ты меня защищать будешь, я тебя поцелую! — Ты что, этот… — скромно перебирал слова шестнадцатилетний подросток, перочинным ножом оттачивая свои стрелы из сухого камыша. — Голубой? — Какой ещё голубь? — не переставал удивляться младший, круглыми глазами смотря на своего спасителя. — Ну, тебе мальчики нравятся, что-ли? — уже поворачиваясь к собеседнику спросил Кристофер. — А если и нравятся! То что? — поняв о чем речь, Чонин звонко рассмеялся хватаясь за плоский живот. — Какая разница, «кто», главное почему и как сильно! — Верно. — сухо ответил старший, задумчиво возвращаясь к своему опасному делу. Как выяснилось, друзей у старшего было по минимуму, а те что были — на лето разъехались. И вот, каждый летний денёк они собирались у пруда, Кристофер научил младшего делать лук и стрелы, показывал поля с цветами и красивые окрестности. Вместе они воровали кукурузу, а когда решили пойти за яблоками — Яна укусила злая собака, что ему даже накладывали швы на ногу, и делали сорок уколов в живот! Но даже в этот момент, Чан был рядом как настоящий лучший друг, за окном маленькой больнички, заботливо, либо напевал что-то под окном, либо подкидывал в открытую врачом форточку маленькие, полевые голубые цветочки. По вечерам, он за руку отводил его на лавочку, что была расположена на высоком холме, рассказывая по пути страшные истории, а после, уже на месте — разоблачая их, чтобы Чонин не плакал. Как в фильмах с красивым началом и концом, они никогда не забудут ту дружбу, и те старые, тусклые уличные фонари вдоль их улицы.

***

Прощание.

В конце лета, отцу Яна предложили работу в Сеуле, и завтра, они должны были уехать с мамой, чтобы заселиться в новую, шикарную квартиру в центре города. Дождавшись вечера, Чонин уже почти в слезах пришёл на их место встречи, к всегда тёплому, и чистому пруду, ещё какое-то время дожидаясь близкого друга у берега, и он пришёл. Пришёл — как и обещал, ведь он всегда исполняет свои обещания! — Привет, малявка. — на радостях, старший в прыжке приземлился рядом, приобнимая Яна за спину, — Давно сидишь? Темнеет уже… Младший, как в последний раз посмотрел на него, и до сих пор помнит. Его вечные, прогулочные, растянутые отцовские треники, такая же, постоянно грязная водолазка и сандали на носки! Конечно же, милые, естественные кудряшки, белые как снег волосы и самодельный лук из камыша. — Кристофер… — уже плача, он прижался к его груди, трясущимися руками хватаясь за его и так растянутую водолазку. — Завтра я уеду, и мы никогда не будем вместе! Чонин чётко почувствовал, как сердце друга забилось чаще, поэтому, он ещё сильнее прижал к себе плачущего мальчишку. Пока Чонин ревел «как девчонка», Кристофер боялся проронить и слова, от чего даже дышать было сложнее. Неужели, его хрупкий друг оставит его? — Я обещаю тебе… — серьёзно сказал старший, смотря своему соседу прямо в глаза, — Мы ещё встретимся! Через год, или десять, встретимся! На улице уже вовсю пищали сверчки, а фонарь над ними показательно потух. Бабушка Кристофера вместе с высокой, и строгой мамой Яна пришли за ними, приглашая друзей пойти по своим домам. А Кристофер всю дорогу до дома, крепко держал дрожащую, холодную руку младшего в своей, провожая его до самой калитки. Родители добродушно дали им время попрощаться, так как завтра, рано утром, дом уже опустеет и они, казалось бы, навсегда расстанутся… — Бан Чан, — это прозвище ему дал Чонин, когда Крис, идя по васильковому полю нечаянно споткнулся, выкрикивая только эти два слова, — можно я тебя поцелую? Кристофер не стал отвечать, а сам немного нагнулся, поворачиваясь прохладной щекой к своему маленькому другу. Но, не всё так просто! Младший положил ладошки на его холодные щеки, притягивая ближе и трепетно, чмокнул его в губы, почти сразу же отстраняясь. -Мы ещё встретимся!

***

После.

«Мы ещё встретимся», эхом отдавалось в памяти Кристофера, пока он в гордом одиночестве сидел на берегу уже родного до боли пруда. Некому больше рассказывать мистику, мифы про русалок, некого защищать, и думать больше, тоже не о ком… От своего друга у него остался лишь один рисунок, что Чонин нарисовал ему ещё во вторую их прогулку. На нём был изображен Кристофер, сильный, высокий и суровый, таким его видел Чонин, а в руках у него был лук и стрелы, но раскрашен был розовыми мелками для бумаги. Что показывало на добрую душу и сердце. Ещё какое-то время после отъезда друга, Бан Чан ходил ночами: по их улице, у пруда и на ту лавочку, вспоминая его тепло, любознательность и преданность.

***

Спустя десять лет.

Электричка быстро сокращала расстояние от Инчхона до родной деревни, а задумчивый Чонин будто прокручивал воспоминания, перебирая свои чувства по ниточке. Ему уже двадцать три года, голос и запах того деревенского парня забыты, но его имя навсегда выцарапано в сердце. Кровоточит и сочится, с каждой минутой возвращая уже взрослого Яна в любимое детство. Интересно, а он помнит? Как он? Есть ли дети, жена? Вот в жизни младшего ничего не поменялось. Он отучился на факультете Живописи, теперь он, можно сказать — художник, от слова «худо». С раннего детства он понимал, что девушки не для него, поэтому в его жизни были только парни. Но один, до сих пор достает… Душой он был свободный, а в прошлых отношениях были границы, которые упрямо сковывали, не слыша его жалобные крики. Как и завещал соседский парень, он научился защищаться. Новая жизнь, всё с красной строки! Сейчас Чонин в поиске своего Я, ему нужно уединение, вдохновение и свобода, зачем он и отправился назад в будущее. Уже на новом, «старом месте», он понял что воздух в деревне чище и вкуснее, чем в городе! Двенадцать часов утра, а он в огромных кроссовках, узких, рваных джинсах по щиколотку и белой футболке. В руках у него огромный красный чемодан, и восьмой, розовый айфон с бесконечными сообщениями от друзей. И как их любимый Чонин, мог променять клубы, ночную жизнь, на маленькую деревню в одиночестве? Смог выкупить тот участок, где жил в детстве. Оказывается, здание осталось прежним, просто был колоссальный ремонт внутри. Снаружи, осталось только подстроить под себя сад! Было бы здорово плескаться в бассейне, загорать и приглашать друзей на пикники, но на дворе октябрь и всё постепенно принимает тёплый, желтый цвет. Погода была теплая, что сразу удивило парня, в городе всё и все казалось холодным… Белые, осветленные химией волосы обдувал вкусный свежий ветер, по воздуху провожая приезжего парня к себе домой. Идти пешком было недолго, большую часть пути он успешно преодолел. Но, по пути он встречал своих бывших одноклассников, что прекрасно могли выбраться в город, жить лучше, но всех всё устраивало! Осуждающие взгляды снова вернулись, на том же месте, спустя ровно десять лет. Старые и молодые, все смотрели на него, шептались о том что с ним «С самого детства было всё ясно!». А вот Чонин бескорыстно улыбался им, гордо шагая по улице, осматривая поля и красивые пейзажи. До дома оставалось совсем немного, перейти мост и готово, но вот проблема… Огромный, тяжелый чемодан очень плохо волочился по мосту над узкой, но глубокой речкой. Чонин пытался «и так и сяк», в конечном счёте всё-таки перетащив его на другую сторону. Запыхавшись, спиной к дороге, оставляя следы на деревянном, слабом мосте. Не успел он расслабиться, выдохнуть и развернуться к дороге, как его ждал новый сюрприз. Большая, лохматая, белая собака сидела напротив. Грязная шерсть, тяжелая отдышка после бега и грубый, массивный ошейник. Некогда было думать о породе этого пса, у Чонина ещё с детства паническая боязнь собак, поэтому от страха телефон упал на пол, засыпая все динамики сухим песком и пылью. — Эй, Джек! — голос мужчины, выходящего из густой чащи леса отвлек пса от обнюхивания городского, напуганного парня. — Отойди, он же боится! Пёс послушно отошел дальше, плавно возвращаясь к своему хозяину. А вот и сам спаситель! Мужчина, почти того же возраста и роста как сам Чонин, в белой облегающей майке и камуфляжной форме, да ещё и с ружьем! Ян оттаял от ступора, постепенно возвращаясь в реальность. — Развели тут псарню! — сразу криком начал городской, поднимая свой дорогой телефон с сухой земли. — Не пройти, не проехать! Мужчина напротив, засмеялся, заботливо поглаживая своего верного пса. — Ты откуда такой истеричный? — спокойно спросил мужчина, осматривая яркого для их местности парня. Парень вздрогнул, пропуская через себя воспоминание о встрече и прощании. Перед ним стоял его бывший, лучший друг. Стоит ли спросить, напомнить? Стоит ли мутить итак мутную воду? — Не твоё дело, колхоз! — вспыльчиво ответил парень, пытаясь скрыть свои настоящие эмоции. — За собой следи! Отталкивая от себя местного, Чонин быстро прошёл дальше, узким, худым плечом задевая мужчину. Под нос он бубнил вздор, пытаясь выкинуть из головы мысль о том, что это мог быть его Кристофер.

***

Уже в своем доме, он мог расслабиться, сменить парадную маску на спокойного, милого парня. Снять этот пафос, отмыться от этих взглядов, надев на себя обычную, растянутую футболку своего бывшего молодого человека. Большой, двухэтажный дом был таким же, как и тогда. Высокие однотонные стены, тёплые полы и огромные панорамные окна. Но, больше всего, Чонину нравился просторный балкон, с душераздирающим видом на туманный лес, чистые поля со скотом. Видно было и тот высокий холм с романтичной аурой, где он проводил милые вечера и жуткие беседы. Думать о недавней встрече было больно, поэтому он включил музыку в колонках на весь дом, разбирая свои вещи и забавно пританцовывая. Неважно, кто был тот мужчина, неважно что произошло и что могло бы произойти. Ян приехал сюда, чтобы развеяться, найти вдохновение. Бывший зачем-то названивал, писал тучу смс о том, что заберет Чонина, как только найдет ту деревню куда он сбежал. Но, ведь он не сбегал? Просто расстался, начал свою жизнь. Оставил прошлую, разгульную жизнь в клубах, и захотел стать собой повседневным — немного неряшливым и неуклюжим художником. В огромных, пыльных колонках на всю играла песня «Ava Max — Not Your Barbie Girl», а Чонин всем телом подыгрывал ей. Развязно раскидывал вещи, собирал, пока песня не сменилась на «Harry Styles — Sign of the times», и уже уставший, парень вышел на балкон, чтобы успокоиться. Эмоции били через край, новое место, новая жизнь. И если отрываться, то на полную катушку! Не зря всё-таки он прихватил с собой пару бутылок шампанского с клубникой. Отключив надоедливый телефон, он накрыл себе кофейный столик, усаживаясь на мягкое кресло рядом. Никого в доме, никого за душой. Можно выдохнуть, снять кожу и расслабиться. Тёплый, осенний ветер обдувал его волосы и голые ноги, так как одет он был в одну лишь футболку и розовые носки с узором малины. Если не смотреть в даль, опустить свой взгляд чуть-чуть пониже, вид будь колоссально меняться. Старые деревянные домики, опять же — скот, дети что-то кричат на улице и старые фонари, знакомые до боли. Кажется, их так никто и не поменял с его отъезда, а насекомые так и кружили возле их желтовато-оранжевого света. Ещё ниже, через забор в саду, был, вроде, дом того Кристофера? Если пьяная память ему не изменила, именно возле этой калитки они прощались, там он и подарил парню свой первый поцелуй. И как по зову сердца, в соседний двор зашел тот самый парень, впуская вперед себя собаку. В маленьком, бедном дворике стоял курятник и одинокий трактор. «Забавно» подумал Ян, немного ухмыльнувшись. От шампанского пьянеешь быстрее, но ненадолго. Не важно, сколько пузырьков в бокале, важно лишь то, какой интересный вид открывается на оголенный пресс соседа! Чонин подошёл ближе к поручню, рассматривая соседа. Надо приглядеться получше, нужно узнать кто этот мужчина. И нужно было сделать аккуратно, тихо и «без палева». Но, тут всё наоборот… Городской парень чуть не поскользнулся, с грохотом опрокидывая бокал с напитком на землю. Сосед быстро среагировал, подарив свой вопросительный взгляд немного пьяному парню. — Всё в порядке? — поинтересовался мужчина, подходя к низкому забору, что огородил его дом от дома Яна. — Более чем. — холодно отвечал блондин, неловко опираясь на поручни. «О боже мой! Это действительно Кристофер?» — быстро пронеслось в голове молодого парня. А мужчина напротив, никак не отреагировал, спокойно заходя обратно в дом. «Всё пройдет, а ты останешься…»