Вернись в Сорренто

— Я открою! — Гарри поспешил к двери, уже зная, кого там увидит. За последние пару месяцев появление Каллисто в их доме стало привычным и почти естественным явлением. Друг выглядел не просто счастливым — он сиял и будто бы светился изнутри. Победа в состязании и примирение с Марком явно пошли ему на пользу. — Ну как вы отдохнули? — спросил он с улыбкой, когда с приветствиями было покончено и все расселись в гостиной. Гарри почти силком вытащил Северуса из лаборатории — после спонтанного отпуска тот бросился в работу с новым ожесточенным рвением. — Идеально, — ответил Гарри, не в силах подобрать другое слово. Вторая часть их каникул вышла ещё прекрасней первой — в основном, благодаря отсутствию бесконечной эмоциональной драмы и нависшей угрозы в виде Гильдии Зельеваров. — Как там Штаты? — поинтересовался Северус в ответ. — Прохладно. Но я привыкну. Кажется, мне давно подсознательно хотелось уехать из Сорренто — все-таки этот город слишком тесен для масштабной научной деятельности. Гарри мысленно с ним согласился. Каллисто, конечно, чертовски напуган, и это естественно — он-то знал, какие невероятные и жуткие ощущения испытываешь, когда твоя жизнь в очередной раз делает крутой вираж. Но без перемен не будет и движения вверх; в конце концов, всем нужно время от времени выходить из зоны комфорта. Гарри вздохнул и покосился на Северуса — вот уж кто непозволительно долго засиделся в своей зоне комфорта. Тот выглядел странно задумчивым, будто вся эта история повлияла на него сильнее, чем он мог ожидать. — Твоя жизнь теперь изменилась до неузнаваемости — Марк не против? — Будто я стану его спрашивать, — фыркнул Каллисто. — Я же не возражаю, что он гастролирует по всему миру. А вообще так даже лучше: он частенько ставит на Бродвее, так что теперь мы будем видеться чаще. Они немного поболтали о пустяках, но повисшее в воздухе напряжение не отступало, наводя на мысль, что самая важная часть разговора ещё впереди. — Я подал документы на оформление патента, — сказал Каллисто, искоса глядя на Северуса. — И взял на себя смелость вписать ваше имя рядом со своим. Темные глаза изумленно расширились: — Кто дал вам такое право?! — почти прошипел Северус. Каллисто и бровью не повёл. — Гриффиндорское чувство справедливости, которым я, очевидно, заразился от Гарри, — невозмутимо парировал он. — От вас требуется только подписать документы. Конечно, вы можете отказаться, но это сильно замедлит легализацию нашего зелья и, соответственно, помешает лечению многочисленных пациентов, ждущих своё лекарство с момента огласки... Гарри спрятал улыбку в кружке с чаем. Лицо Северуса стоило заснять на колдокамеру. Он мог бы посочувствовать Каллисто, зная, как страшен Снейп в гневе, если бы тот злился по-настоящему. Но Северус, скорее, был до крайности шокирован и возмущён. — Что бы вы там ни говорили, мы с вами отлично сработались, — продолжал Каллисто. — Без вас я бы не добился успеха, а значит, все эти люди не получили бы шанс на лечение. Но над составом ещё работать и работать, вы и сами знаете, Снейп, какие возможности открыты перед нами, какой потенциал у зелья... Северус знал. Он слегка побледнел, но молчал как рыба, грозно сузив глаза и сцепив руки в замок. Гарри начал понимать, к чему клонит друг, и внутри расцветала тихая радость. — Нам нужно продолжать изыскания. Я поговорил со своим новым начальством. Нет никаких проблем с тем, чтобы работать вдвоем, их интересует только результат. Все официально: лаборатория, ассистенты, любые средства и ингредиенты по первому требованию... Зарплата, само собой. Правда, график не такой свободный, как у вас сейчас. — Каллисто обезоруживающе улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами. Северус, напротив, был мрачнее тучи. — Вы предлагаете мне работать на американское правительство? — Ну, во-первых, не правительство, а Ассоциацию зельеваров. Во-вторых, у вас какие-то проблемы с американцами? — Я никогда не имел с ними никаких дел. — Как и они с вами, — кивнул Каллисто. — А ещё им совершенно плевать, кто такой Северус Снейп и что он совершил в прошлом — хорошего или плохого. С кем он живет или спит, им тоже плевать. Ну разве не чудесно? Судя по виду Северуса, аргумент попал в цель, хотя «чудесным» он происходящее явно не считал. Гарри внутренне ликовал, мысленно перебирая доводы, почему им надо уехать в Штаты прямо сейчас. Сегодня они ему понадобятся. — Я понимаю, вам нужно подумать, — сказал Каллисто, когда Северус так и не произнёс ни слова. — Я оставлю вам документы на патент для магической подписи и копию служебного контракта. У вас есть пара дней на то, чтобы принять решение. Он легко подскочил с дивана и, отвернувшись от Северуса, незаметно подмигнул Гарри. Тот постарался сохранить невозмутимое лицо. — Мне пора в министерство, оформлять портключ, — добавил Каллисто уже в дверях. — И да: я видел их лабораторию, мистер Снейп, это что-то с чем-то. В Европе такого не строят и не умеют. Подумайте. Гарри вызвался проводить друга. Они крепко обнялись на прощание. — Надеюсь, скоро увидимся, — сказал Каллисто. — Сколько бы я тут ни распинался, никто не убедит его лучше тебя. — Я постараюсь, — кивнул Гарри. — Спасибо! — Наконец-то я могу с чистой совестью отплатить Снейпу за его волшебное зелье, — отмахнулся друг. — Ну и тебе, конечно... за всё. — Ты ничего мне не должен, — оскорбился Гарри. — Как минимум, часть денег за ресторан. Не против, если верну в галлеонах? Пришли мне реквизиты своего счёта в Гринготтс. Как-то страшно отправлять такую сумму с Флоренцией, ещё перехватят по дороге. Они обнялись снова и наконец распрощались. Гарри постоял пару минут, улыбаясь входной двери, тряхнул головой и отправился обратно к Северусу. Ему предстояло выиграть ещё одну битву — к счастью, не самую сложную их тех, в которых ему доводилось участвовать. *** Это было их любимое время для разговоров — когда за окном сгущались сумерки, а разгоряченные тела медленно остывали, каждой клеточкой напоминая о пережитом наслаждении. Гарри пошевелился, удобнее устраиваясь в объятиях Северуса. — Значит, Америка? — пробормотал тот, поглаживая его по руке. — Статуя свободы, Гранд-каньон... — Тайм-сквер, озеро Мичиган... — Манхэттен, Аллея славы, гей-парады... — Тебе бы пошёл радужный флаг, — искренне рассмеялся Гарри. — И немного косметики на лице... Расплата последовала незамедлительно: он вскрикнул от болезненного шлепка по заднице. Северус тут же приласкал ушибленное место, словно извиняясь. — Ты уверен, что мы не сбежим оттуда? — Захотим сбежать — сбежим. Кто нам помешает? Мы можем переехать в любую страну мира. Всё в наших руках. — Перестань говорить банальности, — поморщился Северус. — Звучит так, будто у тебя нет собственных мозгов. — Меня уже лет десять не задевают колкости о моих мозгах. Твои куда круче, и всё же ты иногда прислушиваешься ко мне, верно? Они лениво сплелись языками, ставя точку в бессмысленной словесной пикировке. — Я неизбежно потеряю своих клиентов, — задумчиво пробормотал Северус, оторвавшись от Гарри. — Ну и чёрт с ними. Может быть, ты и прав: старушка Британия достаточно потрепала нервы нам обоим. — Там не придётся скрываться от журналистов, — мечтательно произнёс Гарри. — По крайней мере, до тех пор, пока мы не прославимся. — Что-то мне подсказывает, Поттер, что ты с твоим везением прославишься где угодно. — Так оно существует? Проклятие известности, — полюбопытствовал Гарри, от души потянувшись. Северус насмешливо фыркнул: — Если есть хоть один шанс из тысячи, что оно существует, ты непременно его подхватишь. — Да, — согласился Гарри. — С моим-то везением... На чердаке хлопнула форточка — Юпитер привычно отправился на охоту. Гарри подозревал, что у филина завелась подружка: в последнее время тот возвращался позже обычного, пугая соседей-магглов своим растрёпанным видом. Что ж, нельзя сказать, что Гарри не понимал его. — А как же твои друзья? Полукровка? — Рон и Гермиона смогут навещать нас, когда захотят, — пожал плечами он. — А писать статьи я смогу из любой точки мира. Только представь, сколько нового материала найдётся в Штатах... Северус рассеянно смотрел на него и, кажется, совсем не слушал. Гарри знал, о чём он думает. «Не могу поверить, что ты со мной», — говорили его глаза. Что ж, рано или поздно ему придётся. Гарри никуда не собирался. Fin