Искра

      ***       В голове шумело. Причиной была то ли боль от недавней встречи со стеной, то ли от последующего принятия неимоверного количества спиртного. Что конкретно было в разноцветных бутылках Минсок вспоминать отказывался. Картинка плыла, удваивая и утраивая ближайшие предметы и людей, асфальт норовил броситься навстречу. Нет, объятий на сегодня определенно хватит. Собрав остатки восприятия, Минсок огляделся с целью определения своего местоположения и нервно хихикнул. Фикус у двери он определенно где-то видел и приближающийся человек был смутно знаком.       - Господин Ким, - мягкий голос старика успокаивал, - это я, Ли Ёнджон, ваш сосед. Давайте я помогу Вам добраться до квартиры, вижу, вечер удался.       - Да, - голова качнулась помимо воли. - Еще как удался.       Спустя пятнадцать минут и приступ морской болезни, хорошо хоть не опозорился, парень прислонился к входной двери со стороны родных апартаментов. В ноздри ударил знакомый запах леса в солнечный день, голова закружилась от нахлынувших эмоций. Минсок медленно сполз вниз и обнял колени руками, его знобило.              Где-то журчала вода, вызывая нестерпимую жажду в пересохшей глотке. Минсок разлепил глаза и чуть не упал - от сидения на полу в неудобной позе тело затекло. Со стоном Минсок разогнулся, вытянулся во весь рост на прохладном паркете. Пить хотелось все сильнее, к тому же звук воды не был воображением и настойчиво доносился из кармана. Непонимание быстро сменилось изумлением и радостью. Лишь на одного человека стояла столь умиротворяющая мелодия.       - Сухо?! - Минсок с трудом прокашлялся, из другого конца телефонной трубки раздался мягкий смех.       - Смотрю, все также развлекаешься? Здравствуй, Минсок.       - Да, нет, не совсем, - пробормотал парень. - Рад тебя слышать, дружище, какими судьбами?       - Наши дороги пересекаются по воле небес, - как всегда туманно изрек собеседник. - Буквально на пару дней прилетел в город и буду безмерно благодарен, если уделишь мне пару часов.       - Да, конечно же, да! - от собственного голоса зазвенело в голове, Минсок поморщился и силой воли заставил себя сесть. Предметы перестали двоиться, но привкус во рту напомнил о помойных кошках, о которых частенько любил вспоминать Крис после особо удачных попоек. Минсок сдержался, чтобы не застонать - он оставил друга с Исином и позорно сбежал, увидев с незнакомым парнем Лухана. Лухана, который бросил его, когда увидел Лиса. - Твою мать, нет. Сухо, тебе нельзя здесь оставаться, уезжай как можно скорее.       - Мин, - Сухо был спокоен и сосредоточен. Отказаться от встречи друг мог только в случае крайней необходимости. - Ты хочешь сказать, что мне грозит смертельная опасность, если наша встреча состоится? В городе появился охотник и ты его видел?       - Хуже, - парень добрался до кухни и осушил пару стаканов прохладной воды, улучшив свои навыки общения и возможность изъясняться связно. - Он поймал меня и только чудом я смог сбежать, но боюсь, что это только начало. Егерь обмолвился, что он давно следит за мной и я боюсь, что если мы встретимся, он может выйти на тебя. Слишком опасно.       Вернувшись в гостинную, Минсок подошел к полке с фотографиями и бережно коснулся рамки со старым снимком. Четверо друзей, парней, поступивших в один университет и ставших семьей друг другу. Множество проделок и передряг было прожито и разделено поровну. Губы тронула грустная улыбка и в груди привычно заныло. В центре стояли они с Сухо - лидером их банды, всегда спокойным и рассудительным, каким и следовало быть дракону. Веселье в его глазах отражалось наравне с мудростью и выдержкой. Он был тем, кто не давал разнузданному воображению их шайки пуститься во все тяжкие, спасал от необратимых последствий не детских шалостей. Ему пришлось уехать после того вечера встреч, что на фото, из-за важных переговоров по поводу начатого бизнеса. Пожалуй, тогда это спасло их обоих - Минсок уехал на стажировку в провинцию через два дня после вечеринки, хотя перед этим негодовал не меньше недели.       По левую руку от Сухо стоял невысокий темноволосый парень с губами-сердечками. Его круглые глаза смотрели с озорным удивлением, словно в ожидании чуда. Дио, ставший в некоторой степени их мамой, всегда был тем плечом, на которое мог облокотиться каждый. И каждый же получал дюжину тумаков и часовую лекцию, стоило ёндону обнаружить беспорядок в тщательно убранном им доме. Минсок был тем, кто закрывал его тогда не менее удивленные, чем обычно, полные непонимания глаза.       Высокой башней рядом с рыжеволосым парнем возвышался их счастливый талисман, безалаберный ребенок, которому прощалось абсолютно все, стоило Чанёлю улыбнуться, как умел только он. Его по-детски наивная душа сечжи[10] чутко откликалась на проявления добра и зла, способна была различать тьму в душах и действиях людей. Он не мог мириться с царящей вокруг ложью, поэтому часто влипал в истории. Одна из которых стала финальной точкой в его летописи жизни. Никто не ожидал, что в спокойном городке появится излишне любознательный незнакомец, которого заинтересует рассказ огорченного очередной несправедливостью Чана. Бесхитростного парня, который принесет в их маленький дом смерть для себя и ставшего братом Дио.       Родной голос вернул из воспоминаний к реальности:       - Он видел твое человеческое обличье?       - Нет, глупо попался в ловушку в храме Юнхэгун, но удалось обмануть его и сбежать через окно. Если бы не Лухан, то истек кровью, обессиленный, в собственной квартире.       - Кто такой Лухан? Тебе посчастливилось найти еще одного кицуне?       - Если бы, - Минсок глубоко вдохнул. То, в чем он собирался признаться наверняка вызовет неодобрение со стороны лидера. - Так получилось случайно. Я добрался домой, но сил перевоплотиться не осталось, почти потерял сознание от ран и голода, когда он увидел Лиса и чтобы как-то помочь поделился своей кровью. Не знаю почему, ведь кицуне питается нематериальным, но это помогло. Я смог превратиться обратно и выжить.       - Вот как… Это все? - тон не предвещал ничего хорошего.       - Сухо, я не хотел, чтобы так получилось, правда. Он человек. Человек с Даром, которого я люблю. Именно поэтому я старался как мог сдерживать Лиса, но случилось непредвиденное - его друг Исин оказался одаренным, он способен чувствовать и взывать к душам других. Я не смог побороть сущность и Лис вырвался. Удалось уйти от дома, но голодный демон словно обезумел, хотел в отместку убить Лу и Исина, но перед этим ему требовалось утолить основной голод и набраться сил. Так мы и попали в храм, где нас ждала ловушка.       На заднем фоне что-то громыхнуло. Минсок подозревал, что Сухо промахнулся мимо стула.       - Ты понимаешь, что произошло нечто непоправимое? - Минсок покаянно кивнул, зная, что Сухо может понять и почувствовать его без слов. - Худшее из случившегося не охотник, а то, что Лухан разделил с тобой свою кровь - это опасный ритуал, который мог убить вас обоих. Даже будь вы оба существами риск остаться по ту сторону грани был очень высок. Как вы выжили и каковы последствия я не могу представить, но постараюсь разузнать больше. Знаю только, что был древний обряд, к которому прибегали в случае крайней опасности во времена Великой битвы между людьми и существами, после которой мы ушли в тень. Когда два существа любили друг друга и были готовы пожертвовать своей жизнью ради другого, и один из них был на пороге смерти, они заключали кровавый нерушимый союз, разделяя жизненную силу. Минсок, ты понимаешь значение слова “нерушимый”? Если после успешной инициации кто-то из них был убит, второй отправлялся в небытие следом моментально.       - Лухану грозит опасность?       - Уверен. Будь аккуратен сам и не спускай глаз с парня. Где он сейчас?       - Он ушел сразу после той ночи. Испугался и сбежал.       - Ты ждал иной реакции на превращение? Чтобы он похлопал в ладоши и попросил на бис? Люди боятся того, что не могут объяснить, и твоей задачей было помочь понять.       - Я пытался, - всхлипнул Минсок, запоздалый страх забрался за шиворот, царапая кожу, вчерашние факты складывались в иную картину, - но увидел его с другим и устроил истерику, ничего не выяснив. Сухо, какой же я дебил. Они разговаривали, ничего не было, а я повел себя как дурак, ничего не захотел слушать, сбежал сам и напился вдрызг.       - Если ты осознаешь, что был не прав, значит не такой дурак, как говоришь. Тебе нужно как можно скорее найти его и поговорить. Не обещаю, что будет легко, но ты должен вернуть Лухана и лучше вам обоим уехать. Постараюсь связаться со знакомым чжэнь-няо[11] - он сможет помочь с охотником.       - Он способен убить его?       - Да, можно сказать это его хобби. Крайне забавный малый, думаю, вы бы поладили.       - Хорошо и, Сухо, спасибо. Береги себя.       - Всегда.              [10] Сечжи - однорогое животное китайской мифологии, способное различать ложь и правду.       [11] Чжэнь-няо или птица чжэнь - ядовитая птица в китайской мифологии. Эта птица имеет фиолетовый живот, зелёные кончики перьев, длинную шею и алый клюв. Упоминается во многих мифах, летописях и поэзии. В «Шань хай цзине» (глава 5) описывается подобной орлу, а в качестве мест обитания упоминаются три горы в Южном Китае. Самца чжэнь-няо называют хуэй-ян (迴陽), что значит «вращающий солнце».              ***       После разговора с Сухо внутренний гидрометеоцентр предвещал грозу. Тяжелые тучи скапливались, заволакивая сознание темными образами надвигающейся беды и громом ближайшей битвы. Не оставляло ощущение, что сбежать они не успеют, как бы ни старались, но сидеть на месте Минсок не собирался. Пальцы на автомате набрали выученный номер.       - Привет, - знакомый голос был приглушен, на фоне гудел рой голосов. - Ты как, пришел в себя?       - Не так, как хотелось бы, но уже лучше. Где ты?       - У Исина, - кажется Ифань смутился.       - Вот как, - Минсок облегченно вздохнул. Теперь задуманное выглядело не так невыполнимо. - Лухан с вами?       - Да, мы все здесь.       - Хорошо. Крис, как друга прошу, организуй нам встречу.       - Почему такая секретность? Позвони ему или приезжай.       - Понимаешь, - парень замялся, - я дал обещание, что оставлю их в покое с Исином, если ничего не выйдет. Сам понимаю, вспылил вчера и наделал глупостей, но толком мы ничего не обсудили. Сейчас это крайне важно, в том числе для его безопасности.       - Иногда я не понимаю, почему держу в штате такого глупого сотрудника. И крайне принципиального к тому же, - Крис закатил глаза. - Хорошо, если ты хочешь поиграть в шпиона, пусть так, но если Исин узнает, что я помогал тебе, шкуру с меня снимет за компанию с твоей.       - Случайная встреча?       - Да, в парке Чаоян через полчаса.       - Спасибо.       - Сочтемся, - Крис усмехнулся и отключился. По опыту Минсок понял, что Ифань задумал в ответ очередную авантюру, от которой отказаться он не сможет.              Желающих сбежать от городской суеты и передохнуть в зеленой зоне было относительно немного. Большинство парочек и семей кружили в районе торгового центра и детских аттракционов. Минсок быстрым шагом пересек главную площадь и нырнул в тень кипариса, скрывающего короткий путь до заводи - самой спокойной части парка. Устроившись на скамейке с видом на сверкающую гладь водоема, Минсок приготовился ждать.       Ветер шептал голосом трав и деревьев о далеких краях, где звери не ведают о людской жестокости, о свободе и свежести на верхушках снежных вершин, о прятках в линялых полотнах парусов, влажных от соленых брызг. Сказ о былом и настоящем убаюкивал, погружая в дремоту воспоминаний. Лис грелся в лучах висящего над горизонтом солнца и перебирал драгоценные осколки памяти: зеленый изумруд глаз родной души со стертым за давностью времен лицом; черный бархат жарких ночей, когда они охотились без спешки и страха стать добычей самим; замок с высокими башнями-бойницами, построенный ими из золотого песка в одно из путешествий на побережье, таких счастливых и молодых. Он поднял глаза - ярко бирюзовое небо хранило свежее, по сравнению с остальными, воспоминание о восторге совместного полета с Сухо. Они ныряли в перины облаков и почти касались верхушек деревьев, в последний миг выходя из синхронного пике. Лис помнил яркие блики солнца на теплой чешуе друга, насмешливое одобрение в глазах еще более древнего, чем он сам, существа, и глубинное доверие, что хватало не взгляда даже, мелькнувшей мысли одной на двоих. Их полет был полон веры в светлое будущее. Глупо надеяться, что в одной из жизней повезет и прекратится калейдоскоп смертей, преследующий неустанно, и наступит безмятежное время спокойствия, но Лис-Минсок хотел верить.       Последние годы он сознательно дистанцировался, не подпуская никого близко, боясь причинить страдания тем, кто захочет быть рядом, и страшась потери сам. Накопленная усталость двойной жизни, страх и тоска одиночества разорвали их когда-то полное доверие с рыжим демоном, оставив номинальную договоренность, тяготившую обоих. После той ночи что-то изменилось. Незаметно вернулась прежняя легкость, с которой они улавливали эмоции друг друга, пропала напряженность и страх быть преданным, поглощенным другим. Будучи разными по сути, они вновь стали единым целым, как в первые годы их союза. Минсок смутно помнил обряд инициации, неясные тени взрослых, бормотание главного шамана и яркую вспышку боли, первую из множества последующих, когда дух принял приглашение слабого тела и разделил сосуд с хрупким сознанием человека. Они росли и учились вместе ходить и говорить, выслеживать и охотиться. Древнее существо оберегало от опасных глупостей и маленький Минсок в благодарность учил Лиса видеть яркую палитру мира, раскрашивая бурей эмоций серое полотно призрачных сфер.       Крепкая стена отстраненности раскрошилась, обнажив суть. Внутри бушевал гремучий коктейль общего страха перед опасным противником, сводящей с ума тоски, сожаления, желания стиснуть в объятиях того, кто так одуряюще пахнет летним лесом, и сосущего под лопаткой голода. Минсок вспомнил, что последний раз ел вчера, Лис - еще раньше.       “Наконец-то вспомнил, - недовольно бурчит Лис. Он больше не злится, но для приличия журит. - Совесть только по праздникам теперь достаешь?”       “Смотри, отряхну и обратно спрячу”, - хихикает про себя Минсок. Не сказать, что перспектива осушить очередную Искру его радует, но философская мысль, что все мы чья-то добыча, немного успокаивает. Да и утоление голода Лиса редко губительно для души, чаще всего у людей временно портится настроение или болит голова, пока они не восстановят внутренний эмоциональный резерв. Лис ни убийца, Минсок тоже.       Времени подкрепиться совсем немного, Лухан должен появиться минут через десять, но большего не требуется. После внепланового переливания крови связь Минсока с Лисом стала крепче и открыла новые способности: бродить по городу и запоминать запахи, чтобы потом вычленить одаренных нет нужды, сейчас они оба могут почувствовать Искры людей без перевоплощения.       На удачу метрах в двухстах от них устроилась на маленьком стульчике молодая девушка, окруженная невесомым ароматом цветущей яблони, отличающим нежную капризную Музу. В руках порхала кисть, нанося завершающие штрихи на установленный на мольберте холст. На мгновение Минсок замер, любуясь поразительно живым колебанием водной глади, зеркально отраженным на плотном прямоугольнике. Лис плавно скользнул за спину хрупкой фигурки и коснулся места между лопатками. Девушка обмерла, стеклянными глазами уставившись на законченный пейзаж. Спустя пару секунд Минсок шумно выдохнул:       - Прекрасное мгновение! Достойное того, чтобы запомнить его таким.       - Абсолютно согласен, - довольно произнес чей-то знакомый голос. Минсок резко повернулся, но не успел. Мерзкое ухмыляющееся лицо, испещренное бороздами акне, мелькнуло мгновением прежде, чем темнота ласково распахнула свои объятия.