Омеловый венок

      Говорят, что душа сумрачного воина кроется в его тени. Так ли оно на самом деле — истину знают лишь коты племени Теней. Однако существует традиция, по которой каждый оруженосец, готовясь предстать перед племенем в роли новоиспеченного воителя, должен сойтись в равном бою со своей Тенью, олицетворением собственных пороков и слабостей. Прошедший ритуал обретает гармонию в душе и сердце Тени в качестве победного трофея. Лишь объединив два сердца в одном, сумрачный кот обретает связь с Первородной Тенью. Но в минуты, когда слабеет вера, рождается пренебрежение к обрядам, существующим такое незапамятное количество лун, что уже никто и не припомнит, из чего они создавались.       Начало сезона Зелёных Листьев ознаменовало содрогание земной тверди, не на шутку встревожившее племенных котов. Но насущные проблемы вытеснили из кошачьих сердец столько скоротечный и необъяснимый процесс. Обычно теплая пора выдалась дождливой и пасмурной, мелкая морось проникала в самые потаённые уголки соснового бора, так, что в редкие моменты просветления на небесах, слабые солнечные лучи не могли высушить отсыревшие ветви и шубки лесных обитателей. Длиннолапый черный кот, чья худоба позволила бы спутать его с тенью в ясный день, пробирался сквозь заросли кустарников, с плетей которых при малейшем движении осыпались крупные капли воды, обтирал боками влажную кору сосен и елей, ничуть не заботясь о спутывающейся в клочья шерсти. Нос пришельца чутко подрагивал, втягивая окружающие запахи местных жителей, верно, часто проходящих выбранной им тропой. Жители чужаку были незнакомы, но в то же время где-то в груди смесь ароматов хвои и обитающего в этих землях племени рождала щемящее нежное чувство.       Черный кот добрался до лагеря, где его тотчас окружили готовые дать отпор нарушителю воины. Уверенно шагавший сквозь чащу, он замер, растерянным взглядом обводя вздыбивших загривки и выпустивших когти защитников племени и сгрудившихся за их спинами более юных собратьев. Осипшим голосом чужак представился — на несколько секунд зажмурился, точно отыскивал в глубинах памяти собственное имя, — и заявил о желании остаться жить среди сумрачных котов. Тщательно обнюхав незваного гостя, предводитель учуял лишь затхлый запах земли и сырости. Сколь бы подозрительным не казался чужак по началу, ему все же разрешили остаться, наказав, однако, сумрачным котам от мала до велика следить за поведением кота. Назвавшийся Затмением пришелец лишь понимающе усмехнулся в усы.       Молодой воитель Сумрака Змеехвост, с интересом следивший за чужаком, стоило тому ступит на поляну лагеря, оказался первым, кто бесстрашно подскочил к нему после принятия решения. Не дожидаясь какой-либо реакции, он затрещал как сорока, принявшись рассказывать новому товарищу о племени, чем заслужил преисполненный благодарности взгляд золотистых глаз. Пусть воин сам себе не мог объяснить внезапный порыв, заставивший его прийти на помощь пришлому коту, молчаливое одобрение распалило энтузиазм Змеехвоста, что тот, не отделяя слов от дела, отправился показывать Затмению территорию, объясняя по пути правила и все тонкости уклада жизни здешних котов. Затмение то и дело понимающе кивал, изредка что-то негромко комментируя. Но на расспросы сумрачного кота о его прошлом не отвечал, лишь туманно намекнул, что юность провел далеко отсюда, средь таких же стройных сосен и затянутых ряской да илом болот, а потому забрел в земли племени Теней, а не на поросшие вереском пустоши или в прибрежный ивняк.       Прошла луна, Затмение с легкостью усвоил обычаи племенных котов и влился в коллектив, словно с рождения рос бок о бок с теневыми котами. От былой настороженности соплеменников не осталось и следа, скромный и доброжелательный воин, готовый всегда протянуть лапу помощи, пришелся по душе новым товарищам. Змеехвост, успевший сдружиться с черным котом, лучился от гордости за него. И все же беззаботным денькам суждено было оборваться.       Долгожданное солнце разогнало затянувшие небосвод тучи и в гордом одиночестве засияло над лесом. Все племя воспользовалось случаем, отправившись на охоту едва ли не всем воинским и ученическим составами. Змеехвост и Затмение, как уже повелось, вдвоем бежали между стволов, вдыхая запахи леса и кишащей в кустарнике живности. На двоих воители успели словить несколько ящериц и зазевавшегося ворона, когда их внимание привлекла возня у растущей невдалеке ели. Двое оруженосцев возились на усыпанной хвоей земле, молотя друг друга лапами.       — Тренируетесь? — задорно поприветствовал юнцов Змеехвост.       Щуплая бурая кошечка откатилась от своего пепельного напарника и улыбнулась в ответ воителю.       — Да! Бурелап даже лучше чем наставники готовит к боевому испытанию! Он та-акую тактику придумал и теперь всем-всем нам помогает!       — Даже так? Молодец какой, — Змеехвост одобрительно посмотрел на молчащего оруженосца.       Затмение взмахом хвоста поманил друга, намереваясь продолжить охоту. Змеехвост кивнул ученикам на прощание и рванулся следом за черным котом. Не успели воители далеко отойти, как до их чуткого слуха донеслась оброненные заговорщицким шепотом слова Бурелапа:       — Помнишь ведь, что обещала принести сердце Тени?       Что ответила кошка товарищи уже не расслышали, а возвращаться из-за такого пустяка, как посчитал Змеехвост, не стали. Однако, до самого вечера воин то и дело ловил озабоченные взгляды Затмения, обращенные в ту сторону, где они повстречались с оруженосцами.

***

      Меньше всего Змеехвост ожидал подобного исхода: новоиспеченный воитель Бурелом, оскалив клыки, в горделивом одиночестве замер напротив ощетинившегося предводителя племени. В голосе кота, требующего склонить перед ним головы и признать новым вожаком племени, звучала ядовитая насмешка, а вокруг светло-серых боков клубились тени. Тень самого кота же расползлась на половину лагеря и тревожно пульсировала, то расширяясь, то сжимаясь. Рванувшийся навстречу нарушителю порядка старший воин, явно превосходивший Бурелома и силой, и опытом, отлетел назад от одного мощного удара лапой молодого кота. А оставленная на шкуре Бурелома неглубокая царапина затянулась на глазах свидетелей происходящего. Юный воитель лишь ухмыльнулся, наблюдая ужас во взглядах соплеменников. Змеехвост тревожно вцепился когтями в землю, пытаясь осмыслить ситуацию: сквозь образ вчерашнего оруженосца проступало что-то жуткое, а его внезапно открывшиеся возможности только затрудняли понимание. Из-за спины Змеехвоста кто-то протиснулся, резкими стремительными шагами сокращая расстояние между собой и свихнувшимся воином. С запозданием Змеехвост узнал черную шерсть Затмения. Воитель было рванулся вперед, желая остановить друга, но тот уже застыл прямо перед Буреломом, закрыв своей спиной соплеменников. Своим обычным бесцветным голосом Затмение что-то спросил, в ответ пепельный кот лишь разразился смехом и выплюнул оскорбительное:       — Тебе-то что за дело, чужак?       С обманчивым смирением Затмение склонил голову, разглядывая что-то под своими лапами, и, словно поддавшись его настроению, и Бурелом, и Змеехвост разом посмотрели на клочок земли между двумя котами. К удивлению обоих, от лап черного кота разрасталась густая тень, ложащаяся зловещим пятном поверх тени Бурелома. В абсолютной тишине Затмение вскинул голову, сталкиваясь взглядом с льдисто-синим надменным взором смутьяна, и тут же, точно по команде, противники набросились друг на друга. Сцепившись в единый ком, они покатились по поляне, украшая друг друга жуткими рваными ранами, которые, вопреки здравому смыслу, почти сразу затягивались. В суеверном страхе пятились назад соплеменники, давая пространство неистовство дерущимся, лишь Змеехвост не мог пошевелиться, сильнее впиваясь когтями в почву под лапами. Шум в ушах воителя не давал ему слышать звуки схватки, отчего Змеехвосту казалось, будто соперники дерутся безмолвно, не рыча и не шипя от получаемых увечий. Время застыло и кот не понимал сам сколько уже наблюдает за битвой, однако, враги постепенно слабели, их тени, схлеснувшиеся в столь же смертоносной пляске, как их хозяева, побледнели и уменьшились, но Затмение и Бурелом продолжали ожесточенно размахивать когтями. И все же силы бойцов иссякли: издав последний яростный вопль Бурелом умолк уже навсегда, зубы Затмения сомкнулись на его горле. Но вместо того, чтобы подняться, черный кот безвольной грудой рухнул на поверженного противника — последняя судорога только сильнее сжала его челюсти.       Наконец самообладание вернулось к соплеменникам Змеехвоста. Целительница подскочила к сражавшимся, надеясь увидеть хоть какие-то признаки жизни, но почти сразу отшатнулась — оба кота были мертвы. В скорбной тишине не отошедшие от шока коты разняли погибших, старейшины и королевы сгрудились над телами, принимаясь за подготовку обоих к проводам в последний путь.       Под истекающим кровью закатным солнцем, услышало племя историю, что прежде тщательно скрывали, опасаясь повторения. Дрожащий, охрипший голос старейшины, взявшейся поведать сородичам легенду, последствия которой они наблюдали днем, то и дело срывался, только сильнее нагоняя жути.       «Бесчисленное число лун минуло с того времени, когда жил в племени Теней воин, пожелавший получить в свои лапы силу, неподвластную обычным котам. Хитростью и коварством выманивал тот воитель у подрастающего поколения трофеи, полученные теми в схватке с собственной темной стороной. Поглощая сердца чужих теней, воитель научился перенимать способности их хозяев и, как оказалось в дальнейшем, продлевать собственную жизнь. Мощь и возможности того кота все росли, вместе с его связью с миром теней. Шерсть из светлой стала чернее ночи, лишь глаза на фоне темной шубы полыхали золотистыми звездами. Отбрасываемая котом тень в солнечный день была столь же мрачна и густа и обволакивала собой практически весь лагерь, дневной свет для соплеменников вблизи него мерк. Вопреки тому чего он так жаждал, решившись на подобный поступок, воин видел от собратьев не почет и уважение, а лишь страх и избегание. Тогда же узрел целитель послание от звездных предков, после чего, собравшись вместе, предводитель, глашатай и старшие воины придумали план, как заманить вышедшего из под контроля воителя в глубину подземных туннелей, да там и оставить. Не имея достаточно силы, чтобы одолеть породнившегося с тенью кота, самые уважаемые члены племени, во имя безопасности собратьев, хитростью заточили его в пещере под территорией Сумрака, обрушив ведущий наружу туннель. Лишенный свободы и смысла существования кот, оставался в каменной ловушке долгие луны, не имея надежды обрести покой, пока не истечет время, отведенное всем тем котам, чью связь с матерью-тенью он столь эгоистично оборвал. Все, что осталось ему — сидеть в кромешном мраке и безмолвии, теряя рассудок, и обдумывать совершенные ошибки».