iv
9 сентября 2019 г., 21:30
Губы Тэхёна дрожали, а глаза застилала кровь, но даже так, он разглядел младшего. Чонгук лишь кивнул в ответ. Если спросить его, что он чувствовал в этот момент, Чонгук ответит, что ничего, кроме смятения. Он с бледным лицом наблюдал за тем, как окровавленная и полная дрожи рука тянется к его. Чон посмотрел на Тэхёна, который, скорее всего, сейчас претерпевает болевой шок и не может трезво мыслить, и резко отдёрнул руку. Игнорируя избитое лицо и остатки вопросительного взгляда, который можно было ожидать, он взял в руки мобильный телефон и стал набирать номер скорой помощи.
— Ч-что ты д-дела-е-ешь? — всё ещё дрожащим голосом спрашивал Тэхён.
Младший проигнорировал вопрос. По ту сторону женщина начала задавать вопросы, необходимые при каждом вызове. Отвечая на каждый из вопросов, Чонгук всё время отводил в сторону глаза, стараясь не натыкаться взглядом во время разговора на раненного Кима.
Женщина сообщила, что машина скорой помощи уже выехала и в скором времени прибудет на место. Парень продолжал сидеть на коленях перед Кимом, который нашёл в себе силы даже повернуть голову в сторону младшего. Чонгука очень напрягала вся эта обстановка, особенно длившиеся молчание, которое давило со всех сторон. Обычно в таких случаях люди находят что сказать, даже если это самая пустяковая мелочь, но что может сказать он Ким Тэхёну? Спасибо за разрушенную жизнь и разбитое сердце, но я всегда рад тебе помочь — не самый лучший вариант.
— Если что, скорая помощь скоро будет, — выдавил из себя всё-таки Чонгук.
Машину действительно не пришлось долго ждать. Врачи тут же принялись выполнять свою работу и переложили пострадавшего на каталку. Видимо, ноги были тоже сильно повреждены, раз тот не в силах был самостоятельно дойти до машины. Чон кинул взгляд на свои брошенные сумки и ринулся их подымать. Сейчас было самое подходящее время, чтобы раствориться и дать себе возможность дожить этот день спокойно, хоть это и не представлялось возможным после произошедшего у него на глазах.
— Кем вы приходитесь пострадавшему? — окликнул его врач.
Чонгук тяжело выдохнул и сжал сильнее лямку спортивной сумки.
— Ну, мы знали когда-то друг друга.
Его взгляд падает на тело Тэхёна, которого уже успели погрузить в машину скорой помощи. Почему-то именно в этот момент Чону вспомнился тот день, когда Тэхён сделал это. Почему-то именно в этот момент ему стало интересно, испытывал ли Ким когда-нибудь ту боль, что причинил однажды младшему, и смогла ли физическая перебить душевную боль.
Я же сказал тебе, что не люблю тебя. Сам напросился, а теперь проваливай.
— Но это было очень давно.
— Пострадавший сейчас в довольно тяжёлом состоянии и вряд ли сможет ответить на поставленные вопросы. Вы не могли бы проехать вместе с нами в приёмный покой и заполнить его личные данные? Нам в любом случае придётся потом связываться с его близкими.
Чонгука только сейчас осенило, что до этого момента он никогда не задумывался, есть ли у Тэхёна кто-то из близких и родных, даже когда был с ним. Безусловно, он видел приятелей Кима, с которыми тот зависал после работы, но от самого Тэхёна он ни разу не слышал слова о родных.
Чон сам не замечает, как кивает и садится в машину, расположившись возле изголовья каталки. И снова школьник чувствует себя неуютно и некомфортно. В машине трясёт и пахнет антисептиком, а сидящий напротив и рядом медперсонал не внушал спокойствия своими каменными лицами.
Чонгук стал ощущать резко участившееся сердцебиение, а перед глазами всё начинало кружиться. В голове стали всплывать воспоминания, когда почти в такой же машине, пропитанной таким же запахом, где так же трясло, везли его в больницу. Он не помнил боли в конечностях, не помнил, как ноющая боль охватила всё его тело, а губы и нос были окрашены в кровь, потому что прячущаяся боль внутри груди всё равно забирала первенство, выдавливая из парня слёзы. Он попытался держать себя в руках, затем и потянулся к ручке каталки, как за опорой, которая могла помочь ему остаться в реальности.
Младший с лихорадочной тряской в руке достал мобильный из кармана, который уже несколько раз успел дать о себе знать вибрацией. На дисплее высвечивалось имя хёна.
— Да, Чимин?
— Мелкий, где тебя носит? Я тут после универа заскакивал в пекарню, думал тебе принести вкусняшек, а тебя всё ещё дома нет…
— Я еду в больницу.
— Стоп, ты сейчас что? — к повышенному тону Чимина добавилось беспокойство.
— Тут такое дело, я шёл домой после тренировки, но наткнулся на Тэхёна, — язык младшего заплетался. — Его там избивали, ну, а мне ничего не оставалось, как помочь, вот… А сейчас мы едем в больницу.
— Чонгук, с тобой всё в порядке? Тебя хоть не тронули?
— Хё-ён, — глаза Чонгука слипались, — меня немного подташнивает и голова болит, и спать хочется, но я цел.
— Господи, Чонгук, ты невыносим, я сейчас же приеду! У тебя с собой лекарства, которые тебе доктор выписывал?
Чонгук не смог ответить на последний вопрос. Его голова тяжело упала на край каталки, а руки значительно ослабели. Будучи без сознания, парень так и не смог заметить прикосновение их с Кимом рук, и как рука старшего крепко сжала бесчувственные пальцы.
xxx
— Хэй, Тэ, ты, кажется, искал подработку? Парень сразу поднял голову на коллегу. Чон Хосок был приятным человеком, с которым вполне себе можно было пропустить пару баночек пива после рабочего дня, да и коллегой он был отличным, ибо всегда соглашался подменить или поменяться графиками, не задавая лишних вопросов. — О, неужели для меня что-то нашлось? Тэхён рос в маленькой деревушке, где найти какую-либо работу просто невозможно, как и перспективу к собственной реализации. При первой же возможности он собрал рюкзак и покинул родительский дом, в котором его не сильно-то и держали, ведь заботиться всегда было о ком. Ветер свободы и самостоятельной жизни далеко не унес Ким Тэхёна, но он смог перебраться в город, не в столицу и даже не в портовый город, но это место было точно не жалким упоминанием в потрёпанных буклетах для туристов. Работа в кафе как-то сама собой подвернулась и его всё устраивало, но содержание квартиры одному ему выходило в крупную копеечку, поэтому Ким всегда нуждался в подработках. А с недавних пор, как ему в голову пришла идея о совместной жизни с Чонгуком, он загорелся целью насобирать им на жизнь в Сеуле. Будь его воля, он подарил бы своему малышу — Чонгук ненавидел, когда Тэхён его так называл — весь мир, и не стоит сомневаться в возможностях Ким Тэхёна, когда он зарождается какой-то целью ради тех, кого любит. — Я поспрашивал у своих знакомых, и один из них согласился привести человечка, которому как раз нужны работники, — Хосок лучезарно заулыбался. — Он как раз вон там сидит, — он показал на дальний столик от окна. — Удачи, Тэ-Тэ! Ким отложил в сторону блокнот для заказов и направился в указанную сторону. — Здрасьте, я Ким Тэхён. Вам, наверное, говорили, что я ищу работу. — Да-да, садись, — мужчина кивнул на стул. — Я слышал, ты хочешь заработать денег, не так ли? — А кто не хочет? — усмехнулся парень. — И то верно, — улыбнулся тот. — Ты драться умеешь? — Что, простите? — Драться, бить кулаками и всё такое? С виду ты не тянешь на качка, но внешность всегда обманчива. — Было пару раз в школе, но такое у каждого в жизни случается. — Но ты же уже не школьник? Тэхён отрицательно помотал головой. — Во-о-от, — протянул мужчина. — В любом случае, — он нацарапал что-то на салфетке и протянул её парню, — приходи сегодня вечером в это место. Узнаем, на что ты способен в бою. — А что за бой? — Что-то типа бокса, ничего особенного, — он допил стакан с янтарным напитком. — Приходи и глянешь, может тебе понравится. Тэхёна терзали смутные сомнения, но он старался себя успокоить тем, что в боксе нет ничего такого, и люди добровольно соглашаются на участие. Сразу после работы, не забегая домой, он отправился к назначенному месту. Это был другой конец города, весьма глухой на что-либо живое в округе, но Ким сразу нашёл потрёпанное здание, из которого доносилась громкая ругань. Он не успел подойти ко входу, как стоящий у двери мужчина остановил его рукой и указал кивком на угол, за которым скрывалась другая дверь. Эта дверь вела в подвал, в котором и присутствовала большая часть ругани и криков. Этот подвал был значительно больше тех, какими обладали обычные жилые дома, а в центре помещения размещался самый настоящий ринг с самыми настоящими бойцами. Парень подоспел к концу боя, поскольку обоих соперников оттаскивали друг от друга, а одного даже волокли за дверь. Тэхён слегка нахмурил брови, окидывая окружающую его обстановку взглядом. На его плечо приземлилась тяжёлая рука, дающая знать о своём весе, и Ким тут же повернулся к стоящему рядом. Это был тот мужчина, что и предложил ему сюда прийти. — Я уже думал, что ты не придёшь, — при приглушённом свете его улыбка не казалась такой дружелюбной, как прежде. — Ну раз ты всё же здесь, то дерзни и попробуй. Твой черёд. Только футболку сними, а то запачкается. Тэхён всё время, пока его провожали до ринга, молчал и не мог выдавить из себя даже звука, лишь ошарашено смотрел по сторонам, натыкаясь на улюлюкающие и жаждущие шоу лица. Оказавшись по ту сторону барьера и ощутив под своими босыми ногами мат, он всё же развернулся и разлепил обсохшие губы: — А разве не должно быть перчаток и секунданта? Или тут кто-то из зрителей ведёт счёт? — Единственное отличие наших боёв от бокса — у нас нет пафосных атрибутов и бой длится, пока один из участников не рухнет. Ты же падал в своей жизни хоть раз? — Да, было больно. — В этот раз будет много боли, только сделай так, чтобы ощущал её не ты, — мужчина похлопал его по плечу и отошёл к публике, занимая место в первом ряду. На противоположную сторону ринга вывели какого-то хилого паренька, который изо всех сил старался отбиваться от несущих его. Глаза того были красные, и Ким готов был поспорить, что он плакал. Когда они стали в нескольких шагах друг от друга, стоящий перед ним показался ему совсем мальчишкой, того даже трясло не на шутку. У Тэхёна в жизни не поднялась бы рука ударить такого, да вообще кого-либо до такого состояния, чтобы тот отключился. — Бей-бей-бей-бей! — вторила ему публика. Парень всё ещё медлил, всё ему это казалось неправильным, и он готов был развернуться и прекратить так называемое шоу, но тут ему прилетает прямо в лицо. А затем в живот. Этот малый осмелел, и Ким не мог не отметить этого. От него последовал такой же удар в лицо, такой же удар в живот, но с ещё большей отдачей. Мальчишка не суетился и задействовал в ход ноги, дабы лишить противника равновесия. Но Тэхён не собирался давать отдыхать своим коленям, поэтому знакомство одного из них с лицом парниши не заставило себя ждать. Бой длился не долго. Мальчишка уже лежал, но Тэхён продолжал наносить удары под оглушающий крик толпы. Не почувствовав каких-либо сопротивлений, он отпрянул от противника и тут же стал искать глазами мужчину, который привёл его сюда. Тот всё так же стоял на своём месте, довольно улыбаясь и хлопая вместе со зрителями. Было объявлено окончание боя. — Ну и как? Не сложная же работёнка, — закидывая руку на плечо Кима, сказал мужчина, когда тот осушал бутылку воды. — А вот и твой заработок. Всё чистыми. Ким принял конверт, но не решился открывать его при собеседнике. — Меня зовут Ким Намджун, и я предлагаю тебе поработать у нас. Ты сможешь заработать себе на жизнь вперёд, — он улыбнулся и протянул Тэхёну руку. Парень подозрительно покосился на него. Под конец дня ему удалось отчётливо разглядеть лицо мужчины, и тот оказался сравнительно молодым и ненамного старше его. Но подобного рода деятельность в таком возрасте наводила на некие сомнения. — С тем парнем будет всё хорошо? Когда его уносили, я не видел, чтобы он шевелился. — Такое бывает со многими, не каждый выдерживает, но можешь не переживать, они все живы и здоровы. — Обязательно всех бить до такого состояния? Ведь в боксе, если мне память не изменяет, — Тэхён допил остатки воды в бутылке и закрутил её крышкой, — главное повалить противника и чтобы он провалялся в таком положении несколько секунд. — Но это не бокс, мальчик мой. Это что-то типа бокса. В боксе есть правила, а в наших боях правило лишь одно — правил нет. С каждым произнесённым словом лицо Тэхёна становилось ещё более озадаченным. — Мы устраиваем бои, но мы не убиваем людей, Ким Тэхён. Знал бы ты, во что превращаются профессиональные боксёры в конце боя, и сколько они со всего этого зарабатывают, подумай. Ким кинул взгляд на конверт, который даже так можно было назвать увесистым и полным купюр, в своей руке, затем на протянутую руку. Ему сразу вспомнилась та бедная деревушка, в которой ему было уготовано прожить всю свою жизнь и помереть там же, где каждый норовит указать тебе своё место, где каждый день похож на предыдущий, где мечта остаётся мечтой, а не целью. Ким Тэхён не хотел для себя такой жизни. И он не хотел такой жизни для своих близких, которых ему заменял Чон Чонгук. — Я согласен, — он пожал протянутую руку Намджуна. — Отлично! добро пожаловать в семью, — и тот расплылся в широкой улыбке.xxx
Чимин прилетел в больницу так быстро, как смог. первым делом он спросил о поступившем Чон Чонгуке, и дежурная медсестра сказала, что тот лишь потерял сознание, что, возможно, является реакцией на отсутствие принятия лекарств. Пака сразу проводили в палату, где разместили младшего, изначально заверив, что нет причин для беспокойств. — Ты обещал пить таблетки, — первым делом сказал Чимин. — Ты так говоришь, будто я какой-то ненормальный или псих. Ну забыл я их раз дома, ничего страшного, — ещё сонным голосом бормотал Чонгук. — Ничего страшного?! Если бы ты потерял сознание где-нибудь на обочине, и тебя нашли бы только под утро? Чонгук, — старший выдохнул, — с таким не шутят. — Знаю, но перестань ко мне относиться, как к маленькому ребёнку. Как к больному маленькому ребёнку. — Ты не болен, но тебе надо быть осторожным… — Да-да, знаю я. Хён, — он придержал в себе всю раздражительность, — дай мне время прийти в себя, я хочу отдохнуть. — Конечно, — Чимин мягко улыбнулся. Старший поднялся с края больничной койки и, опустив свою маленькую ладонь на макушку Чона, погладил его. — Отдыхай, мелкий. Когда светловолосый оказался в дверях, его позвал Чонгук. — Чимин-хён, ты заходил, — школьник немного помедлил, — к Тэхёну? Тот отрицательно покачал головой, несмотря на то, что сам собирался направиться к упомянутой личности. Врач перед посещением Ким Тэхёна говорил что-то о травмах и желательном непринуждённом разговоре с больным, где не будут болезненные для него темы, но Чимина сейчас не состояние мерзавца волновало. Он резким толчком открыл дверь, благо в палате Ким был один, и ринулся к постели больного. — Не смей прикидываться спящим, Ким! Либо ты расскажешь мне сейчас всю правду, либо я последнее из тебя выбью.
