Я твой глюк.

      Рано утром отец отвез нас с ГДР к дедушке. Всю дорогу на мне лица не было. Я был бледен и холоден. Единственное, что мне хотелось всю поездку это спать и блевать. Ну и есть тоже (муд гера). Конечно же утром я не поел из-за тошноты. Но тошнит меня до сих пор, а есть хочется. Даже россу было не написать — эта заноза забрала мой телефон и всю дорогу смотрела мультики. В итоге, по приезде, у меня было 7% заряда. Этот день радует и радует меня все больше.       Через два часа мы приехали в очень тихое и уютное место за окраиной пригорода прямо у леса. Свежий воздух мне очень помог, когда я вылез из машины. Вдохнуть лесного чистого воздуха было для меня, как бальзам на душу. Даже настроение немного поднялось.       Я помог вылезти сестре, тк машина была высокая, а она — нет. После я забрал свои и ее вещи из багажника. Отец был немного не в ладах со своим отцом, поэтому не стал заходить в дом, а проводил на улице, а потом уехал. Я сбагрил сестру ее рюкзаком (он был легок), и мы пошли к дому.       Его участок был большой и красивый: он был огорожен профлистом, так что никто и ничто нам не страшен. У него был небольшой садик, в котором росли фруктовые деревья и цветы. Сейчас февраль, поэтому ничего не растет, а лишь голые деревья припушены снежком. В центре участка стоял большой двухэтажный дом. Тераса была выложена еловыми досками, а от снега и дождя ее защищал навес, чья кровля сливалась с крышей самого дома. Сам дом был из ели, а крыша из красной черепицы. На ней был дымоход, сделанный из кирпича, из которого выходил дымок. Рамы окон были окрашены бардовой краской. Мы с сестрой раскрыли калитку и пошли к дому по дорожке из плиток. ГДР отпустила мою руку и побежала вперед к двери. Я же не спешил, тк нездоровилось. Мы дошли до терасы и зашли внутрь под крышу. Обтерев ноги о коврик, мы постучались. И совсем скоро ща дверью послышались шаги. Ключ в замочной скважине провернулся и дверь открылась.       Нас радушно встретил наш дедушка — Германская империя. Он был довольно статным и образованным человеком, но с довольно сложным характером. Высок, широкоплеч, красив. В его глазах уже было видно, что он достаточно эгоистичен и самолюбив, но тем не менее умудрился завоевать сердца многих людей. Многие отзывались хорошо о нем, но были люди, которые видели его настоящую сущность. Недалекий, жадный человек. Если он влюблялся, то добивался своего и первое время его партнеру жизнь могла казаться сказкой, но вскоре он разочаровывался в нём. Германская империя ищет выгоду во всём и старается не упускать возможность получить что-либо.       Именно из-за своей эгоистичности они с отцом в ссоре уже два года. И только пару месяцев назад стали более-менее натянуто общаться. И то по делам. ГИ все равно на моего отца, но только чтобы видеть нас с ГДР он пошел на уступки. Но ситуации это не особо исправило. Я не лезу в их дела, поэтому мало что знаю об их конфликте.       Но вернемся к моему дедушке. Мы прошли в дом, переоделись. Он поставил чайник.       У нас с ГДР есть общая комната на втором этаже. Вообще, она раньше была моя, но теперь приходится делиться. Да я и не против, все равно мы редко гостим у деда. И потерпеть недельку для меня ничто. Но не в сегодняшней ситуации. Я не знаю, как буду скрывать от нее свой токсикоз. Она же явно подумает, что я заболел и расскажет деду. А мне этого не надо. Я ещё не настроен на то, чтобы рассказать им о беременности.       Мы прошли в нашу комнату и быстренько разобрали вещи. Точнее, я разбирал, а она прыгала на кровати. Кровать у нас, кстати, двухэтажная. Сама по себе комната светлая и просторная. Большое окно у нашей кровати в дневное время освещает помещение не хуже лампочек. У нас есть большой шкаф, тумбочки, письменный стол, стул к нему, много полок и уютный коврик в самой середине. А также ящики для игрушек ГДР. Когда вещи были разложены по своим местам, я направил ее в ванную мыть руки, а сам пошел на кухню к деду. Он уже делал нам чай.

***

Уже ближе к 11 мы с ГДР были в своей комнате. Мы зажгли длинную гирлянду, которая висела по всей кровати и на первом этаже и на втором. Этого света вполне достаточно, чтобы видеть на радиусе полутора метра. Я отдал ей свой Макбук, чтоб она выбрала мультик, который мы будем смотреть. А я в это время уже успел зарядить телефон и позвонил России, зажав трубку между ухом и плечом, так как руками я накрывал нам поляну. — Алло, Росс, привет. — ответил я, когда услышал голос на той стороне, — Как ты? — Привет, коть. Неплохо, сегодня день какой-то выдался скучный, поэтому весь день дома. А ты как? — Также. Утром приехали к деду. Мне тут ещё недельки две торчать. Инет не самый лучший, поэтому буду пропадать. — Ууу, занесло тебя. Ты с сестрой? — Ага, вот, сидит, мультики выбирает. Сейчас смотреть будем. — Классно. Как самочувствие? — Охота сдохнуть. Вообще не понимаю, как я ещё не спалился. Меня выворачивает каждые 20 минут, а боль в животе не сходит несколько дней. С температурой точно также, 37 так и держится. — Зачем же ты поехал? Дома бы остался. — А какая разница дома помирать или тут. К тому же у меня не было выбора. Да здесь даже лучше: чистый воздух, тишина. — Ну так то да. Обезболивающие взял? — Взял, взял. Надеюсь, выживу. — Верю в тебя. Если что, пиши. Приеду, привезу, что понадобится. — Люблю тебя. Спокойной ночи 🥺❤ — И тебе сладких❤       Я улыбнулся и сбросил вызов. ГДР уже выбрала мультик. И, конечно, же он был про принцесс. Не удивительно. Но, что тут уже поделать. Если у меня родится дочь, то надо привыкать к таким мультикам.       За окном уже было очень темно. Лишь белый кружочек луны светил в окно, но толком и не освещал. Окно было приоткрыто, я слышал, как шелестят ветки друг об друга, как воет ветер. Такая эстетичная атмосфера. Мне нравилась ночь, нравилась эта тьма, эта прохлада, эта кромешная тишина. Она завораживала и пугала. Часто летом, гостя у дедушки, я уходил гулять ночью в поле. Иногда в одиночку, иногда с друзьями. То место было по-настоящему затягивающим. Как сейчас помню: Быстрая речушка проходила вдоль всего этого заброшенного поля. Все заросло. Вдали виднеется густой лес. А за ним черные тучи. Влажный воздух, духота. Увы, сейчас такой картины не застанешь, ибо только наступил месяц Март. Наведаюсь завтра туда, взгляну на голую землю, припорошенную старым снегом, да на отошедшую ото льда реку. Красота.       Мы удобно расположились среди подушек, насобирав их по всему дому, укрылись одеялом и стали смотреть мультики, поедая попкорн и чипсеки. Я время от времени убегал в туалет, но старался это делать как можно реже и подавлять тошноту, чтобы не подавать признаков сестре. И вроде как получалось.       Уже к концу фильма она засыпала. Я аккуратно выключил ноут, убрал нашу поляну и лег с ней спать, так как тяжести мне поднимать нельзя, будить ее не хочется, а скидывать на пол не вариант.

***

      Утром я проснулся с одной мыслью: нахуя я живу? Боль в животе снова пронзила меня, я тут же убежал в туалет, где меня вырвало. И так уже вторую неделю каждый день. Поскорее бы этот токсикоз кончился. Хоть нет, не скорее бы, тогда у меня уже будет виден живот и надо будет сознаваться. Хоть мне и в любом случае придется это делать, но все равно не хочется.       Когда я вышел из туалета, я сразу уловил вкусные нотки на кухне, куда и пошел. Там уже был ГИ и готовил нам с ГДР. — Доброе утро, — улыбнулся он мне, заваривая чай. — Доброе… — я сел на стул и зевнул. — Опять до поздна не спали? — Да не до поздна уж, просто я не высыпаюсь. — Зови сестру, позавтракаете и поедем. — Куда? — я немного удивился, так как планировал целый день чиллить дома. — В город за продуктами. Я не успел вчера съездить. Поедешь с нами или дом посторожишь? — Дома останусь, — я обрадовался тому, что выдался шанс остаться одному. И он согласился. Мы позавтракали и они уехали, оставив меня наедине с домом и собакой дедушки.

***

      Город находился далеко, поэтому они там надолго. Я оделся, взял с собой кружку кофе и ушел на улицу. Светило ярко солнце и уже немного грело, хоть и дул холодный ветер. Я закрыл дом и ушел в сторону поля. Снег так и блестел от солнечных лучей, так и слепил глаза. Мне это безумно нравилось. Я пил горячий кофе и шел к полю, что находилось в паре километров от нашего дома. И минут через 20 ходьбы я прибыл на место. Да, это то же самое место, которое я любил, люблю и буду любить. Речушка уже оживилась и быстро текла, весело журча. По бережку лежал снег и осколки льда. Все вокруг тоже было в снегу, но уже виднелась земля, а кое-где и мелкая травка. Воздух был настолько свежим, что хотелось просто стоять и дышать им часами. Небо было голубое, и ни одно облачко не закрывало его.       Я подошел поближе к бережку и отпил кофе. Такая расслабляющая обстановка немного утихомирила мой токсикоз, мне и в правду было хорошо. Хоть и пробегали мурашки от холодного ветра.       Я стоял еще долго, пока вдруг не почувствовал чью-то руку на своем плече. — Здравствуй.